Лана и Красный дракон

7

Лана лежала в кровати уже продолжительное время. Прямо так, в великолепном платье и возила по простыням прекрасной прической. Ее никто не беспокоил. Никто, кроме собственных мыслей. В голове царила настоящая анархия из обрывков мыслей и образов, панические вопросы смешивались с обеспокоенными лицами родителей, непонятно откуда выскакивали воспоминания из детства, смеющаяся Наташа. Потом первый день в институте, незадачливый Олег. Лана горько всхлипнула, глотая горячие слезы, медленно села на кровати, свесив ноги вниз. Зеркало в углу по-прежнему казалось совершенно обычным. Лана медленно приблизилась, пугая себя собственным растрёпанным видом и обеспокоенными выражением лица. Оглядела резную раму. В ее комнате зеркало было разве что такого же размера, ни о каком натуральном дереве в век современного пластика речи не шло. Девушка вгляделась в заплаканное отражение, осторожно прикоснулась к холодному стеклу, надавила пальцем на гладкую поверхность. Ничего. Попыталась заглянуть за край между рамой и зеркалом, но и это не принесло результата. Отчаяние медленно пожирало девушку. Вместо прекрасного дома и доброжелательных хозяев ей почудились смертельная опасность, тюрьма и надсмотрщики. Приступ паники прервал стук в дверь. На этот раз он был гораздо громче и увереннее, чем утром. Лана продышалась, обтерла рукавом мокрые щеки и откликнулась хрипловатым голосом. В ту же секунду Эраклен оказался в комнате, мягко улыбнулся, не подав виду, что заметил паническое состояние девушки. — Составишь мне компанию на прогулке в саду? Лана кивнула, спешно пригладила чуть растрепавшуюся косу и одернула платье вниз. Эраклен повел ее прямым коридором, который сразу вывел их в сад с мощеными белым камнем дорожками. Здесь не было специально высаженных цветов и организованных клумб, тропинки петляли между плодовыми деревьями. Лана не сразу заметила стену, вдоль которой они прогуливались, так густо она заросла виноградником. Тут девушка почувствовала себя лучше, умиротворение живущего собственной жизнь сада накрыло ее одеялом спокойствия, выровняло дыхание, прогнало дрожь из рук. Эраклен заметил как расслабились плечи девушки, разжались губы, шаг стал плавнее. — Мне правда очень жаль, что приходится окунать тебя в наши неприятности с самого момента перехода. Наверняка ты не этого ожидала услышать и увидеть… — Вообще ничего не ожидала, — тихо отозвалась Лана, — то, что со мной сейчас происходит похоже на сказку… — Это станет замечательной легендой, когда все закончится, — улыбнулся Эраклен. — А когда… Когда все закончится, я смогу вернуться обратно? — Это будет полностью твой выбор, можешь остаться здесь, можешь вернуться обратно, в свое время. Лана едва слышно выдохнула. — Было пророчество, Лана, что именно дева Старого мира защитит Новый рассвет от пришедшей тьмы. Каждое полнолуние мы проводили ритуал призыва пока магия не нашла тебя. Ты отмечена ею, поэтому ты здесь, с нами и мы возлагаем на тебя большие надежды. — Мы? Значит вас много? Эльфы… — Не только эльфы, так же люди и многие другие народы, населяющие Новый рассвет. Зло довлеет не только над моей страной, но и над всеми известными землями. — Я не… Знаю. Я не верю, что это действительно я, у меня нет никаких особых способностей, даже навыков нет! — с отчаянием в голосе проговорила Лана, чувствуя новый приступ паники. Эраклен протянул руку к дереву и сорвал с него пышный розовый цветок, протянул девушке, оттягивая ее от тяжёлых мыслей. Лана неуверенно взяла цветок, посмотрела на Эраклена. В глазах его плескалась жалость и усталость. — Есть способ проверить. Хочешь? Лана удивлённо моргнула. — Если есть способ проверить, значит вы сами не уверены кого вам подсунула ваша магия? Эраклен вдруг звонко рассмеялся, встряхнул головой так, что волосы отодвинулись и Лана наконец-то увидела кончики самых настоящих эльфийских ушей. — Мы уверены. Это для того, чтобы поверила ты сама… И другие. — Ладно, — проговорила девушка, — пойдем проверим. А если проверка не пройдет твоя магия вернёт меня обратно? — Моя — нет, а вот вселенская вернёт, — пообещал Эраклен и указал рукой путь.

8

Эраклен, храня таинственное молчание и лишь улыбаясь на распаляющееся любопытство девушки, вывел ее в небольшое строение с высокой, уходящей стрелой в небо, крышей. Тут светлый камень не был увит лозами, ни живыми, ни нарисованными. Каменные стены хранили девственную чистоту. Вход был одним, высоким, узким и без двери. Стены украшали окна-бойницы, убранные разноцветными витражами так, что солнечные лучи пускали цветные блики по гладким стенам. Лана поняла, почему этим стенам не требовались дополнительные украшения — витражи и солнце расписывали стены причудливыми узорами. И как догадывалась девушка, узоры эти менялись в зависимости от положения солнца. Девушка затаила дыхание, медленно вращаясь вокруг своей оси и с восторгом разглядывая как цветные блики складываются в размытые картины. Над огромным изумрудным полем плыло ярко-алое облако и только через несколько секунд Лана угадала в этом облаке ящерообразное существо с длинными телом и огромными крыльями. Строение было похоже на своеобразный храм. Эраклен стоял возле узенького постамента в центре, единственного, что тут было из обстановки. Заметив, что Лана насмотрелись, движением руки подозвал к себе и поднял стеклянную крышку. В центре каменного постамента, такого же белого и гладкого, как стены, было вырезано углубление. Лана видела как Эраклен вытягивает за длинную цепочку кулон. — Нужно примерить его. Лана рассматривала вращающийся на длинной цепочке камень с идеальной огранкой в форме сердца. Как только луч солнца попадал на него, камень тут же начинал искриться. — Он меня не покусает? Эраклен вновь громко рассмеялся и протянул цепочку девушке. — Нет, Лана, это просто камень, возможно наделённый капелькой магии, символ власти Избранной. Только отмеченная вселенской магией дева может его носить. Лана, вначале собиравшаяся накинуть цепочку на шею, протянула ее обратно Эраклену. — Мне не очень хочется ставить на себе эксперименты. Если магия камня не признает меня, что случится? Цепочка удушит? Камень испепелит меня? — Нет, даже если случится такое, что камень не признает тебя, то цепь просто порвётся. Пока ты находишься в стране эльфов никто и ничто не причинит тебе вреда, даю слово Владыки. Даже если магия ошиблась и ты не дева из пророчества, камень не откликнется. Лана бросила на Эраклена недоверчивый взгляд и вновь взглянула на украшение. Ничего необычного кроме крупного размера и изящности огранки она в нем не находила. — Если он меня не признает, ты отправишь меня обратно? Эраклен терпеливо улыбнулся и проговорил серьезным тоном: — Ровно в тот момент как ты сама решишь вернуться. Лана кивнула, принимая его условие, резким движением накинула цепь на шею и застыла. Ровно секунду ничего не происходило. А потом маленький храм наполнился благоуханием дивных цветов, ветер всколыхнул волосы у шеи, пустив по спине толпу испуганных мурашек. Лана почувствовала толчок в грудь и жар, разлившийся по телу. Испугаться девушка не успела, потому что он моментально сменился небывалой лёгкостью и осел неясной силой в плечах и на кончиках пальцев.

Лана хрипло выдохнула, сжимая и разжимая пальцы, в центре ладоней поселилось уверенное тепло, а голова прояснилась, как после очень долгого и хорошего сна. Девушка покачнулась, хватаясь рукой за постамент. Эраклен бережно поддержал ее. — Все в порядке. Сейчас пройдет, это магия. Тебе не привычно, потому что её в твоём теле никогда не было. Ощущения в теле потухли, ослабли, оставляя после себя лишь привкус озона во рту и лёгкий тремор в коленях. — Он светится… — Да, произошло то, что и должно быть. Камень признал хозяйку. Тебе нужно привыкнуть, пойдем, провожу тебя в комнату, хватит впечатлений на сегодня. Фелари принесет ужин в комнату, сегодня тебя никто больше не потревожит. Эраклен, все ещё поддерживая девушку за талию, вывел из храма и они медленно вернулись в дом. Лана осторожно опустилась в кресло, выдохнула. Фелари появилась в дверях и тут же убежала с поручением от хозяина. — Тебе нужно ещё что-нибудь? — Книги, — тихо ответила Лана. — Книги? — переспросил Эраклен, не скрывая своего удивления. — Да, книги или источник знаний, принятый у вас. Я хочу знать историю… Может есть что-то о том, что произошло… Ну, со старым миром и с вашим? — Конечно, книги, — улыбнулся Эраклен. — Лично выберу для тебя. Лана устало кивнула. Эльф вышел из комнаты. Девушка несколько минут сидела без движения, прислушиваясь к ощущениям в теле. Рассеянно шевельнув рукой коснулась цепочки, камень мигнул и скользнул по одежде. Лана удивлённо замерла, приподняла его и вгляделась. Из прозрачного сердце стало ярко-алым.

9

Лана бежала, чувствуя за спиной неясную опасность. Рык, жуткий, пробирающий до мурашек, слышался отовсюду. Девушка забежала за угол, прижалась мокрой спиной к ледяному камню. Зажала рот рукой, пытаясь скрыть тяжелое и шумное дыхание. Вибрация прошла по полу, отозвалась между лопаток. Девушка почувствовала рывок, успела вскрикнуть прежде, чем мозг пронзила боль и ее поглотила тьма. Лана резко села в кровати, прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать всхлипывания. Слезы сами по себе текли по щекам. Ноги слабели от пережитого ужаса. Несколько минут ей потребовалось, чтобы прийти в себя. Полог колыхался в такт ветру, прежде приятный, он сейчас казался ледяным. Лана поднялась с кровати и поёжилась, ночная рубашка, мокрая от пота, неприятно липла к спине. Девушка отправилась в ванную, умылась теплой водой, сменила белье и зябко потерла плечи. Постепенно она успокаивалась, чувствовала как отступает ощущение ночного кошмара. Вскоре девушка вернулась в постель и забылась тревожным сном. — Плохо спала? — обеспокоенно спросил Эраклен, заметив непривычную бледность Ланы. — Так заметно? — слабо улыбнулась девушка, подходя к накрытому для завтрака столу. Заметила хмурого, немолодого мужчину, разглядывавшего ее с нескрываемым интересом. Волосы его были коротко острижены и вопрос с ушами решился сам по себе. Мужчина являлся обладателем таких же круглых ушей как она. Лана причислила мужчину к людям, предварительно… Эраклен кашлянул, решив не отвечать на вопрос, перевел внимание девушки на сидевшего мужчину. — Лана, это Арис, человек. Мои давний друг и всегда желанный гость в этом доме. — Правитель людей? — поинтересовалась Лана, присаживаясь на свое привычное место. Фелари расставила напитки на столе и присела за стол. Арис хрипло рассмеялся, переглянулся с Эракленом. — Нет, — ответил мужчина, — я не правитель, просто человек. — Арис не просто человек, — деликатно поправил Владыка эльфов, — этот человек исходил столько троп, сколько не каждый эльф за свою длинную жизнь. Арес странник, путник, искатель, называй как хочешь и все будет правильно. Он согласился на нашу авантюру. Лана переглядывалась с Арисом все время, пока Эраклен рассказывал. Мужчина был крепкого телосложения, рубашка обтягивала мускулистые плечи, взгляд прямой, спокойный. Лана так и не смогла понять какого цвета глаза, они словно менялись от серого до зеленого. Волосы черные, коротко подстрижены и аккуратно причесаны, либо скуластое с тяжелым подбородком и загаром, что было заметно по светлой полосе уходящей под вырез рубашки кожи. Лана никогда не умела определять возраст людей и прикинула, что Арису должно быть больше сорока лет. — Авантюру? — удивленно переспросила девушка.

— Арис будет одним из тех, кто сопроводит тебя к границе моих земель и дальше, туда где должно совершиться твое предназначение. Арис молча кивнул. Лана откинулась на спинку стула и задумалась. Она только сейчас поняла, что совершенно ничего не знает о том, что предстоит сделать. Эраклен говорил о зле, о магии, о деве из предсказания, но никто, ни разу не сказал что именно ей придется сделать. — Он ее принял, — тихо проговорил Арис, кивком головы указывая на висящий на шее Ланы камень. Девушка задумчиво прикоснулась к цепочке, алый камешек подмигнул в ответ, поймав солнечный луч на одну из своих граней. Эльф величественно кивнул. — Мы можем с тобой поговорить? — попросила Лана Эраклена, чувствуя себя совершенно потеряной. — Сначала завтрак, нужно восстанавливать силы. Кошмары снились? Лана молча кивнула и больше не проронила ни слова за все время трапезы. Арис с Эракленом перебрасывались ничего не значащими фразами, иногда с ними заговаривала Фелари. Эраклен все чаще кидал на молчаливую Лану обеспокоенные взгляды. — Наедине, — попросила девушка, заметив, что Арис собирается присоединиться к ним с Эракленом. Мужчина пожал плечами и удалился. — Что так сильно тебя тревожит? — Эраклен решился на вопросы только тогда, когда они с Ланой удалились глубоко в сад, прошли узкий мостик над ручьем. — Я не спросила самого важного. Что мне придется сделать? Неясный страх овладел Ланой. Ее встретили доброжелательно, обеспечили кров, еду, одежду, провели ритуал. Но… Девушке стало совсем не по себе, что за расплата ее ждет за избранность?

Разбушевавшееся после ночных кошмаров воображение уже рисовало жертвенные круги и другие ужасы. Все эти эмоции полным спектром отразились на лице девушки, что заметил Эраклен. — Я поклялся, что никто и ничего не причинит тебе вреда, пока ты находишься на моей земле, Лана. Мои слова не пустые, я не один человеческий век хожу по этому миру и привык держать данное слово. Лана судорожно всхлипнула, дрожащей рукой вытерла покатившиеся слезы. — Я не скажу, что твой путь будет легок и радостен, а в конце ожидает счастье. Это не так. Тебе грозит настоящая опасность, Зло, о котором я говорил, в этом мире приобрело осязаемую оболочку. Дух получил плоть и стал Темным магом. С ним тебе придется сразиться в настоящем бою. Я и мои друзья сделаем все чтобы подготовить тебя к этому бою, научим, снарядим, будем сопровождать на всем пути. И вступим в этот бой вместе, но сразить его получится лишь у тебя. Тебя для этого выбрала сама магия. Он противен ее сущности так же, как опасен для этого мира. На твоей стороне будут могущественные союзники, обещаю тебе. Девушка покачала головой и потерла виски, не веря словам Эраклена. Она до сих пор не могла представить как она — девушка без сил и знаний, из очень ленивого века, где часть забот уже передали электронике, должна будет одолеть неведомого Темного мага. — Лана, — мягко проговорил Эраклен, осторожно приобнимая ее за плечи, — посмотри на меня. Прости, что взваливаем такую ношу. Лана кивнула и разразилась беспомощным плачем, уткнувшись мокрым лицом в плечо эльфа. Тот лишь медленно гладил ее по голове, понимая, что ничем не может успокоить расстроенную девушку.

10

Копыта отбивали дробный ритм, несмотря на то, что в пути были большую половину дня. Лес был опасен и о привале никто не помышлял. Тьма расползалась все сильнее с каждым годом, опасно нависала над поселениями, заставляя строить заборы выше, а путников собираться большими группами и щериться оружием.

Дорога была ровная и достаточно широкая, однако густые заросли по ее краям отсвечивали маленькими бусинками глазок и сгущающейся темнотой среди дня. Путники внимательно оглядывались по сторонам, на влажных шкурах лошадей уже стали образовываться хлопья пены.

— Держись, Торей, — ласково шептал своему коню Андрин. Коня он любил, прекрасного, сильного скакуна, возможно сейчас своей выносливостью спасающего жизнь хозяину. Длинноногий конь шел не в пример ровнее своих лошадиных сородичей под другими седоками, бока его не ходили так судорожно, как у остальных. — Еще немного, малыш, потерпи еще немного.

За спиной засвистело и заулюлюкало, зашипело. Андрин тихо ругнулся, чуть затормозил Торея, пропуская вперед других конников. За их спинами сгустившаяся тьма собралась в тучу, а следом распалась на трех поджарых тварей, очень похожих на диких волков.

— Дело дрянь, лошади устали, — рявкнул затормозивший рядом Ратмир.

— Знаю, — буркнул Андрин, беря лук на изготовку. — С посеребряными наконечниками.

Ратмир вынул свою лук, наложил стрелу с посеребренным наконечником. Стрелы улетели практически одновременно, сразив двух тварей. Третья резко остановилась, взрывая землю передними лапами и припадая на тощий зад.

— Гадина, — рявкнул в след удирающей нежити Ратмир. Серебро, тонким слоем покрывающее наконечники стрел, ядом разрывало тела корчащихся на тропинке существ. Пока это было единственное действенное средство против темной силы.

— Не накликай и так чудом отогнали, этих обычные стрелы не возьмут, — ответил Андрин. Мужчины развернули коней и отправились догонять свой отряд.

Лошади успели прилично устать, когда лесная просека окончилась и впереди заблестел широкий ручей, разрезающий уходящее в горизонт поле.

Теперь лошади и их седоки смогли отдохнуть. Спешились, напоили коней и разбили лагерь на короткий привал. Город Владыки эльфов едва показался, на горизонте, а добраться до него следовало до темноты.

— Успеем, — уверенно проговорил Ратмир, прикладывая руку козырьком к лицу и высматривая далекие строения.

— Лишь бы лошадей не загнать, — отозвался Андрин, вернувшись с конем с водопоя.

— Дальше дорога по полю, не должно быть так опасно, — отозвался один из опытных путников, — если держать темп, то к ночи точно прибудем.

— Как думаешь какая она? — мечтательно проговорил Ратмир. — Дева из пророчества.

— Глупая девчонка, верящая в пророчества и согласившаяся на великую цель, — фыркнул Андрин, не испытывая никакого благоговения. — Вместо того, что собраться единой силой и выступить против мага, мы ищем правду в забытых сказках. До сих пор не понимаю почему отец поверил Эраклену и отправил меня. И вместо того, чтобы идти во главе войска, я поведу на смерть девку, которая наверняка оружия в руках держать не может.

Ратмир сочувственно посмотрел на друга. В отличии от Андрина он отправился в путешествие добровольно.

— Надеюсь хоть красивая.

Андрин не смог сдержать смешка.

— А у тебя все мысли только о женской красоте.

У него не было ни грамма романтичности, всегда собранный молодой человек отличался стойким характером и не малой долей упрямства. С малолетства парня учили военному искусству и к молодому возрасту с мнением Андрина считались военные советники князя, а вскоре княжеский сын занял один из главных военных постов. Его отец — человеческий князь, откликнулся на просьбу Эраклена и отправил отряд лучших воинов во главе с собственным сыном.

— Пора, лошади достаточно отдохнули, — их окликнул один из воинов. Отряд собирался, наспех перекусив, сели в седла и отправились в путь.

Андрин недовольно кривился, гоняя в голове мрачные мысли о предстоящем походе. За спиной лениво переговаривались солдаты. Андрин редко присоединялся к их беседам, он не был таким словоохотливым как Ратмир. Его друг — душа компании, надежное плечо и верный соратник сопровождал Андрина в каждом походе, стоял спина к спине и, несмотря на свою показную дурашливость, был умелым воином. С детства они вместе, проходили учения, кулачные бои и первые серьезные стычки с врагом.

Очертания города медленно росли на горизонте. Андрин прикидывал, что до темноты точно успеют добраться.

11

— Я почувствовал разрыв тканей реальности… Они вновь открыли портал. Я приказывал проследить за тем, что призыв избранной не повторялся, — голос был тихим и спокоен. Однако отраженный от каменных стен гулом набирал силу и эхом уходил под высокий сводчатый потолок. — Точка разрыва находится в городе эльфов.

Многоголосье в момент утихло, шевелящиеся тени замерли. От них отделилась скрюченная фигура, укутанная в плащ и выступила под жидкий свет единственного горящего факела. Мерцающее пламя глухо отливало на пластинах брони сидящего на троне человека. Скрюченная фигура откинула капюшон, являя безобразную физиономию старого гоблина. Каждый палец его был украшен крупным перстнем, с вправленными драгоценными камнями, преломившими скудный свет.

— Хозяин, — зашелестел гоблин, — мы не позволим… Мы не позволим ей отойти от эльфьего жилища. Я нашлю на нее дракона, сотни тысяч моих соратников -гоблинов. Она такая же как остальные…

Грангинал низко поклонился и застыл, не решаясь поднять голову. Лица своего Хозяина он никогда не видел, не видел и фигуры целиком. Его встречи всегда проходили в этом темном зале и лишь ленивое движение рук говорило о том, что перед ним не кукла. И Грангинал был единственным гоблином, с которым Хозяин соизволил говорить, а потому считал себя особенным. Иногда позволял себе лишние вопросы, но не сегодня. Сегодня Хозяин был не в настроении. Это ощущалось по завыванию холодного ветра в узких высоких бойницах, по рычанию невидимых тварей в темноте, по сгущающемуся и копошащему сумраку за спиной гоблина. Грангинал знал, что его Хозяину служат не только гоблины, живые, но и мертвые.

— Эта… Другая, — после минутного молчания заговорил Хозяин. Грангинал увидел как поднялась закованная в тусклую сталь рука, как на нее оперся тяжелый шлем, мало похожий своими очертаниями на человеческую голову. Грангинал давно подозревал, что Хозяин, веками якшавшийся с тьмой, утратил человеческий облик и только древний доспех поддерживал очертания тела. — Эту приведете живой и невредимой. Ты лично за это отвечаешь. За каждый волос и палец, если гоблины посмеют причинить вред ей, все то же самое Я сделаю с тобой.