- -
- 100%
- +
Она положила трубку на стол и замерла, глядя в пустоту перед собой.
Андрей почувствовал, как внутри всё медленно сжимается.
— Что случилось? — спросил он тихо.
Катя медленно подняла глаза. В них была усталость — не физическая, а какая-то глубокая, будто она только что узнала что-то неотвратимое.
— У меня есть знакомый, — сказала она ровно, почти механически. — Работает в администрации губернатора. Занимается массовыми мероприятиям, ну, там, всякими согласованиями, разрешениями.
Андрей молчал, не понимая, к чему она клонит.
— Он сказал, что правительство готовит указ о временном закрытии крупных мероприятий и фестивалей. Из-за эпидемиологической обстановки.
— Какой обстановки? — Андрей почувствовал, как голос стал чужим, будто не его.
— Вирус, — Катя выдохнула. — Тот самый, про который все начали говорить последние недели. Откуда-то из Скандинавии. Сначала думали, что это просто фейки. Потом — что локальная вспышка, которую быстро погасят. А теперь...
Она замолчала.
— А теперь что? — Андрей едва выдавил из себя слова.
Катя посмотрела ему в глаза:
— А теперь говорят, что это серьёзно. Очень серьёзно. И что меры будут жёсткие. Закроют границы, ограничат транспорт, запретят массовые мероприятия. Возможно — введут полный карантин.
Андрей почувствовал, как мир вокруг замедлился. Звуки притупились. Паста перед ним остыла, но он даже не заметил.
— Опять карантин? Как тогда, с ковидом? То есть... фестиваль…?
— Под вопросом, — Катя кивнула. — Если указ выйдет раньше конца сентября — «Северные Врата» не состоятся. Вообще.
Тишина.
Андрей сидел и смотрел на неё, не веря тому, что услышал. Они только что договорились. Только что его группа получила шанс выйти на новый уровень. Только что он поверил, что всё может измениться. Что Марина перестанет на него смотреть с недоверием. Что деньги, надежно спрятанные под песком, наконец-то обретут смысл.
И за одну минуту всё рухнуло.
— Когда… указ? — спросил он хрипло.
— Не знаю, — Катя покачала головой. — Может, через неделю. Может, через месяц. Может, вообще не выйдет, если ситуация стабилизируется и паника спадёт. Но риск есть. И очень большой.
Андрей откинулся на спинку стула. Внутри всё провалилось — будто пол под ногами исчез, а он падал в пустоту.
Катя смотрела на него — и вдруг её лицо смягчилось. Она протянула руку через стол и коротко, почти по-дружески, коснулась его ладони:
— Андрей, я не отменяю нашу договоренность. Слот за вами. Если фестиваль пройдёт — вы выступаете. Я сегодня же дам своей команде указание готовить сетку с учётом вас. Официально.
Он посмотрел на неё, не понимая, радоваться или отчаиваться:
— А если не пройдёт?
Катя медленно убрала руку:
— Тогда никто не выступит. Ни вы, ни те, кто уже на лейблах с многомилионными контрактами. Никто.
Она сделала паузу и добавила тихо, но твёрдо:
— Но если пройдёт — ты должен быть готов. Понял? Промо, техрайдер, саундчек — всё строго по плану, без задержек. Потому что времени на раскачку и переделку не будет. Вообще.
Андрей кивнул, не зная, что сказать.
Катя встала, взяла сумку, расправила плечи — она снова стала профессионалом, человеком, уверенно держащим всё под контролем. Остановилась, глядя на него сверху вниз:
— Я скину тебе контакт человека по промо. Работайте с ним напрямую, без меня. И... — она замялась на секунду, — если у тебя будет какая-то информация по вирусу, из своих источников, из соцсетей, откуда угодно — держи меня в курсе. Мне нужно понимать, что происходит.
Андрей кивнул снова, машинально.
Катя задержалась ещё на мгновение. В её глазах снова мелькнуло что-то тёплое — почти нежное, почти как раньше:
— Удачи, Андрей. Правда. Мне не всё равно. И я хочу, чтобы вы выступили.
Она развернулась и ушла — быстро, уверенно, но уже не так, как раньше. Будто и её мир только что покачнулся, и она пыталась удержать равновесие.
Андрей остался сидеть, глядя в окно. Город внизу жил, суетился, светился огнями. Машины ползли по улицам, люди куда-то шли по тротуарам. Кто-то смеялся. Кто-то разговаривал по телефону. Жизнь продолжалась, как будто ничего не изменилось.
Но где-то далеко — в чужих странах, в правительственных кабинетах, в больницах и лабораториях — мир уже начал меняться.
И Андрей не знал, успеют ли они сыграть свою самую важную партию.
Он, встал, оставил на столе купюры — больше, чем нужно, но ему было всё равно — и вышел из ресторана.
Ветер ударил в лицо — холодный, резкий, пахнущий выхлопами и осенью. Андрей застегнул куртку и пошёл к метро.
И вдруг подумал: может, это последний нормальный день в их жизни.
Может, всё, что будет дальше, уже никогда не будет прежним.
Глава 6
«Ребята, есть новости. Встречаемся сегодня в 21.00 в баре «Розенблюм». Столик на мое имя».
Секунду Андрей помедлил, но все же заставил себя нажать на кнопку «отправить». Сердце колотилось, ему казалось, что он стоит на краю пропасти и только один шаг отделяет его от неведомого. Но – ставки сделаны, теперь пора разыграть свою карту. А Андрей верил – в его колоде есть пара козырных тузов.
Телефон завибрировал. И еще раз. И еще.
Он посмотрел на экран.
Конечно, ребята подтвердили, что получили его оповещение и готовы приехать. Ну, в конце концов, все они - люди взрослые и самостоятельные, уж заказать такси, чтобы в девять вечера доехать до бара, все могут.
Андрей заехал домой, припарковал свою машину около парадной и с тоской посмотрел на гигантский многоквартирный комплекс. Технический райдер группы у него уже был составлен, оставалось включить в него лишь описания микшерного пульта и схемы коммутации линий персонального мониторинга. Учитывая, что эти вопросы они с Антоном обсуждали миллион раз, примерно он представлял, что надо сделать. За десять минут он отредактировал файл и отправил его по указанной Катей почте. Все, первый мяч заброшен.
Он помотал головой, глуша двигатель и вышел из машины. У него была точно такая же «Тойота Тундра» как и у Антона, за одним исключением – она была матово-черная. Андрей похлопал рукой по теплому кузову могучей машины и снова взялся за телефон, вызывая себе такси.
Пивной ресторан «Розенблюм» был из тех мест, где слово «гурман» звучит нормально и не вызывает желания спрятать лицо в ладонях. Тяжёлое дерево столов, латунные краны у стойки, мелом написанные сорта пива, из которых половина названий звучала как магические заклинания, другая половина — как диагнозы. Пахло жареным мясом, солодом и чем-то сладковатым, похожим на карамель.
Андрей выбрал это заведение не из любви к интерьеру. Просто здесь было шумно, чем-то напоминая дорогие его сердцу рок-концерты. Здесь часто играла музыка, иногда даже более или менее тяжелая. Шум проглатывал любые разговоры и маскировал их, создавая иллюзию безопасности — будто опасные слова, сказанные в таком месте, теряют остроту.
Ему удалось приехать раньше, поэтому он сидел и крутил в руках меню, словно это была схема эвакуации из этой реальности. Ожидаемо, первой пришла Елена — в чёрном худи и с привычным чокером, и с вечно недовольным выражением лица. Следом за ней в зал ввалился Антон и, покрутив головой, устремился к столику.
Марина появилась последней. Конечно, кто бы сомневался?
Она вошла так, будто это её ресторан, а не место, где ей сейчас придётся разруливать чужие нервные решения. Села напротив Андрея и уставилась ему в глаза.
— Ну? — сказала она без прелюдий. — Давай, рассказывай, ради чего я вылезла из горячей ванны и оставила недопитый бокал сидра.
Антон хмыкнул:
— Ты бы вытащилась куда угодно, если бы тебе сказали, что там подают отличный стаут.
Марина даже не посмотрела на него:
— Не старайся, Тоша. Шутить – это не твое, пора бы уже и признать.
Официант подошёл вовремя, словно среагировав на внезапно возникшее напряжение, и вопросительно посмотрел на друзей.
— У вас есть имперский стаут какой-нибудь? Желательно, сладкий.
- Конечно есть! Сегодня на кране одна из последних поставок Founder’s.
- Шикарно! Тогда, два стаута, — сказал Антон. — И мясо. Большое. Жареное.
— Мне какого-нибудь бланша, — сказала Елена. — И картошку. Самую простую.
Марина меню даже не стала открывать:
— Кислый эль. И крылышки. Острые.
Официант посмотрел на Андрея.
— Мне, пожалуй, тоже бокал стаута. И бургер, с халапеньо. — сказал Андрей.
Когда официант ушёл, Марина снова повернулась к нему, словно продолжала разговор, начатый ещё на репетиционной базе.
— Говори, — сказала она. — Без разгона.
Андрей вдохнул и заставил себя улыбнуться, вымученно, но все же с каким-то облегчением.
— Катя согласилась. Мы в лайнапе «Северных Врат».
Тишина длилась ровно секунду.
— Серьёзно? — Елена выпрямилась так резко, будто на ее кресле выросли стальные иглы.
Антон резко выдохнул:
- Вау! Ты серьезно?
Андрей кивнул.
Марина не улыбнулась. Она просто уточнила:
— На каких условиях?
— А вот здесь будет жестко, — сказал Андрей. — Нам нужно, помимо музыки, подготовить полный промо-пакет, составить техрайдер, и устроить целую рекламную кампанию. Накосячим, или что-то пропустим — нас больше не возьмут. Ни в один их проект.
— И… — Андрей сделал паузу, — нам дали прайм-тайм.
Елена раскрыла рот:
— Прайм-тайм? Типа вечер?
— Да. 27 сентября. Ориентировочно, с 19:30 до 20:00, — сказал Андрей. — Точное время потом сообщат, когда вся сетка будет посчитана.
Официант принёс пиво. Стекло запотело, пена поднялась плотной шапкой.
Антон отпил глоток пива и выдохнул:
— О, это прям божественно!
Елена сделала глоток легкого пшеничного пива, улыбнулась, смакуя его нежный цитрусовый аромат и на секунду стала похожа на обычного человека, наслаждающегося вкусным пивом.
Марина сначала понюхала свой кислый эль — будто проверяла его на свежесть — и только потом сделала глоток.
— Прайм-тайм для группы без лейбла, — произнесла она тихо. — Тогда второй вопрос. Самый важный.
Марина подняла взгляд на Андрея:
— Что ты ей пообещал?
Андрей почувствовал, как внутри всё поджалось.
— Я сказал, что мы серьёзно вложились в звук, — произнёс он. — Цифровой микшер, беспроводные системы, персональный мониторинг…
Елена медленно поставила бокал на стол:
— У нас же этого нет.
— Я знаю, — сказал Андрей. – Нет. Пока.
Марина закрыла лицо ладонью. Потом убрала руку от правого глаза и посмотрела на него так, будто решала, каким из самых жестоких способов его убить.
— Ты сказал это Кате Лебедевой, — произнесла она ровно. — Человеку, который живёт в мире, где “профессионально” — это не красивое слово. Это фильтр на входе.
Андрей хотел оправдаться, но Марина подняла палец:
— Не надо. Я понимаю, зачем. Ты продавал нас. Ты показывал, что мы не подвальные панки, а люди, понимающие как строится настоящий высококлассный звук.
Она выдохнула.
— Но теперь это не понты. Теперь это обязательство. И ты навязал его нам.
Антон поставил бокал:
— Марин, мы купим это все. Тем более, что мы этот список железа с вами обсуждаем уже почти два года.
— “Купим” — это пол дела, — ответила Марина. — Научиться работать с ним, правильно настроить, испытать и не обосраться на саундчеке — вот в чем основная проблема.
Елена тихо добавила:
— И не обосраться на сцене.
Марина кивнула:
— Поэтому план такой: поднимаем наш список, обновляем и уточняем его. Вы с Антоном покупаете всё, что наобещали этой дамочке. Я нахожу техника-звукорежиссера. И мы учимся работать.
Антон поднял ладонь:
— Принято. Но в идеале, чтобы ты договорилась с этим техником на постоянную поддержку на концертах. Чтобы он поехал с нами и обеспечил нам стопроцентно работающую технику.
Елена смотрела на них внимательно, и Андрей понял: сейчас что-то грянет.
— Ребят, — сказала Елена тихо, но жёстко. — Это все прекрасно. Но вы забыли с чего мы начали вчера. Вы обещали рассказать, что происходит. Я не тупая. Я вижу, что вы на нервах. Что вы шепчетесь о чем-то, поминутно оглядываетесь. Что у вас внезапно “деньги есть”. И я хочу понять: во что конкретно мы вляпались?
Шум в зале вдруг стал громче, словно ресторан решил перекричать их разговор.
Андрей посмотрел на Антона. Тот едва заметно кивнул: говори ты.
— Я скажу, — произнёс Андрей. — Но вы должны понять две вещи. Подробности я не могу рассказывать. Не потому что не доверяю. А потому что это может сделать хуже всем. И группе тоже.
Елена нахмурилась:
— В смысле “не можешь”?
Антон сказал коротко, как будто ему неприятно произносить эти слова:
— Это связано с… ну, с силовыми структурами.
Марина не рассмеялась. И не стала изображать следователя.
— “Связано” — это как? — спросила она.
Андрей аккуратно подбирал слова:
— Мы с Антоном оказались не в том месте не в то время. Там был один человек, который сказал нам, что можно пройти через это безопасно… если мы не будем болтать и не наделаем глупостей. Мы просто случайно оказались рядом с одной историей. Теперь она тянется за нами. А деньги… это, так сказать, побочный эффект. Но светить их особо сильно – категорически нельзя.
Елена тихо уточнила:
— То есть… фактически, проблем пока нет?
— Пока нет, — честно сказал Андрей. — Никто нас не ищет. Но мы можем сами себя подставить.
Марина кивнула — сухо, по-рабочему:
— Хорошо. Тогда всем запомнить основное правило. Об этом знают только четверо. Обсуждать, если очень припрет - только лично. Никаких переписок, голосовых и лишних разговоров под градусом.
Антон посмотрел на высокий бокал:
— Мы сейчас нарушаем.
— Мы сейчас устанавливаем правила, — отрезала Марина. — Это техническое совещание.
Она собиралась еще что-то сказать, когда телефон Андрея завибрировал.
Юноша посмотрел на экран и увидел, что ему пришло электронное письмо.
Тема: «Северные Врата/Продакшен».
Андрей открыл письмо — и сразу понял: это не “поздравляем, вы выиграли главный приз”, это первый звоночек приближающейся серьезной работы и горящих дедлайнов.
«Добрый день. Посмотрели ваш райдер. Не хватает указания необходимых мониторных линий, количества и типа каналов подложки, схемы расстановки, контакт ответственного за звук на сцене. Ждем сегодня до 00:00. После — слот в резерв.»
Марина прочитала через его плечо и усмехнулась, будто ей наконец дали честную задачу, а не чужую драму.
— О да! Твоя Катя — профи, — сказала она. — Она специально поставила такое время, чтобы проверить, кто мы: раздолбаи или серьезные ребята.
Антон вздохнул:
— И что, мы прямо здесь это соберём?
— А где ещё? — спокойно спросила Марина. — В священном месте силы, где дедлайны выполняются сами собой?
Елена торопливо отставила бокал:
— Я даже пиво допивать не буду. Давайте быстренько допишем и отправим им! Я не хочу упускать такой шанс!
Антон посмотрел на неё с уважением:
— Вот это сила воли!
— Допивайте спокойно, — сказала Марина. — Просто работайте одновременно. И давайте по порядку. Что у нас по мониторам?
Андрей открыл свой файл:
- У нас запланировано три мониторных микса: один Лене – туда еще дополнительно клик идет, второй – тебе, Марина, и третий – нам с Антоном. Так что из их линий мы сможем освободить три.
Елена вытащила блокнот и ручку.
Андрей моргнул:
— У тебя… блокнот?
— Я барабанщица, — сказала Елена. — Мы живём в мире кликов и списков. Да и я очень люблю от руки писать…
Марина кивнула на нее:
— Учитесь, парни. Не только вам от руки работать привычно.
Елена перечисляла быстро, чётко:
— Состав подзвучки: бочка — внутрь, бочка — наружу. Малый — верх, малый — низ. Хай-хэт. Том один, том два, напольный. Оверхеды стерео. В идеале – если у них их четыре. Нет, значит пусть стандартно два. Если можно — рум.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.