Записки дорана. Записка третья: Огненная река

4

Шумный порыв ветра принес из порта грубые голоса людей-работников и перезвон рынд. Нуаллан глубоко вздохнул и поискал взглядом странную старушонку из лавки среди снующих по улице спин. Шаманка действительно растворилась бесследно, что еще чуднее, растворились и ее внуки, хотя потерять двух рослых лбов, возвышающихся над толпой на голову, занятие не из простых. Знамя с кораблем над зеленым треугольником, олицетворяющим гавань, врезавшуюся среди морской синевы, у башни ратуши дернулось. Снова дунул ветер, и оно рванулось так, словно стремилось унестись в небесный простор.

– Я схожу в порт… – Нуаллан не договорил, услышав громкое хлопанье крыльев над головой.

Пестрый сокол с протяжным криком пролетел со стороны дороги на Суг-Меаса, доран сразу признал в нем посыльного. Но зачем Гиллагану было слать сокола, если это был он? Птица совершила небольшой круг над домами, согнав пару чаек с фонарей, и направилась в сторону ратуши.

– Пожалуй, я передумал.

– В чем дело? – сказала Глинис, следя за улетающим соколом. – По-твоему это важно, в смысле важно для нас?

– Сейчас все важно, – кратко ответил Нуаллан. – Важно для всего Аллин-Лирра, а значит, для нас тоже. В любом случае, нам придется свидеться с сеннардом, да и спросить про беженцев, пожалуй, его и следует в первую очередь.

Целительница безразлично пожала плечами, они пошли по стучащей мостовой вниз. Найти дом сеннарда Эханна не составило никакого труда, поскольку, мало того, что путники видели его все время пребывания в городе, так он еще и возвышался над его крышами, как маяк на утесе над гаванью. На полдороги двоих эльфов застал громкий шум и недовольная ругань, к которой можно было и привыкнуть, но теперь она адресовалась кому-то конкретному, движущемуся тем же путем к реке. Вскоре виновники себя обнаружили: несколько (пять или шесть) всадников в плащах с капюшонами пронеслись по улице, разгоняя праздношатающихся портовых работников, как и положено, пребывающих в подпитии. Они задели бы и Нуаллана с Глинис, если бы проворный доран не обхватил спутницу обеими руками и не отпрыгнул назад, толкнув спиной ворчащего одноглазого парня, похожего на сушеную рыбину. Отряд следопытов спешил, а это могло свидетельствовать только об одном – настырные орки вернулись.

– Это не Ринан там, впереди, главный королевский следопыт? – шепнула девушка на ухо Нуаллану, прикрыв рот ладонью, словно в ее вопросе содержалось нечто крамольное.

Доран поморщился и пожал плечами.

– Честно признаться, я не знаю, как он выглядит, мы никогда не встречались.

– Да точно – он! Я его запомнила по осаде Эльтвиллана, даже прижгла ему ядовитую царапину. Кажется, его хтон укусил… или нет. Хтоны ведь очень большие.

– Пусть будет он, – прервал бормотание спутницы изгнанник. – Главное, чтобы он не списал на меня гибель своих посланников в лесу Сагерта. Мне вспоминать-то больно, как глупо они погибли, а уж отдуваться за чужие грехи будет еще обиднее.

К своему удивлению, Нуаллан застал следопытов у парадного входа в семиэтажное здание, выполненное в виде водопада со светящимся в солнечных лучах, похожим на большую жемчужину куполом сверху. На фронтоне красовались барельефы морских богов Туата де Дананн и таблички с тонкой эльфийской вязью. Бегло просмотрев их, доран понял, что там запечатлены стихи, навеянные красотами реки и ее окрестностей. Из-за светлых тонов и множества больших окон резиденция сеннарда Малахитовой гавани выглядела просвечивающей насквозь и вызывала мысли о свободе и полете. Вокруг фонтана, окруженного розовыми кустами, собралась небольшая толпа из людей и эльфов, что, возможно, и задержало прибывших. Те спрыгнули с коней и долго выбирали, где бы их оставить, пока не натолкнулись на лакея в серебристом жилете поверх белой рубашки. Похоже, здешней публике они тоже не доверяли, вполне обоснованно.

Нуаллан постарался обойти следопытов стороной, смешавшись с гудящим сборищем спорщиков (те действительно что-то бурно обсуждали), но зоркие разведчики заметили его издалека.

– Эй, доран! – окликнули его мужественным голосом, как оказалось, это был главный следопыт в отряде, в котором Глинис верно признала Ринана.

На шее эльфа висел большой медальон с изображением двух узких глаз, глядящих из густых листьев, в то время как его спутники носили лишь соответственные серебряные нашивки на груди.

– Ты издалека идешь? – поинтересовался Ринан у изгнанника, когда тот подошел.

– Мы, – Нуаллан кивнул на спутницу, – пришли из Суг-Меаса с капитаном Фойртехерном, – он решил не врать, поскольку ничего убедительного так быстро сочинить и не сумел бы, однако всю правду выдавать было бы опрометчиво. – У нас особое задание, капитан хочет послать меня гонцом за море…

– Ну тогда ему стоит поторопиться, – полушутя заявил следопыт. Его стремительный взгляд из-под темно-русых прядей, полный героизма и прозорливости, приковал Нуаллана к месту. – Если обещанные подкрепления не подойдут через два дня, мы потеряем все земли от Бога-Фроис до Гавани и до Оленьих гор на севере. Затем орки спалят южные леса или порубят их для постройки крепостей и орудий, наделают баллист и потопят суда на воде, тогда их уже мало кто сможет остановить. Мне докладывали, что по Золотой реке поднялся целый флот, а я тут вижу кучку оборванцев из других миров и больше ничего. Баннерет Гиллаган прибудет завтра утром, и он должен застать нечто большее.

– Река перекрыта, – вздохнул доран, отведя глаза на толстую чайку с рыбиной в клюве, сидящую на флагштоке.

– Да, там завелся настоящий дракон! – поторопилась вставить слово Глинис, увлеченно разглядывая лицо Ринана, похожее на картинку из книги легенд о древних героях.

– Тише вы, – шикнул кто-то из толпы болтунов, будто одно упоминание о драконе могло разозлить чудовище и навлечь беду на город.

– Дракон, – скептически повторил Ринан, хотя тревога в его соколиных глазах дала понять, что смеяться над словами девушки он не намерен. – Значит так, если к послезавтрашнему вечеру корабли не войдут в Малахитовую гавань, у нас всех будут крупные неприятности, и я сейчас говорю не про недовольство баннерета. Где капитан Фойртехерн?

– Там, куда мы направляемся, – Нуаллан протянул руку к резиденции сеннарда.

Кликнув своих ребятушек, королевский следопыт прошел через бессмысленно шумящую толпу, раздвигая ее локтями, доран и Глинис протиснулись за ним. Стражники на входе, как и городские патрульные имеющие вид полной растерянности, поклонились высокому гостю и растворили беленую дверь с переливающимся на солнце стеклом. Короткая прихожая перешла в гостевой зал, где все слепило белизной и золотом, будь то мебель вроде «подбоченившихся» диванчиков или обои на стенах. Над головами эльфов нависла многоступенчатая люстра, под которой было даже страшно проходить – такой тяжелой она казалась. Служащие сеннарда почему-то расступились и чуть не прижимались к стенам при виде отряда следопытов, возможно, они ждали (или боялись) увидеть на их месте ту самую толпу недовольных граждан.

– Напряженная тут обстановка, – подметил Ринан, обратившись к Нуаллану.

Тому даже польстило, что хоть кто-то из высокопоставленных сородичей смотрит на него не как на преступника, похоже, следопыт ему вообще симпатизировал.

– Это еще что, мне уже пришлось взгреть пару болванов в лавке, или правильнее будет сказать, нам. Нам кое-кто помогал…

Они дошли до лестницы, отливающей перламутром, и услышали голоса и шаги двоих эльфов, идущих сверху. Вскоре на фоне белизны и золотых нитей появилась темная клякса, Фойртехерн невольно взглянул на гурьбу у подножия лестницы, но сразу же возвратился к беседе с господином Эханном.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.