Дом безликих теней

Пролог

14 декабря 2014 года, 22.04

ЗАТО «Научный городок»

Тверская область

В зимние месяцы в большом песчаном карьере, на дне которого стояло несколько сотен гаражей, после захода солнца становилось безлюдно. Ковыряться в машине на морозе и в темноте было удовольствием ниже среднего, а пить – тем более. Летом – другое дело. Летом тут и после полуночи иногда слышалась приглушенная музыка, звон стаканов и бутылок, а порой в воздухе пахло дымом и шашлыком.

Зимой же только один гараж привлекал внимание и собирал компании. Сухой, хорошо освещенный и специально утепленный для таких целей, он отличался порядком и большим количеством свободного места. Даже когда немолодой «Жигуль» стоял внутри. А когда его выгоняли на улицу, в гараже и вовсе царили красота, уют и раздолье. На стенах висели тряпичные плакаты с советской символикой, а в углу стоял старый, но вполне пригодный для сидения диван, притащенный сюда хозяином гаража после ремонта в квартире. Многочисленные полочки и потрепанный временем сервант позволяли не только хранить инструменты и запчасти, но и припрятывать бутылочку от вездесущей жены.

Вот и этим вечером, несмотря на поздний час и грядущий рабочий день, внутри собралось шестеро мужчин разных возрастов, которых объединяло лишь соседство в гаражном кооперативе. Правда, музыку они в этот раз не слушали, сидели с мрачными, напряженными лицами и пили вразнобой, без тостов и не чокаясь, как будто каждый думал о чем-то своем.

Над их головами мигнула лампочка, на мгновение привлекая общее внимание. После этого один из мужиков глянул на часы, нахмурился и с тихим кряхтением поднялся с продавленного старого дивана.

– Ладно, пошел я, – со вздохом сообщил он, протягивая руку для рукопожатия сначала одному соседу, потом второму. – Серег, ты не переживай так, – добавил он, прощаясь с хозяином гаража, – найдется твой пацан, никуда не денется.

Мужчина по имени Сергей только молча кивнул, одновременно и благодаря за поддержку, и прощаясь до завтра, и передавая привет жене уходящего домой приятеля. Больше никто уходить не торопился.

В карьере царила темнота: и без того редкие фонари горели через один, луна пряталась за теми же тяжелыми тучами, за которыми весь день пропадало солнце. Снег еще толком не выпал, шагать по подмерзшей грязи под ногами приходилось почти наугад. Мужчину это не смущало, поскольку дорогу он знал хорошо, а грязи его сапоги не боялись.

Поднявшись по крутой и становившейся очень длинной после водки лестнице, он оказался в более цивилизованной части городка: маленькая заправка хоть и была уже закрыта, но освещалась хорошо, да и фонарей тут становилось больше, и горели они ярче. Мужчина достал из кармана пачку сигарет, закурил и медленно побрел к дому по абсолютно пустым и очень тихим улицам.

Он как раз шел через небольшую лесополосу по узкой тропинке, которая вела от карьера к старой гостинице мимо другого блока гаражей, когда ему показалось, что впереди метнулась какая-то тень. Мужчина остановился, решив, что это крупная собака. Человек бы вряд ли так перебегал от дерева к дереву поперек дороги, а эти дьявольские твари могли вести себя как угодно.

Собак он боялся с детства. С тех самых пор, как на него напала стихийно образовавшаяся стая. Гнались за ним тогда четыре крупных пса, страшно лая и скаля зубы. Покусать успел только один, пока собак не прогнал случайный прохожий. Причин инцидента он, конечно, уже не помнил, но собак с тех пор не любил и боялся.

Мужчина пошарил взглядом по земле в поисках палки или камня, однако ничего такого не нашлось. Ни лая, ни сопения, ни шорохов впереди больше слышно не было, никакие тени не шевелились, поэтому он в конце концов решил, что собака ушла или вовсе ему показалась. Мужчина пошел дальше, но взглядом машинально продолжал искать подходящее оружие и, заметив на земле достаточно толстую обломанную ветку средней длины, все же подобрал ее. На всякий случай.

В гостинице светилось всего с десяток окон, а он еще помнил времена, когда для работы в научном центре отовсюду съезжались разные специалисты, а порой делегаций было так много, что в гостинице не хватало мест, и людей размещали у себя сотрудники института. В его семье такого не было, они никогда не имели отношения к научной элите городка, но одноклассники рассказывали об этом на переменах.

Сейчас же городок медленно, но верно умирал вместе с самим институтом, но никто не желал этого замечать и не стремился найти другие источники кровоснабжения. Как будто всех все устраивало.

Его и самого все устраивало. Зарплату, конечно, хотелось бы побольше, а кому не хотелось бы? А в остальном ему нравилась жизнь в ЗАТО: тихо, спокойно, все свои. Магазинов хоть и нет почти, но все самое важное в них купить можно, а развлечений новомодных он все равно не понимал и не мог себе позволить. Кино лучше дома на диване посмотреть, с мужиками за бутылочкой в гараже посидеть, а не в баре, так дешевле. Школа детям есть, парикмахерская постричься тоже есть, а что еще честному человеку надо?

Зато домой в любое время можно возвращаться, не боясь нарваться на неприятности. И за детей не переживать. Хотя вот Серегин-то пацан то ли потерялся, то ли сбежал…

Эти мысли опять прервал мигнувший фонарь. Возможно, мужчина и не заметил бы, если бы сразу после этого не мигнул следующий фонарь, а потом, через равные промежутки времени, третий и четвертый. Словно волна прокатилась по всей улице. Такого раньше не случалось, поэтому мужчина снова остановился, с любопытством уставившись на фонари и пытаясь понять, не показалось ли ему.

Волна тем временем дошла до конца улицы, а потом повернулась обратно, к нему. Сердце отчего-то болезненно ухнуло о ребра, хотя ничего такого не происходило. Подумаешь, свет мигает.

Очередь дошла до соседнего фонаря, и он на секунду погас, а когда зажегся снова, темнота под ним словно частично забыла раствориться. Бесформенная тень осталась стоять прямо под лучами холодного искусственного света.

Мужчина вздрогнул и моргнул, словно пытался развеять наваждение, но то развеваться не пожелало. Тем временем погас фонарь над ним и зажигаться не торопился. Мужчина тяжело сглотнул, чувствуя, как немеют шея и спина под чьим-то пристальным взглядом. Кто-то или что-то стояло прямо за ним.

Он резко дернулся в сторону и обернулся, стараясь одновременно и посмотреть на того, кто стоял сзади, и не выпускать из вида темный сгусток под соседним фонарем. Руку с палкой он инстинктивно выставил перед собой.

Фонарь так и не зажегся, словно мигание что-то испортило в нем, но даже в полумраке мужчина увидел перед собой еще один, такой же бесформенный сгусток темноты, похожий на оторвавшуюся от земли человеческую тень. Однажды что-то подобное он видел в каком-то фильме, который показывали вечером по телевизору.

– Не подходи, – испуганно прорычал мужчина, окончательно трезвея.

Ближняя к нему тень не шевелилась, не пыталась приблизиться, зато вторая отделилась от горящего фонаря и поплыла к нему.

– Не подходи, говорю! – истерично выкрикнул мужчина и махнул перед собой палкой, как мечом.

Тень нерешительно замерла на полпути.

А потом все фонари на улице вдруг разом погасли, и стало так темно, что бесформенные сгустки потерялись в этой темноте. Мужчина испуганно швырнул палку наугад в то место, где до этого он видел приближающуюся к нему тень, и бросился бежать.

Глава 1

19 декабря 2014 года, 9.34

ул. Героев Панфиловцев, г. Москва

В этом году зима вела себе очень нерешительно: уже миновала первая половина декабря, а температура воздуха все еще балансировала в районе нуля, часто поднимаясь на несколько градусов выше. В результате тот небольшой слой снега, что все же успевал выпасть, тут же таял. На улице было довольно сухо, поэтому утренние пробежки по-прежнему не причиняли дискомфорта, из-за чего Войтех порой задерживался дольше, чем рассчитывал.

Вот и сегодня он пробежал пару лишних километров, наслаждаясь условной свежестью утреннего московского воздуха. Только мысль о том, что дома сейчас еще лучше, заставила его вернуться. Когда он выходил на пробежку, улицы еще оставались погружены в серый сумрак, а когда возвращался, робкие лучи солнца уже обещали ясный и приятный день.

Как обычно поднявшись на восьмой этаж по лестнице, Войтех перевел дыхание и осторожно вошел в квартиру. Стараясь не шуметь, он сразу скользнул в ванную комнату, чтобы принять душ. Несмотря на все его усилия, когда он добрался до кухни, чтобы приготовить кофе, Саша уже была там. И как всегда по утрам, когда она приезжала к нему в Москву, на ней не было ничего, кроме его домашней рубашки, которая едва прикрывала самое необходимое. Несколько месяцев назад, когда между ними наконец состоялся разговор, призванный расставить все точки над «i» в их отношениях, Войтех в шутку пугал ее тем, что храпит, разбрасывает повсюду носки и ходит по квартире голым. Видимо, его слова она восприняла буквально и решила возглавить безобразие.

Спутанные волосы, темной волной рассыпавшиеся по плечам, выдавали, что проснулась она недавно. Однако уже успела разгромить его кухню: небрежно открытый пакет с кофе лежал на столе, а часть кофейных зерен валялась на полу.

– Черт, ты слишком быстро моешься, – виновато улыбнулась Саша, заметив его на пороге. – Я не успела спрятать следы преступления своих кривых ручонок.

– Я старался сделать это быстро, чтобы не разбудить тебя шумом воды, – пояснил Войтех, доставая веник. – Похоже, это мне все равно не удалось. Никогда не задумывался о том, какая тут слышимость, пока жил один. – Когда зерен на полу не осталось, он приблизился к Саше и быстро поцеловал в губы. – Садись вместе со своими кривыми ручонками за стол, я займусь кофе.

Уговаривать ее не пришлось. Она с удовольствием уселась на небольшой диванчик у окна, подобрав под себя ноги. Во-первых, стоять босиком на холодном полу было не слишком приятно, а во-вторых, ей нравилось наблюдать за тем, как Войтех готовит им обоим завтрак.

Прошло вот уже почти три месяца с тех пор, как они начали встречаться, но так и продолжали жить на два города, приезжая друг к другу лишь на выходные. Если, конечно, Войтех не уезжал в какую-нибудь командировку, как это случилось на прошлой неделе. Они не виделись уже больше десяти дней, поэтому Саша не выдержала и взяла лишний выходной, чтобы приехать к нему вечером в четверг, а не в пятницу, как собиралась сначала. За это ей придется отрабатывать первого января, но ее это не пугало. Напиваться в новогоднюю ночь она не планировала, потому спокойно могла выйти на дежурство утром.

– Чем займемся в выходные? – поинтересовалась она, лениво наблюдая за тем, как Войтех ловко управляется с кофеваркой и продуктами из холодильника, которые должны были стать их завтраком.

Он пожал плечами. Несколько недель назад они решили, что двадцать третьего декабря полетят в Прагу встречать Рождество с его семьей. Это событие само по себе значило так много, что Войтех пребывал в напряжении с того дня, когда они договорились о поездке.

Все развивалось слишком стремительно, а он отвык от подобного. Он отвык даже от отношений, которые длились бы дольше трех недель. Последним столь серьезным увлечением стала для него школьная любовь, на которой он собирался жениться сразу после военной академии. С тех пор прошло больше десяти лет, и все это время женщины играли в его жизни далеко не самую главную роль. До тех пор, пока не появилась Саша. Их флирт затянулся на пару лет, и только в октябре, между первым и вторым актом рок-оперы, написанной его братом, они изменили статус своих отношений. Войтех хотел этого. Хотел давно. Но потом вдруг оказалось, что он не совсем понимает, что делать дальше, как себя вести. Чего Саша ждет от него? Каким она его себе представляла и каким хочет видеть?

– Можно посмотреть, как к праздникам готовится Москва, чтобы потом было с чем сравнивать в Праге, – предложил он.

– Договорились. – Саша ответила так быстро, что сразу стало понятно: ей вообще все равно, чем заниматься в его компании. Она с одинаковым удовольствием гуляла бы по Москве или не выходила из квартиры. Лишь когда он поставил перед ней чашку с кофе и сам сел рядом, она добавила: – По правде говоря, я страшно волнуюсь перед знакомством с твоими родителями, поэтому мне надо отвлечься хоть на что-нибудь. Я никогда в жизни этого не делала, представляешь? Надо было тебе нас познакомить, пока мы были друзьями, тогда было бы проще.

– Уверен, мои родители будут относиться к тебе лучше, чем твои ко мне, – хмыкнул Войтех. – Моя мама – очень спокойный человек, она со всеми ладит. А мой отец – очень сдержанный. Даже если ты ему вдруг по какой-то невероятной причине не понравишься, ты об этом не узнаешь. Самый сложный в нашей семье Карел, но вы уже знакомы. И прекрасно ладите, как я понимаю.

– О, так мне повезло первым делом завоевать расположение самого сложного члена семьи Дворжаков, – рассмеялась Саша, игнорируя его замечание о ее родителях. Войтех был прав, они от него в восторг не пришли. Точнее, от того, что она ради него ушла от мужа. Сама она могла оправдывать свой поступок чем угодно, но со стороны это выглядело именно так. И если мама готова была принять любой ее выбор, то отец категорично заявил, что «ноги этого чеха в его доме не будет». – Надеюсь, он не злится на нас за то, что мы сбежали с его премьеры.

– Мой брат возвел эгоизм в ранг личной религии. А обиду он считает самым глупым чувством из всех существующих. Поверь, когда мы разговаривали с ним на следующий после премьеры день, тот факт, что мы не досмотрели рок-оперу, волновал его меньше всего.

– Могу себе представить, – усмехнулась Саша, закидывая в рот последний кусочек тоста и запивая его большим глотком кофе. – Все же он у тебя классный, хоть сначала мне и не нравился. Ну ладно, – она поднялась из-за стола, – тогда я в душ – и можно собираться гулять.

Войтех проводил ее взглядом, пока она не скрылась за дверью ванной, потом подлил себе кофе и вернулся в комнату, чтобы успеть проверить рабочую почту, пока Саши нет.

Одним из явных неудобств новой жизни стала необходимость постоянно блокировать ноутбук. Войтеху не хотелось, чтобы Саша случайно увидела на экране кусочек письма от Директора ЗАО «Прогрессивные технологии», на которого он тайно работал. Зная ее природное любопытство, он подозревал, что она не устоит перед соблазном сунуть нос дальше. Раскрывать ей, что его хобби по расследованию аномальных явлений на самом деле хорошо оплачиваемая работа, он пока не планировал. По очень многим причинам.

Он как в воду глядел: в почте его ждало новое письмо от Директора. Хуже того, едва ноутбук оправился от спящего режима и загрузил Скайп, без предупреждения пошел входящий вызов, на который Войтеху пришлось ответить. Объяснять Директору его изменившиеся отношения с Сашей и возникшие в связи с этим риски ему тоже не хотелось. Интуиция подсказывала ему, что добром это не кончится. А его интуиция редко ошибалась.

Саша, может быть, и сунула бы свой нос куда-нибудь дальше, если бы вообще была способна в данный момент что-то замечать. Она вовсю наслаждалась изменившимися обстоятельствами, ничуть, в отличие от Войтеха, не задумываясь о том, какой он хочет ее видеть и чего ждет от их отношений. И хоть она определенно хотела бы находиться рядом с ним все время, а не только по выходным, ей даже нравились эти поездки друг к другу. Было в них что-то необычно романтичное, хотя, конечно, в скором будущем она планировала ситуацию изменить и даже была не против переехать ради этого в Москву, если придется. На Войтеха не давила, понимая, что ему необходимо время. Иначе разве затянулась бы их «дружба» на такой долгий срок?

Приняв душ и замотавшись в большое полотенце, Саша даже не подумала спрятать обратно в шкафчик под раковиной все свои шампуни, бальзамы и лосьоны, куда их обычно убирал Войтех, посадив ее на Сапсан. Ей нравилось разводить небольшой бардак в его квартире, а затем, возвращаясь через несколько недель, видеть, что он снова навел порядок. В этом тоже было что-то романтичное.

Войтеха на кухне уже не было. Видимо, он закончил завтракать и занялся какими-то делами в единственной комнате. Обычно он при этом включал телевизор, но сегодня почему-то этого не сделал. Саша подошла к двери в комнату и лишь тогда услышала его тихий вкрадчивый голос:

– Я все понял, мы займемся этим.

Она остановилась, решив, что он разговаривает по телефону, и не желая мешать, однако тут же услышала и голос его собеседника:

– Я на вас рассчитываю.

Сразу после этого раздался звук законченного разговора в Скайпе.

– С кем болтал? – поинтересовалась она, входя в комнату и одновременно вытирая волосы маленьким полотенцем.

От неожиданности Войтех так резко захлопнул крышку ноутбука, что даже сам запереживал за сохранность экрана. Он тут же встал из-за стола и улыбнулся Саше, надеясь, что она не обратит внимания на его нервное движение.

– Ни с кем. То есть… Ты его все равно не знаешь.

Маневр ему удался.

– Я так и подумала, что это что-то по работе, поэтому не стала мешать. – Саша опустила полотенце, которым вытирала волосы, и со вздохом вытянула над головой одну намертво спутавшуюся кудряшку: малейшая смена воды – и этот ужас не расчесать. – Мне нужно примерно полчаса, и я буду готова.

Войтех бросил быстрый взгляд на ноутбук, потом подошел к Саше ближе и провел рукой по волосам, на которые она безмолвно жаловалась.

– Не торопись. Кажется, я нашел способ провести эти несколько дней перед поездкой в Прагу более захватывающим образом. Ты же хотела отвлечься. Но мне нужно время связаться с Сидоровыми и Невом и купить билеты на поезд.

Саша замерла, удивленно глядя на него и гадая, когда он успел отыскать для них новое расследование, ведь речь наверняка шла о нем, раз ему понадобились Сидоровы и Нев. Еще двадцать минут назад, когда они закончили завтрак и она ушла в душ, не было ни намека на то, что у него есть какие-то задумки. Разве что она ошиблась, и этот звонок по Скайпу был не с работы.

– Новое расследование? – уточнила она.

– Возможно, расследование – это слишком громко сказано, – Войтех беззаботно пожал плечами. – Так, проверим один слух из Интернета. Скорее всего, пустышка. Но все же немного интереснее, чем толкаться в переполненном центре Москвы. И здесь не далеко. Тверская область.

– Здорово! – Саша расплылась в довольной улыбке и едва удержалась от того, чтобы хлопнуть в ладоши. Их поездки она не переставала любить, что бы с ними ни случалось. – Что за слух?

19 декабря 2014 года, 19.04

Центральная проходная, ЗАТО «Научный городок»

Тверская область

– По этому я не могу оформить пропуск, – безапелляционно заявила полная женщина в окошке и выбросила чешский паспорт Войтеха вместе с видом на жительство обратно через ячейку. Остальные паспорта она оставила при себе и, взяв из стопки маленькую бумажку, начала старательно переписывать данные, сверяясь с заполненной вручную заявкой.

Войтех удивленно приподнял брови и посмотрел на мужчину, который его сопровождал. Каким образом Директор нашел этого человека и договорился с ним, он не представлял, но мужчина сорока с небольшим лет являлся жителем закрытого Научного городка, в который они приехали, а потому мог оформить им доступ на территорию. Однако сейчас он только пожал плечами.

– Простите, а что не так с моими документами? – вежливо поинтересовался Войтех у женщины, которая пряталась за внушительным – вероятно, бронированным, – стеклом.

– Так вы ж не гражданин, – ответила она с таким видом, словно он спросил, почему зимой в России выпадает снег.

– Но я уже… девять лет живу тут, – заметил Войтех. – У меня официальная регистрация в Москве. Я здесь учился, – добавил он, видя, что женщина никак не реагирует, только старательно переписывает имена его спутников с бланка заявки в бланк пропуска. – Я здесь работаю. Я в космос летал по вашей космической программе. Меня пускали даже в Звездный городок, – это был его последний аргумент.

Женщина подняла на него томный взгляд, давая ему понять всю его ничтожность.

– Что мне с того-то? В Звездный и езжайте, если у вас там пропуск есть. А к нам свой пропуск надо заказывать.

Войтех глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

– И как его заказать? – все так же вежливо поинтересовался он.

– Ну как… Это вам на второй этаж, в двести пятый. Только там сейчас уже никого нет. В понедельник с десяти.

– Но мне надо сегодня, – возразил Войтех и кивнул на почти выписанный ею пропуск. – Все, с кем я приехал, пройдут на территорию сегодня.

Женщина снова посмотрела на него, как на умственно отсталого.

– Мужчина, я-то что могу для вас сделать? Надо в двести пятый подавать заявку. Они сделают запрос в ФСБ. Минимум за месяц надо было это сделать. Лучше за три. За месяц не всегда успевают.

– Простите, какой запрос они подадут в ФСБ? – не понял Войтех. – О чем?

Женщина моргнула. По выражению ее лица он понял, что этот вопрос никто и никогда до него не озвучивал. Да и сама сотрудница бюро пропусков никогда о нем не задумывалась.

– Откуда я знаю? – через минуту раздраженно выдала она. – Может, вы террорист.

– Если в ФСБ об этом знают, почему они меня до сих пор не арестовали?

Женщина снова «зависла», и Войтех уже начал жалеть, что задал этот вопрос. В бланке пропуска закончились строчки, а Сашино имя так и не было в него вписано. Войтех забеспокоился, что из-за его вопросов не пустят и ее. Их проводник тоже заметно заволновался и ткнул его локтем в бок.

– Ладно-ладно, мы поняли. Выписывайте какие можете, – сказал он, бросив осуждающий взгляд на Войтеха.

Когда вторая бумажка тоже была заполнена и все печати аккуратно легли на маленькие синие листочки, они забрали документы и вышли на улицу, где к тому моменту уже совсем стемнело и пошел мокрый снег. Там возле входа их ждали замерзшие Сидоровы, Женя и Саша: в бюро пропусков им пришлось отстоять небольшую очередь.

Заметив их, те мгновенно оживились: Лиля перестала обнимать себя руками и перепрыгивать с одной ноги на другую, ежесекундно рискуя сломать тонкие каблуки сапог, Саша и Женя выбросили в урну недокуренные сигареты, а Ваня стащил с головы капюшон.

– Ну что, едем наконец? – громко спросил он, поскольку Войтех и мужчина, назвавшийся Даниилом, еще не успели к ним подойти.

– Вы-то можете, – мрачно сообщил Войтех. – А мне пропуск не выписали.

– Почему? – не поняла Лиля.

– Потому что он не гражданин, – хмыкнул Даниил. – С негражданами у нас сложнее. Я и не знал… Не приходилось как-то раньше… Вот…

– И что теперь делать? – испуганно поинтересовалась Саша, глядя на Войтеха. Без него вся затея не будет иметь смысла. Да и не поедут они сами, он всегда был их лидером. Собственно, если бы почти три года назад он не нашел их на одном форуме, они бы никогда в жизни не познакомились и не стали заниматься изучением всяких таинственных вещей.

– Что делать, что делать, – передразнил Ваня. – В багажник закинем, шмотками какими прикидаем – и всего делов. Что они, обыскивать машину будут?

Войтех одарил Ваню выразительным взглядом, но промолчал. Что-то в выражении его лица выдавало готовность и к такому варианту. Однако Даниил, хмурясь, посмотрел на часы, а потом достал мобильник и набрал какой-то номер. После короткого разговора он махнул рукой в сторону стоянки и тоже полез в карман за пачкой сигарет.

– Ща электричка должна подойти, – глубокомысленно изрек он по пути. – Подождем.

Зачем им ждать электричку, никто не понял, но за Даниилом все послушно последовали. Он довел их до машины, по пути закурив, и остановился, ничего не объясняя. В это время на стоянке никого, кроме них, уже не было.

– Может быть, пока мы… хм… ждем, вы расскажете нам подробнее, что видели? – предложил Войтех.

– Да что там рассказывать? – пожал плечами Даниил, носком ботинка пиная колесо своего Рено Логан.

– Вы же видели этих… теней? – подсказал Войтех.

Даниил кивнул и глубоко затянулся. Рука его при этом мелко задрожала.

– Из гаражей я шел, – сообщил он, ни на кого не глядя. – Тогда и видел.

– И сколько их было? – с заметным интересом спросила Саша. Перспектива молча ждать электричку неизвестное время ее не очень радовала, поэтому она с удовольствием ухватилась за возможность узнать что-нибудь из первых рук, поскольку информации у них почти не было. Войтех в Интернете нашел лишь несколько упоминаний о том, что примерно неделю назад жители закрытого Научного городка начали видеть странные тени. Рядом с ними при этом не было никаких предметов, которые могли бы их отбрасывать.