Тихие шаги
- -
- 100%
- +
– Откуда это?
Горничные, как раз менявшие постельное белье, переглянулись и дружно пожали плечами.
– Кажется, из кровати выпало, – отозвалась та, что говорила по-русски лучше.
Юля нахмурилась, подошла и подняла камень с пола. Он был плоским, гладким, почти черным. Хотя, скорее, правильнее назвать его цвет антрацитовым. По форме – близок к овалу. Камень прекрасно помещался на ладони и даже в кулаке, и когда Юля сжала пальцы, ощущение что-то смутно ей напомнило. Однако она не смогла вспомнить, что именно.
– Что-то нужное или выбросить? – поинтересовалась все та же горничная.
– Пусть пока здесь полежит, – неожиданно для себя ответила Юля, оставляя находку на комоде.
Может, это Влад притащил с какой-то пробежки? Он, конечно, давно вышел из того возраста, когда мальчики тащат в дом все красивые камушки, но мало ли? Вдруг это что-то нужное?
Дальше все пошло своим чередом. Запланированные на день дела перемежались внезапно возникающими проблемами.
– У меня в последнюю ночь кто-то словно прямо рядом с кроватью бродил! – жаловалась покидающая гостиницу девушка. – Я несколько раз вставала и даже свет включала, чтобы убедиться, что в номере нет посторонних! Это что вообще такое?
Услышав ее слова краем уха, Юля задержалась у стойки администратора, чувствуя легкую тревогу. Первое время, когда гостиница еще не работала, она и сама постоянно слышала здесь чьи-то шаги. То кто-то как будто проходил мимо ее комнаты, хотя вроде как некому, то в номере наверху по полу скрежетала мебель и даже раздавались хлопки дверей. Они тогда проверяли гостиницу сверху донизу, но ни разу никого не нашли. Потом необъяснимые звуки пропали, а Юля успокоилась, но сейчас, услышав жалобы девушки, снова напряглась.
– За такие неудобства вы должны нам хорошую скидку! Или хотя бы оплатить такси до дома.
От сердца сразу отлегло. Похоже, девушка просто решила поторговаться. Есть такая категория клиентов – постоянно чем-то нарочито недовольных в надежде, что им снизят оплату или добавят к проживанию какой-нибудь бонус. Юля понимала, что любые конфликтные ситуации лучше сразу гасить подобными сделками, но знала и то, что поощрять потребительский экстремизм не стоит.
Они с Настей, дневным администратором, проверили: ни в соседних номерах, ни в номере сверху никто не жил, в том числе и минувшей ночью. Гостиница все еще не могла похвастаться полной загрузкой, особенно в будни, поэтому гостей специально селили в шахматном порядке, чтобы избежать лишних неудобств. О чем они и сообщили недовольной девушке.
– А вам тоже мешали звуки из соседних номеров? – с улыбкой уточнила Юля у мужчины, который терпеливо дожидался разрешения ситуации в нескольких шагах от стойки.
Он нехотя приблизился и честно мотнул головой.
– Я спал как убитый. Ничего не слышал. Просыпался, только когда Уля включала свет.
Не получив его поддержки, Ульяна бросила скандалить, гневно развернулась и пошла прочь, ни с кем не попрощавшись. Ее спутник послал им извиняющуюся улыбку, поблагодарил за прекрасный отдых и попрощался за двоих.
Потом пара постояльцев не съехала вовремя, сильно перебрав накануне с алкоголем, и даже после обращения администратора не торопилась покидать номер. Пришлось припугнуть их необходимостью оплатить следующие сутки пребывания, раз они решили остаться. Гости на это, конечно, возмутились и платить отказались, сославшись на то, что бронировали номер до этого дня, а не до какого-то конкретного времени, и с выездом по-прежнему не торопились. Пришлось пригрозить вызовом полиции и взысканием оплаты через суд, после чего ребята ускорились и все-таки согласились доплатить за поздний выезд – половину от стоимости новых суток.
Хватало и других проблем, более или менее крупных, поэтому утренняя находка быстро вылетела у Юли из головы, и она забыла спросить Влада про камень. Сам он тоже ничего не сказал, хотя мог, если бы увидел, что камень нашелся. Но в прошлый раз муж даже исчезновение целой шкатулки заметил только к концу дня, хотя Юля обнаружила это еще утром. А тут какой-то крошечный камешек…
Пообедать она в который раз толком не успела. Они с Владом долго не могли состыковаться, чтобы отправиться в гостиничный ресторан, а едва Юля доела суп, ей позвонила Настя и сообщила, что на собеседование приехал кандидат на должность ночного администратора.
– Да пусть подождет, – нахмурился Влад, когда она подорвалась с места. – Он сам приехал на четверть часа раньше. Ты не обязана к нему бежать. Пусть ему пока нальют кофе.
– Нет уж, мне он нужен больше, чем я ему! – Юля выразительно округлила глаза. – Рома, конечно, нас очень выручает, работая каждую ночь, но с таким графиком он скоро слетит с катушек. Я не должна упустить этого парня, если он хотя бы немного годится!
Влад неодобрительно покачал головой, но спорить не стал. Знал, что с наймом ночного персонала много проблем. Один администратор уволился, когда в его смену неизвестный убил охранника и гостью, разорвав обоим горло, а пришедшую на его место девушку вскоре арестовала полиция за два убийства и одно покушение на убийство. Она потом погибла прямо в допросной комнате при невыясненных пока обстоятельствах. Новые кандидаты на фоне этих историй не выстраивались в очередь, невзирая на зарплату гораздо выше средней для такой работы.
Пришедшему на собеседование парню оказалось двадцать четыре года. По паспорту Даниил, но сразу попросил называть себя Данилой. Крепкий шатен со слегка вьющимися волосами, пухлыми губами и весьма симпатичным лицом, он имел за плечами образование какого-то невнятного колледжа, никак не связанного ни с туризмом, ни с гостиничным бизнесом, ни даже просто со сферой услуг. Зато среди прочих его работ значилась должность администратора в фитнес-клубе. Не совсем то же самое, но достаточно близко, решила для себя Юля. Общался он вполне адекватно, демонстрировал готовность быстро всему научиться. К тому же парень оказался приезжим, а потому, вероятно, ничего не знал о судьбе предшественников.
– Скажите, а вы комнату сотрудникам не предоставляете? – поинтересовался он, когда стало понятно, что они в целом довольны друг другом. – Я еще не смотрел цены на съем в Шелково…
В закрытой части здания, предназначенной для персонала, сейчас пустовала только одна комната, где сотрудники при необходимости могли переночевать или отдохнуть, принять душ или переодеться. Должно было бы быть две, но Влад настаивал на том, чтобы его водитель-телохранитель Игорь, некогда служивший ему еще и поводырем, оставался пока на озере с ними, а потому вторая комната была занята им.
Но Юля все равно не видела проблемы: несколько дней назад Влад заговорил о том, чтобы снять поблизости дом и переехать туда, и она сразу согласилась. Во-первых, чувствовала, что от жизни на работе начинает потихоньку ехать крыша. А во-вторых, вдвоем с мужем в одном номере им было тесно. Все-таки оба привыкли к другому пространству: долгое время прожили в двухуровневой квартире Влада в Москве.
Так что скоро освободится по меньше мере одна, а то и сразу две комнаты, если Влад захочет забрать Игоря с собой.
– Да, конечно, – заверила Юля Даниила. – У нас есть комнаты для персонала и общая кухня, вы также сможете пользоваться услугами прачечной.
– Супер! – обрадовался тот. – Тогда я весь ваш, если подхожу вам. Готов начать хоть сегодня. Только за вещами съезжу.
– Прекрасно! Обрадую Романа, что у него наконец появился сменщик. Но сегодня жду вас на месте к пяти, чтобы показать, как что работает. Плюс понаблюдаете за работой Насти. Ночью нагрузка, конечно, совсем не такая, бывает, что никому ничего не нужно, а вечером я подстрахую.
На том и разошлись. Данила отправился куда-то за вещами, а радостная Юля подошла к Насте: попросила связаться с Романом и предупредила о необходимости помочь сегодня с обучением новенького.
– Конечно, Юлия Андреевна, все сделаем. Вас мужчина ожидает. Сказал, что не срочно, поэтому я не стала отвлекать.
Она деликатно указала рукой на стоящий у стены диванчик, и Юля, одернув жакет, повернулась к нему с дежурной деловой улыбкой, слегка волнуясь. Незапланированные посетители в последнее время вызывали у нее тревогу: слишком уж часто гостем оказывался полицейский с подозрениями и обвинениями в ее адрес.
Однако в этот раз на диванчике дожидался не Карпатский. Стоило предположить это сразу: майор, почему-то отчаянно ее недолюбливающий, не стал бы ждать, пока она освободится.
При виде вставшего ей навстречу мужчины у Юли екнуло сердце. Она заволновалась даже сильнее, чем от возможного визита полиции, пока он, неловко улыбаясь, приближался к ней. Ему не было еще сорока пяти, но выглядел он старше: ему можно было дать все пятьдесят.
– Привет, Юлька, – поздоровался он так же неловко, как и улыбался. – Узнала?
Она кивнула, чувствуя, как в горле встает ком, а глаза заволакивает мутной пеленой, и отозвалась тихо и хрипло:
– Привет, пап. Ты какими судьбами?
Глава 4
18 июня, пятница
г. Шелково
Андрею Соболеву показалось, что запах он почувствовал еще до того, как лифт открылся, выпуская его на этаж. Дверь, обычно закрывающая доступ в общий коридор, была распахнута и чем-то подперта, окно – открыто, но это не очень помогало. В носу сразу защекотало, желудок заволновался.
Ему, конечно, и раньше доводилось сталкиваться с залежавшимися трупами, но к такому просто невозможно привыкнуть.
С запахом разлагающегося тела смешивался сигаретный дым: им тянуло из-за двери на лестницу. Оттуда также доносились приглушенные мужские голоса. В общем коридоре, заставленном велосипедами, самокатами и детскими колясками, топтался молодой участковый весьма нездорового вида, что можно было понять: Соболеву тоже уже было нехорошо, а он здесь меньше минуты. Участковый сразу узнал его, – им уже доводилось пересекаться, – отнял от лица руку со сложенным платком, которым пытался закрывать нос, поздоровался и тихонько сообщил, кивая на распахнутую дверь одной из квартир:
– Ваши уже там.
Едва войдя в квартиру, Соболев сразу столкнулся с Карпатским. Тот стоял в небольшой прихожей, подпирая плечом стенку и заглядывая в единственную комнату. На лице у него красовалась медицинская маска, но он все равно прижимал поверх нее ладонь, пытаясь защититься от тошнотворной вони.
– О, Слав, привет, – весело поздоровался Соболев, протягивая коллеге руку. – С возвращением.
Карпатский обернулся, пожал протянутую руку и проворчал:
– Словами не передать, как я рад снова быть с вами. Ты маску лучше тоже надень. Не спасает, но все ж полегче.
Он кивнул на небольшую тумбу под висящим на стене зеркалом, на которой лежала вскрытая упаковка. Соболев не стал пренебрегать советом.
– И что тут у нас? – поинтересовался он, тоже заглядывая в комнату, но не переступая порог, как будто за этой воображаемой чертой запах становился еще сильнее.
В небольшом помещении на разобранном диване лежало тело, по поводу которого они все здесь собрались. Логинов уже склонился над ним. С их места было видно только вздувшуюся руку, скорее всего, мужскую, и потемневшую кровь, которой было залито светлое постельное белье.
– Дмитрий Кочергин, двадцать четыре года, судя по документам, приезжий. Со слов хозяина квартиры, заселился три месяца назад. Пока не знаем, приехал ли он в Шелково тогда же или просто переехал в новое жилье, – весьма монотонно принялся перечислять известные факты Карпатский. – Работал предположительно в местном фитнес-центре, тренером. Если, конечно, не соврал хозяину при заселении, это надо будет проверить.
– В фитнес-центре? Том, что на проспекте?
– Не, в том, что ближе к новостройкам.
Соболев понимающе кивнул и предположил:
– Жил один, я так понимаю, и на работе сразу не хватились?
– Очевидно. По словам Димыча, он тут дня четыре лежит. Пока соседи почувствовали запах, пока вызвали участкового, пока тот связался с хозяином… Дверь оказалась заперта изнутри на щеколду, хотели вызывать МЧС и срезать с петель, но хозяин оперативно организовал мастера по взлому. Все окна, кстати, были закрыты, да и десятый этаж – не добраться в любом случае.
– Так это естественная смерть? – Соболев нахмурился, снова посмотрел на пятна крови и тут же поправился: – Точнее, самоубийство?
– Весьма маловероятно, – отозвался со своего места Логинов, поднимаясь с корточек и оборачиваясь к коллегам. Лицо его тоже закрывала маска, но куда более серьезная, похожая на респиратор. – Подойдите, взгляните на это.
Соболев с Карпатским страдальчески переглянулись, но в комнату все же вошли, чтобы посмотреть поближе. Теперь, когда они увидели тело полностью, версия самоубийства отвалилась сама собой, но Логинов все же проговорил вслух:
– Видите, как рассечена и раскрыта грудная клетка? Самому так не вскрыться, болевой шок убьет раньше.
– А если под наркотой или чем-то подобным? – все же уточнил Соболев, слегка морщась от малоприятного зрелища.
– Даже если, – выразительно хмыкнул Логинов, – он вряд ли смог бы убрать куда-нибудь инструмент, которым это делал, а рядом ничего такого нет.
– То есть версия самоубийства исключается, – резюмировал Карпатский. – Тогда как убийца покинул квартиру?
– Это уже не ко мне вопрос. Мое дело факты зафиксировать, выводы и версии – дело следствия.
– А где оно, кстати? – поинтересовался Соболев.
– На кухне, – едва заметно кивнул в обозначенном направлении Карпатский.
– Кто?
– Кто-кто… Войтович.
Соболев тихо выругался. После отъезда Велесова толковых, пытливых следователей в Шелково почти и не осталось, но среди тех, кто продолжал работать, Войтович был самым печальным вариантом. Мужику оставалось меньше года до пенсии, а он и прежде особым рвением не отличался. Теперь же и вовсе стремился закрывать дела как можно скорее.
Нелестный комментарий сработал почти как заклинание: прежде закрытая дверь в кухню отворилась, из помещения сначала выскользнул совершенно зеленый мужчина лет сорока с небольшим, вероятно, хозяин квартиры, поспешивший выбежать в общий коридор, а за ним – пожилой следователь. Тот с деловым видом убрал в папку какие-то бумаги и посмотрел на оперативников. Выражение лица, как и у них, скрывалось за медицинской маской, но по глазам казалось, что он улыбается.
– Ну что, ребят, я поехал. Вы тут заканчивайте, вывозите тело. В принципе, все понятно. Оформим как самоубийство, ибо других вариантов я не вижу.
Соболев и Карпатский мрачно переглянулись.
– В смысле? – буркнул последний. – Эксперт утверждает, что самому так не вскрыться, да и инструмента рядом с телом нет.
– Квартира была закрыта? – строго уточнил Войтович. И сам ответил: – Была! Как и все окна. А это значит, что никто отсюда после смерти парня не выходил. Значит, когда умер, он был один. Значит, самоубийство. Какие еще могут быть версии?
– Что же он, себя голыми руками разорвал? – пробормотал Соболев, вопросительно глядя на Логинова и как бы прося его подтвердить или опровергнуть это предположение.
– Это физически невозможно, – отозвался тот ровным тоном, выразительно глядя на следователя. – Да и пальцы его не испачканы в крови. Должен быть инструмент.
– Ну, мало ли… – протянул Войтович, недовольно глядя на них. – Дверь же без нас вскрывали. Еще и какие-то левые взломщики. Здесь куча народу успела побывать: участковый, хозяин, может, кто из соседей проскользнул. Любой мог забрать.
– На хрена? – резковато поинтересовался Карпатский.
– Мало ли среди людей клептоманов, которые тащат все подряд! Так, ребят, я что-то не пойму, вам заняться нечем? – Недовольство Войтовича переросло в откровенное раздражение. – Хотите проверять обстоятельства? Проверяйте. Сможете другую версию обосновать – пожалуйста. А я поехал. У меня дел и так по горло.
Сняв с лица маску, он сунул ее в карман весьма заношенного пиджака и торопливо вышел из квартиры.
– Не думал, что скажу это однажды, но я чертовски скучаю по Велесову, – протянул Соболев. – У парня случались сумасшедшие версии, но в откровенной глупости он ни разу замечен не был.
– Это не глупость, – возразил Карпатский. – Это лень и наплевательское отношение к работе.
– Может, оно и так. Ладно, а что твоя интуиция говорит?
Соболев задал вопрос, стараясь выглядеть серьезным, но заметил, как Логинов под маской улыбнулся. Над тем, как Карпатский доверял своей интуиции, порой идя против фактов, все подшучивали. Правда, чаще за спиной коллеги.
Карпатский хмуро посмотрел на обоих и буркнул:
– Говорит, что мы еще хлебнем дерьма с этим делом.
– И тут я с ней полностью согласен, – хмыкнул Соболев. После чего снова переключил внимание на Логинова: – Димыч, что еще можешь сказать? Зачем его так вскрыли? Убийца взял на память что-то из внутренних органов?
– Самое странное, что ничего подобного. Все на месте, ничего не тронуто. На первый взгляд, ничего не добавлено.
– Не добавлено? – переспросил Карпатский удивленно.
– Ну, я вижу две причины для раскрытия грудной клетки: или что-то забрать, или что-то положить. Для убийства достаточно глубокого ранения в той же области.
– Есть еще один вариант, – мрачно заметил Карпатский после недолгого молчания. – Просто посмотреть. Уж не знаю, что там хотел увидеть убийца.
– Как вариант, – согласился Логинов задумчиво. Потом обернулся к телу, скользнул по нему хмурым взглядом. – Похоже, что доступ хотели получить к сердцу. И знаете, что странно?
– Кроме всего того, что мы уже обсудили? – иронично уточнил Соболев.
Логинов кивнул, словно той самой иронии не заметил, и ответил на собственный вопрос:
– Отчасти Войтович прав. Похоже, что грудину раскрывали голыми руками. Не знаю, чем разрезали, это надо края раны подробно изучать, но после того, как ткани рассекли, похоже, что в разрез просто засунули пальцы и потянули в стороны.
– О, господи, – выдохнул Соболев тихо, потирая рукой лоб.
От отвратительного запаха кружилась голова, тошнота все настойчивее подступала к горлу, а каждая новая подробность делала будущее расследование все более и более мерзким.
– Ясно, – чуть сдержаннее отозвался Карпатский. – Мы с Андреем тогда пока пойдем по соседям, может, кто чего видел или слышал. Здесь осматриваться будем, когда тело увезут, иначе невозможно просто. Но пока оно здесь, надо каждый сантиметр сфотографировать. Нам нужно понять, как убийца мог покинуть квартиру.
– Хорошо, – кивнул Логинов, возвращаясь к телу. Но когда Соболев с Карпатским уже собирались выйти в общий коридор, снова окликнул их: – Ребят, что еще хотел добавить. Парень наш хоть и крепыш, но, когда его убивали, совершенно не сопротивлялся. То ли крепко спал и не успел проснуться, то ли его чем-то опоили. Это я смогу сказать после токсикологической экспертизы. Но следов борьбы нет совсем.
Глава 5
18 июня, пятница
г. Москва
Денису Савину показалось, что он едва успел уснуть, прежде чем его разбудил звонок мобильного. Не разлепляя глаз, он на ощупь нашел на прикроватной тумбочке смартфон и поднес к уху, так и не взглянув на экран.
– Алло? – прохрипел сонно.
В динамике раздались только какие-то шорохи и щелчки.
– Говорите, я вас слушаю…
И снова только тихое шипение или что-то вроде того. А потом звонок был сброшен, раздались гудки. Денис все-таки разлепил веки и посмотрел историю вызовов. Последним в списке значился номер, которого не было в его телефонной книге.
– Чертовы спамеры, – проворчал он, бросая смартфон рядом с собой на кровать и переворачиваясь на бок.
Однако слабую надежду на то, что ему удастся снова уснуть, вскоре пришлось оставить. Спать хотелось, как это часто бывало, но мозг уже разгонялся, явственно давая понять, что возвращаться в режим сна не собирается.
Денис со стоном сел на постели и посмотрел на часы, среди прочего измерявшие, как долго ему удалось проспать. Чуть больше пяти часов – не так уж плохо! А если бы не звонок, мог бы спать и дальше. Надо завести привычку ставить телефон на беззвучный режим каждый раз, когда надеешься уснуть.
Он встал, подошел к окну и немного отвел в сторону плотную штору. В комнату хлынул яркий дневной свет и больно ударил по глазам, заставляя вернуть светонепроницаемую ткань на место. Конечно, у нормальных людей день был в разгаре, но Денис уже три года не выбирал, когда уснет. Сегодня, например, удалось сделать это только утром. Но он уже привык и приспособился к этому, хотя до сих пор жалел о том, что из-за чертовой бессонницы пришлось оставить хорошую работу. То, чем он занимался сейчас, позволяло иметь более или менее свободный график и финансово держаться на плаву, но удовлетворения не приносило.
Зевнув, Денис поплелся в ванную комнату, чтобы умыться. Пока чистил зубы, задумчиво смотрел на себя в зеркало, но собственного отражения не видел. В голове всплывали тревожные, местами откровенно пугающие образы, которые вполне могли быть воспоминаниями мучительного кошмара. Прополоскав рот, Денис нахмурился.
Образы донимали его и за завтраком, по времени и объему больше похожему на обед, но, покончив с едой, он усадил себя за письменный стол, разбудил ноутбук и посмотрел, что успел написать за бессонную ночь.
Результат порадовал: была готова новая статья в блог и половина лекции, которую ему предстояло читать всего через несколько дней. Конечно, все требовало хорошей редактуры, в первую очередь статья. Лекцию он все равно будет читать по памяти, а вот позориться ошибками в блоге не хотелось.
Он занялся работой, но она упорно не шла. Вместо текста перед глазами раз за разом появлялась мужская грудь, покрытая черными, местами седыми волосами, рассеченная по вертикали чуть выше солнечного сплетения. Из раны сочилась кровь, которую никто и не думал останавливать, поверх разреза лежал только небольшой камень. Это был не самый пугающий и даже не самый тревожный образ из тех, что крутились в голове, но это Денис видел яснее всего. Прочее… путалось.
Через какое-то время он бросил попытки сосредоточиться на работе и принялся собираться. Ему часто приходилось уезжать куда-нибудь на пару дней, поэтому сумка лежала под рукой, как и дорожный набор гигиенических принадлежностей. Сбор вещей не занял много времени.
Денис вызвал такси и сразу вышел из квартиры, намереваясь дождаться его у подъезда. Погода стояла прекрасная, так почему бы немного не подышать?
Лифт долго не ехал, заставляя нетерпеливо топтаться на площадке, то прогоняя образы из головы, то, наоборот, возвращая их и пытаясь рассмотреть. Когда звуковой сигнал возвестил о прибытии кабины, Денис торопливо повернулся и шагнул к поехавшим в стороны дверям.
Как ему удалось удержаться и не рухнуть в бездну, он сам не понял. Нога уже пересекла порог и была готова наступить на пустоту, а вес тела – последовать за ней, когда слегка затуманенное постоянным недосыпом сознание зафиксировало отсутствие кабины. Свободная рука едва успела зацепиться за стену и удержать его от фатального шага.
Денис шарахнулся назад, чувствуя, как в ужасе колотится сердце. Еще бы! Тринадцатый этаж! Если бы он шагнул вперед и не удержался, со дна шахты его соскребали бы…
Пока он стоял, прижавшись спиной к стене, и пытался выровнять дыхание, дикими глазами таращась на пустую шахту, двери с тихим скрежетом закрылись.
Вот же дрянь какая! Сколько лет живет в этом доме, а такого ни разу не случалось. Он, конечно, слышал, что так бывает, но никогда до конца в это не верил. Особенно в то, что можно вот так шагнуть в пустоту, не заметив, что лифт не доехал.
Справившись с приступом паники, Денис снова подошел к лифту и ткнул в кнопку вызова. Двери сразу разъехались в стороны, лифт даже гудеть не стал, все-таки привозя кабину на нужный этаж.
Потому что она и так стояла на месте. Под потолком тускло светила знакомая лампочка, в зеркале на стене отражалось ошалевшее лицо Дениса. Он осторожно наклонился вперед, заглядывая в кабину, как будто подозревал, что она может исчезнуть, если немного изменить угол зрения. Однако ничего не изменилось.
Снова схватившись рукой за стену, Денис осторожно потрогал кончиком ботинка пол, проверяя его реальность. Тот оказался очень даже настоящим, твердым.
Пока он изучал кабину, время ожидания вышло и двери попытались закрыться, но Денис удержал их. Однако переступить порог все еще не торопился. История с другим лифтом тревожила сознание. Ведь кабины только что не было, он нисколечко в этом не сомневался! Так откуда она взялась? И куда она его повезет? Не в ту ли самую преисподнюю, как утверждается в одной дурацкой городской легенде?
– Да ну его на фиг, – пробормотал Денис себе под нос, повернулся и направился к выходу на лестницу.
Лучше уж пешком дойдет. Целее будет.
Глава 6
18 июня, пятница