Хитрец императора

Глава 1

В далёкой Аквитании правил император, чьё имя стало символом власти, но также и разобщённости. Его замок, окружённый лесами и сияющий золотыми шпилями, был местом роскоши и интриг. Император наслаждался жизнью, построенной на трудах его народа, редко прислушиваясь к их нуждам. Народ Аквитании давно устал от несправедливости. На узких улочках городов и в тихих деревнях начали собираться группы смельчаков, готовых заявить о своём недовольстве. Наконец, тысячи людей устремились к замку. Их намерение было ясно – закончить эпоху жадности и равнодушия. Но перед тем, как буря революции достигла тронного зала, случилось необъяснимое. Император уснул в своём великолепном кресле и больше не мог проснуться. Никакие крики, никакие попытки разбудить его не принесли успеха. Его сон стал загадкой, потрясшей замок и весь народ. Внезапное и загадочное погружение императора в глубокий сон разделило обитателей замка на два лагеря. С одной стороны – придворные, кто видел в этой ситуации возможность занять трон и укрепить свою власть. С другой – верные слуги, которых больше заботила судьба королевства и загадочная болезнь их правителя. В тронном зале собрались советники, придворные чиновники, стражи и даже придворный маг, который должен был хотя бы попытаться объяснить, что произошло. Советник по финансам, известный своей скупостью, первым взял слово:

– Если наш император больше не может править, мы должны выбрать временного правителя. Аквитания нуждается в твёрдой руке, чтобы не допустить хаоса.

– Твёрдая рука? Или твои жадные пальцы? – возразил начальник городской стражи. – Не забывайте, что наш народ уже стоит у стен замка. Что скажем им? Что взамен императора у нас теперь ещё один тиран? – Молчать! – вмешалась главная наставница королевских знаний. – Пока не будет объяснения произошедшего, мы не имеем права делать поспешных выводов. Мы должны разобраться, почему император уснул и что это может значить. В это время придворный маг, старик с длинной белой бородой, поднялся со своего места и внимательно осмотрел императора. Его глаза загорелись лёгким светом, когда он подошёл к трону. Он осторожно прикоснулся к холодной руке императора, и его голос эхом разнёсся по залу:

– Здесь присутствует древняя магия. Сон, в который погружён император, – это не просто усталость или болезнь. Это клятва, наложенная на того, кто отринул свои обязанности и пренебрёг народом. Слух о словах мага быстро распространился среди чиновников и слуг. Кто-то начал шептаться, что это кара богов, другие же видели в этом шанс для себя. Но в народе, собравшемся у замка, проснулся новый интерес. Бунтари остановились, чтобы послушать новости – теперь судьба их императора и королевства связана с их судьбами как никогда раньше. Совет в тронном зале длился несколько часов. Напряжение витало в воздухе, как тяжёлый туман. Придворные с каждым часом становились всё более нетерпеливыми. Финансовый советник, сжимая свои тонкие пальцы, не унимался:

– Если никто не решится взять ответственность, позвольте мне организовать временное правление. Я прекрасно управляю казной, значит, смогу навести порядок в королевстве.

– Управляешь казной? Ты давно делаешь это только в свою пользу! – отрезал начальник городской стражи, повысив голос. – Народ у ворот, и мы не можем позволить себе ошибок. Они уже ненавидят нас за наше равнодушие. Пока зал продолжал наполняться спорами и обвинениями, придворный маг, стоящий у трона, оставался в тишине. Его взгляд был устремлён на спящего императора. Наконец, он прервал шумный спор:

– Придворные и слуги, вы думаете только о троне, а не о спасении императора. Но вспомните слова: эта магия – клятва, отражающая поступки. Если мы не поймём её природы и не исправим корень проблем, то ничего не изменится. Нам нужно время, чтобы найти решение. А пока…

Он обвёл взглядом всех собравшихся и закончил:

– До того как будет найдено объяснение, трон остаётся пустым. Таково моё слово. Его уверенность вызвала недовольство у придворных, но никто не осмелился открыто возразить. В это время в окрестностях замка начались волнения. Народ, осевший лагерем у стен, ждал новостей. Но вместо ответов росли слухи: о предательстве, о божественном наказании, о тайных интригах. Лидеры бунтовщиков, собравшиеся вокруг костра в импровизированном лагере, обсуждали произошедшее. Среди них был Лоран – молодой человек с горящими глазами, который первым заговорил:

– Император спит, но пробудилась магия. Может, это знак? Может, это шанс для нас, для всех людей Аквитании, изменить эту землю?

Старый ремесленник покачал головой, вздыхая:

– Лоран, ты молод, и в твоём сердце много огня, но такие перемены не даются легко. Замок крепок, а придворные хитры.

– Но их мир рушится! – ответил Лоран. – Мы должны найти способ донести свою правду до замка. Пусть они видят, что народ – не враг, а те, кто требует справедливости. Бунтари начали строить план: они решили направить делегацию к замку – людей, которым доверяли крестьяне, ремесленники и даже некоторые солдаты. Их целью было установить диалог, но никто не знал, что это пробудит новые тайны. Всё внимание было приковано к тронному залу, где обсуждения продолжались без конца, наполняя зал эхом голосов, полных тревоги и алчности. В центре всего этого стоял маг, молча наблюдавший за придворными, его взгляд был острым, словно он пытался заглянуть в их самые потаённые мысли. Финансовый советник, как всегда, не упустил момент, чтобы продемонстрировать своё влияние. Он шагнул вперёд, обращаясь к собравшимся: «Нам нужно действовать быстро. Если мы будем терять время в пустых разговорах, народ сожжёт замок дотла. Я могу обеспечить стабильность. Кто ещё способен держать королевство в руках в столь трудный момент?» В ответ раздался громкий смех начальника стражи. Он, сжав кулак, прорычал: «Стабильность? В твоих руках? Мы видели, куда твоя так называемая стабильность привела нас – к страданиям и разрухе! Народ готов сорвать всё дотла из-за таких, как ты.» Маг поднял руку, и зал мгновенно затих. Его голос прозвучал спокойно, но твёрдо: «Эта ситуация – испытание для всех нас, как для народа Аквитании, так и для тех, кто находится в этих стенах. Проблема не решится спорами. Император уснул, потому что его сердце забыло, что значит быть правителем. Если мы не изменим наши действия и не восстановим баланс между властью и добродетелью, сон может стать лишь началом куда большей катастрофы.» Эти слова заставили многих замолчать и задуматься, но алчность некоторых придворных была глубоко укоренена. В это же время у стен замка нарастало напряжение. Толпа крестьян и ремесленников разбивала лагерь, их костры освещали ночное небо. Каждый час приносил новые слухи. Кто-то говорил, что император проклят; кто-то, что он просто отравлен своими придворными. Лоран, лидер одного из отрядов народа, ходил среди лагеря, подбадривая людей.

«Нельзя терять веру, – говорил он тихо, но с уверенностью, которая проникала в сердца слушателей. – Мы должны быть готовы к любому исходу. Если правители замка не поймут, что настало время перемен, мы покажем им это.»

К ночи в лагере родился план. Делегация должна была отправиться к замковым воротам, чтобы требовать встречи с представителями замка. Это была рискованная идея, ведь никто не знал, как придворные отреагируют. Но Лоран, осознавая тяжесть момента, решился возглавить эту группу.

В это время в самом замке началось нечто странное. Маг, оставшись наедине с императором, заметил, как в воздухе вокруг трона что-то изменилось. Он видел тонкие переливы магической энергии, которые собирались в едва заметное мерцание. Старик тихо пробормотал заклинание, пытаясь сосредоточиться на разгадке. Его глаза засветились, и он вдруг понял: магия была связана не только с императором, но и с его народом. Их связь, нарушенная годами несправедливости, требовала восстановления. Возвращаясь в зал, маг почувствовал, что время не терпит, и теперь всё зависит от того, как поступят как люди, собравшиеся у стен, так и те, кто находился внутри. Каждое их действие, каждое слово могли либо разрушить королевство, либо привести его к возрождению. В замке с приходом ночи наступила тревожная тишина. Лишь редкий шёпот раздавался в коридорах: слуги делились друг с другом слухами о спящем императоре. Кто-то говорил, что его сон вызван проклятием, наложенным разгневанным волшебником, который давно исчез из королевства. Другие упоминали старинную легенду о том, что короли Аквитании, если пренебрегали своими обязанностями, могли быть погружены в вечный сон духами земли. В тронном зале собрались советники и ближайшее окружение императора. Их лица были бледны, а глаза выражали неуверенность. В углу, прислонившись к колонне, стоял стражник с обветренным лицом, который внимательно слушал, не участвуя в споре. Наконец, главный казначей громко хлопнул по столу, прерывая очередной перепал между чиновниками.

– Если мы не примем решение, – его голос, пропитанный раздражением, заполнил тишину, – то королевство впадёт в анархию. Народ у ворот, а наши войска недостаточно сильны, чтобы остановить их, если дело дойдёт до штурма.

– И что ты предлагаешь? – презрительно бросила Марселла, начальница придворной охраны. Её голос был твёрдым и холодным. – Назначить временного правителя? А ты уверен, что это не вызовет ещё большего гнева?

Маг, который до сих пор молча наблюдал за происходящим, наконец, заговорил. Его голос был тихим, но каждое слово звучало весомо:

– Вы ищете быстрые решения там, где требуется мудрость. Император спит не просто так. Магия, окутывающая его сон, древнее нашего понимания. И она связана с народом. Пока отношения между правителем и его подданными остаются разорваны, этот сон будет лишь началом. Если мы хотим вернуть короля, нам нужно восстановить баланс. Это не только вопрос власти, это вопрос доверия. Эти слова вызвали неловкое молчание. Некоторые из присутствующих, видимо, впервые задумались о том, что происходящее – не только политическая проблема, но и знак, возможно, чего-то большего. Впереди их ждали тёмные секреты, которые скрывал сам замок, и долгий путь, на котором каждый должен будет сделать выбор. В это время лагерь у стен замка жил своей жизнью. Крестьяне готовили скромный ужин, ремесленники ремонтировали оружие и инструменты, а дети, несмотря на всю серьёзность ситуации, играли, как будто ничего необычного не происходило. Однако всё чаще люди собирались группами у костров, обсуждая планы и делясь историями о былых временах.

– Я помню, – начал старый мельник, его голос дрожал от волнения, – как отец рассказывал мне о королях, которые правили с добротой. Они посещали деревни, говорили с людьми и помогали им. Но с тех пор прошло столько лет, что я уже начал думать, что это были лишь сказки. Лоран, сидя неподалёку, внимательно слушал. Его взгляд был сосредоточен, а лицо серьёзно. Он понимал, что то, что произойдёт в ближайшие дни, станет решающим. Народ нуждался в лидере, который будет говорить от их имени. Он знал, что должен быть тем голосом.

– Мы не пришли сюда разрушать, – сказал он, поднимаясь. Его слова прозвучали громко, перекрывая шёпот. – Мы пришли напомнить, что народ – это сердце Аквитании. Мы не требуем золота или власти. Мы требуем справедливости. Его речь вызвала одобрительный гул. Люди начали верить, что даже в этой сложной ситуации есть надежда. Однако никто не мог предсказать, какие испытания ждут их впереди. В замке, где каждый коридор хранил тайны, и в народе, который был готов на всё ради перемен, события начали переплетаться в единое полотно судьбы Аквитании. Свет от факелов медленно угасал в лагере у стен замка. Ночь была холодной, и, казалось, время застыло, как в ожидании чего-то важного. Лоран, окружённый десятком самых верных соратников, стоял в самом центре. Его голос звучал устало, но в нём по-прежнему была сила, способная вдохновить.

– Если мы будем ждать слишком долго, – сказал он, глядя на костёр, – мы дадим придворным время укрепить свои позиции. Они будут готовиться против нас, чтобы удержать свою власть. Народ ждёт, но ожидание не должно стать слабостью. Старый мельник, сидящий поблизости, поднял голову. Его глаза смотрели на молодого лидера с беспокойством.

– Лоран, тебе есть что терять, – медленно начал он. – Молодость, жизнь. Твоя смелость вдохновляет нас, но не забывай, что в этой борьбе многое зависит не только от сил, но и от разума. Делегация – шаг рискованный, но без него мы останемся в бесконечной тени замка.

– Именно поэтому, – продолжил Лоран, поднимаясь, – я поведу эту делегацию. Мы не принесём войны. Мы принесём истину. Но мы должны быть готовы к тому, что не все придворные поймут её. Слова Лорана наполнили сердца присутствующих надеждой и тревогой. Решение было принято. Небольшая группа из пяти человек, включая Лорана, отправится к воротам замка с утренним солнцем. Но никто не догадывался, что их приближение станет началом новых интриг. В самом замке ночь прошла беспокойно. Придворные, обсуждая план действий, были в растерянности. Маг находился в своём кабинете, изучая старинные манускрипты в попытке понять, как связаны магия сна императора и сама земля Аквитании. Его руки осторожно перелистывали страницы, на которых были указаны символы древнего языка. На рассвете, когда первые лучи солнца проникли через окна тронного зала, в его тишину ворвался звук шагов. Это был начальник стражи, который подошёл к магу с тревожным взглядом.

– Враг у наших стен, – сказал он, его голос звучал глухо. – Но они не выглядят как те, кто хочет войны. Среди них есть те, кто хочет разговора. Маг положил книгу и устремил взгляд на военного. Его лицо оставалось спокойным, но глаза выражали понимание того, что приближение народа – ключевой момент.

– Возможно, это шанс, – ответил маг. – Но если мы не прислушаемся к этим людям, Аквитания может утратить больше, чем трон. Делегация уже подходила к воротам. Лоран шёл впереди, его фигура выделялась на фоне утреннего света. Его сердце билось учащённо, но его лицо оставалось уверенным. Каждое его движение выражало решимость, которая была сильнее страха. Когда они остановились перед массивными воротами, Лоран заговорил. Его голос был спокоен, но твёрд:

– Мы пришли не с оружием, а с правдой. Аквитания устала от несправедливости, и мы хотим говорить о будущем, которое будет лучше для всех. Эти слова эхом отразились внутри замка, достигнув тронного зала, где маг, услышав их, едва заметно улыбнулся. Разговор ещё не начался, но сама идея перемен уже проникла в сердца как народа, так и придворных. Казалось, судьба Аквитании зависела от того, какими будут слова и действия каждой стороны. Делегация у ворот замка стояла в ожидании. Лоран пристально смотрел на стражей, охраняющих массивные ворота. Его уверенная поза выдавала силу лидера, но в глубине души он размышлял над тем, как быстро всё может измениться. Тонкие линии волнения проступали на его лице, едва уловимые для окружающих. Его голос, ровный и уверенный, нарушил молчание:

– Мы пришли говорить. Это не оружие в наших руках, а слова.

Молодой ремесленник рядом с ним, с грубыми руками, покрытыми ожогами от работы, переминался с ноги на ногу, едва удерживая своё терпение. У него был внутренний огонь, но на лице читалось сомнение – он привык решать проблемы молча, через труд. Он осторожно шепнул Лорану:

– Если они нас не услышат, слова не помогут. Ты веришь им?Ты веришь в это? Лоран бросил на него взгляд, полный спокойной уверенности. Слова Лорана звучали как ответ на некий внутренний конфликт ремесленника, но не были прямым поучением – Лоран всегда говорил так, чтобы каждый находил свой собственный смысл. Стражи переглянулись и, наконец, с грохотом начали открывать ворота. Делегация прошла внутрь, осторожно осматривая каждый угол замка. Массивные каменные стены и залы замка встретили их холодом, но не только физическим. Их присутствие ощущалось как нечто нежелательное, почти пугающее для обитателей замка. Один из придворных, высокий мужчина с тонкими чертами лица и глазами, в которых пряталась алчность, приветствовал их с видимой неохотой. Он приложил руку к груди, склоняя голову с фальшивой учтивостью: – Лоран, лидер народа, верно? Как великодушно с вашей стороны прийти без оружия. Надеюсь, вы понимаете, что в замке действуют свои порядки. Слова прозвучали мягко, но за ними скрывался тонкий намёк на угрозу. Лоран внимательно посмотрел на него, не теряя уверенности. Маг, стоящий неподалёку, наблюдал за этой сценой. Его взгляд задержался на каждом из участников делегации, словно он пытался прочитать их души. Это был человек, привыкший видеть больше, чем показывают слова. Его руки оставались сложенными, а его молчание говорило больше, чем многие речи. Во время встречи ремесленник, который вошёл в замок вместе с Лораном, не отводил глаз от декоративных шпилей замка. Его лицо выражало смесь удивления и скрытой боли. Он, возможно, впервые оказался среди такой роскоши, но мысли его были далеко от восхищения. Когда придворный начал говорить о «благородстве правителей Аквитании», ремесленник едва заметно хмыкнул. Этот звук был едва уловим, но Лоран заметил. Он не стал ничего говорить, но его взгляд на товарища был наполнен пониманием. Громкий скрип ворот замка разрезал утреннюю тишину, словно символизируя начало чего-то неизбежного. Делегация, ведомая Лораном, вошла внутрь. Тени, отбрасываемые высокими стенами, будто укутывали их фигуры, добавляя веса каждому шагу. Впереди – узкий коридор, ведущий к тронному залу. Его каменные стены пропитаны историей, полными интриг и тайн, которые чувствовались даже в воздухе. Лоран шагал уверенно, хотя внутри него бурлили вопросы. Ремесленник, следовавший позади, осторожно оглядывался, его взгляд останавливался на деталях: резные колонны, старинные гобелены, на которых изображались сцены славы и триумфа королей прошлых эпох. Лицо ремесленника, обычно суровое и сосредоточенное, выражало смесь любопытства и отчуждения. Этот мир роскоши и величия казался ему чужим, даже враждебным.

– Никогда не думал, что увижу замок изнутри, – тихо произнёс он, будто обращаясь не к кому-то конкретному, а к самому себе.

Лоран повернул голову, заметив едва уловимую грусть в его голосе. Но ответом была лишь короткая, ободряющая улыбка – Лоран часто так общался, не словами, а взглядом, оставляя людям пространство для их мыслей. На встречу делегации вышли несколько придворных, среди которых выделялся тот самый казначей, высокомерный и холодный, с тонкой улыбкой, которая никак не смягчала выражение его лица. Ему было не по себе – напряжение чувствовалось в его слишком громких шагах и слишком прямом взгляде.

– Добро пожаловать в наш замок, – произнёс казначей, голос его был пронизан искусственной учтивостью. – Надеюсь, вы понимаете, что ваше прибытие в столь сложный момент… весьма необычно. Что вы желаете? Лоран выждал несколько мгновений, наблюдая за придворными, словно пытаясь разгадать их намерения. Его ответ был коротким, но ёмким:

– Мы пришли говорить не ради себя, но ради всех тех, кто остаётся за стенами. Народ ждёт перемен, но не разрушения. Мы здесь, чтобы найти путь к справедливости. Слова Лорана вызвали смешанные реакции. Казначей поднял бровь, словно сомневаясь в искренности. Рядом стояла женщина – советница по культуре. Её тонкие пальцы неосознанно двигались по краю мантии, выдавая скрытое беспокойство. Она оставалась молчаливой, но её взгляд был острый и внимательный, словно она пыталась определить, насколько правдивы слова молодого лидера. В это время маг, стоявший у стены тронного зала, наблюдал за сценой с бесстрастным выражением. Ему казалось, что каждое слово и каждое движение – это часть огромной головоломки, связанной не только с судьбой Аквитании, но и с её магической сущностью. По мере того, как диалог становился всё напряжённее, атмосфера внутри замка накалялась. Лоран оставался спокойным, но его соратники, особенно ремесленник, всё чаще переглядывались, пытаясь уловить намёки на то, к чему всё идёт. Каждый шаг в этом разговоре был как ход на шахматной доске, где ставки были слишком высоки, чтобы ошибиться. Словно бы судьба решила проверить их терпение, с дальнего конца коридора раздались шаги. У дверей появился новый персонаж – пожилой служитель, долгие годы работавший в замке. Его лицо, покрытое глубокими морщинами, выражало усталость, но и удивительное достоинство. Он медленно подошёл к магу, но его слова были адресованы всей комнате:

– Может быть, настало время слушать тех, кто молчал слишком долго. Сколько ещё замок будет закрыт от своих людей?

Эти слова, произнесённые тихо, но уверенно, будто сотрясли воздух. Вопрос, повисший в тишине, заставил даже казначея замолчать, а маг осторожно поднял глаза, как будто пытаясь найти ответ не только в словах, но и в людях, стоявших перед ним. Тишина висела в воздухе, наполненная напряжением, словно весь замок замер в ожидании следующего хода. Лоран, наблюдая за каждым, кто был в тронном зале, чувствовал, как скрытые намерения придворных медленно раскрываются, словно бутоны ночных цветов. Его взгляд на казначея был прямым, но не вызывающим; он словно подталкивал того на честный ответ. Маг, стоявший рядом с пожилым служителем, внимательно смотрел на делегатов. Его острый ум ловил каждый момент, каждую мельчайшую деталь в их поведении. Когда Лоран наконец заговорил, слова его были чёткими, но не нападающими:

– Аквитания всегда была известна своим величием и мудростью. Но что значит это величие, если его не ощущают люди? Мы пришли сюда не для того, чтобы уничтожить ваши устои, а для того, чтобы найти способ сделать их крепче. Неужели ваш страх перед народом сильнее заботы о будущем королевства? Казначей нахмурился, его пальцы нервно сжимали медальон на груди. Этот жест выдал его неуверенность, скрытую за внешней маской. У его губ дрогнула тень улыбки, но она была слишком натянутой, чтобы казаться искренней. Советница по культуре, стоявшая в стороне, наконец подала голос. Её слова были мягкими, почти осторожными:

– Справедливость – это то, что мы все желаем. Но слова часто бывают не достаточно сильны. Как мы можем быть уверены, что ваш народ готов к переменам? Аквитания – это не только её замок, но и её история, её традиции.

– История – это не только прошлое, но и то, что мы создаём сейчас, – ответил Лоран, и его голос стал чуть громче. – Народ готов. Возможно, больше, чем вы думаете. Но я вижу, что ваш страх перед переменами сильнее, чем ваша вера в народ. Её лицо едва заметно смягчилось, и она слегка наклонила голову, словно соглашаясь, пусть даже не полностью. Маг, всё это время хранящий молчание, сделал шаг вперёд. Его движения были медленными, словно он нес на себе груз вековой мудрости. Его голос раздался как тихий звон в пустоте:

– Истина часто скрыта не в словах, а в делах. Народ пришёл не разрушать, но напомнить, что королевство состоит не только из камней и золота, но и из людей. Возможно, нам стоит оставить старые страхи и попробовать слушать не только друг друга, но и тех, кто стоит за стенами. Эти слова заставили зал замолчать. Казалось, что они начали проникать глубже, за границы простых обсуждений. Лоран посмотрел на магистра, заметив лёгкую искру уважения в его глазах. Тем временем, в толпе народа, стоящей лагерем у стен, настроение было напряжённым. Каждый разговор у костров напоминал план стратегического собрания. Ремесленники спорили с крестьянами, солдаты обсуждали прошлые битвы, а старейшины делились мудростью. Дети бегали между кострами, их смех был словно напоминание о будущем, которое ещё можно сохранить. Лоран знал, что этот народ, несмотря на свои страхи и боль, готов бороться за то, во что верит. Но был ли готов замок? Это оставалось вопросом. Когда делегация Лорана закончила первую встречу с придворными, маг вдруг предложил неожиданное решение. В его голосе звучала не только мудрость, но и глубокая озабоченность:

– Сон императора – это не просто символ, но и угроза. Если мы не поймём его природы, королевство может оказаться уязвимым. Есть старинная легенда о целебном цветке, который растёт только на северных болотах, вдалеке от Аквитании. Этот цветок обладает магическими свойствами и может помочь понять, что скрыто за сном. Эти слова вызвали лёгкий шёпот среди придворных. Казначей, скрестив руки на груди, усмехнулся:

– Целебный цветок? Какая очередная сказка! Мы не можем рисковать нашими людьми ради мифов.

Но Лоран перебил его, не теряя самообладания:

– Если есть хотя бы малая вероятность, что это поможет, значит, мы должны попробовать. Народ уже готов к переменам, а правление без доверия – это не правление. Я отправлю кого-нибудь из своих людей. Маг кивнул: «Это путешествие не из лёгких, но оно может быть ключом к спасению нашего короля… и королевства.» На следующее утро маленькая группа отправилась на север. Среди них был юный аптекарь по имени Ренар – застенчивый, но невероятно умный молодой человек, чья жизнь была посвящена изучению редких трав и целебных снадобий. Рядом с ним шёл тот самый ремесленник, который не умел сдерживать эмоции, но был невероятно предан делу. Их путь обещал быть опасным: северные болота были местом, откуда редко кто возвращался. Тем временем в самом замке дипломатические сложности начали обостряться. В соседнем королевстве Алтарии уже ходили слухи о том, что Аквитания осталась без правителя. Алтарийский король, известный своей жадностью, увидел в этом возможность расширить свои владения. Его советники предложили начать переговоры о «защите» Аквитании, но истинные намерения заключались в подчинении. Первый дипломатический посланник прибыл в замок, его изысканный плащ с вышитым гербом Алтарии сверкал в лучах полуденного солнца. Его речь была сладка, но в каждом слове слышались скрытые угрозы: