Бесполезный параметр

Кулаки продолжали бить по дереву, не причиняя ему никакого ущерба, когда над воротами загорелась надпись:

«Гнев +1. Для активации скрытой способности требуется критическая угроза жизни. Ваша жизнь вне опасности».

— Да пошли вы, — выдохнул Захар.

Он снова отступил на шаг. В голове вдруг всплыло: «режим каннибализма… жизнь вне опасности…». Сделал ещё пару шагов назад.

Вдох – выдох. Дыхание стало ровнее, кулаки разжались.

А дома любимый диван, пиво и Матч.ТВ. Работа в понедельник – как у нормальных людей. А может?.. Захар посмотрел в сторону джунглей – где-то там мог быть выход. «Это же просто тест какой-то, не по-настоящему. Не могут же нас… Да ну на фиг, попугают просто немного и выпустят отсюда».

Над головой загорелось:

«Трусость +2».

Но Захар надпись даже не заметил. Он уже практически убедил себя, что это несерьёзно, как из-за ворот донёсся могучий рёв Гура:

— Не подходи, зашибу.

И тут же следом – пронзительный крик Като: — Захаааар!

— Соберись, тряпка, — Захар стиснул зубы, — плевать на параметры. Мужик ты или кто, в конце концов?

Он снова бросился к забору, лихорадочно ища хоть какую-то лазейку – ничего. А изнутри продолжали доноситься крики, какие-то монотонные завывания и шум борьбы.

Побежал вдоль периметра. Возле старого амбара нашёл щель, приник к ней и наконец смог увидеть двор.

А там творилось что-то невменяемое.

Еще недавно пустая площадь сейчас была забита аборигенами. Они стояли плотным кольцом вокруг колодца в центре площади. Их кожа была покрыта слоем грязи и ритуальной краски.

В первых рядах воины – с копьями, топорами, вплетёнными в косички костями. За ними женщины с застывшими лицами. Их как будто оторвали от готовки, и они так и пришли сюда – с разделочными досками, ножами, скользкими от жира, и пустыми котелками. Все они наступали на отряд, который прижался к срубу колодца.

Отряд отбивался.

Гур не успел вынуть меч из ножен и размахивал им как палкой. Три каннибала наседали на него с разных сторон, но мощные удары Гура держали их пока на расстоянии.

Като с двумя кинжалами пыталась осадить воинов с противоположной стороны. Один из них уже припадал на ногу, у другого с руки капала кровь. Он слизывал её, обнажая почерневшие зубы.

«Кажется, в этот раз всё всерьез», — ужаснулся Захар.

Малой стоял рядом с Като и как мог лупил луком всех, кто подворачивался под руку.

Между пальцами Эль проскакивали искры, а сама она в ужасе смотрела на двух мальчишек лет пяти-шести, которые пытались протиснуться вперёд. У одного на шее ожерелье из ракушек и человеческих резцов, у второго в руке небольшое копьё. На их лицах было только одно – желание получить заветную игрушку. Или вкусный десерт…

Над всеми возвышался Стас, забравшийся на колодец. У него не было ни меча, ни лука, ни даже магии с её сомнительной эффективностью. Танк без брони. Зато у него были ноги и ужасающее осознание, что рубиться в реале страшно и смертельно опасно. Он пинал, орал и проклинал тот момент, когда согласился «проверить эти дурацкие очки».

А чуть дальше Захар увидел не менее ужасающую картину.

«Неужели это дочь старосты?» — мелькнуло у Захара. И тут же стало не важно, кто она. Важно было то, что она делала.

Она стояла на деревянном помосте во весь рост. Краски на её коже были особенно яркими, а украшения нарядными и жуткими одновременно: смесь из останков человеческих костей и ярких побрякушек. Она указывала руками то на ожесточённо сопротивляющийся отряд, то на котёл возле помоста. В него уже наливали воду и разводили костёр под ним.

А на помосте лежал староста. Связанный по рукам и ногам, избитый, в луже крови.

Рядом стояла группа женщин, которые то пели что-то монотонно, то начинали танцевать странный танец.

— Захар! — Като увидела его лицо между досками.

— Като! — закричал он, — Я здесь! Держитесь! Я попробую перелезть через забор.

И он легким движением подпрыгнул вверх, хватаясь за край забора. И тут же сполз по нему вниз. Сил не хватало даже на то, чтобы просто удержаться там.

Голова лихорадочно работала. Силы нет – факт. Помочь физически не может. Что остаётся?

Инстинкт самосохранения шептал: «Беги отсюда! В джунгли. Ищи выход! Ты здесь ничем не поможешь». И в этом шёпоте было столько правды, что Захару стало дурно.

Тряхнул головой, избавляясь от мерзких мыслей, и снова приник к щели.

Смотреть, анализировать, искать выход – вот то, что он мог отсюда.

И он смотрел. И видел уязвимости врага.

Все подчинялись командам девицы на помосте: смотрели на неё, ждали указаний. А она там была одна. Заунывный хор не в счёт – у них даже оружия не было.

Меньше всего аборигенов было возле Эль. Они косились на её руки и шарахались в сторону при каждом появлении искр.

От помоста до ворот было совсем близко, и если…

В голове уже вырисовывался план.

«Коварство +2».

Он не заметил надпись – план был готов, теперь вся надежда была на отряд.

— Эль! — заорал он во весь голос, — вспомни, как Стас тебя учил. Баланс, отчёты, перебираешь бумажки.

Девица на помосте быстро взглянула на него, сочла неопасным и снова начала раздавать команды. Каннибалы возле колодца тоже отвлеклись на мгновение, что дало возможность Гуру хорошенько приложить одного из них мечом.

Эль тоже повернулась к Захару. Посмотрела на него с отчаянием. Но слова Захара потихоньку доходили до неё, и во взгляде появилось понимание.

— Дыши глубже, — кричал Захар, — вдох – выдох.

Она слегка прикрыла глаза, чтобы не терять из внимания окружающих её аборигенов, и начала дышать.

Вдох – выдох, вдох – выдох.

Между ладонями засветился шар размером с яблоко. Аборигены шарахнулись в сторону. Она швырнула шар им под ноги. Они завыли, оскалили зубы, но отступили назад.

— А теперь огнём отсекай их вожачку от остальных. Ту, что на помосте. Кидай между ними.

Эль повернулась в сторону помоста и начала метать шары. Первый бросок получился криво, но своё дело сделал. Второй уже попал чётко по центру.

Аборигены взвыли. Девица зло посмотрела сначала на Эль, потом на Захара, прокричала что-то своим и махнула в сторону забора.

— Гур, теперь ты! Не пускай их к помосту, задержи, сколько сможешь.

Гур подхватил меч, и, как тараном, начал прокладывать себе дорогу в сторону зоны огня Эль.

— Малой, оттащи пацана от Като и беги к помосту, хватай старосту. Тащи его к выходу. Если его в котёл бросят – пропал наш квест.

Малой схватил за шкирку мелкого, который таки пробрался вперёд и пытался ткнуть копьём в ногу Като. Тот завизжал и уколол Малого в руку – брызнула кровь. Малой побагровел и уже замахнулся, чтоб кинуть его подальше, но его остановил резкий оклик Захара:

— Нет, Малой, он же ребёнок! В бочку посади.

Малой оглянулся по сторонам, увидел деревянную бочку в стороне от колодца, запихнул туда визжащего пацана и кинулся к помосту.

— Като, а ты Малого прикрывай и девку эту держи от него подальше.

Като коротко кивнула головой, перехватила поудобней ножи и ринулась вслед за Малым.

Система мерцала, искрила, пытаясь перенаправлять навыки Захара в уже имеющиеся параметры:

«Наблюдательность + 1, перенаправление в мотивацию.

Сообразительность +2, перенаправление в коварство.

Человеколюбие +1, перенаправление в эмпатию».

Но Захар табло вообще не замечал. Как и остальные члены отряда. Экран тактично погас, ожидая окончания боя.

И тут послышался голос Стаса:

— А я?! Мне что делать? — он ещё висел на колодце, продолжая пинать оставшихся аборигенов. Большая их часть уже пыталась прорваться через огневой рубеж Эль, ещё одна группа приближалась с улюлюканием к забору.

— А ты и сам знаешь, что, — успел крикнуть Захар, — ты же геймер, ты в этом дерьме шаришь. Просто вспомни, всё, что можешь. Ты танк – прикрывай Эль.

И отскочил от забора. Потому что подбежавшие к забору с другой стороны каннибалы начали тыкать в него копьями.

Стас застыл на мгновенье. Окинул взглядом всю диспозицию: кто где стоит, кто чем занят, кто сыпется. Мысленно прикинул параметры – за время боя они должны были подрасти. Потом перевел взгляд на Эль, к которой сзади подбирались двое.

Глаза Стаса загорелись. Не страхом – азартом. Геймер начал просыпаться и управлять событиями. Он рванул деревянную крышку колодца – та довольно легко поддалась. Держа крышку как щит, Стас попёр как танк в сторону Эль, сметая всех на своём пути:

— Аааа, — закричал он изо всех сил, пробиваясь к ней.

Каннибалы перед ним расступились от неожиданности. Парень, который минуту назад орал и пинал всех подряд, вдруг стал действовать.

Подбегая к Эль, Стас уже просчитал силу и направление удара, и одним взмахом крышки сбил с ног тех двоих.

Встал рядом с Эль. Ноги на ширине плеч, на вытянутых вперёд руках крышка от колодца – как щит. Подбородок вверх. Гордо посмотрел по сторонам:

— Ну что, твари, кто первый?

Но «твари» застыли в нерешительности.

А в это время у помоста тоже было жарко. И в прямом, и в переносном смысле.

Костёр под котлом уже горел вовсю, вода закипала. Малой с Като подбегали к старосте, как вдруг девица кинулась на них с топором наперевес, став между ними и помостом.

Малой остановился, зачарованно глядя на эту гремучую смесь красоты и опасности.

Ухмыляясь, она медленно начала наступать на Малого и Като, поигрывая топором. Лезвие поблёскивало в отсветах костра. Като пятилась, прикрывая Малого, но девица наседала, не давая ни секунды на раздумья.

Стас на мгновенье прищурился, глядя на ее ожерелье – оно переливалось на солнце, отсвечивая тусклым, почти невидимым светом.

— Украшения! — вдруг заорал он. — Сорви с неё побрякушки! Зуб даю – в них её сила!

Като метнулась вперёд, уходя от топора, и вцепилась в ожерелье на шее вожачки. Костяные бусы хрустнули и рассыпались. Девица взвизгнула, схватилась за шею, отшатнулась. Топор выпал из рук – то ли Стас был прав, то ли даже в этом монстре женщина оказалась сильнее вожака.

Малой с Като кинулись к помосту. Малой перекинул связанного старосту через плечо, и они вместе стали отступать к воротам.

В это время Гур отбивался от осмелевших аборигенов. Поняв, что огонь не летит в его сторону, они начали наседать.

Стас мгновенно оценил расстановку:

— Гур, котёл! — заорал он.

Гур всё понял. Продолжая отбиваться мечом, он шаг за шагом отступал к котлу. В конце сделал резкий выпад вперёд, отбив очередную атаку, и встал за котлом. Раскачал его мечом, и толкнул что есть сил в сторону толпы аборигенов. Кипяток хлынул на землю, ошпаривая самых смелых. Те завизжали, запрыгали, внося в свои ряды неразбериху.

Гур понял, что другого шанса не будет, и кинулся, прихрамывая, вслед за Като и Малым.

Стас, увидев, что все более-менее в безопасности, схватил Эль за руку:

— Давай и мы отступать. Кидай теперь прям перед ними огонь. Не давай к нам подойти близко.

Эль кивнула, не повернув головы. Всё её внимание был устремлено на приближающуюся толпу.

Стас-геймер, на лету замечающий детали, отметил развивающуюся мантию Эль и её воинственный вид – ну просто судья Дредд.

И тут девица пришла в себя.

Глядя прямо в глаза Като, она демонстративно содрала с себя остатки украшений — бусы, браслеты, нитки с костями. Всё полетело на землю. Она встала на этих обломках, запрокинула голову и завыла. Как дикий зверь, которого загнали в угол, и у него не осталось больше ничего, кроме ярости.

Като попятилась. Малой со старостой на плече споткнулся и едва не упал. Даже Гур, прихрамывая, замедлился у ворот.

Девица опустила голову, посмотрела на них. Улыбнулась. И пошла. Одна. Без оружия. Но всем стало страшно.

Каннибалы, увидев вожака, воспряли духом, и стали стягиваться к воротам.

Захар смог наконец снова заглянуть в щель.

Он увидел, как Гур из последних сил тянет за собой меч. Как крик девицы сбил настрой Эль, и руки её снова высекали только искры. Как Като замерла под гипнотическим взглядом амазонки.

— Стас! — закричал он, — что делать?

— Я не знаю, — тихо, почти одними губами, прошептал Стас. Звериный крик сбил его геймерские настройки.

До забора оставалось всего несколько метров, но отряд замер, как будто подчиняясь неизбежному.

И тут Захар посмотрел вниз. На тапочки. На едва держащиеся помпончики. Один уже оторвался в этой дурацкой игре. Ещё один вот-вот сползёт по нитке.

Гнев и отчаяние вспыхнули в нём – вот он, символ домашнего уюта, бесполезный здесь, как и он сам. Он стащил один тапок, посмотрел на него:

— Если всё равно отсюда не выйти, на хрена вы мне нужны?

Размахнулся и швырнул, что было сил. Вкладывая в бросок всё: злость, страх, бессилие, обиду за каждого из них.

Сил на бросок хватило. Тапочек перелетел через забор и неловко шмякнулся в пыль прямо перед девицей. Помпончик подпрыгнул и замер.

Та замерла тоже. Такой элемент неожиданности снова выбил её из колеи. Замерли и аборигены, не понимая, чего ждать от этой штуковины, чьей боевой раскраске позавидовал бы любой воин.

Над воротами мигнуло табло:

«Стажёр. Оружие: тапок домашний. Урон: минимальный. Эффект неожиданности: критический. Враг дезориентирован.

Гнев +1. Коварство +1. Мотивация +1».

Отряд пришёл в себя и быстро стал отступать к воротам. Шаг, второй третий. Захар уже бежал туда, к выходу, чтобы убедиться, что все живы.

Каннибалы пришли в себя и снова ринулись вслед за убегающими пленниками, но Гур уже открыл засов, и весь отряд выскочил за пределы двора. Они дружно подпёрли ворота. Со стороны деревни никакого напора не последовало. Каннибалы выли, грозили копьями, но дальше ворот не шли. Как будто там прошла невидимая линия, отделяющая их от внешнего мира.

Захар в одном тапке, припадая на ногу, подбежал к отряду. Остановился, посмотрел на них и выдохнул:

— Живы.