Если верить лисам II

ГЛАВА 1

Эллу я заметила случайно. Она шла чуть впереди нас, не ожидала никаких неприятностей и рассеянно слушала щебетание Юны, изредка кивая замечаниям брюнетки с челкой. И не ждала, что ее кто-то окликнет.

Особенно я.

– Элла! – Голос мой прозвучал неожиданно радостно, удивив даже меня саму.

– Вейя? – непонимающе позвал лис, но я уже бежала к своей несостоявшейся убийце. Иветт хотела было бежать за мной, сделала несколько шагов и, смешавшись, растерянно оглянулась на Йормэ. Он лишь пожал плечами.

Элла замерла и на мое приближение смотрела с непередаваемым выражением лица. Мне хотелось бы запечатлеть его, чтобы изредка любоваться.

– Какая встреча. Тебе не кажется, что это судьба? Как спалось? Совесть не мучила? Может быть, из-за чувства вины ты страдала бессонницей? Нет? Ничего такого? Даже не сожалеешь о своем поступке?

Эллу потряхивало от злости, но ей хватило ума не поддаться на провокацию.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Правда?

– Вейя, что происходит? – осторожно спросила Юна.

Элла сцепила руки за спиной, чтобы не сорваться и не броситься закрывать мне рот.

– Ничего особенного, – беспечно произнесла я. Мне хотелось бы помучить Эллу немного дольше, но свидетели мешали.

Первой в столовую поспешила Элла. Следом за ней потянулась удивленная Юна. Брюнетка задержалась.

Смерила меня тяжелым взглядом.

– Не знаю, что у вас произошло, но держись от нее подальше.

– Будет лучше, если ты скажешь это своей подруге, – проворчал подоспевший Йормэ.

Он был недоволен мною.

Мы договорились, что сохраним случившееся на охоте в тайне. Я сама на этом настаивала, а сейчас так необдуманно сунулась к Элле.

– Прости, – попросила я виновато.

Я не планировала этого и собиралась держаться подальше от сумасшедшей, пытавшейся меня убить. Но делать вид, что ничего не случилось, оказалось куда сложнее, чем я думала.

– Давайте поспешим, – предложила Иветт, провожая взглядом обогнавшую нас группу стражников из отдела дознания.

– А капитан…

– Дайн обедает в городе, – Йормэ ответил, не дослушав меня.

После того как Дайн узнал, след от какого состава был оставлен на месте последнего преступления, мы больше не обедали вместе. И выпить чаю он не звал. Порой даже не здоровался, проносясь мимо, глядя себе под ноги и находясь в каком-то своем мире. Безрадостном и сложном, если судить по складке между его бровей и теням под глазами, с каждым днем становящимся все темнее.

Порой мне казалось, что он так изводит себя вовсе не в погоне за убийцей. Будто он ищет не преступника, а ответ на какой-то вопрос.

В дверях мы столкнулись с Мари. Она уже мало на что надеялась и ничего не предлагала. Радостно поздоровалась со мной, кивнула Иветт и, бросив на лиса злобный взгляд, первой прошла в столовую.

– Мне кажется или Йормэ ей не нравится? – озадаченно спросила Иветт. Она не знала о развернувшейся некоторое время назад между лисом и Мари трагической сцене и плохо представляла, что происходит.

– Тебе не кажется, – подтвердила я ее подозрения.

– А ведь когда-то она мне в любви признавалась, – насмешливо припомнил лис.

***

После неудачной попытки убийства Элла ненадолго присмирела. На Йормэ старалась не смотреть и в целом вела себя достаточно подозрительно, чтобы это озадачило Юну.

Не сумев узнать причину столь странного поведения от Эллы, одним поздним вечером Юна подкараулила меня у дверей управления. И стоило мне только показаться на первом этаже, она подлетела ко мне, крепко вцепилась в мою руку и сообщила лису:

– Я забираю ее на ужин.

Йормэ не успел ничего сказать, как меня уже тянули прочь.

Преградившая нам дорогу Мари оказалась для Юны неприятной неожиданностью.

– Что? – недружелюбно спросила она.

– Вейя, а ты сегодня не с сержантом? – С натянутой улыбкой Мари рассматривала Юну.

– С чего бы им все время быть вместе? – удивилась та и потянула меня в обход. – Если это все, что вас интересовало, то мы, пожалуй, пойдем. Я просто умираю от голода.

Я бы сказала, что умирала она от любопытства, но решила сделать вид, что за год нашей дружбы не успела узнать, какое у Юны бывает выражение лица, когда она чувствует, что рядом происходит что-то такое, о чем она еще не знает.

Мари повторила движение Юны, снова заступая нам дорогу.

– И он разрешил вам уйти вместе?

Юна непонимающе посмотрела на меня.

– С чего бы ему запрещать? Мы же подруги.

Это признание произвело неожиданный, непредвиденный и сокрушительный эффект.

Обойдя окаменевшую Мари, Юна еще несколько раз оборачивалась на нее.

– Кто это вообще такая? Странная дамочка.

– Мари. Из канцелярии.

– Подожди, – Юна недоверчиво посмотрела на меня, – та самая поехавшая Мари?

– Почему «поехавшая»?

Она раздраженно цыкнула.

– Вейя, ты можешь не любить сплетни, но знать их должна. Из-за этой ненормальной за последние три года два стражника уволились, а одна угодила в лазарет. А потом тоже уволилась. Повезло, что выжила. Один из уволившихся даже подавал на эту Мари официальную жалобу. Но у нас за излишнюю дружелюбность не наказывают. Даже после попытки самоубийства стражницы ей ничего не было.

Мари казалась немного странной и излишне навязчивой, но я и подумать не могла, что привязанность ее может доходить до откровенной одержимости, от которой люди готовы бежать. Даже на тот свет.

– Самое страшное, что без этих своих обострений она похожа на вполне нормального человека. Вроде бы с работой справляется хорошо, дружелюбная, милая… но ты ее видела? Как она на меня смотрела. Жуть такая. Сделай одолжение, не общайся с ней. Ты хорошая, хоть и не нравишься Кайси и Элле. Не хочу, чтобы ты увольнялась.

Кайси, как я догадалась, звали брюнетку с челкой.

– О чем ты хотела поговорить? Ни за что не поверю, что ты настолько по мне соскучилась, что решила пригласить на ужин.

Сильного беспокойства слова Юны во мне не вызвали: я уже успела ощутить на себе всю силу привязанности Мари и знала, что преодолеть лисью бесцеремонность она не могла. Я была в полной безопасности. Благодаря Йормэ.

Юна широко мне улыбнулась.

– Хочу знать, что произошло между тобой и Эллой. Сначала она бранила тебя на чем свет стоит при любом удобном случае, а в последнее время будто и вовсе про тебя забыла. Что-то случилось, так?

Ей пришлось отпустить меня в дверях. Юна чуть отстала, чтобы быть позади меня, будто бы опасаясь, что я решу сбежать от нее, чтобы спастись от допроса.

– У тебя ведь уже есть версия? – поинтересовалась я, обернувшись к Юне через плечо.

Глаза ее загорелись.

– Ходят слухи, что тебя официально назвали невестой Йормэ и что Элла лишилась благосклонности графини Тевье.

Я была впечатлена тем, как люди умеют придумывать сплетни, собирая воедино совершенно никак не связанные между собой факты. Это восхищало и в то же время пугало. Потому что именно так же образ Мясника обрастал жутковатыми деталями, приводящими людей в ярость.

Любая, даже самая безумная теория в умах людей могла превратиться в истину, стоило только добавить к ней немного правды.

– Какие глупости.

– Тогда что случилось?

Вспомнив четыре арбалетных болта, ни один из которых так и не попал в меня, я искренне призналась:

– Ей всего лишь немного не повезло. Думаю, Элла просто не привыкла проигрывать.

– Вейя…

– Ты говорила, что страшно голодна. – Воспользовавшись легким замешательством Юны, я подхватила ее под руку и потянула вниз по улице. – Что хочешь съесть сегодня?

– Ты такая вредная.

– Значит, выбираю я!

Юна не желала сдаваться и не оставляла попыток узнать правду весь вечер. Ее напористость натолкнула меня на мысль надавить немного на Дайна. Последнее время он был не похож сам на себя… на того привычного себя, которого я узнала, придя в управление.

И началось все после того, как была найдена первая зацепка по делу безымянного убийцы. Я видела газету со статьей о мертвеце за мясной лавкой. Журналисты описали место преступления неожиданно кроваво, с удовольствием добавили несуществующие подробности и списали убийство на счет Мясника, оказывая Джинти и его подельникам услугу.

И пусть мы пока не могли ничего сделать кучке безжалостных аристократов, но уж посадить за решетку экспериментатора из бедных кварталов все же были в силах.

***

– Вейя? – позвал Йормэ, заметив, что я собираюсь покинуть отдел.

– Я ненадолго. Я в лабораторию.

Далеко одна я не ушла. Лис нагнал меня на лестнице.

– Я, – сказал он, не глядя на меня, – пожалуй, тоже ненадолго загляну в лабораторию.

– Серьезно?

– А что еще мне остается? После охоты ты меня будто избегаешь. На ночь оставаться отказываешься, даже ужинать со мной не хочешь. Все время чем-то занята. Даже когда пострадала из-за Эллы, решила вернуться в общежитие, вместо того чтобы со мной остаться. Я тебя теперь только в отделе и вижу. Ты все больше времени проводишь с Киллианами и все меньше со мной. Меня это беспокоит.

Заметив мой изумленный взгляд, лис смущенно огрызнулся:

– Что? Твоей идеей было разговаривать, если что-то случится. Чтобы мы снова не поссорились. Вот я и говорю…

– Я… это… очень тобой горжусь. – Меня приводило в восторг то, как Йормэ мог просто говорить о своих чувствах. Потому что я так не умела, хотелось верить, что только пока. – Дело в том, что Ита решила показать мне свои самые любимые места. Кажется, это дело небыстрое.

Но отказать ей я не могла. Не находила в себе сил. Ита была такой трогательной и искренней, и я, кажется, понимала, почему Рахиль о ней заботилась. По-другому просто было нельзя. И в то же время я не могла придумать ни одной причины, по которой саламандра могла бросить это чудесное дитя.

Чем лучше я узнавала драконицу и присматривалась к ее брату, тем крепче становились мои подозрения. Может, Рахиль вовсе и не сбежала? Может, она уже давно мертва? А Ияр лишь потому ничего не рассказывает сестре, что знает – это ее сломит.

– У меня тоже есть в этом городе любимые места, которые я хотел бы тебе показать, – проворчал лис.

– Если ты перестанешь угрожать моей чешуе…

Йормэ задохнулся от возмущения.

– Что, по-твоему, я хочу с тобой сделать?! Снять кожу? Всего-то немного потрогать.

Я слишком хорошо помнила свои ощущения после одного-единственного прикосновения лиса к чешуе и не была готова к повторению.

Пожав плечами, я обогнала Йормэ. Он поспешил за мной, неразборчиво что-то ворча.

Дайн обнаружился в морге у ряда закрытых холодильных камер и что-то втолковывал своему помощнику. Парень уныло кивал и неудобно, на весу, отмечал что-то в бумагах.

Лис за моей спиной кашлянул, привлекая к нам внимание. Придержав дверь, он заглянул поверх моей головы в помещение и хмыкнул.

– Давненько я тут не был.

– Сударыня. – Дайн одарил меня усталой улыбкой. – Так по мне соскучились, что решили наведаться в мертвецкую?

В ярком свете он казался ужасающе изможденным.

Помощник, прижав к груди бумаги, безучастно смотрел на нас. Ему очень не хватало пары часов здорового сна или хотя бы большой чашки кофе. После того как Дайн стал одержим поиском новых улик по делу убийцы, все его обязанности пали на хрупкие плечи его помощника, что особой радости тому не доставляло.

Благодаря настойчивости Йормэ мы смогли напроситься на чай.

Мало что изменилось в кабинете Дайна с моего последнего визита, разве что на свободном раньше рабочем столе высились стопки документов и папок. А чайный столик между двумя диванчиками был укрыт бумагами, которые Дайн быстро собрал и унес с собой.

– Я заметила карту города. – Покосившись на дверь, за которой скрылся алхимик, я тихо добавила: – И на ней была куча странных отметок.

– В бедных кварталах, – кивнул Йормэ. – Он всерьез взялся за дело. Хочешь предложить помощь?

– Разве не лучше будет, если убийцу поймают как можно скорее? – Я села на диван и откинулась на спинку. Дайн знал толк в комфорте. – Сначала одного, потом другого.

Лис закатил глаза, поймав мой выразительный взгляд.

– Скоро у тебя будет расписание юного Герса. Терпение, Вейя.

Через некоторое время вернулся Дайн с подносом. Расставив чай и сев на диванчик напротив, он замер, пустым взглядом глядя в свою чашку.

– Много работы? – спросила я, когда стало ясно, что Дайн сейчас не с нами. Что его полностью поглотили какие-то мрачные размышления.

Он встрепенулся, поднял на меня взгляд и устало улыбнулся.

– Такова моя работа.

– Это из-за убийцы? – Йормэ потянулся к тарелке с печеньем. – У тебя же есть подчиненные, поручил бы это кому-нибудь из них. Ты не должен делать все сам.

Чашка в руках Дайна дрогнула.

– Их работа отличается от твоей. Мои подчиненные работают в лаборатории.

– Тогда помочь можем мы, – быстро произнесла я.

Предложение мое было встречено без восторга, но что удивило меня больше всего – после моих слов взгляд Дайна похолодел.

– Не стоит. Я справлюсь сам.

– Разве не мы должны выслеживать преступников? – удивился Йормэ. – Ты так занят поисками, что до сих пор не сдал отчет по найденным уликам…

– Мы хотим помочь, – добавила я.

Дайн со стуком поставил чашку на поднос, расплескав чай.

– Мне не нужна помощь.

Йормэ нахмурился.

– Думаешь, командор считает так же?

– Считаешь, это простая работа? – Голос алхимика дрожал от едва сдерживаемой злости. – Всего-то пройтись по адресам? Расспросить людей? Но что, если человек, оставляющий все эти тела, узнает, что стража вышла на его след? Что, если он решит затаиться на время? Или уехать из города? И я уже никогда его не найду!

– Дайн…

– Я могу вести расследование незаметно. Так, чтобы никто не заподозрил неладное. Ты – нет. Так что, будь добр, позволь мне самому сделать эту работу.

В кабинете повисла тяжелая тишина. Дайн нервным жестом пригладил волосы.

– Ты знаешь, кто этот человек? – спросил лис. Он не злился на резкие слова.

Дайн отвел глаза.

– У меня есть лишь подозрения. Поэтому я должен разобраться в этом сам.

– Что ж, – Йормэ поставил чашку с чаем и посмотрел на меня, – пойдем, Вейя, наша помощь здесь не нужна.

Он поднялся, и я вынуждена была последовать за ним.

– Дайн, – лис смерил его тяжелым взглядом, – не забывай, на чьей ты стороне. И отдохни. Переутомление плохо сказывается на твоем самообладании.

Алхимик блекло улыбнулся.

– Сударыня, я прошу прощения за свое неподобающее поведение.

Заверив его, что все в порядке, я поспешила за Йормэ.

– У капитана есть связи в преступной среде?

Лис загадочно улыбнулся.

ГЛАВА 2

Йормэ что-то знал и легко отказался от идеи ускорить поиски второго убийцы. Но мне рассказывать он ничего не пожелал. Только попросил быть терпеливой и довериться Дайну.

– Если он готов довести себя до истощения из-за этого дела, значит, для него это важно. Так пусть разбирается с ним сам. Не будем мешать.

Я не разделяла настроя лиса, а поведение алхимика показалось мне странным, но очень скоро об этом пришлось забыть.

На этот раз Ита, забравшая меня из рук лиса, выглядела подавленной. Ияр пугал мрачным взглядом. И когда драконы показались из кареты, стоявшей у ступеней городского управления, я невольно замерла на середине лестницы.

Спускавшемуся рядом со мной Йормэ вид драконов тоже не понравился. Придержав меня за локоть, он с сомнением спросил:

– Уверена, что хочешь ехать с Киллианами?

– Предлагаешь мне общаться с ними, лишь когда они веселы и беззаботны?

– Вейя…

– Если они приехали, значит, на это есть причины.

Йормэ раздраженно цыкнул, но последовал за мной, придерживая за локоть до последней ступени. И не сразу разжал пальцы, когда Ита взяла меня за руку, чтобы по своей привычке провести до кареты.

– Закат сегодня слишком красный, – мрачно произнес Йормэ.

– С нами Вейе ничего не угрожает, – в тон лису ответил Ияр. Мне почудился в его словах какой-то намек.

Я вопросительно посмотрела на Йормэ, но тот лишь пожал плечами.

В карету я забралась первой, увлекая за собой Иту, так и не отпустившую мою руку. Она была встревожена и молчалива. Всю дорогу нервно сжимала мою ладонь в тяжелой тишине. Это было невыносимо.

Узнать причину плохого настроения драконов я так и не смогла. Они отмалчивались. Ияр смотрел в окно кареты, крепко сцепив пальцы в замок, Ита теребила вышивку на рукаве платья и не разжимала пальцев ни на мгновение, чтобы у меня и шанса не было отнять руку.

Их наряды из темных тканей в этой гнетущей атмосфере казались мне траурными одеждами.

Место, выбранное Итой для сегодняшнего вечера, оказалось неожиданно светлым и веселым. На первом этаже играла живая бодрая музыка, просторный зал сиял в свете множества светильников. На втором – воздух сверкал из-за парящих под потолком магических светлячков.

Мрачный вид драконов этому волшебному месту решительно не соответствовал.

В тишине мы ознакомились с меню. Ита не спешила мне ничего советовать, не задыхалась от счастья, рассказывая, как узнала об этом ресторане. Она спряталась за своим меню и лишь изредка бросала на меня быстрые взгляды, чем очень отвлекала.

Я чувствовала, как кончается мое терпение и разрастается тревога.

– Итак. – Дождавшись, когда официант, принимавший наш заказ, отойдет подальше, я требовательно посмотрела на Ияра. На Иту смотреть было бесполезно и даже немного опасно – она могла просто расплакаться. – Что именно произошло? И почему у меня такое чувство, что виновата я?

Ияр взмахом руки подозвал притаившегося в полумраке слугу, и тот опустил на стол передо мной цилиндр с вуалью.

– Знакомая вещица. Вы возвращались на место охоты?

Дракон кивнул.

– Кое-что в вашем рассказе показалось мне странным. – Он посмотрел на Иту, от которой и услышал мою историю. – Поэтому я решил проверить свои подозрения. Знаете, что еще я нашел вместе с этим цилиндром?

Я отлично это знала, но лишь пожала плечами.

На стол, позвякивая, легли три арбалетных болта – последнего Ияру отыскать не удалось.

– Что там произошло, Вейя? – требовательно спросил он.

– Мы же были на охоте, очевидно, что по лесу разбросано множество болтов. У благородных, может быть, и белая кость, но зоркий глаз от рождения они не получают.

– Хочешь сказать, что в том самом месте, где ты потеряла лошадь, какой-то бездарный охотник не смог подстрелить косулю?

– Не могу этого утверждать, лично не видела. Может быть, там и не косуля была.

– А, например, саламандра, – срывающимся голосом выпалила Ита. – Это же покушение, Вейя! Ты должна написать заявление. Чтобы это расследовали и виновного наказали!

Я посмотрела на Ияра, тот отвел глаза. Он, в отличие от своей сестры, о безнаказанности аристократов знал не понаслышке и прекрасно понимал, как наивно звучат ее слова.

– Просто скажи, кто это был, я разберусь. – Зрачки его затлели двумя маленькими угольками, когда Ияр зло выплюнул: – Раз Йормэ не способен этого сделать.

Про лиса он зря вспомнил. У меня тут же разболелась голова. Мне едва удалось уговорить Йормэ ничего не предпринимать. Если бы мы устроили скандал, если бы обвинили Эллу, то лишь потеряли бы ту ценную нить, что связала нас с Мясником и противозаконной группкой новых аристократов, возжелавших власти.

Элла была родственницей одного из преступников, стычка с ней могла уничтожить все наши старания, и для Йормэ, принимавшего убийства Мясника близко к сердцу, это было весомым аргументом.

Но Ияр не работал над этим делом. Он не видел изувеченных тел, не общался с родственниками убитых, не чувствовал себя беспомощным. Его не остановили бы мои объяснения, Ияр мог все испортить, и потому я молчала.

У драконов была нездоровая зацикленность на родственных чувствах, и, если кому-то посчастливилось не быть убитым в младенчестве, защита рода для него становилась абсолютной. И раз уж они приняли меня в семью, заменив мной пропавшую саламандру, то и покровительство мне полагалось соответствующее. Только меня такой расклад не устраивал.

– Я сама разберусь.

– Вейя, ты понимаешь, что покушение может повториться? – спросил Ияр.

Ита смотрела на меня покрасневшими глазами и вот-вот готова была расплакаться. Их реакция на попытку Эллы меня убить вызывала беспокойство. Обо мне родная мать так не переживала, как эти драконы.

– Можно чуть больше веры в меня, пожалуйста? – Я бодро улыбнулась, постаравшись хоть так разрядить обстановку. – Меня не так-то просто убить.

– Но ведь можно. – Ита зло стерла слезы со щек. – Почему ты не хочешь принять нашу помощь? Мы тебя защитим!

Убедить их, что беспокоиться не о чем, я не смогла. Шаткий мир удалось установить лишь после того, как я пообещала больше не врать, если что-то случится, и обязательно просить помощи.

Это можно было считать удачным завершением беседы.

Драконы не знали, что совсем скоро я планировала лично встретиться с Мясником…

И даже раньше, чем рассчитывала сама.

На следующий день утром Йормэ встречал меня с видом победителя и одним-единственным, не заполненным даже на треть листком.

– И это все?

В расписании, добытом лисом, было всего три заметки. Одна из которых являлась напоминанием о еженедельном семейном ужине.

– Он изгой и ведет довольно затворнический образ жизни.

– Он ведет? Или его вынуждают?

Из того, что я услышала на охоте, выходило, что нашего подозреваемого не сильно жаловали родственники. И с сестрой у него отношения не сложились, раз уж той нужен предлог, чтобы поговорить с братом.

Йормэ вытащил лист из моих рук.

– Разве для нас есть какая-то разница? Мы можем поймать его на скорой выставке. – Лис сверился с записями. – Думаю, мне удастся получить на нее приглашения.

Желание какого-то аристократа похвастаться своей обширной коллекцией оказалось очень кстати.

***

Два дня понадобилось лису, чтобы добыть приглашения. Помахивая конвертом в воздухе, он широко мне улыбался.

Стражники с удивлением косились на счастливого лиса, остановившегося у моего стола. Рик вслух выразил обеспокоенность психическим здоровьем сержанта. И остался цел.

У Йормэ было слишком хорошее настроение, чтобы обращать внимание на чужую дерзость.

– Как и обещал. – Передо мной лег конверт, в котором лежало два пригласительных и записка от организатора выставки. На пригласительных, тисненное золотом, сверкало имя графа, в записке – цветистые и приторные заверения в исключительном счастье от известия о том, что сам наследник герцогского рода выказал желание посмотреть на скромную коллекцию. – Платье…

– У меня есть зеленое, – не дослушав, сообщила я.

Лис погрустнел.

– Вейя, это преступление – надевать то же самое платье так скоро.

– Возможно, для благородных все так и есть, но я могу себе позволить не следовать вашим правилам.

Переубедить меня Йормэ не удалось. Хотя он очень старался, своей настойчивостью приводя Иветт в замешательство. Она не понимала, что происходит, а я не знала, как ей все объяснить, чтобы не проболтаться. Врать не хотелось, но и правду сказать я не могла: наш с Йормэ план был не то чтобы очень законным…

Лис не собирался отступать и, вероятно, сумел бы меня переубедить, не удайся мне по чистой случайности занять его мысли другой проблемой.

Появление Мари в нашем отделе перед самым обедом уже никого не удивило. Йормэ, занятый работой за своим столом, рассеянно взглянул на нее и вновь вернулся к бумагам, что читал до этого. Через секунду до него дошло, кого он увидел, и документы полетели на стол, а лис быстро выпрямился, едва не уронив стул, и решительно направился ко мне.

Рядом он оказался на несколько мгновений раньше Мари и встретил ее широкой улыбкой победителя.

– Она обедает со мной, – предупреждая все возможные требования с ее стороны, заявил Йормэ.

Я невольно кивнула. После того, что рассказала мне Юна, находиться рядом с Мари стало еще неуютнее. Даже если это были всего лишь сплетни и размах проблем, что приносило окружающим внимание Мари, был серьезно преувеличен, мне не хотелось рисковать.

Даже Ита, способная переломать меня пополам, не вызывала у меня столько опасений, сколько хрупкая и слабая человеческая девушка.

– Но это несправедливо. – Мари посмотрела на меня. – С другими девушками ей позволено встречаться.

– Это с какими же? – уточнил Йормэ. Он не представлял, где и при каких обстоятельствах Мари могла застать меня с другими людьми.

– Юна, – напомнила я, – забирала меня на допрос.

– А, – он криво улыбнулся, – так уж получилось. Тогда, видимо, у меня было хорошее настроение.