- -
- 100%
- +
Глава 1
Кто придумал, что огонь потрескивает «весело»? С «танцами пламени» и прочей чепухой – не ко мне. Мой огонь трещал вполне себе скромно, давая уютное тепло вытянутым к камину ногам и не смея тревожить лишний раз. Как и все в этом доме.
Поэтому когда с нарастающим гулом в него невесть откуда свалилось нечто объёмистое, вызвав сноп искр, я с любопытством подался вперёд.
Там, в огне, обнаружилось обнажённое женское тело. Непонимающе огляделось и что есть мочи завопило. Где все эти слуги-бездельники? Как обычно разбежались, когда нужны.
Никого нет, а девушка, не умещаясь в камине, беспорядочно крутится и неловко пытается сбить пламя. Вы только не подумайте, что я совсем безжалостный чурбан, способный смотреть, как кто-то сгорает заживо. Просто силы слегка… гм… не очень хорошо мне подчиняются, поэтому несколько мгновений жду, не появится ли кто из бездельников.
Бездельников не наблюдается, звать их времени не остаётся, приходится действовать на свой страх и риск. У камина как нельзя кстати стоит бадейка воды, лёгкое движение пальцами – и она выплёскивается на незнакомку. В идеале вода, конечно, то, что девушка получила ещё и бадейкой, будем считать издержкой.
Странная гостья оборачивается, ловя ртом воздух, мокрые волосы облепили плечи и спину. Видит меня и снова вопит. Хм, я-то всегда полагал, что прозвище «орангутанг», которым меня называют за глаза, отражает скорее не внешность, но суть. На мгновение замешкавшись, всё-таки решаю подняться, но не дожидаясь этого девушка вдруг берёт и исчезает так же неожиданно, как появилась.
В моём замке возможно многое – праотцы возвели его на сильном энергетическом ключе. Но такое даже здесь случается, мягко говоря, не часто.
– Нелли! – рявкаю, озадаченно обернувшись к зеркалу. Ну да, побриться не мешало бы, но за каким лешим, если я не планировал принимать незнакомых девиц – ни обнажённых, ни даже одетых?! Чего было так орать-то?
Пожилая нянюшка, невысокая и пухленькая, появляется как обычно быстро, словно только и ждала под дверью.
– Да? – интересуется, хмуро глянув на залитый камин. К нянюшке я питаю слабость и она бессовестно этим пользуется. Впрочем, я этого не показываю, а она делает вид, будто не догадывается и лишь иронически сверкает по-девичьи живыми глазами из-под толстых очков.
– Где ты была минуту назад? – грозно свожу брови. Ну, тоже довольно густые, не спорю. Но не настолько же страшные, чтобы орать!
– На кухне помогала, – ворчливо откликается, приближаясь к камину. Ага, за минуту вспорхнула на два этажа, так я и поверил. Никакого сладу с этими домашними!
Нянюшка брезгливо касается каминной решётки:
– Вот, чистить теперь, а то и чинить! Что это на вас нашло, хозяин? Снова галлюцинации?
– Нет! – возмутительное предположение! – Она была реальна!
– Кто? – нянюшка с любопытством поднимает бровь, вместе с чем ползёт вверх и губа. Страшноватое зрелище для непривычных.
– Не знаю! – начинаю раздражаться. – Какая-то голая девица. Ты разве не слышала? Верещала на весь дом.
– Так сами же приказали изоляцию усилить, кто тут знает, какие вы оргии ночами устраиваете, – фыркает Нелли.
– Какие оргии?! – возмущение буквально захлёстывает. – Ну… экспериментирую иногда.
– Не с тем вы экспериментируете! – припечатывает Нелли. – Когда голые барышни мерещатся, тут только одно…
– Найти мне её! – рыкаю, пресекая попытки нянюшки сунуть нос в мою личную жизнь.
– Кого? – иногда у Нелли замечательно получается изводить меня глупыми вопросами.
– Девушку!
– Голую?
– Любую!
– Любую – это хоть сейчас.
– Ту, что была в камине! – тычу пальцем для наглядности. Нелли уничижительно осматривает мокрые угли.
– А как я её узнаю? Какие-нибудь отличительные черты?
Черты… тщетно пытаюсь припомнить.
– Да какие там черты! Думаешь, мне было когда её разглядывать?!
– Вот в этом весь вы, хозяин, даже голая девушка не заставит вас слезть с топчана.
– Я слез! – возмущаюсь, понимаю, что разговор снова съехал куда-то не туда. – Ты мне зубы не заговаривай! Не было никаких отличительных!
– Опишите её, – закатывает глаза Нелли. – Какая она?
Снова пытаюсь вспомнить.
– Молодая, – выдаю. Нэлли фыркает. – Волосы… вроде светлые. До лопаток. Мокрые.
– Если найду с сухими – не вести? – снова фыркает Нелли.
– Нет! – градус моего раздражения повышается. – Сперва намочить! И раздеть, для лучшего опознания! Глаза… леший его знает! В огне не рассмотрел!
– Ну и как я вам по такому описанию найду?
– Как хочешь! Не так много в моём замке незнакомых мне девушек.
– Да вам и половина незнакома, вам бы только с источником экспериментировать да Даррена мучить.
– Духа замучишь, – ворчу.
– Ещё как! – Нелли никогда не одобряла моё решение привязать дух давнего врага к родовому замку. Но я остаюсь непреклонен.
– Джарес, – вздыхает Нелли. – Если девушка была в огне, на ней остались ожоги? Следы? По ним уж скорее отыскать.
Снова приходится напрягать извилины.
– Не было у неё никаких следов! Я не видел, во всяком случае. Но можете поискать, вдруг… проявятся.
– Это всё? – требовательно смотрит в глаза Нелли.
– Ну… ещё может проявиться синяк, – сообщаю не без некоторого смущения.
– Вы что же, хозяин, на беззащитную девушку руку подняли?!
Бадейку, если быть точным.
– Беззащитные девушки по чужим каминам не лазят, – ворчу. Решаю пояснить: – Огонь тушил, не рассчитал немного.
– Хорошо, – хмыкает Нелли, но лицо несколько смягчается. – Пойду передам Тедору, пусть разыскивает всё, что может проявиться.
Нянюшка плавной походочкой лавирует к выходу.
И кстати, о духах.
– Даррен! – прикрикиваю, едва дверь за Нелли затворяется. Не отвечает, затаился где-то, засранец… Да, засранец! Потому что, во-первых, постоянно ищет способ не откликнуться. Во-вторых, он статный эльфоподобный блондин, любимчик девушек. В том числе и Тинны. Да, это в-третьих – она предпочла его! А есть ещё в-четвёртых, в-пятых и в-шестых. И даже в-седьмых. Но об этом как-нибудь потом.
Приходится взять фамильный кинжал, выжать каплю крови из пальца. Пока она падает на пол, произношу призывающее слово. Мгновение, и дух, а точнее душок, уже передо мной.
– Бледный ты что-то, – сообщаю с радостной улыбкой. Даррен удостаивает лишь презрительным взглядом. Ну, может, и не смешно… леший его знает.
Даррен хмурится, не соизволив усмехнуться шутке, приходится переходить к сути:
– Расскажи-ка мне, бесплотный, что это за мамзель шлялась в стиле «ню» по моему камину. Ты же наверняка что-то такое заметил?
Дух подозрительно перекашивается, словно не желая отвечать. Конечно, не желает он рассказывать своему врагу что бы то ни было. Но связывающая нас магия крови сильнее. Врать мне он не может. Ну, почти.
– Говори! – приказываю. Иногда думаю, нужно было сохранить ему тело… временами так и хочется вмазать по наглой белобрысой морде.
– Проекция, не до конца воплотилась… и сбежала, – отвечает словно с неохотой.
– Это всё? – слежу за прозрачными чертами. Нет, что-то недоговаривает… Дух снова кривится, почти течёт, сейчас прямо зубы материализуются и начнут скрипеть от этих гримас.
– Ты зубы-то не сотри, – советую. Снова презрительный взгляд – вот именно от такого все окрестные девки и растекались. Любых слоёв и сословий. Умеют же некоторые… засранцы! – Говори, твою тыкву! – я и без того уже на взводе, а он тут молчать пытается!
– Сестра, – отвечает через силу. А вот это уже интересно. Родственная связь сильнее, он вполне может не сказать мне то, что будет опасно для его родных. По этой самой причине я до них в своё время не добрался.
– Почему? – сужаю глаза, чую, как раздуваются ноздри. Где уж мне, орангутангу, до изощрённой красы эльфоподобных.
– Ты ей только что жизнь спас, – отвечает нехотя. – Пламя загасил, не выбралась бы.
– Почему? – недоумеваю, сбежала же. Блондинистый закатывает глаза:
– Делала привязку к огню. Считай, мы квиты и больше я тебе ничего не скажу.
– А я её ещё раз спасу! – уверяю.
– Найди сначала, – хмыкает эльфоподобный паршивец.
– Найду и спасу! – начинаю распаляться. – Или лучше не спасу, посмотрю, как ты запоёшь!
Паршивец бледнеет… точнее, прозрачнеет, хотя и так вся мебель просвечивает. А до меня вдруг доходит смысл его слов. Неужели обманул? Снова?!
– Сестра?! – реву, люстра начинает дребезжать в унисон. Ну вот, опять силу не рассчитал. Приглушаю на тон – теперь уже дребезжат только бокалы: – Позволь напомнить, что Глория училась вместе с нами и моя память не настолько хромает, чтобы не узнать её!
– Да у тебя всё хромает, – ворчит Даррен. Надо было не распылять его тело полностью, хоть ухо оставить.
– Или ты ещё одной сестрой успел обзавестись? Отвечай!
– Сводная, – сквозь зубы выжимает Даррен. – По отцу. Не училась в Алабаре.
Сестра… тру брови, скребу подбородок. Не помню никакой второй дочери у Эдварда Эдинга!
– Почему никто не в курсе? Как зовут?
– Моей мамаше попробуй скажи, – хмыкает. Да, мадам Эдинг – знатная стерва. Ни муженька не простила бы, ни дочь его не пожалела.
– Но ты же знал?
– Знал, – соглашается Даррен. Смутно начинаю ощущать, будто меня водят за нос. Если действительно родственница, то кровные узы могут позволить скрывать правду. А вот грань, где заканчивается заклинание на крови и начинается родственная связь – очень тонка. Что пересилит, то и сработает.
– Где она сейчас?
– Понятия не имею, – радостно разводит руками дух. Да, в этом я не сомневаюсь. Почти.
– Пшёл вон, – отпускаю. На месте его не удержишь, пробовал. В пределах замка передвигается куда взбредёт, только к Источнику не в силах пробиться. Хорошо хоть он невидим и неслышим никому, кроме меня. Ну и ещё пары сильных магов, возможно. Не то долго скрывать его присутствие не удалось бы. Только вот как получится с сестрой? Если это сестра, конечно.
Неужели паршивка припёрлась его спасать? Очередная?! Попытки временами предпринимают, да никому доподлинно неизвестно, что дух тут. А уж очаровать меня, втайне мечтая о моём давнем враге, и вовсе нереально. Разговор короткий.
Нужно наведаться к источнику. А может, это Глория, только внешность сменила? Чтобы у Владыки Эдинга была внебрачная дочь, и никто того не знал?! Невозможно!
Не пугайтесь, у нас тут все владыки. Каждое более-менее уважаемое семейство, обладающее хоть какой-то властью, силой и землями, именует себя Владыкой. Ну а чего мелочиться? Я вот тоже… владыка, твою тыкву. Правда, предпочёл бы, чтобы им оставался как можно дольше мой отец. Да не срослось. Криво усмехаюсь в зеркало отражению. Побриться? Или к лешему?
Махнув рукой что на небритость, что на домашний халат, выхожу из своих владыческих покоев. Было дело, вывел я Источник себе в экспериментариум… но об этом как-нибудь в другой раз. Всё равно для более точных данных нужен первоисточник. Туда и иду.
Точнее, собираюсь, поскольку за дверью снова Нелли. Спешит навстречу, как она умудряется так чуять момент?!
– Все девушки замка собраны во дворе, хозяин! – рапортует.
– Все? – переспрашиваю. Нелли смотрит укоризненно. По-моему, она до сих пор считает, что у меня была галлюцинация. Ну, случались, не спорю… так не на ровном же месте!
– Даррен сказал, сводная сестра, – бурчу.
– Он вам ещё и не то скажет, – соглашается Нелли. Скриплю зубами от злости, этот ведь правда может, изворотливый за… гад, в общем.
– Вы бы переоделись, хозяин? – предлагает Нелли. Меряю её грозным взглядом – тем, под которым домашние предпочитают оставить умозаключения при себе.
– Вот ещё, – ворчу. – Не соблазнять же я их иду.
– А жаль, – показательно вздыхает Нелли. И что этих женщин хлебом не корми, только дай свадьбу кому-нибудь устроить… ну или соблазнение, на худой конец.
– Вот женюсь на такой, как Мегерия Эдинг, будешь знать, – пугаю, по следам разговора с Дарреном.
– Вы слишком умный для этого, – убеждает Нелли. Уж не знаю, меня или себя.
– Был когда-то, – бурчу.
– Вы лучше скажите, – спешит перевести разговор Нелли, – девушек мочить и раздевать, или так справитесь?
– А мокрые среди них были? – живо заинтересовываюсь.
– Одна только, купалась как раз. Клесса, помните?
– Кто такая?
– Так дочь знахарки же.
– Что у меня в замке делает дочь знахарки? – снова напрягаю память.
– С тех пор, как мать её, Тарию, селяне обвинили в порче, а саму чуть не убили, вы дали ей прибежище, помните?
Киваю. Ну, допустим, не я, а одна из наших сердобольных матрон – приютила и пришла просить за девушку. Ну а мне что, жалко, что ли? Новую знахарку ещё попробуй обучи. Селяне теперь сами же и страдают, она напрочь отказывается помогать тем, кто мать сгубил. А я не встреваю. Мне Тария в своё время тоже помогла. Может, за то и поплатилась.
Похоже, Нелли искренне верит, что я мог забыть. Но лучше уж пускай повторит, вдруг и правда что упустил. Клесса, значит. Могли ли тебя подкупить?
– А это что такое? – отвлекаюсь на плывущий по коридору камзол, за которым не видно несущую его швею.
– Это ваша одежда на завтрашний бал у Владыки Камертона! И не говорите, что забыли!
– Не пойду я ни на какой бал! – возмущаюсь. Глаза Нелли становятся неожиданно серьёзными – сразу перестаю ощущать себя хозяином и становлюсь всё тем же мальчишкой, которому в детстве частенько перепадало от нянюшки.
– Нет, пойдёте! И не вздумайте возражать. Вы должны туда пойти и показать всем, что вам нечего бояться и не за что стыдиться! Полгода уже нигде не показываетесь!
– Да кому нужны эти балы, – всё ещё пытаюсь настоять на своём, уже зная, что проиграл.
– Всем нужны! Любое светское мероприятие – возможность заявить о себе обществу и поставить себя в обществе. И не спорьте! И вы давно уже здоровы, не притворяйтесь! Быть Владыкой Источника – не только сидеть на нём голой задницей целыми днями, экспериментируя.
– Почему голой?!
– Да любой! Даже его сила не поможет… сами знаете!
Нелли решительно поджимает губы. Она права, безусловно. Пора показаться в обществе, посмотреть, как меня воспримут после всего. Приглашение прислали, и то хорошо. Светских приёмов давно не было, только несколько конклавов Владык, от которых я до сих пор благополучно отлынивал. Под видом болезни, конечно. Интересно, приглашены ли родственнички Даррена? Камертон всегда исполнял объединяющие функции.
– И о спутнице позаботьтесь! – не забывает напомнить нянюшка.
– Где я её возьму? – ворчу.
– У Владыки Колодца дочь как раз…
– Не стану я в последний день приглашения рассылать! Ещё отказ получить не хватает!
– Но…
– Довольно! – обрываю. Нянюшка определённо не довольна, губы поджимает, но знает, что дальше спорить бесполезно.
Киваю испуганно выглядывающей из-за камзола швее на свои покои. Пускай заносит. Та спешит исполнить распоряжение и поскорее скрыться с моих глаз. Немолодая, невысокая, пухленькая. Точно не могла быть в камине. Да что ж за зараза такая, я теперь каждую женщину буду представлять не так, как нормальные мужики – а к камину примерять?!
– Ну что, показывай добычу, – возвращаюсь к первоначальной цели. Нелли укоризненно качает головой, продолжая путь. Прихрамываю за ней. Да-да, Даррен не просто так язвил, я всё ещё хромаю. Хотя Нелли и ворчит, что притворяюсь, давно должно было зажить. Но кому лучше знать, в конце концов?!
Выходя во двор, издалека всех пересчитываю. Девушек насобирали двадцать семь. Впрочем, хмыкаю. Не то, чтобы девушек… Вот эта крайняя точно в камине не уместилась бы, габариты не те. Ну, официально девушка, конечно, хотя на хороший десяток лет постарше меня. И двое детей давно по замку гоняют. Та ещё ветреная хохотушка – некоторым ни внешность, ни возраст не помеха.
Хм, а Нелли-то в чём-то права. Только не говорите мне, что во всём! Теоретически, прав всегда хозяин! Но добрую половину из этих девушек я не знаю. Или не помню. Ну я и не счетовод, убеждаю себя. Не обязан знать всех прислужниц.
Прохожу вдоль шеренги, присматриваясь. Незнакомка из камина всё больше вытирается в памяти, никак не примерю на реальных, живых девиц. Ну не усаживать же каждую в камин, в самом деле! Отбираю тех, что с короткими волосами… а впрочем, могла ведь и состричь? Или не успела бы?
Мотаю головой, сдуреть можно. Не было заботы!
Останавливаюсь возле Клессы. Ну, теоретически подходит. Хотя теоретически тут каждая подойдёт. Гм… как минимум каждая вторая.
Шум у ворот, все головы сразу оборачиваются туда. Тедор, командир замковой охраны, собственной персоной ведёт ещё одну девицу. И снова мокрую. Да что они, сговорились все, что ли?!
– Кто такая? – рычу, едва приближаются на достаточное расстояние. Платье простое, волосы распущены. Твою тыкву, жаль черт лица как следует не рассмотрел! Не могу узнать.
– Селянка, – сообщает Тедор. – Возле ворот увидели, говорит, к сестре зашла, вместе по ярмарке походить договорились.
– Мокрая почему?
Тедор смотрит на девушку, предоставляя отвечать.
– Так жара же, – из полуобморока лепечет та. – Искупалась в озере по дороге.
Смотрю в небо, и правда жара. Когда это лето успело наступить? Даже не заметил.
– Сестра кто? – уточняю.
– Я, ваша светлость, – выходит из строя ещё одна служанка. Кстати, из тех, которых я не опознал.
Подхожу к Нелли, интересуюсь тихо:
– До или после?
– После, – отвечает. Впрочем, тут почти все «после». Потому и не знаю, набирали пока я не в себе был.
– Так, – указываю на тех, кого более-менее помню, включая весёлую мамашу, которая пытается строить глазки одновременно мне и Тедору, и ещё парочку крупногабаритных молодиц. – Эти пока свободны. Обе мокрые и сестра ко мне. С остальных глаз не спускать, из замка не выпускать.
Тедор кивает, принимая приказ. Девушки начинают роптать. Кашлянув, свожу брови. Они у меня густые, вы помните? И глаза тёмные, иногда до черноты. Обвожу всех взглядом. Похоже, недовольных не остаётся, тишина так и натягивается в воздухе.
– А, да! – вспоминаю про чёртов бал. Я же сжёг приглашение едва получив, но Нелли всё равно прознала! Камзол вон подготовила! Ещё раз оглядываю девиц. Выбираю одну посимпатичнее. Фигуристая, как мне нравятся, не тощая вроде той, в камине. Тёмная. Волосы короткие, глаза карие, сверкают.
– Как зовут? – останавливаюсь возле неё.
– Аши, хозяин.
– Кто такая? – вот тоже не помню, но оставил её среди отпущенных, потому как совсем на каминную гостью не похожа. И на белобрысую семейку.
– Она сбежала из земель Времени после разорения, – отвечает Нелли.
– Что там сейчас? – спрашиваю, поморщившись. После смерти семьи Хранителя Артефакта, в которой обвинили нас, Источник, прочие Владыки всё пытаются поделить территорию.
Девушка делает лёгкий изящный реверанс. Это хорошо, я-то могу хоть с сапожницей заявиться, но «прочие Владыки», боюсь, не оценят.
– Не знаю, господин, я там давно не была. Я из семьи купцов, мы одними из первых подверглись нападению.
Купцы – вдвойне хорошо, они детей многому обучают. Может, хоть остальным Владыкам не придётся за меня краснеть. Сам-то я давно разучился.
– Сюда как попала?
– Случайно, господин. Обоз ехал в ваши земли, согласились подвезти. Потом пешком… попросилась переночевать, да так тут и осталась.
Да у меня здесь что, приют для сирот обездоленных?! Распоясались все, пока хозяин… гм… болел!
– Прямо в замке? – смелой нужно быть, чтобы на ночь глядя в замок Владыки проситься. Или глупой.
– У вас стены высокие, – шмыгает носом. – А мне всё казалось, погоня… а у вас надёжно. И все добрые.
Эти добрые у меня по доброму месту схлопочут! Вот узнаю, кто тут благотворительностью занимается, всю доброту повыдёргиваю!
– Идёшь с нами, расскажешь, – поворачиваюсь, направляюсь обратно в свой донжон, девушки семенят следом. Прислушиваюсь к шагам, жаль я не сысковик, мало что смог бы по ним определить. Кто-то из девиц нервничает… почему «кто-то»?! Все должны нервничать, когда хозяин их к себе для дознания ведёт! Да, вопреки чаяниям Нелли, исключительно для дознания!
А Нелли-то шустрая! Вроде же со мной во дворе стояла, когда успела отдать приказ вычистить камин? Новые поленья горкой сложены, только и ждут огонька. Так и хочется заглянуть, понять, как она там крутилась, вот разберусь с подозреваемыми и займусь… предвкушаю.
Наливаю себе настойки… а когда-то у отца это был коньяк. А теперь уже даже и не уверен, что там хоть пару градусов сохранилось. Компотик скорее. Нелли заботится, нельзя мне. Но выглядит пойло вполне кошерно.
Усаживаюсь в кресло, на плечо тихо опускается элементаль Источника. Сейчас она в виде птицы, обычного грифового орлана, но я над ней ещё работаю.
Девушки выстраиваются в рядочек, обвожу их взглядом. Сдвигаю на всякий случай брови, чтобы не расслаблялись. Девушки, в смысле, не брови.
– Никто не хочет признаться? – интересуюсь. Вдруг как-нибудь само рассосётся. Не рассасывается, однако, да что ж за жизнь-то такая! Ничто само рассасываться не хочет, всё ждёт, чтобы кто-нибудь, гм… рассосал!
– В чём? – не без некоторого вызова интересуется та, к которой заявилась мокрая сестра.
– Имя? – спрашиваю.
– Это запросто, – фыркает служанка. – Признаюсь, меня зовут Южель.
Не выпендривалась бы, подозреваемая! Смотрю хмуро, но действует не очень.
– Где работаешь?
– На кухне.
– Давно?
– Да уж с пару месяцев. И товары помогаю ездить отбирать.
– А сестра что же? Лентяйничает? – бросаю быстрый взгляд на мокрую.
– Учусь ещё, господин, – несмело попискивает та. Хм, одна нагла не в меру… ну или может в меру, это мы ещё увидим. А второй наоборот, смелости не досталось. Хорошо друг друга дополняют. Комплект.
Пригубливаю настойку, разглядывая свою великолепную четвёрку. Нет, девушки действительно хороши, разве что дочка знахарки насуплена слегка. Южель статная, взгляд дерзкий. Сестра её наоборот, кроткая, невысокая. Смотреть на Аши одно удовольствие – вообще красотка.
– Имя, – напоминаю. А то молчат, стоят! Снова гляжу на место происшествия. Раздевать девушек как-то… не эстетично. А утрамбовывать в камин и подавно. А что с ними ещё делать?
Нет, ну вы не подумайте, я знаю, конечно, что! Но не сейчас же и не со всеми сразу! В смысле, и со всеми не так уж… тьфу, твою тыкву, вернёмся к расследованию!
– Сандра, – отвечает мелкая.
– Ну и кто из вас магией балуется? – снова грозно брови свожу.
Тишина. Сандра смотрит в пол и боится выдохнуть. Клесса всё так же помалкивает, глядя неодобрительно. Аши вообще ждёт, словно она тут не при чём. Да ведь и не при чём, я для другого её позвал. Только Южель вдруг поднимает голову:
– Я однажды гадала на суженого. Близость Источника, говорят, позволяет видеть… правдивые результаты.
– Увидела?
– Да! Вас!
– Так что ж мне теперь, сузиться? – рыкаю. Девушка испуганно вскидывает глаза. – Ты поэтому меня хозяином не называешь?
– Простите, хозяин, – не то пугается, не то кокетничает. – Не со зла…
Поднимаюсь резко, отставив бокал на низкий столик. Девушки испуганно отступают назад. Халат распахивается сильнее обычного, вызвав не то смешки, не то вздохи, не то всхлипы. Ничего там такого ужасного! Спешу вернуть всё на место – во имя сохранения девичьих честей. Орлан вспархивает и, хлопая крыльями, улетает в соседнюю комнату под растерянными взглядами. Подпитался немного. Потираю плечо, след от когтей под тканью. Элементали нужно хоть несколько капель моей крови для формирования.
– А ты, – оборачиваюсь к Клессе, – признавайся, винишь меня в смерти матери?
– Что вы, господин? – шепчет испуганно, в глазах слёзы. Наверное, мне должно сделаться стыдно. Да только вот стыд тоже давно порастерялся. После всего-то… лучше обидеть, чем недоглядеть.
– Правду говори! Если бы она мне не помогала, и её не тронули бы.
– Да, господин, – поднимает глаза. – Но я вам тоже помогала.
– Не помню, – хмурюсь.
Клесса отводит взгляд.
– Не обижайся, – решаю улыбнуться и смягчить обстановку. – Если помогала, должна знать, что у меня куски из памяти вырваны.
– Ничего у вас не вырвано, хозяин, – возражает. – А меня не помните, потому что в горячке с раной валялись.
– Ты умничай-то поменьше, – ворчу. Ещё нарасскажет всем, что я в памяти, а как по мне – лучше, пускай думают, будто без.
Ещё раз оглядываю девушек. Пожалуй, без сысковика не обойтись.
– Аши, – оборачиваюсь к той. – Кем работаешь?
– Швее помогаю вышивать.
– Вышивать, значит? – приближаюсь, беру её руку. Пальцы тонкие, чуткие, подвижные. – К моему камзолу тоже приложилась?