По следам исчезнувших

Пролог

С погодой несказанно повезло. Нина с самого утра ныла, утверждая, что им не стоит никуда ехать, что вот-вот пойдет дождь, станет мокро и мерзко, дороги развезет и они наверняка увязнут, так и не достигнув цели. Справедливости ради, в тот момент действительно ничто не предвещало солнечный погожий денек, разве что прогноз погоды, но тот в последнее время так часто ошибался, что на него уже никто и не смотрел. А за окном грустные осенние тучи заволакивали небо, то и дело порываясь пролиться дождем.

Однако еще до того, как они выехали за черту города, небо посветлело, а потом и вовсе стало голубым и прозрачным, яркое солнце залило светом все вокруг, словно летом, и только лишь мерзнущий нос да пар изо рта не позволяли забыть, что уже октябрь.

Нину все это особо не развеселило. Она сидела у окна насупившись и нахохлившись, как возмущенный попугай. На мелькающие вдоль дороги деревья, покрытые золотом листьев, даже не смотрела. Стася на нее за это не злилась и не обижалась. В конце концов, когда и у кого бывает хорошее настроение после болезненного расставания с парнем, с которым еще полгода назад планировалось создать семью? И хотя они с Андреем всю эту поездку затеяли исключительно для того, чтобы как-то отвлечь Нину от переживаний, никто особо и не надеялся, что это будет легко.

Машину тряхнуло на очередной колдобине, на этот раз очень сильно, что вызвало на заднем сиденье, где они разместились втроем, новое оживление: сидевший справа от Стаси Андрей шутливо охнул, а Нина слева в который раз запричитала. Стася только рассмеялась, пытаясь свести реакцию подруги к шутке.

– Почти приехали, – объявил водитель и по совместительству организатор поездки и обменялся взглядами с девушкой на переднем пассажирском сиденье.

Та тепло улыбнулась ему в ответ. Насколько Стася знала, Макс и Лера уже довольно давно были парой, вдвоем ведя блог о всяких заброшенных объектах, выкладывая фотографии и организовывая неформальные туры по самым интересным, на их взгляд, местам.

Буквально через мгновение проселочная дорога, по которой они ехали последние полчаса, чуть изогнулась, и за деревьями, простирающимися по обе стороны, показались облезлые решетчатые ворота, за которыми просматривались невысокие домики. Над воротами сохранилась надпись: «Лесная сказка». Именно так назывался когда-то находившийся здесь детский лагерь.

Они приехали.

Макс проехал чуть дальше, оставляя место для второй машины, следовавшей за ними, и, едва заглушив двигатель, велел выбираться. Что было весьма и весьма здорово, поскольку после двух часов поездки, прошедших с тех пор, как они останавливались на заправке, чтобы долить в баки бензина, подкрепиться и сходить в туалет, ноги порядком затекли.

Кряхтя и постанывая, они втроем выбрались из машины организаторов, в то время как те выпорхнули из нее бодро и легко, словно поездка длилась не больше десяти минут. Впрочем, они наверняка были куда более привычны к подобному.

Нина еще разминала затекшую спину, а Стася сразу схватилась за смартфон, принявшись делать фотографии: ворота, окружающий подъездную площадку лес, оставшаяся позади дорога, над которой подобно своду тоннеля возвышались желто-красные деревья. Красота была такая, что аж дух захватывало.

Из второй машины выбрались только двое. Они присоединились к поездке на своем транспортном средстве, в отличие от Стаси, Андрея и Нины. И хотя Макс перед выездом предположил, что они могли бы взять к себе в салон одного пассажира, чтобы все ехали с бо́льшим комфортом, парочка дала понять, что возить посторонних они не нанимались.

Стася в тот момент горячо поддержала это, заявив, что им втроем будет гораздо приятнее ехать вместе, а ей будет достаточно удобно сидеть по центру. И это в общем-то было правдой: она ни за что на свете не хотела бы провести пять часов наедине с бритоголовым бородатым качком с тоннелями в ушах и его подружкой, с неестественным объемом губ которой могли конкурировать только длины ее же накладных ресниц и наращенных ногтей. И тем более она не хотела бы сослать в их машину Нину или Андрея. Уж лучше ехать вместе. Как говорится, в тесноте да не в обиде.

– Тут заперто, что ли?

Тихий удивленный голос Леры заставил Стасю отвлечься от фотосъемки. Она снова повернулась к воротам: оба организатора несколько растерянно рассматривали цепь, соединявшую решетчатые створки ворот. Стася заметила ее сразу, но как-то не подумала, что цепь эта замкнута на замок и ее не снять.

– Очень странно, – пробормотал Макс. – Обычно, когда я везу группу, замок снимают.

– И как же мы войдем? – поинтересовалась девица из второй машины. Кажется, когда они знакомились, она представилась как Лекси, но Стася не могла даже предположить, как ее имя звучит в оригинале.

– Класс, – буркнула Нина. – Столько проехать, чтобы поцеловать запертые ворота и отправиться обратно. Просто супер тур…

– Да никто не поедет обратно, – чуть повысив голос, чтобы все слышали, пообещал Макс и направился к своей машине. – Подобные ситуации предусмотрены.

И он достал из багажника какой-то инструмент, похожий на огромные кусачки. По всей видимости, назначение у него было примерно такое же, поскольку Макс просто разрезал им дужку замка и снял его.

– Я потом все возмещу, – тихо добавил он в ответ на напряженный взгляд Леры. И тут же крикнул: – Эй! Ты там что делаешь?

Лекси, уже поднявшая телефон повыше, чтобы снимать себя с более выгодного ракурса, обернулась и недоуменно посмотрела на него.

– Стрим хочу запилить. А что?

– Я же говорил, когда выезжали: пока мы здесь, никаких стримов, постов и даже просто фоток в соцсетях!

– Но снимать-то можно? – с вызовом спросил приятель Лекси. Стася не запомнила, как его зовут. – Вон она снимает.

И он кивнул на Стасю. Та испуганно посмотрел на Макса.

– Снимать можно. Вернемся – и можете постить сколько угодно. Не забывайте нас тегнуть. Но пока мы здесь – тишина в эфире. Ясно?

– Я так понимаю, все это к тому же еще и незаконно, да? – хмуро уточнила Нина. – Стась, ты аккуратнее тогда. А то на срок себе и нам наснимаешь.

– На срок – едва ли, – успокоил Макс. – А вот если нас здесь прихватят, придется платить штраф. Так что, кто будет нарушать правила, улетит в черный список и больше с нами никуда не поедет. Всем понятно?

– Да тут все равно интернет еле тянет, – заметил Андрей, пока Стася испуганно кивала. – Стрим точно не пойдет, фотка и та полдня грузиться будет.

Он убрал смартфон в карман куртки, а Макс улыбнулся:

– Вот и славно. Заходите. И наслаждайтесь моментом. Не каждый день в таких местах бываете.

Стася взяла Нину под руку и потянула вперед, поскольку та, как казалось, не собирается двигаться с места. Андрей побрел за ними, следом на территорию лагеря вошли Лекси с приятелем, а последними – Макс и Лера. Макс прикрыл ворота, но обматывать их снова цепью не стал, повесил ее на одну из створок.

Ближе всех к входу находилось вытянутое двухэтажное здание, вполне капитальное и к тому же кирпичное, в отличие от домиков, видневшихся дальше – сплошь деревянных. Плитка, которой были выложены дорожки между зданиями, конечно, давно потрескалась, швы проросли травой, но в целом территория выглядела если не ухоженной, то как минимум вполне обжитой. Немного блеска навести – и можно хоть завтра принимать гостей. Впрочем, возможно, внутри здания выглядели менее презентабельно и имели множество незаметных на первый взгляд проблем.

– Неплохо для заброшки, – заметил приятель Лекси, озвучивая мысли Стаси. – Когда это место последний раз использовалось по назначению? В девяностых?

– В девяностые это место, прямо скажем, уже не совсем по назначению использовалось, – поправил Макс. – Как лагерь оно проработало с шестьдесят пятого по восемьдесят шестой. Здесь все культурно выглядит только потому, что примерно год назад в лагере киношники работали. Они немного потратились и все здесь привели в более-менее божеский вид, особенно административное здание.

Он указал на вытянутый кирпичный дом, который они почти прошли, и остановился.

– Они здесь жили, пока снимали. Кстати, если кому-то нужно, тут есть туалет. Рабочий и достаточно чистый. Место, прямо скажем, не совсем заброшено. Просто по назначению давно не используется. А так-то здесь охрана время от времени все проверяет. И даже электричество есть, а в туалете есть вода.

– Я бы зашла, – объявила Лекси.

Нина и Стася были того же мнения, поэтому вся группа отправилась прежде в административное здание. В туалете оказалось всего две кабинки, одну из которых проворно заняла Лекси, а Стася великодушно пропустила Нину во вторую.

– А что снимали киношники? – поинтересовалась она у Макса и Леры, дожидаясь своей очереди.

– Да какой-то ужастик. Или триллер… – Лера неуверенно посмотрела на Макса. Тот лишь важно кивнул.

– Про те события? Из девяностых? – уточнил Андрей.

– Да нет, – презрительно отмахнулся Макс. – Что-то про кукол в заброшенном лагере, по какой-то дурацкой книге. Типа «Пробуждение куклы», или что-то вроде того.

– А зачем снимать вымышленную историю, когда тут реальная такая богатая? – подпирая плечом стенку, лениво поинтересовался приятель Лекси. – Люди ж любят ужастики, основанные на реальных событиях.

Макс и Лера переглянулись.

– Те события теперь мало кто помнит, – тихо и как-то мрачно сообщила последняя.

– Их долго замалчивали, а то и вовсе отрицали, что нечто такое случилось. Вот и забылось.

– Или же просто кто-то придумал это все, чтобы тур лучше продавался, – хмуро заметила Нина, выходя из кабинки под аккомпанемент сливного бачка.

– Ну, можешь и так думать, если тебя это утешает, – усмехнулся Макс.

С полчаса поводив немногочисленную группу по территории под леденящие душу подробности, Макс дал всем еще полчаса на свободную прогулку и фотографирование, напомнил о запрете постить что-либо до отъезда и попросил не опаздывать.

– Нам обратно пилить те же пять часов, а темнеет сейчас рано. До того, как солнце сядет, надо бы добраться до шоссе, а то на проселочной дороге, как вы помните, фонарей нет.

– Полчаса не слишком мало? – с улыбкой поинтересовалась Лера, когда неформальные туристы разбрелись в разные стороны.

– Ты же знаешь, как это обычно происходит, – поморщился Макс, обнимая ее за плечи и подталкивая в сторону административного корпуса. – Хорошо, если минут через сорок они действительно начнут собираться. Но в любом случае раньше, чем через час, не тронемся.

Лера кивнула, а потом вдруг сбилась с шага и остановилась.

– В чем дело?

– Там кто-то есть, – сообщила она, напряженно глядя на здание, к которому они направлялись. – Кто-то мелькнул у входа.

– Да нет там никого, – пожал плечами Макс, проследив за ее взглядом.

– Сейчас нет, а только что кто-то был! – настойчиво возразила Лера. – Еще когда мы в туалет заходили, мне показалось, я что-то слышала. Как будто внутри кто-то находился вместе с нами.

– Что же ты ничего не сказала?

– Потому что, когда прислушалась, ничего не услышала, а мне не хотелось никого пугать. Кто это может быть?

– Может, Семеныч здесь? Других сторожей тут вроде нет. Но он знает, что мы приедем, и обычно не мельтешит здесь, только ворота без замка оставляет.

– А сегодня не оставил, – напомнила Лера. – Может, не его смена?

– Он бы предупредил. Сейчас наберу его, спрошу.

Макс достал смартфон, вызвал из памяти нужный номер. На том конце хоть и не сразу, но все-таки ответили.

– Привет, это я. А ты тут?.. Да просто нам показалось, что мы видели кого-то, думали, ты здесь. А кто-то еще здесь может быть из ваших?.. Ну, из сторожей. Просто понимаешь, какое дело, мы приехали, а на цепи замок… Чего-чего… Пришлось его срезать! Если не ты его повесил, значит, кто-то еще за лагерем следит?

Голос в трубке повторил ему то, что Макс и так знал: других сторожей нет. И одного-то много! Значит, Семеныч просто забыл снять замок или даже поленился приехать ради этого, а теперь делает вид, что не понимает, в чем проблема.

– Ладно, я понял! Раз не твой замок висел, значит, я тебе и не должен ничего. Логично? Вот и я так думаю. Я ворота цепью обмотаю, как обычно, а ты уж сам новый замок ищи.

На этом он сбросил звонок и снова потянул Леру к зданию.

– Нет тут никого. Идем. Я кофейку хочу выпить, пока эти гуляют.

– А дрипы взял? Я терпеть не могу ту растворимую бурду, которую Семеныч тут хранит. – Лера наморщила носик.

– Да взял я, взял, – хмыкнул Макс. – И себе дрип взял, и тебе. Тебе с французской ванилью, между прочим, как ты любишь.

– А?..

– И одноразовые картонные стаканчики тоже взял, и бутилированную воду. Все в машине лежит, сейчас принесу.

Он оставил Леру у входа в административное здание, предложив ей сразу идти на кухню, чтобы не мерзнуть лишнего. Помещения первого этажа пусть и слабенько, но все же отапливались.

– Лучше я тебя здесь подожду, у входа, – заявила в ответ Лера, слегка поежившись.

Однако, когда он вернулся от машины с пакетом в руках, у дверей ее не оказалось. Видимо, холод все же переборол страх перед померещившимся ей чужаком.

– Ну что, нет здесь никого? – весело поинтересовался Макс, стремительно влетая в кухню, где Лера, по логике, должна была его ждать.

Ему никто не ответил, поскольку в кухне было пусто.

– Ле-е-ер? Лер, ты где? Лерочек?

Он высунулся из кухни в коридор, прислушиваясь, но никто не откликнулся. Максу лишь показалось, что где-то хлопнула дверь. Поскольку коридор просматривался по всей длине здания и ни одна дверь в нем не шелохнулась, звук, скорее всего, долетел со второго этажа.

Но зачем Лера могла пойти на второй этаж? Туда вообще никто никогда не ходит…

Оставив пакет с припасами на стуле, Макс осторожно направился обратно к входу: там же находилась лестница, ведущая на второй этаж. Добравшись до нее, он снова прислушался, всматриваясь снизу в площадку наверху.

– Лер, ты там?

И снова ответа не последовало. Не было слышно ни шагов, ни каких-либо шорохов. А потом кто-то вдруг коснулся его плеча. От неожиданности Макс дернулся и сдавленно вскрикнул, отшатнувшись в сторону.

– Ты чего? – удивилась Лера.

– Ничего… – Макс выдохнул, прижимая к груди руку, словно боялся, что сердце выпрыгнет оттуда. – Ты чего так тихо ходишь?

– А чего шуметь?

– Ты где была? Наверх поднималась?

– А что мне там делать? – Лера удивилась пуще прежнего.

– И где же ты была?

– В туалет ходила.

– А чего не отзывалась?

– А ты меня разве звал?

Макс только махнул рукой. Не слышала и не слышала, обычное дело. А он сам, очевидно, слышал, как хлопнула дверь туалетной кабинки.

– Ладно, идем кофе пить. Я все принес.

Пока он занимался чайником – выливал оттуда воду, споласкивал его, а потом наливал заново привезенную с собой, – Лера достала картонные стаканчики, установила в них дрип-пакеты с кофе и открыла пачку печенья.

– А это чье? – спросила она вдруг, когда чайник уже закипел и щелкнул, а Макс принялся разливать в дрип-пакеты кипяток.

– Что? – не понял он.

– Чашка на подоконнике.

Макс обернулся и посмотрел на окно, рядом с которым сейчас стояла Лера. На подоконнике действительно скучала чашка – одна из тех, что жила на полке местного шкафчика с нехитрой посудой.

– Ну, Семеныч, очевидно, забыл ее здесь, когда был в последний раз.

– Макс, она почти полная. И еще теплая.

– Сколько можно ждать? – Лекси капризно притопнула ножкой. – Я еще тоже могла бы ходить и фотографироваться. Чего вы нас дернули?

– Мы всех дернули, – огрызнулся мужик-организатор. Лекси не запомнила, как его зовут. – Я же сказал: возникли непредвиденные обстоятельства. Вы тоже пришли далеко не сразу. И остальные сейчас подойдут. Вот, кстати, и они!

Со стороны одного из дальних домиков действительно показались парень с девушкой, торопливо направляющиеся к ним. Парень просто широко шагал, а девчонка – ниже его почти на голову – то и дело переходила на бег трусцой.

Вот только их было всего двое. А Лекси хорошо помнила, что вторая компания состояла из трех человек: эта парочка и девчонка-бука, бухтевшая с первых моментов встречи.

– А Нина не с вами? – еще издалека крикнула девчонка, хотя наверняка видела, что они стоят вчетвером и никакой Нины рядом и в помине нет. – Мы не можем ее найти!

– В смысле? – удивилась Лера. – А куда она делась?

– Не знаю, мы в какой-то момент… отвлеклись… – девчонка бросила смущенный взгляд на своего парня, – и она куда-то ушла. Мы ее позвали, она не откликнулась. Потом вы позвонили, сказали возвращаться. Я набрала ее номер, но она не отвечает. И звонка нигде не было слышно… Мы все обошли, но не нашли ее! Подумали, может, она уже и сама сюда пошла…

– Нет, она не появлялась, – заметно нервничая, заверил мужик-организатор, посматривая на часы. – Черт, как некстати… Ладно, надо ее найти. Вы идите и еще раз проверьте домики, а я проверю второй этаж административного здания. Кажется, я что-то слышал там. Вдруг она туда полезла?

Лекси этот план не понравился, но ее мнения никто не спросил. Даже Богдан уверенно отправился с остальными осматривать домики и звать Нину. Лекси ничего не оставалось, кроме как пойти с ними.

Минут за сорок они обошли всю территорию лагеря, подробно осмотрев каждый домик, продолжая названивать потеряшке и кричать на все голоса ее имя, но она так и не отозвалась. Мужик-организатор ее тоже не нашел и через какое-то время тоже присоединился к ним.

– Да куда же она могла деться?! – в отчаянии, чуть ли не со слезами на глазах воскликнула подружка пропавшей девчонки.

– Неужели все, что вы говорили, правда? – напряженно поинтересовался ее парень, хмуро глядя на организаторов.

Лера и ее мужик переглянулись, а последний снова посмотрел на часы.

– Сейчас совсем стемнеет, – с досадой заявил он. – Надо выбираться отсюда…

– Без Нины? – возмутилась девчонка-подружка. – Я не брошу ее здесь!

– Никто никого не бросит, – заверила ее Лера.

– Мы уже искали ее и не нашли, очевидно, нет смысла продолжать поиски самостоятельно. Надо звать на помощь, обратиться в полицию, – добавил ее мужик. – Нет смысла торчать здесь самим. Если мы не нашли ее в светлое время суток, то в темноте тем более не найдем.

– Тогда надо звонить в полицию! – решительно заявила девчонка, снова хватаясь за смартфон. – Что за черт?

– В чем дело? – спросил ее парень.

– Связи нет… Но ведь была только что! Мы же пять минут назад Нину набирали!

На самом деле последние четверть часа никто не пытался ей звонить, на что Лекси и указала.

– Ничего страшного, здесь это бывает, – попытался успокоить всех мужик-организатор, но по тому, как на него посмотрела Лера, Лекси поняла, что она с таким здесь еще не сталкивалась. – Просто нестабильный прием. Доедем до шоссе и позвоним оттуда. Идемте.

И он поманил их за собой к воротам лагеря. Лекси сразу зашагала за ним. Торчать здесь из-за какой-то депрессивной девицы ей совершенно не улыбалось. Богдан, конечно, сразу пошел с ней, а Лера на пару с парнем уломала и девчонку-подружку.

– Не понял… Это еще что такое?

Мужик-организатор дернул цепь на воротах, а потом и сами ворота, но те и не подумали открыться.

– Ты что, повесил обратно замок? – возмутилась Лекси. – На кой черт?

– Дура, что ли? – огрызнулся мужик.

– Эй, приятель, полегче! – тут же вступился за нее Богдан.

– Макс, действительно, – осадила его и Лера.

– Да я же его срезал! – возмущенно отозвался Макс. – Как я мог надеть его обратно?!

– Но это же замок! – настойчиво повторила Лекси и ткнула пальцем в цепь. – Если не ты его надел, то откуда он взялся?

– Так, давайте без паники, – попыталась успокоить ее Лера. – Срезали тот замок, срежем и этот…

– Ага, только инструмент остался в багажнике, – проворчал Макс, пытливо оглядывая ворота и тянущийся в обе стороны от них забор.

И то, и другое выглядело весьма неприступно. Забор высотой метра в два с половиной, если не все три, и зацепиться не за что. По решетке ворот подняться вполне возможно, но острые пики наверху делали подобный порыв опасным.

Впрочем, других вариантов все равно никто не видел: связи по-прежнему не было, а солнце уже село, и тьма, какую редко увидишь в городе, обступила их со всех сторон.

– Я попробую перелезть, – вызвался Богдан.

– Только осторожнее, – испуганно пискнула Лекси.

Вскоре выяснилось, что Богдан не зря столько времени уделял своей физической форме: штурм ворот дался ему весьма легко, притормозил он, только перелезая через пики, чтобы случайно не зацепиться, а потом так же уверенно слез с внешней стороны, вызвав этим общее ликование.

Макс протянул ему ключи от машины, и Богдан нырнул в темноту.

– Я видела там кого-то! – вдруг объявила девчонка-подружка. – Нина!

Она попыталась ринуться в том направлении, где заметила движение, но парень удержал ее.

– Не хватает только, чтобы ты там тоже исчезла, – буркнул он.

– Но Нина…

– Если ты действительно видела ее, то она сейчас сама подойдет, – мрачно заявил Макс.

– Что значит – если она видела ее? – нервно уточнила Лекси. – А кого еще она могла видеть?

Макс и Лера только молча переглянулись и снова повернулись к воротам, пытаясь высмотреть в темноте Богдана. Прошло уже больше минуты с тех пор, как машина Макса пикнула и моргнула огнями, открываясь.

– Эй, ну где ты там? – позвал Макс. – Найти, что ли, не можешь?

Однако Богдан не отозвался. А Лекси вдруг пришло в голову, что она так и не услышала характерного звука, с которым открывается багажник.

Глава 1

Он сказал: «Я так больше не могу» и швырнул стопку из трех свежих, поглаженных футболок в чемодан. Она ничего не ответила, просто молча ушла на кухню и долила себе из колбы порядком остывший кофе. У напитка уже был тот характерный гадостный привкус, который появляется, когда он перестоит, но она все равно делала глоток за глотком.

Муж говорил что-то еще, но Маша не слушала. Боялась, что некрасиво разрыдается, если смысл его слов проникнет в ее сознание. А Вадим в ответ на это брезгливо подожмет губы и скажет: «Вот только давай без этого…»

Она хотела бы уметь реагировать на подобные ситуации иначе. Например, как в распространенных в сети мемах:

– Я ухожу от тебя!

– Какая прекрасная новость…

– Ты больше не встретишь такого, как я!

– Боже, одна новость лучше другой!

И чтобы это звучало так саркастично, с налетом презрения и абсолютно естественно. Но Маша так не могла. От едких слов мужа лишь перехватывало горло и щипало глаза, а единственное, что удавалось – это делать глоток за глотком, несмотря на гадостное чувство тошноты, только чтобы не расплакаться и хотя бы выглядеть равнодушной.

Справедливости ради, Вадим и не заявлял, что уходит от нее. Лишь выкатывал список претензий, о которых ей стоит подумать в его отсутствие. Только и всего. Но от этого почему-то не становилось легче.

Колесо машины провалилось в какую-то яму, их тряхнуло так сильно, что, не будь она пристегнута ремнем безопасности, Маша наверняка слетела бы с сиденья в проход еще до того, как успела бы проснуться. А так ее только тряхнуло да слегка приложило головой о стекло.

Зато неприятный сон-воспоминание моментально развеялся и забылся, вытесненный кучей рабочих мыслей, закопошившихся в голове.

– Можно поаккуратнее? Не дрова везешь, – проворчал устроившийся позади нее Леонид Сергеевич.

Вообще-то он просил называть себя просто Леней, но Маша не любила этого панибратства в деловом общении и предпочитала ко всем, кто старше хотя бы на пять лет или выше по служебной лестнице, обращаться на «вы» и по имени-отчеству. В остальных случаях она использовала «вы» и полную форму имени. Так проще. Дружеское «ты» создавало неверный посыл и порой усложняло отношения, в которых ты вынужден постоянно что-то требовать от людей. А поскольку Маша выполняла административные функции, ей постоянно приходилось требовать. Как правило, чтобы люди делали свою работу и делали ее хорошо.

Леонид Сергеевич был лет на десять ее старше, но выглядел так, словно разница между ними составляла все пятнадцать: невысокий, морщинистый, лысеющий, худощавый, но уже умудрившийся обзавестись небольшим животиком. Все это, кстати, не мешало ему несколько раз подкатывать к ней с весьма непристойными предложениями. Его не останавливало даже обручальное кольцо на ее пальце. Что поделаешь? Режиссер! К тому же уверенный, что любая более или менее привлекательная женщина мечтает стать актрисой и на все ради этого готова.

– Между прочим, я в водители не нанимался, – заметил парень, сидевший за рулем их минивэна. – Мое дело – за техникой следить.