Религия и политика
- -
- 100%
- +
© Нуруллаев А.А., Нуруллаев Ал. А., 2006.
© “КМК”, издание, 2006.
Введение. Соотношение религии и политики
Обращение к учебным пособиям и словарям по политологии, изданным в нашей стране, показывает, что, анализируя взаимоотношения политики с другими общественными сферами, авторы, как правило, ограничиваются рассмотрением взаимодействия политики и экономики, политики и права, политики и морали. Соотношение религии и политики нередко остается вне поля зрения политологов.
Между тем, если определить политологию как «науку о политике, ее взаимодействии с личностью и обществом», как это сделано в учебнике «Введение в политологию», подготовленном профессорами В.П. Пугачевым и А.И.Соловьевым (М., 2003, с. 29), то можно сделать вывод о том, что проблема взаимодействия религии и политики должна занимать весьма заметное место в политологических исследованиях и в соответствующих учебных курсах.
Большинство человечества остается религиозным и религиозное мировоззрение для него является господствующим. На языке религии верующие осознают и формулируют для себя социальные процессы и идеалы. Оценивая политические события, вырабатывая отношение к правящему режиму сотни миллионов людей руководствуются установками исповедуемой религии. В свое время Ж.Ж Руссо заметил: «самый сильный никогда не является достаточно сильным, чтобы подчинять, если не преобразует силу в право и повиновение в долг». Если на протяжении столетий политика превращала силу в право, то религия, как раз, способствовала преобразованию повиновения в долг.
Религия может быть использована и используется политикой как средство сохранения власти. Из двух типов средств сохранения власти – физическое принуждение, насилие или угроза насилием и манипулирование сознанием людей – все большую роль приобретает второе. И здесь наряду с многочисленными светскими концепциями, призванными ориентировать сознание людей на поддержку того или иного политического режима, важное значение имеет религия, на протяжении веков учившая массы тому, что всякая власть от Бога. С другой же стороны в канонических религиозных текстах можно найти немало идей, с помощью которых можно оправдать выступления против наличной политической власти. Наконец, следует подчеркнуть, что религиозные идеи весьма эффективно могут быть использованы и используются для мобилизации на политические выступления той части общества, которая остается обычно вне политики.
Причин, которыми обусловлен недостаточный интерес политологов нашей страны к проблемам взаимосвязи религии и политики, немало. Среди них можно выделить следующие. Во-первых, молодость российской политологии, которая еще не имеет общепризнанных составных частей своего предмета.
Во-вторых, в течение почти 70 лет господства воинствующего атеизма религии, их институты и служители, находившиеся под тотальным контролем государства, были отстранены от участия в политической жизни. Им дозволялось лишь выражать поддержку политики коммунистической партии и советского правительства.
В-третьих, определенную роль в выпадении проблемы взаимодействия религии и политики из курса политологии играет, очевидно и тот факт, что во многих странах Европы и в США религиозные организации законодательно отделены от государства, что воспринимается многими как взаимная отстраненность религии и политики (что неверно и мы это увидим из последующего изложения). Подобные представления усиливаются в связи с тем, что религиозные центры, в том числе и в особенности, Ватикан и Московская патриархия многократно выступали с заявлениями об отказе Римско-католической церкви и Русской православной церкви от вмешательства в государственные дела и что их важнейшей целью, является укрепление духовных оснований современного общества путем религиозно-нравственного воспитания его членов.
Вот и Архиерейский собор Русской православной церкви, состоявшийся 18-23 февраля 1997 года вновь подчеркнул, что для РПЦ характерен «отказ от вовлеченности в политическую борьбу, от поддержки каких-либо политических сил, от вмешательства в дела государства». Такая установка, говорилось на соборе, позволяет церкви давать самостоятельную нравственную оценку политики, проводимой различными общественными силами, в том числе и правительством. (Насколько выдерживаются такого рода декларации мы увидим ниже). Однако исторический опыт убеждает, что не только в прошлом религия оказывала сильное влияние на политику и сама испытывала на себе весьма существенное воздействие политики. Современная эпоха также представляет огромный материал, свидетельствующий о наличии разнообразных форм взаимодействия религии и политики. И это вполне закономерно.
Известный американский социолог Нейл Смелзер, например, пишет: «Мы знаем, что в современной жизни религия утрачивает свою роль и усиливается тенденция к секуляризации. Люди становятся все более равнодушными к религии, и уровень посещения церкви составляет в США 40 %.В то же время возрастает стремление религиозных групп вмешиваться в решение политических и социальных вопросов, стоящих на повестке дня».[1] К этому можно было бы добавить следующее: одновременно усиливается тенденция использования религии в политической борьбе. И не только в США.
Учитывая постоянное падение доверия общества к институтам государства, политики все чаще обращаются к религиозным ценностям в надежде заполучить поддержку религиозных центров, а возможно и обрести симпатии верующих. Наиболее активно это делается в периоды избирательных кампаний. Подобный подход нашел отражение в ходе подготовки к выборам в Государственную Думу Федерального Собрания РФ 1999 года в манифесте Общероссийской политической общественной организации «Отечество» «Мы верим, что есть нечто выше любой власти. Это Господь Бог, – говорится в этом документе. – Пора признать: многие наши беды оттого, что Россия забыла Бога. Будучи убежденными сторонниками свободы совести, мы при этом считаем, что без религиозного возрождения Россия спасена не будет. Традиционные верования должны получить максимум льгот и благ. Мы надеемся, что институты и служители Веры станут нашими соратникам в деле возрождения страны и объединения здоровых сил».[2]
Не менее активны в этом плане и лидеры КПРФ. Г.А. Зюганов в своей брошюре «Вера и верность. Русское православие и проблемы возрождения России», изданной накануне выборов и разосланной по свидетельству печати, по всем монастырям и епархиям РПЦ, призвал православных сплотиться с коммунистами во имя будущего процветания России.
Развитие событий на российской политической сцене свидетельствует о том, что подобная практика будет продолжена.
Привлечение патриарха Московского и всея Руси Алексия 11 к участию в церемонии передачи власти Б.Н. Ельциным исполняющему обязанности Президента России В.В Путину (который принял благословение патриарха) будет способствовать дальнейшему усилению взаимодействия религии и политики. (Российской общественностью не остался незамеченным и тот факт, что на церемонию не были приглашены ни председатель Государственной Думы, ни глава Совета Федерации Федерального собрания Российской Федерации). Эта акция может придать импульс для активизации тех сил в Русской православной церкви, которые выступают за восстановление того статуса, которым она обладала при царизме. Одновременно она будет стимулировать деятельность светских сторонников православной клерикализации российской государственности, которые в последние годы неоднократно входили в Государственную Думу с законопроектами, предусматривающими фактическое превращение русского православия в государственную религию.
Что представляет собой политика? Рассмотрим два ее определения, данные российскими политологами. Профессор Ю.В. Ирхин пишет: «Политика – многообразный мир отношений, деятельности, поведения, ориентаций, взглядов, коммуникационных связей между людьми по поводу власти и управления обществом; определенными факторами политики выступают социальные (этнические) группы, выражающие их интересы политические организации, институты, движения и лидеры».[3]
Другое определение приведем из учебного пособия «Основы политической науки», подготовленного под редакцией профессора В.П. Пугачева. Политика – это «область в основном целенаправленных отношений между группами по поводу использования институтов публичной власти для реализации их общественно-значимых запросов и потребностей».[4]
Из таких определений следует, что структурными элементами политики являются политические отношения, политическое сознание, политическая организация.
Теперь приведем два определения религии. Первое взято из Философского Энциклопедического словаря, изданного в Москве в 1989 году «Религия – мировоззрение и мироощущение, а также соответствующее поведение и специфические действия (культ), которые основываются на вере в существование (одного или нескольких) богов, «священного», т. е. такого начала, которое находится за чертой «естественного», недоступно пониманию человека».[5] Оно принадлежит известному российскому религиоведу В.И. Гарадже.
Другое дает американский ученый Р.Л. Джонстоун: «Религией называется система верований и ритуалов, с помощью которых группа людей объясняет и реагирует на то, что находит сверхъестественным и священным».[6] Это определение нашел «более подходящим» среди многих других, упомянутый американский социолог Нейл Смелзер, труд которого «Социология» издан в Москве и рекомендован в качестве учебного пособия для студентов российских вузов.
Анализ религии приводит нас к убеждению, что ее составными элементами являются религиозное сознание (обыденное и концептуальное, идеологическое), религиозная деятельность, (прежде всего культ), религиозные отношения, религиозные организации.
Как видим, между составными элементами религии и политики можно провести определенную аналогию. В обоих случаях речь идет об отношениях, сознании и организации. Но не только структурные элементы религии и политики схожи. Похожими являются и некоторые функции этих общественных феноменов.
Две важнейшие функции, присущие политике – регулятивная и интегративная – присущи также и религии. Политика призвана обеспечивать целостность общественной системы, стабильность и общественный порядок, регулировать отношения между людьми и общественными группами, сглаживать возникающие противоречия. Подобные функции выполняет и религия. Политика реализует названные функции нередко в интересах определенных слоев населения или всего общества в целом. То же самое делает религия.
Отмечая большую роль религии в политической истории различных народов и в социально-политической жизни современного общества, некоторые ученые среди ее важных функций выделяют и политическую функцию.[7] Другие авторы пишут об активном выполнении религией политических функций[8].
Религия продолжает оставаться и сегодня одной из важнейших сфер общественной жизни, оказывающей заметное влияние на формирование мировоззренческой ориентации сотен миллионов людей, а через нее на их политическое сознание и политическое поведение. Сказывается влияние религии и на принимаемых государственной властью политических решениях. Велика роль религии и в этнополитических конфликтах, которыми так богата современная действительность. Неудивителен поэтому возрастающий интерес исследователей к проблемам влияния религии на жизнь общества.
Большое внимание уделяется религии в концепция столкновения цивилизаций. Иные ученые предсказывают, чуть ли ни неизбежность возникновения религиозных войн на планете. Так что большая теоретическая и практическая значимость темы «Религия и политика» не оставляет сомнений. Активизация религиозного фактора в различных областях общественной жизни в последнее время лишь подчеркивает актуальность названной проблемы.
Призвание настоящего учебного пособия – способствовать формированию у студентов устойчивых представлений о механизмах взаимодействия религии и политики как внутри России, так и на международной арене; содействовать осознанию обучающимися зависимости выполнения религией роли фактора упрочения социально-политической стабильности или фактора дезинтеграции общества от характера вероисповедной политики государства и позиций, занимаемых религиозными центрами; оказать помощь в уяснении значимости межрелигиозного диалога для укрепления международной безопасности и формирования культуры мира.
Контрольные вопросы
1. Раскройте сущность понятий «религия» и «политика».
2. Каковы составные элементы религии и составные элементы политики? Что общего между ними?
3. Существуют ли функции выполняемые как религией так и политикой?
4. Чем можно объяснить интерес политиков к религии?
Литература
1. Гараджа В.И. Религиеведение. – М., 1995. – С. 287–292.
2. Духовные основы мирового сообщества и международных отношений. Учебник. – М., 2000.
3. Ковалевский Н.А. Религия в мировой политике // Свободная мысль, 1992, № 9.
4. Международные отношения (политические). Курс лекций. – М.: РУДН. 2000.
5. Митрохин Л.Н. Религиозный фактор (в политике) // политическая энциклопедия. В 2-х т. Т. – М., 1999.
6. Народы и религии мира: Энциклопедия / гл. ред. В.А. Тишков. – М.: Большая Российская энциклопедия. – 1999.
7. Никитина А.Г. «Политизация религии» // Вопросы философии. 1994, № 3.
Часть 1. Религия в мировом политическом процессе
Глава 1. Место и роль религии в политической истории человечества
1.1. Роль религии в становлении и развитии государственности
Люди давно заметили, что в становлении и развитии государственности велика роль религии. Эти наблюдения, прежде всего, нашли отражение в теологических концепциях происхождения государства, разработанных религиозными деятелями. В соответствии с такими концепциями государство носит божественный характер. Оно является результатом Божьего промысла. Светская же власть есть продолжение власти Всевышнего. Так учил, к примеру, Фома Аквинский – выдающийся теолог средневековья.
Несколько иначе подходит к этой проблеме известный немецкий философ Г. Гегель. Отдавая должное роли религии в истории формирования политической власти, в своей «Философии истории» он пишет: «Государство произошло из религии и теперь и всегда происходит из нее, то есть принципы государства должны быть рассматриваемы как имеющие силу в себе и для себя, а это возможно лишь, поскольку они признаются определениями самой божественной природы. Поэтому природа государства и его конституции таковы же, как и природа религий; государство действительно произошло из религии и притом так, что афинское или римское государство было возможно лишь при специфической форме языческой религии этих народов так же, как католическому государству свойственны иной дух и иная конституция, чем протестантскому».
Уже в первобытном обществе шли рука – об – руку вождь и жрец. Взаимная поддержка была обычным явлением в их деятельности по поддержанию порядка и организации труда и распределения пищи среди соплеменников. Но бывали и другие варианты взаимоотношений, для которых характерна была борьба за влияние на людей. Нередко, в результате такой борьбы, вождь становился жрецом, но бывали и такие случаи, когда жрец становился вождем. Объединение в одном лице обеих функций облегчало возможность обожествления такого вождя-жреца. Практика обожествления лидера впоследствии была перенесена на политических властителей.
Когда с появлением частной собственности и разделением общества на классы, появилась потребность в специальных органах власти и принуждения, жрецы стали защищать их как ниспосланных свыше. Они стали придавать становящейся государственности божественный ореол. Однако обожествление ими властителей вовсе не означало, что жрецы всегда стояли ниже политических властителей. К примеру, индийские «Законы Ману» (примерно П в. до н. э.) предусматривали особое положение жрецов (брахманов). Они были провозглашены «первыми между людьми». Даже цари, имевшие божественный статут, должны были следовать советам и наставлениям жрецов, учиться у них «изначальному искусству управления».
Известный английский исследователь религии Джеймс Фрэзер в своей книге «Золотая ветвь: исследование магии и религии» рассказывает о том, что очень часто судьба и жизнь правителей государств находилась во власти жрецов. Так, в Эфиопии существовало правило, в соответствии с которым жрец определял время, когда царь должен умереть. Нередко жрецы по своему усмотрению, когда это представлялось необходимым, отправляли к правителю гонца с приказом умереть. Обосновывали свой приказ они ссылками на указание, полученное от Бога. И эфиопские властители подчинялись такому приказу.
Так продолжалось до правления Эргамона – современника египетского царя Птолемея П. Получив приказ, о смерти, этот правитель решил пренебречь им. Взяв с собой отряд воинов, он вошел в Золотой дворец и предал, смерти самих жрецов.[9]
Иначе складывалась ситуация в Швеции. В соответствии со сложившимися обычаями шведские короли могли править 9 лет. После этого они должны были уходить из жизни. Но король Аун после долгих молебствий и жертвоприношений получил указание от жрецов, что может продолжить править еще 9 лет, если принесет в жертву одного из своих сыновей. Так он поступал 9 раз. И когда он, будучи совершенно немощным, хотел пожертвовать 10-го сына, последнего, подданные помешали сделать это. Король был казнен. На его могиле в Упсале стоит холм.[10]
Таким образом, и в этих случаях монарх и жрец, политика и религия действуют вместе, одновременно борясь между собой. Кто одержит победу зависит от многих причин, от авторитета того или другого, в возможно – от решительности или от действий, рассчитанных на опережение.
Древнеиндийские, древнекитайские, древневавилонские и древнеегипетские источники содержат многочисленные восхваления богов и божественной власти правителей, а также призывы подчиняться их воле и строго соблюдать законоустановления, как данные свыше. Так, во введении к кодексу Хаммурапи (Вавилония ХУП в. до н. э.) говорится, что боги передали ему царство для того, «чтобы сильный не притеснял слабого». Согласно древнекитайскому мифу о божественном происхождении и характере земной власти именно персона верховного правителя поднебесной (императора Китая) является единственной точкой связи с высшими небесными силами. Вся власть сконцентрирована в особе верховного правителя в качестве его личной потенции и внутренней силы, а все остальные должностные лица и государственный аппарат в целом – лишь помощники личностной власти правителя. Источники подтверждают, что некоторые правители из-за слабости их личной потенции и на самом деле отказывались от власти: значит всевышний не захотел, чтобы они управляли государством.[11]
В древнем Египте жрецы объявляли фараонов детьми Бога. В Древней Греции и Древнем Риме, как и в других регионах, жрецы помогали правителям укреплять их власть. Переход от рабовладельческой республики к монархии в Риме требовал религиозного освящения власти. Юлий Цезарь (1 век до н. э.) стал добиваться богопочитания. Он хвастался своим божественным происхождением, идущим якобы от богини Венеры. Еще при жизни ему как богу было воздвигнуто несколько храмов, а после смерти решением сената он был принят в число римских божеств. Его преемник Октавиан Август и последующие императоры уже автоматически после смерти причислялись к сонму богов. Сменивший же Октавиана Гай с прозвищем Калигула (Сапожок) сам объявил себя богом и потребовал заменить головы на статуях греческих богов на изображение своей головы. На территории империи был введен официальный культ «гения императора». В этих неординарных поступках нашла своеобразное отражение историческая потребность в единой монотеистической религии и она, такая религия, появилась на окраинах Римской империи в виде христианства.
Можно коснуться и более близкого к нам времени. На курултае в верховьях реки Онон весной 1206 года по предложению шамана Кэкчю Чингиз-хан был провозглашен императором. Шаман, поддержанный великим собранием сказал, обращаясь к Темучину: «Всевышний Господь повелел, чтобы призвание твое было Чингиз-хан, Царь царей и Государь государей». На государственной яшмовой печати Чингиз-хана было написано: «Бог на Небе. Ха-Хан-Могущество Божие на Земле. Печать владыки человечества».[12]
Жрецы были не только обладателями накопленного знания, но и главными идеологами первоначального государства. Их право возвещать народу божественную волю было непререкаемо. Высказанное ими суждение, как ниспосланное свыше, особенно если оно, касалось политической власти, становилось общеобязательным. Обычно это были суждения, направленные на укрепление существующего политического режима. Когда же властители предпринимали политические реформы, жрецы, ссылками на волю всевышнего, обосновывали исключительную их необходимость и безусловную полезность для общества.
По определению ученых, задолго до нашей эры в городах-государствах, организуются три центра управления, административного и идеологического лидерства: городская община, дворец и храм. В частности, храмы начинают выступать как религиозные организационно-хозяйственные, распределительные и информационные системы?[13]
Возникновение права также связано с религией. Вековые обычаи, особенно запреты (например, запрет инцеста, или убийства соплеменника) объявлялись данными свыше. Наиболее важные из них, освященные религией были санкционированы государством. Основными источниками права во многих регионах стали религиозные поучения – «Законы Ману» в Индии, коранические нормы в мусульманских странах (которыми суды руководствуются и в наши дни). Во многих регионах первыми толкователями права и его применителями – судьями были жрецы или их собрания. В Египте в период Древнего царства, в Вавилонии во II тысячелетии до н. э. судебная власть полностью принадлежала жрецам. Можно вспомнить и о знаменитом Синедрионе во главе с первосвященником, действовавшем в Иудее в 1 в. до н. э.
В своей «Истории философии права (новой)» князь Е.Н. Трубецкой писал в 1898 году: «Жрецы в государстве служат могучим охранителем устоев; ближайшим предвестником крушения государственного строя всегда и везде является упадок религии и культа. Поэтому первой заботой правителей должно служить поддержание существующих в каждой стране религиозных учреждений. Никакая мудрость правителей не в состоянии заменить страха перед Божеством, который один обуздывает и сдерживает массы, обеспечивая государству прочный порядок. Древние это понимали и вот почему великие законодатели древности: Ликург, Солон и Нума Помпилий старались представить свое законодательство как выражение воли божества».[14]
На основе религиозных текстов создавались правовые нормы не только в далекой древности, но и в более близкие к нам времена. Прибывшие в Америку переселенцы, создавая колонии, нуждались в упорядочении своей жизни. Одних нравственных норм для этого не хватало. Возникали проблемы, связанные с собственностью, с трудовыми отношениями, необходимо было пресекать преступные действия. Никаких правовых норм не было, также как не было подготовленных юристов. Английское право, разработанное для условий феодального общества, для применения в новых условиях не подходило. Да и переселенцы, бежавшие в Америку от преследований в соответствии с английским правом, не находили его достаточно справедливым.
Выход был найден: он содержался в Библии. Именно на ее основе было создано первое американское право. Каким бы примитивным оно ни было, им руководствовались на первых порах в ряде новых колоний.
В тесном соответствии с влиянием религии на политическую практику происходило ее влияние и на формирование массового политического сознания.
Как известно, становление и развитие массового сознания идет под воздействием многих факторов: жизненных обстоятельств, сложившихся традиций, существующих нравственных норм и действующих законоположений. Огромное влияние на этот процесс оказывает доминирующая идеология. В течение длительного периода истории, особенно в средние века, это была религиозная идеология. Другой вообще не было. Религиозные организации и духовные наставники все делали для того, чтобы представить существующий строй общественной жизни, как единственно возможный, не подлежащий изменению.
Религиозная проповедь формировала в массах представления о власти, как богоданной и, следовательно, «справедливой», заботящейся обо всех членах общества. Когда же жизненный опыт убеждал людей в том, что между ожиданиями и действительностью наличествует большой разрыв, что надежды на торжество справедливости не осуществляются, в ход пускались разнообразные увещевания из богословского арсенала. Среди них были ссылки на установленность существующих порядков самим Богом. Всякая возможность протеста против действий властей отвергалась как греховная, направленная против божественных установлений. Как в Библии, так и в Коране существует множество положений, которые использовались и используются как неоспоримые аргументы, в подтверждение позиций проповедников.