Девочка с розовым клитором
- -
- 100%
- +
Трудно, но я пытаюсь.
Я ей как бы беременна, и я ее рожаю, и скорее всего когда-нибудь рожу. Я дам ей имя в честь своей не рожденной дочки:
– ЕВА. И пора покупать коляску.
Относитесь к этой книге, как к моему ребенку. Так, как вы бы хотели, чтобы относились к Вашим детям. Как минимум с уважением, к чужим мыслям, и тараканам.
А теперь продолжим.
«Чтоб я так жил!» – воскликнул Бог, молясь на образа олигархов.
В Х-утинской России, как нигде в истории коррупция, откаты и открытое присвоение бюджетных средств достигло своей самой высокой апогеи.
Как будто за последние 10-ть лет, украли бюджет Российской Федерации за последние 8-мь лет, и где-то построили маленькую олигархическую страну, пока обычные смертные занимались социальным дайвингом, ныряя в масках и ластах на самое дно.
– Я думала, дно есть, но вы его пробили! – пронеслось в голове Ада-Евы, глядя на ползущего в магазин за бухлом безногого мужика.
– Он вообще-то герой России, Чечню прошел – подкорректировал жизнь проходящий мимо юрист Артем Палыч. Бомж Колясочник, Серега Дуров был его соседом и одноклассником. А потом их пути разошлись. Один в ВУЗ, второй на войну. И видимо после пережитого, Серега Дуров в себя уже прийти не смог. По возвращению домой пить начал и орать во сне во имя России. Вот только ни России, ни её органам, он был почему-то не нужен.
Ада-Ева вдруг вспомнила Женечку. Война. И снова, как в 20-ть защемило грудь.
А потом она посмотрела по сторонам. По всему периметру вдоль моря стеной стояли, подмигивая друг другу, какие-то, чересчур олигархические строения – замки, виллы и коттеджи. Богатство, уродливо встроенное в божественный пейзаж.
Как будто сосед Президент, Премьер и Министр обороны.
А нет, у них особняки еще круче и лучше мне их количество не считать.
Но кто тогда мой сосед? Кем он, работает? Чем занимается?
– Просто богатые люди, есть такая нынче профессия – ответил разум.
– Что? Безработные?!
И возник риторический вопрос.
– Кто в этом тереме живет? На дорогой Земле у моря?
– Уважаемый главный налогосборщик, я бы с вами в рейд пошла по таким домам, с вопросом: – «А на какие шишы?»
Но вы сами в рейд не идете, и меня не берете.
Поэтому и приходится мне, простой девочке из города Н. писать эти нелепые страницы реальной жизни бытия, от лица большинства простых смертных.
– Вы там вообще нас видите со своей панорамной мансарды мира?
Ну, кто всё-таки живет, в 3-х этажном дворце, на берегу моря, расскажите, пожалуйста, в новостях, хоть что ли. А то интрига прям.
Гадаю.
– Электрик?
– Врач?
– Депутат? Представитель народа? Судья? Бизнесмен?
– А-А-А-А, Министр из министерства?
Ну что там за царевна лягушка проживает? Дайте обратную связь. Выходите из дворцов, расскажите про свои заслуги, давайте повесим таблички, в конце концов, на каждый особняк Ху из ху.
– Здесь живет ветеран Великой Отечественной войны, например, и тогда никаких претензий.
Эта жизнь в мире излишеств опасна. И ваше небожитие и наплевательство на простой люд исторически трагичны. Самое время об этом задуматься.
– А что наше государство делает для нас с вами конкретно? В новостях то много чего делает. А по факту?
– Вот я, например, уже несколько лет как, официально не работаю. И хоть бы кто-нибудь позвонил, поинтересовался, на что я живу, может мне помощь нужна. Но нет, ни одного звонка, ни с социальных служб, ни даже с центра занятости населения.
– Вот, мне уже 40-к лет, а я так и не родила, и тоже никто не позвонил, не поинтересовался, как так, может вам лучшие специалисты нужны. Ну, а уж если нет, в России великой таких врачей, то тогда хотя бы ученые должны были позвонить, чтобы узнать, что же я за экземпляр такой.
Да только, до отдельно взятого человека в нашей стране нет никому дела.
Нужны мы только близким, благо, если они есть. И дурак тот, кто их наличие не ценит. Больно, когда они отсутствуют совсем.
Жена – Мужу:
– Зачем ты напиваешься, как свинья, каждый выходной? Ты больше ничего не можешь мне предложить?
Муж – Может быть отчасти, потому что ты меня бесишь.
Жена – Чем?
Муж – Хуй знает.
Так и живут.
– А что СЕКС? Насколько он важен в жизни отдельно взятого человека? Иногда важен, как еда. Иногда похож на Париж, иногда на деревню. Бывает охренительный, как Варадеро, а бывает и противный, как таракан или неправильный, как бородавка.
Все мужчины, почему то свято верят в свой член. Они им гордятся, и он у них решает всё, пока не стукнет 65+.
И в голове у них не укладывается, что женское счастье вообще мало связано с их мужским органом. К тому же женский оргазм достигается в основном за счет клитора, путем давления на него и стимуляцию.
Ада-Ева долгие 10-ть лет была замужней женой, и у нее практически не возникали вопросы: Где брать деньги? Как жить? Что кушать? С кем трахаться? И вот заболела и ее светловолосая голова.
– Надо работать – подумал мозг симпатичной блондинки. А где? Кем?
– За 30-ть тысяч? Каждый день с 8-ми утра и до позднего вечера?
А не охренело ли ты – государство?
Зажали со всех сторон. Хочешь жрать, присоединяйся к толпе чебуреков.
Как девушке в России заработать на квартиру, машину и достойную жизнь одной, без чьей – либо помощи? Мало вариантов, да?
А женщине, в 40 лет, без жилья и средств к существованию, и всяких там капиталов, да еще и в Крыму?
Как в Анекдоте фразой «Десять копеек буду должна» – продавец Лена заработала свой первый миллион?
В Крыму Ада-Ева увлеклась риелторством по сдаче в аренду жилья класса люкс на берегу моря.
Заработать 30 тысяч рублей, ту, зарплату, которую получает среднестатистическая женщина, ходя на работу каждый день и отсиживая там жопо-часы, получалось легко, не напрягаясь.
А вот как заработать больше? Не понятно! Квартира – не хлеб, каждодневным спросом не пользуется.
Как, скажите, мужчины, нам обычным женщинам, заработать много, быстро и всерьез? Возможно, вы и сами не знаете.
Жилье к вашему сведению, в Крыму, стоит в 2–3 раза дороже, чем за Уралом. Оно примерно такое, как в Москве – 100 тр кв.м.
То есть, если продать, 1-комнатную квартиру в городе Н., как это сделала Ада-Ева, то, что бы купить, что – то подобное в Севастополе, нужно добавить еще столько же, и еще, столько же, на ремонт, мебель, технику.
Эх, если бы, хоть кто-нибудь, говорил раньше, в школе, что нужно вкладывать деньги в недвижимость у моря, в пассивный какой-то доход, чтобы потом быть свободной и жить, как хочешь. Путешествовать, познавать мир, быть независимой и обеспеченной.
Но нет, так нас не учили. Не было в школьной программе настоящих жизненных уроков. Нам говорили, будь отличницей, учись хорошо, иначе будешь работать дворником. А оказалось на практике, что твои дипломы никому не нужны. И на доске почета в городе Н. я висела зря.
Нужен ТЕБЯ-ДВИГАТЕЛЬ! Везет тому, у кого он есть, в виде влиятельных пап, мам, мужа, братьев, дядей, тетей, знакомых.
В итоге: Была квартира, был муж, и все было хорошо, пока у этого мужа, не родился ребенок на стороне.
А потом была продана квартира в городе Н., розданы вещи, мебель, техника. Жизнь в Крыму должна была начаться с нового листа.
Но чистого листа не получалось. Цены в Крыму постоянно росли.
И только чаще происходили ссоры, в которых на первый план выходили в коронах взаимные претензии, оставляя за спиной консенсус, уважение и любовь.
Вечер, виски, очередная ссора, слезы и на душе вдруг так тяжело стало, ЧТО…
Захотелось Ада-Еве поставить жирную, жирную точку.
Глава 10. Запсиб. Город Н. Возвращение ДНК
ДНК вырос на Запсибе, это такой район в городе Н., где от подрастающего поколения прошлых лет, в живых осталось три калеки.
Горьковская стрит – улица наркоманов, проституток и сидельцев.
Яркие, пьяные годы молодости, первые влюбленности и бесшабашный кураж, познающих жизнь пацанов отпечатался в памяти радугой эмоций. Сочные кровавые драки, дискотеки 90-х, беспорядочный секс, явы, девятки, алкоголь, девки.
Поэтому, видимо, в ДНК, где-то там, глубоко внутри, жил маленький, непобедимый быдло.
Те места, где проходит молодость, возвращаются к нам во снах и мыслях потом всю жизнь. Там же мы были юными, крутыми и перед нами лежал на блюдечке с голубой каемочкой целый мир.
Говорят, где родился, там и пригодился, там и приплод. И выше головы не прыгнешь, и приплод не прыгнет. Запсиб и без вариантов. Не смотря на большой прекрасный мир.
Так и получилось, где вырос, там и зачал. Там периодически был мыслями и в телефоне.
ДНК, когда хотел вернуться в прошлое, звонил в город Н.
– Алё, жопа мира? Вас приветствует город – герой Севастополь!
В такие минуты в моих глазах мелькала история его триумфального возвращения в город Н. – в самом радужном его варианте.
Это выглядело примерно так:
Южный, загорелый ДНК на белом коне, как принц из мечты, скачет по унылому Запсибу, и все живущие на горе, выходят из своих домов и встречают его, аплодируют и восторгаются его визитом. Красная ковровая дорожка расстелена перед ним. Как будто Президент посетил их, не умытый серый город.
И выходят его бывшие женщины-мечты, по паре детей у каждой. Они уже не юный образ, а обычные бабы с тяжелой судьбой. Уставшие и осунувшиеся.
А рядом бегают и дурачатся их дети от разных отцов.
А они прикрикивают на них злобно: – «Тупой ты, весь в отца!»
А нет! Уважаемые бабы, я знаю генетику. Интеллект ребенку передается от матери. Ты дура, если он дебил.
А вообще не надо рожать залетных. Это же косяки. И вам их потом всю жизнь курить. Хотя, как без косяков, они нужны, для того, чтобы напоминать их маме и папе, каким подлым образом их произвели на свет. Это урок.
И видит ДНК, что всё уже не то, и всё давно не так, как в юности.
И люди уже другие, и поговорить с ними уже не о чем.
Но, бабы рвут на себе одежду.
Кричат – мой Бог, ты вернулся, возьми меня! Сделай мне еще ребенка!
А он скачет мимо, а потом вдруг останавливает коня, ловко спрыгивает, поворачивается ко всем жопой, снимает штаны и выпускает весь накопившийся Крымский газ.
Запсиб взрывается под тротилом жопного огня.
В городе Н. вводится режим ЧС.
На Запсиб приезжает с мигалками Мэр и телевидение. И молодая симпатичная корреспондентка берет у ДНК интервью на фоне горящего Запсиба.
– Вы понимаете, что своим жопным выхлопом спалили весь Запсиб? – спрашивает она.
– Я не специально, я просто выпустил газы, я не знал, что в городе Н. такой взрывоопасный воздух – извиняется ДНК.
– Чем вы питаетесь, что в Вашей жопе такие химические метаморфозы? – лепетала журналистка, с опаской поглядывая на пожар.
– Я просто пью Алко литрами и живу на море. А чем Вы дышите? Что у Вас тут за воздух такой, что даже пернуть нельзя по человечески? – недоумевал ДНК.
А в это время по всему Запсибу полыхало безумие, огонь распространялся с бешеной скоростью, и уже эвакуировали работников завода ЗСМК. Дабы ещё сильнее не пердануло.
Не знаю. Как Вас, но меня его возвращение смешит.
Да, молодость, протекает интересно, и друзья там есть, и бабы. Но спустя много лет, всё это становиться другим, и друзья уже не те, и бабы уже постремнели, и счастье уже в другом месте.
Если я когда-нибудь вернусь в город Н., то только на похороны, или на кладбище, почтить могилы оставшихся там близких.
Глава 11. Все так живут! Но счастливы ли эти все? После смерти прах мой развейте над Морем
Все мы люди смертны, только почему то ведем себя, как бессмертные, а при жизни, почти не задумываемся о своем конце, о конце своих детей, и конце их детей, о большом таком конце.
Кладбище подобно обществу. Даже после смерти мы отгораживаемся друг от друга заборами.
Одни посмертно надувают губы, за счет крупногабаритных памятников, другие, нарушают эту идиллию обшарпанными крестами не ухоженных могил.
Ни равенства, ни братства, ни тихой смиренной красоты на поляне мертвых.
В масштабах вселенной любой человек – лишь крупинка. И когда нас не станет, все продолжит идти своим чередом.
У ДНК, спросят:
– Зачем изменял? – это же грех, ты, что библию не читал? Это базовые жизненные принципы: не убей, не прелюбодействуй, это как не есть говно, само собой разумеется.
– Не читал, ответил он. Я только одну книгу в жизни прочитал и то случайно.
– Тогда понятно, почему он такой, твой лучший сперматозоид!
А тем временем, в съемной квартире на 10-м этаже в мансарде, были приготовлены похоронные вещи: трусы, носки, тапки и прочие атрибуты прощальной церемонии. Лучше собраться самой, иначе оденут, как дуру, в последний путь.
С фотографий улыбались два счастливых лица, они путешествовали и когда – то любили и радовали друг друга. На стене висели грамоты и благодарности, которые Ада-Ева хранила, чтобы гордились тем человеком, с которым она прожила почти всю свою жизнь.
Эх, муж, он самый лучший ведь был на свете, пока не стал Иудой – думала Она.
А потом накатила усталость и безысходность, не нужность, и не важность. Такая, что не было сил бороться, и по-лягушачьи сбивать сметану в масло, что бы выжить. Или любви, как будто бы, больше не было? Или мотивации жить? Что-то надломилось. Что – то просто перестало воевать и смирилось.
Вдруг стало солнечно, ветрено и запахло морем!
– Да похорони, и забудь! – крикнула Ада-Ева в пустоту.
И ещё напоследок: Все твои шлюхи страшные, а дети неправильные-суррогат и ублюдство – выдохнула Ада-Ева и поправила корону.
На мгновение стало легко и безоблачно.
Вспорхнув белыми крыльями, она полетела вниз голой чайкой, крича своё прекрасное имя в черные дыры вселенной.
И только Эхо ей вторило:
– Ада-а-а
– Ева-а-а
Вот так мы и живем с вами, граждане, рождаемся из пизды, верим, любим, мучаемся, болеем, иногда бываем, счастливы, но все равно умираем. В чем смысл?
Остается после нас кто-то на тоже самое? В этом вы видите смысл?
Ни дом, ни ребенок, ни дерево – не вечны! …Сансара аут!
Нет никакого смысла. Ни вечного, ни верного!
Хотя, на самом деле жизнь проста.
Нужно только умерить запросы и увидеть радость в обычном дне.
Все очень относительно. Относительно простого человека я успешна, относительно Президента – лузер.
Не стоит беспокоиться о том, что о Вас думают другие. Скорее всего, они вообще о вас не думают.
Нет плохих и хороших. Просто есть финал, у каждого.
Она всё летела и летела, а перед глазами её зелёными – летела жизнь.
Для чего она жила, зачем и почему понятнее не становилось.
Как будто бы всё было напрасно, и зря в муках ее рожала мать.
– Мама, прости!
И вдруг, в тот самый момент, перед смертельным дребезгом об асфальт, мысли Ада-Евы выдали только одну фразу: – «Я не хочу умирать!…»
На самом деле это очень интересный феномен.
Почему человек до последнего держится за своё бытие, даже если его страдание здесь невыносимо?
Совсем не верит в бессмертие души?
А как верить? Когда всё так уныло: Жила, была, умерла. Как продукт в холодильнике, прокисла, пропала, и без сожаления, отправилась в помойку, дабы не вонять.
Её красивое, еще молодое тело, в легком моренговом платье гордо лежало на твердом, холодном асфальте у дома на той улице, которая звучит, как ее ФАМИЛИЯ.
С высоты тех чаек, которые кружили над ней, она выглядела, как прекрасная КАПЛЯ Атлантического океана, попавшая, случайно, в Крым, и разбившая, свою буйную голову о грязный асфальт реальности.
Вблизи все выглядело, значительно страшнее, размазанный череп, переломанные вдоль и поперек кости, и кровь. Везде, вокруг и всюду. Море крови.
Она хотела, быть красивой, когда умрет, но, это зрелище было таким жутким, поломанным и алым, что это уже была не ОНА.
Кровавые пятна начала… Кровавые пятна конца…
Вы спросите меня, для чего Ада-Ева это сделала?
– Я вижу только одну причину. Любовь! Ведь она всегда была смыслом её жизни.
Умирают только тогда, когда исполнили здесь свою миссию и уже больше никому не нужны. И витают уже мысли каких-то людей в небе о том, что пора прощаться.
А мысли, как известно – материальны.
Она думала, когда ему позвонит полиция и скажет… Вы знаете такую – то такую-то?
– ОНА УМЕРЛА!
Быть может, он ощутит, в этот момент, страшную боль утраты. А может, поймет невечность человеческого бытия, краткость любви и близости в отношениях двоих.
– Она ведь была для меня всем! – скажет он в пустоту квартиры.
Я же мог её сильнее любить, чаще ласкать, больше целовать, каждый день обнимать и благодарить. Но я так не делал. Я ей не додал, я её не долюбил, я её не доласкал и не доосчастливил. Ну не мудак ли я?
И точка невозврата.
Глава 12. Пятница 13-е. Мужчина мечты?
Пристегните ремни, верните спинку кресла в исходное положение, мы снижаемся…
Через 15 минут нас ждет посадка. За бортом плюс 40 градусов.
Г. вышла легкой походкой из самолета и, вдохнув заграничный воздух, заулыбалась, предвкушая новизну и интересные моменты.
Отель на первой береговой линии, номер с видом на море…
Г. на мгновение показалось, что ее серая, правильная, размеренная жизнь, вдруг стала сказкой – красивой и дорогой, как валютная проститутка.
И она уже веселая, вертелась в номере у зеркала, примеряя новенький купальник, с красивым апельсиновым лифом пуш-апп и яркими, лаймовыми стрингами.
Ее пшеничные волосы раздувал теплый, южный ветер, а море в этот прекрасный день, было спокойным и бирюзово-манящим.
Она бежала, счастливая, босая по пляжу, мимо лениво лежащих отдыхающих… И тут вдруг…
Его загорелое мускулистое тело вальяжно релаксировало на лежаке. Он смотрел на мир, сквозь черные брендовые очки, по привычке наблюдая за движениями, перемещениями, людьми. Он был красив, как Бог и манил, как черт.
Но Г. была тоже, высокомерным, вольным ветром, носила на голове корону, и не была падкой на такой красивый разводняк. Поэтому трепетной ланью проскакала мимо, делая вид, что даже не заинтересовалась, как будто он дерево или бревно.
Только сердце заколотилось, затрепетала душа, а в голове завертелось: Какой… БОЙ… передо мной!
Г. опустилась на лежак и включила музыку. В наушниках снова зазвучала… МАРИХУАНА… ПУСТЬ СО МНОЙ КАКОЙ-НИБУДЬ… ПОРИФМУЕТ ЗВЕЗДЫ ПОД ЛУНОЙ…
Море билось волнами о берег, белый песок грел пятки, солнце плавило нещадно и хотелось сбросить с себя все и окунуться с головой в теплый, лазурный прибой.
О море! Я иду к тебе! Спасай меня, святая вода!
Г. пропорхала летящей походкой мимо красавца – незнакомца, косясь сквозь темные очки на рельеф его спины, замерла на мгновение соблазна, и всем своим разгоряченным телом устремилась к соленой воде…
– Эй, девушка, подождите, я с Вами – раздался позади неожиданный голос.
– Со мной? – переспросила Г., как бы ни веря такому счастью и неожиданному повороту событий.
– С Вами, с вами – заулыбался незнакомец белозубой улыбкой. Хочу вас плавать научить, баттерфляем, брассом, кролем – засмеялся мужчина мечты.
– Юморист! – продемонстрировала томный, белый оскал Г. в ответ, и не заметила, как смело подхватила ее волна, и окунула буйной головой в море.
Красавца звали Демьян и видимо не зря, было в нем, что – то демоническое, магнитное, притягательное. К тому же у него все было в порядке и с внешностью, и с телом, и с юмором, и с мозгами. И рожает же кто-то таких.
– Скажи, Демьян! Откуда ты такой взялся? И кто ты вообще? Какая она твоя не курортная жизнь?
– Я, ну, как и все, из того самого интимного места прибыл. Работа моя специфическая, и жизнь моя закрыта от посторонних глаз и ушей, серьезная, нервная и опасная.
– Даа? – Г. задумалась, ей как бы на мгновение стало не смешно. Загадками говоришь. А в голове поплыли варианты: – Киллер? ФСБ? Мошенник?
– Ты только не бойся, я не маньяк, да и к тому же везучий, вот, например, тебя встретил, в свой почти последний день отдыха, не думал, что ты существуешь – леди моих эротических фантазий.
Ты, как бы извини, но я с тобой уже давно, живу и даже сексом занимаюсь в мыслях и желаниях своих. Там именно ты, нет сомнений, один в один, только там, виртуальная, а сейчас передо мной – реальная!
Ты понимаешь, какой во мне сейчас шторм?
– Г. ошалела от такой эротической прямоты, от его слов заныл низ живота. Там пульсировало и буйствовало возбуждение. Ей не хотелось даже думать, правдивы его слова или это просто сладкая ложь, ей было все равно.
Он своими фразами, как будто бы гладил ее плечи, сжимал грудь, трогал клитор, вставлял во влажную дырочку член.
Он смотрел на нее, и такое исходило тепло, любовь и блаженство из этих ослепительных серых глаз, что не было никаких вопросов, только бы мир исчез и все вокруг… на 5 минут… на час… на день. Остался бы только Он, его туманные глаза, и раствориться в них к черту.
И мир погас… упал последней звездой голой грудью на скалы.
И переплелись красивые тела в тугую, витую, веревку изысканных и чувственных проникновений. И полетели инь и янь белыми птицами навстречу друг другу.
Глава 13. Никому не нужны идеальные суррогаты, все любят неидеальных, живых людей
Роскошь становится потребностью, когда другие потребности уже удовлетворены.
Я не эгоистка – я просто умею жить для себя. Не высокомерная – просто не считаю нужным всем улыбаться. Не дерзкая, просто острая и не лезу за словом в карман. Не ревнивая – просто правильно быть единственной.
В моем случае все решает послевкусие, пока не попробуешь на вкус, не поймешь – приятно тебе или нет. Все зависит от того, что почувствуешь после – после общения, после поцелуя, после взгляда, после ссоры, после секса…
Это «после» является определяющим.
В мире дорогих мужчин, есть, что брать. Там крутятся деньги, знания, ответы на вопросы.
Но не это всё привлекает, а то, что сделало человека таким – богатым и успешным. Харизма? Везение? Судьба? Гены? Чей денежный поцелуй в темечко?
В чем СИЛА, которой наделены одни мужчины и полностью лишены другие – философствовала Г.
Прожить один миллиардеровский день, месяц или год? Или прожить долгую, длинную жизнь у разбитого корыта?
О, как не хватает мозгу мудрых, алгоритмодействующих книг из будущего. Ах, если бы они стояли на моей полке.
– Я бы сейчас осматривала Крым, готовясь возглавить! – улыбнулась Г. своим мыслям.
А тем временем, в залитом эстетическими формами пространстве, из всех оттенков белого, от слоновой кости, до снежной розы, её ждал Он в просторном, воздушном номере дорогого отеля, с витражным видом на море.
Принесли дорогое шампанское, изысканные блюда и букет розовых роз для Неё.
– Я этого достойна! – подумала Г., и перед глазами поплыл образ довольной женщины, получающей роскошь от вселенной, через мужчину.
Она улыбнулась, а в окно ворвался воздух с запахом лаванды, арбуза и дельфинов.
Демьян стоял перед ней – в светло-сером дорогом костюме, воротник его белой глянцевой рубашки был расстегнут, он… так вкусно… пах… Парижем.
Шлейф от его парфюма растворял все мысли и разум, и уносил в другие миры.
От него исходила сила и непоколебимое спокойствие, такое, что ей, по жизни непокорной, хотелось подчиняться, раздеваться и вставать на колени.
Он смотрел смело, в упор, с вызовом, как перед боем, как будто с силой сжимал в кулаке невыносимую нежность.
Она знала, что если он разожмет ладони, то вылетят разноцветные бабочки. Они будут задевать в эротическом полете, своими крыльями или его пальцами, её голое тело и кожу.
Он говорил: «Давай трахаться! ГЛАЗАМИ БЕЗ СЛОВ».
А дальше этим балом правили феромоны, эмоции, чувства и градусы. И животный секс.
Эта ночь и Он, могли бы стать моей идеальной сексуальной фантазией – подумала Г., улыбнувшись солнечному утру нового дня.
Она открыла глаза, что бы убедиться, что это не сон. Нос ощутил вкусный аромат кофе и круасанов.
Заботливый Демон во вкусе нового дня – подумала Г.
Что он мне предвещает? Рай или ад.
– Доброе утро! – ты проснулась, чудо природы? – с искренней улыбкой на губах произнес Демьян.
– Да – пробурчала непричесанная Г., как обычно увлеченная своими сомнениями и рассуждениями.
– Сегодня нас ждет интересный день! – мы поедем туда, где никого нет, ты сможешь там побыть первобытной женщиной. Хочешь танцевать со мной голой у костра? – радостно замечтал Демьян.
– Не получится – Г. оборвала струны его оргазма, своей жесткой конкретикой. Я так быстро не сближаюсь с человеческими детенышами, извини. Мне нужно переварить для начала хотя бы эту прекрасную ночь.