Некробудни. Смерть – не оправдание

– Что? – спросила я, больно сцепив пальцы за спиной, только бы не потянуться поправлять еще влажные волосы.

– Некромант в управление городской стражи?

– На кладбище, – сумрачно произнесла я, с облегчением поняв, что с этой дамой милой мне быть не обязательно. И жизнь сразу стала проще…

Женщина удивилась – глаза ее округлились еще больше, и в них промелькнул вялый интерес.

– А к нам зачем пришли?

– Пришла осмотреть неопознанные трупы.

Женщина непонимающе приподняла бровь.

– У нас таких нет.

– Этого не может быть, – отозвалась я с легким раздражением. Быть может, я и закончила академию совсем недавно, но про работу и проблемы кладбищ знала многое. – После каждого массового поднятия умертвий остаются те, кого не смогли опознать. Тела слишком сильно разложились, или родственники не приходили на осмотр…

– Такие были, – кивнула она, – но их захоронили в свободных могилах. Как это делали всегда, по распоряжению господина Твидса. Бывшего городского некроманта.

– Что?

– Ну а что? – Она пожала плечами. – Им уже все равно.

– То есть господин Твидс нарушал правила, а потом сбежал от ответственности на тот свет?

– Я бы попросила побольше уважения к умершим, – оскорбилась женщина.

– Уж вы-то им уважение с избытком выказываете, – огрызнулась я.

Из дальней части холла, о чем-то тихо переговариваясь, за нами с интересом следили двое могильщиков. Не было похоже, что они только подошли, просто я их не сразу заметила.

И для них, и для этой женщины с рыбьими глазами я была еще слишком маленькой, чтобы иметь право что-то требовать. Никто здесь не станет воспринимать меня всерьез, пока я не докажу свою состоятельность, это было очевидно… Но как это сделать, я не знала.

– Ладно, – вздохнула я. – Позвольте мне задать вам еще один вопрос.

– Да?

– До центральной библиотеки как добраться?

***

Величественное здание библиотеки, построенное в давние времена, а потому по старой моде украшенное колоннами и барельефами, возвышалось над городской канцелярией и центральным банком, заняв место между ними. Четырехэтажное, стремящееся ввысь, с остроконечной крышей и арочными окнами, оно выделялось на фоне приземистости банка и серости канцелярии.

Если бы утром я была хоть немного внимательнее, непременно заметила бы его.

На несколько мгновений я замерла перед лестницей, собираясь с силами и ощущая себя безобразно старой. Разваливающейся на части.

Больше долгой поездки и бессонной ночи меня изнурила необходимость постоянно находиться рядом с людьми. Слушать их. Разговаривать.

С мертвецами было куда проще. Они были тихими и, как правило, послушными.

Дохромав до входных дверей, я с натугой открыла массивную створку и проскользнула внутрь.

Первым, что увидела, была широкая лестница, ведущая наверх к читальным залам и стеллажам с книгами.

– Вы что-то ищете? – Девушка в сером форменном платье с приколотым к высокому вороту символом библиотечного работника – раскрытой книгой. Белая эмаль значка радостно поблескивала в теплом свете светильников.

– Да. – Я повернулась к ней, оценила общий безобидный вид и сказала: – Мне нужно просмотреть газеты за прошедший месяц… Два месяца.

Решила не уточнять, что интересуют меня исключительно некрологи.

Девушка трогательно улыбнулась и предложила мне пройти к лестнице.

И через пятнадцать минут я уже знала, что зовут ее Кларисса, в библиотеке она работает уже третий год и это просто чудесное место. Что старые газеты почти не просят, а новых у них и не бывает, потому что библиотечные экземпляры поступают через несколько дней после того, как газета выйдет в печать.

– Вот и получается, – вздохнула она, положив на стол передо мной папку с многообещающей пометкой «Кеме́нский вестник», – что библиотека обо всем узнаёт с опозданием. А горожанам приходится газеты покупать.

– Неужели в вашем городе новости так быстро устаревают? – спросила я, открыв первую папку. Где хранились все номера газет за лето двести тридцать пятого года.

– Не так чтобы, – призналась Кларисса, смущенно почесав нос, – просто за эти дни все успевают обсудить самые интересные новости.

– И сплетничать потом не интересно, – согласилась я.

Кларисса пожала плечами.

– Городок у нас маленький, развлечений немного… – Она кивнула на газеты. – Когда соберетесь уходить, просто оставьте их здесь. Если что-то понадобится – я на первом этаже.

Она убежала, оставив меня в полупустом читальном зале второго этажа. Кроме моего, были заняты еще два стола. За одним сидел бледный парень, обложившийся толстыми, жутковатыми на вид книгами. За другим сидела женщина и с упоением читала какой-то роман.

Я растерла руки, скинула пальто на спинку стула и принялась за изучение местных смертоубийств.

Заскучала уже через десять минут. Никаких неразгаданных смертей, ни одной трагической гибели. Авария, в которой погиб бывший городской некромант, случилась раньше выбранного мною периода. Но даже поднятие мертвецов, спровоцированное неожиданной смертью некроманта, не стала причиной чьей-нибудь кончины. Даже умертвия в этом городе оказались скучными.

Просмотрев все некрологи, я попросила у Клариссы газеты еще за один месяц. Узнала, что господин Твидс умер не столько из-за аварии, сколько из-за разбившегося окна кареты и засевшего в его шее осколка.

Но так и не нашла упоминания ни об одном молодом аристократе, умершем раньше срока. А проблемный труп совершенно точно был не из простых смертных. Достаточно было посмотреть на его одежду. Грязную и местами порванную, но возмутительно дорогую. Такую ни один обычный человек не стал бы покупать для похорон… тем более для похорон.

Впрочем, молодых и не титулованных за последние месяцы тоже не хоронили.

– Чтоб вас, господин Твидс, – пробормотала я, растирая глаза. Если бы неопознанные тела не захоронили как придется, я могла бы поднять их и заставить вернуться к своим могилам. И уж тогда можно было бы выяснить, кем является упрямый мертвяк, просто отыскав единственную пустую могилу. Но господин Твидс умудрился осложнить мне жизнь и с того света, хотя мы с ним даже знакомы не были…

На первый этаж я спускалась, на ходу натягивая пальто и не желая мириться с поражением. Кларисса говорила, что у них маленький городок, значит, и парня в дорогом костюме здесь должны были запомнить.

Спрошу у нее, решила я, застегивая пуговицы.

Вот только за столиком у входа с чашкой чая сидела совсем не Кларисса.

– Вам чем-то помочь? – спросила меня девушка, грея руки о высокие бока чашки.

И я бы, наверное, могла узнать про парня у нее, но вместо этого спросила:

– А… не подскажете, где Кларисса?

Она указала на дверь в дальнем конце холла и с дружелюбной улыбкой спросила:

– Позвать ее?

Я нервно кивнула, не привычная к такой открытой благожелательности. В академии к боевым некромантам с симпатией относился только профессор Гортам. Но в силу его жутковатой внешности симпатия эта выглядела немного пугающе. Остальные опасались и сочиняли всякие небылицы о том, как мы в гробах ночуем, выгоняя мертвяков, или даже едим мертвечину для пополнения магического резерва.

Те, кто этому верил, нас сторонились, а среди тех, кто не верил, доброжелательных и милых было мало.

Когда девушка ушла, я огляделась, не зная, чем себя занять в ожидании. Взгляд зацепился за стенд с объявлениями – большой деревянной доски почти не было видно за огромным количеством бумаги. Подойдя ближе, я первым делом узнала о скорой ярмарке, потом о том, что некая госпожа продает дом на Цветочной улице, а потом замерла перед объявлением о пропаже.

Фотокарточки появились не так давно, но уже успели стать довольно популярными. Их главным плюсом была скорость – необходимость длительное время позировать для картины сменилась парой секунд перед объективом. Кто-то считал, что вспышка, после которой человек проявляется на карточке, есть дьявольский способ украсть душу. Но популярности фотокарточек это нисколько не убавило.

Ее можно было сделать в любом городе. Даже в Кеме́нске.

И мое проблемное умертвие тоже когда-то воспользовалось услугой фотографа. Потому что с объявления о пропаже на меня смотрел именно он. Черно-белый и не очень четкий из-за того, что фотокарточку отпечатали на бумаге, но узнаваемый.

– Лорд, – усмехнулась я, читая информацию под фотографией. Лорд Ашер Джехон, наследник семьи Джехон, пропал почти месяц назад… Сумма вознаграждения впечатляла.

Сорвав объявление с доски, я затолкала его в карман и поспешила прочь из библиотеки, забыв о том, что хотела поговорить с Клариссой.

В этом уже не было никакого смысла, так считала я, спеша по улицам под начавшимся ленивым дождем в сторону кладбища.

Возможно, будь я немного любопытнее, мне удалось бы избежать многих проблем, что ждали меня в будущем.

Но я никогда не была любопытной.

Да и удачливой тоже никогда не была.

***

До кладбища я добежала быстро, подгоняемая важными новостями. Мне не терпелось рассказать умертвию, кто оно есть.

Но, сделав первый шаг на территорию кладбища, я замерла в нерешительности. Где его искать, я не представляла.

За спиной с тихим скрипом закрылась калитка, звякнув железом о железо…

Он нашел меня сам. Минут через двадцать, когда я осмотрела территорию вокруг домика – серый, промозглый осенний день сделал его еще безнадежней – и успела даже дойти до разрытой и затопленной могилы, у которой мы впервые встретились. Она находилась совсем рядом, если свернуть с тропинки и идти между могил.

– Добрый день, Иса.

– Добрый, – с сомнением согласилась в ответ. – Я с новостями.

Вытащив из кармана смятый лист, протянула его умертвию. Лорду. Ашеру Джехону.

Он приблизился, не отрывая взгляда от сероватой бумаги в моих пальцах. Остановился в паре шагов, аккурат между двумя надгробиями. Бросил быстрый взгляд на меня и вновь опустил его на объявление. Помедлил, но все же протянул руку.

Вчитался в написанное, нахмурился и неуверенно посмотрел на меня.

– Это действительно я?

– Предложила бы посмотреться в зеркало, но зеркал здесь нет. Уж прости, придется поверить на слово.

– Но здесь написано, что я пропал.

– Так порой и бывает, – пожала плечами я. – Человек пропадает еще живым, а находят его уже мертвым.

Он сжал объявление в кулаке.

– Я сейчас же иду к родителям!

– И что ты им скажешь? Мама, папа, вот он я, можете меня хоронить?

– Но…

– Ты мертв. Ты выглядишь как мертвец, ощущаешься как мертвец и ведешь себя как мертвец!

– И как же ведут себя мертвецы? – нахмурился Ашер.

– Например, не дышат! Не едят! Не спят! Пожалей своих родителей, им же все равно придется тебя упокоить.

– И что ты предлагаешь? – с трудом выдавил из себя он.

– Я могу тебя упокоить и сообщить твоим родителям, что нашла на кладбище тело их сына. Или могу тебя упокоить и где-нибудь тихонечко закопать, чтобы они и дальше думали, что ты пропал. Выбирать тебе.

– А ты жестокая.

– Я некромант. А ты выбирай. Имя свое ты узнал, значит, можешь наконец упокоиться с миром…

Ашер упрямо мотнул головой.

– Не могу. Я должен узнать, кто меня убил!

– Только с умертвием нянчиться мне и не хватало, – раздраженно процедила я. – Прости, парень, я правда хотела по-хорошему.

Амулет все еще висел на его шее, и я потянулась к нему, активировав плетение раньше, чем Ашер успел хоть что-то сделать.

Заклинание, вложенное в амулет, откликнулось на приказ, кольнуло теплом и развеялось.

И ничего не произошло.

Ашер дернулся, нахмурился, прислушиваясь к себе, будто что-то почувствовал, и расплылся в довольной улыбке.

– И что тебя так порадовало? – спросила я с досадой. Амулет сработал правильно, я была в этом уверена, но наглый мертвяк все еще стоял передо мной, не спеша падать к ногам.

– Понятия не имею, что ты пыталась сделать, но, очевидно, ничего не получилось.

– Почему это не получилось?

– Если бы вышло так, как ты планировала, то едва ли сейчас ты бы стояла с таким озабоченным видом.

– Просто амулет оказался бракованным, такое случается.

И в это было куда легче поверить, чем в умертвие, способное выдержать обрыв магических токов в теле.

– Я должен узнать, кто меня убил. А после… – Ашер старался выглядеть уверенным. Но голос его все равно предательски дрогнул, когда он произнес: – Упокоишь меня. Я не буду сопротивляться.

Казалось, он искренне верил, что все мои попытки вернуть его в землю проваливались исключительно из-за его нежелания покидать мир живых. Довольно нелепое предположение, но логичного объяснения творившемуся беспределу у меня не было.

– Ладно! – раздраженно сдалась я. – Завтра навещу твоих родителей, может, что-нибудь узнаю…

Ашер хотел начать прямо сегодня, пытался даже требовать. Обретя имя, он превратился в нетерпеливого, упрямого и крайне проблемного мертвяка.

– Зачем откладывать? – хмуро спросил он.

– Посмотри на меня, – предложила ему, разведя руки в стороны. – Я голодная и злая. Меня сегодня уже пытали музыкой и профессиональной халатностью. Последнее, что мне сегодня стоит делать, – общаться с благородными. В лучшем случае меня просто выгонят из дома твоего отца и мы ничего не сможем узнать, в худшем – я кого-нибудь упокою.

– Мои родители пока еще живы, – сумрачно напомнил Ашер. Легкая неуверенность в его голосе едва улавливалась: он не знал, как обстоят дела в его семье, но упрямо надеялся на лучшее.

– И я думаю, ты хочешь, чтобы так было и дальше. Достаточно того, что я явлюсь без приглашения и буду крайне нетактичной. – Я повела плечами, разминая затекшие мышцы. Хотелось поскорее закончить этот разговор и вернуться в свою комнату. Прошло уже несколько часов, и урок фортепиано должен был закончиться… или вот-вот закончится. Прийти я надеялась в тихий дом.

– Хорошо, пусть завтра. Я буду ждать здесь… где-нибудь.

– Ночью от дождя укрыться можешь в домике. Но утром будь осторожен. Если ваш градоправитель сдержит слово, завтра могут прийти работники.

– Зачем?

– Восстанавливать из руин мой домик.

– Ты собираешься жить на кладбище?

– Представляешь? – ухмыльнулась я. – В любом случае это куда лучше того места, в котором я живу сейчас.

На кладбище, по крайней мере, нет музыкальных инструментов…