Горечайна

Деревенька эта была необычной во всём. Начать с того, что она три раза меняла свое имя: первоначально, много лет назад, называлась она Овражки, в честь глубоких оврагов за ближним холмом. Затем, когда чахлый лесок позади деревни подрос и превратился в могучего зелёного великана, стала она зваться Подлески. Ну а когда по ту сторону оврагов, за лесом, выросла ещё деревушка, обитатели её нарекли соседнее поселение Залесьем и под таким именем известна она и по сей день.

      Дальше, в Залесье уже много лет обитала ведьма. Самая настоящая, эталонная нелюдимая старая карга, живущая на отшибе в странной и мрачной хижине и творящая там свои загадочные ведьмовские дела. Казалось бы, эка невидаль – своя колдунья в те времена имелась в каждом втором селе. Однако Залесская заметно отличалась от своих товарок.

      Эту ведьму никто не боялся, более того – в деревне её уважали и даже привечали. Заболел, скажем, у крестьянина живот, так тот спешит к ней, возвращается уже здоровым или с каким снадобьем, чтоб вскоре излечиться. Не может баба разродиться – тоже ведьму просить о помощи идёт. Корова плохо доится, неурожай, засуха – семь бед – один ответ – ступай к старухе, она знает, как с твоей напастью быть.

      Даже малые дети не боялись её. Как-то раз один мальчишка неудачно упал с лошади на выпасе поутру и ушиб руку. Да так сильно, что даже пошевелить ею не мог от боли. Поначалу не придал значения – само пройдет, и не такое бывало, но к вечеру рука распухла и покраснела, а боль так и не утихала.

      Тогда мальчишка бросился к ведьме, а за ним и товарищи увязались, чтоб подбодрить и утешить в пути.

* * *

      Днём тропинка к лесной избушке совсем не казалась страшной. Ребятня бывала здесь не один раз, а потому черепа животных с нарисованными на них краской узорами, украшенные ветками и листьями, надетые на палки и тем самым помечающие путь, их совершенно не пугали. Наоборот, было очень интересно заглядывать в пустые глазницы и воображать мерцающие в них таинственные огни. Когда смеркалось, ведьма зажигала факела вдоль дороги, и тогда черепа на столбах отбрасывали зловещие длинные тени.

      Само жилище колдуньи представляло собой слегка покосившийся, но ещё крепкий и надёжный сруб. Крыша устлана соломой и вымазана глиной для прочности. На широком крыльце виднелись отпечатки чьих-то лап, наверное, по вечерам сюда приходили дикие звери. Перила испещрены глубокими царапинами, оставленными чьими-то острыми когтями.

      Ребята постучали в дверь. Ждать пришлось недолго – внутри послышались шаркающие шаги и дверь легко отворилась – старуха чем-то смазывала петли, чтоб не ржавели, да и скрип она ненавидела. Дети вошли в дом.

Внутри было темновато, но просторно и очень чисто. Ведьма не любила беспорядок. Засушенные травы, собранные в аккуратные пучки, свисали из-под потолка, привязанные к балкам. На полках вдоль стен стояли многочисленные баночки с различными смесями, мазями, порошками и настоями. Большая печь делила дом на две половины – в одной старуха жила, в другой – принимала посетителей и занималась… чем обычно занимаются ведьмы. Надо полагать, варила зелья, плела проклятия, накладывала чары на неугодных.

      В углу притулилась прялка – помимо колдовских дел, старуха слыла известной мастерицей-рукодельницей. Впрочем, это как раз неудивительно – тёмная ворожба – тонкая материя. Прежде, чем ткать чары, неплохо бы сначала научиться сучить хотя бы грубую нить. Благо в этом ей не было равных.

– Так-так, ну и что у вас опять стряслось? – спросила ведьма. Она как всегда была одета в простое платье из некрашеного льна, волосы собраны в косу, а на плечи наброшена искусно сработанная кружевная шаль.

– Вот, бабушка, Ждан руку поломал! – дети расступились, пропуская вперёд пострадавшего.

      На мальчишку было жалко смотреть – он едва держался, чтоб не заплакать, имел бледный вид, рука замотана в грязную тряпицу.

      Колдунья развернула перевязь и нахмурилась:

– Выглядит мерзко. Красная, как кровяная колбаса. Ты б ещё дольше не приходил, глядишь, и помощь бы не потребовалась. Само б всё отпало.

      Ждан всхлипнул:

– Бабушка, помогите, пожа-а-алуйста-а-а! – на последних словах мальчишка разрыдался от боли и страха.

      Ведьма поморщилась – детских слез она не переносила.

– Ну хватит, хватит, успокойся! Прекрати наводнение! Ничего у тебя не отвалится, дурачок, травма пустяковая, заживёт – не вспомнишь. Главное – кончай реветь и посиди спокойно, пока я готовлю лекарство.

      Мальчик ещё раз всхлипнул, но уже гораздо тише. Ребята усадили его на высокий стул, а сами вытянули шеи, пытаясь наблюдать за происходящим. Старуха же в это время принялась растирать пестиком какие-то травы, смешивать порошки, время от времени подливая в ступку воду. Весь процесс сопровождался невнятным бормотанием. Были ли это слова заклинания или колдунья просто напевала себе под нос, дети не смогли разобрать, но от этого их любопытство только усилилось.

– Бабушка! – позвала одна из девочек, – А вы сказки знаете?

– Конечно, – удивлённо ответила ведьма, – кто ж не знает. А зачем спрашиваешь?

– Бабушка, а расскажите сказку? – попросила девчонка.

– Какую ещё сказку тебе? Ты что? Я ведьма, а не деревенская балаболка! – искренне возмутилась старуха, – И вообще, никакая я тебе не бабушка!

– Ну пожалуйста! Ну расскажите!

– Да что вам рассказать, вы поди и без меня все сказки слышали уже кучу раз!

– Так то обычные! А мы другие хотим, ваши, чтоб про колдовство! Про ведьм! Страшные!

      Неожиданно старуха рассмеялась:

– Вот как? Значит, страшные вам сказки подавай? Ну добро, добро. Будут вам про ведьм и колдовство. Только смотрите, потом не обмочите постели!

      Дети лишь подняли на нее горящие предвкушением глаза. Ведьма усмехнулась, и, не отрываясь от работы, начала рассказ.

* * *

      Когда-то, давным-давно, много лет назад, была на свете деревня. Совершенно обычная, совсем как наша. И жил в той деревне мужик. Кожевенным делом занимался, пояса да сумки шил.

      Жена его умерла от родильной горячки, оставив ему маленькую дочь. Повздыхал мужик, поплакал, да и стал дальше жить, дочку растить. Только тяжело ему было одному справляться, а потому стал он себе новую жену искать, чтоб и хозяйство вела, и девчонка его без матери не росла.

      Искал он искал, да и нашел в соседнем селе вдовицу с дочерью, его девочке ровесницей. Обрадовался мужик, пришел к вдове в гости, познакомился как следует. Через месяц свадьбу сыграли. Жена с падчерицей к нему переехали – дом у него большой был, крепкий, места всем хватило. Так и зажили они одной семьёй, все вместе.

      Мачеха женщиной незлой была, падчерицу не гоняла, работы столько же, сколько и своей дочке давала, ничем девочек не разделяла. А вот отец всё равно свою дочку пуще другой любил. Баловал её.

      Поедет в город, купит семье гостинцев. Жене с падчерицей обычные платки, пуховые, а дочке цветной, заморский, с узорами. Сошьет всем обувку – своей дочке такие сапожки скроит, что любо-дорого поглядеть, а остальным – все равно что лапти, только кожаные. Бусы с ярмарки привезет – в дочкиных каменья сверкают, жаром янтаря горят, а у жены с падчерицей простые камушки, какие все носят.

      Да и лицом отцова дочь куда красивее мачехиной была: глаза голубые, как небушко, коса пшеничная ниже пояса, сама сияет как ясно солнышко и всяк ей рад, все к ней тянутся, любят её. И назвал её батюшка Златославой.

      Мачехина дочка смуглая была, волосы бурые – что шерсть звериная, бурые и тусклые, глаза – чёрные бусины. С чужими не говорит, волком смотрит, кого не знает, того сторонится. И имя ей матушка дала под стать – Горечайна. Чаяла мать, что родится у нее красавица, желанный, жданный ребенок, а как родилась – половина деревни от мора померла и отец её тоже. Одно горе принесла она своим появлением.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.