CRM. Просто о несложном. Настольная книга хорошего пилота. Пилот гражданской авиации – 3

Что такое CRM?

Наиболее частым ответом на вопрос «Что такое CRM?», который я обязательно задаю в начале занятия, является примерно следующее:

– CRM?.. Ну, это когда в кабине дружеская атмосфера, никто не кричит, пилоты вежливо и уважительно относятся друг к другу.

Много лет назад, когда CRM в авиации меня еще не очень-то интересовал, но что-то о нем я уже слышал, у меня было точно такое же понимание: если командир на тебя не орет или хотя бы не лезет в душу своими нравоучениями, то есть тебе с ним комфортно, – значит, в экипаже хороший CRM! Все просто!

Прошло два десятка лет, и по моим наблюдениям такое понимание CRM до сих пор имеет место если не у большинства пилотов-соотечественников, то у многих точно.

Я попытаюсь развенчать сей устойчивый миф.

«Добрый» и «Строгий»

Задумайтесь, пожалуйста: с кем бы вы хотели лететь на проверку?

a) С «добрым проверяющим», который в доску свой, но работает не всегда (или всегда не) в том порядке, которого требуют стандартные эксплуатационные процедуры (SOPs), не особо задумывается о соблюдении правил стерильной кабины. Но – главное! – не лезет вам в душу, и вы точно знаете, что достаточно долететь до аэродрома назначения и проверка у вас в кармане. Вы еще ни разу не слышали, чтобы он ставил кому-то «фэйл»1.

b) Со «строгим проверяющим», который требует точного соблюдения процедур, рекомендаций, правил стерильной кабины, задает вопросы для проверки ваших знаний, и вы точно знаете, что он из тех, кто ставил «фэйлы» вашим друзьям. Но – важно! – вы с ним еще не летали.

Если вы выбрали пункт b), то похоже, вы достаточно уверенный в себе пилот. Поздравляю!

Следует заметить, что в обоих случаях я не указал полную характеристику проверяющих – намеренно опустил важное условие: «орет/не орет в кабине».

Задумайтесь на минутку: как вам, после приведенных выше описаний, подсознательно кажется – кто из этих двух проверяющих склонен «орать в кабине»? (Слово «орать» вы можете заменить на рифмующееся, часто применяемое в отношении критики проверяющих в адрес проверяемых).

Уверен, ваше воображение с большей готовностью применит эту характеристику к еще незнакомому вам «строгому проверяющему», о котором вы столько страхов от коллег наслышали.

Почему?

Возможно, причина кроется глубоко в подсознании, еще со школьных времен. Так уж повелось в нашем обществе, что требовательность ассоциируется со строгостью, а последнее – с давлением, оказываемом на нас. В том числе и с «ором».

Когда мы впервые летим с неизвестным проверяющим, то, собрав о нем доступную информацию и слухи, начинаем либо расслабляться («А ладно, и так прокатит!), либо суматошно готовимся к рейсу, а то и заболеваем внезапно «медвежьей болезнью» и рейс пропускаем – лишь бы не лететь со страшным экзаменатором.

Хорошо. Я добавлю необходимые вводные: они оба не орут.

Первому инструктору понравиться весьма просто – достаточно тоже быть «хорошим парнем», особо не тупить и показать, что, собственно, ты знаешь, где у самолета штурвал (или сайдстик) и как им пользоваться. Он практически никогда не делает замечаний, не обращает особого внимания на ваши отклонения от установленных процедур и докладов, да и сам не очень-то напрягается их точным соблюдением. Он не мучает вас вопросами, разве что с целью поучить, как надо делать… ну, то есть тому, что он сам считает правильным.

Второй инструктор вежлив, но задает вопросы, например: «Что у нас с погодой?», «Прочитай этот SIGMET, пожалуйста», «А что означает BECMG?» – и тому подобные. В полете он работает, педантично соблюдая установленные процедуры и доклады, а после обязательно помучает вас вопросами для проверки теоретических знаний по самолету, правилам и процедурам, запишет выявленные замечания и, если вам-таки повезет, то допустит к дальнейшим полетам. В общем, все делает так, как предписано соответствующим документом авиакомпании. Не больше и не меньше.

С кем из этих двух проверяющих вам лететь заранее комфортнее?

Скорее всего, с первым.

Внимание, вопрос!

Если вам с ним комфортнее, то означает ли это, что у первого проверяющего CRM лучше, чем у второго?

Чей CRM лучше?

Хороший парень – это не профессия!

Вежливость и уважительное отношение друг к другу не только в кабине, но и вообще в жизни, являются нормой поведения в обществе. Быть хорошим парнем-пилотом, вежливо относится к другим, но при этом спокойно допускать отклонения и работать не так, как от тебя ожидает коллега в угоду каким-то собственных привычкам – это, увы, не лучшая демонстрация CRM в кабине самолета.

Удивительное противоречие: да, вам кажется комфортным лететь с этим человеком, и при наличии выбора из двух проверяющих вы с готовностью выбрали бы его, но…

Безжалостная правда заключается в том, что как бы комфортно вам не было, описанный выше «добрый проверяющий» и «хороший CRM» являются понятиями радикально противоположными. Пример, который он подает своей работой – это демонстрация крайне плохого CRM, которая в перспективе может оказать негативное влияние на ваше становление как безопасного пилота, если подобную модель поведения вы у него позаимствуете.

Оценивать CRM пилота лишь по степени ощущения комфортности работы с ним является серьезной ошибкой!

Которую, увы, допускают даже экзаменаторы.

Более того, иногда CRM может быть и «с зубами», если того требует ситуация. То есть придется рявкнуть – и это будет хорошим CRM, если позволит повернуть течение данной особой ситуации в безопасное русло.

Что же плохого в работе «доброго проверяющий», с которым так комфортно?

Мы еще не дошли до обсуждения принципов CRM, соблюдение которых делает его хорошим пилотом, поэтому сообщу авансом: из того описания, что дано выше, явно следует, что «добрый» допускает нарушения принципов стандартизации и взаимодействия.

«Добрый» проверяющий отклоняется от стандартных процедур, докладов, не соблюдает правила стерильной кабины. Одних этих фактов достаточно, чтобы получить «фейл» при прохождении проверки у «строгого проверяющего», так как так называемые «нетехнические навыки»2 данного пилота не соответствуют требуемым.

Проверяющий не имеет права демонстрировать подобное поведение!

Тем не менее вряд ли я ошибусь, если скажу, что каждый российский пилот сможет привести примеры подобных «добрых проверяющих», «добрых командиров» и «отличных парней – вторых пилотов».

Занимательным фактом является следующее, не раз наблюдаемое мной (в том числе и по личному опыту), явление.

По мере роста профессионализма пилота, его знаний, навыков, уважения к соблюдению «нетехнических скиллов» (например, появления привычки работать в строгом соответствии с установленными SOPs), понимание комфортности… меняется! Такому пилоту будет некомфортно лететь уже с «добрым» проверяющим, который SOPs не уважает и демонстрирует вольное и непрогнозируемое поведение в полете. Пилот скорее захочет полететь со «строгим», уважая его опыт и знания, желая получить конструктивную критику своей работы. Да и с точки зрения пресловутого комфорта, как ни удивительно, с ним лететь ему теперь будет куда предпочтительнее.

Очень комфортно летать в экипаже, в котором оба пилота знают банальные принципы чертового CRM, понимают и – главное! – их соблюдают.

Вывод

«Хороший парень» и «вежливое, уважительное отношение» – это норма, но не единственный признак правильного CRM.

Да, кстати, хорошие навыки CRM – это тоже норма сегодняшнего дня. CRM настолько прочно влился во все аспекты авиационной отрасли, что белой вороной в ней выглядит тот, кто пользу CRM отрицает.

Это примерно так же глупо, как утверждать, что Земля – плоская.

Свой путь

Ни одно занятие по CRM не обходится без воспоминаний о том, как плохо было раньше и как вдруг все стало куда лучше. Когда-то самолеты падали из-за несовершенства техники, но потом сила научного прогресса привела к тому, что самолеты стали падать исключительно из-за несовершенства человека.

В общем, вы и без меня это знаете, а если нет, то не раз еще услышите от преподавателей в учебных центрах, поэтому не буду рассказывать о том, как ужасная катастрофа на Тенерифе подтолкнула клятых капиталистов к зарабатыванию денег на обязательных курсах CRM.

Надеюсь, вы понимаете, что это сарказм.

На самом деле история появления курсов CRM несколько другая, но и эта версия в принципе сойдет. Если вам интересно почитать о предыстории появления CRM в авиации и о его развитии более детально, то на просторах Сети можно найти и даже заказать книгу с простым названием… Crew Resource Management от авторов того самого CRM, который сорок лет баламутит мировую авиацию, расползаясь по сторонам от нее в другие отрасли. На момент работы над данной книгой в ходу третье издание Crew Resource Management.

Только вот ни на одном занятии я не слышал, чтобы на курсах рассказывали о том, как проходило внедрение CRM в США, первой стране, где эта «псевдонаука» и появилась. По умолчанию там все шло легко и просто – по крайней мере так показалось мне, когда я, еще молодой и стройный, начал краем уха слышать про CRM.

В наших учебных центрах преподаватели («сбитые» пилоты, экс-военлеты и дипломированные психологи), очень любят говорить, что в России мы, дескать, «не можем просто взять буржуйский CRM и скопировать», ведь «наш менталитет и западный сильно отличаются». Якобы «нам нужен свой CRM», со скрепами. И вообще, «советские психологи еще в 50-х проводили исследования, так что ничего нового в сиэрэме нет. У нас должен быть свой путь! Профессор Пономаренко3 наш рулевой!»

«Мы должны изобрести свой велосипед! Пусть он будет с квадратными колесами, зато свой!» – вот так можно характеризовать лозунги идейных преподавателей отечественного CRM.

Таким видят отечественный CRM иные преподаватели

Парни и девчата! Все это вода и очковтирательство из-за незнания материала. Если вам в руки попадет указанный ранее талмуд Crew Resource Management, то уже во вступительной части авторы этого самого CRM повествуют о том, что внедрение его в США отнюдь не было простым и гладким.

Barbara G. Kanki, Robert L. Helmreich, José Anca. Crew Resource Management. 2nd edition

«…Подготовка в области CRM, как и любой другой новый подход в хорошо „устаканившемся“, традиционном предприятии, не получила всеобщего признания в первые годы своего существования. Многие менеджеры авиакомпаний тянули время; они утверждали, что все равно это делают, просто не под названием CRM. И кроме того, у кого-нибудь вообще есть доказательства, что новое обучение эффективно? Федеральная авиационная администрация (FAA) поначалу отнеслась к этой области с некоторой долей скептицизма, несмотря на ряд рекомендаций Национального совета по безопасности на транспорте (NTSB) о том, что авиакомпаниям требуется обучение CRM».

В Штатах столкнулись с точно такими же проблемами непонимания «высоких материй», с теми же доводами больших начальников, что «под другим названием, но мы это давно используем», со скептическим отношением со стороны авиационных властей и т. д. и т. п. «Пилоты с другим менталитетом» демонстрировали удивительно схожее отношение к культуре безопасности. В западных экипажах существовала проблема «царизма», «мачизма», вольного отношения к соблюдению правил и процедур – в книге авторов CRM приведено множество подобных примеров.

К слову, первые попытки авиакомпаний США по внедрению принципов правильного поведения заключались в том, чтобы поднять способность вторых пилотов противостоять авторитарным КВС4. Ну и как-то научить уже состоявшихся командиров относится к коллеге по кабине не как к мебели.

Знакомо?

В общем, принципиальных различий (по крайней мере в проблемах) точно не наблюдалось. Я не смог найти каких-либо значимой разницы в их «пути».

Мы, россияне, не отличаемся от заклятых заокеанских друзей так, как, например, отличаются от западного мира корейцы или японцы, у которых молодой человек скорее даст себя убить, чем сделает замечание старшему5.

Да, с проблемой «старший-младший» в России не все гладко, но, поверьте, – нам на многие порядки проще, чем азиатам. И уж точно не намного сложнее, чем за океаном в те годы, когда там решили насаждать CRM и столкнулись с аналогичными проблемами.

Предприимчивые заклятые друзья довольно быстро взяли ситуацию под контроль и приняли CRM на вооружение, из года в год развивая его понимание и применение, ну а мы…

Мы до сих пор (с 1997 года) спорим о том, надо или нет тренировать CRM, развивать навыки безопасного поведения.

В большом авиационном мире уже не одно десятилетие признано, что внедрение CRM во все сферы авиационной деятельности дало значительный положительный результат. Более того, вслед за внедрением CRM в авиации и признанием положительного эффекта, схожие принципы стали внедрять в других сферах человеческой деятельности: на железнодорожном и морском транспорте, в медицине и в пожарном деле. Пилоту, отрицающему CRM и тем более демонстрирующему навыки плохого поведения, заказан путь в приличную авиакомпанию!

Ну а мне, российскому пилоту, публицисту-общественнику, и в 2025 году приходится периодически встречать заявления, в том числе и от молодежи, как под копирку повторяющие бред непонимающих своего предмета преподавателей из моего уже отдаленного авиационного прошлого.

CRM – панацея от всех бед?

CRM показал безусловную эффективность, но тем не менее CRM – не панацея. Ни один курс CRM не обеспечивает 100% гарантии отсутствия авиационных происшествий.

Катастрофы все еще происходят, и теперь их совершают люди, неоднократно курсы CRM посетившие, что позволяет критикам CRM провозглашать: «И где же был этот ваш хваленый CRM?»

Увы, но во всех этих катастрофах или инцидентах, случившихся по вине человеческого фактора (а иных сейчас и не происходит практически), всегда можно найти признаки плохого CRM.

Повторю: во всех катастрофах по вине человеческого фактора всегда можно найти признаки плохого CRM. Или отсутствие правильного CRM вообще.

То есть не CRM привел к плохому событию, а недостатки или отсутствие CRM в работе конкретного экипажа сделало событие возможным, что, конечно же, говорит о том, что система подготовки в данной авиакомпании дала сбой – и причин тому может быть масса.

Очень часто причиной является некомпетентность руководящего и инструкторского состава. Как работают инструкторы – так работают пилоты, и если в один не самый прекрасный день одно наложилось на другое, а затем добавилось третье, четвертое…

За инструкторов и экзаменаторов в ответе назначенные руководители, только вот почему-то на скамье подсудимых не видно ни первых, ни вторых, ни третьих.

Мы не роботы, мы не можем работать идеально. Авиация – это отрасль, связанная с риском. Мы совершали, совершаем и будем совершать ошибки. На нас со всех сторон давят: погода, расписание, планирование, бытовые проблемы, диспетчеры, пассажиры, самолет подкидывает каверзы… Давят и недалекие руководители, требующие достижения каких-то показателей, не всегда совместимых с идеями безопасности полетов.

При всем этом авиация умудряется быть самой безопасной транспортной отраслью, что не мешает публике бояться летать – потому что наши катастрофы обсасываются журналистами куда более охотно, чем ежедневные аварии на МКАД.

Что же касается курсов CRM, то вот вам наисвежайший пример, который я получил в виде комментария к публикации первой главы этой книги на Дзене:

«Вот только был на курсах „CRM“, в АУЦ компании, пишу на ходу. Не перестаю удивляться: преподаёт какой-то мужик (скорее всего, военный) лет 65—75, первое что сказал: „Этот ваш CRM – фигня на палочке в стеклянной баночке, враждебная наука вонючих капиталистов. Вот военные на Су-24 летают в двух метрах над землей, вот они профессионалы! И у них нет никакого CRM“. Тупые пиндосы (американцы) не могут выучить отказы, только по книжечке все читают (имеется ввиду QRH, я так понимаю). А надо все наизусть учить!»

Прошелся также и по пилотам РФ, поностальгировал по советским самолётам: современные, говорит, – это игрушки, а не самолёты. Продолжил историей CRM, иллюзиями, а далее включил кинцо про катастрофу на Тенерифе и ушел. Прямо вот в точь точь как вы, Денис Сергеевич, пишете.

Я повозражал немного, сказал что CRM – это основа коммуникации в экипаже, что в любой авиакатастрофе можно найти плохой пример CRM… Изложить до конца свою точку зрения мне не дали. Прервав, преподаватель посмотрел на меня яростным взглядом и сказал:

– Молодой человек, вы точно хотите пройти этот курс? Или вы собираетесь лично через начальство сдавать CRM?

Такие дела. Очень надеюсь что таких примеров мало, как-то не по себе от таких „ занятий «».

Как вы считаете, если человек прошел такие вот курсы, а потом допустил авиационное происшествие – это CRM был плохой или преподаватель оказался не очень?

А может, руководителю летной службы авиакомпании, отправляющему пилотов на подобные курсы, пора достать ножницы и поступить как офицер – порезать свое пилотское и уйти с почетом на пенсию? Прихватив с собой директора авиационного учебного центра, допускающего наличие бездарных… да чего там – преступных преподавателей!

Да, CRM – это не об инфантильных добрых парнях-тюфяках. CRM должен быть с зубами – и в первую очередь для того, чтобы исключить из авиации подобных руководителей и преподавателей во имя обеспечения безопасности полетов.

В чем же помощь от изучения CRM?

В том, что мы тренируемся, учимся минимизировать возможность совершения ошибок посредством применения простых до банальности истин – принципов правильного, безопасного поведения, иначе именуемых «принципами хорошего CRM».

Главная цель CRM

Посредством получения необходимых знаний, привития правильного понимания и поведения снизить количество допускаемых в полете ошибок. А если они случатся – суметь своевременно их распознать и исправить.