- -
- 100%
- +
© Дмитрий Оак, 2026
ISBN 978-5-0069-8267-3 (т. 1)
ISBN 978-5-0069-8268-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Гордей
2016 г.
Брянская область. В 350 км от места первого контакта.
— Гордей, а ты, оказывается, у нас особенный, да?
— Почему?
— К тебе приехала такая конфетка… Встать, руки за спину.
Гордей нахмурился, послушно поднялся со скамьи и повернулся.
Конвоир замкнул на кистях наручники и под любопытствующими взглядами заключенных повел парня с тюремного двора в главное здание.
Меньше чем через тридцать минут Гордея освободили. Полностью. Так не должно было быть. Это, наверно, чья-то злая шутка?
Удивленные взгляды надзирателей с дубинками на поясе говорили об обратном.
Какой-то незнакомый мужчина в дорогом костюме обо всем позаботился. Чертовски толковый юрист со связями на самом верху, ведь Гордею оставалось сидеть еще несколько лет за убийство.
В пластиковой коробке уже тридцатипятилетний седеющий парень нашел свои потертые наручные часы, в которых села батарейка, и кошелек.
Ворота открылись, и он вышел, абсолютно ничего не понимая. Это была свобода. Совершенно сбивающая с толку. Обжигающая неизвестностью.
Юрист, не сказав ни слова, бросил в новенькую иномарку портфель, сел за руль, создал колесами облако пыли и умчался в сторону города.
Гордей постоял с полминуты на фоне обшарпанных стен тюрьмы с колючей проволокой, вдыхая вечерний воздух, все еще не веря в происходящее. Он закрыл глаза, чтобы открыть и снова оказаться в камере, но только уже проснувшимся.
— Гордей?
Освобожденный повернулся. Впервые за четыре года его имя произнесли приятным женским тембром, без приказной интонации.
Молодая девушка стояла, прислонившись к бордовому «Вранглеру». Она и правда напоминала конфетку. На вид ей было меньше тридцати. Несмотря на то, что на теле сидел серый спортивный костюм, нетрудно было достроить при помощи воображения скрывающуюся под эластичной тканью фигуру: стройные ноги, подтянутые округлые бедра, манящие холмики груди. Что уж говорить об открытых местах: гладкая шея, милые ушки, солнечные, почти что платиновые волосы, туго собранные в хвост, смуглая кожа, здоровый румянец на щечках, тонкие ровные черты лица и удивительного оттенка светло-серые глаза. Хоть сейчас фотографируй в рекламу косметики: она была само совершенство. Образ действовал безотказно, моментально внушал симпатию и доверие.
И она приехала за ним.
— Да… Я Гордей…
Парень абсолютно не понимал, как ему вести себя с незнакомкой.
Девушка оживилась и, обойдя машину спереди, встала у водительской двери.
— Поехали? — с улыбкой произнесла она.
Гордей смерил красотку недоверчивым взглядом, внимательно поглядел по сторонам и не нашел ни одной причины, чтобы отказаться от предложения. Если это был какой-то розыгрыш, то он был злой, невероятно жестокий.
— Поехали…
В окне плыли пейзажи начала осени. Девушка бойко вела машину, ей точно больше нравилась педаль газа, а Гордей старался украдкой ее рассмотреть.
Она была невероятна. Таких он еще не встречал. Да еще и не каждый встретит. А если встретит, то нужно еще набраться смелости, чтобы подойти к такой и заговорить. А тут она на расстоянии вытянутой руки, и ехать с ней на соседнем сиденье удивительно спокойно и легко, прямо как с давней подружкой.
Интересно, есть ли имя у его спасительницы?
— Я Анна.
Она что, прочитала его мысли?
— Приятно познакомиться, Анна.
— Взаимно.
Последовала неловкая пауза.
— Куда едем?.. К тебе или ко мне? — спросил Гордей.
— Хорошая шутка.
На лице Анны мелькнула улыбка. Девушка медленно повернула голову, и Гордея пронзил ее взгляд. В глазах таилась глубина, в которой можно было затеряться, если начать играть в гляделки. Блондинка не отрываясь смотрела на него, ее резко очерченные глаза и манили, и пугали одновременно. По ним нельзя было прочесть, что у Анны на уме, в них присутствовала какая-то уверенность, полное отсутствие страха. И еще доля озорства, хотя ситуация к тому совершенно не располагала. Да и разве можно вот так вот смотреть, не отрываясь, на него и в то же самое время управлять внедорожником?
— У тебя такие… бездонные глаза, — признал Гордей.
— Рада, что ты заметил.
— Сложно не заметить.
— Все, кого я за последнее время встречала, сначала замечали это, а потом сознательно отвергали истину.
— Какую?
— Уверена, скоро поймешь.
— Интрига прям. Так куда мы едем?
— Поесть для начала. Если я в тебе не ошиблась, нас ждет небольшое путешествие.
…
Анна остановила машину у придорожной забегаловки.
— Что будешь? — спросила она, звякнув сигнализацией. — Я угощаю.
Гордей шагнул вперед и открыл перед новой подружкой дверь.
— О, спасибо.
— Не знаю. Надо глянуть, что тут дают.
Девушка заказала питу с овощами, а Гордей выбрал омлет с беконом и кофе.
Взгляды мужской половины посетителей все как один были устремлены на Анну. Гордей сел за свободный столик и тоже с нескрываемым интересом наблюдал за тем, как его спутница доставала из холодильника бутылки минералки и расплачивалась. Это было какое-то чертово чудо.
Затем девушка подошла к окну и посмотрела по сторонам. Словно удостоверилась, нет ли за ними слежки. Убедившись, что все нормально, она села напротив Гордея.
— Ну как ты? — заботливо спросила спасительница.
— Отлично.
— Все законно. Не парься. Мы с приятелем намутили твое досрочное освобождение.
— Да? Что-то мне не верится.
— Понимаю. Мне бы тоже для осознания потребовалось время.
Гордей скептически повел бровями.
— Ладно, допустим. Просто чтобы тупо не молчать. Зачем вы это… «намутили»?
— Ну, это ведь не ты убил Руга.
Это был гром среди ясного неба. Что еще она «якобы» знала?
— А кто тогда?
— Тот, чьих друзей убили твои друзья.
А вот теперь и вовсе земля ушла из-под ног. И Анна, эта прекрасная белокурая девушка, теперь пугала. Она смотрела прямо, не моргая, и с каждой секундой Гордею становилось все более жутко.
— Это у тебя линзы такие?
Анна не ответила.
Принесли заказ. Девушка с наслаждением принялась за питу.
Гордей взял в руку вилку, но словно забыл, что делать с ней дальше.
— Остывает, — Анна показала на омлет. — Ешь.
Гордей отрезал кусочек, наколол на вилку и положил в рот. Пожевал.
— Ну как?
— Вкус… неземной.
Анна мило улыбнулась и отпила соку. Гордей обратил внимание на ее браслет. Тот был в форме электронных наручных часов, но абсолютно гладким. На нем засветились четыре кружочка разного цвета.
Анна быстро тряхнула рукой, и кружочки пропали.
…Гордей доел омлет и допил кофе. Девушка все это время смотрела в окно.
— Ну, погнали? — она встала.
— Спасибо за ужин.
— Будешь должен.
Гордей напрягся.
— Да шучу я. — Анна показала на бутылки с водой. — Поможешь?
Гордей молча взял со стола минералку и пошел к выходу.
…Они сели в машину. Анна завела мотор.
— В бардачке, там, дай, пожалуйста…
Гордей полез и достал папку.
— Открой и посмотри.
Гордей вытащил распечатанные на листах бумаги фотографии со спутника. Местность была знакомой, Гордей понял это, едва взглянув. Поле, большая деревянная хижина. Рядом разрушенная крыша, где когда-то был навес для машин. На большом отдалении и увеличенные. На последнем листе было смазанное изображение расколотого глобуса.
Это было уже слишком.
Там же, в бардачке, Гордей заметил военный нож. Парень шмыгнул носом, икнул, посидел, как в тумане, взвешивая дальнейшие действия, потом небрежно бросил листки девушке на колени, и когда та отвлеклась, ловко достал нож. Затем грубо насел на бедро Анны одной ногой и приставил к ее горлу блестящее острое лезвие.
— Знаешь, красотка, кто перед тобой?.. Изголодавшийся по сладеньким сучкам зек. А ты у нас кто? Ты очень сладенькая сучка, ты в курсе, вообще?
Ему так не хотелось полосовать это прекрасное личико, но тюряга научила как минимум двум вещам: не доверять никому и во все непонятное сразу вносить ясность. Анна вжалась в водительское сиденье, и теперь все поменялось, теперь стало понятно, кто контролирует ситуацию.
Девушка не визжала от страха, но перед опасностью для жизни капитулировала и размякла. Гордея это даже слегка возбудило.
— Откуда у тебя эти снимки, Анна?
Девушка робко сглотнула:
— Достала.
— А подробней?
— Не могу сказать.
Гордей нажал ножом на горло сильней.
— Они из правительственного архива.
— Так ты работаешь на правительство? Зачем я вам?
— Я не сказала, что работаю на правительство.
— Тогда на кого?
— Я сама по себе. Документы я хакнула.
— Че сделала?
— Достала через интернет незаконным способом.
— А кто тот мужик на шикарной тачке?
— Я его плохо знаю. Но он помог, он крутой. Он тебя отмазал.
— Большие, должно быть, бабки отвалила?
— Да.
— Очень большие. С зоны так просто никого не отдают. Видать, я тебе чертовски сильно нужен, да?
— Да.
— Из-за этого? — Гордей кивнул на листы.
— Да.
— И что тебя интересует?
— Что произошло в 1986-м?
Гордей нездорово хмыкнул.
— А тебе-то что? — он придвинул губы вплотную к ее лицу.
— Это личное…
— Черта с два! Это мое личное, а не твое, — заорал Гордей прямо ей в ухо так, что Анна поежилась.
— Если хочешь, вали.
Такого ответа Гордей не ожидал.
Хотя, понятно, она просто напугана и скажет что угодно, лишь бы он от нее отстал. Бабы, чего с них взять: сначала гонят понт, потом в кусты — известная натура. Да и он сам, наверно, перегнул. Не рассчитал. С такой фифой и правда надо понежней.
Полицейский УАЗ совершенно некстати въехал на парковку перед забегаловкой. Отблеск от его бокового стекла прошелся Гордею по глазам и осветил Анну не хуже прожектора.
— Черт.
Гордей переместил нож от шеи Анны к ее животу. Он не был уверен, что мент за рулем не заметил его странного положения, поэтому занервничал.
— Рыпнешься — и будет капец как больно, поверь. — Он переместился на свою сторону, угрожающе повертев ножом. — И сядь нормально.
Анна боязливо выпрямила спину.
УАЗ, как назло, неторопливо продвигался по парковке к ним.
— Не смотри на него. Возьми листки, смотри в них.
Анна подняла упавшие с колен бумаги и, затрясшись от волнения, стала невидящим взором их рассматривать.
Гордей опустил на своей двери стекло и вытащил локоть, изобразив безмятежность.
Водитель УАЗа, проезжая мимо, пристально посмотрел сначала на Анну, потом на Гордея. Затем снова нагло оглядел Анну.
— Ты прям магнит для мужиков, — с легкой досадой сказал Гордей, когда полицейский отвернулся.
— Что будем делать? — спросила Анна.
— Подбросишь меня туда, — Гордей ткнул пальцем в лист, который держала Анна. — Там я сойду.
— Ехать?
— Да, давай.
Анна медленно покатила машину, выкрутила руль, повернула и прибавила газу. Гордей заметил в зеркале со своей стороны, как человек в УАЗе что-то проговорил в рацию.
Анна вывела автомобиль на трассу, но все было в порядке. Забегаловка осталась позади.
Гордей наблюдал за тем, как провода то поднимаются, то опускаются к верхушкам столбов и обратно.
Они неслись на большой скорости. Солнце уже касалось крон деревьев и бросало косые тени на одноэтажные домики придорожных поселков.
— Если тебе все это для хайпа, мой тебе совет: не лезь, — произнес Гордей по отечески заботливо. — Выбери другую тему.
— Я не журналистка и не блогер.
— А кто тогда?
— Не имеет значения теперь.
— Хоть убей, не врубаюсь, как тебе в голову могло прийти, что эти фотографии что-то значат. Ну, я так прикидываю просто: ты такая сидишь на секретном сайте, там много чего интересного, но ты выбираешь непонятные фотки поля и хижины. Что там еще было, какая инфа про это место?
— Еще была запись с видеокамеры.
— И что на ней?
— Тебе лучше знать.
— Почему?
— Судя по голосу, снимал ты, только молодой.
— Ну, допустим. И…
— Одна запись особенно интересная.
— Что на ней?
— Гораздо интересней, чего на ней нет.
— В смысле?
— На ней скачет изображение, но по обрывкам голосов и звуков можно понять, что происходит нечто…
— И что же там происходит?
— Нечто непоправимое.
— Не терплю, когда говорят загадками. — Гордей снова приставил нож, только на этот раз к ребрам Анны.
Блондинка резко вдохнула с испугу.
— Не поверишь, но когда ты так делаешь, всегда появляются копы, — сказала девушка, глядя перед собой.
Гордей взглянул через лобовое стекло. На пути и правда стоял патруль.
— Да что за хрень? Мы точно на воле?
— Если тормознут, что делать?
— Тормози, что за глупый вопрос? Не знаю, как у тебя, а меня документы в порядке. Но без шуток, сама понимаешь, я человек отчаянный.
Гордей спрятал нож под сиденье.
На этот раз людей в форме было трое: двое парней с автоматами и девушка с овчаркой в наморднике. Высокий жестом показал остановиться. Анна съехала на обочину.
— Эти по борьбе с наркотой, — со знанием дела сказал Гордей. — Прям, блин, как в прошлое попал, ничего в этих местах не поменялось.
Полицейский представился и неласково взглянул на Гордея. Затем попросил документы у Анны и стал их изучать. Блюститель порядка с нескрываемым интересом оглядывал девушку за рулем, и Гордей поймал себя на мысли, что уже начинает испытывать странную гордость за то, что именно он понадобился этой своеобразной красотке, а не кто-то другой.
— Ничего незаконного не перевозите?
Полицейский протянул документы Анне.
— Нет, — улыбнулась та.
Он вопросительно посмотрел на Гордея.
— Нет, сержант.
Высокий, не меняясь в лице, кивнул напарнице и сделал шаг назад. Девушка в форме подвела к машине собаку, и та стала методично обнюхивать кузов, начав со стороны багажника и продвигаясь далее вокруг.
Все было нормально, пока овчарка не добралась до водительской двери. Там она остановилась и не уходила. Гордей заметил, как сержант положил руки на автомат, а третий полицейский стал в готовности с правой стороны.
— Откройте дверь, — скомандовал главный. — Медленно.
Анна бросила взгляд на Гордея, но тому ответить ей было нечего.
Девушка осторожно приоткрыла дверь. Овчарка взволновалась и оскалилась. Гордей знал, что в случае обнаружения наркотиков или взрывчатки такие собаки натренированы мордой указывать на находку. А эта собака была обеспокоена как-то по другому и сдавленно скулила в намордник. Это было странно. Но за годы все могло измениться, возможно, теперь их учили лаять.
— Выйдите, пожалуйста, из машины.
Анна отстегнула ремень безопасности и без резких движений вышла.
— Я вынужден вас обыскать.
— На каком основании?
— На таком, что вы подозреваетесь в перевозке запрещенных веществ. Повернитесь лицом к машине и положите руки на крышу.
Анна сделала, что ей велели.
Гордею стало даже жаль девушку: у Анны сегодня от мужиков одни неприятности. Неужели у нее в кармане завалялся косячок? Немудрено, если и так. Известно, эти бьюти-блогерши пойдут на все, лишь бы выглядеть круто в глазах своих фанатов.
Сержант не без удовольствия обыскал Анну с ног до головы, но ничего не нашел. Он снова сделал знак напарнице, и та направила овчарку к водительскому сиденью. Чуткий собачий нос прошелся везде, куда только смог добраться, в том числе и по Гордею, но безрезультатно. Овчарка обошла Анну и, насторожившись, стала в ее направлении. Когда Анна повернулась к собаке лицом, животное снова зарычало.
Полицейские переглянулись.
Девушка ослабила в руке поводок, чтобы овчарка могла подойти ближе к Анне. Но собака оскалилась.
— Что это с ней? — спросил высокий.
— Не знаю, боится подойти.
Главный потер сухие губы, решая, как быть.
— Обыщи ты, — приказал он напарнице.
Девушка подошла к Анне и еще раз проверила все места, где преступники обычно прячут наркотики. Телефон в том числе был вынут из кармана и обнюхан.
— Ничего.
— Давай без намордника.
Девушка сняла с носа кожаную сетку, и собака разразилась на Анну недружественным лаем.
— Фу, фу! — оттаскивала ее хозяйка.
«Да что с тобой не так, Анна?» — подумал Гордей.
— И как это объяснить? — буркнул высокий.
— Не знаю. Но по нашей части тут ничего, — ответила напарница.
— Багажник как?
— Если бы что-то было, уже бы знали.
Высокий посмотрел на третьего, тот пожал плечами в ответ.
— Ладно, можете ехать, — озадаченно скомандовал сержант.
То, о чем подумал Гордей в тот момент, было на грани сумасшествия. Но другого объяснения он для себя просто не мог найти.
Совсем стемнело, на обочине мелькнул знак придорожной гостиницы. Все это время они ехали молча, каждый думал о своем.
— Темно, и глаза устали, — сказала Анна.
— Это из-за линз. Целый день их не снимаешь, что ли?
— Я без линз.
— Как скажешь. И что предлагаешь?
Анна посмотрела на навигатор:
— До твоего места путь неблизкий. Можем мы завтра утром туда доехать?
— Хочешь переночевать в мотеле?
— Да.
— А парень твой что скажет?
— Все поймет, если больше не станешь тыкать мне ничем в ребра.
Гордей достал из-под сиденья нож, проверил подушечкой пальца остроту лезвия, постучал им себе по подбородку, затем открыл бардачок и бросил его туда.
— Хороший нож.
Девушка не ответила. Гордей стукнул по подлокотнику.
— Давай так… Переночуем тут, а утром ты поедешь обратно. Без меня.
— И это все?
— Да. Не хочу ничего про тебя знать. Оставишь меня в гостинице, и на этом наши пути разойдутся. Спасибо тебе, конечно, за твою доброту, но дальше я сам по себе.
— Но…
— И это не обсуждается. Тебе все ясно, симпапуля?
— Да пошел ты.
— Вот и славно, — засмеялся Гордей.
Небольшая двухэтажная гостиница, построенная в угловой форме, на вид казалась местечком, не лишенным романтического окраса. Теплый ветерок шелестел листвой на деревьях, из окна администратора по двору разносилась музыка. Через дорогу в темноте поблескивало тусклой рябью подсвеченное светом луны маленькое озерцо. Тут же, рядом с трассой, стояла палатка с овощами и фруктами. За столиком во дворе сидела компания из четырех дальнобойщиков. Мужчины громко что-то обсуждали за дружным поеданием арбузов.
Анна повернула во дворик и, припарковав «Вранглера», заглушила мотор.
— Приехали, — сказала она.
Едва девушка вышла и потянулась, как мужчины смолкли. Увидеть подобную красоту в эдакой глуши никто не ожидал.
Администратором в гостинице служил сухощавый дядечка средних лет. Он сидел в кресле и рассматривал на экране смартфона пикантные женские фотографии. Когда Анна вошла, мужчина поднял голову и сначала как будто не поверил своим глазам. Должно быть, его сознание решило, что недосягаемая мечта из интернета вдруг материализовалась. Вслед за Анной в помещение зашел Гордей, и жестокая реальность вернулась.
— Здрасьте, у вас есть свободные номера? — спросила девушка.
Мужчина посмотрел на шкафчик с ключами.
— Двуспальный… Да, есть.
— Нет, нам нужно два разных номера.
Администратор еще раз оглядел парочку и решил, что, скорей всего, перед ним двое любовников, которые в ссоре. Всякое бывает в дороге. Но ему-то какая разница. Да уж, нелегко, наверно, этому мужику приходится с такой стервой.
— Номера 6 и 7. Или вам подальше друг от друга?
— 6 и 7 подойдут, — огрызнулся Гордей.
Дядечка протянул ключи. Гордей вытащил кошелек:
— На этот раз я плачу.
— Как скажешь.
Девушка взяла ключ с биркой 7 и вышла.
Гордей заполнил договор на свое имя, расплатился и взял другой ключ.
— Как пользоваться номером, знаете?
— В подробностях.
— Там все работает: краны, унитаз, телевизор. Мебель в порядке. Не поломайте ничего, договорились?
— Да.
Гордей стоял под горячим душем, наслаждаясь осознанием, что может не выходить из кабинки хоть до самого утра. Сегодня никто не заставлял его идти в камеру по жесткому графику. Казалось бы, просто отдающий запахом ржавчины душ в занюханном мотеле, а напрочь забытое чувство радости все больше наполняло его измученный организм.
А все эта девчонка. Именно она подарила ему свободу.
Возможно, он был не прав по отношению к ней, повел себя, как дикая скотина. Но леди сама виновата: лезет не в свое дело без всяких объяснений. Хотя видно, что она крута, раз имеет доступ к таким сведениям, о которых знала лишь небольшая горстка людей. Плюс такие связи, что человек, осужденный за убийство, может выйти, не успев моргнуть и глазом. Несколько зеков этой ночью, скорей всего, сойдут с ума, решая загадку освобождения Гордея. Будет жаль, если она только сделала вид, что вселяется в соседний номер, а сама уже соскочила. Если этого еще не произошло, то Гордею непременно надо будет ее нормально поблагодарить: по-человечески, по-мужски.
Было слышно, как по двору проехался мощный мотоцикл. Немного погодя рев мотора усилился, а потом стих. Гонщик передумал останавливаться в этой дыре и свалил. И кого сюда только ни заносило…
Гордей решил проверить, на месте ли машина Анны и, наскоро обтершись полотенцем, подошел к окну.
Машина стояла. Парень прислушался к звукам в соседнем номере. Тишина.
Ему захотелось чего-нибудь выпить. Он осмотрел номер, но мини-бара тут не было. Затем бросил взгляд на тонкие одноразовые тапочки на ногах и представил, как идет в них в магазин. Последняя мысль его повеселила.
Гордей сел на кровать. Завтра утром он будет дома. Точнее, в доме, где у него была своя комната. В хижине. Если, конечно от нее что-то осталось. Но для новой жизни по-любому нужна точка отсчета. А там будет видно.
И все же, где эта чертова красотка? Спит? И не храпит?
Слышимость сквозь стены тут была хорошая, как стало понятно по глухим звукам эротического характера, доносящимся с верхнего этажа. А в номере 7 никто не подавал признаков присутствия.
— Ты что, уже по ней соскучился? — пробормотал Гордей себе под нос.
Включать телевизор не хотелось, Гордей снова подошел к окну и приоткрыл занавеску. Теперь он увидел Анну. Девушка показалась из-за угла здания гостиницы, в руках она несла небольшую дыню.
— Читаешь мои мысли. — Гордей задвинул занавеску, прикидывая, как бы вежливо напроситься на вечерний десерт, а заодно и извиниться за то, что был грубым.
Конечно, нельзя было отпускать такую леди одну. Мужики к ней прицепились, когда она проходила мимо.
— Вот суки.
Гордей видел, как дальнобойщики оживились и стали что-то говорить Анне. Та им кивнула, улыбнулась и, не останавливаясь, попыталась избежать дальнейшего общения. Но они не успокаивались. Один, что был моложе, двухметровый розовощекий амбал, подскочил и перегородил дорогу к номерам. Девушка пробовала его обойти, но тот не унимался, напористо добивался ее внимания.