Религия и политика
- -
- 100%
- +
«Христианские миссионеры сплошь и рядом играли роль ударных отрядов западного влияния, которые шли в лобовую атаку на религиозные и этические убеждения людей, не принадлежащих к западному миру», – пишет известный американский социолог Р.Н. Белла. Так было «во всех развивающихся странах», констатирует он. – Первой реакцией местных культурных форм и религии, в частности, было стремление защищаться. «Однако по логике ситуации получалось, что защищаться не меняясь, просто невозможно».[27] И менялись… Происходили существенные изменения в сознании и поведении людей, в их культуре и привычках. Если учесть то, что миссионеры не только преследовали аборигенов за отказ принимать «единственно правильную религию», но на последующих этапах создавали школы и колледжи, медицинские учреждения и образцовые хозяйства, то будет понятно, что стимулов к изменениям было много.
Западные религиозные деятели настолько сильно преобразовывали сознание молодых латиноамериканцев, африканцев и азиатов, посещавших их миссионерские учебные заведения, что нередко именно их выпускники с помощью также западных политиков и военных становились руководителями соответствующих молодых государств.
Огромное влияние на международную политику оказала самая молодая мировая религия – ислам, община его последователей и ее лидеры. С самого возникновения нового учения религия и политика были нераздельны. В руках основателя мусульманской общины, ставшей организационной основой арабского государства – пророка Мухаммада была сосредоточена и религиозная и светская власть. Для его преемников на длительный период эта практика стала законом, тем более что слитность политики и религии нашла отражение в главной вероучительной книге ислама – Коране.
За 20 лет после смерти Мухаммада в период правления его преемников – халифов Абу Бакра (632-634 гг.), Омара (634-644 гг.) и Османа (644-656 гг.), в результате вооруженной экспансии арабы-мусульмане завоевали обширные территории, входившие в состав Византийской империи в Азии и Африке, покорили Иран, дошли до границ Индии и Аму-Дарьи.
Анализируя причины военных успехов арабов-мусульман, известный исламовед Е.А. Беляев подчеркивал, что в этом сказалось «экономическое истощение Византии и сасанидского Ирана, а главное, резкое обострение социальных противоречий в этих государствах. В условиях усилившегося гнета и эксплуатации трудящееся население стран и областей, в которых появились арабы-завоеватели, склонно было смотреть на них как на избавителей от тяжелого ига своих правителей. К тому же арабы предлагали гораздо более сносные условия существования в случае подчинения их господству».[28]
Успеху военных походов арабов-мусульман в большой мере способствовало их отношение к верованиям народов завоеванных стран. Это была широкая веротерпимость. Она проявлялась не только к христианам и иудеям как к людям Книги (обладателям Писания), но и к зороастрийцам, манихеям, сабиям и другим «многобожникам». Особенно на первых этапах это было продиктовано не только вероучительными требованиями, но и экономическими соображениями: принявшие ислам освобождались от подушной подати, что вело к уменьшению поступлений средств в государственную казну.
В случае, если жители осажденных городов сдавались на милость победителей, в принимаемых соглашениях специально оговаривалось, что заключается мир с условием, что жителям оставляется их жизнь, имущество, церкви и мельницы. Подати должны были платить лишь мужчины. Во всех завоеванных странах от уплаты подати были освобождены женщины, несовершеннолетние, нищие, умалишенные, паралитики и монахи, жившие трудом своих рук.
В Византии же, до вторжения арабов, продолжали существовать порядки, установленные императором Юстинианом, который ставил своей целью тотальную ликвидацию иноверия в империи и вел «своего рода крестовые походы против язычников» – пишет А.В. Карташев. Храмы язычников были закрыты и превращены в христианские церкви. Отказывающихся принять христианство велено было изгонять с территории государства. Манихеев приговаривали к смертной казни – к утоплению в море или сожжению на костре. Донатисты, не дожидаясь правительственных казней, сжигали себя сами. Самарян, живших в районе теперешнего Наблуса, было истреблено до 100 тысяч человек.[29]
Неудивительно, что большинство населения, завоевываемых арабами территорий, не оказывало им сопротивления, а подчас выступало их союзниками. Так закладывались основы Арабского халифата – обширного феодально-теократического государства, просуществовавшего, постепенно распадаясь, до монгольского нашествия в ХШ в.
Функционирование конфессионального фактора в международной политике в прошлом особенно характерно на Балканах. Россия, как православная держава, считала своим долгом покровительствовать народам православной культуры – грекам, болгарам, сербам, румынам. Эти проблемы неоднократно находили отражение на межгосударственных переговорах и в международных соглашениях. Можно вспомнить, например, о том, что в соответствии с Кючук-Кайнарджийским мирным договором 1774 г. между Россией и Турцией, Россия получила право защиты христиан в Молдове и Валахии. В соответствии Сан-Стефанским мирным договором 1878 года также между Россией и Турцией, Болгария стала автономным княжеством, а турецкие войска выводились оттуда; была установлена полная независимость Сербии, Черногории и Румынии, Босния и Герцеговина получала автономию.
Влияние конфессионального фактора на международную политику в наши дни можно проиллюстрировать на некоторых коллизиях, возникающих в связи с проблемой расширения Европейского Союза. В последние годы в этот союз была принята целая группа государств Восточной Европы, ранее состоящих в социалистическом лагере, противостоявшем Западу во всех отношениях. Турция же, входящая в главный военный блок Запада – НАТО более 50 лет, давно стучится в двери Большой Европы, но безуспешно.
Руководство ЕС одну из важнейших причин, препятствующих вхождению Турции в состав организации, видело в том, что в стране слишком большими полномочиями обладает Совет национальной безопасности, в который входят высшие армейские чины. В самом деле, до последнего времени этот Совет и определял политический курс страны. Иначе говоря, армия не только вмешивалась в политику, но и решала каким быть государственному строю Турции.
Наконец, в 2003 году парламент Турецкой республики принял «исторический закон», в соответствии с которым полномочия Совета национальной безопасности существенно урезаны. Ему оставлены лишь «консультативные функции».[30] Руководство Евросоюза может радоваться: требования сообщества выполнены, Турция сделала крупный шаг к демократии.
Формально все верно. Возможности военных вмешиваться в политику в законодательном порядке резко ограничены. Однако насколько этот шаг парламентариев продиктован соображениями демократизации жизни страны? Дело в том, что подавляющее большинство депутатов в парламенте нашего южного соседа после выборов 2002 года занимают сторонники политического ислама. Их лидеры многократно заявляли о необходимости отказа страны от светского характера государства и перехода к исламскому правлению. На пути реализации таких планов неизменно стояли военные, заседавшие в Совете национальной безопасности. Они были главными стражами светского характера государства, установленного Кемалем Ататюрком. Как будут развиваться события теперь покажет время.
Однако уже названа, и довольно громко, подлинная, конфессиональная, причина невозможности принятия Турции в единую Европу. В ответ на предложения открыть двери Евросоюза для вхождения Турции, например, лидер Христианско-демократической партии Германии Ангела Меркель (ставшая в 2005 году канцлером) заявила: «Свыше 75 % турок, живущих за пределами Турции, осели в Германии. Мы не настаиваем на том, чтобы они отказались от мусульманской веры. Мы лишь говорим, что Германия – страна христианская и турки это должны понимать… Требование о принятии Турции в Евросоюз – грандиозная политическая ошибка. Мы слишком разные, мы абсолютно по-разному относимся к правам человека».[31] И такую позицию разделяют многие политики в Западной Европе.
Аналогичную точку зрения высказал, незадолго до своего избрания папой Римским глава Конгрегации по вероучению Римско-католической церкви кардинал Ратцингер (теперь папа Бенедикт XVI). «С исторической и культурной точек зрения у Турции очень мало общего с Европой, – заявил он. – Поэтому было бы большой ошибкой включать ее в Европейский Союз».[32]
Деидеологизация современных международных отношений создает благоприятные условия для взаимовыгодного сотрудничества между государствами и народами по самым различным вопросам. В этом же направлении действует признание идеи превосходства общечеловеческих ценностей над групповыми. Однако этими возможностями далеко не все хотят воспользоваться. К тому же наблюдается стремление внести в международные отношения новую дозу идеологии. На сей раз – религиозной.
Едва ли, скажем, можно согласиться с мнением профессора К.М. Долгова, полагающего, что «всепроникающим всепронизывающим творческим началом и принципом политики должна оставаться религия»…[33]
Перед тем, кто разделяет подобную точку зрения, неизбежно возникнет ряд весьма деликатных вопросов. И один из первых звучит так: какая религия должна стать всепроникающим началом и принципом внутренней и внешней политики многонациональной и поликонфессиональной страны, скажем такой как Россия или Индия? И это не самый трудный вопрос.
Контрольные вопросы
1. Какую роль играла религия в возникновении и развитии государственности?
2. Раскрокройте роль религии в развитии общественно-политической мысли.
3. Объясните, какие изменения, происходившие в религиозной сфере в истории, влияли на развитие политического процесса?
4. Какова роль политики в разделении христианства на православие и католицизм, ислама – на суннизм и шиизм?
5. Охарактеризуйте возможности участия религии в легитимации политической власти?
6. Какую роль играли религии в формировании колониальной системы и ее разрушении?
7. Каково значение конфессионального фактора в международной политике?
Литература
1. Балканский кризис: истоки, состояние, перспективы. – Нижний Новгород, 2000.
2. Васильев Л.С. История религий Востока. Учебное пособие для вузов. 3-е изд., перераб. и доп. – М.: Высшая школа, 1998.
3. Глаголев В.С. Христианские организации и духовная жизнь общества (международные аспекты). – М., 1991.
4. Гонсалес Х. История христианства / Пер. с англ. В 2-х томах. – СПб. 2002.
5. Заборов М.А. Крестоносцы на Востоке. – М., 1980.
6. Крывелев И.А. История религий. Очерки: в 2-х т. Изд. 2-е, доработан. М.: Мысль. 1988.
7. Митрохин Л.Н. Философия религии. – М.: Республика. 1993. Глава 2. Политика.
8. Расторгуев А. Рубеж тысячелетий: миротворческая роль культурообразующих конфессий // Церковь и общество. 1989. № 2.
9. Тальберг Н. История христианской церкви. – М., 1991.
10. Энгельс Ф. Крестьянская война в Германии. – Маркс К., Энгельс Ф. Соч., Т. 7.
Глава 2. Религия и политика в современном мире
В начале прошлого столетия многие социологи предрекали исчезновение религии в конце ХХ века. Подобные прогнозы покоились на признании того, что революционные изменения, происходящие в мире, научный и технический прогресс, развитие культуры подрывают веру в сверхъестественное, человек теряет смысл священного, становится все более рационалистичным. А выполнявшиеся ранее религиозными организациями социально-политические, юридические, образовательные и идеологические функции все более переходят к государственным органам, политическим партиям и механизмам светской культуры. В результате, кризис переживаемый религией остановить нельзя и ее движение к полному упадку необратимо, считали мыслители того времени.
Несмотря на то, что посылки были в целом верными и секуляризационные процессы продолжаются, а индивидуальное и общественное сознание все более освобождается от влияния религиозной идеологии, общий вывод оказался неверным. Религия, имеющая многовековой опыт приспособления к самым различным условиям, не только сохранилась, но в ряде регионов планеты даже испытывает своеобразный ренессанс. Большинство человечества продолжает находиться под ее влиянием и осознает социальные процессы и политические идеалы в религиозных формах.
Важным фактором, способствовавшим укреплению позиций религии, стала война. Ужасы, обрушившиеся на многомиллионные массы населения Земли в ходе двух мировых войн, углубили религиозность одних, побудили обратиться к религии других, заставили значительную часть колеблющихся сделать выбор в пользу веры в сверхъестественное. Угроза всё уничтожающей термоядерной войны, висевшая над человечеством в течение десятилетий, давала новые импульсы развития таких тенденций. Активное участие вероисповедных объединений в антивоенном движении, в борьбе за решение глобальных проблем человечества поднимает престиж религии.
Использование религии в политических целях, в борьбе за политическое пространство является еще одним серьезным фактором, повышающим к ней интерес различных кругов общественности многих стран. ХХ век стал веком широкого вовлечения верующих в христианско-демократические общественно-политические движения и политические партии. Многие из них представлены в парламентах, местных органах власти.
Сохранению и упрочению влияния религии на разные группы населения способствует участие конфессиональных организаций в деятельности различных клерикальных объединений: профсоюзных, молодежных, женских, студенческих и иных. С учетом настроений масс, заинтересованных в социальных преобразованиях, разработаны новые теологии: теология прогресса, теология надежды, теология освобождения, теология революции и другие.
Религия (особенно ислам) и ее институты сыграли существенную роль в развертывании национально-освободительного движения народов колоний и зависимых стран. Наиболее впечатляющей стала антиимпериалистическая исламская революция в Иране, вновь продемонстрировавшая мощный социальный потенциал самой молодой мировой религии и давшая импульс для усиления исламского фундаментализма. Отголоски этой революции способствовали активизации исламского движения на территории СССР, вместе с другими факторами приблизившего час падения советского режима.
Росту рядов верующих в Бога в большой мере способствует активная миссионерская деятельность, опирающаяся на мощную материальную базу и сочетающаяся с разносторонним социальным служением, включающим благотворительность, учебно-образовательную и медицинскую помощь населению, правозащитную и миротворческую деятельность, обучение использованию новых технологий, особенно в сельскохозяйственном производстве.
О размахе и результативности этой работы свидетельствуют многие факты. Вот некоторые из них. В одной Индии, где христиане составляют не более 2,5 % населения, христианские организации содержат 15 тысяч начальных и средних школ, 174 колледжа, более 270 технических школ. Всемирная община протестантов на протяжении 15 лет (с 1976 по 1990 год) ежегодно увеличивалась на 2,6 % (уступая только мусульманам, чьи ряды ежегодно прирастают на 2,9 %.
Протестантские организации имеют более 50 тысяч миссионеров. Международный конгресс по евангелизации, состоявшийся в 1989 году в Маниле (Филиппины) принял решение с 2000 года вести проповедь Евангелия во всех странах мира, для чего организована широкая подготовка миссионерских кадров. Протестантские миссионеры успешно конкурируют в последнее время с католическими миссионерами во многих районах Америки и Африки.
Исключительную роль в сохранении позиций религии в мире и ее воздействии на политические процессы, развивающиеся внутри конкретных стран и на международной арене, играют Римско-католическая церковь и Всемирный совет церквей, объединяющий 330 христианских церквей и общин, функционирующих более чем в 100 странах мира. В исламском мире во многом похожую роль играет Организация Исламская конференция.
2.1. Современная география религий
По числу своих приверженцев первое место среди религий мира занимает христианство. В 2000 году на планете жило около 2 миллиардов христиан (1995 млн.). За предшествующее столетие их численность возросла почти в 4 раза. Больше всего христиан живет на американском континенте (768 млн.). На втором месте стоит Европа (около 500 млн.), на третьем – Африка (380 млн.), на четвертом – Азия (285 млн.).
Самой крупной христианской конфессией в мире является католицизм. В 2000 году на планете насчитывалось более 1 миллиарда католиков (1046 млн.). За столетие их численность возросла в 3,6 раза. На американском континенте проживает 768 млн. католиков (65 % населения этой части света), в Европе и СНГ насчитывается 285,5 млн. католиков (38,2 % всего населения), в Африке 120,5 млн. (15 %), в Азии 108 млн. (3 %), в Австралии и Океании 8 млн. (26,6 %).
Во всех странах Латинской Америки, кроме Уругвая, католики составляют большинство. Внушительной является доля католиков в составе населения США (25 %) и Канады (45 %).
В Европе странами с преобладанием католицизма являются Австрия, Андорра, Бельгия, Венгрия, Ирландия, Испания, Италия, Литва, Лихтенштейн, Люксембург, Мальта, Монако, Польша, Португалия, Сан-Марино, Словения, Хорватия. В Азии к таким странам относятся Филиппины. Как видим, в Азии и Африке католиков не очень много, но впечатляющими являются темпы роста. За истекшее столетие в Азии последователей Римско-католической церкви стало в 18 раз больше, а в Африке – в 80 раз.
Второй по численности христианской конфессией является протестантизм (более 750 млн.) или почти в 4 раза больше чем сто лет назад. К странам с преобладанием протестантизма относятся: в Европе: Великобритания, Дания, Исландия, Латвия, Норвегия, Финляндия, Швеция, Эстония; в Америке: Канада, США. Весьма высокими темпами растут протестантские общины во многих странах Латинской Америки, Африки и Азии.
Третьей по числу последователей христианской конфессией является православие. В 2000 году в мире насчитывалось 151,5 млн. православных, примерно на 72 % больше чем сто лет назад. Наибольшее число православных живет в России (70-80 млн.). Они живут также в Украине (около 30 млн.); в Румынии (20 млн.), в Греции (9,5 млн.), Болгарии (6 млн.), Белоруссии (около 5 млн.), Сербии (около 5 млн.), Молдове (около 3 млн.), Македонии (1,2 млн.). Все эти страны с преобладанием православия.
Ислам является второй по численности последователей религией в мире. В 2000 году его исповедовали 1180 млн. человек, в 5 с лишним раз больше, чем в 1900 году. Подавляющее большинство мусульман – сунниты (993 млн.), шиитов 187 млн. Большая часть мусульман живет в Азии (около 800 млн.) и в Африке (более 320 млн.). К странам с преобладанием ислама относятся в Азии: Азербайджан, Афганистан, Бангладеш, Бахрейн, Бруней, Индонезия, Иордания, Ирак, Иран, Йемен, Катар, Кувейт, Кыргызстан, Малайзия, Объединенные арабские Эмираты, Оман, Пакистан, Саудовская Аравия, Сирия, Таджикистан, Туркменистан, Турция, Узбекистан; в Африке: Алжир, Египет, Западная Сахара, Ливия, Мавритания, Марокко, Сомали, Тунис.
В связи с усилившимися в последние десятилетия миграционными процессами существенно выросли мусульманские общины в странах Западной Европы.
Буддизм является третьей по численности приверженцев мировой религией. За истекшее столетие число приверженцев этой религии возросло почти в 3 раза и составило в 2000 году более 350 млн. человек (по другим оценкам – около 500 млн. человек). К странам с преобладанием буддизма относятся: Бирма, Бутан, Вьетнам, Камбоджа, Лаос, Монголия, Таиланд, Шри Ланка, Япония.
Среди национальных религий по числу последователей выделяются индуизм (около 900 млн.), основная масса последователей которого живет в Индии и иудаизм (более 14 млн.), чьи последователи живут в США (около 6 млн.), в Израиле (около 5 млн.), в России, Франции, Украине, Канаде, Великобритании, Аргентине, Бразилии и других странах.
Особняком стоит конфуцианство. Религиоведы относят это морально-философское учение к числу религий, китайцы не считают его религией. Как сказано в энциклопедии «Народы и религии мира» (М. 1999 г.), «в Китае конфуцианство повлияло на образ мышления населения и сыграло значительную роль в формировании китайского национализма. Каждый китаец, где бы он ни жил, в той или иной мере является конфуцианцем, независимо от степени его образованности, социального положения и даже исповедуемой религии».[34]
К числу верующих религиоведы относят около 5 миллиардов жителей планеты, к числу неверующих – 1200 млн. Если сравнить эти данные с теми, которые характеризовали религиозность населения в 1900 году, а тогда из 1630 млн. жителей земли лишь 5 млн. считались неверующими, можно сделать вывод о том, что доля неверующего населения растет довольно высокими темпами. Но говорить о том, что религия потерпела крах, что ее дни сочтены, было бы совершенно неверно. Подавляющее большинство землян продолжает находиться под влиянием религии, которая оказывает заметное влияние на их политическое сознание и политическое поведение. Государственные институты не могут с этим не считаться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
Смелзер Н. Социология. Перевод с английского. – М. – 1994. – С. 489.
2
Мы верим в себя и в Россию. Манифест «Отечества». – М., 1999. – С. 10.
3
Ирхин Ю.В. Политология. Изд. 2-е, переработанное и дополненное. – М. – 1996. – С. 11.
4
Основы политической науки. Учебное пособие. Ч. 1. – М. – 1995. – С. 85.
5
Философский Энциклопедический словарь. Изд. 2-е. – 1989. – С. 552.
6
Смелзер Н. Социология. – М. – 1994. – С. 462.
7
См., например, Васильев Л.С. История религий Востока. 3-е изд., перераб. и доп. – М. – 1998. – С. 7.
8
Василенко И.А. Политическая глобалистика: Учебное пособие для вузов. – М., 2000. С. 245.
9
Фрэзер Д. Золотая ветвь: исследование магии и религии. Пер. с англ. – 2 изд. – М., 1983. С. 255.
10
Фрэзер Д. Золотая ветвь: исследование магии и религии. Пер. с англ. – 2 изд. – М., 1983. С. 265–266.
11
История политических и правовых учений. Учебник для вузов. / Под общ. Ред. В.С. Нерсесянца. – 3-е изд. – М., 2003. С. 16.
12
Хара-Даван Э. Чингиз-хан как полководец и его наследие // На стыке континентов и цивилизаций – М., 1996. – С. 125–126.
13
Теория государства и права / Под ред. А.Б. Венгерова. – М., 1995. С. 27.
14
Трубецкой Е.Н. История философии права (новой). – Киев. 1898. С. 8.
15
Насколько деятельным было участие императора в деле подготовки и проведения этого вроде бы чисто религиозного мероприятия можно судить по тому, что прогоны и почтовые лошади для участников собора были предоставлены государством. Также на казенном содержании находились участники собора с конца мая до конца августа, а их было не менее 250. Император открыл собор парадной речью, выступал в прениях, в беседах с епископами, «каждого склонял к единомыслию», как пишет участник собора, любимец императора Евсевий Кесарийский (В.А. Карташев. Вселенские соборы. – М., 1994. С. 31–34).
16
Карташев А.В. Вселенские соборы. – М., 1994. С. 57, 91.
17
Цит. по: Гергей Е. История папства. Пер. с венгер. – М., 1996. С. 37.
18
Протоиерей Митрофан Зноско-Боровский. Православие, Римо-католичество, протестантизм и сектантство. – М., 1991. С. 23.
19
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 38. С. 226.
20