Предатель. Ты мне не нужен

5

Начался самый сложный период в моей жизни. Каждую ночь я плакала и никак не могла поверить, что это действительно происходит. Аппетит пропал, настроение было ужасным. Казалось, я и не жила этот месяц. Мама постоянно ворчала:

– О ребёнке думать надо, а не о мужиках. Муж сегодня есть, а завтра его нет. А ребёнок с тобой навсегда!

Но её слова только сильней ранили меня.

Я так надеялась, что Саша всё же придёт, упадёт передо мной на колени, попросит прощения. Не сомневаюсь, что простила бы его, ведь у нас скоро будет ребёнок. Теперь это точно известно.

Но встретились мы с Сашей лишь на бракоразводном процессе. Все вопросы мама взяла на себя. Я не могла этим заниматься: слишком больно.

И вот, мы сидим за большим столом: мама, я, Саша и два его адвоката. Обязательно требовалось моё присутствие – я должна подписать какие-то бумаги, чтобы развод не затянулся.

– Нам ничего не нужно от этого… – Мама кривится, когда смотрит на моего мужа. – Пусть подавится своими деньгами. Мальчишку сами вырастим.

Саша усмехается и бросает на меня мимолётный взгляд. А я головы поднять не могу. Как же плохо. Ощущение, что меня раздирают на сотни кусочков.

– Даже не пытайтесь повесить на меня её ублюдка, – фыркает Саша.

Я поднимаю голову и смотрю мужу в глаза. Хочется врезать ему, закричать, что это его ребёнок, но я в таком шоке, что даже говорить не могу – горло будто что-то сдавливает.

– А ты не смей к нам больше приближаться, – гордо заявляет мама. – Это не твой ребёнок.

Что делает мама? Зачем она такое говорит? Это ведь неправда.

– Я и не сомневаюсь, что не мой, – усмехается Саша.

Смотрю на него и поражаюсь. В какой момент он стал таким холодным и бесчувственным?

– Может, и нет уже никакого ребёнка? – Саша, наклонив голову, смотрит на меня. – Не смогла на меня повесить и избавилась по-быстрому. Или нашла другого барана, который поверит, что это его ребёнок. Поэтому так торопишься с разводом? Даже на имущество не претендуешь. Наверное, богатый баран попался?

Внутри всё закипает. Мало того, что я поймала его на измене, но он ещё и ведёт себя так, словно это я какая-то шлюха. Каждое его слово пропитано ядом, Саша словно втыкает мне нож в сердце и проворачивает его, наслаждаясь моей болью.

Я так его любила, но сейчас из меня будто выжгли это чувство. Осталась только ненависть. Все слова любви, которые он когда-либо говорил мне, потеряли свою ценность. Он сейчас перечеркнул всё, что нас когда-либо связывало. Почему он себя так ведёт? Ведь раньше он был совсем другим.

Эта ненависть, она словно заставляет меня пробудиться от спячки. Я смотрю на Сашу уверенно и встречаю его презрительный взгляд с гордо поднятой головой.

– Это больше не твоя забота, что произошло и произойдёт с моим ребёнком. Я очень рада, что его отцом оказался не ты!

У Саши начинают раздуваться ноздри. Лицо краснеет от злости, ладони сжимаются в кулаки.

– Давай уже покончим с этим браком. – Я смотрю на документы. – Уже сил нет видеть твою мерзкую физиономию.

Саша сглатывает, сжимает челюсти. Его взгляд прожигает меня насквозь, но я сижу ровно, хотя всё внутри трясётся.

– Не переживай. У нас с Ирой куплены билеты на Мальдивы, – усмехается он и выжидательно смотрит на меня.

– Рада, что два таких человека, как вы, сошлись.

В этот момент юрист протягивает мне бумаги. Я беру ручку и ставлю подписи там, где он показывает. По тексту пробегаюсь лишь мельком. Мама уже проверяла эти документы несколько раз, даже к знакомому юристу носила, так что переживать не о чем.

– Вы стоите друг друга, – добавляю я и встаю. – Надеюсь, вы будете счастливы.

– Не сомневайся, – усмехается Саша и ставит свою подпись.

– Больше от нас ничего не нужно? – обращаюсь я к юристу.

– Нет. – Он качает головой и проверяет бумаги. – Вам нужно будет только обратиться в паспортный стол, когда вы получите свидетельство о разводе.

– Что? – Саша растерянно смотрит на меня. – Даже фамилию решила сменить?

– Я же сказала: мне от тебя ничего не нужно. А уж тем более твоя фамилия!

Саша хмыкает и отводит глаза.

– Идём. – Я беру маму за руку.

Она явно немного в шоке от моего боевого настроя. Конечно: ведь все эти дни я пребывала в состоянии амёбы, не ела, не пила, не разговаривала, только лежала в постели с покрасневшими от слёз глазами. А теперь горы готова свернуть.

Мама встаёт, и мы с ней выходим из кабинета.

– Ты молодец. – Она слегка улыбается. – Так и надо с ним. Ему такое благословение с небес пришло, а он... А я ведь тебе говорила. Вот послушалась бы...

– Мама, не сейчас.

Меня словно начинает отпускать, и я вдруг понимаю, что всё – точка поставлена. Теперь мы разведены официально. Конец.

Меня трясёт, но я беру себя в руки. Я не позволю Саше погубить меня и ребёнка! Я справлюсь со всем и несмотря ни на что, и буду заботиться о себе и о ребёнке. А Саша мне не нужен! Я чувствую, что смогу и без него.

– Пойдём поедим, – предлагаю я маме, и у неё глаза загораются от счастья.

– Вот это правильно!

6

Во мне кипела злость. Хотелось прийти к Саше с младенцем на руках и ткнуть ему в лицо тестом на отцовство. Хотелось потребовать алименты и на ребёнка, и на моё содержание. Я строила коварные планы, представляла, как Саша увидит ДНК-тест и встанет на колени, чтобы умолять меня о прощении, а я дам ему разок взглянуть на лицо его сына и гордо уйду. Мне хотелось, чтобы Саша прочувствовал всю ту горечь, что испытывала я от его слов.

Но всё изменилось в первый день весны. После десяти часов схваток и изнуряющей боли мне положили на грудь моего малыша, и я поняла, что нет ничего важнее его.

Он кажется таким хрупким и беззащитным. Я должна сделать всё, чтобы малыш был счастливым и здоровым, а для этого мне нужно простить бывшего мужа. Ведь, несмотря ни на что, он подарил мне главное – возможность стать матерью.

Мальчика мы с мамой решили назвать Кириллом. Для отчества пришлось использовать Сашино имя. Я не хотела, чтобы Саша имел хоть какое-то отношение к моему сыну, но по закону бывший муж должен быть вписан в свидетельство о рождении. Уверена, что Саша отказался бы от отцовства добровольно, но мне больше не хотелось встречаться с ним, выслушивать его оскорбления, видеть, как он презрительно смотрит на моего малыша. Мне лишь хотелось внести мир и гармонию в свою жизнь и отпустить прошлое.

В роддоме я пробыла два дня. Забирать меня приехали мама и Андрей, который стал для нас практически членом семьи. Всю мою беременность он находился рядом. Мама даже привязалась к нему и всё намекала, что мне стоит присмотреться к такому хорошему парню. Но мы с Андреем только друзья. К тому же я боялась вновь заводить отношения.

Они оба разоделись так, будто собрались на какое-то важное мероприятие: мама – в платье, накрашена, с уложенными волосами, а Андрей – в белой рубашке и серых брюках, смущенный и растерянный, словно это он отец.

Я смотрю на улыбку мамы, а у неё слёзы на глазах и губы трясутся. Андрей сжимает в руках огромный букет, из-за которого его самого почти не видно. Медсестра держит голубой свёрток с моим малышом.

Мама сжимает меня в объятиях так, что мне становится нечем дышать.

– Девочка моя, – шепчет она, покачиваясь со мной. – Как же я рада.

– Папочка, – произносит медсестра, обращаясь к Андрею. – Что стоим? Принимаем сыночка!

Мы с мамой поворачиваемся к ней. Я хочу сказать, что он не отец, но не успеваю.

– Поздравляю.

Андрей вручает мне букет, быстро целует в щёку и, развернувшись к медсестре, протягивает руки к Кириллу. Медсестра аккуратно передаёт ему моего сына, поправляет руки Андрея и улыбается. Андрей заворожённо смотрит на личико Кирилла. Его глаза полны любви и нежности.

И в этот момент я почему-то не могу не думать о Саше. Как бы он вёл себя сейчас? Смотрел бы на нашего сына так же?

Мама тихонько щиплет меня за бок и взглядом указывает на Андрея. Даже без слов я понимаю, что она хочет сказать, и немножко злюсь на неё за это. Я уже сотню раз говорила ей, что мы с Андреем просто друзья, но мама всё равно не унимается.

Конечно, такой шикарный мужчина. Красивый, заботливый, воспитанный, добрый, весёлый, отзывчивый. Пусть он не так богат, как Саша, но держит небольшой бизнес, который создал с нуля сам. Я восхищаюсь Андреем. Он достоин самой лучшей девушки, без шрамов от прошлых отношений.

– Дай хоть бабушке подержать внука! – Мама нетерпеливо привстаёт на носочки и заглядывает в конверт.

Андрей с такой неохотой отдаёт малыша, словно у него забирают самое дорогое. До последнего смотрит на его личико, а потом встаёт позади мамы и продолжает смотреть. Становится немного обидно, что про меня все забыли, но так приятно наблюдать за мамой и Андреем.

– Прости. – Андрей, опомнившись, подходит ко мне. – Я… Это…

Он смущённо смотрит на меня и забирает у меня сумку с вещами.

– Всё нормально. – Я улыбаюсь.

– Пройдёмте, сделаем фото на память. – К нам подходит девушка с фотоаппаратом. – Можно выбрать и купить понравившиеся снимки, если захотите. Фото вам принесёт курьер.

– Конечно, – не задумываясь, соглашается Андрей и, приобняв меня, тянет к оформленной фотозоне. Девушка делает несколько снимков всей нашей компании.

– Папа, возьмите сыночка, – говорит она. – Давайте я сниму только молодую семью.

Я открываю рот, чтобы сказать, что Андрей не папа, но опять не успеваю – меня обрывает мама:

– Конечно. Дочка, передай Кирюшу Андрею.

Уже и неохота спорить. Протягиваю Андрею сына, но тут Кирилл начинает хныкать. Я хочу забрать его и покачать, но Андрей меня останавливает и сам тихонько укачивает Кирюшу, что-то при этом нашёптывая. Кирюша тут же замолкает и вновь сладко засыпает.

Я удивлённо смотрю на Андрея. У него такой вид, словно он сотни младенцев воспитал.

Девушка делает ещё несколько снимков, записывает наш адрес, телефон. Всё происходит в такой спешке, что не успеваю я опомниться, как мы уже едем домой.

7

Три года спустя

Я еду в офис к Андрею. Сегодня нужно представить полный проект реконструкции гостиницы, над которым мы корпели почти месяц. Для меня это первая серьёзная задача. Год я просто помогала Андрею и работала по большей части удалённо, но теперь он стал нагружать меня капитально и даже отдал целый проект под моё начало.

Это так волнительно и в то же время страшно, но рядом Андрей, и поэтому я уверена в своих силах.

Что бы я делала, если бы в моей жизни не появился он? Должно быть, мыла бы полы в каком-нибудь офисе и считала копейки до зарплаты. Я окончила институт больше шести лет назад и ни дня в своей жизни не работала. Кому нужен сотрудник без опыта и с маленьким ребёнком на руках? А зарплаты мамы, даже со всеми подработками, не хватило бы, чтобы нас содержать.

Но Андрей не испугался и дал мне шанс. Тогда его фирма была совсем маленькой, но он быстро развивал её. Теперь мы участвуем во всех крупных тендерах и многие выигрываем.

– Ну всё, встали, – выдыхает водитель такси и принимается ковыряться в телефоне. – Или бежать полкилометра, или ждать полчаса. Авария впереди.

– Блин!

Я смотрю на время. Остаётся пятнадцать минут до начала презентации. Нельзя опаздывать, ведь это мой первый проект. Но бежать, да ещё и на двенадцатисантиметровых каблуках… Что ж, другого выхода нет.

– Спасибо.

Я улыбаюсь и, открыв дверь машины, достаю с сидения папки с дополнительными материалами и быстро иду к зданию офиса. Каблуки и узкая юбка-карандаш сильно замедляют меня. Начало мая, а солнце палит так, словно уже середина лета. Я изнываю от жары, а папки так и норовят выпасть из рук.

Слышу, как звонит телефон. Прижимаю к себе папки одной рукой, второй вслепую роюсь в сумке и достаю мобильник.

– Уже бегу, – отвечаю я Андрею. – Ещё пара минут, и буду на месте.

– Поторопись, пожалуйста, – шепчет он. – Все уже пришли, ждём только тебя.

– Прости. Скоро буду.

Я сбрасываю звонок и перехожу почти что на бег. Конечно же, запинаюсь, и папки рассыпаются по земле.

– Чёрт!

Сегодня всё против меня. Это проклятье какое-то!

Быстро собираю папки. Вроде ничего не замаралось.

Вбегаю в здание, жду лифт, нервничаю. В зеркале у лифта замечаю, какой у меня растрёпанный вид. Целый час потратила на укладку, и понадобилось всего десять минут, чтобы от неё не осталось и следа. Всё идёт наперекосяк.

Как же я нервничаю!

Пытаюсь пригладить волосы свободной рукой – второй с трудом удерживаю папки. Смотрю на часы. Переминаюсь с ноги на ногу. Почему лифт такой медленный сегодня?

Двери открываются, я пытаюсь вбежать внутрь, но толпа людей сносит меня в сторону. Дожидаюсь, пока все выйдут, захожу в лифт и нажимаю кнопку нужного этажа, но двери вновь открываются, не успев сомкнуться.

– Здравствуйте. – В лифт заходит какой-то парень – скорее всего, курьер. А я уж обрадовалась, что поднимусь без остановок.

Телефон вновь начинает звонить, но лифт как раз на нужном мне этаже – отвечать нет смысла. Двери распахиваются, я выскакиваю и врезаюсь в Андрея.

– Наконец-то, – выдыхает он облегчённо. – Давай сюда материалы, я сам раздам.

Он смотрит на меня и улыбается, потом, видимо, замечает панику в моих глазах и добавляет:

– Всё будет хорошо. Им очень понравился твой проект. Не переживай.

– Тебе легко говорить. – Я передаю ему папки. – У тебя таких презентаций были сотни штук.

– И я всё ещё жив. Скажу тебе по секрету: там даже за провал не убивают, – усмехается он. – И даже если ты забудешь все слова, то всё равно останешься в живых.

Улыбаюсь. У Андрея удивительная способность разряжать обстановку шутками. Мне с ним всегда легко и спокойно.

– Сделка уже заключена. Презентация – это просто формальность.

– Фух. – Я выдыхаю и встряхиваю головой. – Я справлюсь.

Быстро снимаю куртку, отдаю её Андрею. Меня всё равно немного колотит. Такой крупный проект, а Андрей доверил его мне.

– Молодец. – Андрей гладит меня по плечу. – Всё будет нормально. Я рядом. – Он целует меня в щёку. – Пойду раздам папки. А ты приводи себя в порядок и заходи вон в ту дверь.

Я киваю, и Андрей уходит.

Собираю волосы в хвост – только зря потратила время на укладку, – затем направляюсь к двери, на которую указал Андрей. Дыхание сбивается, ладони вспотели. Кажется, я ещё никогда так не нервничала. Открываю дверь и вхожу.

Конференц-зал лишь слегка подсвечивается голубоватым светом от проектора. В центре – большой стол, за которым сидят человек десять. Все явно ждут только меня. Андрей как раз заканчивает раздавать папки и встаёт возле проектора. Кивает мне, чтобы я начинала.

Прохожу вперёд. Стараюсь не смотреть на присутствующих – не хватало ещё поймать на себе их осуждающие взгляды. Хотя опоздала-то я всего на две минуты.

– Добрый день… – Я начинаю презентацию.

Слова заучены наизусть и льются сами собой. Андрей переключает слайды. Я полностью погружаюсь в свой рассказ и забываю, где я.

Под конец звучат лёгкие аплодисменты, и я, улыбнувшись, разворачиваюсь к присутствующим. Свет загорается, и в тот же миг моё сердце перестаёт биться, а рот сам собой открывается. Прямо передо мной сидит Александр Станиславович Ларин, мой бывший муж. Он смотрит на меня с лёгкой насмешкой и нарочито медленно хлопает в ладоши.

Андрей подходит ко мне, что-то говорит, но я его не слышу. Смотрю на Ларина, и мир вокруг исчезает. Сердце колотится в груди, голова идёт кругом, тело каменеет, ноги словно прирастают к полу. Я вновь ощущаю ту боль, что Ларин причинил мне много лет назад.

Как он здесь оказался? Я ведь видела документы… Нет! Если бы я заметила его имя, то не пришла бы сюда. У него же строительный бизнес, не гостиничный…

Да боже, может, он просто зашёл послушать…

Ну да, в белой рубашке, синем пиджаке, с повязанным галстуком. Шёл мимо и решил зайти. А сидит во главе стола, потому что мест больше не было. Дура!

Андрей подходит ко мне вплотную, обнимает за плечи. Я вздрагиваю, словно приходя в себя от сна.

– Рад, что вам всем понравилось. Светлана у нас ещё начинающий специалист. Но, как вы могли заметить, очень перспективный.

– Она сама будет вести весь проект? – Голос Ларина эхом звучит у меня в голове, напрягая каждую клеточку моего тела. Хочу сбежать отсюда. Украдкой поглядываю на дверь.

– Конечно. От начала и до конца. Я вас уверяю, она справится. – Андрей ободряюще сжимает мои плечи. – Естественно, Светлана будет работать не одна. У неё подобрана отличная команда.

Я улыбаюсь и умоляюще смотрю на него. Ладони мокрые от волнения. Чувствую пристальный взгляд Ларина.

– Мне кажется, для работ такого масштаба девочка явно маловата ещё, – слышу я голос этого чёрта.

Поворачиваюсь и презрительно смотрю на него. Самодовольный нахал! Да как он смеет? Это моя работа! Во мне закипает злость. Я словно превращаюсь в раскалённый чайник – вот-вот дым повалит из ушей.

– Этот проект ничем не отличается от всего, что мне приходилось делать ранее. – Я смотрю Ларину в глаза.

– Не уверен, что вы справитесь.

Эта его улыбочка… Как же она меня злит! Так и хочется швырнуть в него чем-нибудь. Уже ищу глазами, чем бы в него кинуть, но тут Андрей добавляет:

– Не переживайте. Светлана справится.

Хорошо, что Андрей рядом. Тяжело дышу. Я была уже на грани, едва сдержалась, чтобы не сказать этому негодяю Ларину всё, что о нём думаю.

Все эти три года я думала, что больше ничего не чувствую к Ларину, что забыла его, как страшный сон. Даже новости о нём перестала читать. И вот, он появляется прямо передо мной.

– Ну раз вы ручаетесь за… Лану. – Ларин произносит моё имя с лёгкой улыбкой, смахивающей на оскал хищника, который пробует свою жертву на вкус, откусив маленький кусочек. – Тогда хорошо. Это будет интересный опыт.

Его пренебрежительный тон раздражает. Я дёргаюсь вперёд, но Андрей удерживает меня.

– Всё нормально, – одними губами произносит он.

– Что ж, давайте обсудим кое-какие финансовые вопросы. И у меня есть ещё пара правок для проекта, – весело говорит Ларин и, поправив пиджак, выпрямляется, уложив локти на стол. – Вы к нам присоединитесь? – Он смотрит на меня.

Да я бы лучше сейчас сбежала из города куда подальше. Но для Андрея этот заказ очень важен. Это по-настоящему крупный проект, который должен вывести фирму в лидеры в своей сфере. Не хочется подводить друга, которому я стольким обязана.

Нужно сосредоточиться и начать вести себя, как профессионал. Глупо было надеяться, что я смогу избежать встречи с Лариным, – рано или поздно это случилось бы. Теперь я должна показать себя с лучшей стороны. Не ради себя, а ради Андрея.

– Конечно. – Я сажусь на один из свободных стульев. Андрей садится рядом, в его глазах читается вопрос: «Что случилось?», но я качаю головой. Не время и не место обсуждать это.

Я смотрю на бутылку с водой, которая стоит передо мной. Ужасно хочется пить – в горле пересохло, но я терплю: нельзя, чтобы Ларин заметил, как я нервничаю. Руки трясутся, и я прячу их под стол, кладу на колени, разминаю пальцы. Совсем не слышу, о чём говорят вокруг. Поначалу я пытаюсь вникнуть, понять суть разговора, но вскоре понимаю, что сейчас мне не собрать мысли в кучу.

Андрей замечает моё состояние и накрывает мою руку ладонью. Становится немного спокойней. Но всё равно… Как Ларин оказался здесь? Он явно неспроста один из подрядчиков.

Всё проходит как в тумане. Возвращаюсь к реальности только когда все начинают собирать документы и вставать из-за стола.

Ларин подходит к нам. Он пожимает Андрею руку, а я сижу и не могу пошевелиться. Не хочу видеть лицо бывшего мужа. Пытаюсь быстро придумать, как соскочить с этого проекта.

– Лана, – тихо окликает меня Андрей.

Я поворачиваюсь, и он кивком указывает на Ларина. Тот стоит и с улыбкой смотрит на меня.

– Да. – Я встаю и встречаюсь с его наглым взглядом.

– Рад был встрече, – произносит Ларин и протягивает руку.

Я улыбаюсь. Хочется сказать, что я совсем не рада, но я сдерживаюсь и отвечаю на рукопожатие. Чёртов джентльмен – просто пожал руку, как будто я мужчина.

– Скоро увидимся. – Его слова пронзают меня, словно молния. – На объект надевайте более удобную обувь. Там красоту не ценят.

Он явно пытается меня зацепить, но я продолжаю улыбаться и киваю. Лучше вообще рот не открывать, чтобы ненароком не высказать всё, что я думаю. Даже не дышу.

Почему я так сильно на него злюсь? Не получается себя контролировать. Так и хочется влепить ему пощёчину и напомнить, как он поступил со мной.

Ларин разворачивается и уходит, а я наконец выдыхаю. Меня вновь бросает в жар.

– Что с тобой? – обеспокоенно спрашивает Андрей.

Он слишком хорошо меня знает, чтобы списать это всё на обычный мандраж после выступления.

8

– Лана? – Андрей хмурит брови.

– Ничего, всё хорошо. – Я улыбаюсь.

– Не пытайся меня обмануть, – строго произносит он. – Ты знакома с Лариным? Он что-то тебе сделал?

Я качаю головой. Не знаю, как и с чего начать. Я не посвящала Андрея в свои беды подробно. Мне хотелось забыть о бывшем муже, оставить всё в прошлом и жить настоящим. Андрей понимал меня и не лез с расспросами.

– Кто он? Я так и не поняла, какое отношение он имеет к отелю.

– Ларин? – Андрей усмехается. – Самое непосредственное. Он владелец. Купил умирающий бизнес, и теперь хочет всё переделать. Это намного выгодней, чем строить с нуля. Тем более что место отличное, там земля очень дорогая.

– Владелец? Но почему я не видела его имени ни в одном документе?

– Лан, его имя почти на каждой странице, – усмехается Андрей. – Ты совсем заработалась. Тебе нужен отпуск.

Нет, не может быть. Вроде бы я всё проверяла по несколько раз – как я могла пропустить имя бывшего мужа? Я так увлеклась проектированием, что ничего не замечала.

Качаю головой. Какая же я растяпа! Сегодня всё, как нарочно, складывается против меня. Я могла избежать этой встречи, если бы была хоть чуть-чуть повнимательней.

– Лан, объясни мне, что случилось. Ты бледная, дрожишь. Что произошло? – не унимается Андрей.

– Я… Это… – Мысли в беспорядке рассыпались у меня в голове. Они скачут с одной на другую.

Так, спокойно. Как правило, владельцы объектов появляются только на важных встречах, а после согласования всех смет лишь изредка наведываются на площадку, чтобы удостовериться, что всё будет выполнено в срок. А некоторые просят только фотографии и отчёты. Не хотят марать свои костюмы.

Так что видеться с Лариным мне не придётся. Я в основном работаю в офисе, на объект выезжаю редко. Мы с ним наверняка больше не столкнёмся. А даже если и да. Неужели я не смогу потерпеть несколько часов?

– Всё нормально. – Выдыхаю и улыбаюсь. Я правда чувствую облегчение, и мои слова звучат искренне. – Пошли пообедаем. Я даже позавтракать не успела.

Андрей ещё несколько секунд с подозрением разглядывает моё лицо, но потом, видимо, решает, что я не вру.

– Идём? – усмехается он. – Если честно, я горжусь тобой. Видела бы ты, как я нервничал на своей первой презентации… А ты отлично справилась.

– Спасибо.

Мы спускаемся на лифте и выходим из здания.

Я всё ещё как на иголках. Надо бы залезть в интернет и узнать всё о бывшем муже. Я запретила себе это делать ещё давно, но, похоже, пришло время снять этот запрет.