До последней строки. Дилогия

Desʻree – Donʻt be afraid (тема книги)

Christina Novelli, Bobina (Bobina Remix)– Numb

Eleonora– With You

Dom Robinson– Fawn

RJ Chevalier, Toniet Gallego– Or Nothing

Ben Foster, Nicholas Foster, Samuel Thompson– To the End

Aurora Night– 1310

Immediate Music– Dream Worlds

Hypersonic Music, Max Cameron– Shine

Emilio Estefan– Pennies In My Pocket

Tony Evans, Tony Evans Dancebeat Studio Band– Stop and Stare (Rumba)

Tal – Stimela

Max Denoise, Claire Willis – Bring To Me

Shawn Williams– Dreams in my mind (Minimal)

Уважаемые читатели! Действия книги разворачиваются в придуманных автором городах юго-восточного побережья США и несуществующего острова Коста-де-Пальма, по сюжету расположенного неподалеку от Кубы.

Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны.

Она превратила свою боль в бестселлер.

Он превратил бестселлер в сценарий их будущего.

Пролог

Вивьен

Говорят, что ошибки делают нас сильнее и дают пищу для размышлений на всю оставшуюся жизнь. Главное – не растратить ее впустую.

Только мой мир оказался совсем другим. Он не верит в чувства, не прощает слабость и мастерски скрывает свою суть под масками благопристойности, стенами особняков и элитных клубов.

Много лет я думала, что знаю все о нем, и о людях, которые изо дня в день формировали мое будущее, пока не встретила Эвана Миллера. Мужчину, который вернул мне жажду жизни, научил чувствовать, любить и мечтать, а после уничтожил чудовищной ложью.

Теперь, израненная ею, я бегу по темной улице Гле́йнвила и не могу остановить слезы.

Все, к чему я стремилась – разрушено, прошлое – стерто, и только яркие огни фар за моей спиной оставляют робкую надежду на то, что ничего еще не кончено.

Эван вылетает из авто и, преградив мне путь, требует:

– Сядь в машину, Вив!

– Я никуда не поеду с тобой! – отвечаю я, стараясь обойти его.

– Черт! Тогда я сам посажу тебя! – вскрикивает он. – Этот разговор нужно начать сначала! И ты выслушаешь меня! Потому что я уже один раз сделал ошибку и отпустил тебя! Второй такой не будет!

Глава 1

2 недели назад. 27 июня 2025 г.

Зал Глейнвил Конгресс Холла. Церемония награждения Национальной книжной премии в области художественной литературы.

Вот и настал вечер, которого так ждали родители и Тина, по совместительству мой литературный агент, и как нетрудно догадаться, лучшая подруга.

Сейчас они в зале, только мама выбрала ближайший столик к сцене, а Тина – место поближе к прессе.

Она любит раздавать интервью, чтобы показать, каким удачным проектом для нее стала наша дружба. А после за бокалом вина или чашечкой кофе она обязательно напомнит мне, кому я обязана своей известностью. К ней, конечно, подключатся родители и скажут мне то же самое, а я, как всегда, лишь улыбнусь, потому что хочу, чтобы этот вечер поскорее закончился.

Сегодня меня наградят званием “Писатель года”, и я уже до дрожи ненавижу его, поэтому вместо повторения речи, стою за кулисами и пересчитываю лампочки на люстре.

Одна из ведущих по имени Джейд, женщина лет сорока в элегантном брючном костюме, проверяет микрофон на лифе моего платья.Ужасно тесного и слишком длинного платья! А затем осматривает меня с ног до головы и предлагает поправить прическу.

Я соглашаюсь, ведь жутко устала от ожидания, и иду к зеркалу, чтобы еще раз увидеть незнакомку в отражении.

– Ну, привет, – говорю я себе, убрав от лица выпущенные пряди.

Мне кажется или парикмахер сверялся с фотографией Барби, когда творил из меня восковую куклу?Иначе не назвать этот нелепый вид!Небесно-голубое платье с блестками, выбранное мамой, и это гнездо с бесконечными завитушками вместо нормальной прически.

Я предпочла бы надеть футляр черного цвета и лодочки, чтобы как-то уравновесить свой природный блонд, но сейчас вынуждена выйти как королева выпускного, а не серьезная женщина!

Боже! Мне уже двадцать шесть, а я не могу выбрать даже платье, чтобы один раз надеть его и спрятать в шкафу! Этот образ не сочетается с тем занудством, которым наполнена каждая моя книга! Наверное, последняя в этом качестве особенно преуспела, раз за нее дают такие награды.

“Тени Ловуда” – очередной правильный и эстетически выверенный роман о бренности жизни и торжестве разума над чувствами. Я писала его год и все время хотела забросить, потому что не верила сама себе. В сущности, каждый из нас мечтает о любви и принятии, но зачем-то должен читать о вечных страданиях.

Страдание и кара – вот главные мотивы, которые делают книгу шедевром, и я совершенно с этим не согласна!

Если бы не мама, роман давно пылился бы среди отрывков из таких же скучных эпосов. Поэтому я совершенно не рада оказаться на писательском Олимпе с этим гимном мучению и боли.

Он не отражает ни капли моей души!

– Вивьен, – зовет Джейд, указывая на свои часы. – Пора. Скоро наш выход.

Я киваю и иду за ней, стараясь не запутаться в подоле.

Честное слово, если это случится, я ничуть не расстроюсь! Избавиться от этого творения неизвестного модельера – уже праздник!

Приблизившись к сцене, где уже слышится вступительная речь, я замираю, потому что путь нам преграждает чертовски привлекательный мужчина с планшетом.

– Какие-то проблемы? – интересуюсь я, надеясь, что над залом протекла крыша и вскоре нас затопит ливень. Но по взгляду незнакомца быстро понимаю: он пришел не из-за урагана, который разразился перед самой церемонией.

Не представляю, как этот Бог в обличьи человека оказался здесь. Похоже, он выиграл джекпот в генетической лотерее, не меньше. Я минуту смотрю на него, стараясь найти хотя бы один изъян, но вижу только каштановые волосы, приглаженные назад, пронзительные светло-карие глаза и фигуру Аполлона. Облегающая белая рубашка подчеркивает мышцы на его груди и торсе, а приятный запах одеколона обволакивает нас с Джейд пряным ароматом.

– Пока я руковожу процессом, все будет гладко, – говорит он, смотря на мои губы, затем поднимает взгляд и заставляет мое сердце замереть. – Я пришел проверить, все ли готово. Стив устроит разнос всей команде, если что-то пойдет не так.

– А кто вы? – допытываюсь я, покрываясь мурашками от внимания такого мужчины.

– Я партнер в фирме, которая организовала это мероприятие, – отвечает незнакомец и вновь начинает блуждать взглядом по моему лицу.

На этот раз он не ограничивается губами, а медленно рассматривает шею, ключицы и лиф моего платья.

Это похоже на сеанс бесконтактного обольщения. Такие, как он, легко могут довести неискушенную девушку до обморока одними глазами. Правда, в моем случае все оказывается гораздо прозаичнее. Как только я провожу мысленную линию от него до себя, убеждаюсь: он смотрит не на грудь, а на микрофон, который чудом еще удерживается на платье.

– Я не заметила, что задела его, – оправдываюсь я, слегка прикусив губы от бессовестных мыслей. Но незнакомец не дает мне шанса расслабиться, подогревая самые смелые догадки.

– Поэтому я здесь, – он склоняется ко мне и осторожно возвращает микрофон на место. А после проводит большим пальцем по ключице.

Его прикосновение заставляет меня вздрогнуть и задержать дыхание. Я точно знаю: он сделал это специально. Но для чего? Чтобы показать насколько он хорош?

– Вы знаете, когда должны выйти? – спрашивает он, вернувшись на безопасную дистанцию.

Пока он терпеливо ждет ответа, я слушаю голос разума. Он буквально вопит, чтобы я сосредоточилась на выступлении, а не ягодицах этого мачо. Я же сгораю от желания пойти наперекор своей унылой жизни, поэтому позволяю себе немного помечтать.

– Десять секунд до начала трансляции! – раздается строгий голос из рации организатора.

– Так вы сумеете выбрать нужный момент? – переспрашивает незнакомец, заметив мое смятение. – Я могу подать вам знак из зала, если нужно.

– Нет, я умею считать до десяти.

Как же глупо я выгляжу сейчас! Похоже, его забавляет роль хищника, которого запустили в клетку к кроликам!

Убедившись, что мы не сбежим, он сосредоточенно сдвигает брови и, одарив меня легкой улыбкой, спускается по ступеням сбоку от сцены.

– Какой жеребец, – заявляет Джейд, сверкая от восхищения, как иллюминация на вечеринке. – Странно, что я никогда не видела его среди всех этих снобов.

Знала бы ты, что мне приходится жить среди них, а не встречаться по праздникам!

– Он…довольно привлекателен, – цежу я, стараясь не показывать интереса.

– Привлекателен? – выражение ее лица недвусмысленно передает все, что она хотела бы сделать с этим “организатором”, если бы осталась с ним наедине. – Да, это восьмой смертный грех, создавать таких мужчин! Вот увидишь, сегодня на него точно кто-нибудь накинется…Боже, нам пора выходить!

Как только Джейд отдаляется и, встав посреди сцены, представляет меня: “Леди и джентльмены, Вивьен Нокс – обладательница почетного звания “Писатель года”, а после раздается грохот рукоплескания, на меня опускается туман.

Я медленно выхожу, получаю заветное “Золотое перо” и даже что-то говорю в качестве благодарности, но при этом совсем ничего не понимаю. Лица родителей, ведущих и Тины, показывающей “класс” обеими руками – все стирается, как и это достижение.

Все, кроме него…

Он стоит в стороне, сложив руки на груди, и смотрит в сторону, потому что не верит моим наигранным эмоциям. А еще ему явно не нравится мой неестественно кукольный вид.

Еще бы! Он и не догадывается, что в спектакле под названием «Примерная девочка» у меня главная роль и я играю ее всю жизнь. Иначе не отворачивался бы от приторности момента, а сочувствовал.

Пока же только Тина видит трагедию на моем лице, ведь знает меня лучше мамы. Но и ей сейчас приходится подыгрывать надменной миссис Нокс, чтобы та позволила ей переступать порог нашего дома и время от времени вытаскивать меня из депрессии.

Однако есть вещь, которую не знает даже Тина: я так устала от вечного контроля, что балансирую на грани. И если кто-нибудь вроде этого принца не спасет меня, камнем пойду ко дну.

К несчастью, он существует в “параллельной реальности”, в которой свобода – естественная часть жизни, а не временная награда за послушание, так что вряд ли поможет мне.

Тем временем на сцене по очереди появляются попечители, главы издательств и просто знаменитые люди из мира литературы. Все они произносят бравурные речи и радостно пожимают мне руку, а я вместо того чтобы слушать их, продолжаю следить за мужчиной своей мечты. Он же, с тех пор как поправил петлицу на платье, не удостоил меня ни единым взглядом. Зато решил массу проблем других гостей, которые периодически подходили к нему и жаловались на что-то.

Наконец, когда официальная часть заканчивается, остальные награды находят своих счастливых обладателей, а по залу прокатывается красивая музыка, меня отпускают, и я начинаю медленно спускаться к столику.

Мама смахивает слезы счастья с лица и привстает, чтобы встретить меня, а отец, широко улыбаясь, поднимает бокал в мою часть, но трогательный момент нарушает мое несносное платье.

Из-за тумана в голове я наступаю на край платья и начинаю падать, представляя, как разобьюсь на тысячу осколков. Но вдруг, словно героиня женского романа, оказываюсь не на полу, а в объятиях того самого организатора, который успевает подбежать и подхватить меня.

Мне казалось, что он стоял довольно далеко от сцены, но теперь это неважно, ведь он здесь: крепко держит меня и тянется к микрофону, чтобы снять его.

– Не возражаете? – тихо спрашивает он, склонившись к моему лицу. – Ни к чему, чтобы нас слышал весь Холл.

– Да, я сегодня не в своей тарелке, – жалко отвечаю я, не чувствуя пола под ногами.

– Это заметно, – говорит он и сводит меня с ума одним предложением: – Предлагаю избавиться от этого платья.

Я удивленно смотрю на него, но вскоре разочарованно вздыхаю, услышав продолжение фразы.

– Это не лучшее место для бальных танцев, – усмехается он и передает меня в руки отцу, который уже стоит рядом. – С вашей дочерью все в порядке.

– Спасибо за помощь, – говорит папа и радостно обнимает меня.

– Мы так гордимся тобой, – вторит мама, подбежав следом, и начинает поправлять платье, которое чуть не избавило меня от ног.

Я же хочу поскорее переодеться, поэтому осматриваюсь в поисках Тины, но ищу вовсе не ее, а те самые светло-карие глаза.

Клянусь, еще немного и я сожгу это платье прямо на себе!

– Мне нужно в уборную.

– Дорогая, не придумывай, ты прелестно выглядишь, – не соглашается мама.

Поразительно, с какой легкостью рассуждают люди, когда им комфортно! Конечно, на ней же удобный темно-зеленый “футляр” и туфли на низком каблуке, а не платье для выпускного!

Я правда выгляжу нелепо, и, кроме нее, это видят все! Особенно, он.

– Нет, я хочу переодеться, – резко отвечаю я, удивляясь своему напору. – Хотя бы сейчас я могу сделать то, что нужно мне, мам?

В ответ мама делает такое лицо, будто я призналась, что в моей сумочке лежит билет на другой конец света. Хорошо, что отец рядом. Он, как всегда, гасит огонь непонимания между нами, обняв маму за плечи, а заодно решает мою проблему: “Клэр, она заслужила”.

– Я скоро вернусь, – обещаю я, наконец, разглядев Тину в компании журналистов.

Подруга, как всегда, сногсшибательна. У нее прекрасная фигура, оливковая кожа, густые темные волосы, которые всегда лежат волосок к волоску.

Не знаю, почему она захотела стать литературным агентом, ведь в любое время суток выглядит так, будто готовится заменить топ-модель на модном показе. А еще Тина умеет говорить то, что думает, и не испытывает мук совести за правду.

Я так не умею. Пока что.

Глава 2

– Мне помочь тебе? – спрашивает подруга, догадавшись, что я иду в дамскую комнату. – Я сейчас принесу из машины твою одежду.

– Конечно, – отвечаю я и начинаю считать секунды до того, как она вернется с моим любимым черным платьем и удобными туфлями.

К счастью, по пути Тину не задерживают любопытные журналисты и гости, желающие познакомиться с ней, поэтому чехол с вещами появляется у меня в руках уже спустя несколько минут.

Теперь мы обе идем по огромному залу, освещенному софитами. От столиков доносится аромат свежей еды и цветов, повсюду много людей, и все они веселятся и радуются жизни, как и Тина.

Я же понимаю, что не смогу пройти ни фута, если не избавлюсь от давящих туфель, поэтому снимаю их и продолжаю идти босиком.

Наконец мы добираемся до уборной, и я расслабленно отпускаю подол, прощаясь с ужасом, который пережила благодаря этому платью.

Тина пытается помочь мне раздеться и дергает за молнию, но внезапно спрашивает:

– Ну, и как это было?

– Что? – с невозмутимым видом спрашиваю я.

– Что за ангел подхватил тебя у сцены? Ты видела его крылья? Они наверняка у него есть, – тараторит подруга.

Что за щенячий восторг? Это же просто…самый красивый мужчина на свете.

– Мы не познакомились. А что касается крыльев, вряд ли они есть у него, – бурчу я.

Надев запасной наряд и распустив волосы, чтобы дать голове отдохнуть, я с облегчением смотрю на знакомое отражение.

– А что же есть? – заискивающе продолжает подруга.

Она подкрадывается и демонстративно достает из моих волос оставленную шпильку, требуя ответа.

– Я не присматривалась к нему так близко. Но уверена, что он далеко не ангел.

Ангелы не умеют так переворачивать душу. Скорее, он другая сторона бытия.

До этого вечера я думала, что поставила на отношениях жирный крест. Несколько унылых романов с сыновьями правильных родителей не в счет. Мне было так же скучно с ними, как и им со мной. Зато они очень нравились моей маме, потому что принадлежали к кругу порядочных и воспитанных людей.

Я до сих пор не понимаю, как она не избавилась от Тины, ведь ее родственники не входят в круг университетской элиты.

– Нет, Вив, пора признаться, что встряхнуть тебя может только такой, как он, – не унимается подруга. – Или я не права?

– Права, но я не могу связаться с ним, – говорю, пытаясь накрасить губы. – Я слишком занята.

– Но не сегодня, правда? – широко улыбаясь, наседает Тина. – Помнишь, что я говорила тебе? Ты не поймешь, каково быть счастливой с хорошим парнем, если не попробуешь…с таким мерзавцем. Я знаю, о чем говорю. Потом всю жизнь будешь корить себя.

– Перестань, – перебиваю я и осматриваю себя еще раз.

Наконец, я выгляжу достойно и максимально серьезно. Тошнотворно серьезно…

– Как скажешь. Кстати, завтра открывается фестиваль воздухоплавания неподалеку от Хо́линбейла. Там и отметим твою награду, а заодно поработаем.

Я опираюсь о край раковины и складываю руки, подозревая неладное.

– Почему именно там?

– Там обитают стариканы из разных комитетов и издательств, – протягивает Тина. – Пора расширять географию.

– Смотря на воздушные шары?

– Сейчас это модно! – подруга снова подкрадывается ко мне и тихо продолжает: – Успешные мужчины больше не меряются машинами. Они предпочитают покупать воздушные шары, чтобы показать величие своего раздутого эго.

В следующий миг в ее ладони оказывается очередная забытая шпилька.

– Хорошо, – смеюсь я, глядя как подруга вертит ей перед моим лицом, требуя благодарности. – Ты моя спасительница!

Тина поправляет приталенный жакет и берет меня за руку.

– Пошли.

Теперь я чувствую себя комфортно и иду, спокойно разглядывая толпу. До тех пор, пока не вспоминаю о нем. Глаза тут же начинают искать то самое лицо, а живот сводит приятное волнение.

– Кого ты ищешь? – хитро спрашивает Тина, заметив мой блуждающий взгляд.

– Никого, просто смотрю на праздник, – вру я.

– Ладно, но, кажется, тот парень вон там, – нарочно произносит подруга, склонившись к моему уху.

– Где?

– Попалась! Значит, ты все же ищешь его. Ладно, это секрет. А теперь серьезно. Нам нужно уговорить твоих родителей отпустить нас на фестиваль. Пора развеяться, а то ты так и зачахнешь за своими книгами.

Это будет нелегко, если вспомнить, что мама привыкла контролировать мой распорядок дня. Хорошо, что папа договорился с деканом кафедры и взял выходной. Он опытный укротитель строптивых женщин. Благодаря ему, мама спокойно сидит за столиком и даже подпевает этой ужасной песне.

Значит, самое время для разговора.

– Садитесь. У вас есть планы на завтра? – интересуется отец, как только мы появляемся.

– Есть, мистер Нокс, – отвечает Тина. – Завтра мы едем на фестиваль воздухоплавания.

– И зачем же? – удивленно протягивает мама, разглядывая наши лица.

Подруга принимает деловой вид, стараясь притупить ее бдительность.

– По работе. Там будет много издателей.

– Ничего, перенесем званый ужин на послезавтра.

Отец соглашается с такой легкостью, будто чувствует, что мне необходимо развеяться.

– Джон, это неприлично, – замечает мама. – Мы же договорились.

– Мы не обговаривали дату. Они придут, когда будет удобно нам. Пусть девочки съездят на фестиваль.

– Лучше перенесите ужин на денька два-три, – поджав губы, просит подруга. Похоже, она бессмертная.– Мы снимем номер в отеле в ближайшем городке. Это хорошая возможность для Вив.

Отец улыбается и с этой отросшей бородой выглядит как добрый волшебник из сказок, а мама, как всегда, хмурится, подозревая, что наша поездка лишь способ сбежать.

И она права.

– Что за ужин? – спрашиваю я, стараясь разрядить обстановку.

– Помнишь, мы говорили про Кларка Уо́лдера? Он работает со мной в университете, – продолжает отец. – Их семья на неделе прибудет к нам на ужин. Кстати, любопытное совпадение: их сын Макс сейчас где-то здесь. Он один из организаторов этого мероприятия.

– Неужели? – оживляется Тина. – Может, мы видели его?

Чтобы подруга не сболтнула лишнего, я стучу коленкой по ее ноге, а сама продолжаю улыбаться.

Конечно, это выглядит глупо, но при одном упоминании об “организаторах” я сразу вижу лицо того незнакомца, тайно мечтая, что этим правильным сыном окажется именно он.

– А вот и он, – говорит мама, смотря мне за спину.

Неужели сейчас я снова увижу его?

Я делаю продолжительный вдох, стараясь унять дрожь, и медленно оборачиваюсь, но, к разочарованию, вижу другого мужчину, и он выглядит, как и положено выходцу из интеллигентной семьи.

Если проще, новым претендентом на мое сердце оказывается аккуратно причесанный блондин в стильном костюме серого цвета.

– Добрый вечер, мистер и миссис Нокс, – говорит он и целует мою руку. – Вивьен, приятно познакомиться, я Макс Уолдер.

Мама неодобряюще смотрит на бокал в его руке и интересуется.

Нет, начинает допрос.

– Вы пьете?

– Это вода, миссис Нокс, – уверяет наш новый знакомый. – Сейчас я на работе.

– Правильно, – продолжает мама, мило улыбаясь.

Макс подсаживается ко мне и начинает ритуал обольщения.

Так в наших кругах называется открытая лесть с каменным выражением лица.

– Я прочел вашу книгу “Тени Ловуда”. Прекрасная работа. У вас талант изображать все так явственно. Мне казалось, что я смотрел фильм, а не читал.

– Спасибо. Боль всегда передается лучше, – цежу я, переглядываясь с Тиной.

– Это так, – соглашается Уолдер, но больше не говорит ни слова.

Чутье, выработанное годами нахождения в нашем теплом аристократическом кругу, сигнализирует ему, что пора уходить. Поэтому он дарит дежурную улыбку родителям, а затем снова берет мою руку.

– Что ж, ждем от вас приглашения. Уверен, мы найдем о чем поговорить, Вивьен. Кроме боли…– Макс быстро касается губами ладони и тут же отпускает ее. – У меня много дел. Я подошел на минутку.

Я мысленно радуюсь его занятости, но Тина не собирается так просто отпускать Уолдера.

– Как вы один выполняете столько работы? Должно быть, это утомительно, – спрашивает она.

– У нас целая команда, – ничуть не удивляясь, отвечает Макс. – Хотя не скрою, что обычно партнеры не выполняют функции менеджеров. Просто сегодня очень ответственный день, – он склоняет голову. – Хорошего отдыха.

Наконец он прощается с нами, а я ловлю себя на мысли, что очередная попытка мамы выдать меня замуж за подходящего человека обречена на провал.

Макс такой же правильный, какой стараюсь казаться я! Это будет не ужин, а бинго из предсказуемости и одних и тех же разговоров! От одной картины я готова прямо сейчас лететь на фестиваль, только бы увидеть живых людей вокруг!

Теперь уже Тина аккуратно толкает меня в плечо, чтобы я сменила свой кислый вид на сдержанную улыбку и, дождавшись, когда отец пригласит маму на танец, нападает:

– Так и будешь сидеть? Он наверняка где-то здесь. Идем…

Она серьезно? Я еще не отошла от разговора с новым кандидатом в мужья!

– Я не собираюсь его искать.

– Тогда просто потанцуем, – подыгрывает подруга, зная, что на самом деле я хочу встретиться с ним, но боюсь признаться.

– Хорошо, но ненадолго, – вздыхаю я.

Christina Novelli, Bobina (Bobina Remix) – Numb

Нас снова окружает толпа, и блеск софитов освещает радостные лица танцующих. Тина, будто нарочно, ведет нас подальше от сцены, и минуту кружится вокруг меня.

Ее поведение настораживает, сигнализируя, что последний бокал с шампанским был лишним. И у меня всерьез начинает кружиться голова только от наблюдения за ней. Я на секунду отвожу взгляд на соседнюю пару, чтобы устоять на ногах, как вдруг понимаю, что подруга исчезла.

Она нарочно кинула меня в этот океан музыки и любви!Я не против танцев, но контраст между моим одиночеством и окружающими парочками не способствует расслаблению.