Обними меня завтра

Дубль 1: Когда сбываются чужие мечты

– Внимание! Тишина на площадке! – прогрохотало со всех сторон, а я постаралась не сжиматься.

Проще. Плечи назад, смотреть чуть свысока – так всегда на всех взирает Вика. Так, будто никто не достоин ее внимания, а все, что происходит вокруг, – это лишь возня в песочнице по сравнению с ее жизнью. «Что я вообще тут делаю?» – именно так назывался этот взгляд.

– Мотор!

– Есть мотор!

Глубокий вдох, медленный выдох. Никто не узнает о подмене – мы с сестрой похожи внешне как две капли воды. Главное, что она не была против моего участия. Сама же предложила. Правда, в шутку, но, когда я согласилась, отговаривать не стала. «Развлекайся…» – усмехнулась она и вышла из родительского дома, не оборачиваясь. Впрочем, как и всегда. Такие женщины, как она, никогда не оглядываются назад.

– Камеры!

– Есть камеры!

– Начали!

Еще один короткий вдох. Улыбка скользит по губам, а я смотрю прямо в камеру. Слишком много людей вокруг. Позади меня небольшая гостиная дорого отеля, но это всего лишь декорации. В реальной гостиной столько людей и техники просто не поместилось бы.

– Привет, меня зовут Вика…

– Стоп! – услышала я крик и вздрогнула.

Неужели прокололась? Как? На чем? Ведь они совсем не знают мою сестру. Роли в кино – это одно, а в жизни все актеры другие. Вика, например заносчива и самолюбива, хотя в последнем фильме играла просто нереальную скромницу.

Может быть, имя? Нет, голос точно не дрогнул. Я тренировалась перед зеркалом все последние недели. Да я даже во сне называла себя Викторией. И откликалась на это имя, когда мама обращалась к сестре. Я убедила себя в том, что я – это она. Оставалось убедить в этом ее бывших и всю съемочную группу.

– Почему у нас снова вечер за окном? Быстро сделайте мне день! И поправьте макияж Виктории. Я даже через монитор вижу, что у нее один глаз ярче накрашен!

Пронесло. Фууух… Просто не передать словами, насколько сильным было мое облегчение. Дело не во мне. Всего лишь свет и макияж.

– Начали!

– Привет, меня зовут Виктория Скоробогатько, и я являюсь участницей шоу «Второй шанс для бывшего». Следующие десять недель мне предстоит провести рядом с мужчинами, отношения с которыми для меня уже давно закончились, – смела я со стола воображаемые фигурки предполагаемых участников. Их потом дорисуют. – У каждого из них появится уникальная возможность возобновить наше общение, но возможно ли вернуть утраченную любовь? Узнаем уже третьего марта. Смотрите «Второй шанс для бывшего» в двенадцать ноль-ноль и помните: чувствам всегда наплевать на разум.

– Ииииии стоп! Снято!

Я выдохнула и наконец-то расслабилась. Все это время я сидела в кресле, словно натянутая струна. Понимала, что это будет сложно. Решиться на это безумие – подменить сестру на съемках реалити-шоу – казалось проще простого. Одна мыль о том, что я снова увижу Артема, окрыляла. Но по факту я знала, что подписываюсь на полнейший абсурд.

Десять недель почти безостановочных съемок. Двадцать четыре часа под камерами. Если бы Вику попросили сыграть очередную роль, я бы ни за что не согласилась, потому что актерского мастерства во мне не имелось ни на грамм. Но все, что требовалось от нее по контракту, – это быть собой. Правила нехитрые: каждую неделю должен был выбывать один участник. Кто именно, предстояло решать мне, рейтингам и зрительским симпатиям. Точнее, мое мнение учитывалось в этом списке последним.

– Пойдемте, нужно переодеться, – спешно подбежала ко мне ассистентка, увлекая за собой к костюмерам.

Мне предстояло сегодня еще дважды менять образ. Через полчаса мы должны были снимать заставку для программы, а ночью – интервью. К нему я готовилась со всей тщательностью и особым упорством. Проблем возникнуть не должно было, потому что о сестре я знала если не все, то многое. Мама тоннами скупала журналы, в которых писали о Вике. Иногда мне казалось, что телевизор в нашем доме нужен лишь для того, чтобы смотреть фильмы и телепрограммы, в которых снималась Вика. Вика окружала меня повсюду, хоть давно и не жила в нашем доме.

Она переехала еще в восемнадцать. Первого же ее гонорара хватило на покупку хорошей квартиры в центре, но я ей не завидовала. Не понимала, как можно так жить, не имея и секунды на то, чтобы просто остановиться и посмотреть по сторонам. Ее день был расписан поминутно на годы вперед – я бы так не смогла. Хотя в ее жизни, несомненно, были и плюсы.

Лучшие тусовки и закрытые вечеринки вместо дискотек, по которым ходила я. Брендовая одежда, которую она носила не больше одного раза, чтобы мешками потом перевозить ее ко мне. Дорогой автомобиль, и еще один, и еще – вместо убитой тойоты, что досталась мне после смерти отца. Невероятные знакомства, лучшие мужчины…

Нет, я нисколько не жаловалась, но Вика всегда доставляла мне проблемы. Стоило только выйти на улицу, как на меня тут же накидывались репортеры. Мужчины в клубах знакомились со мной с желанием уложить в постель кинозвезду, а одногруппники подбивали колени, чтобы через меня познакомиться с сестрой. Я не имела права оступиться даже на шаг, потому что этот шаг могли приписать Виктории. Я была ее тенью. Ей и останусь.

– Шикарно! – восхищалась мной гример, нанося последние штрихи.

Едва женщина отошла от меня, я получила возможность взглянуть на себя в зеркало. Это так странно – смотреть на себя, а видеть в отражении Вику. Главное – за время шоу не поверить в сказку и не потерять себя. Хотя, наверное, Артем стоит даже этого.

Он был ее единственной любовью. Ей же и остается до сих пор, хоть Вика никогда и не признает этого. В ее жизни было много отношений, однако все они являлись очередными ролями, за которые она получала статус, деньги и подарки. С Артемом было по-другому.

Рядом с ним она преображалась. Выглядела до безумия счастливой, когда представляла его маме. Он мог спонтанно увезти ее в путешествие на несколько дней, украсть со съемок, приехать без предупреждения посреди ночи. Успешный бизнесмен – он находил на нее время всегда, но правда в том, что ей этого всегда казалось мало.

Она не могла дать ему того же – постоянные съемки, командировки, тусовки по расписанию, – но требовала. Требовала, чтобы он находился рядом с ней круглосуточно. Это и стало ее ошибкой. Он предложил ей выйти за него, но не так, как она рассчитывала. Вместо сюрприза всего лишь деловой ужин, а наравне с заветными словами и бархатной коробочкой прозвучал ультиматум: отказаться от карьеры и полностью принадлежать ему.

Это был скандал. Грандиозный скандал, после которого Вика неделю жила у нас, попросту не появляясь в своей квартире. Она забросила съемки, пропустила кучу важных мероприятий, не желая, чтобы кто-либо видел ее в таком состоянии. Плакала. Рыдала навзрыд, потому что сердце разрывалось от боли. Что бы она ни выбрала, она теряла половину себя.

Мне было жаль ее. Несмотря на то, что еще с первого знакомства Артем занял все мои мысли, мне было жаль ее. Я ощущала ее боль как свою, но не могла найти правильных слов, чтобы утешить. Пожалуй, это был единственный момент в нашей жизни, когда мы были по-настоящему близки, а по истечении недели все вновь вернулось на свои места. Только Артема в нашей жизни больше не было. Вика сделала свой выбор, а я…

Наверное, я бы не смогла отказаться от него, даже если бы пришлось пожертвовать карьерой. Работа, съемки, светские рауты – все это временно. Этим людям Вика нужна лишь до поры до времени, пока она звезда, но, как только ее слава угаснет, угаснет и интерес. Она останется одна – без семьи, без настоящих друзей. Стоило ли оно того на самом деле?

Правда, у меня такого выбора не было. Увидев Артема однажды, я уже не могла смотреть ни на кого другого. Мне постоянно снились его темно-синие, как грозовое небо, глаза – такие серьезные. Пронзительный взгляд – под ним я ощущала себя маленькой девочкой. Темные короткие волосы, зачесанные назад. Иголочки щетины, к которым так сильно хотелось прикоснуться. Тонкая линия губ. Он нередко кривил их в легкой усмешке.

Я часто видела его во снах. Чаще, чем в реальности. Впервые познакомившись с ним у нас дома, я испытала ни с чем не сравнимый стыд. Потому что всего одного его взгляда хватило, чтобы я пропала. Умом прекрасно понимала, что нам никогда не быть вместе. Уговаривала себя, объясняла самой себе, что Артем чужой мужчина. Его любит моя сестра, но мне от осознания этого легче не становилось. Мучила себя. Сама мучила, с удовольствием отвечая согласием на Викины приглашения. Сопровождала ее на лыжном курорте, дважды отправлялась на жаркие пляжи, как никогда часто наведывалась к ней в гости. Была ее тенью, только тенью, а потому Артем никогда не замечал меня.

Нет, конечно, он здоровался, поддерживал беседы, даже шутил, но никогда не смотрел на меня так, как смотрел на нее. С нескрываемым желанием, с восхищением, с любовью. Правда, однажды он все-таки нас перепутал.

Вика пригласила меня поехать вместе с ней на загородную дачу. Я лежала в одиночестве на одном из шезлонгов у бассейна, когда Артем приехал туда. Улыбнувшись, он навис надо мной, вынуждая растеряться, а после прикоснулся к моим губам в жарком, сладком и таком долгожданном поцелуе. Это был самый лучший день в моей жизни, несмотря на то, что, краснея и бледнея под его взглядом, я тут же рассказала ему об ошибке.

– Всего лишь случайность, – усмехнулся он, мягко коснувшись пальцами моего подбородка. – Не стоит так переживать. Вика поймет.

И сестра действительно поняла. Артем рассказал ей об оплошности тут же, едва мы вошли в дом. Мне было до жути неудобно и некомфортно, стыдно. Я ощущала себя предательницей, а Вика лишь посмеялась над нелепой случайностью. Еще бы, ведь мы так сильно похожи, но…

– Мог и узнать по купальнику, – протянула она, обрабатывая кожу солнцезащитным спреем. – Я бы такой никогда не надела.

Она часто обсмеивала мой вкус. Критиковала мои волосы, макияж, наряды. Не стеснялась делать это на людях, но я привыкла. Никогда не была зажатой – могла запросто ответить ей. Нет, до ее уверенности в себе мне было еще расти и расти, но я себе нравилась. Обидеть меня не так-то и легко. Просто мы с ней были разными. Имели разные приоритеты в жизни. Играли разные роли.

Но любили одного мужчину.

Она свой шанс давно упустила – уже два года прошло. Я же свой собиралась использовать.

– Виктория, вы помните? – вырвала меня из раздумий ассистентка. – Сейчас вы войдете в зал согласно сценарию. Камеры будут снимать с нескольких ракурсов, но вы не останавливаетесь. Музыка, конечно, будет играть, чтобы вам было легче, однако ее потом на видео все равно наложат, так что особо не переживайте, если собьётесь. И не забудьте, согласно контракту вы не должны разговаривать ни с кем из мужчин до официальной встречи.

– Я думала, что сейчас моими партнерами будут профессиональные танцоры, – резко обернулась я на стуле, в страхе въевшись взглядом в ассистентку.

– Режиссер передумал, – спокойно ответила она, делая какие-то пометки в ежедневнике и даже не глядя на меня. – Ваш короткий танец с каждым партнером, а после вы, как и написано в сценарии, останавливаетесь посреди постамента. Мужчины окружают вас и поочередно срывают маски. При монтаже наложат надписи с именами, фамилиями и возрастом. Вам нужно только стоять и смотреть в камеру с вызовом. Впрочем, вы и так все помните.

– Помню, – потерянно прошептала я, а сердце ускорилось, отбивая дробный ритм о грудную клетку.

Я увижу его. Сейчас я снова увижу его – впервые за прошедшие два года.

Дубль 2: На перекрестке звезд

– Внимание! Тишина в павильоне!

Я их не слышала. Я не слышала никого и ничего. Даже если режиссер и говорил что-то конкретно для меня, я не была способна это понять. Звуки вокруг – все сливалось в какофонию, смазывалось, а я стояла напротив высоких двустворчатых дверей, чья отделка отливала золотом.

Кремовые стены, кремовые двери, светлый пол. Я видела только часть декораций, но, как только дали музыку – легкую плавную мелодию, – я решительно толкнула двери и сделала шаг.

Огромное зеркало встретило меня отражением. Нет, не моим собственным. В нем я видела Вику. Безупречную, как и всегда. Нежно-голубое платье обнимало ее талию, струилось к ногам пышной юбкой. Корсет, расшитый кристаллами, едва ли прикрывал хоть что-то, но костюмер отказалась выдавать мне другое платье. Только этот наряд прошел строгий отбор.

Ощущала себя нагой: ключицы, шея, руки – все было открыто перед камерами. Пепельно-русые волосы были забраны в высокую прическу – настолько идеальную, что сводило скулы. Легкий макияж в отражении на самом деле являлся тонной грима. Хорошо, что из украшений предоставили только серьги. Иначе от новогодней елки меня было бы не отличить.

Камера надо мной. Игриво улыбнувшись своему отражению, я поднимаю кувалду, чтобы разбить зеркало. Осколков чересчур много, но их подкидывают помощники – они буквально осыпают меня стекляшками, что отражают в себе свет от осветительных приборов. Я прохожу через раму и попадаю в просторный светлый зал, где меня уже ждут десять мужчин, облаченных в темно-синие костюмы-тройки. Все правильно – они служат мне контрастом.

Безумно хотелось найти его взглядом, отыскать среди остальных, убедиться, что Артем здесь, но я не могла себе этого позволить. Они стояли полукругом, а мне уже следовало начинать. Уверенно шла вперед. Светлые волосы, обескураживающая улыбка. Я должна была прикоснуться к его маске кончиками пальцев, но он мгновенно поймал мою руку, перехватив запястье и потянув меня на себя.

Всего несколько шагов, один круг, и меня уже передают в руки другому партнеру. Я стою к нему спиной, ощущая, как его ладони скользят по моей талии вниз к бедрам, а чужие губы едва-едва прикасаются к моему плечу. Резко отвожу плечи назад, будто хочу вырваться, отстраниться, но меня прижимают крепче – шаг назад, два шага в сторону. Моей руки касается третий мужчина.

Он легко тянет меня на себя, склоняется, чтобы поцеловать костяшки моих пальцев. Вырвав свою руку, я собираюсь уйти. Успеваю сделать только шаг, как чужие руки подхватывают меня за талию, поднимают вверх и кружат. У него черные курчавые волосы и тонкая линия губ – только это и успеваю заметить, прежде чем меня буквально выбрасывают на руки четвертому партнеру.

Шатен – это было первым, что я подметила. Он медленно склонялся надо мной, будто собирался меня поцеловать. Его ладонь бессовестно скользила от ключиц до основания корсета, но я знала, что это не Артем. Слишком крупный нос, слишком темные глаза – почти черные, с вкраплениями серого. От души дав ему пощечину, я выпрямилась и попятилась назад, будто ожидала расправы за свою несдержанность.

Там-то меня и поймал пятый. Рывком развернув к себе, закружил с безумной скоростью, как если бы мы вдруг оказались на карусели. Успела рассмотреть голубые глаза, что предвкушающе поблескивали, да родинку над губой. Эдакий самовлюбленный альфонс блондинистой наружности.

Чуть не упала, когда он меня отпустил, но руки шестого удержали крепко. Сердце дрогнуло, едва я встретилась взглядом с синим взором, но то были совсем другие глаза. Слишком мудрые, все понимающие и все прощающие. Привстав на носочки, я легонько прошлась пальцами по его темно-русым волосам, коснулась гладковыбритой щеки, а он прикрыл веки и потерся о мою ладонь, будто слишком долго ждал этой ласки.

Я видела боль в его глазах, когда спешно уходила дальше. Он до последнего держал мою руку, до последнего скользил пальцами по ладони, словно просил не уходить, но я ушла, чтобы мгновенно погрузиться в ураган. Наверное, это было танго. По крайней мере, белую розу мне очень даже предложили, но я лишь искривила губы в ответ, как это частенько делала Вика. Роза упала к моим ногам, а я перешагнула через нее, не отводя взгляда от мужчины со светло-русыми волосами.

Его карие глаза отслеживали каждое мое движение, а кулаки сжимались в бессильной ярости, но он не мог меня остановить, потому что только я делаю выбор. Никто из них, только я.

В серых глазах восьмого мужчины, признаюсь, я утонула. Они были настолько нереальными, что я сразу же заподозрила его в ношении линз. Такие большие, такие искренние и невероятно красивые. Опустившись передо мной на одно колено, он рукой пригладил и без того идеальные темные с проседью волосы. Синяя бархатная коробочка на его ладони со щелчком открылась, а он ждал ответа. Настолько хорошо играл, что я даже поверила ему на мгновение. Кольцо из белого золота с крупным бриллиантом или подделка, бутафория? Сейчас мне это было неважно. Если бы такой сделал предложение мне, я бы согласилась, не раздумывая. Но правда в том, что я все еще искала Артема.

Девятый мужчина не удостоил меня своим вниманием. Он продолжал все так же стоять, сложив руки на груди, когда я подошла к нему и повернулась спиной, обвивая его шею руками. Скользила вниз, терлась спиной о его грудь, но он был холоден, словно пролежавшая десятки лет в океане глыба льда. Выше меня на голову, мощнее, чем кто-либо до него. Он не обладал густой шевелюрой – идеальный шар давно забыл, что такое волосы, но мужчине, несомненно, шло. Как шла и показная отстраненность.

– Артем… – выдохнула я, не сумев сдержаться, а десятый мужчина уже помог мне подняться.

Ему предстояло дотанцевать меня до середины постамента, но я едва ли помнила о том, где сейчас нахожусь. Первое же его прикосновение обожгло мою руку, мурашки кололи кожу, а я не могла отвести взгляда от его темно-синих глаз. Он смотрел на меня так остро, так пронзительно, как если бы видел насквозь.

Тонкая линия губ исказилась в привычной усмешке, но почему-то отозвалась болью в моем сердце. Казалось, что я вижу презрение, и это было неприятно. Мужчина лишь еще раз напомнил мне о том, что здесь я для всех Вика, однако я и не думала, что будет легко. Что бы ни случилось, я оставлю его в финале, а уже после шоу расскажу о том, кем на самом деле являюсь. Сейчас же у меня есть целых десять недель, чтобы провести с ним время и узнать его получше. Можно сказать, почти наедине. Ну подумаешь, еще девять претендентов на призрачный шанс и съемочная группа…

Я забыла сценарий.

Была благодарна Артему за то, что он почти все сделал сам. Уверенно вел меня в танце, чтобы так же уверенно замереть за моей спиной, лишь слегка касаясь пальцами моей ключицы. Остальные мужчины уже заняли свои места – кто на ступеньках, кто на постаменте. Сидели, стояли, один даже лежал у моих ног, но все это словно происходило не со мной. Увидев отчаянную жестикуляцию ассистентки, я уверенно взглянула в камеру, всем своим видом показывая, что бросаю вызов не только этим мужчинам, но и всему миру. Губы тронула насмешка, а я чуть склонила голову, однако все равно не могла увидеть, как претенденты на Викины руку и сердце поочередно срывают с себя маски. Лишь ощутила, как последним это сделал Артем.

– И-и-и снято! – услышала я и рвано выдохнула.

Это была жестокая проверка для моих нервов. Волнение, которое я со всей тщательностью скрывала, в единый миг обрушилось на меня. Колени ослабли, а голова пошла кругом от мельтешащих перед глазами черных мушек.

– Отлично, отлично… – кивала моя личная ассистентка, пробираясь через толпу мужчин, что чересчур дружно направлялась к выходу.

Но я и не думала сходить с постамента. Просто не могла, потому что Артем легко поддерживал меня за талию, видимо, не собираясь отстраняться. Так сильно хотелось обернуться, взглянуть на его лицо без этой дурацкой черной маски, но сделать это оказалось выше моих сил. Лишь сдавленно выдохнула, когда его руки все же исчезли, а спину окатило невыносимым холодом, как если бы меня выставили на улицу в этом платье в самый разгар зимы.

– Виктория, вы себя хорошо чувствуете? – нахмурилась Екатерина, закрывая свой ежедневник, с которым она вообще никогда не расставалась.

– Голова закружилась, – призналась я, буквально заставляя себя сделать шаг. – Сейчас пройдет.

– Давайте я провожу вас до костюмеров. У вас есть полчаса на отдых перед интервью…

Да, я знала, что будет сложно. Это Вика уже привыкла к ненормированному распорядку дня, а я пока могла лишь ужасаться. Полчаса на отдых, так щедро выделенные мне ассистенткой, таковыми на самом деле не являлись. Меня снова вертели, крутили и переодевали, пока я пыталась взглядом найти Артема на съемочной площадке. Прекрасно знала, что мужчины именно сейчас записывают каждый свое интервью: рассказывают, где познакомились с Викой, какими были их отношения, почему они закончились. Мне предстояло то же самое, но только помноженное на десять. Потом, конечно, сделают нарезку из самого интересного, но факт оставался фактом. С двух часов ночи до четырех утра я должна была просидеть перед камерой, тогда как веки мои уже давно закрывались.

– Сейчас сможете немного посидеть, – решила приободрить меня Екатерина, сопровождая к гримеру.

Ассистентка везде носила с собой целую сумку, в которой можно было отыскать все что угодно. Вот и сейчас она достала мне оттуда красное яблоко, как из сказки о Белоснежке, и бутылку воды с лимоном и мятой. С благодарностью кивнув, я сделала несколько глотков, но споткнулась на полпути, спешно закрывая бутылку.

Он стоял там. Артем стоял там, у столов гримеров, а миловидная девушка осторожно припудривала его лицо кисточкой. Но он не смотрел на нее. Его темный взгляд был прикован ко мне, а на его лице я не могла прочесть ни единой эмоции. О чем он думал сейчас? Оценивал мой внешний вид в этом бежевом брючном костюме? Или вспоминал о том, как им с Викой было хорошо вместе? Возможно, наоборот, жалел, что согласился на этот абсурд. Но если бы не он, то и меня бы здесь не было.

– Какой мужчина, – тяжело вздохнула Катя, но тут же будто отряхнулась от паутины его обаяния. – А я напоминаю вам, что разговаривать с участниками до официальной встречи вам категорически запрещено.

Так сильно хотелось послать ее к черту. Честное слово, если бы Артем заговорил со мной сейчас, я бы забыла условия контракта. Дурацкие правила… У меня жизнь зависит от этого шоу.

– Подождем, пока с ним закончат, – все-таки пересилила я себя, хотя соблазн был невыносимо велик.

Отвернувшись от мужчины, я занялась разглядываем павильона. Вон там, в дальнем углу, меня уже ждала та самая гостиная отеля, в которой мне предстояло просидеть ближайшие два часа. Взяв у девушки листы, я еще раз прошлась по вопросам, вспоминая ответы на них. Кое-что я знала сама по рассказам Вики, кое-что пришлось выяснять у нее буквально вчера. В любом случае я была готова к этому интервью как к настоящему экзамену, хоть и не чувствовала себя на сто процентов уверенной.

– Вика… – прозвучало за моей спиной, а сердце предательски дрогнуло.

Дубль 3: По острию признаний

Я не обернулась. Не смогла заставить себя обернуться к нему и ответить, потому что мужчина стоял слишком близко. До невыносимости близко.

Его пальцы легко скользнули по моей ладони, прокатились по запястью, чтобы остановиться на плече. Я ощущала спиной его грудь. Казалось, даже слышала ровное сердцебиение. Чувствовала его теплое дыхание на своей шее, губы, что слегка касались кожи у линии роста волос.

Зажмурившись, я даже не дышала. Замерла, будто под гипнозом. Как если бы являлась статуей, выбитой из камня. Ассистентка шокированно молчала и взирала на меня в немом испуге, но именно она первая и нашла в себе силы достучаться до моего разума. Я же на это была попросту не способна.

– А нам уже пора на грим! – воскликнула она, бесцеремонно хватая меня за руку.

Утягивала к гримерам, а я даже не сопротивлялась. Только обернулась, чтобы все-таки посмотреть на Артема. Это и стало моей ошибкой. Я утонула в его взгляде мгновенно. Просто пропала, как пропадала всегда. Как пропадала два года назад, но тогда он знал, кто я, а сейчас… Сейчас он видел во мне Вику.

Почему-то только сейчас я осознала, во что на самом деле вляпалась. Казалось бы, я должна была понимать это с самого начала, но за своим наваждением, за своим сумасшествием не видела такой простой истины. Не только все вокруг видят во мне Викторию. Для Артема я тоже на протяжении всего проекта буду отражением моей сестры. Даже если он будет обнимать меня, целовать меня, говорить со мной, видеть перед собой он все равно будет Вику.

Я не могла отказаться от контракта. Сейчас, именно в эту самую секунду, до безумия хотела, но не могла, потому что подписывала документы именем сестры. Если я нарушу хоть одно правило договора, меня оштрафуют на часть от гонорара. Но, если я расторгну контракт до завершения шоу, огромную неустойку придется платить именно ей. Таких денег я сроду в руках не держала.