- -
- 100%
- +
– Ты упаковала свою магическую мазь от жуков? ― подшутил Эрик над Эмберли, когда открыл багажник, чтобы вытащить оттуда наши вещи.
Не буду врать, внутри я смеялась. Она это заслужила.
– Да, упаковала, ― ответила она с надменностью. ― Давай, можешь смеяться надо мной. Посмотрим, кто будет смеяться потом, когда насекомые до крови искусают тебя, а не меня.
Мы с Эриком рассмеялись.
– О, у нас есть спрей против насекомых. Только не пятьдесят баллончиков, ― ответил он, закрывая багажник.
Мы направились к группе, и нас поприветствовал один из руководителей, проводив нас к большому просвету между деревьев. Все сразу занялись установкой палаток. К счастью, в Англии сумерки спускались не очень быстро, так что у нас было несколько часов, чтобы всё установить. Я чувствовала сильное возбуждение перед встречей с другими, ожидая посиделок перед костром.
Подходя к краю лесной полосы, я выбрала место.
– Мы разместимся здесь. Тут меньше народа, ― сказала я Эмберли, побуждая её начать доставать составляющие палатки, чтобы мы могли её поставить.
Она уставилась на меня и скрестила руки.
– Я даже не знаю с чего начинать.
– О, нет, ты не знаешь. И ты будешь помогать мне, ― проворчала я. Она застонала и вытащила составляющие из коробки.
Ладно, может я и выброшу её медведям. Или, может, она подойдёт оленю так как здесь нет медведей.
– Леди, вам помощь нужна? ― Эрик держал в руке холодное пиво и ухмылялся, потому что сделал нас в установке палатки. Когда он поднимал пиво к губам, я увидела, как капля конденсата скатилась по бутылке, отчего мне захотелось пить.
– Спасибо, но обойдёмся. У нас всё схвачено, ― ответила я до того, как Эмберли успела принять его помощь.
Спустя, кажется, вечность, мы установили палатку и отправились к костру, чтобы пообщаться. Я осмотрелась по сторонам в поисках Зейна, но не нашла его. Передо мной возникло море из разноцветных палаток.
Было почти десять, и начинало темнеть. Мой желудок заурчал, когда кто-то из руководителей снял с гриля хот-доги.
Подойдя к кулеру возле столика для пикника, я схватила бутылку воды и направилась к массивному бревну у костра, чтобы сесть возле Эрика и Эмберли. Они разговорили с парой, которая обнималась на пледе, расстеленном на траве. Открутив крышку бутылки, я сделала огромный глоток воды и поприветствовала прохладу, которая скатилась по моему горлу.
Когда солнце исчезло за гигантскими деревьями, вокруг нас завыл ветер, заставляя верхушки качаться и гнуться. Закрыв глаза, я сидела там и позволяла ветру обдувать лицо, наслаждалась прохладным воздухом. Я устала после установки палатки, которую поставила практически сама. От Эмберли было мало помощи.
Медленно открыв глаза, я заметила Зейна с пивом в руке с другой стороны костра. Он разговаривал с невысокой блондинкой, которая флиртуя с ним, продолжала накручивать прядь волос на палец. Я закатила глаза и сделала ещё глоток воды. Некоторые женщины были такими предсказуемыми. Не то, что бы я была выше этого.
Я вспомнила, какой идиоткой выставила себя в ВМ прямо в тот момент, когда Зейн посмотрел на меня, и, прервав женщину на середине предложения, направился ко мне.
– Это бревно занято? ― спросил он, указывая на место рядом со мной.
– Уже да, ― ответила я ему с улыбкой.
Видите? Я не лучше той флиртующей блондинки.
Ветер подул так сильно, что мне в лицо полетели волосы, а с ним и мужской запах Зейна заполнил мои лёгкие. Он пах так хорошо, что мне хотелось наклониться к его груди и вдохнуть его.
– Я слышал, что приближается шторм. Должна быть интересная ночка, ― сказал он, глядя на потемневшее небо. ― Эй, хочешь прогуляться? ― спросил он, вставая и приканчивая пиво.
– Конечно. Только фонарик возьму, ― я указал на свою палатку.
– Это твоя палатка? ― спросил он, выбрасывая пустую бутылку в урну.
– Не смейся. Эмберли не много помогла, ― я разочаровано посмотрела на косое сооружение, в котором собиралась спать.
Он хохотнул.
– Моя палатка через две от твоей. Если Эмберли начнёт действовать на нервы, можешь перебраться в мою, ― он дружелюбно толкнул меня, и развернулся сообщить одному из руководителей, что мы немного прогуляемся.
Что. За. Что?
Этот парень пудрил мне мозги. Я не знала, было это серьёзно или простым флиртом. Я слышала слухи о том, каким бабником был Зейн, так что была почти уверенна, что это простой флирт. Таким он, вероятно, был со всеми женщинами.
Я быстро сообщила Эрику и Эмберли о том, куда собираюсь, и взяла из палатки фонарик.
– Чес, подожди! ― Эмберли поспешила ко мне и вручила баллончик спрея от насекомых
Я нахмурила брови.
– Думала, ты купила намазку.
– Я и купила, ― улыбнулась она, и подняла передо мной баллончик, ― я намазалась ею, а сверху закрепила этим.
Я поморщила нос, когда вдохнула запах, которым от неё повеяло в моём направлении.
– Да уж, чувствую. Осторожно, не стой слишком близко к огню, иначе воспламенишься.
Она одарила меня освобождающим смешком и сказала:
– Возьми это на всякий случай с собой, вдруг понадобится, ― пожала она плечами. ― Я не взяла собой перцовый спрей.
В этом есть смысл, полагаю. После того, как Эмберли ушла, я набрызгала своё пальто, а затем бросила баллончик назад в палатку.
Эмберли понравилась бы моей маме. Мама всегда была сверхопекающей, но я люблю её за это. Она была той матерью, которая раздобыла номер машины парня, и только после этого отпустила меня с ним на свидание. Я улыбнулась, вспомнив это.
Зейн подошёл сзади.
– Готова?
– Ага. Что в рюкзаке? ― с интересом спросила я.
Он забросил рюкзак среднего размера на плечо.
– Аптечка, вода, пледы, и кое-что ещё на всякий случай, ― он включил фонарик и направил его на свой рот. ― Давай исследуем этот страшный лес, ― произнёс он, закончив предложение призрачным смехом.
– Вы сумасшедший, ― хихикнула я. ― Идёмте, пока я не передумала.
– После тебя, милочка, ― ответил он, спародировав мой акцент.
* * *
Чем дальше мы заходили, тем более отдалённым становился шум лагеря, и мы оставались наедине с природой. Ветки и листья хрустели под нашими ботинками. Здесь было тихо. Нас окружала темнота и прикрывал ветер, принося с воздухом слабый запах дождя.
Я остановилась на мгновение, чтобы насладиться умиротворением и посмотреть на небо, и сделала глубокий вдох.
– Люблю запах дождя.
– Я тоже, ― ответил он с тем же спокойствием, которое я ощущала внутри.
Ветер слегка лизнул мою кожу, заставив содрогнуться.
– Сегодня немного прохладно, ― произнесла я.
Зейн приблизился с пледом, наклонился ближе и обернул ткань вокруг моих плеч.
– Так лучше? ― его лицо находилось в сантиметрах от моего, когда он натянул плед вокруг моего тела и сомкнул концы под подбородком.
– Да, ― прошептала я. ― Намного лучше.
– Хорошо, ― улыбнулся он. ― Может, нам стоит развернуться, чтобы дождь не застал нас до того, как мы вернёмся в лагерь.
– Хорошая идея, ― развернувшись, я последовала за ним, но зацепилась за корень, и земля ушла из-под ног. ― Ауч!
Да, сделай из себя идиотку перед ним. Одного раза было мало.
Он вытянул руку, чтобы помочь мне, и я начала подниматься.
– Я всего лишь споткнулась об корень и подвернула ногу. Или это могла быть одна из этих ям от бомб, ― я указала фонариком на место позади нас.
Не-а. Просто обычный корень. История выглядела бы лучше, если бы это была яма от бомбы.
Зейн прищурился.
– Подожди, ты знаешь о ямах от бомб? ― спросил он, выглядя шокированным.
Я пожала плечами.
– Да. Этот лес ими кишит. Я проводила исследование, ― ответила я беспристрастно. Села на пенёк позади, так что могла проверить ногу. ― Просто дайте мне минутку, и я буду в порядке, ― я покрутила стопой так сильно, как смогла. Всё казалось в порядке. Ничего не сломано.
Мужчина сел рядом со мной и вдумчиво посмотрел во тьму леса.
– Меня завораживает просто сидеть здесь и думать о том, как этот лес был создан после Первой мировой войны, чтобы сохранить многие виды деревьев, так как многие из них были утрачены вовремя бомбёжки. Каждое дерево здесь и каждая яма от бомбы несёт в себе историю. Разве это не интересно? ― выпалила я, внезапно почувствовав себя занудой.
Внимание, ботаник!
Я всегда была одержима историей. Мой отец был одержим историческими шоу, которые крутили по ТВ, так что я выросла, просматривая их вместе с ним.
Выражение на лице Зейна невозможно было прочесть. Частично из-за того, что было темно, а единственным источником света был его фонарик. Я не могла сказать, был ли он шокирован, или ему было скучно.
– Это очень интересно, ― ответил он, изучая меня
ЗЕЙН
Эта девушка была не только привлекательной, но также начитанной. Очень немногие женщины из тех, кого я знал, имели хоть малейшее понятие об истории, кроме как первого изобретение блеска для губ или подводки для глаз.
Чёрт возьми, я на самом деле впечатлён.
На данный момент, за те несколько раз, которые мы пересекались, Чесни удивила меня, заставила меня смеяться и хотеть её в большем количестве смыслов, чем один. Для меня это было впервые. Обычно мне было плевать на то, что женщина хотела сказать, потому что я делал всё, чтобы затащить её в постель. Если этого не выходило, у меня не было желания знать больше. С Чесни я поймал себя на том, что хочу знать о ней больше.
Она также была своего рода вызовом, который, должен признать, мне нравился. Большинство женщин были пластилином в моих руках, но не она. Может быть, чтобы добиться её, нужно играть жёстко? Может быть, дело было в её по-своему скромной личности? Я не мог с уверенностью сказать… пока.
– Это завораживающе, ― наконец-то ответил я. ― То, что мне понравилось наиболее всего за время жизни в Англии, это история. Куда бы ты ни повернул, тебя ждёт новая, интересней предыдущей.
Я на мгновение уставился на неё, и потерялся в её невинных карих глазах. Я откашлялся, и мне пришлось вспомнить, где мы находимся.
– Давай я посмотрю твою ногу, ― я повернулся и вытащил эластичный бинт из своего рюкзака.
Осторожно я стянул с неё ботинок, и подкатал штанину, чтобы поближе рассмотреть. Она немного дёрнула ногой и поморщилась, когда я коснулся сгиба.
– Прости, я пытаюсь быть нежным, ― сказал я, пока медленно обматывал её лодыжку.
Как только закончил, я посмотрел вверх на неё и снова взглянул в эти оленьи глаза. Большая ошибка. Она прикусила нижнюю губу, и мой мозг начал уплывать. Я громко сглотнул и знал, что мне нужно сделать что-то, чтобы вернуть свой разум туда, где он должен был быть.
Эта женщина сводит меня с ума.
– Вот. Так лучше? ― я попытался сделать так, чтобы она не услышала то, как я себя чувствую. Слегка провёл пальцами вверх по её шелковисто гладкой ноге, схватил джинсовую штанину и опустил её.
– Да, ― ответила она, нервно сглатывая.
– Ладно, хорошо, ― я разорвал зрительный контакт. Мне пришлось, потому что я начал представлять её прижатой к дереву прямо сейчас, пока моя рука у неё между ног, а её голова откинута назад, пока она выкрикивает моё имя…
Проклятье…
Я прочистил горло.
– Давай возвращаться, пока не начался шторм, ― я взял её за руки и поднял. Нужно было вернуться в лагерь до того, как мы что-то сделаем, о чём пожалеем позже.
ГЛАВА 7
ЧЕСНИ
В момент, когда Зейн едва ощутимо коснулся меня пальцами, во всём моём теле я почувствовала покалывание. Оно пробуждало во мне то, чего я не ощущала уже давно. Последний раз, когда мужчина прикасался ко мне, он сделал мне больно, но с Зейном…. Что-то в нём заставляло меня чувствовать себя… в безопасности.
Скажи что-нибудь, прежде чем запрыгнешь на этого мужчину посреди леса.
– Мне жаль, что я испачкала ваш плед, когда упала, ― я стряхнула столько грязи, сколько смогла, сложила его и передала обратно ему.
– Не переживай о нём, ― он пожал плечами. ― Ты сможешь пройти путь обратно? ― он обнял меня за талию сильной накаченной рукой, чтобы помочь мне с равновесием.
– Да, со мной всё будет в порядке.
Хотя, если он продолжит так прикасаться ко мне…
Мы прошли половину пути обратно, когда над нами раздался такой раскат грома, что я подпрыгнула. Затем небо обрушило на нас проливной дождь, от которого мы промокли до нитки.
Добро пожаловать в Англию…
Ощущая, как капли дождя ударяли по голове, я оттолкнула боль, перенося вес на ногу, и набираю скорость. Впереди была пометка на дереве, обозначающая, что мы близко к лагерю.
Затем я остановилась и подняла руки вверх, раскинув их в стороны, откинула голову назад и поприветствовала прохладный дождь, который омывал меня очищением. Каким-то образом в этот момент я чувствовала облегчение ― наконец-то свободна от грязи своего прошлого. Я была в тысячах миль от человека, который пытал меня и превратил мою жизнь в ад на земле.
Зейн, наверное, подумал, что я сумасшедшая, но мне было плевать. Я была мокрой до нитки ― ну, мы оба были ― и я рассмеялась.
Он посмотрел на меня, как на умалишённую.
– Что ты делаешь?
– Наслаждаюсь дождём, ― весело сказала я, будто это была самая обычная вещь в мире. ― Я привыкла стоять под дождём, когда была ребёнком, просто чтобы почувствовать каждую каплю. Это было настолько освежающе. Попробуйте.
На его лице появилось выражение веселья, но он, колеблясь, откинул голову назад. В слабом луче своего фонарика я наблюдала, как капли формируются в струйки и стекают по его лицу вниз к частично открытой восхитительной груди, пока остальное его тело было скрыто под прилипшей рубашкой.
Спустя секунду, он посмотрел на меня и прыснул со смеху.
– Ты нечто иное, ― он подступил ближе, отбросил мокрые волосы с моих глаз, и заправил их за уши. Он коснулся моей щеки ладонью, и облизал губы.
У меня перехватило дыхание, и в животе зародился трепет. Химию между нами можно было пощупать руками.
ЗЕЙН
Она выглядел так, что её можно было съесть, пока стояла мокрая и желающая, и мне понадобилась каждая унция моего самоконтроля, чтобы не наброситься на неё там в лесу. Ей было больно, и мне нужно было убедиться, что я не переступил свои границы. Если бы обстоятельства были другими, я бы не упустил свою возможность.
Сраная этика.
Её мокрая рубашка прилипла к её груди, а волосы ― к лицу и плечам. Потребность в её глазах говорила мне, что я ставил её в тупик, а это возбуждало во мне трепет. В конце концов, я провёл с ней время. Мне просто нужно подождать и сделать свой шаг позже.
Я схватил её за руку.
– Идём, ― сказал я, и мы продолжили свой путь к лагерю.
Вытащите меня нахрен отсюда.
ЧЕСНИ
Я не была уверена в том, что только что случилось. Могла бы поклясться, что он собирался меня поцеловать. Я хотела, чтобы он меня поцеловал, но мне нужно было узнать о нём больше до того, как всё закончилось бы моим сожалением.
Мы наконец-то вернулись в лагерь, и нас поприветствовали два других руководителя групп, которые выглядели так, будто собирались на наши поиски.
– Какого чёрта, чувак? ― сказал тот, который был повыше, более худощавый и в очках с чёрной оправой.
Зейн разговаривал с другими руководителями групп, когда я направилась к своей палатке, чтобы избавиться от влажной одежды.
Вскоре дождь прекратился. Те, кто был снаружи, повытаскивали свои кулеры и пытались заново разжечь огонь с помощью сухих дров.
Сменив мокрую одежду, я присоединилась ко всем у огня. Несколько ребят играли на гитарах, а один даже пытался использовать сухую колоду, как барабан. Все пили, смеялись и весело проводили время. Я подошла к кулеру как раз тогда, когда Зейн потянулся за ещё одним пивом.
– Эй, что случилось? ― спросила я обыденно, будто у нас не было горячего момента посреди грозы.
– Ничего особенного, ― как ни в чём не бывало ответил он, а затем развернулся и ушёл разговаривать со своими друзьями.
Меня просто проигнорировали.
Придурок. Может быть, я просто тратила время, думая, что между нами что-то было. Может быть, он не стоил и ломаного гроша.
Выбрав в кулере напиток по душе, я вернулась к костру, и уселась на бревно рядом с одним из парней, которые играли на гитаре. Он был весьма хорош, и после нескольких песен я поймала себя на том, что притопываю ногой в такт и абсолютно выбросила Зейна из головы.
– Хочешь сыграть? ― спросил он. Прежде, чем я смогла сказать «нет», он вложил гитару мне в руки и опустил свою ладонь поверх моей, чтобы показать мне как сыграть первый аккорд.
Я сопротивлялась и из первого аккорда получилась какофония, но мы оба рассмеялись. По правде говоря, моя игра звучала ужасно, но мне было весело.
Глядя через костёр, я увидела, с каким жаром Зейн глазел на меня. Он выглядел сердитым. Хорошо. Какая разница. Он не имел права злиться или ревновать. Я была для него ничем. По какой-то причине, вид его яростного лица заставил меня почувствовать вину. Я не хотела его злить, но я ненавидела игру, в которую он играл с моими эмоциями.
Чувствуя себя странно, я отдала гитару парню обратно.
– Спасибо, за то, что позволил мне поиграть. Прости, что засрала песню, ― я рассмеялась.
Тот ответил улыбкой.
– Всё в порядке. Может, научу тебя играть в другой раз.
– Может быть, ― уклончиво ответила я, наблюдая за тёмной фигурой Зейна через огонь. Я снова повернулась к парню с гитарой. ― Прости, я не узнала твоё имя.
– Мэддокс, ― тепло ответил он.
Он был милым. Если бы Зейн не разрушил мои надежды сегодня, я бы пофлиртовала с ним. Но моя связь с Зейном меня истощила.
– Спокойной ночи, Мэддокс, ― вежливо сказал я, и направилась к своей палатке. Мне нужно было хорошенько поспать и провести время наедине со своими мыслями.
– Эй! А тебя как зовут? ― он позвал меня сзади.
Оборачиваясь, я ответила:
– Чесни.
– Рад с тобой познакомиться, Чесни, ― ответил он.
– И я с тобой тоже.
* * *
Эмберли и Эрик уже спали к тому времени, когда я вернулась в палатку. Я слышала храп Эрика из палатки через одну от нашей. Они, наверняка, много выпили. Эмберли спёрла мой спальный мешок, укуталась в него плюс ещё и в свой, словно в кокон.
Я схватила своё пончо на случай дождя, и расстегнула вход в палатку, чтобы выглянуть и посмотреть, вернулся ли Зейн к себе. Последнее, чего я бы хотела, это идти и говорить с ним после того, как он игнорировал меня ранее, но благодаря Эмберли мне не в чем было спать.
– Эмберли, проснись. Ты забрала мой спальный мешок, ― сказала я, и потянула за скользкую ткань, пытаясь вытащить мешок из-под неё.
Она застонала и крепче прижала мешок к груди, от чего я упала на задницу.
Отлично. Кажется, визит к Зейну мне гарантирован.
Мягкий свет разливался внутри его палатки, и я видела его движущийся силуэт. Его палатка была одной из тех хороших, в который был даже тамбур. Везунчик.
Хныча внутри, я вылезла из своей палатки, застегнула вход и направилась вперёд. Когда дошла до него, то громко прошептала его имя, стараясь не разбудить других. Очень плохо, что палатки не снабжены дверным звонком.
– Чесни? ― я услышала удивление в голосе Зейна, и он расстегнул палатку. ― Что ты здесь делаешь?
Святое дерьмо. Мои щёки загорелись, и на мгновение я потеряла дар речи. Он стоял там с голым торсом, всего лишь в тренировочных шортах, которые свободно свисали на его бёдрах, а волосы всё ещё были немного влажными после дождя.
Он втащил меня глубже в палатку, и я опустила голову вниз, чтобы он не увидел мой румянец.
Я сглотнула, пытаясь успокоить нервы.
– У вас всё ещё есть запасной спальный мешок?
Он кивнул.
– Да, ― последовала его понимающая улыбка. ― О, только не говори, что ты забыла свой, ― он забавлялся, в отличии от той отчуждённости, которую проявлял ранее.
Я скрестила руки.
– Перестаньте. Имейте немного веры в меня, ― отшутилась я, пытаясь звучать нормально. ― Нет, Эмберли решила укутаться в оба мешка ― свой и мой, так что у меня моего больше нет, ― ухмыльнулась я. ― Мне бы хотелось, чтобы между мной и землёй всё-таки бы какой-нибудь барьер.
– Ага, можешь взять этот, ― он передал мне брендовый мешок, всё ещё свёрнутый рулончиком. ― Мы не можем позволить тебе спать на холодной, твёрдой земле, ― подразнил он. ― Что-нибудь ещё? ― он изогнул бровь.
Как насчёт поцелуя на ночь?
– Не-а, это всё, ― мягко ответила я.
Он выглянул наружу через маленькое окошечко.
– Обещали шторм сегодня ночью. Вы уверены, что с вами, леди, всё будет в порядке?
Сразу по окончанию его предложения, сверкающая молния разрезала небо, после чего последовал раскат грома такой мощи, что я подпрыгнула.
– Почему бы тебе не остаться здесь, пока он немного не успокоится? Я даже украл горячего шоколада у Нейта, если хочешь.
– Ладно, конечно, ― я полностью вошла в палатку, и сразу остановилась, когда увидела…
– Подождите! У вас есть надувной матрас? К чёрту твёрдую землю. Я буду спать здесь, а вы можете пойти и лечь с новой соседкой по имени Эмберли, ― я драматично вздохнула. ― Должна предупредить, она храпит.
Я ожидала, что он отшутится в ответ, но он дьявольски усмехнулся и произнёс:
– Ты более, чем желанна спать здесь со мной.
О, Боже. Да, я уверена, что это всё хорошо закончится. Я хлопнула в ладоши, пытаясь избавить своё тело от напряженности.
– Я принимаю ваше предложение о горячем шоколаде. Не хочу снова стать мокрой, ― ответила я, краснея.
Он покачал головой.
– Какой позор.
О. Мой. Бог. Он правда, только что сказал это? Вау.
Я сжала бёдра вместе при мысли. Да, для меня это было слишком долго, а этот флирт заставляет меня хотеть его.
Опускаясь, он взял термос и две кружки из нержавеющей стали, и налил нам обоим по порции. Обнимая свою ладонями, я втянула запах, который с паром доносился до моего лица. Он пах сладостью, а всё, что пахнет шоколадом, я люблю.
Я села на краю его надувного матраса, устраиваясь удобно, а он сел напротив меня на другой стороне. Его мышцы отвлекали, и я пыталась перестать пялиться, но не могла. Я представила, какое это будет чувство ― пробежаться пальцами по его твёрдой груди и его скульптурной рёберной клетке, проследить по его V-образным…
Его голос ворвался в мои блудные мысли.
– Так что, Чесни. Откуда ты?
Зейн бросил большую зефирину в свою кружку с шоколадом и сделал глоток. Я наблюдала за тем, как двигалось его горло, когда он глотал, и у меня во рту пересохло. Как бы много я отдала, чтобы стать этой кружкой с шоколадом.
Как он может быть таким спокойным и собранным, когда я здесь изнываю?
Я прочистила горло, и ответила:
– Из маленького городка Уилкес, Северная Каролина. Вполне уверена вы о нём даже не слышали. Немногие слышали, ― я сделала медленный глоток своего шоколада, наслаждаясь сладкой жидкостью, пока она согревала мой язык и обволакивала горло. ― А вы?
– Вообще-то, поскольку мой отец служил в Воздушных Войсках, я жил во многих местах. Родился во Флориде, но жил в Калифорнии прежде, чем и сам присоединился к Воздушным Войскам. Кто знает, где мои родители останутся на пенсии. Они говорили о Северной Каролине или горах Теннесси. Годами я называл домом многие места, ― он взял ещё одну зефирину и бросил её в чашку. ― Нельзя пить шоколад без зефира. Как твоя лодыжка? ― спросил он, тянясь вниз и слегка прикасаясь ко мне.
– О, в порядке. Как новенькая, ― нервно ответила я, пытаясь не уделять внимания тому, что его прикосновение заставляло меня чувствовать. Хотя, с лодыжкой было всё в порядке, я не лгала.
Тишина наполнила палатку, и мы оба слушали танец дождевых капель на брезенте, натянутому над нашими головами.
– Сегодня было весело, ― сказал он, придвигаясь ближе ко мне. Его лицо было всего лишь в нескольких дюймах от моего. ― У тебя здесь шоколад… ― он коснулся уголка моих губ, убирая собравшуюся жидкость большим пальцем.
Не думая, я раскрыла губы и поцеловала подушечку его пальца, а затем прижалась щекой к его ладони. Удивление воцарилось на его лице, а челюсти сжались, будто он сдерживался. Закрыв глаза, он отстранился и вдохнул.
– Что не так? ― спросила я, чувствуя себя смутившейся и отвергнутой.
Он потряс головой.
– Ничего. Просто не думаю, что ты знаешь, во что втягиваешь себя со мной. Чесни, когда дело доходит до женщин, я ― не принц. Я не тот тип мужчин, с которым ты захочешь остаться. Кроме того, если мы дойдём до этого ― я имею в виду, до этого ― мне будет очень тяжело остановиться. А ещё, когда дело касается секса, нежности от меня ждать не стоит.