О друзьях и дорогах

Авторынок Злобино развивался по тому же пути. С площади перед вокзалом предпринимателей и к ним примкнувшим перевели на специальную площадку, торгуйте и обогащайтесь. Следом пришли сборщики податей, разносчики еды, воры, цыгане и прочая шпана. Каждый занимался своим делом. Воры тырили всё, что плохо лежит у зазевавшихся продавцов и покупателей, цыгане разводили на деньги лохов, шпана мутила мозги и воровала по мелкому, из оставленных без присмотра машин, а предприниматели преумножали в целом своё благосостояние и прилипших к ним присосок. В состав торгующих входили все слои населения ученики, студенты, рабочие, инженеры, специалисты всех мастей. Основную массу составляли группы из Красноярска, Дивногорска, Сосновоборска и Берёзовки, и все эти группы пополнялись одновременно с остановкой производства в данных городах и селениях.

Одной из сторон торговли являлась реализация, суть которой заключалась в следующем. Нужно было прибыть к открытию рынка и разложить свой товар чтобы успеть к приходу покупателей и конкурентов соседей, а потом целый день стоять и упрашивать проходящих мимо покупателей чтобы купили у тебя что-нибудь, тут надо было проявлять знание товара, устройство систем автомобиля , чтобы быстро понять чего желает покупатель. А у покупателя один интерес-получше побольше и подешевле. Всю эту суету разбавляли события постоянно происходившие на торговой площадке.

Одним зимним днём к моему товарищу, звали его Вова Морозов, подошёл тип скользкой наружности и стал предлагать Вовке телевизор с документами за очень смешную цену. Вова подумал, порешал рассказал мне суть дела, решили ехать брать, тем более было совсем рядом. Типок сказал адрес и мы повиляв по дворам, подъехали к подъезду указанного дома. Тут продавец телевизора поставил нам задачу, я должен за хранение телика денег примерно на литр водки, вы мне даёте денежку, и я вам выношу товар, только встаньте ближе к дому, чтоб никому не мешать. Я буду через десять минут. Десять минут прошло быстро , а потом ещё 20. Мы чувствовали себя полными идиотами. Чтоб закрепить это чувство поднялись на девятый этаж посмотрели на люк чердака, он был открыт. Типок нас развёл на сто процентов, взял деньги и через чердак ушёл в соседний подъезд. Так нас поимели за новый телевизор с документами. Доллары на рынке мелькали редко, но и на этом нас ловили. Пришёл опять же тип, набрал товара и говорит у меня доллары ,рассчитаюсь дешевле курса, ну мы же против халявы никак. Насобирали этому гаду запчастей, он сунул нам бумажку мы ему отвалили сдачи и товар и он гад спокойной уверенной походкой удалился от нас. А мы быстренько побежали в обменник, чтобы получить деньги и разделить навар. А в обменнике нам сказали, что таких как мы оленей видят не первый раз. Сто долларов оказались перекрашенной однодолларовой купюрой, на этой финансовой операции мы просто озолотились, и научились малость читать по английски, ведь на купюре было написано один доллар, а цифра 100 подрисована тушью. К стати о золоте, его предлагали часто алкаши и наркоманы устоять против дешивизны товара мог не каждый. Мороз решил рискнуть на золотом поприще, прикупил у одного плачущего на жизнь штрибана золотую печатку. Пробы на ней стояли заводские, но какие-то кривые. На сердце у Мороза было неспокойно и он направился в ломбард заценить покупку. Пришёл оттуда мрачнее тучи-алюминий купил или бронзу, золотом там не пахло. С тех пор Вова затаил дикую ненависть к этим типам-наркоманской наружности. Буквально в скором времени по рынку идёт одно чудо и предлагает явно только тиснутую автомобильную аптечку, Вова подозвал этого типа к себе и говорит ему давай хвали товар я послушаю, слушал долго и внимательно. Потом говорит давай аптечку сейчас расчёт оформлю, Повернулся и с разворота как врежет наркоше в челюсть тот аж на задницу сел. Вот говорит Мороз тебе крупные кюпюры, а это на сдачу мелочи и добавил наркоше пинка под зад. Все рядом стоявшие просто выпали в осадок. Наркоша убежал , а дело получило неожиданный поворот. Потерпевший побежал никуда нибудь , а на пост охраны , там находился дежурный милиционер. Его он привёл к Морозу и стал жаловаться на Вовкины действия. Вова выслушал все жалобы наркоши на себя и обращаясь к милиционеру сказал и сделал следующее. Товарищ милиционер стою я торгую, а тут подходит вот этот тип и делает так, и опять с разворота наркоману в челюсть, тот опять падает. Мент и все окружающие гнутся от смеха. Наркоша видя такой расклад просто ретировался в нашем ряду его больше не видели. За золото Вовка тоже рассчитался с типом который всучил липу. Это было примерно через месяц после произошедшего. Этот нахальный тип явился с очередной порцией «золота» и начал впыживать его простакам, тут Вова его и выловил, пригласил его в контейнер якобы для осмотра товара, чтобы не светиться. Рассказал типу как он был не прав продавая липовую печатку и предложил тихо мирно вернуть деньги, тот запричитал нет денег дяденька не бей. А Вовка снял с типа куртяйку кожанную, дал ему замурзанную фуфайку и сказал, деньги будут приходи покупай свою куртку. Вот так приходилось учить всякую шантропу. С покупателями тоже были всякие случаи, потому как эта категория вмещает в себя людей всех сословий и национальностей. Однажды к Володе подходит мужичок, каких много ходит по рынку, явный представитель солнечного Кавказа, плохо говоря по русски начинает спрашивать запчасти, Мороз ему достаёт всё что он спрашивает. Вот говорит Володя Это туда ,это сюда. Мужичок смотрит с недоверием и говорит, мол я не русский вы меня тут сейчас обманете, и что мне потом делать куда идти. На что Мороз отвечает, да ты посмотри на меня я ведь то же нерусь, я тебя не обману. С каким серъёзным выражением это сказал Вова, надо было видеть. Мы просто катались со смеху как он умело выкрутился из данной ситуации.

Торговля шла круглый год и мне кажется был один выходной 1 января. Зима время суровое для того чтобы согреться все средства были хороши: тепло одевались, жгли в бочках костры, пили горячий чай и кофе, чего греха таить и водку ну конечно боролись. Был в нашем ряду крепенький рослый , где-то 190 ростом, парень Лёха, среди своих торговцев его звали Деревня.это прозвище он получил за смачные рассказы о деревенской жизни и работе скотником на ферме. Он всё рассказывал просто и натуралистично, да ещё и привирал по ходу, короче на язык был остёр. И вот один раз по зиме своим острым языком Деревня зацепил нашу компанию, мол я один вас завалю недомерков, а мы с Вовой былинные русские богатыри 170 ростом и 80 весом каждый, этого стерпеть не могли и пошли бороться. В стойке мы были не долго, и вскоре это был клубок, своими лапищами деревня прижал нас с Вовой к земле, Выбирайся крикнул мне Вова и рванул Деревню на себя. Я выскочил из объятий Лёхи и тут же уцепился за его ногу и начал её выкручивать чтобы помочь Морозу. Раздался странный треск Лёха ослабил хватку и Мороз выскочил из его обьятий. И тут мы придавили Лёху к земле, ладно недомерки сейчас отдохну и завалю вас сказал Деревня отправившись к своему месту.Но следующей схватки не состоялось ни сегодня , ни на завтрашний день. Утром к нам с Морозом подошёл Саня друг Деревни и говорит , капец вам ребята вы Лёхе вчера ногу сломали ,мол ему гипс наложили сидит дома бедолага, вас материт. В наши планы не входила задача ломать Лёху, парень он был хоть и языкастый, но вполне адекватный и развесёлый. Нам было очень жаль его.

На следующий день Деревня без всякого гипса явился на работу, слегка прихрамывая. Мы с Морозом просто обрадовались его появлению. Отмазка у нас была приготовлена и мы пошли объясняться с Лёхой. Когда было выпито по 100 грамм «отмазки», Деревня нам поведал, что случилось. К вечеру нога у Лёхи разболелась и он пошёл к врачу, котроый в свою очередь торопясь домой сказал, похоже на перелом велел наложить лангету, а снимок сделать на следующий день. Следующий день показал, что никакого перелома нет и Лёха здоров как бык, так лёгкий вывих. Отмазку выпили и больше с Лёхой не боролись, обходились словесными перепалками. Это всё случаи связанные с местом торговли рынком.

У торговли есть вторая сторона это закуп товара, а значит и дорога и всё с ней связанное. Предприниматели посолидней ехали в Тольятти, а все остальные в Новосибирск. Транспорт использовался любой самолёт, поезд и авто. Тольятти это Мекка автопредпринимателей т.е. кто торговал запчастями или автоВАЗовской продукцией, хоть раз но бывал в этом городе. Я тоже там бывал, несколько раз ездили за запчастями и машинами, но с Вовкой мы туда вместе не попали, а вот в Новосибирск сколько угодно. Ездили мы туда раз в месяц, независимо от погодных условий, и на разных видах транспорта, сначала на поезде, а потом поняв ,что на себе много не утащишь, стали сбиваться попарно и ездить на авто. Так было дешевле да и груза полезного можно было взять больше. Дорога туда, то есть в Новосибирск налегке со свежими силами особо не утомляла, а вот обратно было сложнее, надо было рано подняться, закупить всё что нужно, выбраться из города и жать побыстрее до дому. Быстрота на дороге не особо приветствовалась инспекторами ГАИ и они всячески боролись с этим явлением. Вот и мы с Вовкой за разговором прошляпили знак населённый пункт и въехали в зону его действия со скоростью около 120 км/ч, здесь нас и приняли ГАИшники. Всё как положено , включив поворот и прижавшись к обочине мы остановились по их требованию.

Нарушаем сказал инспектор и потребовал документы, посмотрел их и сказал превышение скорости в два раза штраф 200 рублей. Столько денег отдавать сразу в мои планы совсем не входило. Я сделал скорбно покорное выражение лица и сказал, признаю свою вину полностью, и прошу о помиловании иначе я здесь от расстройства могу помереть и зачем тебе командир такие хлопоты, давай по минимуму 50 рублей и мы поехали. Сержант от такой тирады просто оторопел. Потом постоял, подумал, усвоил информацию и изрёк следующее. Что вы тут мне торговаться будете, нарушили на 200 а предлагаете 50 рублей, 70 сказал как отрезал сержант. Дальше спорить было ни к чему. Отдали деньги и покатили дальше, умирая со смеху. На обратном пути этот же экипаж стоял на прежнем месте, и мы, с Морозом двигаясь с положенной на этом участке скоростью, помахали экипажу ДПС как старым знакомым, но они не ответили, видно уже запамятовали.

Столько раз проехав по одному и тому же маршруту мы уже знали где прячутся ГАИшники, но скорость постоянно подводила нас. Так вышло и в следующий раз. Ситуация такая-же посёлок, превышение, инспектор, только вместо сержантов два офицера. Попались два упёртых перца, иначе их не назовёшь. Двадцать километров назад по маршруту есть почтовое отделение, там заплатите штраф 500 рублей, квитанцию привезёте мне сказал монотонно инспектор, я здесь стою ещё сорок минут, а потом ищите меня в отделении оно 15 километров отсюда и махнув рукой показал направление. Потом постоял малость на свежем воздухе, сел в патрульную машину, хлопнув дверью. Я остался один на один со вторым инспектором. Что я не прав я признаю, штраф платить однозначно надо, ничего не сделаешь сказал я, но зачем огород городить ездить за этой квитанцией, потом вас искать может на месте определимся. Я ничего не решаю сказал инспектор обращайся к старшему и кивнул на машину у него документы он принимает решение. Мне ничего не оставалось, как сесть в патрульную машину к старшему. Он опять повторил мне куда ехать и где кого искать, короче накатил броню. Я в свою очередь повторил то что говорил младшему, добавив что я то в любом случае буду наказан отдав эти деньги на почте или на месте. Минут десять старший упирался, но потихоньку я его броню своими речами растопил. Ладно сказал он положив между сидений фуражку, клади сюда 500 и свободен. Дело сдвинулось с мёртвой точки. Я долго выколупывал пятисотку из кармана, всю её помял при этом и со скорбным видом опустил в фуражку инспектора, который ловко, двумя пальцами извлёк купюру из фуражки и переместил её в бардачок. Я продолжал сидеть, не уходил. Инспектор посмотрел на меня вопросительно чего сидишь, свободен. Я ему ответил, дорого командир, дай хоть на бензин рублей двести. Такой наглости я сам от себя не ожидал, а тем более ГАИшник. Ну ты даёшь, сказал он посмотрев на меня, а я сидел и вопросительно смотрел на него. Поёрзав на сиденье он извлёк из бардачка три мятых полтинника и сунул мне, всё иди отсюда торги закончены. Я перечить не стал, зажав в кулак деньги вынырнул из патрульной машины сказав прощайте не поминайте лихом.

Ещё один случай произошёл в Новосибирске. Нам надо было пересечь Обь, на противоположном берегу был авторынок, наш путь лежал туда. На одном участке дороги было подряд два кольца, причём по первому двигались по правилам кольца, а второе регулировалось светофором, который я и проглядел. Я ехал в потоке, а потом смотрю, остался один, а впереди метрах в 50 стоит инспектор и смотрит в мою сторону. Я покрутил головой и увидел правее светофор, тут до меня дошло, что я нарушил. Стоять смысла не было, нарушение налицо, и я включив поворотник, подрулил к инспектору, тот даже и жезл не поднимал. Я взял документы и пошёл объясняться с ГАИшником. Тот в свою очередь оказался вообще не вредным мужиком. Он не стал мне читать мораль, просто выписал квитанцию на сорок рублей и вручил мне, расспросив при этом, куда и зачем едем как жизнь вообще. Постояли, поговорили я у него попросил закурить он дал мне и сигарету и спичку вот так запросто, если бы не штраф не мужик, а золото. Потом посмеялись дорогие сигареты в Новосибе-40 рублей штука.

Ездили в то время в основном на Жигулях, у кого были новые, у кого видавшие виды. И вот с последними, в дороге немало чего случалось. Самое мелкое прокол колеса, а потом уж неисправности покруче. Но нас бог миловал, по большому счёту мы не попадали, всегда во время добирались до дому и своим ходом. Жути натерпелись когда на ходу полыхнула проводка, вернее сгорел провод питания печки, дыму был полный салон но сориентировались быстро что и как делать, причина была простая –цепь не защищена предохранителем или жучёк –причина пожара.. Отваливался на ходу глушитель, ломались помпа, подшипники колёс но всё это преодолимо. Подводила коробка, потерялась четвёртая скорость и больше пятисот километров пришлось тянуть на трёх скоростях, но всё равно Жигули , хоть прихрамывая и кряхтя довозили до родного дому и за это мы благодарны этим железным коням.

Дело было в Самаре. Первой моей покупкой оказался как раз такой хромой конь и назывался он ВАЗ-2105. Весь покрашен синей краской он стоял в ряду сверкая стёклами фар, пройти мимо такого я не мог. Подошли внешне осмотрели просто красота, приценились тоже нормально, завели послушали работает ровно без посторонних шумов. В салоне всё красиво, обшивка дверей и салона новьё, в багажнике чисто, обшивка так-же новая. Сиянье новой краски одурманило совсем голову. В цене торговец подвинулся на приличную сумму, ударили по рукам, пошли оформлять сделку к нотариусу. Получив оговоренную сумму, продавец просто испарился. А мы с напарником довольные новым приобретением уселись в пятёрку и двинулись на выход с рынка. Пока оформляли сделку потеплело и я решил приоткрыть стекло, ручка стеклоподъёмника стояла колом, ни туда ни сюда. Не беда, подумал я, заменю стеклоподъёмник, и будет всё нормально. Зря я так думал потому, как рабочим был только водительский подъемник, а в остальных дверях стояли обычные деревянные палки, которые поддерживали стёкла. Машина на дороге вела себя как то странно, вся колыхалась и на каждом повороте виляла задом, так что колёса задние задевали за арки. Такое бывает, сказал, успокаивая меня напарник, заменим тяги продольные, и поперечную в сервисе, и всё будет в порядке. Купили комплект тяг, тосол, канистру масла и поехали в сервис менять жидкости и тяги. Народу было не очень много, заехали на станцию и сразу на подъёмник…..

Такого разочарования я не испытывал ни когда. Передо мной , вернее надо мной на подъёмнике висел не автомобиль, а автохлам, дно проржавело до такой степени что руки свободно пролазили в салон, в багажнике сияла ржавая дыра, которая изнутри была прикрыта новой обшивкой, а самое главное поперечная тяга между мостом и кузовом была просто оторвана. Вот поэтому пятёрка и виляла задом на дороге. Сердобольные работники сервиса предложили данное изделие сбросить с моста в речку, ездить на таком чуде техники нельзя, поставили они свой диагноз. А самое главное за ремонт заломили цену в четверть стоимости авто. За меньшую сумму не стали разговаривать, наговорив нам в придачу кучу всяких гадостей. В общем «помогли» советом «поддержали», хотелось просто выть от злости на себя и этих советчиков. Только в третьем сервисе нам согласились хоть как то помочь. Попробовали приварить кронштейн поперечной тяги к кузову , сделать толком не получилось потому как ржавый кузов просто горел, прихватываться было не к чему. Но всё равно прилепили. Какое-то время продержится сказал многозначительно мастер. Чтобы не ждать когда наступит «Какое-то время» решили завтра же выставить на продажу эту хромую лошадь. Покупатель, как ни странно нашёлся быстро, только денег у него не хватало, и он поехал за необходимой суммой домой, сказав что раньше трёх часов не обернётся. Я пошёл договариваться к нотариусу объяснил ей всю ситуацию, что на такой машине мы 3500 км проехать просто не сможем. Ладно помогу сказала она, и я окрылённый надеждой пошёл ждать покупателя. Он явился через три часа как и обещал, прокатился по рынку, и сказав годится, беру, хлопнул дверью почти своего автомобиля. Осталось оформить сделку у нотариуса и нет проблем. А проблемы оказались все впереди. Нотариус наотрез отказалась оформлять сделку, сказав, что рабочий день закончился, да и бланков справок у неё нет. Никакие уговоры на неё не действовали, собрав свой портфель, она хлопнула дверью перед моим носом и удалилась. Продажа, тонкоотлаженная, сорвалась, вернее, провалилась с треском, а значит лежал нам путь на этой развалюхе от Самары до Красноярска, всего 3500 км. Собрав волю, нервы и все чувства в кулак мы двинулись в этот путь. Ехать быстро было опасно, поэтому двигались со скоростью не более 70 км/ч на прямых участках, а на всех остальных просто крались. Единственным достоинством этой развалюхи было наличие двух бензобаков, так что заправлялись мы бензином в два раза реже чем нормальные автомобилисты, зато масло в двигатель подливали через каждые 200 км по литру. Пятёрка потребляла масло с большим удовольствием, дымила страшно, иногда мы были похожи на подбитый самолёт, такой шлейф дыма тянулся за нами. Из за малой скорости двигались почти круглосуточно, останавливались на отдых на 2 часа не более. Так и ехали ковыляли до самого Красноярска, затратив на дорогу почти четверо суток , масла истратили 15 литров, бензина как ни странно по норме. Жучка хоть и больна была крепко, но довезла до дому. Потом было две недели хлопот, «лечил» как мог старушку, дыры заделал, кронштейн тяги укрепил, двигатель не трогал. Вилять на дороге пятёрка перестала, профилактика пошла на пользу. А дальше был путь на рынок теперь уже в Красноярске. Машина была заговорена на продажу, через два часа, после начала торга, новый хозяин сказал годится, беру, хлопнул дверью, теперь уже не моего автомобиля, укатил в сторону Канска.

Вот так жили и трудились автопредприниматели девяностых годов.

В сентябре 2013 мы обмывали новую баню Мороза, вспоминали все эти случаи и от души посмеялись снова над всем пережитым.

Армия.

Шёл 1978 год, последний год учёбы в средней школе, две четверти было позади. Отшумели новогодние праздники, настала третья четверть. В начале февраля всем мальчишкам десятиклассникам пришли повестки из военкомата, нужно было явиться для прохождения медкомиссии, на которой определяли пригодность к службе в армии. Это было событием в среде пацанов. Все без лишних разговоров прибыли в военкомат в назначенное время. Доктора разных специальностей разошлись по кабинетам, заработало сито отбора кандидатов. Врачи смотрели на всех одинаково ровно, заработать дополнительно на комиссии они не могли, потому как стремления откосить от службы у будущих воинов, отсутствовало полностью. В конце семидесятых прошлого века служба действительно была священным долгом. Армия была знаменательной вехой в жизни каждого юноши. Если отслужил значит и отношение окружающих старых и малых было особое, уважительное, да и особо немаловажно девчонки смотрели на молодых солдат совершенно другими глазами, чем на обычных гражданских.

Пришло время и мне пройти это сито. Медкомиссию прошёл без особого труда. В конце всех этих осмотров просмотров предварительно распределяли по родам войск. Все хотели служить на суше, в море особо никто не рвался три года это всё таки серьёзно. Потому и говорили в автобат, танкисты, десант. Я определил для себя всё заранее, все старшие мои товарищи служили в погранвойсках и я решил не отставать от них. И мой ответ был погранвойска. На этом комиссия закончилась, нам выдали приписные свидетельства, первый военный документ и отправили доучиваться и ждать своего часа, когда министр обороны издаст приказ о призыве нашего возраста на службу.

Последние месяцы учёбы пролетели быстро, экзамены, выпускной вечер и прощай школа. Учиться что-то надоело и я решил пойти работать поступать никуда не пытался. А тут ещё событие одно произошло-брат мотоцикл купил Восход-2. На дворе лето, мотоцикл новый под тобой, езжай куда хочешь, катай кого хочешь. Только по выходным накладки получались брат садился на Восход и уезжал по своим делам. А я оставался в режиме ожидания. Но вскоре все дела с братом научились решать вместе, накатывали в сутки до 400 км и это в деревне, где от одного конца до другого всего 5 километров. Объездили всю округу побывали во всех соседних деревнях и не только изучили дорожки и тропинки в лесу где мог проехать наш Восход. Вот так отъездил, отгулял лето и пошёл устроился столяром на свой деревенскиий комбинат или, как в деревне называли, фабрику. В бригаде работало двадцать мужиков разного возраста, ветераны войны, мужики помоложе и мои друзья, а главное мой брат старший и два дядьки. Встретили меня в бригаде в полне нормально, прикрепили ко мне наставника Геннадия Ивановича Верткова и начал я свою трудовую деятельность. До Нового года меня обучали разным операциям, чтоб до меня дошла вся технология производства. Делали мы мебель для учреждений и для населения. В общем работа была интересная. Так я доработал до февраля и тут мне пришла повестка из военкомата. Старшие товарищи не могли понять да и я сам, зачем меня вызывают. Показал повестку мастеру и на следующий день двинулся в район в военкомат. От районного автовокзала военкомат находился недалеко что-то около километра и этот путь был недолгим. Я нашёл нужный кабинет , постучал, вошёл .За столом сидел майор пограничник, он сделал жест рукой пригласил меня пройти. Здравствуй, проходи, садись- сказал он. А теперь рассказывай о себе своей семье и о прочем, о чём спрошу. Беседовали мы с ним минут двадцать. Выслушав меня он сказал следующее. Мы посмотрели ваше личное дело, служить будешь в погранвойсках , сначала в учебном подразделении, а затем на границу, так что до встречи в войсках. А теперь, иди трудись и жди повестку. И я пошёл трудиться и ждать.

Многие годы было заведено так, в марте выходил приказ о призыве на службу, в апреле получали повестки, а в мае провожали в армию. И у меня всё было по этому расписанию. Зима в тот год никак не хотела сдаваться, морозы за двадцать градусов стояли вплоть до двадцатых чисел апреля и снег лежал кругом нетронутый теплом. Вот в этих двадцатых числах из сельского совета доставили повестку, что будь готов парень явиться с вещами второго мая в райвоенкомат. А это значило, надо было созывать родственников, друзей, товарищей чтобы посидеть за прощальным столом. Но сначала всех призывников собрали на фабрике вручили нам подарки электробритвы и кусочек родной земли зашитый в красный бархат, сказали нам напутственные слова пожелали служить достойно и не подводить деревню родную малую Родину нашу.

Проводы назначили на 1 мая, все гости стали подходить к назначенному времени, стол был готов и гулянье началось , пили ели, давали наставления и всякие добрые советы чтоб выжить в новой жизненной ситуации. Музыка была самая живая , гармошка хромка не умолкала весь вечер Дядька мой старался во всю, он мог сыграть практически всё без всяких нот, чисто на слух. Веселье продолжалось весь вечер, а щемящее чувство разлуки с родным домом нарастало. И вот наступило 2 мая, день был серым, слегка тёплым. Молодёжь подтянулась быстро и организованно, не доставало только друга-брата Вовки, он должен был приехать из Омска, он там учился в речном училище, и поэтому на душе было не спокойно. До назначенного времени отправки оставалось менее двух часов. И тут произошло просто чудо , как из под земли или свалившись с неба , в своей форме речника или моряка, явился Вовка. Жизнь засияла самыми весёлыми и радостными красками ещё бы Вовка приехал. Я побежал на встречу к нему и так треснулся темечком о перекладину дверного проёма, что присел от боли, на что бабушка моя Аня сказала, примета добрая домой вернёшься. Время завертелось с особой быстротой. Быстро сбегали до Вовки он переоделся и к столу , вся молодёжь нас ждала, подняли по сотке и пошли на улицу, как говорится строиться для прощального парада. К нашему дому собралось множество односельчан, так было принято, в армию провожали всем селом, родители мои подавали выпить всем желающим, это было правилом. Началась финальная, самая волнующая часть путь до места отправки, то есть до авто, где все провожающие сельчане оставались, а родственники и самые близкие друзья отправлялись к военкомату. Друзья товарищи посадили меня на плечи и я словно всадник осматривал окружающих с высоты, так пронесли меня от дома до проходной фабрики, а там я уже зашагал вместе со всеми .Этот путь по деревне являлся зеркалом твоей жизни итогом твоих деяний. Деревня есть аквариум, в котором все жители живут на виду у всех и отношение людей к тебе строилось исходя из образа жизни твоей. Когда наша процессия двигалась по деревенской улице многие земляки подходили и давали свои напутствия ,а то и вручали рубль два, солдату всё пригодится. Судя по количеству сельчан на улице, я понял, что после службы мне можно возвращаться в эту деревню смело. Так я и все провожающие меня родственники и друзья дошли до Антоновского магазина, здесь нас ждал бортовой ГАЗ-51 с деревянной будкой в который я и вся провожающая братия уселась, госномер Газона был 69-32 НСС, водителем был Виталий Степанович –отец друга Вовки, это я к тому , что деревня это Особый тонкоорганизованный организм, где всё связано как в большой семье. Степаныч посигналил и газон двинулся в сторону райцентра, мне вручили платок, которым я махал провожающим, пока они не скрылись из виду. Дядька Николай Иваныч сказал, смотри Санька на природу свою и запоминай, там где будешь всё не так. И как потом оказалось он был на сто процентов прав. Так на Газоне мы и доехали до военкомата, там было полно народу. Потому как я был один из семи, которых призывали в этот день из нашего района. Все призывники выделялись из наряженной толпы своим внешним видом, были одеты одинаково просто, фуфайка, простые штаны, кирзовые сапоги или ботинки, на голове кепка, за спиной рюкзак с запасом пищи на два дня. Нас собрали всех вместе, забрали паспорта , выдали военные билеты, а тем у кого не было комсомольских билетов их выдали потому как в погранвойска брали только комсомольцев. Когда все формальности с документами были закончены, нас отпустили к родственникам попрощаться, через 20 минут автобус и всё поехали ребята. Последние наставления родителей, родственников, товарищей, поцелуи, слёзы, объятия и конечно сто грамм. Подошёл рейсовый автобус до Новосибирска и всё мы поехали в новую неизведанную жизнь, в душе была смесь чувств: скребли кошки, пели соловьи, было одновременно тошно и весело или как одним словом сказать смятение чувств. Пока ехали до сборного пункта или Холодильника перезнакомились, трое были из Ордынска, двое из Петровского, один из Верх-Алеуса и примкнувший к ним я из Усть-Алеуса. Название Холодильник сборный пункт получил, потому что находился на улице Холодильной, это место встречи покупателей с товаром, то есть представителей частей с призывниками. Сразу после входа в сборный пункт нас построили и попросили отдать спиртное, колющие и режущие предметы, все вяло стали рыться в своих мешках, но нам тут-же продемонстрировали как это можно делать быстрее. Пришлось пошевеливаться. После этого досмотра-шмона нас разместили в большом зале, где в два яруса были размещены нары, народу было немного, и мы на правах первых, и по наставлению старших товарищей заняли места на верхнем ярусе, чтобы всякие там разные не сыпали сверху крошки на нас. Мы разместились кучно, вытряхнули свои мешки, определили, что в первую очередь съесть, перекусили и улеглись спать, нас никто не беспокоил, хотя народ прибывал всю ночь и довольно много. К утру свободных мест не было, всё помещение, размером равным спортзалу, было забито под завязку. Утром в семь часов прозвучала команда Подъём, ну и что тут особенного, попробовали подумать мы. Потому как сразу последовало объяснение, последний покинувший помещение назначается дневальным на сутки. После такого заявления количество желающих покинуть тёплые нары резко возросло, мы подхватили свои пожитки, пользуясь положением верхнего яруса, быстренько пробрались до дверей и выскочили на улицу, где мы тоже не остались без присмотра. Здесь нас встретили покупатели, успокоив разгоряченную толпу, развели призывников по командам. Команда это категория по которой распределяли нас по родам войск. У нас у сухопутных погранцов была команда 300, у морчастей погранвойск 300 «А», буква «А» весила 1 дополнительный год службы. Теперь каждая команда стояла на своём месте, и покупатели продолжили свою работу , начали комплектацию учебных подразделений, делалось это совершенно просто, каждая команда делилась ещё на несколько частей, после последнего разделения получались боевые еденицы учебные заставы, то есть коллектив в котором предстояло провести ближайшие полгода. Все земляки с Ордынског района и я в том числе попали в одно подразделение, чему мы были очень рады. Теперь у нас был закреплённый за нами офицер и пара сержантов, которые командовали всеми нашими действиями и перемещениями. Первая задача была нам поставлена такая К 13 часам текущего дня иметь причёску ноль, все ринулись исполнять первый приказ. Четыре парикмахера оболванивали призывников можно сказать несколькими уверенными движениями, дело было поставлено на поток, волосы с голов перемещались на пол образуя мягкую подстилку. Из итогов этой стрижки можно было свалять не одну пару валенок. А потом нас лысых и весёлых снова построили и повели на обед в ближайшую столовую. Мы шли по городу похожие на толпу разбойников, сверкая своими свежеоблысенными головами из строя неслись и песни и матерщина, но потихоньку нашу вольницу зажимали, дополнительным трудом, давая понять, кто много говорит тот много работает. Работать за всех особо никто не рвался и пришлось рот закрыть в строю особо, зачем это делается нам вдолбили позже. После того как были сформированы все учебные заставы нас перед отправкой переместили в ДК Кирова, там мы провели одну ночь и утром следующего дня, это было 6 мая 79 года, нас пешим ходом повели на ж.д. вокзал на посадку в эшелон. Из окон близь лежащих домов лилась музыка. Алла Пугачёва пела ну приезжай хоть на денёк настроение от этой песни было близко к критическому. Наша колонна растянулась по перрону вдоль поезда от головы состава до хвоста, здесь нас ещё раз пересчитали потом началась посадка в вагон. Расселяли просто на шесть мест 10 человек, вместо 54 человек в вагоне ехало около сотни, такой был комфорт. Путь от Новосибирска до Владивостока нам предстояло преодолеть за шесть ближайших суток. Вокруг поезда крутились разные личности из числа провожающих и желающих поправить своё финансовое положение за счёт продажи спиртного бутылка водки шла по 10 рублей, арифметика была проста быстро с каждого из отсека по пятёрке и пять бутылок водки запрятаны по мешкам и дальше. Офицеры и сержанты секли за этим процессом. Почти две сотни рук торчало из всех щелей вагона и уследить за всем было невозможно, хотя некоторых изловили водку отобрали. Офицерам тоже хотелось выпить, а тут халява шла сама в руки.