Сердце Алана 2. Тень Эйтала
- -
- 100%
- +
Пока я знакомилась с новым обликом, рядом появилась женщина в светлом ореоле и дополнила отражение своим царственным ликом.
— Я рада видеть тебя, свет мой, — произнесла она.
Гостья была очень похожа на меня, но ее взгляд излучал бесконечную мудрость и сочувствие, будто она знала все тайны мира, и вместе с тем плату за обладание ими.
— Не бойся, — продолжила она. — Я Инэ́лис, светлое начало матери этого ребенка. Я здесь, чтобы помочь тебе.
Инэлис ждала моего ответа, но я молчала и смотрела на нее, словно завороженная. Она прекрасно понимала причину моей скованности, поэтому осторожно приблизилась ко мне и провела рукой поверх своей тиары. Вслед за ладонью с ее волос спустились крохотные светлячки и превратились в маленький гребень с длинными зубьями.
— Вы хотите расчесать мне волосы? — с сомнением спросила я, покинув омут отражения.
— Эльсенуэ даровало тебе способность чувствовать и мыслить. Я же должна передать тебе знания, Айна.
— Айна? — переспросила я. — Это мое имя?
— Да, и оно означает чистую, как этот стеклянный свод, душу. Береги ее, не позволяй сомнениям и страху родиться в ней. Весь мир стоит на плечах Творца, и, если не выдержишь ты, пострадают все.
Инэлис поднесла гребень к моей голове и начала медленно расчесывать волосы. Прикосновения оставляли серебристые дорожки поверх них и превращались в знания о мире вокруг меня и за его пределами.
Тогда же я узнала, что имя ребенка — Алан, и мне предстоит всю жизнь защищать его миры от разрушительного воздействия Эльсенуэ.
Оказалось, что светило — проводник слепой человеческой воли, и она не всегда справедлива и гуманна к нам.
— Ты будешь не одна на этом пути, — успокаивала наставница, расчесывая очередную прядь волос. — Тебе поможет темное начало.
Инэлис говорила про темный шар, что Эльсенуэ создало вместе со мной, и отправило к похожей прозрачной планете на другой стороне системы. Именно его обитель я увидела тогда в отражении за нашими спинами.
Оно обосновалось в недрах черной горы из груды огромных острых камней. Ее также освещали лучи звезды, но ни один не находил отражения в ее гранях, а тонул в них, будто она жадно поглощала свет.
Шар блуждал от одного пика до другого, постоянно принимая вид страшных существ. Они походили на хищных птиц, змей и чудовищ, но, как только темная сфера почувствовала мой взгляд на себе, остановилась и обернулась черным сгустком с красными глазами.
— Почему Эльсенуэ не подарило ему олицетворение? — спросила я, отвернувшись от ужаса.
— Потому что он должен выбрать вид сам. Это его первое испытание. У вас одна цель и одна судьба, Айна, и Де́миан должен преодолеть желание вселять ужас ради того, чтобы быть с тобой.
Инэлис убеждала меня, что то черное существо не желает мне зла, но я всей душой чувствовала его пожирающий взгляд на себе и ходила туда-сюда, чтобы не видеть его в отражении.
«Конечно, Демиан», — шептала я. — «Как еще можно назвать его? Это настоящий демон».
Инэлис встала передо мной, чтоб я прекратила бессмысленное хождение, и со всей добротой, каким только может обладать светлое начало, посмотрела в глаза.
— Демиан поможет тебе сохранять баланс, как помощник и супруг. Да́рэл, мой синерги́т, уже рядом с ним и все объяснит ему. Тебе не о чем переживать, вы созданы друг для друга. Не отталкивай его.
Мне стало легче, но не от ее слов, а от бесконечного тепла и принятия меня, как части самой себя. Даже я не обладала ими тогда, поэтому все еще боролась со страхом.
Вскоре наставница попросила меня оглянуться, чтобы увидеть новый облик Демиана, и я с усилием сделала это, но, на удивление, не обнаружила в отражении того страшного сгустка.
Демиан выглядел, как человек, пусть и сотканный из контрастов: черные волосы обрамляли белоснежное лицо, широкие плечи укрывал черный плащ с белым подкладом, а его красивые серебристые глаза неподвижно сверкали ястребиным взглядом. Словно король мира он стоял на вершине горы и желал лишь одного: поскорее заполучить источник сил в свое безграничное владение.
Тогда я воспринимала это так, и это расстраивало Инэлис.
— Так ли необходим наш союз, — спросила я. — Разве мы не можем просто помогать друг другу?
Не скрою, во мне еще жила надежда, что мы сможем поддерживать Алана каждый со своей стороны. Слишком непохожи мы были, и, конечно, желала услышать ответ, что это возможно. Но Инэлис довольно резко прервала мои мысленные терзания одним лишь словом.
— Нет, — сказала она и, смягчив тон, погладила меня по голове. — Вы созданы Эльсенуэ с одной целью — поддерживать развитие, и никакие желания и мечты не должны стать превыше этого. Без синергетической связи вы не сможете действовать и мыслить, как целое, значит, подвергните опасности всю систему и Алана.
— Он сильнее меня, я чувствую, — растерянно сказала я. — Как можно поддерживать эту связь, если я не смогу противостоять его желаниям? Я всего лишь источник энергии для него, и он будет пить меня, пока не достанет до самого дна.
Инэлис провела рукой поверх отражения, и оно, словно кусок шелковой прозрачной ткани, скатилось и растворилось в бесцветном основании горы.
— Его сила нужна, чтобы выстоять в самые тяжелые дни. Тебе нет нужды бороться с ней, — объясняла наставница. — Демиан действительно способен только брать, как ты дарить, но это же касается не только твоей любви, но и боли. Он будет защищать тебя и мир от нее, когда Алан начнет совершать ошибки, и чтобы не разрушить его, ты должна владеть собой и постараться полюбить.
— Полюбить его? Как эти горы, цветы и саму жизнь? Очевидно, что это невозможно.
— Успокойся, дитя. Пока ты не чувствуешь вашей связи, как и безграничной любви к Алану. Но, когда он родится, вы с Демианом соединитесь, и все будет иначе. Вскоре из материнского сердца сюда прибудут переселенцы, и Эльсенуэ само выберет какие из них. Поверь, тебе потребуется поддержка того, кто обладает холодным разумом, каким светило не наделило любящих матерей или преданных спутниц. Помни, мы не ангелы из сказок, у нас тоже есть чувства и желания, Айна. Просто нам доступно больше, и за это мы платим огромной ответственностью и самоотречением. Таков наш путь.
Этот совет я вспоминала всю свою жизнь, и он был самым мудрым из всех, что я слышала. Однако в тот миг я по-прежнему боролась с собой и не могла представить, что кто-то настолько холодный и расчетливый будет стоять подле меня и делить со мной одну судьбу.
Я кивнула ей в ответ, но спросила о том, что так тревожило меня:
— Как вы отнеслись к Дарэлу, когда светило соединило вас синергетической связью?
— Я была в ужасе, — смеялась она, — и временами мне казалось, что мы бесконечно далеки друг от друга. Не буду лукавить, мы прошли много испытаний, прежде чем стать целым, и этот день стал самым счастливым в моей жизни. Без Дарэла я бы безоглядно растратила свои силы и не принесла бы этим блага.
Наставница прошла между деревьями, и в ее руке появился зеленый росток. Он не был похож на стеклянные цветы вокруг, и, как только коснулся планеты, создал возле себя маленький зеленый островок.
— Это прекрасно, — прошептала я и села рядом с ним.
— Это все, что я могу сделать для тебя, дитя. Теперь ты должна познать жизнь сама, делать выбор и отвечать за него, как и все существа в этом мире.
Инэлис в последний раз улыбнулась мне и, превратившись в шар, полетела навстречу своей темной половине. Я же еще долго смотрела им вслед и с болью в сердце представляла миг, когда впервые увижу Демиана, но не догадывалась, что наша встреча произойдет так быстро.
Я все еще сидела рядом с цветком, подаренным Инэлис, как вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд. Демиан следил за мной сквозь отражение в гранях дерева, и вскоре проявился повсюду.
Его лицо неподвижно смотрело на меня из каждого лепестка, капель на ветвях деревьев и гранях у подножия горы. Моя планета казалась настоящей тюрьмой, где не было укрытия от вездесущего взора темного существа.
От ужаса я вскочила с места и, прежде чем сделать шаг, случайно задела стебель цветка. Он был настолько нежен, что сразу же склонился вниз под тяжестью листьев.
Так, мой страх стал смертью для единственного по-настоящему живого существа. Другие растения быстро осыпались на землю, чтобы вырасти в более подходящем месте, но подарок наставницы медленно сгорал в агонии у меня на глазах.
— Я могу помочь ему, — внезапно произнес Демиан, наконец, появившись рядом.
— Нет! — испуганно прокричала я, — Я вылечу его.
— Ему не требуется лечение, только быстрая смерть. А из-за твоей жалости он будет умирать гораздо дольше. Твоя помощь — не благо.
В руке синергита вспыхнул огненный шар. Он бросил его в цветок, а я закрыла его собой в надежде, что смогу помочь ему сама, но было слишком поздно. Огонь не причинил мне вреда, но растение мгновенно исчезло в языках пламени и, на удивление, превратилось в маленький светящийся шар.
— Это было испытание, как ты не поняла этого? — строго спросил Демиан. — Вот чего стоит твоя жалость. Научись принимать ошибки, боль и смерть, их не избежать.
— Разрушение — тоже не благо. Им не вылечить душу.
— Нет, — сказал Темный Бог, взяв мои руки. — Это просто другая сторона жизни.
Как только его ледяная ладонь сжала мою, а надменный взгляд застыл на моем лице, я засомневалась, что в нем есть хотя бы капля чувств и нежности ко мне. Однако Демиан сделал гораздо больше, чем могли бы сказать любые самые теплые слова или добрая улыбка. Вместе с капелькой энергии он забрал из меня темную нить страха и вины, чтобы вернуть покой в мое сердце.
Мне сразу же стало легче, и я ожидала, что эта нить исчезнет в языках пламени, словно тот несчастный цветок. Но вместо этого она собралась в тугой клубок и замерла в его груди.
— Как ты избавишься от страха? — смущенно спросила я.
— Он навсегда останется со мной, — ответил он и исчез.
Наша встреча стала особенной для меня. Инэлис при помощи цветка объяснила мне, насколько важно соблюдать баланс, и что может произойти из-за страха и непонимания.
Усвоила ли я этот урок? К тому моменту, как это произошло, мы с Демианом стояли друг напротив друга с “мечами ненависти” и прощались, чтоб никогда не встретиться вновь.
Понимаю, вы не так представляли себе рождение светлого начала. Я бы тоже желала, чтобы все происходило быстро и само собой, но, как говорила наставница, ничто в этом мире не дается в готовом виде. У каждого есть выбор, будь вы всесильным Богом или простым человеком с планеты Земля.
И это наше самое главное испытание.
Глава 3. Ош
Система Эльдана, планета Ниссэал, западный сектрум, за 15 минут до поездки в г. Ричде́йл.
Прежде чем отправиться на Эйтал, я должен навестить старого друга. Этот самодовольный мерзавец Джек Фрост еще не знает, что его жалкая жизнь уже висит на волоске. Он, как и всегда после землетрясения, устраивает сборище идиотов, чтобы держать население в страхе. Так, что найти его несложно. Тем более, когда Лилит дала мне точные координаты.
Наконец, она приняла поражение Алана и работает на меня. Не из чувства верности, для суккубов это невозможно, просто она знает, кто поможет ей освободиться.
Без телепортации мне придется воспользоваться тачкой Алана. Игрушки юнца подчиняются только ему, но они сделаны на основе энергии переростка, значит, он наверняка найдет ключи. Я несколько минут хожу по дому и, наконец, приказываю льентерису принести их мне. В ответ горошина падает на землю и прорастает, но вместо веток выпускает из ствола длинные лианы.
Они расползаются по всей площади дома, и одна из них возвращается с пропажей, но как только приближается ко мне, ключи исчезают, чтобы затеряться снова.
Льентерис несколько раз ловит их фантом, прежде чем блокирует их способности и протягивает мне.
— Все без толку, они не признают меня, — раздраженно говорю я.
— Зато они признают меня, и не тебе приказывать великому льентерису, Ош! — отвечает дерево, перекладывая ключи с одного листа на другой. — Запомни это, если хочешь, чтобы мы оставались союзниками.
Со мной не сравнится какой-то зеленый переросток, но я не буду говорить ему об этом. У него слишком много сил и, как положено растениям, совсем нет мозга. Я стерплю его заносчивость, но не забуду.
— Буду иметь в виду, — говорю я, сдерживая гнев.
Машина тут же появляется на лужайке рядом с границей. Она послушалась дерева, и это тоже сильно бьет по самолюбию. Ее пафосный вид слишком напоминает богатого засранца, но, ведь я — это Алан для всех, так что придется потерпеть.
Подхожу к машине и заставляю себя сесть, но не могу выдержать даже секунды внутри, поэтому бью по приборной панели и приказываю машине превратиться в неприметный седан s-класса.
Под словом "неприметный" я имею в виду глянцевый черный цвет.
Теперь все в порядке, и я еду в Ричдейл. Льентерис тоже не собирается сидеть в кармане и изображает рассадник на заднем сидении, но все еще внимательно следит за тем, чтобы я не передал его прямиком в руки старухе.
Впереди долгая дорога, а в голове — план. Я должен уничтожить севиров! И первый, с кого я начну, будет Джек Фрост — самый умный и опасный мерзавец!
Блейк давно отошел от дел и появляется, только когда нужно обвинить кого-то в смертных грехах. Остальное делают Джек и Хелена. Последняя — одержимая жаждой, потому что пристрастилась к человеческой энергии, так что не опасна.
Фрост другое дело. Когда-то мы были почти семьей, и поэтому я знаю, что его единственный наркотик — власть. Если бы у него была возможность скинуть Блейка, он точно воспользовался бы ей.
А Лоен беспокоит больше. Не знаю, где Блейк откопал его, но щенок слишком умен для простого севира. Он отпустил девчонку Алана, хотя мог убить ее, значит, его кто-то предупредил, и он испугался идти против Айны. Когда я вернусь с Эйтала, я обязательно займусь им. С ним определенно что-то не так.
А вот и Ричдейл. Как и все города Ниссэала, он напоминает сектантскую тюрьму. Эти идиоты верят, что волю их Бога выполняет планета и правительство каждый год выпускает все новые списки грехов, сужая свободу жителей до размера яиц колибри.
После землетрясения на улицах настоящая паника. Люди стараются быть подальше от своих домов и все время проводят рядом с Башней. Это единственное место, которое никогда не страдает от кары небес! И ни один идиот не задается вопросом: почему?
Я останавливаюсь рядом с огромным серым дворцом в готическом стиле, только вместо гаргулий везде рожи и статуи Алана. Он и есть их Бог.
Недоумки даже не потрудились создать что-то более эпичное, чем фигура обычного человека в рубашке и брюках. Так они показывают, что он такой же, как и все они. Только он решает, кому жить, а кому подохнуть, а они не властны даже над собственными задницами!
Я же говорил, я точно живу внутри психа!
Храм находится в противоположной от Башни части города. Место выбрано не случайно. Под его фундаментом находится хранилище, и прихожане регулярно пополняют его. Конечно, Храм защищен не хуже Башни, поэтому тоже не подвергается разрушениям.
Как только я выхожу из машины, прихватив переростка, сразу же привлекаю к себе внимание. Нет, люди не признали бы во мне Бога, даже если бы я помочился на них с одной из статуй. В их глазах я преданный сектант, что пытается походить на Алана, и они благосклонно улыбаются мне.
Чтоб избавиться от назойливого внимания, я быстро прохожу через площадь и захожу в Храм. Внутри он выглядит, как колизей, а по мне, как цирковая арена. Около сотни идиотов в длинных черных рубашках стоят на коленях в центре и смотрят мультики, навеянные севирами. Они не знают, что не их Бог говорит с ними, а серые твари, и впадают в экстаз, когда это происходит. А еще они совсем не замечают черной дыры под ногами. С каждой секундой она разрастается и вскоре заволакивает весь пол, выпивая людей, как батарейки.
Только энергия идет не на нужды Системы, сейчас толпа кормит темных фантомов. Некоторых севиры поставили на службу, несмотря на вражду в прошлом, потому что поняли, что сами не смогут сдержать растущее население и давление светлых. Остальных сдерживают в одной из частей аурума.
Я же хочу встретиться с тем, кто стоит по ту сторону от черной дыры, и найти его можно только здесь, во время кормления. Он и позволяет своим собратьям участвовать в удержании власти, и за это получает энергетическую награду.
Пока я медленно иду мимо сектантов, тишину нарушает громкий смех Фроста с личной ложи. Джек знает, что никто из недоумков не услышит его, поэтому открыто издевается. Я же уверенно поднимаюсь к нему и сажусь на красное бархатное кресло, притворившись Аланом.
— Алан, я рад тебя видеть! — улыбается Фрост, подняв седые брови. — Значит, вопреки слухам, жизнь затворника — не твое. Я рад…
— Джек, — спокойно говорю я и пожимаю его руку.
Фрост окидывает взглядом зал и торжествующе заявляет:
— Я знал, что ты побегаешь и вернешься домой. Сейчас ты нужен нам, как никогда.
— Тебе не хватает статуи с голым задом в центре этого собрания или ты говоришь о чем-то конкретном?
Джек не слышит меня и потирает ладони. Он волнуется, и этому есть причина. Фрост давно не видел Алана, а слухи о его “вознесении” наверняка добрались до севиров. Мне нужно быть очень осторожным, пока мой план не начнет работать.
— Ты опять разгневал Айну, раз пришел на своих двоих, а не свалился мне на голову, как обычно? — спрашивает Фрост и делает паузу, чтобы застать меня врасплох. — А может, тебе понравилась какая-то куколка и ты решил не ждать ее согласия?
Он говорит о блокировке сил из-за нарушения свободы воли. В прошлом Алан пользовался моим даром создавать иллюзии и с помощью него очаровывал понравившихся женщин, притворяясь их мужьями, знакомыми или мужиками со страниц журналов.
Он брал, что хотел, и, конечно, платил за это временной заморозкой сил из-за нарушения закона о выборе. Алана сильно задевало это, ведь остальные, кроме светлых, могли творить все что угодно.
Я же не собираюсь заниматься тем же. Мне нужна Ханин. Только ей под силу унять огонь, который кипит во мне.
— У меня никогда не было проблем с женщинами, — говорю и добавляю: — А вот со старухами постоянно.
Джек смеется, потому что мамочка доставляет ему не меньшие проблемы, и резко меняет тему:
— Значит, ты уже слышал, что Айна помогает нашим врагам свергнуть нас?
Еще бы. И я один из них.
Я играю удивленный вид, чтобы потянуть время, но сама судьба благоволит ко мне сегодня. Один из последователей внезапно выходит из транса и падает, чем отвлекает Фроста от расспросов. Скорее всего, севир пропустил проблески разума, и бедолага очнулся раньше времени. Конечно, он видит, что творится вокруг, и начинает громко орать.
Я бы тоже вопил сутки, если бы увидел не хреновую дыру под собой вместо белых облаков!
Только все зря. Остальные зомби не слышат его и продолжают свою адскую медитацию. А парочка севиров окружает парня и молниеносно погружает в новый транс.
Убивать не в их стиле, иначе не осталось бы ни одного сектанта, а промыть мозги, чтобы он не вспомнил своего имени, вполне. Они даже выдумали легенду, чтобы обыватель ни о чем не догадался. Вскоре мужик очнется и ему объяснят, что его память понадобилась Богу, а потом пообещают награду за преданность.
Смотрю на это, не скрывая сарказма, и спрашиваю:
— Не пора кончать с этим средневековьем? За все это время ты не выдумал какой-нибудь машины, чтобы захватить мир и стянуть все нити в свои руки?
— Лучшие рабы всегда самые мотивированные, — серьезно объясняет Фрост. — Без заразной идеи все попытки управлять ими будут напрасными, тебе ли не знать. А без незаметного контроля над их мыслями тирания падет так же скоро, как и установится. Потому что ты сам покажешь им главного врага, собрав все рычаги в одном месте.
Джек осматривается, потому что замечает, что кольцо из севиров вокруг нас сужается, но пока не понимает в чем дело.
Это и есть мой гениальный план. Агенты не просто так создавали тайные бункеры и изучали там разных существ. Они нашли способ управлять их даром, и теперь под видом севиров встраиваются в их же сети.
— Что вы толпитесь здесь, идиоты? — кричит Фрост, оглядываясь по сторонам.
Уверен, что Джек в курсе делишек Блейка и точно знает о серьезной проблеме в своих рядах.
— А что, если среди управленцев однажды возникнет некий севир и захочет помочь убежденным рабам стать свободными? — спрашиваю я, имея в виду Лоена Хорна.
— О ком ты, парень?— в недоумении спрашивает Джек и исподволь наблюдает за агентами в телах севиров.
— Лоен Хорн, — говорю я. — Ты не думал, что он может пойти против тебя?
— С чего ты взял? — спрашивает Фрост, всматриваясь в мои глаза.
— Он слишком жалеет смертных, Джек. Это не похоже на наследника кровожадного монстра, что управляет миром.
— Я не видел его давно, как и тебя. Вы оба сбежали, но я здесь, Ош, и отвечу, что твой план обречен на провал.
Он раскусил меня? Что ж, у этой твари нюх на неприятности, но это ему не поможет.
— Ты с самого начала знал, что я не Алан, и все равно остался. Никак не пойму, ты так самоуверен или глуп, Джек? Нет, — протягиваю я, откинувшись на спинку кресла, — глупец не смог бы удерживать власть столько времени, но ты потерял бдительность и размяк, благодаря этому слюнтяю, а теперь пришла пора платить.
Фрост нервно рыскает глазами и понимает, что его окружили, но до последнего не хочет признавать, свой проигрыш.
— Никогда не мог понять, чего же тебе не хватает, Ош? — спрашивает он, скрывая трясущиеся руки. — Разве мы не давали тебе свободу от обязанностей?
— Давали, но так вышло, что от вашего исчезновения, я получу значительно больше, — говорю и взмахиваю ладонью в качестве сигнала.
Севир понимает, что его время на исходе, и вскакивает с кресла, но тут же сталкивается с агентом. Роберт достает пистолет и на секунду показывает настоящий вид, только вместо паники Фрост начинает отчаянно смеяться, и это очень хреновый сценарий.
Он что-то задумал!
— Они и есть твое оружие? Конечно, ты же не способен убивать, Ош, только строить мелкие пакости, — издевается он.
— Зато я могу это…— отвечаю я и показываю в сторону черной дыры в полу.
Севиры не дают фантомам выходить к людям из-за страха за свою шкуру, поэтому должны вовремя остановить кормление. Я же собираюсь довести его до конца, и мне поможет Лилит. Она очень кстати появляется в толпе зомби и улыбается мне.
Похоже, все готово.
Пока Фрост орет, чтоб мы остановились, а его прихвостни один за другим полируют пол от выстрелов агентов, Лилит произносит слова на языке фантомов и выпускает из дыры черную дымку. Она быстро сгущается и образует силуэт высокого мужчины с длинным мечом в руке и красными глазами. Его я и жду, но перед тем, как сделать его своим союзником, я дам ему возможность выпить энергию этих людей напрямую.
«Смотри на конец своего правления, Фрост» — ору я, полный уверенности, что победил.
Из-за того, что севиры больше не контролируют разум жертв, толпа быстро приходит в себя и начинает разбегаться, как вдруг фантом одним взмахом отрезает их головы от ментальных тел и выпивает силы. За ним из дыры вылетают твари, похожие на летучих мышей с щупальцами, и подбирают остатки энергии, поднимающейся к потолку.
Фрост продолжает смеяться и этим злит агента, что держит пистолет у его виска, но тот не успевает всадить в него пулю. Главарь темной шайки молниеносно бросает в него меч и на корню рушит мой план. От робота остается только пепел. Другим везет не больше, потому что стая черных гаргулий быстро раздирает их новенькие тела на части и окончательно превращает мое самолюбие в пыль.