Волчья стая – Кровавый след террора

Содержание

Пролог………………………………… 4

Часть первая

ВЗРЫВ………………………………….. 6

Глава первая............................................................. 6

Глава вторая……………………………………… 8

Глава третья …………………………………….. 9

Глава четвертая……………………………………… 12

Глава пятая……………………………………. 14

Глава шестая…………………………………….. 19

Глава седьмая............................................................. 22

Глава восьмая………………………………...... 26

Часть вторая

ЧАСТНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ…………………………………. 31

Глава первая. Узбекистан—Израиль...................................................... 31

Глава вторая. Компьютерный поиск ………………………………… 35

Глава третья. Информационная война-1 …………………………………. 41

Глава четвертая. Информационная война-2………………………………… 48

Глава пятая. Террорист номер один…………………………………. 57

Глава шестая. Паутина………………………………………………………….. 70

Глава седьмая. Бандиты………………………………….. 80

Часть третья

ВОЛЧЬЯ СТАЯ ………………………………….. 85

Глава первая. Кто есть кто…………………………………. 85

Глава вторая. Приговор ..………………………………….. 91

Глава третья. Таштюрьма…………………………………… 111

Глава четвертая. Все преступники скрылись…………………………………… 115

Глава пятая. Версии рабочие и разные…………………………………… 119

Глава шестая. Разбой…………………………………… 123

Глава седьмая. Шрамы и укусы…………………………………… 130

Глава восьмая. Принцип домино…………………………………… 135

Глава девятая. Команда.…………………………………… 138

Глава десятая. Вожаки…………………………………… 143

Глава одиннадцата. Счет пошел на дни…………………………………… 146

Глава двенадцатая. Единым фронтом…………………………………… 151

Глава тринадцатая. Готовность номер один…………………………………… 155

Глава четырнадцатая. Часы пущены…………………………………… 157

Глава пятнадцатая. «Почти амир»……………………………………. 160

Глава шестнадцатая. Час «икс»……………………………………. 161

Глава семнадцатая. После взрывов-1 …………………………………………… 166

Глава восемнадцатая. После взрывов-2…………………………………… 169

Глава девятнадцатая. В логове………………………………….. 170

Глава двадцатая. По одному сценарию………………………………........ 176

Глава двадцать первая. Волчья стая…………………………………… 180

Глава двадцать вторая. Киргизский вариант …………………………………… 182

ИЗ ДНЕВНИКА ТЕРРОРИСТА…………………………………… 192

ВМЕСТО ЭПИЛОГА…………………………………… 165

Пролог

Весной 1990 года решением Ленинского районного народного суда города Ташкента я был оштрафован на пять рублей. Внимательно ознакомившись с судебным постановлением, я отправился на почту, выяснил, сколько стоит перевод, и, отправив 4 рубля 97 копеек, на обороте телеграфного бланка сделал приписку: «Поскольку в решении суда не указывается, за чей счет отнести расходы почтового отправления, вычитаю из суммы 5 рублей 3 копейки на перевод».

За несколько месяцев до этого я получил вызов на постоянное место жительства в Израиль и полагал, что переводом символического штрафа ставлю точку на своих злоключениях с националистической организацией «Бирлик» («Единство»). Бирликовцы подали на меня в суд за серию репортажей о трагических ферганских событиях, произошедших в июне 1989 года. Пуще иных разозлил их репортаж под заголовком «Кто остановит бандитов?», опубликованный в республиканской газете «Правда Востока» 5 июня 1989 года и перепечатанный несколькими западными, в том числе и американскими, изданиями.

…В Фергану вместе с фотокором Леонидом Гусейновым мы вылетели ночью 3 июня, пробыли там сутки. В этом некогда тихом и уютном городке мы увидели сожженные дома и десятки трупов турок-месхетинцев. Обезумевшие от слепой ярости, водки и наркотиков бандиты едва не проломили нам головы камнями, увидев, что мы забрались во двор, где пылал только что подожженный ими дом. Мы видели, как к оцеплению солдат внутренних войск подошла не спеша группа молодых людей и каждый из них, плюнув солдату в лицо, повернулся и так же не спеша удалился. У многих из молоденьких ребят с буквами «ВВ» (внутренние войска) на алых погонах текли по щекам слезы бессилия, но подчиняясь приказу командования, они стояли, не шелохнувшись. Точно так же, по стойке «смирно», стояли они, когда перед ними выступал приехавший в Фергану министр внутренних дел СССР Вадим Бакатин. Он говорил негромко, но жестко. Министр заявил, что положит конец творящимся здесь безобразиям и что к вечеру сотрудники милиции и солдаты внутренних войск получат соответствующий приказ. Его слова показались мне убедительными. В три часа ночи я узнал, что министр внутренних дел СССР Вадим Бакатин улетел из Ферганы на специальном самолете, так и не отдав никакого приказа.

Под утро я разговаривал с одним из офицеров ферганской милиции. Морщась от нестерпимой боли в перебитой железным прутом ноге, он почти кричал:

– Да опубликуйте же вы в печати, что мы беспомощны, что нас лишили возможности бороться с бандитами. Есть лишь одно распоряжение – действовать в пределах положения о комендантском часе. Но комендантский час действует только ночью, а днем бандиты практически безнаказанно убивают, грабят. Нам запрещено стрелять, мы идем на разъяренную толпу с одними резиновыми дубинками в руках, но даже эти дубинки не можем толком использовать – в нашей служебной инструкции записано, что бить резинкой по голове категорически запрещается.

О причинах вспыхнувшего в Фергане конфликта и последующих трагических событиях в те дни писали газеты всего мира. Созданная незадолго до этого времени организация «Бирлик» проводила многочисленные митинги. Ее лидеры – доктор технических наук Абдурахим Пулатов и поэт Салай Мадаминов, подписывающий свои стихи претенциозным псевдонимом Мухаммад Солих, говорили о том, что этот разбой не что иное, как стремление сбросить вековой рабский гнет, проснувшееся национальное самосознание узбекского народа. В моей статье «Кто остановит бандитов?» бирликовцы усмотрели угрозу национальным интересам и подали исковое заявление в суд. По ночам какие-то люди звонили мне по домашнему телефону и грозили убийством, к зданию районного суда националисты подъезжали в специально арендованных автобусах и перед входом разворачивали транспаранты с лозунгами. Один из лозунгов был посвящен моей скромной персоне. На зеленом полотнище было начертано: «Якубов – враг узбекского народа». Маленький зал суда не мог вместить и десятой части всех приезжающих активистов «Бирлика», и они попытались прямо у входа в здание организовать стихийные митинги, привлекая своими возгласами внимание прохожих. Судебные заседания из-за этого приходилось отменять, и процесс, яйца выеденного не стоивший, длился несколько месяцев. Наконец судья, записавшая в своем решении, что некую фразу в моем репортаже можно истолковать двояко, вынесла решение – штраф 5 рублей.

Собираясь в Израиль, я сначала долго вертел квитанцию об уплате злополучного штрафа, решая, взять ли ее с собой в качестве документального сувенира, но потом, по некотором размышлении, скомкал и выбросил…

Часть первая

Взрыв

Глава первая

ХРОНИКА СОБЫТИЙ

Ташкент, 16 февраля 1999 года, утро, гостиница.

Зимнее солнце сумело пробиться сквозь тучи, ветер разогнал облака, и небо окрасилось в такой нежно-голубой цвет, какой бывает только весной.

–Вы бы открыли окно, воздух сейчас – одно наслаждение, – буркнул электрик, который пришел в гостиничный номер заменить перегоревшую лампочку.

Я еще возился с оконными шпингалетами, когда где-то невдалеке раздался звук, напоминающий мощный взрыв. Задребезжали стекла, люстра под потолком ходуном заходила.

–Видно, газовый баллон у кого-то бабахнул, – предположил электрик. – У моего соседа в прошлом году вот так вот баллон взорвался, пол кухни разнесло.

Электрик еще долго повествовал мне, в какую копеечку влетел его соседу ремонт, но не успел закончить своего рассказа, как звук повторился. А спустя пару минут бабахнуло еще раз. Послышался рев сирены – должно быть, мчались пожарные машины или «скорая помощь». Мне невольно вспомнился Афганистан – уж слишком хорошо запомнил я эти страшные звуки.Но тут же отогнал от себя, как казалось, шальную мысль – какие могут быть взрывы в центре Ташкента! Я вышел из гостиницы. Куда-то бежали взволнованные или чем-то напуганные люди, одна за другой промчались не меньше десятка огненно-красных пожарных машин.

«Да я своими глазами видел, как машина выше трамвайных проводов подлетела и грохнулась», – горячо доказывал какой-то мужчина группе окруживших его людей. Через несколько минут подъехал на машине приятель – моя ташкентская командировка заканчивалась, ночью я собирался улетать, и нужно было заехать в аэропорт, забронировать место на московский рейс. Едва отъехали, дорогу нам преградил сержант ГАИ, нервозно указывая жезлом, что двигаться мы должны в обратном направлении. Пришлось подчиниться. Однако не проехали и пятисот метров, как еще один сотрудник ГАИ снова изменил направление нашего движения.

–Что у вас в городе происходит? – спросил я приятеля.

–Сам толком ничего не пойму. Вроде чего-то взорвали. Говорят, на площади какая-то перестрелка была.

– Да будет тебе. Какая перестрелка, что ты сплетни всякие слушаешь, – пристыдил я его.

Приятель ничего не возразил – мы снова вынуждены были подчиниться команде милиционера и в очередной раз изменили маршрут. Исколесив чуть не полгорода, мы наконец оказались на дороге, ведущей в аэропорт. Езды нам оставалось две-три минуты, когда опять, теперь совсем рядом, раздался взрыв. Наш старенький «форд» тряхнуло, как на крутом ухабе, и занесло на обочину дороги. Благо в непосредственной близости не было ни одной машины, иначе столкновения избежать не удалось бы. Приятель что-то говорил, но я ничего не слышал – у меня заложило уши. Прошло не меньше четверти часа, пока я наконец снова обрел способность полноценно воспринимать окружающий мир. Вокруг творилось что-то невообразимое – снова мчались пожарные машины, слышались какие-то крики, вооруженные милиционеры мгновенно перекрыли дорогу. «Неужели взорвали аэропорт?» – мелькнула мысль, и я схватился за мобильный телефон, еще толком не сообразив, кому звонить. Впрочем, и дозвониться было невозможно – телефон безмолвствовал. Было совершенно очевидно, что в аэропорт, во всяком случае в ближайшее время, мы не попадем. Развернулись и поехали в центр, опять пришлось объездными путями, и дорога вместо привычных пятнадцати минут заняла почти час.

Центр был непривычно безлюден. Казалось, кроме вооруженных милиционеров в городе никого больше нет. Я зашел в редакцию, надеясь у коллег узнать, что произошло. Но то, что услышал, звучало настолько же неправдоподобно, насколько и нелепо. Говорили, что в город прорвалась банда и что в результате взрыва погибло множество людей, количество раненых исчисляется чуть ли не сотнями. Как водится, тут же нашлись очевидцы, которые видели трупы на центральной площади.

Глава вторая

Утро того же дня, президентская трасса.

В этот день из своей загородной резиденции президент Узбекистана Ислам Каримов отправился в Кабинет министров, где на 11 часов утра было назначено совещание республиканского руководства для подведения итогов хозяйственной деятельности в 1998 году. Полоса движения президентского кортежа была освобождена, и машины мчались с привычной крейсерской скоростью 120—130 километров в час. Кортеж уже находился в городе, когда в головной машине ожила рация. «Где вы, где вы?» – вопрошал сотрудник ГАИ с поста на площади Мустакилик (Независимости).

–В связи с чем вопрос? – поинтересовался начальник охраны президента.

– Да у нас тут что-то непонятное происходит, – сообщил офицер ГАИ.

–Разберитесь толком и доложите, – последовала команда из головной машины.

Буквально через минуту в рации снова раздался тот же вопрос: «Где вы сейчас?» И не дожидаясь ответа, офицер с площади прокричал: «На площадь не заезжайте! Как поняли меня? Повторяю, на площадь не заезжайте. У нас тут взрывы… И стреляют!» В тот момент президентскому кортежу до площади оставалось ехать чуть больше минуты. Машины, не снижая скорости, свернули в одну из параллельных улиц и уже через несколько мгновений въезжали во двор рабочей резиденции. Ислам Каримов прошел к себе в кабинет, где выслушал доклад о том, что произошло на площади. Случившееся потрясло президента. Но не удивило. Один из немногих в централь-ноазиатском регионе политиков, если не сказать единственный, президент Узбекистана уже на протяжении долгого времени жил в предчувствии этой беды. Это предчувствие не было интуитивным ощущением, но основывалось на его четком, беспристрастном анализе, и Ислама Каримова поражало, приводило в негодование то, что вокруг никто, казалось, не хотел замечать надвигавшейся беды.

Услышав о взрывах, президент размышлял всего несколько минут. Он снова надел плащ и скомандовал:

–Едем! На площадь.

–Пока еще опасно, Ислам Абдуганиевич, – попытался возразить начальник охраны президента. – Обстановка до конца не ясна, мы бы хотели разобраться.

Но президент его не слушал, он уже направился к выходу. Отдавая на бегу распоряжения, начальник охраны устремился за ним. На площади президент появился в окружении охранников, вооруженных автоматами. Впервые им пришлось взять в руки тот вид оружия, которым до сих пор охранники пользовались только на тренировочном стенде.

Глава третья

Утро того же дня, площадь Мустакилик.

Эта светло-голубая старого образца «Волга-ГАЗ-21» появилась на площади невесть откуда. Позже, когда сотрудники специально созданной оперативно-следственной бригады опрашивали работников ГАИ, никто так и не смог ответить вразумительно, кто конкретно пропустил машину на площадь. Правда, внешне в ней не было почти ничего такого, что могло бы привлечь внимание. Хотя и старая колымага, но чистенькая, опрятная. Разве что багажник, как впоследствии удалось выяснить, был не закрыт, а завязан какой-то тряпицей – то ли груз мешал, то ли замок сломался, тут гадать можно разное. Машина, не превышая дозволенной скорости, проехала по площади и подкатилась непосредственно к семиэтажному зданию Кабинета министров. Ткнувшись о высокий бордюр, «Волга» беспомощно остановилась, мотор заглох. Ну, такого безобразия гаишник

допустить не мог. Он ринулся к машине, на ходу крича:

–Куда, куда тебя занесло?! Отъезжай немедленно!

В машине находились двое. Тот, кто за рулем, приспустил боковое стекло возле себя и совершенно спокойно возразил:

–Ну как же я отъеду, ты что, сам не видишь, у меня мотор заглох.

Президентский кортеж должен был появиться на площади с минуты на минуту, какие тут могли быть рассуждения – милиционер начал лихорадочно дергать дверную ручку машины, чтобы самому разобраться, что там происходит. И в этот момент со стороны улицы, проходящей вдоль площади, раздался взрыв. Начальник милицейского поста ГАИ застыл как вкопанный. За долгие годы службы в автоинспекции ему пришлось повидать многое, но вот летающих машин видеть не приходилось. Высоко над трамвайными проводами, даже не задев их, взлетел белый автомобиль. Зависнув на мгновение в воздухе, машина, как ему показалось, плавно начала снижаться, и только после ее соприкосновения с землей раздался оглушительный взрыв, а к небу взметнулся столб огня. Замешательство не помешало офицеру связаться с президентской охраной и сообщить об опасности. Он еще не выключил рацию, когда услышал автоматные очереди.

Сержант ГАИ не видел автомобильного полета, все его внимание было поглощено застрявшей чуть ли не у центрального входа в Кабинет министров «Волгой», будь она проклята.

– Вылезай, вылезай, – кричал он водителю, – я сам отгоню твою машину. – И хватал его за рукав, пытаясь вытащить наружу.

Наконец этот увалень открыл дверцу и как бы не спеша вышел из машины. На его руке болтался то ли свитер, то ли какая трикотажная кофта. Раздосадованный милиционер попытался отпихнуть неповоротливого парня, и в этот момент свитер упал на землю, а в руке у водителя «Волги» оказался автомат. Он тут же направил ствол в сторону милиционера и дал очередь поверх его головы. В это время из машины выскочил и второй бандит. Они отходили спиной, беспорядочно поливая веером из автоматов, и в итоге оказались возле мостика через быстротечный канал Анхор – оттуда легко можно было попасть на оживленный проспект Алишера Навои.

…Диля приехала на площадь утром, чтобы забрать фотографии. В пятницу вечером она гуляла здесь с подружками. Студентки медицинского училища решили сфотографироваться. Приближались весенние каникулы, им хотелось поехать домой, показать родителям свои фотографии, которые они сняли на самой красивой площади Ташкента. Долго уговаривали фотографа, чтобы он сделал карточки поскорее, но тот оставался неумолим: «Не могу, девчонки, работы очень много, раньше вторника никак не получится. А во вторник приходите, с утра все будет готово». Сообща решили, что за фотографиями поедет Диля. Она была на хорошем счету у преподавателей, пропустит одну лекцию – ничего страшного не случится. Быстренько смотается на трамвае туда и обратно, как раз ко второй паре успеет. Судьба и злой бандитский умысел распорядились иначе, Х1Я двадцатилетней Дильрабо Халмуминовой уже никогда не будет обратного пути. Убегая с площади, бандиты отстреливались, очевидно, в спешке ни в кого конкретно не целясь, им важно было расчистить себе путь для отступления. Шальная пуля оборвала жизнь этой девочки, одной из шестнадцати погибших в тот день. Никто поначалу этого и не заметил – на площади громыхнул еще один взрыв. Это взорвалась начиненная смертоносным грузом заглохшая у Кабинета министров «Волга».

В огромном здании в этот момент находилось практически все руководство Республики Узбекистан, а также сотрудники кабинета. Участники совещания уже были в конференц-зале на шестом этаже, когда здание вздрогнуло от взрыва, посыпались стекла, ранившие многих из тех, кто был здесь. К тому моменту, когда на площадь приехал президент, эвакуация людей из здания уже подходила к концу. Ислам Каримов внимательно осмотрел образовавшуюся воронку, спросил у прибывших сюда же сотрудников прокуратуры, МВД, службы национальной безопасности:

– Удалось кого-то поймать?

–Пока нет, Ислам Абдуганиевич. Они отстреливались, прорвались на проспект Навои, там захватили машину, потом еще одну. Мы ведем преследование, оповещены все службы.

–Ищите номера взорванных машин, – распорядился президент. – Машины кому-то принадлежат, надо искать в этом направлении…

Президент не успел закончить фразы, когда снова раздался взрыв, на этот раз со стороны стометровой телевизионной вышки. Уже через несколько мгновений по рации сообщили, что взорвана машина возле здания Национального банка Узбекистана, есть жертвы. Но, к счастью, не пострадал никто из жильцов находящейся всего в нескольких метрах от банка новой высотной гостиницы «Интер-континенталь».

Прошло еще около часа, и Ташкент потряс новый взрыв. На этот раз в районе неподалеку от аэропорта. В домах на тихой улочке Абдуллы Каххара, где произошел этот последний взрыв, не осталось ни одного целого стекла. Разворотило близлежащее кафе. Благо там не было людей: пообедав, его успели покинуть сотрудники еврейского агентства «Сохнут», чье здание находится поблизости. От кафе осталась только воронка, в самом офисе «Сохнута» выворотило оконные рамы, но сотрудники как раз находились на улице, возвращаясь после обеда на работу.

Глава четвертая

Ташкент того же дня, полдень.

Президент казался совершенно спокойным. Но только он один да, может быть, еще несколько его самых ближайших помощников знали, каким напряжением дается Исламу Каримову это внешнее спокойствие. Никто в тот день не решился бы предложить президенту выступить с телевизионным обращением к народу. Да еще сразу через несколько минут после взрывов. Он сам сказал, что едет на площадь. И что со своим народом будет говорить не из кабинета и не из телевизионной студии, а непосредственно с того места, где произошли взрывы и где погибли люди, те самые граждане страны, за которых он, президент, несет полную ответственность.

Речь Ислама Каримова была размеренной и четкой. Он говорил о том, что этот террористический акт направлен непосредственно против него и имел

своей целью физическое уничтожение президента Республики Узбекистан, свержение в стране законной власти. Президент призвал своих граждан к спокойствию, ибо террористы рассчитывают на то, что в народе начнется паника.

– Преступники будут задержаны и сурово наказаны, я обещаю вам это, – сказал президент в заключение своего обращения.

Ташкент, 16 февраля, вечер.

Поздним вечером я дозвонился до редакции одной из крупных израильских газет и продиктовал коротенькое сообщение в номер:

«Сегодня в Ташкенте неизвестными лицами был осуществлен террористический акт, ответственность за который пока не взяла на себя ни одна из террористических организаций. Было произведено пять взрывов, в результате которых пострадали общественные и жилые здания. По предварительным данным, 13 человек погибло, более ста получили ранения разной тяжести. Существует несколько версий по поводу того, кто и с какой целью совершил в столице Узбекистана это злодеяние. Однако наиболее правдоподобной и реальной выглядит версия о том, что теракт совершили религиозные экстремисты с целью уничтожения президента Узбекистана Исла ма Каримова и высших руководителей государства, захвата и свержения конституционного строя».

–Слушай, старик, а ты как в Ташкенте-то оказался? – спросил меня дежурный редактор, после того как принял мое сообщение.

–Приехал по делам, отсюда еще собирался в Москву, а потом уж домой в Тель-Авив. Но здесь такие дела…

–Может, задержишься на пару дней, наверняка какие-то подробности узнаешь, подготовишь хороший репортаж, – предложил редактор.

–Посмотрим. Может, и задержусь…

Глава пятая

Ташкент. За пять месяцев до взрывов.

14 сентября 1998 года начался официальный визит президента Республики Узбекистан Ислама Каримова в Израиль. Накануне этого визита мне удалось встретиться с господином Каримовым в Ташкенте и по просьбе целого ряда западных изданий взять у него интервью. В день, когда состоялась эта встреча, мне позвонили из пресс-службы главы узбекского государства и предупредили:

– Президент чрезвычайно занят. Учитывая важность предстоящего визита, он на интервью согласился, но максимум времени, на который вы можете рассчитывать, – сорок минут.

В зале переговоров президент Узбекистана появился в точно назначенный срок. Конечно, учитывая ограниченное время, отведенное на интервью, мне следовало с места в карьер начать с вопросов о перспективах развития израильско-узбекских отношений. Но незадолго до этого вышла в свет книга.

Ислама Каримова «Узбекистан на пороге XXI века. Угроза безопасности, условия и гарантии сохранения стабильности, перспективы прогресса». Эта книга была переведена в разных странах на многие языки, в том числе в Израиле – на иврит. Не скрою, мне в ту пору казалось, что президент Узбекистана несколько сгущает краски, анализируя ту опасность, в которой находится его страна. И потому с вопроса о концепции безопасности я и начал интервью.

– Когда я работал над этой книгой, то прежде всего постарался сам для себя ответить на три жизненно важных для Узбекистана вопроса, – начал Ислам Каримов наш разговор. – И первый из этих вопросов я сформулировал так: что сегодня представляет угрозу – в самом широком понимании этого слова – нашему государству? Второе: какие условия нам необходимо соблюсти, чтобы сохранить стабильность? И третье: что необходимо сделать для того, чтобы добиться того высокого уровня жизни, какого достигли развитые страны? Собственно, эти вопросы вечны, их приходилось и приходится решать всем нациям, народам. Сколько существует человечество, столько и возникали ситуации, представляющие угрозу для того или иного народа, страны.

Я глубоко убежден, что главным условием развития любой страны является стабильность. Политическая, финансовая, стабильность в межнациональных вопросах, стабильность гражданского согласия.

С каждым днем в условиях жизни, которые присущи сегодня странам Центральной Азии, с учетом того, что происходит сегодня вокруг нас, – я веду речь о событиях в Афганистане и Таджикистане, я говорю о религиозном фанатизме и экстремизме, то есть о том, чего мы абсолютно не приемлем, – эти события становятся для нас все более жизненно важными и актуальными. Сегодня радикальные направления в исламе приобретают особо опасные очертания. И если в книге я говорю о противостоянии религиозному фундаментализму, то в жизни мне приходится противостоять ему на деле. Также реальных решений требует и обстановка в Афганистане. Многие склонны давать излишне мягкие определения ситуации в этой стране: афганский конфликт, афганское противостояние. Я же считаю происходящее там в течение последних двадцати лет истинной трагедией. Со времен, когда советская армия в 1979 году вошла в Афганистан, там была развязана гражданская война. Подчеркиваю, что именно оккупация советской армией Афганистана была первопричиной того, что переживает теперь народ этой страны и все соседние страны. А ведь в былые времена Узбекистана имел на Юге прекрасного спокойного соседа, – с непередаваемой горечью заметил господин Каримов. – Издревле афганцы с огромным уважением относились к узбекам, таджикам, туркменам. На лодках переправлялись они через Амударью, вели торговлю, роднились, создавали смешанные семьи, и это было в порядке вещей. Афганистан населяли тогда пусть не очень богатые, но трудолюбивые и, повторюсь, мирные люди. Сейчас же в войну втянуты все слои афганского общества, между собой борются национальные, религиозные, политические силы, кланы. Теперь здесь доминирует сила оружия, многие афганцы уже и не думают о том, что существует мирная созидательная жизнь. В этой стране выросло целое поколение, которое умеет только стрелять, и весь ужас заключается в том, что только в войне они находят единственный смысл жизни и единственную форму существования. И неужели мировое сообщество не замечает, как с каждым днем усугубляется эта трагедия! Ведь конфликт давно уже вышел за рамки отдельной страны. Неужто никто не замечает, что в Афганистане создан международный полигон для подготовки экстремистов, террористов, фанатиков, нацеленных на уничтожение человека. Неужто Европу не волнует, что страны континента больше чем на 80 (!) процентов снабжаются наркотиками из Афганистана. А чего стоит афганский «экспорт» боевиков! Сегодня моджахеды воюют во всех горячих точках: они стреляют в Чечне, пытаются взорвать Дагестан, дерутся в Боснии, Косово. И я еще раз утверждаю, что нельзя, недопустимо рассматривать трагедию Афганистана как некий локальный конфликт. Меня совершенно искренне обижает, что никто, по сути дела, не предпринял ни одной достаточно серьезной попытки разрешить этот конфликт на международном уровне. Ведь какую замечательную солидарность и сплоченность проявляют европейские страны, когда вооруженные конфликты возникают в самой богатой Европе или ее сытом подбрюшье. Собираются, находят политические решения и даже материальные средства для предотвращения или прекращения конфликта. И в то же время дружно не понимают того, что происходит в Афганистане. Согласен, это другой регион, но по сути дела эта страна стала не только поставщиком «белой смерти», но и фанатиков, представляющих чисто физическую угрозу всему миру. И если международное сообщество этого не замечает, то у меня возникает вопрос: а нет ли здесь двойного стандарта?