Прекрасный адвокат ужасного лорда

Ещё никогда мне не было так больно… Даже после того безумного новогоднего корпоратива в уже далёком две тысячи девятнадцатом. Тогда казалось, что если я умру от похмелья, то это станет милосердным подарком судьбы… А сейчас… сейчас ощущения в сто раз хуже.

Я чувствовала себя фаршем. Ну, знаете, тем самым, который моя мама впрок заготавливала для наших с братом любимых котлет и фрикаделек. Она обычно берёт свежее мясо с кровью, нарезает на тонкие полосочки и прокручивает через электрическую мясорубку на высокой мощности. Затем замешивает туда нашинкованный забористый лук, от которого аж глаза из орбит лезут, и пропускает через мясорубку ещё пару раз…

Фарш становится однородным, как пюре, без единого волокна… Так и я лежала на чём-то твёрдом — без единой мысли о том, кто, где.

Господи, до чего доводит работа, хоть и любимая. Даже не помню, как легла спать!

Не успела подумать о том, что пора бы взять отпуск, меня кто-то дёрнул за плечо. И опять… Поблизости прозвучал голос:

— Таська! Таськ! Вставай, Таськ!

Тот голос всё тормошил, дёргал… А я наконец поняла, что сон становится всё страннее, и это очень похоже на мою старшую сестру Иру, но вместе с тем как-то… По-другому.

Как странно. На днях она хвасталась мне, что поедет на дачу к родителям своего мужа. Красить забор в зелёный, есть шашлыки, собирать раннюю клубнику с грядки… И всё остальное, чем по выходным обычно занимаются нормальные люди, а не такие конченые трудоголики, как я.

Что Ира у меня забыла? И почему звала Тасей? Я же Таня. Может, послышалось?

— Таська, хватит спать! Не вынуждай звать мамку! — Настойчиво продолжал голос.

Что? Здесь ещё и наша мама?

Я нахмурилась и заворочалась, пытаясь разодрать тяжёлые веки. В горле всё пересохло, стянуло и страшно горчило. Язык как будто покрылся плёнкой со вкусом крови… И вдруг, смутно понимая, что падаю, я полетела камешком вниз. Неуклюже брякнулась на холодный пол спиной и почти взвыла не своим голосом:

— А-а-ай, господи!

Я опешила и тут же замолкла от неожиданности, хотя всё ещё кривилась. Невыносимое чувство обдало спину, будто промеж лопаток до половины забили раскалённые гвозди. На секунду я даже попыталась не шевелиться и не верила, что у меня всё так сильно болит. До пола летела, вроде, недолго, но тело горело до такой степени, будто я спрыгнула с высотки и каким-то чудом выжила.

И чем дольше я чувствовала эту боль, тем яснее слышала, что голос моей сестры Иры всё меньше походил на её. Стал каким-то грубым, с издевательскими нотками.

— Ещё не хватало! Вставай! Чё ты расстелилась как половик?

Стало ужасно обидно. Сама знала, что из-за работы не уделяла семье столько внимания, сколько они заслуживают… Но я старалась по возможности! А тут столько яда в словах, уму непостижимо! Я уже собиралась спросить, не обнаглела ли сестра так со мной разговаривать, когда глаза наконец открылись, сфокусировались… и округлились от увиденного!

Вместо натяжного потолка моей квартиры — дощатый деревянный, как в бане или деревенском домике. В полосе тусклого света, льющегося из маленького окна с мыльными разводами, летали микроскопические звёздочки пыли…

Ого… С каких пор у меня такое хорошее зрение? Наверное, забыла снять линзы перед тем, как легла спать. Или всё ещё спала?

Резко вздрогнула, когда надо мной склонилось чужое недовольное лицо. Совсем не Иры. Круглое, с высоким лбом, веснушками и рыжими ресницами. И одета обладательница такой необычной внешности была причудливо: в бордовое платье с расшитым узорчатым воротником. Оно напоминало форму института благородных девиц. Не знала, что в наше время ещё кто-то такое носил…

Итак, я проснулась в другом месте с посторонним человеком. Наверняка взаперти. О чём можно подумать в такой ситуации в самую первую очередь? Правильно. Что похитили! Или же что всё это сон.

2

Из-за успешной карьеры в адвокатской конторе у меня имелось немало недоброжелателей, и я привыкла сразу предполагать самое худшее... А потому, пытаясь приподняться через боль, заявила:

— Отпустите меня… — Собственный голос слышался сорванным, слабым, незнакомым. — Зачем вам это надо? Вы молодая, красивая, вас впереди столько всего ждёт в жизни!.. Вы же до пяти лет получить не хотите?

— Ты чё бормочешь-то, Таська? О высшие силы… Не выспалась? Небось опять в потолок глядела полночи?

— Я Таня! Отпустите меня! — крикнула я громче, но всё ещё хрипло. Все книги советовали, что при нахождении в плену лучше вести себя спокойно и не бесить похитителей. Но это в теории, на практике у кого угодно сдадут нервы. — Давайте договоримся? Каковы ваши требования? Деньги? Показания в суде изменить? Кто ваш заказчик?

— Ха-ха-ха! Ты головой ударилась, когда упала, что ли?

Эта девушка небрежно махнула рукой в сторону, и я проследила глазами. Местом моего сна оказалась узкая необработанная скамейка из старых досок, без матраса. Хоть какого-нибудь пледа тоже не дали. Что за похитительница? Разве так поступают те, у кого есть хоть немного человечности? Могли с таким же успехом сразу на полу тогда уж оставить.

И почему разрывалась спина от боли? Неужели меня били, пока лежала без сознания?

— Где сообщник? — повернувшись обратно, продолжала я. Важно узнать хоть что-то. Ясно как день, что в подобных махинациях главный не всегда, но как правило мужик. — Моим родным вы уже сообщили? Господи, надеюсь, вы не звонили моей матери? Она несколько месяцев назад пережила сердечный приступ, её нельзя беспокоить!

Моя похитительница нахмурилась ещё больше, чуть ближе подошла к дверям, которые, судя по всему, вели в другую комнату. Прошипела мне…

— Ох, не хотела я мамку звать… Но ты меня вынудила! — И вдруг как крикнула: — Ма-а-а! Тасселира опять перечит!

Какая-какая лира? Это она сейчас меня так по имени назвала? Интересно, а её саму как зовут? Уж не балалайка ли?

Девушка поспешила отойти от двери, за которой скоро послышалась ругань, громкие неразборчивые звуки и приближающиеся шаги.

Нехорошее предчувствие и страх пробежались по моему позвоночнику дробью. Я неосознанно огляделась, ища выход, и поняла, что помещение, где я сидела, было даже не комнатой, а сенями перед жилой зоной. По тёмным углам стоял хлам, старинные садовые инструменты, набитые чем-то мешки. На потолочных балках висели веники с засушенными травами и… паутина, много паутины.

Интересно, ещё не поздно рассказать им о своей арахнофобии? Нет, нельзя. Начнут специально запугивать пауками!

Но вот дверь открылась, и я поняла, что в этом месте самый главный мой страх — не пауки.

Фиктивная жена для чудовища

Мои дорогие читатели!

Рада приветствовать вас в дебютном для меня литмобе…

“ФИКТИВНАЯ ЖЕНА ДЛЯ ЧУДОВИЩА!”

~~~

Что делать девушке, которая, оказавшись в другом мире, вынуждена фиктивно выйти замуж? И не просто за мужчину, а за того, кого окружающие считают страшным, жестоким и опасным.
Попытается ли героиня разобраться и изменить свою судьбу или предпочтёт плыть по течению?

~~~

Все книги литмоба доступны по ссылке: https://litnet.com/shrt/swXM

ПРИЯТНОГО ЧТЕНИЯ!

Преамбула

Если вам понравилась книга, пополните ею свою библиотеку!
А я рада приветствовать вас в…

Мистическом любовном романе «Прекрасный адвокат ужасного лорда»

Жанры: тёмное фэнтези, бытовое фэнтези, мистика, саспенс, попаданка.

Несколько слов от меня лично.

Рада видеть — уже постоянных и совсем новых читателей — на страницах этого романа.
Начинать каждую книгу со вступительного слова стало моей маленькой традицией, которую не стану нарушать и в этот раз.

Тут я решила не мелочиться и собрать целое экспериментальное комбо новых для меня вещей.

Первое — это мой дебютный литмоб! Теперь официально! Аж с двумя книгами сразу! И мне очень волнительно… Честно скажу, поначалу были сомнения и мысли, что не справлюсь. Но благодаря организатору и соучастницам, их поддержке и их советам вы сейчас видите итог. Спасибо им тоже!

Второе. Попаданка и обустройство в новом мире. Всё ещё малознакомый жанр для меня, а учитывая, какой тут мир героине попался… охо-хо! *Нервно смеётся*
Мужской главный герой тоже тот ещё фрукт. Грозный, гордый засранец. Каюсь, не мой типаж. Но всё же душу вложила.

Третье — мистика, саспенс, тёмное фэнтези. Со всеми прилагающимися. Ещё раз подчёркиваю — при прочтении вам иногда может быть волнительно. На всякий.
Но также будет и быт, и романтика, и страсти, и интриги… И немного юмора.

Четвёртое — это в каком-то смысле ретеллинг. Аленького цветочка, Рапунцель, Белоснежки и многих других сказок. Предлагаю игру в комментариях — «Найди отсылки»! ;)

Пятое — начало я писала в стол до самого релиза. Отвыкла так работать, честно говоря. Тянуло похвастаться перед читателями в соцсетях, но держалась! Надеюсь, за стойкость вы вознаградите меня своим драгоценным вниманием.

И шестое — книга участвует в конкурсе «Пока не исчезнет свет»! Счастливых нам Голодных игр! ХD

~

Некоторые главы будут носить название статей из УК РФ. Это обоснованно авторским замыслом. Сделано лишь для усиления символизма, художественности текста и не несёт в себе цели принизить значимость или исказить содержимое данного законодательного акта!
Если вас всё же смущает, прошу сообщить в комментариях, и я уберу.

Все события и персонажи вымышлены. Поступки и суждения персонажей служат сюжету книги и не отражают мою позицию.

~

Ещё раз благодарю за то, что оказались здесь и дочитали вводную главу до конца.
Буду очень рада прочтениям, подпискам на мою страницу, лайкам, комментариям. Любой вашей активности!

Приятного и захватывающего чтения!
Продолжаем…

3

Женщина, что явилась на пороге и собой заняла половину сеней.

Нет, она была не полной, а просто очень высокой и крепко сложенной. Даже слегка мужеподобной, я бы сказала, и похожей на первую девушку.

Меня похитили мать с дочерью… Отлично, ну и сон! Чем ещё меня удивите?

А ведь в своей работе, да и по жизни, я всегда старалась становиться на сторону женщин. Сама женщина, это логично. С особым удовольствием я бралась за уголовные дела, где нужно было отстоять их интересы.

Оправдать или сократить приговор до минимума. Когда дала отпор домашнему тирану, перестаралась и убила. Или когда отчаянно защищалась, чтобы не быть изнасилованной, и покалечила выродка.

Да, мне нравилось защищать женщин, ведь, увы, так сложилось, что в нашем мире недостаток тех, кто мог бы их защитить.

И в адвокатском сообществе я с гордостью поднимала голову, когда коллеги мужчины из других фирм, посмеиваясь, говорили: «Татьяна Акимова — отчаянная феминистка».

А теперь я сидела на холодных сырых досках в каких-то обносках. Почему-то тряслась и с ужасом глядела, как ко мне приближалась та, кто теоретически могла бы быть моей подзащитной.

Может, она из тех, чьё дело я провалила? Да, таких было очень мало, но всё же. Вдруг эта женщина отсидела, вышла, а теперь хочет отомстить? Вспоминай, вспоминай!

Не успела я опомниться, как она грубо схватила меня за шкирку, как непослушного щенка, поставила на ноги, на скрипучий пол. В босые пятки тут же впилось несколько заноз. Стоп, босые?.. А почему на мне вообще не было обуви? Почему на мне висели какие-то обноски? Зачем, чёрт возьми, меня переодели?

Та женщина приблизилась ещё, злобно нахмурилась, и у меня онемел язык. Не знаю, как объяснить… Я неосознанно боялась её, хотя видела впервые. Будто нас что-то не очень радужное связывало, и долгие-долгие годы.

В обычной жизни я защищала людей, а сейчас остро чувствовала, что сама нуждаюсь в защите. Какая жёсткая ирония!

И я даже вздрогнула, когда та женщина вдруг заговорила сквозь свои кривые зубы:

— Это что ещё за дела, Тасселира? Почему не слушаешь Гликерию? Мне тебя снова выпороть?

А вот это я уже совсем не поняла. Ещё одно странное имя. И в каком смысле «выпороть»? Что значит «снова»? Выходит, меня действительно били. Господи… Что за садизм?

— Как же так… — зашептала я, и на глаза ни с того ни с сего навернулись слёзы страха и обиды. — Вы же женщины… такие же женщины, как я… Мы ведь должны… друг за друга быть…

— Ты чё, заболела, Тасселира? Соберись, а то, видят высшие силы, я тебе…

— Мам, не надо! — Вдруг вступилась вторая, до сих пор стоявшая у стены. — Не надо её наказывать, она не перечит, я пошутила…

Сквозь слёзы я заметила, как мамаша искренне удивилась и повернулась к дочери.

— Неужто жалеешь её, Лика? С какой это радости?

— Просто отпусти, ма. Она, наверное, на грядках перегрелась, заработалась.

Не знаю, о каких грядках говорила эта Лика, но её просьбы сработали. Женщина отпустила ворот убогой одежды, отошла и лёгким пинком придвинула ко мне металлическое ведро воды с плавающей потрёпанной губкой на поверхности.

— Поганая девка… Хорошо, что мои глаза скоро отдохнут от тебя. Быстро в порядок себя приведи! Скоро лорд явится, а ты хуже кабана в грязи. И это, Лика… — Женщина вновь повернулась к своей дочери. — Дай ей какое-то из своих платьев, что ли.

— Но мам!

— Самое старое, Лика. Всё будет лучше, чем это. А то посмотрит лорд на наше чучело и передумает. Ты же не хочешь его следующей быть?

4

Лика замотала головой с презрительностью, красноречиво показывая, что следующей быть точно не планировала. А я, утирая слёзы, ломала себе голову — что происходит? Какой ещё лорд и когда он должен явиться?

Может, Лорд — это кличка главаря в их преступной группировке? Или я на самом деле крепко сплю, и меня никто не похитил? Что ж, этот вариант наиболее подходит под происходящую чертовщину.

Ох, Ира! Так и знала, что от её совета — слушать перед сном мантры и аффирмации — рано или поздно в голову придёт подобная дичь! И как теперь проснуться, скажите на милость?

Устрашающая мамаша ушла из сеней обратно в дом, а её дочь брезгливо протянула мне небольшой кусочек мыла. Я опустила взгляд в ведро с водой и замерла, приоткрыв рот.

Лицо, что смотрело из отражения, было не моим. Очень юным, около двадцати. Кареглазым, бледным, худеньким. С разбитой губой и коричневыми синяками под носом. Я едва не всхлипнула снова, но собралась.

На меня смотрела молоденькая девушка из неблагополучной семьи. Но внутри сидела успешная женщина адвокат, которой хотелось обняться, успокоить и пообещать ото всех защитить.

Что бы ни происходило дальше, не позволю больше никому здесь обидеть меня!

Впрочем, тело, которое на время этого безумного сна почему-то стало моим, было не везде истерзанным. По крайней мере, волосы — обзавидуешься! Длинные чёрные, сплетённые в пару растрёпанных, но очень густых кос шириной почти что с руку каждая! Милейшая чёлочка едва закрывала брови.

У меня тоже когда-то была целая копна волос, хоть и не настолько шикарных. Пришлось остричься под короткое каре с началом адвокатской практики. За длинными волосами надо тщательно следить, и я решила, что это будет занимать много времени.

Я вообще освободила себя практически от всего ради работы: от яркой косметики и шоппинга в удовольствие до туфель на высоких каблуках. А ещё от большого количества друзей, от развлечений, от хобби, от личной жизни… Так что в каком-то смысле на меня сейчас смотрели моя внутренняя личная жизнь и моя женственность — такие же замученные и избитые.

Впрочем, не жалею. Меня устраивала моя внешность и жизнь, а как думали другие — параллельно.

Я села перед ведром воды, повела плечами от сквозняка, идущего из щелей в полу… Положив рядом мыло, набрала в ладони прохладной воды. Заметила на аккуратных пальцах огрубевшие мозоли. Ох, кажется, эти бедные ручки много работали.

Но кем, на кого? На этих двоих, что ли? Неужели мне снилось, что я стала служанкой? Может, уберусь здесь везде и проснусь? Надо будет проверить…

Пока умывалась, то услышала, как Гликерия, она же Лика, подошла сзади. Я напряглась, приготовилась в случае чего тыкать ей в лицо мылом, которое точно щиплет! Но обошлось. Лика лишь присела на скамейку, с которой я недавно свалилась, и тихо спросила…

— Эй, Тась… А ты правду сказала, что я молодая, красивая? Или только чтобы не злить?

Серьёзно? Её мать у неё же на глазах из меня чуть душу не вытрясла, а она пеклась о том, считаю ли я её красивой! Хотя не говорить же правду, что пыталась заговорить зубы, считая своей похитительницей?

Я убедительно кивнула пару раз и продолжила тереть губкой руки и шею, не боясь за то, что мочу рубаху. Или что это? Неважно… Всё равно водой сильнее уже не испортить. Я почти скребла себя мылом, надавливала на синяки, надеясь, что это меня разбудит. Но не чувствовала ничего, кроме боли в теле и безнадёжности.

Что делать? Как отсюда выбраться? Может, следовало, как в каком-то фильме, принять вызов? Играть по правилам, и получится поскорее выйти победителем?

Господи, всё бы отдала, чтобы поскорее проснуться в своей квартире и поработать над делом.

Хм… Точно, дело. Над чем же я работала перед тем, как прилечь и очутиться в этом странном месте? Кто мой подзащитный? А прокурор кто? Какие доказательства? Улики? Почему я ничего не помнила об этом? Ни единой детали…

Я вздрогнула, и все размышления разбежались, когда Лика вдруг подскочила со скамьи, словно школьный хулиган разбросал там острые кнопки.

Чуть ведро на меня не опрокинула, а потом заголосила, глядя в оконце:

— Помогите, высшие силы… Он уже приехал! Приехал! Мама!

— Кто? — спросила я тихо.

— Что значит кто? Лорд Дарлин!

Тасселира

Ну что, давайте знакомиться с героями? Для вашего удобства в скобочках информация и о попаданке тоже.

Имя: Тасселира — сокращённо Тася (Татьяна Семёновна Акимова);

Возраст: около 20 лет (33 года);

Страна: Орион (Россия)

В новом мире дочь мелкого купца. В прошлом — адвокат по уголовным и гражданским делам с восьмилетним стажем.

В реальной жизни у Татьяны есть любящая семья: мать Тамара, старшая сестра Ира и младший брат Женя. С отцом она давно не общалась.

У Тасселиры был отец Корнелиус, который недавно умер от чахотки, также есть мачеха Зоэльмия и сводная сестра Гликерия. Где родная мать Тасселиры, неизвестно.

Интересный факт 1:
Главная героиня боится пауков, но при этом совершенно комфортно чувствует себя при виде крови и других зрелищ, которые могут напугать среднестатистического человека. Всё дело в опыте работы с преступлениями различной тяжести.

Интересный факт 2:
Героиня попала в тело девушки, которая не умеет читать и писать. Ей ещё предстоит этому заново научиться.

-

Лицо, что смотрело из отражения, было не моим. Очень юным, около двадцати. Кареглазым, бледным, худеньким. С разбитой губой и коричневыми синяками под носом. Я едва не всхлипнула снова, но собралась.
На меня смотрела девочка из неблагополучной семьи. Но внутри сидела успешная женщина адвокат, которой хотелось обняться, успокоить и пообещать ото всех защитить.
Впрочем, тело, которое на время этого безумного сна почему-то стало моим, было не везде истерзанным. По крайней мере, волосы — обзавидуешься! Длинные чёрные, сплетённые в пару растрёпанных, но очень густых кос шириной почти что с руку каждая! Милейшая чёлочка едва закрывала брови…

-

5

О том, чтобы переодеть меня во что-то сносное, больше не было речи. Эти женщины как с ума посходили, стоило им узнать, что их драгоценный лорд явился. Младшая заперлась в доме, а старшая поволокла меня из сеней прямо так — мокрую, в тряпье и босую.

Я ругалась, сопротивлялась, пыталась вырваться, угрожала полицией, но моя похитительница будто не слышала. Вцепилась в запястье своей ручищей, словно стальными клещами. После такого захвата на тонкой коже моего нового тела наверняка останутся очередные синяки.

Странный сон понемногу превращался в кошмар. Меня трясло, хотелось бежать, да куда? Узнать бы для начала, где я. Было откровенно не по себе. Не хватало каких-нибудь жутких щупалец или костлявых рук, торчащих из пола, чтобы схватить и затянуть под землю, в преисподнюю!

Как я ни упиралась и не кричала, всё же была вытащена на крыльцо. Пришлось зажмуриться от дневного света. А открывать глаза обратно никак не хотелось. Не хотелось опять возвращаться в этот бред, сон… чем бы оно ни было, с меня хватит!

— Хватит! — вторил кто-то грозным басовитым голосом. — Что здесь происходит?

Прекрасный вопрос! И ещё прекраснее то, что им наконец-то задался кто-то, кроме меня.

Меж тем я почувствовала, как стальная хватка жуткой женщины перестала сжимать моё запястье, и решила всё-таки посмотреть, чей же голос заставил её так шустро повиноваться.

Глаза сами по себе округлились и наполнились шоком. Местечко моего пребывания походило на, мягко говоря, недружелюбную глухую деревню. Как из нашумевшей видеоигры в жанре выживания.

Прежде всего, я не могла на глаз определить, что за время года здесь царило. Не то поздняя осень, не то холодное лето. Снега точно не было, но при этом кругом тянулся полупрозрачный слякотный туман, при дыхании изо рта выходил пар. Прохладно и невзрачно…

И всё же глаз цеплялся за редкие маленькие цветочки и необычной формы плоды на грядках у обветшавшего дома.

Другие дома тоже не внушали доверия. Построенные из старых досок и замшелых брусьев, с торчащими в разные стороны черепицами крыш. Где-то окна треснули, где-то покрылись пылью и брызгами грязи, а где-то вообще отсутствовали. Дома стояли на большом расстоянии, из-за чего думалось, что сами местные жители не рады близкому соседству друг с другом.

Даже хорошо сохранившиеся жилища выглядели ненамного лучше на фоне стоящих неподалеку покосившихся избушек и совсем убогих землянок.

Сама природа тут выглядела зловеще. Я подняла взгляд чуть выше и вздрогнула. Небо не привычно голубое, а серое с пепельными облаками, висело слишком низко над головой и, казалось, могло обрушиться в любую минуту. При этом не похоже, чтобы виной тому был скорый дождь.

Сухую в трещинах землю, твёрдую, как камень, покрывала жухлая трава и неухоженные кусты с большими тёмно-зелёными листьями.

Деревья зловеще изогнулись, напоминая формой своих чёрных стволов длинноруких тощих чудовищ, что так и норовили схватить и утащить в лес, до которого рукой подать. Их густые кроны смотрелись искусственно и не особо спасали положение.

К слову, о чудовищах. Насмотревшись на удручающий пейзаж и окончательно уверившись в том, что всё это сон, я немного успокоила себя и наконец обратила внимание на того, кому, кажется, и принадлежал жуткий голос.

Этот… мужчина… стоял около какого-то экипажа с двумя красноглазыми лошадьми, и выглядел очень странным. Устрашающим. Нечеловечески высоким. Куда более внушительным, чем та ненормальная женщина, что тащила меня на крыльцо. Во всяком случае, за свою жизнь я ни разу не видела мужчин такого роста и телосложения.

Одетый во всё тёмное, плотное и тяжёлое, полностью закрывающее тело и голову, издалека он на секунду показался мне даже чем-то неодушевленным.