Лжефликс. Индустрия манипуляции смыслами

Прежде всего, не будем забывать, что Netflix – американская компания. Британцы, конечно, союзники (или подчинённые вассалы, кому как больше нравится), но смысловой тон произведению задают американские продюсеры[72]. Конечно, они поощряют восхваление «лучшего из всех британцев» Черчилля, но при этом сериал насквозь пропитан именно американскими нарративами. Начиная с атомной бомбы, которая якобы позволила завершить войну (этот идеологический фейк мы подробно разбирали в статье про «Оппенгеймера»), и заканчивая непререкаемым доминированием США над Британией.

[Цитата из серии 2, тайминг 06:50] «Уверен, мы победим. Я втяну в войну американцев!!!»

[Цитата из серии 3, тайминг 49:14] «Британия сжигала в топке войны остатки своего богатства и ресурсов. И было ясно, что будущее принадлежит СССР и США».

[Цитата из серии 2, тайминг 50:57] «Уинстон Черчилль понимал, что спасти мир могли, пожалуй, лишь Соединённые Штаты».

[Цитата из серии 3, тайминг 54:11] «…Британия превратилась из великой империи в страну-придаток».

[Цитата из серии 4, тайминг 18:47] «Британия утрачивала величие. Некогда самая могущественная империя на планете превращалась в обычный остров. Неужели в новом мире главным станет противостояние СССР и США?»

При Черчилле Британская империя окончательно утратила величие, уступив первенство США. Документальное фото

Без США они бы не справились, главным в большой тройке был Рузвельт, Сталин чуть ли не союзник Гитлера, судьба демократии висела на волоске, наши ценности в опасности, человеческое достоинство, демократия и свобода, свобода и демократия. Слово «демократия» звучит в сериале так часто, что уже к середине первой серии оно в зубах навязло.

[Цитата из серии 1, тайминг 03:00] «Черчилль верил в свободу, плюрализм мнений и демократию», —

уверяют нас авторы сериала. Ну как «верил». Напомним, что именно сэру Уинстону принадлежит знаменитый афоризм[73] «Демократия – наихудшая форма правления, если не считать всех остальных». Однако зрителю старательно вдалбливают слово «демократия» как синоним всего хорошего:

[Цитата из серии 1, тайминг 04:40] «Если бы Черчилль был жив сейчас, он бы неустанно и регулярно напоминал нам: демократию нужно защищать», —

надрываются эксперты. От кого же предлагает защищать демократию американский сериал, выпущенный в 2024 году? И тут нас ждёт первый сюрприз.

Назад, в демократическое будущее

Сериал вроде бы документальный и про историю, но повестку подхватывает самую что ни на есть актуальную. Кто абсолютное зло Второй мировой войны? Разумеется, Гитлер. И вот какие слова эксперты сериала вкладывают Гитлеру в уста:

[Цитата из серии 1, тайминг 38:45] «Адольф Гитлер пришёл к власти, обещая немецкому народу, что Германия снова станет великой. Богатой, могущественной – той, которую будут бояться».

Ба! – да это же слово в слово предвыборный лозунг Трампа, самого страшного пугала для ультраглобалистов из демпартии США.

Ещё свой комментарий в сериале даёт Бориска Джонсон, известный представитель либеральной глобалистской тусовки, большой друг демократической администрации Байдена[74]. В 2021 г. Джонсон и Байден подписали «Новую Атлантическую хартию» по созданию «более мирного и процветающего будущего». Вдохновлялись они Атлантической хартией 1941 г., подписанной как раз Черчиллем и Рузвельтом. И, очевидно, хотели, как Черчилль и Рузвельт, загнать за Можай всех несогласных (Россию, Китай, Иран) и вместе править «свободным миром».

И вот, в сериале про своего кумира Черчилля Джонсон говорит:

[Цитата из серии 4, тайминг 54:55] «И сегодня Черчилль актуален как никогда. Потому что ценности, которые он исповедовал, в опасности. А их нужно сохранить».

Понятно ведь, о каких ценностях идёт речь? Черчилль и демократ Рузвельт заключили Атлантическую хартию. Мы с демократом Байденом тоже заключили Атлантическую хартию, мы продолжатели того самого великого дела, мы за те же самые ценности! Мы тоже молодцы, но дело наше в опасности! – жуткий Трамп стоит на пороге!

Нетфликс неспроста выпустил сериал про Черчилля именно в 2024 г. Мол, смотрите, Черчилль боролся с таким же жутким злом, которым является Трамп! Черчилль – геройский герой, с таких как он и надо брать пример! Давайте тоже бороться с теми, кто хочет как Гитлер make Германия America great again!

Тема приравнивания Трампа к Гитлеру не нова. Аллюзии на эту тему[75] появились задолго до того, как трамповец Маск зиганул на инаугурации[76]. Ещё в первый президентский срок Дональда Фредовича в американских блогах появлялись на этот счёт конспирологические статьи. Подкреплялись выводы скриншотами из газет 1933–1940 годов[77], в которых якобы приводились дословные цитаты Гитлера «Сделаем Германию снова великой». Судя по всему, это фейки, т. к. онлайн-архивов этих газет в доступе нет. Зато во множестве можно найти стенограммы выступлений Гитлера[78], в которых такой дословной конструкции не обнаруживается. «Великая эпоха», «Германия проснулась», «положение, достойное великой нации», «дальнейшее развитие великого немецкого государства» – фюрер использовал такие обороты. Лозунга «Сделаем Германию снова великой» он на своё знамя точно не выносил. Такие слова в уста Гитлера намеренно вкладывают идейные противники Трампа: голливудские сторонники демпартии[79]. Которые подленько, исподтишка[80], но стройными рядами поддерживали в предвыборной кампании именно Байдена/Харрис.

Так что пресловутая «демократия», на которой свет клином сошёлся в нашем сериале, – это всего лишь власть демократов. Хотя если хоть немного задуматься, то о какой такой демократии вообще можно говорить применительно к Уинстону Черчиллю? Ведь ни для кого не секрет, что и тогда, и сегодня главой Великобритании является наследный монарх[81]. Что у британской «конституционной монархии» нет и никогда не было конституции[82]. Что верхняя палата британского парламента (Палата лордов) не избирается[83] и состоит из людей, большинство из которых получают эту власть по наследству («большинство» – это сейчас, а во времена Черчилля – подавляющее большинство).

Удивительно, но в перерывах между стенаниями о демократии авторы сериала достаточно откровенно сообщают нам следующее:

[Цитата из серии 1, тайминг 10:30] «Судьба приготовила ему великие деяния. Его в этом убедили ещё в юности».

[Цитата из серии 1, тайминг 10:55] «В детстве он хорошо осознавал, что на него возлагают большие надежды. Поскольку его семья входила в высшие слои британского общества».

[Цитата из серии 1, тайминг 12:50] «Его отец умер, когда Черчиллю было всего 20 лет, и это сильно повлияло на Уинстона. „Все мои мечты о товариществе с отцом, о том, чтобы работать в парламенте вместе – оборвались“».

То есть сынок знатной фамилии двадцати лет от роду ни разу не сомневался, что будет работать в парламенте? Именно это они называют властью народа?

Хорошо, оставим юношеский максимализм. Как же наш любитель кубинских сигар и армянского коньяка попал на вершину британской власти и стал премьер-министром? Наверное, демократические выборы выиграл? Ну… не совсем:

[Цитата из серии 1, тайминг 53:35] И вот 9 мая 1940 г. четверо мужчин собрались на Даунинг-стрит, 10: Невилл Чемберлен, выходящий в отставку премьер-министр; главный парламентский организатор Дэвид Маргессон; лорд Галифакс; и, наконец, Уинстон Черчилль. Существует множество предположений, что именно было сказано на той встрече.

[Цитата из серии 1, тайминг 54:18] – Черчилль утверждал, что после долгого молчания все согласились, что это должен быть он. И вечером 10 мая Уинстон Черчилль стал премьер-министром.

В общем, чья бы корова мычала о демократии. Но в Нетфликсе никого ничего не смущает: ведь в мире, основанном на правилах, кто не скачет – тот москаль не слагает оды демократии – тот тиран.

Отважные герои очень маленького роста

Хронология войны в сериале показана удивительно: после 1 сентября 1939 г. действие сразу переносится в сентябрь 1940 года. Как будто между ними ничего не происходило. А там и действительно ничего и не происходило: объявив 3 сентября 1939 г. войну Германии, Англия и Франция по факту ничего не делали. И хотя у союзников вблизи немецкой границы было 48 дивизий против 42 немецких[84]; хотя французские ВВС почти втрое превосходили люфтваффе по численности; хотя западные союзники имели передовое на тот момент оружие – не смотря на всё это реальных боевых действий не велось. Надеясь, что Гитлер ограничится возвратом отторгнутых по Версальскому миру территорий в Европе, а дальше развернётся в сторону СССР, – союзнички выжидали и надеялись на скорый мир[85] с вполне ещё рукопожатным канцлером Третьего Рейха. Первый британский солдат погиб только 9 декабря 1939 г.[86] – за такую «интенсивность» боевых действий эту часть Второй мировой принято называть «странной войной»[87]. Но в сериале от Нетфликса вы об этом ничего не услышите – потому что это не вяжется с образом героической Британии, младшего союзника США. Хоть союзник и младший, но команды топить его из Госдепа в Нетфликс в 2024 году ещё не присылали.

Героизации вообще Британского участия в войне, и роли в ней Черчилля в частности, посвящена основная часть экранного времени сериала. Дружный хор экспертов «Черчилля на войне» шаг за шагом расхваливает геройскую хронологию геройского сопротивления английских героев, воодушевляемых геройским премьер-министром. Если западный зритель в этом месте берёт второе ведро попкорна, мы должны задуматься – чем же, собственно, таким уж геройским могут гордиться Британия и её премьер?

Например, сериал восхваляет чрезвычайно успешную операцию по эвакуации армии из Дюнкерка, прямо из-под носа у немцев. Но ведь Дюнкерк – это героическое бегство, в ходе которого английские войска предали французов[88] и бросили на берегу практически всё тяжелое вооружение, технику и снаряжение. Рачительным немцам достались[89] 2,5 тысячи артиллерийских орудий, 450 танков, 65 тысяч автомашин, 8 тысяч пулемётов и 90 тысяч винтовок. На английских (!) минах вокруг Дюнкерка подорвалось вдвое больше английских и французских кораблей, нежели немецких. А французов, эвакуированных вместе с британским экспедиционным корпусом из Дюнкерка, англичане по-союзнически отправили обратно[90] на континент погибать или сдаваться Гитлеру, воевать за идеалы свободного мира.

Брошенная британцами военная техника на пляже Дюнкерка. Документальное фото, 1940

Сериал многократно делает упор на то, что после падения Франции Британия осталась воевать «один на один» с нацистским чудовищем. Но позвольте, в 1940 г. Британская империя[91] – это более 30 миллионов км2 по всему миру и около 500 миллионов человек. В то время как Третий Рейх даже на пике своего экспансионизма в 1942 г. мог похвастаться территорией менее 4 миллионов км2 и населением немногим более 100 миллионов человек. К тому же в Европе в 1940–1941 годах оставались страны, которые также воевали с Гитлером и его союзниками: например, Югославия или Королевство Греция. Да и «Сражающаяся Франция» генерала де Голля была какой-никакой, но всё же подмогой.

Сериал смакует ужасы немецких бомбардировок Лондона и других британских городов. Разрушения, пожары, десятки тысяч погибших и обескровленных англичан. На фоне этого мужественный Черчилль не покидает Лондона, лично ездит осматривать завалы, всегда собран и настроен оптимистично, вселяет в людей уверенность. Конечно, боевой дух критически важен для воюющей нации, и власти Британии делали очень многое для его поддержания[92]. Но ещё более важными являются чисто военные приготовления: ПВО, маскировка, гражданская оборона, работа истребительной авиации и так далее. Вы никогда не задумывались, почему в 1940 г. немцы смогли нанести огромный урон бомбардировками Лондону, но в 1941 г. (уже имея солидный опыт) не смогли повторить этого же с Москвой?

Разрушенный бомбёжками Лондон – это не только чудесный фон для героизации поведения Черчилля, но ещё и констатация плохо организованной противовоздушной обороны города. Давайте сравним[93]. ПВО Лондона составляли 328 орудий калибра 76–94 мм и 124 автоматических 40-мм пушки, а также чуть более 300 истребителей. На защите же неба Москвы к июлю 1941 г. стояло 602 истребителя, 1044 зенитных орудия, 336 зенитно-пулемётных установок. Анализ состава и структуры ПВО лондонского района показывает, что она была готова к противодействию дневным авианалётам[94] – в итоге люфтваффе перешли на массированные ночные действия. В Москве же их ожидали 1042 зенитных прожектора[95]. При подлёте к Москве плотность заградительного огня было такой, что немецкие самолёты в большинстве просто разворачивались. И хотя эффективность огня советских зениток была невысокой (около 20 тысяч снарядов на один сбитый самолёт), но такой шквал огня советские ПВО обеспечивать могли, а британцы – нет.

За июль 1941 – апрель 1942 года к Москве прорвалось лишь 234 вражеских бомбардировщика из 8600 самолёто-вылетов[96]. Но и пробившихся сквозь заслоны ПВО пилотов люфтваффе ждали сюрпризы. Аэростаты заграждения, которые над Лондоном не поднимались выше 2 км, над Москвой встречали немцев на высоте 4–4,5 км[97]. А ожидаемые ориентиры вроде куполов церквей, стен Кремля, улиц и жилых кварталов не обнаруживались: огромная работа была проделана по специальной маскировке столицы[98] от авиации врага.

Как результат, в Лондоне в ходе немецких бомбардировок погибло свыше 40 тысяч жителей и полтора миллиона потеряли свои дома[99]. В Москве же от бомбёжек за 10 месяцев погибло 1295 человек, разрушено жилых домов частично – 257 и полностью – 156[100]. Но только Сталин почему-то – тиран, а Черчилль —

[Цитата из серии 4, тайминг 53:55] «пример для всех нас».

Тотальное истребление во имя свободы и цивилизации

Кстати, знаете ли вы, почему немецкая авиация бомбила не военные объекты, а именно жилые кварталы Лондона? В голове всякого гражданина СССР и России давно устоялось мнение, что фашисты – нелюди, и воевали они всегда как нелюди: не с армией, а с народом, стараясь истребить как можно больше населения. Да, так оно и было к началу Великой Отечественной войны 22 июня 1941 г. Но было ли так с самого начала Второй мировой войны, после 1 сентября 1939 г.?

49 стран, в том числе Германия, Великобритания, Франция, США, подписали в 1907 г. Гаагскую конвенцию о законах и обычаях ведения войны[101]. В основе её положений о военных действиях лежит следующий принцип: «Воюющие не пользуются неограниченным правом в выборе средств нанесения вреда неприятелю». Статьи 25 и 27 конвенции в явном виде запрещают бомбардировки невоенных объектов.

Впрочем, правила войны «цивилизованных» стран друг с другом – это одно, а туземцы в колониях – совсем другое дело («бремя белого человека»[102] и вот это всё). И британцам, конечно, даже в голову не приходило вспоминать о Гаагской конвенции, когда в 1919 г. они придумали концепцию «воздушного контроля»[103] для поддержания порядка на территории своей необъятной империи. Вкратце это так: если где-либо чумазые туземцы начинали восстания, «цивилизованные» британцы сразу подавляли их бомбардировками, не размениваясь на применение сухопутных сил. Официальная история британских Королевских ВВС без стеснения констатирует[104]: мол, хотя в ходе таких операций и гибли мирные жители, однако число жертв было заведомо меньше, чем если бы в ход вступали бравые карательные войска. Для скупых империалистов бомбёжки без разбора оказались рачительным решением: небольшое число пилотов за умеренные деньги[105] поддерживало порядок на огромных территориях.

Авторство концепции «воздушного контроля» принадлежит «отцу» британских ВВС Хью Тренчарду[106]. А одним из главных энтузиастов этой доктрины был… Уинстон Черчилль! который, будучи британским военным министром в 1919 г., и назначил[107] Хью Тренчарда главнокомандующим Королевских ВВС. Черчилль работал вместе с Тренчардом над развитием ВВС на протяжении 10 лет: сначала в качестве военного министра; затем, с 1921 года, как министр колоний. Доктрина «воздушного контроля» была внесена в устав и преподавалась в штабном колледже британских ВВС[108], а отрабатывалась на подопытных колониальных кроликах: в Ираке[109], Палестине[110], Сомали[111], Индии, Афганистане[112], Йемене[113]…

Но это – где-то на задворках мира, в колониях. А в Европе белые господа выступали настоящими джентльменами. Спустя две недели после старта большой европейской войны, 14 сентября 1939 г. британский премьер Невилл Чемберлен в Палате общин торжественно заявил[114]: «Как бы далеко ни были готовы зайти другие, правительство Его Величества никогда не пойдет на преднамеренное нападение на женщин, детей и других гражданских лиц с целью запугать их». И действительно, первое время враждующие стороны держали себя в руках и избегали стратегических неизбирательных бомбардировок. Вы удивитесь, но первыми нарушили это положение дел вовсе не немцы.

10 мая 1940 г. Черчилль заступает на пост премьер-министра Великобритании. Уже на следующий день, 11 мая, британское правительство принимает решение совершать неограниченные воздушные налёты на города внутри Германии. Тут-то и пригодился опыт, наработанный британскими ВВС в ходе операций «воздушного контроля». В ночь с 11 на 12 мая 36 английских бомбардировщиков нанесли удар по окрестностям города Мёнхенгладбах[115] в Северной Рейн-Вестфалии, где не было никаких военных целей. Примечательно, что чопорные англичане засняли эту бомбардировку[116] на киноплёнку, и её даже можно посмотреть в интернете[117].

Вот только вооружённые ружьями туземцы в колониях неспособны были симметрично ответить на операции «воздушного контроля». Чего не скажешь о Третьем Рейхе. В начале «Битвы за Британию» Геринг ещё ставил люфтваффе[118] задачу прикладывать все усилия, чтобы избежать ненужных жертв среди гражданского населения. Но британцы огрызались ответными бомбардировками и не слишком чистоплюйничали. В ходе налёта британской авиации на Берлин 25 августа 1940 г. немецкой столице были причинены серьёзные разрушения, были жертвы и среди гражданского населения. После этого Гитлер приказал[119] начать серию масштабных бомбардировок Лондона и других британских городов, известную как «Блиц». И вот уже с этого момента подключаются авторы сериала «Черчилль на войне». Ничего до этого в их картине мира просто не существует.

[Цитата из серии 2, тайминг 40:45] «Конфликт постепенно переходил в режим „око за око“. Бомбёжка Берлина, ярость Гитлера, взаимные провокации. И Германия решает сместить фокус атак с королевских ВВС на население Британии. Это очень важное решение».

Да уж, решение сместить акцент с военных объектов на простое население – мягко говоря, очень важное. Вот только первым его принял не Гитлер в сентябре 1940 г., как рассказывают авторы сериала про Черчилля. Приведём цитату Джеймса Спейта[120], кавалера ордена Британской империи и помощника государственного секретаря в Министерстве ВВС Великобритании. В своей книге «Бомбардировки себя оправдали» 1944 года он констатировал[121]:

«Как оказалось, мы выбрали верный, хотя и трудный путь. Мы пожертвовали, по крайней мере на время, неприкосновенностью наших городов. Одновременно мы ввергли в пламя войны города наших друзей. Мы пожертвовали Лондоном во имя свободы и цивилизации. Ведь ответный удар был неизбежен, если мы переносили войну на территорию Германии…

Однако, поскольку мы сомневались в том, каким будет моральный эффект и как может быть использована пропагандой правда о том, что именно мы первыми начали стратегические бомбардировки [территории противника], нам пришлось воздержаться от предания огласке великого решения, принятого в мае 1940 г., как оно того заслуживало. Это, несомненно, было ошибкой. Это было великолепное решение».

James Molony SPAIGHT, Bombing Vindicated[122], 1944, стр. 73–74.

Мы ни в коем случае не оправдываем зверства фашистов. Но первыми стёрли границу между конвенциональной войной и тотальной войной на уничтожение населения – именно британцы с приходом в кресло премьер-министра Уинстона Черчилля. Вслед за этим до 9 мая 1945 г. британские, а затем и американские бомбардировщики занимались тотальным истреблением населения Германии.

14 февраля 1942 г. британское Министерство ВВС выпустило «Директиву о бомбардировках по площадям»[123]. В ней говорилось, что центр тяжести «отныне должен быть нацелен на моральный дух вражеского гражданского населения». Начальник штаба ВВС Чарльз Портал пояснил: «Я полагаю, ясно, что целями должны быть жилые районы[124], а не, например, верфи или авиазаводы». За годы войны США и Великобритания разбомбили 80 немецких городов. Среди убитых женщин оказалось в 6,5 раза больше, чем мужчин[125]; число детей и стариков составляло почти половину. С 1940 по 1945 г. англичане и американцы сбросили на Германию 1,014 млн тонн бомб. Потери Германии от этих бомбежек составили, по разным оценкам, от 500 тысяч до 1,5 млн жителей[126]. Для сравнения: от налётов немецкой авиации в Англии погибло 60,5 тыс. человек.

Разрушения Дрездена после зверской англо-американской бомбардировки. Документальное фото, 1945

Но ни о стёртом с лица земли Дрездене[127], ни о полном уничтожении напалмом[128] архитектурного наследия Кёнигсберга назло русским, ни о специальных разработках системы наиболее эффективных бомбёжек[129], способных с наименьшими затратами убить как можно больше людей – ни о чём таком из сериала «Черчилль на войне» вы не узнаете. Вместо этого вам расскажут, что сэр Уинстон

[Цитата из серии 4, тайминг 53:50] «едва ли не самый решительный лидер за всю мировую историю».

Адская Ривьера, клопы и женские романы

Было бы странно, если бы Нетфликс в своём очередном псевдо-историческом сериале не вылил ещё пару ушатов грязи на Россию и русских.

[Цитата из серии 3, тайминг 15:40] «Он, как известно, сравнивал распространение коммунизма с распространением бактерий чумы».

Почти все упоминания Советского Союза носят оттенок высокомерной неприязни. Из комментариев «экспертов» так и сочится одиозная предвзятость. Например, о подготовке Ялтинской конференции говорят так:

[Цитата из серии 4, тайминг 23:02] «Но Сталин отказывался покидать пределы СССР. Он боялся летать, боялся оставаться без мощной охраны и готов был встречаться только на территории своей страны».

То есть зрителя настраивают: выбор места – чистая блажь диктатора-параноика. Аудитория Нетфликса уже должна забыть, что в предыдущей серии рассказывалось о первой встрече большой тройки за пределами Советского Союза: в Тегеране, куда Сталин вполне себе добирался на самолёте[130]. А на выборе Ялты Сталин настоял именно затем[131], чтобы западные «партнёры» увидели собственными глазами последствия чудовищного ущерба, нанесенного СССР нацистской Германией. Но подобных уточнений от авторов сериала, конечно, не дождаться.

Зато под надёжным прикрытием устоявшейся на Западе русофобии авторы вворачивают в документальный (вроде как) сериал жирную чавкающую ложь.

[Цитата из серии 4, тайминг 23:28] «Ялта, город на Чёрном море. Это как бы уменьшенная модель СССР. Снаружи всё вроде красиво. Но стоит приглядеться – и выясняется, что внутри совсем всё по-другому. В сущности – катастрофа. Во дворце было полно клопов. Они заползли в постель к Черчиллю и ночью искусали ему ноги. Черчилль потом сказал: „Можно было хоть 10 лет искать, но хуже Ялты места не найти“».

Чувствуете, повеяло непредвзятой журналистикой? Фасад у СССР красивый, а внутри клопы. Но как-то это слишком уж дико звучит: ведь советская сторона встречала не беженцев из Афганистана, а руководителей союзных держав. Откуда же у экспертши сериала Кэтрин Грейс Кац информация о клопах? Ах, оказывается, в 2020 г. в Америке вышла книжка[132] «Дочери Ялты: семьи Черчилля, Рузвельта и Гарримана. История любви и войны» (Аверелл Гарриман был американским послом в Советском Союзе и также участвовал в Ялтинской конференции). Именно из этой книжки (и только из неё) можно узнать леденящие кровь подробности о жутких бытовых условиях: разрушенном войной ландшафте за окном (да неужто?), постепенно оскудевающем выборе блюд, многочасовых (!!!) очередях в туалеты, кровожадных комарах (в феврале!) и постельных клопах.

А написала это творение… сама Кэтрин Грейс Кац. На её сайте можно узнать[133], что в 2013 г. она получила степень бакалавра по истории в Гарвардском университете США. А уже в 2014 г. – степень магистра по современной европейской истории в Кэмбридже. Даже в нынешней российской насквозь зареформированной системе высшего образования магистра от бакалавра разделяют два года… – но Кэтрин Грейс, очевидно, невероятно талантливый историк, справилась за год. За который написала диссертацию о происхождении современных методов контрразведки (?!). После чего восходящая звезда исторической науки отправляется… работать «в сфере финансов» в Нью-Йорк.