- -
- 100%
- +
Муж допивает кофе, проверяя новости в телефоне, а я схожу с ума, потому что понимаю, что и в это раз я не беременна. Никакого токсикоза, всё как обычно в преддверии «этих» дней. Нужно как-то начать разговор о других методах зачатия. Уже третий год мы пытаемся завести ребёнка, и ничего не выходит.
Сажусь на стул рядом с мужем.
– Саш.
Опускаю голову, чувствуя себя виноватой. Муж отрывает глаза от экрана мобильного, переводит взгляд на меня и делает последний глоток кофе.
– Может, нам всё же попробовать ЭКО?
– Мы это уже обсуждали. – Сашино лицо сразу становится злым, он весь напрягается, но сдерживает себя: ставит чашку на стол и выдыхает. – Давай просто будем жить для себя. Если не получается, значит – не надо.
– Но ты же…
– Хватит! – отрезает Саша. – Я устал от этих разговоров о детях.
Он встаёт из-за стола и идёт к выходу, по пути хватает пиджак и в спешке натягивает его. Все его движения резкие: он злится на меня и старается как можно скорей сбежать из дома.
Я обиженно качаю головой. И ведь знаю же, как Сашу это раздражает, но всё продолжаю мечтать о ребёнке, который был бы похож на него. Мальчик или девочка – не важно.
Мы ведь вместе об этом мечтали, когда поженились три года назад. Но неудачные попытки охладили пыл мужа, и он в последнее время постоянно взрывался, стоило мне затронуть эту тему.
– Лана, я устал каждый месяц видеть твоё унылое лицо, – продолжает Саша уже из коридора. – Устал слушать, как ты плачешь, что и в этот раз не получилось. Пора смириться, что у нас не будет детей.
Так больно это слышать. Хочется заплакать. Но в чём-то муж прав. Я всегда так сильно расстраиваюсь, когда приходят месячные. Да, ему это не нравится и очень раздражает, но мне хочется знать, что я в своём горе не одна.
Нужно взять себя в руки и хотя бы проводить мужа на работу, как полагается.
С трудом отрываю себя от стула и направляюсь к Саше. Он уже обувается. Нацепляю улыбку: лучше не показывать мужу, как меня обидели его слова. Надеюсь, что он всё же подумает над моим предложением. Хочется верить, что рано или поздно у нас всё получится.
– Дай поправлю. – Я тянусь к криво повязанному галстуку.
Саша, видя мою улыбку, меняет гнев на милость и позволяет себе помочь. Я поправляю ему галстук, потом смотрю в Сашины карие глаза и в этот момент не могу не думать о ребёнке. Слёзы наворачиваются, а улыбка исчезает.
– Разве нам плохо вдвоём? – мягко спрашивает Саша и берёт меня за руку.
Я опускаю голову. Я правда люблю Сашу и не представляю свою жизнь без него. Но мы ведь вместе мечтали… Вместе хотели малыша, подбирали имена, думали, как обставим детскую. И квартиру покупали, рассчитывая на большую семью. Одна комната всё ещё пустует, даже стены не покрашены.
Поднимаю голову и вновь улыбаюсь Саше. Пусть хоть на работу уйдёт в хорошем настроении. Может, всё само решится в скором времени.
– Будь что будет.
Я выдыхаю, привстаю на носочки и целую Сашу. Довольный моим ответом, он улыбается. Его настроение заметно улучшается.
– Какие планы на сегодня?
– Мама просила заехать – нужно что-то забрать. Потом пойду на курсы. Я записалась недавно, скоро буду готовить для тебя, как в ресторане.
– Уже предвкушаю. – Саша, продолжая улыбаться, смотрит на часы. – Так, всё. Мне пора бежать.
Он быстро целует меня в щёку и уходит. Закрываю за ним дверь. В душе такое опустошение.
В ванной достаю упаковку тестов для определения беременности. Сколько я их перевела, не сосчитать… Но не могу не попытаться снова. Сегодня должны начаться месячные, и я знаю, какой результат меня ждёт, но всё равно распаковываю тест и делаю всё, как указано в инструкции.
Сажусь на край ванны и жду. Не тешу себя пустыми надеждами, просто жду. Но где-то в глубине души слышу тоненький голосок: «А вдруг именно в этот раз всё получится?»
Опускаю взгляд и не могу поверить глазам: тест показывает положительный результат. Часто моргаю и снова смотрю. Нет, это не правда, не стоит радоваться раньше времени. Но я отчётливо вижу вторую полоску.
У меня перехватывает дыхание, сердце стучит, как ненормальное. Хватаю другую упаковку с тестом, повторяю процедуру и вновь жду. Всё внутри переворачивается, пытаюсь заглушить радость, но не могу. Я так счастлива сейчас, и если он окажется отрицательным, я этого просто не перенесу.
И вновь две полоски!
Ещё три теста – все они оказываются положительными. Смотрю на них и испытываю неземное счастье. Я словно на седьмом небе, меня разрывает от радости.
Хочется немедленно этим поделиться. Хватаю телефон, нахожу номер мужа, но тут же останавливаю себя. Мы так давно пытаемся зачать, и он не должен узнать такую новость по телефону.
Да и к тому же я знаю, что тесты могут врать. Вдобавок все они куплены более трёх месяцев назад – вдруг срок годности вышел. Лучше убедиться во всём на сто процентов, прежде чем сообщать Саше.
Хорошо, когда подруга работает гинекологом в частной клинике, – всегда можно втиснуться без записи. Даже забываю позвонить ей и предупредить о своём визите – я слишком сильно возбуждена от таких новостей. Уже представляю, как рассказываю о беременности мужу, предвкушаю его радость. Наконец-то мы станем настоящей семьёй.
Хватаю сумку, кидаю в неё тесты и выбегаю из квартиры.
2
От машины до поликлиники я почти бегу. Стеклянные двери разъезжаются, и я подлетаю к администратору.
– Ирина Мельникова… у себя?.. – Дыхание сбилось.
Девушка на ресепшене смотрит на меня округлившимися от испуга глазами.
– Да-а… но у неё ещё не начался приём, – протягивает она, явно будучи немного в шоке от моего запыхавшегося вида.
– Отлично! – радостно выдыхаю я и спешу к кабинету подруги. Администратор даже не пытается меня остановить – видимо, не успевает прийти в себя.
Без стука распахиваю дверь.
– Ира! – вскрикиваю я и замираю с открытым ртом.
На меня смотрят две пары глаз: моей подруги, прижатой к столу, и моего мужа, который стоит позади неё в расстёгнутой рубашке и без штанов.
– Что здесь происходит? – заторможенно произношу я.
Этого ведь не может быть. Мне всё привиделось. Это гормоны. Сейчас моргну, и всё исчезнет. Но ничего не исчезает. Хотя у меня и моргнуть-то не выходит.
Кровь холодеет в жилах. Не могу пошевелиться: так и стою, удерживая дверь и широко распахнув глаза. Такое ощущение, что я умерла и навеки застыла в этой позе.
– Дверь закрой, – сурово бросает Саша.
Он отступает от Ирины, поворачивается ко мне спиной, надевает штаны. Я продолжаю смотреть на мужа и подругу, отказываясь верить в происходящее. Это всего лишь розыгрыш. Я просто всё не так поняла…
Ира встаёт, поправляет халатик, причёску и с улыбкой, без капли смущения на лице, подходит к моему мужу. Тот как раз заканчивает возиться с ремнём.
– Саша? – Мой голос дрожит, во рту всё пересохло.
– Чего? – Он устало поворачивается ко мне и принимается массировать виски пальцами правой рукой.
– Что здесь происходит?
Пусть он скажет, что это всё шутка, розыгрыш. Ну, или что-то подобное. Не представляю, как я переживу измену. Нет, мой муж любит меня и не способен так со мной поступить. Только не мой муж! Это может случиться с кем угодно, но только не с нами.
– Ты сама всё прекрасно видела. – Саша, опустив руку, прижимает Ирину к себе за талию и одаривает меня безразличным взглядом. – Или для тебя повторить нужно?
– Что?
Нет, мне точно показалось. Саша не может так со мной разговаривать. Он же любит меня. Это определённо какой-то розыгрыш.
– Мы встречаемся. И у нас всё серьёзно, – с усмешкой говорит Ира, и я перевожу взгляд на неё. – Не думала, что ты такая тупая.
Я трясу головой. Нет! Этого не может быть!
– Ты сама виновата. – Саша выглядит невероятно спокойным, в его глазах читается равнодушие.
– Я?
– Да, ты. Ты только и думаешь, что о ребёнке. Секс у нас по расписанию и в определённых позах. Нытьё ещё твоё постоянное. Меня это всё достало. Даже хорошо, что ты наконец знаешь. Так будет лучше для нас всех.
– Что?
– Мы разводимся. – Саша усмехается.
– Но… – Слова встают поперёк горла, и я прокашливаюсь. – Я беременна.
– Что? – Муж удивлённо вскидывает брови, затем медленно сжимает руки в кулаки и стискивает зубы. – Ты серьёзно?
Я киваю, уже представляя, как Саша падает на колени и просит моего прощения.
– Я не могу иметь детей, – тяжело выдыхает он.
Как? О чём он говорит? Мы же оба сдавали анализы, и у нас всё было хорошо, мы здоровы. И я ни с кем не спала, кроме мужа. Это невозможно! Это ошибка какая-то! Он ведь шутит?
Саша смотрит на Иру с улыбкой.
– А я ещё корил себя за связь с тобой. Но, оказывается, у моей жены рыльце-то в пушку. – Он бросает на меня грозный взгляд. – Хотела повесить на меня своего ублюдка? Чтобы я содержал и тебя, и его?
– Это твой ребёнок! – Я срываюсь на крик. Слова мужа ранят меня в самое сердце.
– Ира подтвердит, что я бесплоден. Достаточно тебе этого? Или анализы показать? Я стерилен. Полностью.
– Саша…
– Замолчи! – злобно кричит он. – Мне хватило долбанутой жены, повёрнутой на цикле! Ты настолько хотела ребёнка, что легла под кого-то, лишь бы залететь? Ты вообще с головой не дружишь?
– Это твой ребёнок… – бормочу я дрожащим голосом.
– Можешь быть свободна – мы тут ещё не закончили. – Саша крепко прижимает Иру к себе, наклоняется и целует её в шею. – Вещи чтоб сегодня же собрала. На развод я сам подам. – Он даже не смотрит на меня, пока это говорит и продолжает покрывать шею Иры поцелуями.
Я стою, как вкопанная. Не верю, что это в самом деле происходит. Только не со мной. Смотрю, как муж целует мою подругу, и не могу пошевелиться.
– Иди! – рявкает Саша.
Я вздрагиваю и выскакиваю за дверь.
Что я чувствую? Не знаю. Кажется, что ничего. Пустоту... Я с трудом переставляю ноги, перед глазами всё ещё стоит картина, как Саша целует мою подругу. Я ничего не вижу, не понимаю, куда иду, не слышу никаких звуков. Я просто выпадаю из действительности.
В реальность меня возвращает пронзительный гудок. Поворачиваю голову и вижу, что на меня несётся огромная чёрная машина. Зажмуриваюсь, закрываю лицо руками, слышу визг тормозов и прощаюсь с жизнью.
3
– Совсем, что ли?!
Кто-то орёт мне прямо в ухо. Всё как в тумане, мир плывёт перед глазами, ничего не соображаю. Меня хватают за руки и начинают трясти.
– Дура! Смотри, куда прёшь! – продолжает орать незнакомый голос.
Меня пошатывает. Смутно различаю силуэт мужчины. Не знаю его. Наверное. Нет, точно не знаю. Почему он лезет ко мне?
– Отстань. – Я отмахиваюсь от него и иду дальше, не разбирая куда. Мысли заторможены.
Меня хватают за талию, дёргают назад, и тут же прямо передо мной, громко сигналя, проносится газель. Резкий порыв воздуха. Я успеваю только взвизгнуть, но это приводит меня в чувство.
– Тебе жить надоело?
Чуть дыша, смотрю, как по дороге с бешеной скоростью носятся машины. Как я здесь оказалась? Помню, что вышла из больницы, и всё… Дальше все кадры смазаны.
Постепенно начинаю осознавать, что произошло. Слёзы катятся по щекам, меня всю трясёт. Мой муж, моя подруга… Что у меня осталось в этой жизни? И я только что чуть не убила себя и малыша.
– Ты чего? – Незнакомец, наклонив голову, заглядывает мне в глаза. Кажется, он растерян. – Всё же нормально.
Он медленно, с опаской подходит, аккуратно кладёт руку мне на плечо, слегка приобнимает.
– Тише, тише, – мягко произносит незнакомец.
Он прижимает мою голову к своей груди и так заботливо гладит меня, что я окончательно расклеиваюсь и принимаюсь плакать. Крепко вцепляюсь в его рубашку и рыдаю уже навзрыд.
– Да ладно тебе. – Он начинает потихоньку отступать к машине. – Давай уйдём с дороги.
Я не сопротивляюсь и позволяю себя увести. Даже не знаю, кто он, но сейчас мне нужен рядом хоть кто-то.
Незнакомец усаживает меня в свою машину на переднее сиденье, даже пристёгивает ремнём безопасности. Затем достаёт упаковку салфеток из бардачка и кладёт её мне на колени. Я вытираю слёзы и пытаюсь взять себя в руки, но шмыгаю носом и вновь начинаю реветь.
– Поплачь, поплачь, – тихо говорит незнакомец. – Легче будет.
Он закрывает дверь, садится за руль, и машина трогается с места.
Я плачу, вытираю салфеткой слёзы и сопли и снова плачу. Мне неважно, куда мы едем – даже думать об этом не могу. Я как будто всё ещё в том кабинете, смотрю, как мой муж занимается сексом с моей подругой.
А ведь я правда считала, что у нас с Сашей идеальный брак, и для полного счастья не хватает только малыша. А теперь что? Малыш – под сердцем, семья – вдребезги.
Саша каждый день говорил, что любит меня. Как он мог? Сам же хотел ребёнка. Почему он тогда так настаивал, чтобы я забеременела, если думает, что бесплоден? Почему Ира? Разве нет больше женщин? Почему нужно спать именно с моей подругой?
Вопросы накладываются один на другой. Я и без этой каши в голове не могу сейчас соображать, но продолжаю себя мучать.
– Ну что, успокоилась? – весело спрашивает незнакомец.
Я поглядываю на него украдкой. Стыдно даже голову поднять. Наверняка всё лицо опухло, глаза красные, а под ними – следы от туши.
Рассматриваю своего неожиданного спутника. Светлые волосы собраны в модный маленький хвостик. Аккуратная бородка. Рукава белой рубашки закатаны до локтей. Широкие плечи. На вид ему не больше тридцати пяти. Я опускаю взгляд и замечаю на его груди чёрные пятна от моей туши.
– Простите. – Я опять шмыгаю носом. Кажется, вновь сейчас разревусь. Как же неловко: бросилась человеку под машину, испортила ему рубашку. – Если хотите, я могу застирать.
– Что? – Парень бросает на меня взгляд, а затем смотрит на свою грудь. – А, ты про это. Не переживай, у меня ещё одна есть. Всё нормально. Не каждый день мне удаётся спасти такую красавицу, всего лишь пожертвовав рубашкой. – Он улыбается. Тон у него весёлый и непринуждённый, и на секунду мне даже становится легче. – Чувствую себя настоящим рыцарем. Рыцарь Андрей. – Он гордо поднимает голову. – Ну как? Звучит?
Я выдавливаю из себя улыбку и смущённо киваю.
– Ну, так-то лучше, – усмехается мой спаситель. – Улыбка тебе больше идёт. А как зовут принцессу?
– Я не принцесса.
– А? Ну да, колечко я сразу не заметил. Значит, королева. Повезло же кому-то – такую царевну себе отхватил. – Андрей словно специально передо мной кривляется, но мне действительно становится легче от его шуток.
– Ага, – усмехаюсь я, теребя кольцо на пальце. – Отхватил и выбросил.
Андрей удивлённо поднимает брови и кривит губы. Остановив машину и заглушив мотор, он поворачивается ко мне.
– Ну, тогда это дело надо обмыть, – усмехается он. – Не слёзы же лить по этому слепому барану.
Я начинаю тихонько смеяться. С ним так легко, мы словно знакомы целую вечность.
Андрей приводит меня в кафе, мы садимся за столик. Мой неожиданный спутник очень вежлив со всеми, заботливо ухаживает за мной и как будто не замечает моего заплаканного лица.
– Что выбрала? – Андрей внимательно разглядывает меню. – Здесь очень вкусно готовят.
У меня желудок сжимается только от одного вида еды. Сейчас мне совсем не до неё, и я качаю головой.
– Нет, – выдыхает Андрей и кладёт меню на стол. – Так дело не пойдёт. Надо праздновать расставание, а не сопли жевать. Давай, рассказывай.
– Что рассказывать?
– Ну, не знаю. – Он пожимает плечами. – Всё. Начни сначала.
– Мой муж… изменил мне с моей подругой… бывшей подругой.
Смотрю на реакцию Андрея, но её нет. Он не удивлён, не взбешён, просто сидит и ждёт продолжения.
– Такое бывает.
– «Такое бывает»? – усмехнувшись, переспрашиваю я. – Серьёзно? Все мужики спят с подругами своих жён?
– Я и не утверждаю, что все так делают. Но дерьмо случается. Да, он козёл, урод, придурок. Но не вижу повода бросаться под машину.
– Я не бросалась под машину, – говорю я обиженно. – Просто не заметила, как оказалась на дороге.
Опускаю голову и с грустью разглядываю колечко на пальце. До сих пор помню, как Саша делал мне предложение. Это какой-то закон подлости, что в такой момент вспоминаются лучшие эпизоды жизни, словно мозг пытается заглушить боль. Вот только от воспоминаний боль возвращается, и в носу снова начинает пощипывать.
– Ладно. Раз есть ты не хочешь, то предлагаю выпить.
– Я беременна.
Андрей удивлённо открывает рот, его брови лезут на лоб.
– Ну он, конечно, полный урод!
– Согласна, – усмехаюсь я. Слёзы уходят.
Странно, что иногда совершенно незнакомый человек может немного облегчить страдания, всего лишь побыв рядом.
– Ну и что планируешь делать?
– Пока не решила. – Я качаю головой. – Для начала поеду к маме, переночую у неё, а утром решу.
– Вот это правильно. Как говорят, дома и стены лечат. – Андрей вновь открывает меню. – Но поесть тебе всё же придётся.
– Я не хочу.
– Можешь не есть сама, просто покорми ребёнка.
Я посмеиваюсь.
– Как ты себе это представляешь?
– Не знаю. – Он пожимает плечами и улыбается. – Ты же мама. Придумай.
Так приятно слышать в свой адрес слово «мама», ведь я теперь и в самом деле мама. По крайней мере, надеюсь. Нужно сходить к врачу и всё узнать наверняка. Но я чувствую, что это правда.
Андрей заказывает еду: слишком много для нас двоих. Я ем совсем чуть-чуть, в процессе рассказываю о своей жизни, а Андрей внимательно меня слушает и улыбается. Мне не хочется сейчас говорить о муже. Приятней делать вид, что ничего не произошло, что я не заставала его в кабинете с любовницей.
После того как мне удаётся поесть, Андрей отвозит меня к маме. Слёзы совсем высохли, чувствую себя немного лучше.
Но как только мы подъезжаем к дому, на меня словно заново всё наваливается. Мне же ещё предстоит рассказать маме, что произошло, и вновь пережить те кошмарные минуты.
– Держи. – Андрей протягивает мне визитку. – Звони, если что-то понадобится.
Я смотрю на ламинированную карточку и улыбаюсь. Так приятно, что совершенно незнакомый человек предлагает помощь. Знаю, что никогда не позвоню, но всё равно приятно.
Поднимаю голову и встречаюсь взглядом с мамой. Она стоит на крыльце с двумя пакетами в руках и смотрит на меня, прищурившись.
– Кажется, мне пора, – быстро говорю я и выскакиваю из машины. – Мама!
4
Маму явно заинтересовал незнакомец, который меня привёз. Она неотрывно смотрит на машину, пока мы с ней идём к подъезду, и не задаёт никаких вопросов.
Мы поднимаемся на второй этаж. Я много раз предлагала ей перебраться поближе к нам с Сашей, даже находила для неё квартиру в новостройке неподалёку, но мама отказалась. Она никогда не брала у нас с мужем денег, и скромный ремонт в своей двухкомнатной квартирке сделала за свой счёт. Мама гордилась тем, что на все свои нужды зарабатывает сама.
Возможно, она не принимала от нас деньги и дорогие подарки, потому что недолюбливала Сашу. Со временем она смирилась с моим выбором, даже передавала для Саши угощения и всегда интересовалась, как у него дела, но от любой помощи отказывалась.
Только оказавшись в квартире, мама наконец приходит в себя после увиденного.
– А почему ты сама не на машине? Я вам столько заготовок хотела отдать. Знаю, как Саша любит мои огурчики. Да и тебя, дай бог, скоро на солёненькое потянет.
Я разбираю пакеты, складываю продукты в холодильник и стараюсь не слушать, что говорит мама, но как только она упоминает имя моего мужа, в душе всё переворачивается. Сердце сжимается. Я замираю и сильно зажмуриваюсь, чтобы сдержать слёзы.
– Что с тобой?
Я встряхиваю головой, отгоняя мысли о Саше.
– Мы разводимся. – Я достаю банку с вареньем и ставлю её на стол.
Стараюсь не смотреть на маму и пытаюсь чем-то себя занять. Создаю, так сказать, суету. Выкладываю на стол чашки, включаю чайник, ищу заварку. Кажется, стоит хоть на секунду остановиться, и я расклеюсь окончательно.
– Подожди.
Мама ловит меня за руку, тихонько дёргает и пытается заглянуть мне в глаза. Я смотрю в пол, избегаю её взгляда – чувствую, что расплачусь.
– Расскажи мне, что случилось.
Я качаю головой. Пытаюсь сдержать слёзы, но ничего не выходит, и тогда я крепко обнимаю маму и начинаю плакать, уткнувшись ей в плечо.
– Ну тише, тише. – Мама гладит меня по спине. – Ну что случилось? Может, не всё так плохо?
Я не говорю ни слова, пока поток слёз не начинает утихать. Отстраняюсь, вытираю лицо ладонями, шмыгаю носом и выдавливаю из себя улыбку.
– Да, всё не так плохо, – отвечаю я с сарказмом. – Он всего лишь спит с Ирой.
Я даже сама не верю своим словам, хотя видела всё собственными глазами.
– Как спит? – Мама удивлённо на меня таращится.
– Мама! Тебе показать надо?
Её непонимание просто из себя выводит! Ну видно же, что я нахожусь на грани срыва, но она всё равно задаёт глупые вопросы!
– Ты, наверное, всё неправильно поняла. Это какое-то недоразумение. Саша ведь тебя так сильно любит, он не может…
– Может! – обрываю я её. Не хочу слушать, какой Саша хороший. – И думаю, у них это уже давно.
Мама замолкает. Она знает, что Саша для меня целый мир.
– Ну, погулял мужик. – У неё трясутся губы. Заметно, как она не хочет это говорить, но всё равно говорит. – Не обязательно же разводиться.
У меня вырывается истерический смешок. Силы покидают меня, и я падаю на стул.
На самом деле даже не знаю, как бы я себя повела, если бы Саша попросил прощения. Возможно, простила бы, придумала бы ему оправдание, и жили бы мы с ним дальше. Сейчас я даже не представляю, как буду жить без него, а ведь у нас, возможно, родится малыш.
– Он сам потребовал развод, – тихо произношу я, глядя на свои руки.
– Что? – Мама возмущённо ахает.
– А ещё, возможно, я беременна.
Я встаю, достаю из сумки все свои пять тестов и кладу их на стол перед мамой. У неё трясутся руки. Она осторожно берёт один из них, и у неё на глазах появляются слёзы, а лицо озаряется улыбкой.
– Дорогая. – Слёзы радости скатываются по её щекам. Она заключает меня в объятия. – Я так рада! Девочка моя. Наконец-то. А Саша знает?
Я киваю.
– И что он сказал?
– Сказал, что это не его ребёнок. И что он не может иметь детей.
Мама отстраняется и вглядывается мне в глаза. Похоже, не верит тому, что я говорю.
– Но как… Вы же…
– Не знаю. – Я качаю головой. – Но он уверен, что ребёнок не от него, и хочет развестись. Сказал, что я достала его.
– А это точно его…
– Мама! – взвизгиваю я.
– Прости, прости. – Она встряхивает головой и улыбается. – Да и плевать! Хочет развестись – скатертью ему дорога. Я вот тебя одна воспитала. Что уж, мы с тобой вдвоём ребёнка на ноги не поставим? Зачем ребёнку гулящий отец? Я всегда говорила, что Саша тебе не пара.
Я с готовностью киваю. Мамин задор вселяет в меня уверенность, что я справлюсь. Как здорово видеть, что кто-то ещё кроме меня рад моей беременности.
– Так, давай иди умывайся, – строго говорит мама. – Нечего слёзы лить по этому кобелю. В загс сами сейчас съездим и на развод подадим. Ничего нам от него не надо, мы со всем справимся сами! Я работаю, на необходимое нам хватит. Ребёнка пристрою в сад к себе в группу, будет под присмотром всегда. И ты на работу выйдешь. Ты у меня умница, красавица. Всё хорошо будет, вот увидишь!