Года и годы. Стихи
- -
- 100%
- +
Редактор Захар Оскотский
Корректор Анатолий Нутрихин
Иллюстратор Наталья Нутрихина
© Наталья Нутрихина, 2020
© Наталья Нутрихина, иллюстрации, 2020
ISBN 978-5-4474-7750-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
1967
18 лет
«Я иду по берегу канала…»
Я иду по берегу канала,Ты идешь по берегу канала,Мы идём…Нет, это очень мало,безнадежно мало,чтобы «мы».Я не знаю, думаешь о чём ты,А тебе не важно, я – о чём.Не пробить мне хода, даже щёлки.Хоть почти касаюсь я плечомТвоего плеча.Но все же, все жеЯ напрасно на пути твоем,И напрасно думает прохожийБудто я и ты сейчас вдвоем.Я иду по берегу канала,Ты идёшь по берегу канала,Мы идём…Нет…«Я хотела всего огромного…»
Я хотела всего огромного:Если моря – то пусть бездонного,Если неба – то пусть высокого,Если птицу – то только сокола,Если пить – так уж пить до дна,А любовь у меня – одна.Только дна не достать руками,Небо скрыто за облаками,И не пью, а хожу лишь около:Мой воробышек не был соколом.«Ты говоришь, а я молчу …»
Ты говоришь, а я молчу —случайным словом не хочунарушить ясную союзность:так дивно слились – гомон улиц,тишь ниспадающих ветвей,дыханье солнечных лучейи голос твой; но снова тыразводишь брови, как мосты,и говоришь, что я молчу,а мне слова мои, как шумчужой средь голосов оркестра;вокруг такое равновесьетебя и мира.Я молчу.1968
19 лет
«В голубое небо засмотрись…»
В голубое небо засмотрись,Залюбуйся крохотной синицей.В небе так лучи пересеклись,Что она покажется жар-птицей.И другого счастья не желай,Не пытайся взять руками птицу.Получив в ладони журавля,Ты не сможешь на него молиться.И увидишь, где беда твоя,То, чего не ведала в разлуке:Сломанные крылья журавляИ свои беспомощные руки.«Танцпятачок в поселке дачном …»
Танцпятачок в поселке дачном —Цветной забор, скамейки в ряд.В оркестре девушка-скрипачка,А рядом костыли стоят.В неделю раз она играетЗдесь от семи до десяти,И пары мимо проплывают,Глаза пытаясь отвести.А ей как будто горя мало,Спроси – она могла б сказать:Мол, я бы тоже танцевала,Да скрипку некому отдать.«Смотрите в шахматную доску…»
Смотрите в шахматную доску,Как в зеркало тревог и бурь.Как символично, как непростоПередвижение фигур!Полна решимости и гнева,То наступая, то юля,По полю скачет королева,Спасти пытаясь короля.Спасает девочка от двоек,Когда стоит он у доски;Жена спасает от попоек,От дурости и от тоски.Король (о, как вы все похожи!)Сидит, ворчит, чего-то ждет.Он многое умеет тоже,Но дальше клетки не пойдет.В далекой древности и в эруКосмического корабляПо полю скачет королева,Спасти пытаясь короля.Ей все заранее известно,И в том числе судьба своя:Должно погибнуть королевство,Когда не станет короля.«Если б мы с тобою жили…»
Если б мы с тобою жилиНа различных полюсахДа к тому же говорилиНа различных языках,Жили в разные столетья,В разных верили боговИ вдобавок были детиЯрых классовых врагов,Да еще б нас разделялиСто других причин, поверь,Мы б друг друга понималиМного больше, чем теперь.1969
20 лет
Закон инерции
Всё оказалось забытым и ложным,Внешние силы давно не приложены,Только упрямое глупое сердцеМчится вперед по закону инерции.Всё оказалось не так уж запутано —Первое правило старого Ньютона.Детство кончается и не кончается,Долго пустые качели качаются,Брошенный в воду кораблик с ладониДолго в холодной воде не потонет,И без влиянья чего-нибудь внешнегоВсё еще плачет любовь моя прежняя…Всё оказалось не так уж запутано —Первое правило доброго Ньютона.«Я говорю: «Не уходи!..»
Я говорю: «Не уходи!»Как говорят: «Прощай!»Чтобы потом не угодитьИз радости в печаль.Я всё заранее прощу —И в том моя броня.Я всех любимых отпущуС другими от меня.И всё отдам. И с этих порМогу спокойно спать,Ведь ничего не может ворУ нищего отнять.1970
21 год
«Я школьница. Портфельчиком качаю…»
Я школьница. Портфельчиком качаю,В нем пачкает тетради бутерброд.И мальчика знакомого встречаю,И прячусь от него за поворот.Он стеклышко с асфальта поднимаетИ на прохожих смотрит сквозь стекло,А я слежу за ним, не понимаяПричины любопытства своего.Вот он прошёл, а я стою в волненьеИ вслед ему невидяще гляжу.Я напишу о том стихотвореньеИ никому его не покажу.«Потом ты встретишься с другой…»
Потом ты встретишься с другой(Не знать того бы дня!)И назовешь ее женой,Как будто нет меня.Она красива и добра:Она тебе верна,А я из твоего ребраБыла сотворена.У вас свой дом, паркет блестит,И зеркала, и бра,Но как в груди твоей болитОтсутствие ребра!«Едва ли ты меня поймешь…»
Едва ли ты меня поймешь,Когда скажу о том,Что мне уснуть мешает дождь,Шумящий за окном.Пока не встретилась с тобой,Мне незнаком был страх.Я спать могла под шум любой,Хоть под обвал в горах.А вот теперь, под этот дождьЯ думаю о том,Что ты куда-нибудь идёшьИ мокнешь под дождем.Мной сочиненная бедаУснуть мне не даёт:Тебе холодная водаЗа шиворот течёт.Живу в тревоге за тебя,Мне ветер бьёт в окно,Мне спать мешает шум дождя,А ты уснул давно.«Нас незнакомка за плечо…»
Нас незнакомка за плечоВозьмёт и спросит вдруг:– Скажи мне, мальчик, кто ты, чтоИ как тебя зовут.Придёт ко всем по одному,Чтоб вопрошать она:– Скажи мне, девочка, комуНа свете ты нужна?Она пронзит твоё челоСтрелою новых дум,Мужчину спросит: – Для чего?А женщину: – Кому?..Исток каких угодно тем,Исход любых речей:Мужчине страшно быть ничем,А женщине – ничьей.1972
22 года
«Громко шаркая в коридоре…»
Громко шаркая в коридоре,По-хозяйски приходит горе.Не решась ко мне постучаться,Осторожно крадётся счастье.Выхожу я горю навстречуОтвечать приветливой речью:– Хорошо, что ты хоть такое,А могло быть и больше втрое.Заходи же в мой дом скорее,Ожиданье тебя — страшнее.Ну а счастью идя навстречу,Говорю я иные речи:Мол, тревоги не оберешься,Чем ты завтра-то обернешься?Знают все о законе старом:Ничего не дается даром.А оно мне в ответ такое:Мол, твое я, а не чужое.Так открой мне скорее двери.Я молчу. Я ему не верю.Снег
Виной ли только этот снегИли другое что?Чужой какой-то человекНадел твоё пальто.И шапку где-то взял твоюИ даже голос твой.Зачем я рядом с ним стоюИ не бегу домой?Ведь знаю я, что он – не ты,А лишь чуть-чуть похож,И главные твои чертыВовек в нем не найдешь.Но я стою, и силы нетМне от него уйти.Всё жду я – вдруг он даст совет,Где мне тебя найти.Март
Когда весь двор затопит половодье,Возникшее из мартовских снегов,Не называй ни Колей, ни ВолодейК твоей душе пришедшую любовь.И если вдруг неведомые преждеОткроешь силы новые свои,То назови их – Верой и Надеждой,А может быть, Наташей назови.«Как тяжело опять в спортивный зал…»
Как тяжело опять в спортивный залВойти бесстрашно после перерыва.Там все сильны, отважны и красивы,А ты от них немыслимо отстал.Там появилось много молодых,Они твои ошибки встретят смехом,И не помогут прежние успехиИ даже отзвук почестей былых.И это значит только: не боятьсяМучительного, долгого труда,А кто боится слабым показаться,Тот сильным и не станет никогда.1973
24 года
«Из всех сокровищ планеты…»
Из всех сокровищ планетыМне не на что променятьХорошую сказку этуПро Вовку и про меня.Про то, как мир еще не былЗнаком ни с какой бедой,И про счастливое небоНад Вовкой и надо мной.Казалось нам счастьем новымНачало любого дня,И мир был на всё готовымДля Вовки и для меня.От наших в единый слитыхШагов по тропе леснойЗемля сходила с орбитыПод Вовкой и подо мной.И как живется, не знаю,Обоим нам изменя,Тому зеленому краюБез Вовки и без меня.Новый год
Не кажется ли вам, что Новый год —Не только праздник, но еще и тотНазначенный незримым кем-то срок,Когда ты должен подвести итог.И должен ты представить в этот мигВсё, что ты сделал и чего достиг.На циферблате стрелки, как мечи,И нету оправдания – молчи.Он спросит: «Ты одна? И ты один?А где же дочь твоя? А где твой сын?А где твой город на краю земли?Тебя дела другие увели?Ты помнишь, в детстве говорил: «Хочу!» —А что теперь – уже не по плечу?Среди зимы врасплох нас застаетНе праздник – суд бесстрастный, Новый год.1974
25 лет
«Во сне не помню ни обид, ни боли…»
Во сне не помню ни обид, ни боли,Мне снятся сны с любимым в главной роли,Мне снятся утешительные сныО том, что я дождусь своей весны.И я, уже почти поверив в это,Вдруг просыпаюсь – середина лета.«Говорим, что времени нет…»
Говорим, что времени нетНи минуты, всегда – скорей!..Видя в том одну из приметСуматошнейших наших дней.Опасаясь возможных бед,Я, наверное, промолчуИ скажу, что времени нетВместо смелого: «Не хочу!»Той, что долго смотрела вслед,Ты, уже из последних сил,Повторял, что времени нет,Вместо честного: «Разлюбил».Если сложно найти ответ,Если труден ответ прямой,Говорим, что времени нет,Ни минуты нет, ни одной…«Любимый мой ведет меня на смерть…»
Любимый мой ведет меня на смертьМне несколько шагов прожить осталосьИ я еще пытаюсь рассмотретьЕго лицо – вдруг в нем возникнет жалостьНо ощущенье времени остроИ острием сужается пространствоЛюбимый мой ведет меня к метроИ там, у входа, мы должны расстатьсяНа теплом эскалаторном ветруВ толпе, в метро на Площади Восстанья,Мне каждый раз казалось, что умруКак только мне он скажет:– До свиданья.1975
26 лет
«К нам время не бывает равнодушно…»
К нам время не бывает равнодушно.Оно всегда, ведя мгновеньям счет,Или на нас работает послушно,Или упрямо против нас идет.Но с той минуты, как на свет явилосьТвое дитя, твой мальчик, – всё кругомТак этой новой власти подчинилось,Что время перестало быть врагом.Теперь оно – союзник: сын взрослеет.И ты не бойся старости своей.Пусть будешь с каждым годом ты слабее,Но твой мальчишка с каждым днем сильней.К нам время равнодушно не бывает,Но не страшит бессонное «тик-так»Тех, с кем ребенок рядом засыпаетИ стискивает маленький кулак.«Вы спросите…»
Вы спросите:сколько денегНужно иметь для счастья?Отвечу я:две копейки,В крайнем случае – пять.За две – в телефонной будкеУслышу желанный голос,За пять – я письмо отправлюИ буду ответа ждать.А если за эти деньгиМне не дается счастье,Знаю, что бесполезноЦену ему набавлять.«Березовый лист и кленовый…»
Березовый лист и кленовыйУпали в осеннюю грязь.Я мимо прошла бы спокойно,Когда бы не здесь родилась.Вдыхаю чистейшую осеньИ чувствую оба крыла.Мне не был бы воздух так сладок,Когда бы я гостьей была…Меня не любила бы рощаИ тихая эта вода,Когда бы я точно не знала,Что здесь буду жить я всегда.«Толпились во дворе военкомата…»
Толпились во дворе военкоматаВнезапно повзрослевшие ребята.Не только сыновья – уже сыны.Шёл самый первый день большой войны.А паренёк один стоял в сторонке,Жалел, что не завёл еще девчонки,Что далеко в селе осталась матьИ некому солдата провожать.Но вдруг – судьбы знаменье или милость —Старуха незнакомая явилась.– Как звать тебя, сынок? – она спросила,Потом вздохнула и заголосила:– Хороший мой, красивый мой, кудрявый… —И дальше – чтоб вернулся он со славой.Так на земле, на русской, не положено,Чтоб шел солдат на битву не провоженным.И, соблюдая старую примету,Ему совала медную монету,Чтоб тот, кто отправлялся в трудный путь,Пришёл обратно – этот долг вернуть.И, что-то повторяя на бегу,Она махала вслед грузовику.Тот день в неразличимом далеке,А та монета на моей руке.Я посмотрю, потом еще взгляну.С ней мой отец прошёл через войну.«Берегите тепло»
Эту надпись – смотрю и не верю —Сочинили как будто назло:«Закрывайте, пожалуйста, двери,Берегите тепло».Ну а если родными забытыИ куда-то друзей увело,Если двери квартиры закрыты,То откуда возьмется тепло?Мы тепло не термометром мерим.Пусть хоть снегом дома замело:Не держите закрытыми двери,Берегите тепло!1976
27 лет
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.