Исчезнувший остров. Ключ к свету
- -
- 100%
- +
– Магистр Энендил… – по пути нерешительно промолвила девушка, опустив голову и уставившись на пол, – меня мучает один вопрос… Почему моё перерождение заняло несколько лет? Это же как-то… неправильно.
– Всё оказывается очень просто. Никто из вирхимовцев никогда ещё не перерождался в столь могущественное создание, и именно поэтому перерождение заняло так много времени. Мы даже не предполагали, что вирхимовец может переродиться в Стража.
– Так вот в чём дело… Теперь всё стало на свои места. А куда мы идём?
– В святыню нашей истории. Но, похоже, ты не об этом на самом деле хотела спросить, – догадался учитель и внимательно посмотрел на девушку.
– Да… Вы правы, – вздохнула она. – Я хотела спросить про Риэль…
– Ты, наверное, думаешь, что она обиделась на тебя, за то, что ты её не узнала после перерождения? Не переживай, я объяснил Риэль, что ты сейчас чувствуешь, и когда ты будешь готова, то встретишься с ней. Она не держит на тебя зла, поверь. Сейчас всё свободное время она посвящает поиску ваших лошадей.
Чувство облегчения прокатилось по всему телу девушки, и она тут же воспрянула духом.
– Вот мы и пришли, – сообщил Страж Земли. – Добро пожаловать в Хранилище Печати!
За своими раздумьями Эмили, ведомая Энендилом, совершенно не запомнила дороги и не заметила, как они пришли в ту часть замка, где она никогда раньше не была. Здесь царила истинная, глубокая тишина, по которой она так соскучилась. Опомнившись, девушка быстро начала оглядываться по сторонам: ни единого угла, всё по кругу белым-бело! А когда посмотрела вниз, не сумела сдержать визг. Дело в том, что внизу, прямо под ногами чернела бездна! Эмили настолько сильно испугалась, что попыталась запрыгнуть на руки Хранителю, который её тут же подхватил и громко засмеялся.
– Не бойся, – проговорил он, бережно опуская девушку на землю. – Чувствуешь упор?
Эмили медленно наступила на невидимую, твёрдую поверхность, и у неё тут же закружилась голова. Она подняла голову, чтобы избавиться от головокружения и чувства накатывающей тошноты, и посмотрела наверх. Но то, что девушка увидела наверху, заставило её и вовсе закрыть глаза. Дело в том, что потолок был таким же бесконечным, как и пропасть, словно это отражение бездонного пола. Хотя, возможно, потолка попросту не было и это окно в бескрайний космос. Но, как бы то ни было, теперь Эмили просто не представляла, как будет передвигаться в помещении, где она находилась, словно в невесомости.
– Что с тобой? – нахмурив брови, поинтересовался Энендил.
– Боюсь… высоты… – только и смогла выдавить из себя девушка.
– Хм… Эмили, тебе нужно побороть этот страх, ведь ты Страж Света, и боязнь высоты для тебя исключена.
– Простите, но я ничего не могу с этим поделать…
– Так, – строго произнёс Хранитель, после секундных раздумий. – Ну-ка, опустись на колени и коснись ладонью той поверхности, на которой стоишь.
Эмили медленно выдохнула и, не открывая глаз, прикоснулась к прозрачному полу рукой. Он был прохладным, невероятно гладким, будто лёд, и очень приятным на ощупь.
– Молодец, – похвалил Энендил. – Теперь открой глаза и сосредоточь всё своё внимание на пространстве, окружающем твою ладонь. Ну же, не бойся, ты увидишь нечто очень интересное.
Через несколько секунд девушка всё же открыла глаза и посмотрела сначала на свои пальцы, а затем и на бесконечное пространство, окружающее их. Но, кроме бездны, она так ничего и не увидела.
– Нет, – покачал головой Страж, удивительным образом он всегда угадывал мысли Эмили, и ей даже не приходилось ничего спрашивать. Похоже, эту способность переняла и Риэль, почти всегда верно заканчивающая предложения за своей подругой. – Ты смотришь в глубину, этого делать не стоит. Снова посмотри на ладонь, вообрази эту невидимую поверхность и снова переведи взгляд, только не вдаль, а именно на эту поверхность.
– Посмотреть на невидимую поверхность… – саркастично подытожила девушка, пожала плечами и снова попробовала повторить трюк.
Она погладила невидимый пол, и на мгновение, боковым зрением, ей померещилось, что он отсвечивает. Эмили вдруг ясно ощутила всем нутром эту поверхность и убрала руку. На том месте, где недавно находилась её ладонь, вдруг загорелись золотые искорки: они были яркими, словно солнечные всплески. Солнечный ковёр лучами распространился вдаль, и оказалось, что она вместе со своим новым учителем стояла на пересечении двух тоненьких, словно сотканных из хрустальных волокон, мостиков, а вокруг не было ничего, кроме белых мраморных стен, украшенных серебристо-алмазными светильниками, и бездонных пола и потолка, уходящих куда-то далеко за пределы видимости. Почему-то девушке было не по себе в этом странном месте.
– Эти мосты предназначены только для Хранителей, – пояснил Энендил, – и увидеть их могут лишь Хранители с их глубоким зрением. Риэль увидела мосты с первого взгляда. Со временем и ты быстро научишься их видеть, как и все невидимые предметы.
– Со временем… – прошептала Эмили, восхищенно разглядывая переливающиеся мостики. – Так куда, говорите, мы пришли?
– В святыню нашей истории! – воскликнул Энендил. – Эмили, сейчас ты увидишь колыбель Рэтхима, начало нашего мира… Мосты, как и всё это место, зачаровывали сильнейшие маги ордена Пурпурной мантии, поэтому лишь магия способна проявить сокрытое.
Эмили пыталась вспомнить хоть что-то из школьных уроков об ордене Пурпурной мантии, но как не старалась, так ничего не припомнила. Она было хотела спросить про этот орден у учителя, но побоялась прослыть невежественной.
– Смотри и запоминай, – Страж Земли начал описывать ладонью круг в воздухе и в этом круге очень скоро появилось некое подобие звезды. Когда сияние исчезло, на месте этой звезды образовался пьедестал, стоящий ровно на пересечении мостов, а на самом пьедестале возвышался какой-то куб, по сторонам которого находились еле заметные углубления.
– Это – «Печать Алирмира», – торжественно объявил эльф.
– Печать Алирмира? – в очередной раз переспросила Эмили, и Энендил улыбнулся. – Что ещё за печать? Я никогда о ней не слышала.
– Ты и не могла о ней слышать, ибо это самая главная тайна Нового мира, в которую посвящены лишь Хранители и короли. Но, разумеется, о ней знают и те, кому знать об этом абсолютно нельзя. Поэтому Печать хорошо охраняется. С начала создания нашего мира Печать хранилась у Стража Света на вершине горы Латен. Но после того, как Латана была похищена, решено было спрятать печать в место, куда никто, кроме Хранителей, не сможет добраться. К тому времени уже было построено королевство Змеиного Солнца, и король Арланд сам предложил спрятать Печать в его Адрамасе. При строительстве святыни была использована самая сильная, высшая магия.
– Но я не понимаю…
– Что же в этой Печати такого, раз она требует такой защиты? – перебил Энендил и Эмили с любопытством кивнула. – Ты наверняка помнишь легенду о том, что источник первозданной и самой мощной энергии Ламестралл был разбит на четыре осколка, которые и явились впоследствии центриллами, и распределились они Стражам Земли, Света, Тьмы и Стихий. Так вот, мало кто знает, но на самом деле осколков было гораздо больше, но они были настолько мелкими, что стали просто бесполезными и их легко можно было спутать с обычными камнями. Но последователи Алирмира собрали все осколки и соединили воедино, переплавив в печать. Возможно, они хотели сделать как лучше, но, сами того не ведая, подвергли миры опасности. Видишь, по бокам есть следы, похожие на печати? В них вставляются центриллы. Четыре стороны – четыре центрилла. Никто никогда не пробовал соединять всё воедино, но лучше не рисковать. Ибо последствия будут непредсказуемы. Теперь ты понимаешь, почему на самом деле дворец носит название Тэтадрэмм – «Сердце всего»?
– Понимаю… Но не лучше ли будет уничтожить печать?
– Теперь её не уничтожить. Многие пытались, но осколки, словно почуяв друг друга, теперь стремятся друг к другу, как магниты. Магия, образовавшаяся соединением осколков, теперь окружает печать, защищает её. И она слишком сильна. Поэтому приходится охранять её и держать в тайне. Теперь и ты посвящена в тайну и должна дать обет негласности.
– О, конечно! Я никогда никому не скажу об этом! Обещаю!
– Хорошо. Если разгласишь тайну, тебе придётся отвечать жизнью.
– А Риэль… Риэль ведь была здесь?
– Да. Но ей совершенно неинтересно то, что связано с её предназначением. Более того, я улавливаю в её взгляде какую-то скрытую ненависть к своей сущности Стража. Я сделал всё, чтобы заинтересовать её, учил с самого рождения… но мои усилия тщетны. Она не хочет быть Хранителем.
– Может, всему своё время… Уверена, она ещё одумается. А что будет, если вставить лишь один центрилл? – вдруг поинтересовалась Эмили, с нескрываемым интересом разглядывая диковинный предмет. – Вы пробовали?
– Честно признаюсь, да. Когда-то очень давно.
– И что произошло?
– Ничего, – задумчиво произнёс Энендил и вынул из своего посоха сияющий центрилл. Страж секунду вращал его в руке и вложил в одну из печатей куба. Но ничего и правда не произошло. Центрилл лишь держался в выемке, словно примагниченный, только и всего.
– Ты знаешь, что тебе нужно найти свой центрилл? – спросил Хранитель, спокойно вынимая сияющий камень из печати. – Наверное, ты слышала о том, что он был утерян ещё до смерти Латаны.
– Да, только я не представляю, где его искать…
– Ты поймёшь. Ключи врат зовут своих хозяев, и рано или поздно ты услышишь этот зов. Ведь центрилл обладает связью со своим Хранителем. И когда ты найдёшь его, тебя официально посвятят в Стражи и диадема Латаны по праву перейдёт тебе.
– И тогда я смогу пойти в Санд-Ланарим? Смогу в полной мере управлять своей силой?
– По крайней мере, будет гораздо проще. Но самое главное, ты сможешь открывать врата Света. Ты же знаешь, что у тебя есть обязанности?
– Да, я должна пропускать души в Латенхим.
– Верно. Рэтхим сейчас населяет очень много неупокоившихся душ, и они ждут своего часа, чтоб уйти. Поэтому медлить с поиском центрилла нельзя.
– Я постараюсь найти его как можно скорее! – решительно проговорила Эмили, почувствовав огромную ответственность на своих плечах, но вдруг вспомнила об ещё одной загадочной вещице. – Магистр… – нерешительно промямлила она, – а вы что-нибудь знаете о… шкатулке?
– О какой шкатулке? – Энендил посмотрел в недопонимании на свою ученицу.
– Я не знаю, но Саймрелл её ищет. Когда мы с Риэль подбирались к Адрамасу, то подслушали разговор. Ключник ищет какую-то шкатулку и, судя по всему, она ему очень нужна. О чём он мог говорить?
– Не уверен, – нахмурившись, серьёзно проговорил Страж. – Но эта информация может быть очень важной. Я сегодня же расскажу об этом Арланду. Ну что ж, думаю, на сегодня хватит истории. Теперь встречаемся завтра, будем практиковаться магии.
– Отлично! – воодушевилась Эмили. – Только, магистр… Скажите Риэль, если она хочет, то может приходить.
– Обязательно, – улыбнулся Энендил и тем же знаком руки, только в обратную сторону, растворил Печать в воздухе. – На сегодня урок закончен. Не забудь отчитаться перед Лоуренсом, а то он места себе не находит.
Они вышли из хранилища Печати, девушка кинула последний взгляд на волшебные мосты, и проход тут же замуровался.
Глава 5. «Тяжело в учении…»
– Ну же, рассвет, где же ты… – приговаривала Эмили, облокотившись на бронзовый подоконник распахнутого окна и наблюдая за тёмным небом. Она ждала рассвета – окончания ночного запрета, и внимательно следила за неровной горизонтальной полосой, мысленно призывая солнце. Часы она убрала в самый дальний ящик стола, и на это было несколько причин. Одна из них заключалась в невообразимо громком тиканье, которое барабанным боем отражалось в голове. Вторая причина заключалась в удивительном факте – чем чаще Эмили смотрела на время, тем медленнее оно тянулось и тем бесконечнее казалась и без того долгая ночь. И третья причина, наверное, самая главная – эти часы, подаренные когда-то девушке её лучшей подругой, при каждом открытии и взгляде на пустую половину, где раньше находился шёлковый лепесток Алирмира, Эмили ясно видела ту ночь. Ночь, когда перед ней встал самый сложный выбор за всю свою жизнь. Ночь, когда она ощутила адскую боль и предсмертные муки. Ночь, когда она переродилась. И при каждом воспоминании на её душе становилось очень паршиво. Почему? Девушка предполагала, что главной причиной был страх ощутить и снова пережить ту боль, но было ли именно это истинной причиной? Этого она пока не понимала.
Теперь Эмили лишь плыла по течению, ожидая, что время сотрёт из памяти ужас былого и расставит всё по своим местам. Наблюдая сейчас за тем, как из-за далёких скал медленно и неспешно просыпается долгожданное солнце, она забывала обо всём. Первые лучи лениво озарили тёмный небосвод, а вместе с ним и душу девушки, воодушевляя и наполняя светом. Она обожала это время. Время окончания ночного запрета, тот час, когда все жители замка просыпаются, и каждый идёт по своим делам. И Эмили не стала дожидаться назначенного часа встречи с новым учителем, а быстро собралась и спустилась по лестнице башни, планируя немного прогуляться по еще тихой и не заполненной народом площади. Но планы её тут же оборвал один разговор, который явно не предназначался для посторонних ушей. Голоса доносились откуда-то из главного корпуса Тэтадрэмма. Один из них она признала сразу – это был король Арланд, а вот голос собеседника слышала впервые. И, может быть, их разговор и вовсе не привлёк бы внимание девушки, если б во время него не прозвучало имя, заставившее сердце биться быстрее.
– Мы искали Дэймиора везде, где только он мог появиться, – докладывал мужчина, пока Эмили шла на звук голоса. – Первым делом мы пошли в его дом в Ротвуде, но он был явно заброшен. Ручаюсь за то, что там он не появлялся очень давно. Потом мы обошли все городишки и деревни, где он был замечен в недавнем времени – Осмог, Гранн, Луссэй, Берригар, Шермь… Мы добрались даже до горы Латен, но нигде его не обнаружили… Надо признать, он очень умело заметает следы. Мои люди пошли дальше вдоль русла реки Смей. Попробуют отыскать хотя бы его следы в Санд-Мире, Санд-Рэнне и южных землях, но, сдаётся мне, поиски будут напрасны. Дэймиор словно сквозь землю провалился.
– Латен! На Латен тщательно всё осмотрели? – строго спросил король Арланд.
– Да, ваше величество, с уверенностью могу сказать, что там его тоже нет.
Эмили, наконец, добралась до тронного зала, где происходил разговор. Через приоткрытую дверь девушка увидела короля, который только что, тяжело вздохнув, сел на трон. Он прислонил руку ко лбу и о чём-то размышлял, пока адрамасский рыцарь, облаченный в золотые доспехи, стоял перед ним в ожидании дальнейших приказов. Рядом с троном стояли четыре парня разных возрастов. На вид им было от шестнадцати до двадцати лет. Судя по всему, это были его сыновья.
– Всё впустую, – отчаявшись, проговорил Арланд. – Мы нигде его не найдём. Он понял, что его ищут, и думает, что его заставят дальше выполнять свои обязательства перед Санд-Ланаримом в качестве раба… Дэймиор и понятия не имеет, что он наследник Дарема. Наследник трона. Чёрт возьми, всё складывается хуже, чем я ожидал. Без Дэймиора нам не пройти в Санд-Ланарим.
– Но почему?! – не выдержала Эмили, и как только она вошла в зал, король удивлённо на неё посмотрел, явно не ожидая увидеть. – Почему нельзя нам самим войти в Санд-Ланарим? Нельзя же просто так оставить королевство! Я могу проникнуть…
– Нет, ты не можешь, – девушка вздрогнула от знакомого голоса позади. Оказывается, Энендил тоже был в зале, хотя Эмили его и не сразу заметила.
– Подожди, мой друг, сначала я поговорю с новоиспечённой Хранительницей, тем более, я давно хотел это сделать. О, как же я рад тому, что мы обрели, наконец, нового Стража Света! – Арланд подошёл к ней и крепко обнял, как отец обнимает свою дочь. – Прости, Эмили, но в связи с обстоятельствами у меня не было времени тебя проведать. Или, возможно, лучше называть тебя Эмилайн?
– Нет, только не это, – смущённо пролепетала Эмили. – И не нужно извиняться! Я в долгу перед вами и очень благодарна за помощь и гостеприимство!
– Адрамас отныне твой дом, здесь всегда будут рады тебе. Но и я обязан поблагодарить тебя. Не буду говорить много речей, – улыбнулся король, – я просто скажу тебе спасибо! Спасибо хрупкой девушке, в которой столько отваги и храбрости, сколько не сыскать ни в одном из самых бравых рыцарей! Спасибо тебе за то, что очистила Адрамас от всех порождений тьмы! Что спасла нас от верной гибели!
– Н-не за что, – смущённо отозвалась Эмили, а затем собралась и настойчиво добавила: – Но теперь нужно срочно спасать Санд-Ланарим. Когда я видела короля Дарема в последний раз… Думаю, его жизнь на волоске.
– Не переживай, войско уже готовится. Совет получит по заслугам. Если бы не ты, мы до сих пор не знали бы о том, что там творится на самом деле.
– Я уже смогла один раз выбраться оттуда, смогу пробраться и обратно, – уверенно заявила она.
– Нет, – тут же отрезал Энендил, – ты теперь перерождённая и волкодавы с лёгкостью учуют твой запах за несколько миль. К тому же сейчас ты слишком уязвима, ведь ты и своими чувствами управлять-то не можешь.
Эмили быстро продумывала ответное возражение, но вскоре приняла своё поражение и вздохнула.
– Но кое в чём она права, – сказал король и принялся расхаживать по залу. – Нельзя оставлять Санд-Ланарим.
– Сейчас мы ничего не можем сделать, – убеждал Энендил.
– Можем, – тон Арланда был непоколебим. – Мы соберём войско. Дарем – мой друг. И пусть мы не общаемся, но другом он мне остаётся по сей день, и я не оставлю его в беде, как и его королевство.
– Решения, которые принимаются сгоряча, не сулят ничего хорошего, – вкрадчиво наставлял Страж. – Лучше подождать и хорошо всё обдумать. Возможно, решение придёт само. Но кровопролитием ничего не решить. Арланд, ты хочешь устроить бойню?
– Нет, мой друг, но медлить нельзя. Ты сам сказал, что Саймрелл ищет какую-то шкатулку. А что, если это она? Если она на самом деле существует… Шкатулка Пандоры… – с вожделением проговорил Арланд и его глаза загорелись. – Источник неизведанной силы…
– Никто не знает её назначения, Арланд. И тебе прекрасно известно, что она подвластна лишь Пандоре, почившей давным-давно, или её наследнице.
– О, эта легенда слишком старая, – отмахнулся король.
– Значит, эта часть легенды тебе неугодна, – усмехнулся Хранитель. – А в ту часть, где гласится о неизведанной силе шкатулки, ты охотно веришь. Осторожнее, мой друг, ты идёшь по стопам Дамруда…
– Брось, Энендил. С тех пор, как писалась легенда, прошло слишком много времени. Магия в своём совершенстве ушла далеко вперёд. Взять хотя бы Пурпурные мантии, уж они точно смогли бы распознать и обуздать силу шкатулки. К тому же, в отличие от Дамруда, я бы использовал силу во благо.
– Ещё раз повторяю, Арланд, мы не знаем, что делает эта шкатулка. А ты уже собрался использовать её силу… Да и существует ли она вообще…
– Уверен, существует, раз Саймрелл её ищет. Как уверен в том, что если мы нападём на Санд-Ланарим, Саймрелл выйдет из тени. Наверняка он уже давно выстилает себе дорожку к трону Санд-Ланарима, благодаря этим чёртовым советникам… И тут мы его перехватим! Пойми, Дарем не может держаться там в одиночку! Если вообще ещё жив… Сейчас каждая секунда может стать роковой. А бездействие может привести к поражению. Тем более у Санд-Ланарима сейчас нет армии и нормальной защиты, кроме нескольких волкодавов.
– У меня плохое предчувствие на счёт этого мероприятия…
– Поверь, Энендил, мы соберём непобедимую армию! – воодушевлённо воскликнул король, сжимая кулаки. – Совет будет молить о смерти. Отправим специально обученных для схваток с волкодавами бойцов и тысячу воинов, облачённых в латы, которые не под силу перекусить никому. Этого будет более чем достаточно. О, мой друг, я предвкушаю лёгкую победу! Я даже всех своих четырёх сыновей не побоюсь отправить, пусть набираются опыта в военном деле, к тому же опасность в этом предприятии минимальная. Кстати, Эмилайн, познакомься с моими сыновьями, – он указал на парней рядом с троном и те склонили головы. – Когда меня не станет, каждый из них будет управлять своей частью Адрамаса. Это старший – Найлонд, затем Миланд, Тайронд, и младший – Лиронд.
Когда девушка тоже поклонилась им, Энендил вдруг пошёл вперёд. Строго стукнув посохом о пол, он подошёл совсем близко к королю.
– Я знаю тебя очень давно, – тихо проговорил Хранитель, – и понимаю твоё желание защитить друга, но обещай мне, что подумаешь. Хотя бы до вечера.
– До вечера? – протянул Арланд и спустя минуту размышлений ответил: – Ты всегда любил перестраховываться, Энендил. Жаль, нет в тебе этого боевого задора, как у Эмили. Нравится мне эта черта… Ну хорошо. Я подумаю. Но вечером оглашу решение.
– Только подумай хорошо, вспомни о волкодавах всё самое худшее! Вспомни, как их приручали к королевской крови. Сколько людей погибло, чтобы приручить лишь одного из них! Более серьёзных соперников, чем они не сыскать во всех мирах, – серьёзно повторил Страж, поклонился, и знаком указал Эмили следовать за ним.
Девушка, всё это время с любопытством наблюдающая за спором, так же поклонилась королю и пошла за учителем. Долгое время они шли молча, и только когда вышли из замка, Эмили заговорила.
– Почему вы отговариваете короля? – в недопонимании спросила она.
Энендил несколько секунд молчал, а затем тихо проговорил:
– Я давно знаю Арланда. Ещё с тех пор, как они с Даремом вместе правили Санд-Йэр. Он всегда был вспыльчив, и сгоряча натворил немало поступков, о которых наверняка жалеет до сих пор. Ему не хватает холодной головы, как у Дарема, для принятия решений. Его я знаю. И понимаю. Но ты?! Неужели ты готова повести на смерть тысячу людей, если победа призрачней тумана? Если победа нужна лишь тебе? Тогда будь готова отвечать потом за эти смерти перед семьями погибших.
– А вы сами не хотите помочь в наступлении? – нерешительно поинтересовалась девушка. – Сила Стража Земли может помочь! Особенно в борьбе с волкодавами…
– Я не желаю потакать его капризам, – строго ответил он, отвернувшись.
– Капризам? Но о каких капризах может идти речь, когда на кону жизни множества существ!
– Я не желаю больше об этом говорить, ты очень многого не понимаешь, – в голосе Хранителя проскользнула злость. – Не всё так просто, как кажется, и даже Страж не всегда способен помочь.
– Но если бездействовать, то погибнут жители Санд-Ланарима! Надо отомстить советникам за всё, что они натворили!
– Месть – плохой советчик, Эмили. Кроме разрухи, она не приведёт ни к чему хорошему, – добавил он, многозначительно посмотрев на свою ученицу. – Пойдём самой тихой и пустой дорогой.
Эмили задумалась и последовала за Хранителем. Почему-то сейчас ей было стыдно. Слова Стража очень сильно подействовали на неё, и она подумала о том, о чём не думала ранее – о последствиях. Всё имеет свои последствия, плохие или хорошие, но этого не избежать. А она, будучи Стражем, будет совершать действия более значимые, чем всё, что она делала раньше. И теперь от неё будет зависеть слишком многое. Осознав это, ей стало очень страшно. Внезапно ей захотелось убежать от всего этого, она оглянулась, и в этот момент её оглушил звон колоколов. Крепко зажав уши руками, Эмили снова перевела взгляд на учителя, который в этот момент обернулся и посмотрел на неё. Он снова что-то сказал, но сейчас девушка совершенно не разобрала его речь. Скоро колокольный звон утих, и они побрели по узенькой дорожке между большими домами из белого камня. Здесь было безлюдно, но всё равно этот менее шумный маршрут оказался не особо тихим и слух девушки снова начали разрывать множество голосов. Но мучения продлились недолго, и вскоре дома остались позади, а голоса притихли. Они вышли в какой-то парк, где не было ни души, и это удивляло, ведь парк был прекрасен. Фонтаны, пруды, раскидистые деревья. Девушку поставило в тупик ещё то, что здесь не было ни дорожек, ни даже хотя бы слегка протоптанных тропинок, а землю устилали мягкая трава и различные цветы, словно сплошной пушистый ковёр.
– Это Тайный заповедник, – ответил Энендил на мысленный вопрос Эмили. – Я – Страж Земли и должен заботиться о ней. Всеми способами. Здесь растут тысячи видов растений, деревьев, на которых живут самые редкие виды птиц. Практически все они находятся под вымиранием, а в прудах – исчезающие виды рыб. Хэдикош внёс свой вклад в защиту нашего мира, ухаживая за живыми созданиями Рэтхима, а я взял на себя всё остальное и создал это место. Его никто не видит и никто не сможет попасть сюда, за исключением Хранителей. Запомни: это третий перекрёсток от площади фонтанов к югу, западная дорога. Обрати внимание на фонарные столбы, обвитые ядовитым плющом, пройди между ними и ты попадёшь в лабиринт закоулков… Риэль хорошо запомнила правильный путь, попроси её показать дорогу. Иные создания просто минуют перекрёсток и окажутся в очередном переулке. И только с позволения Хранителя сюда может попасть кто-либо ещё.