Королевство Деревьев

ПРОЛОГ

«НЕСВОБОДНЫЕ»

Здесь хорошо…. Ни голосов, ни дорог, ни шагов – полное отсутствие человеческой энергии. Кажется, сотни лет прошло с момента их вторжения. С тех пор, огромное, бескрайнее Королевство Деревьев ещё больше расширило свои границы, и приютило новых лесных жителей. Вот они, не обременённые суетой, неохваченные беспокойством, стоят прямо здесь! Не заметить их сложно, а пройти, не восхитившись ещё сложнее. Они такие большие, крепкие, уникальные, обращённые в статичность. Но статика – это лишь иллюзия, обман для людей. На самом деле, в них кипит жизнь. Под толстой, грубой корой, скрывается по-настоящему ранимая душа. Она подобна яркому, лучистому свету, который сияет до последнего издыхания. Если бросить на деревья поверхностный взгляд, можно отметить их схожесть. Но присмотревшись как следует, отыщется абсолютная разность. В этом их мудрость, их особо ценный урок. Прошу, не стоит ограничивать себя выявлением исключительно внешних отличий. Созерцайте дальше! Кто-то, коротает свой век в одиночестве и это их право. А кто-то, решил переплести свои судьбы и навек не разлучаться. Одни стали убежищем для живых существ, а другие воплощают в жизнь съедобные лакомства. Некоторые из них, источают тонкий, еле уловимый аромат. Другие же, наоборот, не скупятся одаривать мир своей эксклюзивной парфюмерией. Но есть то, что их объединяет: безумное желание жить! Они, всеми силами души своей, держаться за эту невероятную возможность, предоставленную Вселенной. Их могучие корни ушли в самую глубь земли, будто они никогда не собираются покидать этот мир. И это ещё один, не менее важный урок. Нам людям, как минимум, следует обратить на него внимание. И хотя бы постараться, следовать их примеру.

– Когда-то, здесь в лесу поселилось небольшое племя. С тех пор, прошёл не один уже год, а быть может и не одно столетие. Эта давняя история, послужила началом большего лесного переворота. И по сей день, все обитатели этих земель, знают её наизусть.

– Ты расскажешь мне, всю историю целиком?

– Именно для этого мы здесь. С годами, я утратил детали это поучительного рассказа, но суть сберечь удалось. Поэтому, я хочу, чтобы ты навострил свои ушки, и слушал предельно внимательно. Однажды, ты станешь со всем взрослым, и у тебя появятся свои дети. Тогда, ты сможешь поведать эту историю им. Ты просто обязан это сделать, обещаешь?

– Обещаю.

– В таком случае, слушай! Как я уже сказал, в лес пришли люди. Оценив красоту и плодородие этой земли, они решили остаться. Дневные заботы отнимали много сил, и не приносили искренней радости. Но всё же, они выполняли её добросовестно, прилагая при этом всевозможное старание.

– А зачем они старались, если им это было не радостно?

– Существуют дела, которые вынуждают нас отложить свою радость. Так поступали и они. Зато, после того, как солнце заходило за горизонт, всё менялось. Поздними вечерами, старейшины устраивали собрания, в кругу костра. Для того чтобы, передать накопленный опыт и знания всему своему роду. Детей призывали к трудолюбию и послушанию. Тому, кто был постарше, рассказывали о полезных свойствах трав, о правильном способе приготовления пищи, о тонкостях охоты. А самые долгожданные вечера были те, когда мудрецы делились старинными легендами и преданиями. Юные члены рода, узнавали о духах, о других мирах, о божественной силе. И росли они с чётко формированной истиной: нет никого на свете могущественнее Бога. И нет никого на земле могущественнее Человека. Боги повелевают там, на небесах, а люди здесь на земле. В конце каждого собрания, потомки древнего рода, проводили некий ритуал. Задрав высоко свои головы, они проговаривали следующие слова: «Вот вода, она течёт для того, чтобы мы могли напиться. Вот земля, она нужна для того, чтобы мы могли растить себе пищу. А деревья нужны для того, чтобы мы построили себе дом и не замёрзли. Мы люди – мы Повелители!» С тех пор, люди возомнили себя богами, и прозвали деревья «несвободные».

– А почему несвободные?

– Всё потому, что они обречены, стоять на одном месте, до последних своих дней. Человеческий род, как утверждало племя, наделён свободой.

– А как считаешь ты? Люди свободнее деревьев?

– Нет. Я, называю это «мнимой» свободой. Человеческая душа, так же заключена в оболочку, под названием «тело». А самая большая пропасть между человеком и свободой – разум. Если сложить всё вместе: тело, разум и душу, получится Человек. Человек, как и дерево, существо земное или даже можно сказать приземлённое. Вот и получается, все мы жители земли «несвободные».

– А что стало с теми людьми?

– Они поплатились за своё величие….

ГЛАВА 1

Я ещё никогда не видел такого яркого солнца. Лучи, словно тянули его из-за всех сил в разные стороны, а огромный огненный шар, потихоньку заполнял всё небо. Становилось запредельно жарко. Ещё пару минут назад, здесь царила суматоха, детский плач и тысячи голосов. Небольшая площадка, уже с трудом умещала в себе бесчисленный актёрский состав. И с ещё большим усердием, мерилась с импровизированным балаганом. Отрицать бесполезно, актёры действительно не знают своих ролей. Нарушают всю композицию, не следят за целостностью спектакля, не уважают зрителя. Они разучились выдерживать паузу, давать оценку, нести правду. Они не слышат друг друга, каждый занят исключительно собой. Город буквально перенасытился отрицательной энергией, и стал источать жар.

Я облокотился на фонарный столб, и попытался уследить за сюжетом. Возле небольшого ларька, собрались таксисты, поиграть в нарды и перемыть косточки прохожим. Каждая новая партия становилась острее, а каждая последующая косточка чище. Из торгового центра, с тяжёлыми пакетами вышагивали модные женщины, бурно обсуждая своих кавалеров. Сначала, эти обсуждения походили на безобидный сравнительный анализ, дескать, чей жених круче. Но спустя минуту, беседа обернулась войной, а подруги стали заклятыми врагами. Я устало перевёл взгляд немного левее. Через дорогу, двое солидных мужчин, горячо делили парковочное место. Расстояние, к счастью, не позволяло расслышать всю перебранку целиком. Тем не менее, обрывки не цензурных фраз, передали основную суть. Вблизи небольшой площадки, устроили драку подростки. Конечно, не будь рядом патрульной машины, я бы кинулся их разнимать. Но так как, обстоятельство сложились для меня удачно, я не стал покидать зрительный зал. Представление не доставляло мне особого удовольствия, в больше степени потому, что невозможно было сосредоточиться на определённом моменте. Ко всему прочему, присутствовал ещё ряд раздражающих факторов. Перечислять их можно до утра, а вот найти то, ради чего я до сих пор стою здесь, по крайней мере, интересно. С трудом, но всё же причину выявить удалось. Переизбыток действующих лиц – это единственное, что может восхищать в этом нелепом поприще. Но рано или поздно, «восхищение» машет нам ручкой, и приходит черёд томительной скуки. Я бесстрастно продолжал наблюдать, как в самом центре города возрождается хаос, и мне порядком стало это надоедать. Повода задержаться у меня больше не было, и я со спокойной душой повернул в сторону своего дома. Этот фрагмент истории мог бы и не заслужить излишнего внимания, если бы не одно «но». В момент пересечения подземного перехода, я впервые ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Хочу отметить, что не заметил, а именно ощутил. Его обладатель, явно приложил нехилые усилия, чтобы замаскировать своё лицо. Так как найти мне его не удалось. Здесь вообще никого не было, кроме меня и красного резинового мячика.

– Это ты уставился на меня? – спросил я у мяча.

По идеи, безобидная шутка, должна была унять растущее беспокойство. Но всё было четно. Кто-то, всё еще не выпускал меня из своего поля зрения, и меня всерьёз стало это напрягать. Учащенное сердцебиение, не навязчиво намекало, что следует уносить ноги. Я согласился, и прибавил ход. Звуки личных шагов и тяжёлого дыхания, переключили на себя всё внимание. Я даже стал уже забывать о бестактной зоркости, и немного успокоился. Прежний шаг был восстановлен, сердце билось ровнее, и кругом стало значительно тише. Теперь, когда мой слух не обременён звучанием собственного бега, он смог обнаружить ещё одно «но». Прямо сейчас, в эту самую минуту, за моей спиной, не меняя своего темпа, прыгал тот самый резиновый мяч. Место первой встречи, не сказать, что было очень отдалено от нашего нынешнего расположения…. Но всё же, это достаточно приличное расстояние для одинокого мячика. Стало быть, не настолько он и одинок, раз оказался здесь. Верно, его обладатель по-прежнему хочет оставаться не замеченным. Или быть может, хочет свести меня с ума. К моему удивлению, мяч не сбавлял скорость. Он чётко продолжал соблюдать свой размеренный темп.

– Что тебе надо? – спросил я, заранее оглядевшись.

Мне бы не очень хотелось, чтобы случайный прохожий застал меня за беседой с мячом. Но и в этой смешной ситуации, я не был намерен присутствовать. Сказать честно, я терялся в догадках. Но с другой стороны, иногда «незнание» может быть лучшим выбором. Пожалуй, на этом и остановлюсь. Убедившись в гениальности только что принятого мною решения, я продолжил свой путь. Я передвигался уверенным, достаточно широким шагом, а красные объект ступал по пятам. Лучшее, что я мог сделать в таком случае, это занять позицию непроницаемого игнорирования. Поначалу это стало работать как надо, и он сбавил скорость. Но вскоре, ситуация разыгралась иначе. Видимо, ему надоело прибывать без внимания, и он стал атаковать. Несколько ударов в спину я бы мог, конечно, простить. Но удар в голову…. Это уже исключительная наглость!

– От-ва-ли, – медленно, сквозь зубы, произнёс я.

Я молча уничтожал его взглядом и он, наконец-то замер.

– Что ты хочешь от меня?

Вероятно, я перегрелся, раз стал задавать вопросы мячу. А возможно, кто-то наделил резину малым разумом. Не знаю, как на счёт разума, а вот слух ему был точно присущ. Он резко покатился в противоположенную сторону и остановился. Несомненно, это было приглашением. У меня разыгралось любопытство, но торопиться я не стал. Сделав два шага в его сторону, я застыл. Мяч поступил точно так же. Возможно чуть позже, мне придётся пожалеть об этом, но отказать думающему мячу я просто не смог. Я дал утвердительный кивок, позволив ему стать моим путеводителем. На этот раз я гнался за ним, порой даже спотыкаясь. Цель нашего пути, мне не была известна, а вот где будет наша конечная остановка, я стал догадываться. И не ошибся, он привёл меня в тот же зрительный зал.

– И что я здесь забыл? – прошептал я.

Секунду он был обездвижен, а затем разлетелся на тысячи кусков.

– Просто замечательно…

Я собрался уже уходить, но ненароком заметил, как всё здесь переменилось. Значительные изменения, приковали мой взгляд, а ноги не посмели продолжить движение. Любопытство взяло вверх, как это обычно и бывает. Те же самые декорации, прохожие, да и артисты всё те же…. Только вот теперь, все лица искажали смертельные муки. Обессиленные, обезвоженные мученики, по одному, падали на землю. Даже звуки исчезли, на секунду воцарилась тишина. А огненный шар, только набирал обороты. Ещё десятки минут назад, его можно было назвать солнцем. Но сейчас, он больше смахивал на раскалённую сковороду. Может быть, мы все попали в ад, и сейчас жаримся в беспощадном костре. Или быть может, это гнев режиссёра, на отвратительную игру. Как стремительно, развиваются события. Доля секунды и деревья пылают в огне, земля источает пар, а асфальт стал походить на желе. А самое страшное – это обезображенные жертвы катастрофы. Кожа, приобрела насыщенно бордовый цвет, а глаза налились кровью. Визг, стоны, мольба, отражали всю безысходность. Среди всего этого ужаса, словно ледяная гора, стояла молодая девушка. Она была безмолвна, бледна и очень спокойна. Длинные русые волосы, точно вуаль прикрывали оголённые плечи. Тысячи родинок покрыли её лицо, точно так же, как звёзды располагаются на небе. И глаза. Глаза, самые осмысленные в мире, устремились в источник бедствия. Она смотрела на солнце прямым взглядом, а я смотрел на неё. И только в этот самый момент я осознал, что стою на ногах, дышу ровно. Я не жертва огня, я зритель. Почему же солнце не тронуло меня и её? Почему полыхает земля, а мы так спокойно стоим в самом центре пожара? Я не знаю, но она точно знает. В моём сердце уже родилась решимость к ней подойти, я сделал шаг и провалился. Провалился в реальность.

Настойчивый будильник, никак не умолкал, и мне всё-таки пришлось открыть глаза. За долгие школьные годы, я, разумеется, привык к этому беспощадному звону. И сказать честно, даже научился быть благодарным ему. Но именно сегодня, что-то пошло не так. От неожиданно нахлынувшей ярости, я буквально подлетел к будильнику, осыпая его всевозможными обвинениями:

– Да замолчишь ты сегодня или нет?! На самом интересном месте, я ведь уже собирался к ней подойти! Надо же было всё испортить!

Пока я активно ссорился со своим старым приятелем, в комнату незаметно проникла мама.

– Что за концерт с утра? – строгим голосом, спросила она.

– Да так, выплеск эмоций. Утренняя разгрузка. Понимаешь? – попытался я оправдаться.

– Может, грушу боксёрскую повесим, чтобы ты смог разряжаться?

– Спасибо, не стоит.

– Тогда, может к врачу?

– Какой врач, мам?

– К психологу. Мне это всё не нравится.

– Я что похожу на психа?

– К психологу, не обращаются психи…

– Я не пойду!

– Ты стал слишком нервным, может у тебя проблемы в школе? – не унималась она.

– Проблем нет. Всё хорошо. Наверное, просто не выспался.

– Ничего, последний год остался, получишь аттестат и выспишься. А сейчас одевайся, завтрак на столе, – она поцеловала меня в лоб и удалилась.

«Потерпи, остался один год, потом…», – эта фраза стала коронной в нашем доме. Стоит мне выразить любое недовольство или даже просто задуматься, мне огромным булыжником в лоб прилетают эти слова. Ну, а в прочем, я уже перестал обращать внимание на них. Таков уж у неё характер, давать сопротивление бесполезно.

Небольшой рост, элегантность и худоба моей матери, создавали впечатление очень хрупкого, мягкого и даже можно сказать, ранимого человека. Так бывает, когда даёшь оценку, опираясь лишь на внешнюю характеристику. Но стоит, заглянуть далее, так сказать попытаться испытать характер на себе…. Тогда, несомненно, все предыдущие суждения раскрошатся вдребезги. В ней присутствовала некая внутренняя сила, которую сложно сформулировать в слова. Одним своим взглядом, ей подвластно усмирить любого, а затем, она великодушно может позволить ему, принять поражение. За свои семнадцать лет, мне не приходилось встречать человека, способного одержать эдакую победу. Но, как и у любого правила, здесь так же, есть одно единственное исключение. Нет, это не я. Этим самым исключением, был мой отец. По правде говоря, все мои воспоминания о нём, стали очень туманными. Я не помню, чем он занимался, куда ходил, что ему нравилось. Всё ранее перечисленное, к глубокому сожалению, не сберегла моя детская память. Но всё же кое-что осталось, и это то, что я по сей день сердечно берегу. Конечно, я был тогда совсем ещё ребёнком и вероятно, иначе, воспринимал действительность. Но то присутствие волшебства, не изведанной магии, я ощущаю и сейчас, вспоминая своего отца. Можно подумать, в его сознании лежала информация, не доступная другому человеческому существу. Про таких людей, обычно говорят: мечтатель, фантазёр, ну или просто сумасшедший. Он не был таким. На самом деле, он хранил строжайшую тайну, которая день ото дня мучила, заполняла все его мысли. Но он молчал. Просто потому что знал, как люди воспримут, совершенно другое знание. А точнее, не воспримут вовсе. Ну, а мне доставались удивительные истории, в обличии детских сказок. Что касается мамы, и её боевого характера…. Это вовсе не оказывало на него давления. Он не жаждал победы, он и вовсе не вступал в бои, что и давало ему огромное преимущество. С его уходом, всё изменилось. Все мои волшебные сказки, остались позади, а в настоящем меня ждали лишь уроки и незатейливые вечера в стенах дома. С мамой, у нас иное общение, все разговоры сводятся обычно к школе, к аттестату и моему поступлению в медицинский колледж. Ну и, конечно же, бытовые темы, как же без них. Всё основное время, Элли проводит в своей мастерской, там она создаёт самые неповторимые свадебные платья. Это дело всей её жизни. Заказов сейчас много, поэтому она не стала сегодня зачитывать мне лекцию, о необходимости получения престижного образования. Что меня, кстати, ничуть не огорчило.

Обычно, моё утро складывается по одному крепко укоренившемуся сценарию. Но сегодняшняя переменчивость некоторых деталей, немного выбила меня из колеи. На секунду, я даже забыл какое действие, следует после маминых речей. Я окинул взглядом свою комнату, и остановился на зеркале. Больше десяти лет назад, мне подарил его отец. В то время, я не совсем понимал, зачем мальчику такое большое зеркало. Тогда, папа взял меня за руку и подвёл к своему подарку. Он стоял позади и улыбался, смотря на наше отражение. Я навсегда запомнил его слова. Он сказал: «Смотри, сейчас ты маленький, но совсем скоро станешь взрослым мужчиной. И точно так же, будешь смотреться в это зеркало. Каждое утро, после своего пробуждения подходи к нему, и делай оценку изменений. И не забывай создавать хорошее настроение на целый день». Будучи ребёнком, я не совсем понимал, как можно создавать себе настроение, смотрясь в зеркало. Но он раскрыл мне этот маленький, и по-настоящему волшебный секрет. С тех пор, это превратилось в некий ритуал. Я приблизился к своему отражению, и высоко задрал брови.

– Ну что, начнём, пожалуй, с оценки, – сказал я сам себе.

На взрослого мужчину я, конечно, ещё не похожу. Но довольно возмужал за эти годы. Мой рост достиг уже ста семидесяти шести сантиметров. Плечи, сравнительно широкие. И ни одного лишнего килограмма. Хотя парочку, можно и набрать. А волосы, кажется, ещё года два назад были на тон светлее. Сейчас же они стали тёмно-русыми. Цвет глаз, несомненно, мамин, а вот взгляд, мне достался от отца. Ну, по крайне мере, так утверждают все родственники, причём с самого моего рождения. Если бы они взглянули на меня в данный момент, то за грудой напряжения, не нашли бы прежнего сходства. Эта ночь, определённо, отпечаталась на моём лице….

– Теперь, приступим к настроению.

Я сделал глубокий вдох, и постарался широко улыбнуться. Поблагодарил десятки раз мир, за свою жизнь и за свои возможности. Приложил руку к сердцу, и пожелал всем на свете хорошего дня. Вот теперь, кажется, всё. Настроение, конечно, не улучшилось, но хотя бы чувство долга перед отцом, не станет мучить меня. Можно продолжать, свой незатейливый сценарий со спокойной совестью.

На кухне, меня ожидал приготовленный завтрак. Как бы не было у Элли много работы, а заботой она меня всё равно никогда не обделяла. На холодильнике, лежал небольшой листок, с очередным посланием. Необходимости читать его не было, так как я всегда знал, что там написано. Но всё же я читал, в надежде разглядеть другой порядок букв. Я с улыбкой развернул листок, и нашёл в нём следующие слова: «Хорошо, учись в школе! П.С. С любовью, мама». Меня искренне удивляла мамина настойчивость. Каждый день, писать одни и те же слова…. Хорошо, что она ещё не сколотила для них рамочку. Ну, а что? Можно было бы повесить её над кухонным столом. Любуясь ею каждый день, я наверняка стал бы учиться лучше.

Я быстро управился с завтраком и поспешил в школу. «Школьные годы – прекрасны!» – скажет, каждый взрослый человек. (Ну, после того, как окончит её, не раньше.) Это время грандиозных открытий, ярких эмоций, бесчисленных знаний. А ещё это пора первой любви, обретения самой крепкой дружбы. Вот именно с этим у меня как-то и не сложилось. Нет, я вовсе не жалуюсь, у меня прекрасные одноклассники, все ребята очень увлечённые и весёлые. (Ну, почти все.) Мы общаемся в школе, вместе ходим на уроки, помогаем друг другу с классными заданиями, иногда спорим. Но назвать искренне, кого-то другом я не могу. С девчонками, всё гораздо сложнее… Они либо не смотрят в мою сторону, либо насмехаются. Им больше нравятся самоуверенные и наглые парни, а я довольно робок. Это ещё полбеды, самая настоящая проблема кроется в уроке литературы. Не в уроке, как таковом, а скорее в его преподавателе. Эта женщина невзлюбила меня, ещё со времён моей первой школьной тетради. Тогда, у нас не было ещё этого урока, но возможность познакомится с Пираньей лично, я нашёл. Да, кстати, именно так её и называет вся школа. Даже другие учителя, не в лицо, конечно, но всё же. (Их она достала не меньше.) Будучи, первоклассником я по нелепой случайности, обратился к этой женщине со словами: «Бабушка, а подскажите, пожалуйста…» Но меня понять можно, я ведь был совсем маленьким ребёнком. Даже слово «пожалуйста» ей сказал. Но ей всё равно это не понравилось. Она не припоминает тот случай, и не выставляет его за причину своей неприязни ко мне. Но, что-то мне подсказывает, что зарождение нашего конфликта, связано непосредственно с ним. В общем, каждый учебный год, даётся мне не без труда. Вот и сегодня я направился в школу лишь из-за чувства долга, необходимости, а не по велению собственной души.

Мой сосед, и по совместительству одноклассник Дин, ждал меня возле калитки дома. Это некая традиция, сложившаяся по истечению всех наших школьных лет. Мне нравится Дин; он неназойлив, не хвастлив, а молчать с ним одно удовольствие. Отсутствие тем не вызывает дискомфорта, как это обычно бывает с другими людьми. И самое главное, нас это полностью устраивает. Этот пухленький, добродушный мальчик, один из немногих, кто вошёл в круг моего общения.

– Доброе утро! Что-то ты сегодня долго… – пробубнил, мой приятель.

– Прости. Утро как-то не задалось.

Мы сели на свои велосипеды, и покатили прямиком в школу. Если не изменяет моя память, застенчивый Дин никогда не был инициатором диалога. Все наши краткие разговоры, начинал я. Но именно сегодня, когда я так нуждаюсь в тишине, в нём проснулась говорливость.

– Кстати, ты написал сочинение по литературе? Я вчера убил на него весь вечер, – начал он.

– Нет. Совсем забыл. А что за тема была?

– « В чём нуждается наш город?»

– И что ты написал?

– По мне, так не хватает маленьких пекарней. Ну, ты знаешь, где бы пекли сладкие булочки. Собственно об этом я и написал.

– Надеюсь, твоё сочинение оценят по достоинству, – улыбнулся я.

– Какой-то странный ты сегодня. Не выспался?

– Спал, как убитый. Но сон был такой, что лучше бы не спал вовсе.

– У меня тоже однажды, был сонный паралич.

– Да нет же. Это был не он. То, что я увидел, мало походит на обычный сон. Я чувствовал всё, как наяву. Точно так же, как вижу тебя сейчас. Видел людей, город и ….

– И?

– Много всего, – оборвал я.

– Тебя это беспокоит?

– Да. Я думаю, что это не просто так. Обычно, я быстро забываю свои сны, а этот помню детально.

– Дружище, может тебе следует обратиться к специалисту?

– Только сегодня, мне мама предлагала обратиться к психологу. Но я не псих. Я в своём уме.

– Я не считаю тебя таковым. Я лишь предложил обратиться к специалисту. Но не имел в виду врача.

– К какому же специалисту я должен обратиться? – поинтересовался я.

– Ну, например, к ясновидящему или шаману. А ещё можно к астрологу. Я слышал, они вытворяют такие невероятные штуки.

– Ты серьёзно?

– Да. Они смогут растолковать твои сновидения.

– Где, по-твоему, я буду их искать? Объявление что ли дать? – усмехнулся я.

– Нее. Кругом одни шарлатаны. Лучше через знакомых узнавать.

– Стыдно, даже спрашивать о таком.

– Помнишь, в прошлом году, Мегги рассказывала, что обращалась к какой-то женщине.

– Припоминаю. Кажется, та ей напророчила блестящую карьеру журналиста.

– Точно! Если тебе неловко, я могу сам узнать адрес. Ну, скажу, например, что моя сестра хочет обратиться.

– Нет, Дин. Спасибо, конечно. Но это смех какой-то. Я лучше сам попробую разобраться, со своей головой, – уверенно, отказался я.

– Ну, как знаешь. До звонка осталось две минуты!

– Бежим!

Мы кинули, свои велики на парковке школы, и пулей помчались на урок. Но к нашему глубочайшему сожалению, звонок успел прозвонить раньше, чем мы вошли в класс.

– Доброе утро! Мы приносим свои искренние извинения, за опоздание, – произнёс я, как можно любезнее.

– Да. Я присоединяюсь. Такого не повторится впредь, – добавил Дин.

Не знаю, на что мы рассчитывали, когда произносили свою шаблонную речь. Мне уж точно рассчитывать было не на что. Дину, конечно, могло повезти больше, чем мне. Но только в том случае, если бы он вошёл в класс один. Наша преподавательница по литературе, никогда не отличалась снисходительностью и милосердием. Она была невыносимо своенравна, и бескомпромиссна. А опоздание для неё, равносильно оскорблению. Окинув нас презрительным взглядом, Пиранья надела свои круглые очки, и начала тираду: