- -
- 100%
- +
– Кстати, разве в этом вашем элитном учреждении не принято приходить на занятия вовремя? – презрительно хмыкнул отец.
Ровно пять минут восьмого. Я хлопнула себя по лбу, вылетела из-за стола, схватила учебник, рюкзак, сумку и выбежала из дома.
– Блин!
На остановке никого не оказалось, значит мой омнибус уже ушел, а следующий приедет лишь через десять минут. Только бы не опоздать!
Я кинула сумки на скамейку и стала нетерпеливо вглядываться вдаль.
Солнечное утро радовало редким для сезона дождей теплом. Пожелтевшие листья опадали с деревьев и окрашивали улицу в яркие цвета. Я с детства любила эти узкие дорожки со стоящими вдоль них невысокими домами. Мы жили в Гарден Лейн, спальном районе на северо-востоке города. Вдали от суеты и проблем, с которыми Эстер сталкивался каждый день.
– Доброе утро, мисс! – кивнул мужчина в строгом черном кителе.
Я приветливо улыбнулась проходившему мимо стражу. Несколько человек ежедневно патрулировали улицу и охраняли спокойствие жителей района. Ночью охрану усиливали, ведь даже здесь случайный прохожий мог встретить адептов Тьмы и стать ужином для одного из них.
– Выполнили домашнюю работу? – окинул он взглядом мою форму. – Нам нужны грамотные выпускники.
– Почти, – несчастным голосом отозвалась я. – Неужели для охраны улиц так важна история с ее датами?
Немолодой страж с сединой на висках был опытным бойцом, о чем говорили звезды на наплечных нашивках.
– Важны не даты, мисс, а наше прошлое. Кто мы без него? Как узнать, что мы сражаемся за правое дело, если неведомы истоки борьбы?
Я обреченно посмотрела на незнакомца, задумавшись над его словами. Конечно, он был прав. Если я хочу защищать город, то подвиги прошлых поколений должны укреплять мою веру в необходимость борьбы с Тьмой. Но историю я ненавидела.
– Кстати, должен предупредить вас, мисс. Постарайтесь вернуться домой до наступления сумерек.
– А что случилось? – забеспокоилась я.
– Темные опять распоясались, – устало выдохнул страж. – За прошлое двулуние2 нашли несколько жертв, погибших при таинственных обстоятельствах. Власти опасаются паники, но вы, пожалуйста, будьте бдительны.
Ответить мне помешал сигнальный гудок омнибуса. Длинный угловатый фургон стремительно приближался к остановке. Может, все-таки успею на занятия? Если, конечно, ничего не случится по пути.
Улыбнувшись напоследок стражу, я поднялась в салон и по привычке настороженно окинула взглядом пассажиров. К счастью, никаких вурдалаков. Предупреждение человека, патрулирующего Гарден Лейн, застало меня врасплох. Я еще раз поглядела на него из окна. Какой же храбростью надо обладать, чтобы, несмотря на смертельную опасность, выходить на улицы Эстера каждый день!
– Вам с Анной повезло, что родились в мирное двадцатое поколение, – часто говорил отец. – Даже самые ярые противники Света не осмеливаются оспаривать власть Энтони Рида. А под надзором Хранителя Абрамса улицы стали намного безопаснее.
– Но почему Правитель не запретит порождениям Тьмы разгуливать по городу? – каждый раз негодовала младшая сестра.
Она была еще ребенком и не разбиралась в равновесии законов Смерти. А значит, не очень понимала, почему мы подчиняемся им. Как и любой другой город-обитель нашего мира, Эстер обязан был соблюдать баланс между Светом и Тьмой. На деле же междоусобная война хоть и стихла, но не прекращалась ни на день. Всадникам Смерти, которые должны следить за равновесием, обычно до этого не было никакого дела. Только стражи и хранители могли защитить граждан от кровопролитных столкновений сторон.
– Следующая остановка «Академия», – объявил сонный голос водителя.
Взору открылась величественная арка – два каменных гиганта, поднявших руки с переплетенными пальцами. Статуя справа – в длинной мантии и с мерными весами, символизировала власть и справедливость, а воин с мечом – силу и могущество. Так пять поколений назад, когда открылась академия, скульпторы видели опору и стержень города – министров и стражей Эстера.
В городе существовал еще один корпус академии, где обучали целителей. Остальные студенты – будущие экономисты, преподаватели, архитекторы, инженеры – получали образование в университетах.
Как и большинство механизмов, двигаясь на тяге эфирных кристаллов, омнибус бесшумно затормозил на остановке. Без пяти восемь. Опять приехала в последний момент!
Я вышла и вместе с остальными студентами побежала по каменным плиткам академической площади, нервничая и повторяя даты для теста. Добираться из дома до академии было крайне неудобно, и, как бы мне ни хотелось жить с родителями, похоже, рано или поздно придется переехать в кампус.
– Эй, смотри, куда прешь!
Откуда ни возьмись передо мной возник высокий студент со взъерошенными черными волосами. Еще чуть-чуть, и я бы врезалась в него.
– Что? Это ты налетел на меня!
Но незнакомец со шрамом на щеке даже не обернулся.
Я снова кинулась к учебному корпусу, словно боялась, что малейшая помеха заставит забыть вызубренные даты.
– Леди! Наконец-то! Чего ты так долго? – звонкий голос Джоан Эклз бодрил лучше будильника.
– Опоздала на первый омнибус, как всегда. Всем привет, – поздоровалась я с сокурсниками.
Подруга сидела в окружении парней, которые чем-то ее развлекали. Питер Уитстон, рыжий пухляк-зазнайка, улыбнулся в ответ, и Джоан тут же его прогнала.
– Кыш, я не для тебя заняла это место!
– Мы можем и втроем посидеть прекрасно, – не унимался Питер, пока я доставала учебник.
Он с первых дней был неравнодушен к Эклз и из-за схожего цвета волос считал ее родственной душой. Но, к сожалению, оказался совсем не в ее вкусе.
– Иди-иди! – отправила его подруга.
Я усмехнулась и, наконец, бросила тяжелые сумки. Мне бы хоть немного ее уверенности! Конечно, с зелеными глазами и рыжими волосами – это проще простого. Даже строгая академическая форма выгодно подчеркивала ее фигуру. Джоан не стеснялась никого и ничего. Подруга ловко управляла огнем и мужским вниманием. Надо ли говорить, что для женской половины первого курса Джоан являлась врагом номер один? Впрочем, она тоже была невысокого мнения о сокурсницах.
С порога аудитории послышался заливистый хохот главной блондинки потока – Терри Фишер.
– Джо, как ночная смена? На ногах хоть держишься? – подколола она Джоан.
– А я-то причем? – парировала подруга. – Это же ты каждый день жалуешься на недосып после дежурства у баров!
– Вы что, не слышали? – неожиданно воскликнул Томас Марш, юркий приятель Питера. – Сегодня ночью стражи весь центр подняли на уши из-за нападения темных. Вы бы поосторожней с ночными прогулками…
Но девушки только посмеялись. Фишер решила не продолжать перепалку и прошествовала в другой конец аудитории. Подруга всегда с легкостью парировала любые выпады в свой адрес. Удивительно, как язве Джоан удалось найти со мной общий язык? Просто однажды она села со мной на вступительных тестах, и понеслось.
– Ты что-то не в духе? – шепнула подруга, когда вошел преподаватель.
– Ерунда, с родителями поругалась. Да еще перед тестом нервничаю, боюсь завалить.
– Дался тебе этот тест! Перед ним у нас еще «окно» в занятиях, мы хотим посидеть в новом кафе напротив, вот и расслабишься.
– Мисс Эклз, расскажите всем нам, мы тоже хотим послушать, – вдруг окликнул профессор Вуд.
– Простите, – улыбнулась Джоан и открыла тетрадь на последней странице.
«Тебе нужно больше тусоваться. А еще лучше – влюбиться!» – написала она и рядом с последним словом нарисовала сердечко.
Я улыбнулась и отмахнулась от подруги. С Джоан мы начали общаться совсем недавно, и она многого не знала обо мне. Например, как год назад по пути в школу перевернулась моя жизнь. Тогда я защитила Клауса Берча. Так, наверное, поступил бы каждый адепт Света. Однако он оказался не простым студентом, а сыном одного из министров и неоспоримым кандидатом на пост будущего Советника города. Клаусу взбрело в голову, что из меня выйдет отличный страж, а я вдруг загорелась мечтой поступить в академию. Он помогал мне готовиться к экзаменам и, когда мне казалось, что ничего из этого не выйдет, не позволял опускать руки. Даже я не верила в себя так, как поверил в мои способности Клаус. Без его помощи ничего не получилось бы.
Поэтому Джоан сложно было понять мои чувства. После разногласий с родителями и бессонных ночей перед поступлением провал на обычном тесте по истории – недопустимая оплошность.
– Кто мне назовет первичные признаки превращения человека в вурдалака? – громкий вопрос профессора прервал мои мысли.
– Черные глаза! – послышался сзади голос Питера Уитстона, редкостного зубрилы.
– Мистер Уитстон, черные глаза появляются в момент нападения. Жертва уже может быть мертва к тому моменту, когда вы это заметите, – с сарказмом ответил преподаватель. – Вы должны определить вурдалака до того как кто-то пострадает.
– Скрюченная спина, – сказала я.
После нападения в омнибусе мне пришлось узнать об этих тварях побольше.
– Верно, мисс Тали.
Сзади послышалось неодобрительное фырканье.
– Наконец-то хоть кто-то уел Питера, – радостно подметила Джоан.
– Он такой, потому что ты три раза отказалась идти с ним на свидание, – заметила я.
– Не надо! Я три раза отказалась идти, потому что он такой придурок, а не наоборот.
– Мисс Эклз! – снова одернул подругу профессор.
– Простите, честное слово, в последний раз!
Мы затихли и попытались вникнуть в лекцию. Профессор Вуд заунывно рассказывал о вурдалаках, словно это были обычные мухи, которых не стоит бояться.
– Если человек решил принять Тьму, то его, безусловно, ждет трансформация. Не найдя отдушины в виде эфира, Тьма изменяет не только привычки, мысли, образ жизни, но и тело. Поговорим о самой распространенной и опасной форме принявших Тьму – вурдалаках. Вы уже знаете, что чем меньше вурдалак похож на человека, тем сильнее он физически.
Рука Томаса взметнулась вверх.
– А почему Тьма так сильно меняет?
– Мистер Марш, мне очень интересно, на какую отметку вы сдали выпускной экзамен по метафизике? – снова заметил профессор саркастичным тоном, а Томас ничего и не ответил. – Обычно вурдалаки встречаются в подворотнях, где им никто не мешает наслаждаться убитой жертвой. Их невозможно искоренить, ведь на место старых придут новые.
Нудный голос преподавателя отбивал всякое желание слушать. Минута казалась часом, а час – вечностью. Веки закрывались сами собой. Джоан периодически тыкала меня в бок, чтобы я не уснула.
– Выше ключицы у них самая тонкая кожа, куда можно ударить колюще-режущим предметом.
Я больше не могла сдерживать зевоту. Даже перспектива стать хранителем не вдохновляла меня на подвиги. Лишь громкий звонок привел в чувство.
– Глава шестая вашего учебника. К следующему занятию подготовить главные тезисы, – громко произнес профессор Вуд.
– Ткнуть ножом в ключицу, мы поняли, – крикнул Томас, который из-за невысокого роста выглядел лет на четырнадцать.
Я усмехнулась. Похоже, не я одна выцепила только эту фразу.
– Ну что? Идешь с нами в кафе? – спросила Джоан, а я помотала головой. – И чем же ты займешься?
– Наверное, повторю историю, – выдохнула в ответ.
– Серьезно? Сколько можно? – Джоан закатила глаза. – Ты же все однолуние зубрила. А не хочешь остаться у меня ночевать? Мои укатили в Шеут, к родственникам.
Я немного замялась, вспоминая, нет ли у меня несделанных домашних заданий.
– Ну же, соглашайся!
– У нас завтра тренировка и политология, кажется?
– О нет, ты опять за свое, – простонала подруга. – Ничего не случится, посидим, посмотрим кинодиск, поедим мороженое, посплетничаем и ляжем спать.
– Ну не знаю, я подумаю, – отчего-то ее упорство меня раззадорило.
Весь прошлый год я активно готовилась к экзаменам, и на развлечения совсем не оставалось времени. Бри, школьная подруга, почти перестала со мной общаться. Лишь изредка присылала сообщения: «Привет! Как дела?» Джоан чем-то была похожа на нее. Наверное, поэтому я оказалась единственной из девушек, кому она нравилась.
– Обещаю, ты выберешь кино. И мороженое!
– Но мне не в чем спать, – шутливо продолжала ломаться я, хотя в душе уже согласилась.
– Я дам тебе что-нибудь из своей одежды, – злилась подруга.
Терпение и Джоан – несовместимые вещи.
– Это неудобно как-то.
– Ну, спи голой, – она сказала это немного громче, чем обычно.
Двое парней, которых мы встретили у выхода из аудитории, обернулись.
– Я ем на завтрак только оладьи с клубничным джемом.
Джоан остановилась и посмотрела на меня.
– Ты говорила, что не любишь клубнику!
– Ладно-ладно, поймала! – рассмеялась я. – Только не поджигай меня!
– О, я бы с радостью, только ты не загоришься. Ну так что?
– Я останусь у тебя даже без мороженого, оладьев, джема и прочей ерунды, – улыбнулась в ответ.
Джоан радостно подпрыгнула на месте.
– Может, и на кафе согласишься? – продолжила она наступление.
– Ну нет, но учебник по истории я и правда отложу в сторону. Тошнит уже. Лучше потренируюсь на стадионе. Кажется, Питер и Томас пошли туда.
– С занудами? Час от часу не легче! – выдохнула Джоан.
Договорившись встретиться на истории, я направилась в раздевалку.
Студенты академии с шумом вывалились в коридор. Я оглядывалась по сторонам и надеялась не встретить Клауса, ведь мало кто знал, что мы знакомы, и что именно он притащил меня в академию. Это могло сыграть со мной злую шутку и выставить в не лучшем свете.
Только добравшись до женской раздевалки, я облегченно выдохнула. Уж тут-то его точно не встречу. Хотя… зная Клауса, я бы не удивилась. Вокруг него толпами вились студентки всех курсов. Поэтому он позволял себе несколько больше, чем остальные парни. Упаси меня Смерть, чтобы хоть одна из его поклонниц увидела нас вместе!
В раздевалке старшекурсницы бурно обсуждали последние новости.
– Папа пришел сегодня только под утро, говорит, ночью случилось что-то ужасное. Человек сам себя зарезал, полностью искромсал, даже пальцев на ногах не оставил!
– Фу, Элис, какая мерзость!
– Но Хранитель говорит, что это не похоже на обычное самоубийство, не может человек сам себя так мучить! Кровища по всей квартире!
– Жуть! Прекрати! – хором произнесли ее подруги.
– И никаких следов посторонних! В общем, всю ночь искали и ничего не нашли. Папа сказал, чтобы я возвращалась домой сразу после занятий.
– Ой, ну какой-то психопат себя убил, и что теперь? Всем запереться? Ерунда какая-то.
– Не знаю, но выглядит все очень странно!
– Да ну тебя, нагнала жути. Нигде в новостях ничего подобного не было, нас бы предупредили.
Девушки вышли из раздевалки, а я застыла возле шкафчика со своим именем. Уже в третий раз за день слышу, что в городе творится неладное. Похоже, предупреждение стража – не пустые слова. Наверное, нам с Джоан не стоит сегодня задерживаться.
На стадионе дул холодный ветер. На другом конце поля я увидела трех сокурсников, которые тоже коротали время, тренируясь. Отлично, разомнусь и пробегусь к ним, позанимаемся вместе. Хорошая разрядка после выходных за зубрежкой.
– Леди, решила разбавить нашу мужскую компанию?
Томас стоял рядом с грузным Питером, и от этого казался еще меньше.
– Вы не против?
– У меня как раз нет противника, – отозвался кудрявый Билли Бэнкс, еще один сокурсник, отдыхавший на скамейке. – Только подожди немного, я приду в себя. Том залепил мне молнией прямо в грудь.
– Ты совсем не старался! В Пита я еще ни разу не попал.
При комплекции нашего зазнайки сложно было промахнуться. И Томасу явно не стоило так кричать об этом.
Я села рядом с Бэнксом и услышала громкий смех позади себя.
– Дин, неужели это правда? Клаус не врет?
Я закатила глаза и выдохнула. Мои однокурсники не нашли другого места для тренировки? Или они встали здесь специально?
– Правда чистой воды.
– Ты мне не веришь? – послышался голос будущего Советника, который, очевидно, рассказывал очередную невероятную историю.
– Клаус, как тебе можно не верить? – отозвался женский голос.
Я обернулась. Ну конечно, Клаус Берч, как всегда, в центре внимания. Но еще хуже встретить его надменного приятеля Дина, сына Энтони Рида. Он единственный, кто с детства знал о своем будущем, ведь правление должно было перейти к нему по наследству. Клаус познакомил нас, но общение как-то сразу не задалось. Как будто Рид испытывал ко мне неприязнь. А может, я много на себя беру, и это всего лишь обычная гордыня.
Ни Клаус, ни тем более Дин словно бы и не видели во мне девушку. Порой это меня сильно задевало. С другой стороны, пассий у этой парочки было предостаточно. Слухи об их романах разлетались быстрее, чем я доезжала до академии. Кончались интрижки так же внезапно, как и начинались. Стать одной из их мимолетных пассий мне совсем не хотелось. И, тем не менее, я не знала ни одного человека, который не мечтал бы подружиться с этими парнями.
Их компания сидела на несколько рядов выше. Я отвернулась. Мало ли что Клаус может ляпнуть! Лишнее внимание, особенно со стороны старшего курса, мне ни к чему.
Сосредоточившись на сражении Питера и Томаса, мы с Билли почти не разговаривали. А посмотреть было на что. Маленький и юркий Том ловко уворачивался от мощных атак противника. Питер, как и Джоан, управлял огнем. Языки пламени проносились мимо невысокого однокурсника, который даже не успевал ответить своими молниями.
Но зазнайка-Питер ошибся, и в один миг его пламя вышло совсем слабым. Оппонент тут же швырнул в него молнию. Одну, вторую, третью. Их роли мгновенно поменялись. Парни развоевались не на шутку и не замечали никого вокруг. Очередной разряд сверкнул возле Питера, тот резко увернулся. Молния полетела в компанию старшекурсников.
– Ты в порядке? – крикнул Томас. – Прости, я не рассчитал.
Все студенты затихли.
– Ты совсем идиот?! – выкрикнул один из друзей Клауса, морщась от боли.
Я испуганно смотрела, как он приближается к нам. Кажется, мы уже где-то встречались.
– Немного не рассчитал, – повторил Марш с завидным спокойствием, не обращая внимания на то, что старшекурсник выше его и шире в плечах.
– Ты вообще-то мог и покалечить кого-нибудь! Как только таких тупых берут в академию?
Парень прошел мимо меня. Черные взъерошенные волосы, нахальный тон, а сбоку на щеке – шрам. Точно, это на него я налетела утром.
– Тебя же как-то взяли, – усмехнулся сокурсник.
– Ты бессмертный, что ли?
– А что, если ты – Джейсон Милтон, то я должен бояться?
Томас не собирался отступать. Я нервничала все сильнее.
– Хочешь лично проверить?
Нет-нет, что они делают? За драку можно вылететь из академии! Но почему-то ни Клаус, ни Дин, ни остальные не пытались остановить парней.
В руке студента со шрамом возник белый сгусток энергии, который он запустил в Томаса. Марш ловко увернулся, но в него уже летели следующие атаки. Их было так много, что укрыться казалось невозможным.
Как вдруг эфир противника растворился, так и не долетев до цели.
– Что за?.. – Незнакомец ошарашено смотрел на соперника.
Я успела создать барьер. После года постоянных тренировок он стал незаметным. Мои одногруппники разулыбались, особенно Томас. Они-то знали, чьих это рук дело.
– Как ты это сделал?!
– Отвали от меня.
Но Милтон снова попытался атаковать. А я все так же держала барьер.
– Это все, на что ты способен?
Марш не хотел сбавлять гонор. Может, я зря его защищаю?
– Какого Всадника? – старшекурсник явно не понимал, что происходит.
– Джей! – вдруг окликнул его женский голос. – Это не он. Она!
Я вздрогнула и обернулась. Кудрявые блондинистые волосы невозможно было не узнать. Только как Терри Фишер удалось затесаться в эту компанию?
Все внимание тут же переключилось на меня. Я встретилась глазами с Клаусом, тот переводил серьезный взгляд с меня на своего приятеля.
– Ты думаешь, это смешно? – Джейсон внезапно повернулся ко мне, а я не знала, как реагировать.
– Устраивать драку с первым курсом? – мне стоило бы промолчать, но его наглость раздражала. – Совсем не смешно.
Он стоял возле меня, высокий, широкоплечий. Я сидела на скамейке и смотрела на него снизу вверх.
– Что это было? – Он пришел в ярость.
– Я тут ни при чем, – уверена, после моей фразы в его глазах промелькнуло сомнение.
– У нее барьер, она у нас особенная, – заносчивым голоском выделила Терри последнее слово.
Я обернулась и посмотрела на сокурсницу. Мы никогда ни о чем с ней не разговаривали. Мне казалось, что она и имени-то моего не знала. И зачем так выпендриваться?
– Особенная? И теперь считаешь, что тебе нечего бояться? – взбеленился Джейсон, и в его руке сверкнул белый сгусток энергии. – Давай проверим?
– Милтон, хватит, – неожиданно подал голос Клаус. – По-моему, перед тобой уже извинились. Тали тут вообще ни при чем.
Джейсон на секунду замешкался, поймав взгляд приятеля. А затем снова посмотрел на меня, словно что-то понял.
– Вон оно как, – лукаво улыбнулся он. – Нет, Клаус, малолетки должны знать свое место.
Вот же мерзавец! Утром он даже не извинился, а сейчас рвался в бой.
– Милтон, серьезно…
– Нет, почему же? Давай, – спокойно ответила я, поднимаясь на ноги.
Около десятка пар глаз следили за тем, как я выхожу на поле. Хотела не привлекать лишнего внимания, как же.
– Уже несколько месяцев ходят слухи, что в академии появилась Стена, – ерничал Джейсон. – Любопытно проверить, насколько она прочная.
Какая нелепая ситуация… Случайность, из-за которой разгорелся целый скандал. И теперь я должна что-то кому-то доказывать? Но отступать некуда. В конце концов, он не сильнее вурдалака.
– Давай проверим, – с деланным равнодушием произнесла я.
На тренировках нам часто приходилось сражаться друг с другом, поэтому барьер сразу возник вокруг меня. Вряд ли бой будет честным.
Я краем глаза посмотрела на Клауса, который подошел поближе. Он сцепил ладони и помахал ими перед собой, а затем подмигнул в знак того, что болеет за меня.
– Ну что ж, держись! – Джейсон замахнулся сгустком светящейся энергии.
Его атаки обрушились на меня, словно град. Раздался громким взрыв – это эфир столкнулся с барьером, но ни один шар энергии не прошел сквозь завесу. Я услышала ободряющие аплодисменты однокурсников, но это только разозлило Джейсона.
– Посмотрим, что ты скажешь на это!
Нахмурившись, он крепко зажал ладонь – сгусток эфира просочился сквозь пальцы и превратился в искрящиеся осколки. Сверкнув, они полетели к цели.
Я была слишком уверена в своем щите и не сразу заметила, что Джейсон внезапно атаковал моих однокурсников.
– Нет! – вырвалось у меня.
Троица не сразу поняла, что произошло. Я неосознанно перенаправила барьер на них за мгновение до удара.
– Успела, – облегченно выдохнула, наблюдая за шокированными лицами парней.
– Осторожно! – крикнул кто-то.
Но было уже поздно. Светящийся сгусток эфира, словно тяжелый снаряд, ударил меня в живот и отбросил на несколько метров назад. В глазах потемнело, от боли стало трудно дышать. Но обида из-за досадной оплошности была сильнее. Пускай и обманом, но Джейсону удалось пробить мою защиту!
Послышались крики и взаимные угрозы.
– Тали, ты как? – Клаус пытался привести меня в чувство. – Встать можешь?
– Угу… – процедила я, открывая глаза.
– Все, хватит. Разошлись! – раздался громкий голос, заставивший всех замолчать. – Джей, что ты устроил?
– Что? – невозмутимо ответил он. – Дин, ты серьезно?
– Вполне! Не смог признать поражения, полученного от девушки? Может, извинишься? – от холодного тона наследника даже у меня побежали мурашки по коже.
Клаус помог мне подняться и усадил на ближайшую скамейку. Джейсон хмыкнул, но не спешил извиняться.
– Тоже мне, герой, напал на первокурсницу! – выступил Томас. – Надо нажаловаться на тебя декану!
– Вообще-то, это вы не соблюдали меры предосторожности, – теперь Дин защищал своего друга. – Кто вам разрешил?
Конечно, формально не Джейсон затеял это, и в случае, если о потасовке узнают преподаватели, исключить могут всех. О чем я только думала?
– Ну так и дрался бы со мной. Чего на девушку-то напал? – Марш не утихал, а Билли и Питер шикали на своего коренастого напарника.
– Ты, я смотрю, тоже не сильно спешил ее защищать. Струсил? – парировал Джейсон, но тут же поймал на себе неодобрительный взгляд Дина. – Ладно-ладно, погорячился. Простите.
Парень поднял ладони вверх, развернулся и обиженно пошел к выходу. Было видно, как тяжело ему переступать через свою гордость. На меня он даже не посмотрел. Кто-то из старшекурсников сразу последовал за ним.
– Ты в порядке? Может, к лекарю? – Клаус глядел на меня.