- -
- 100%
- +
– Но я так не могу, – растерянно пробормотал подросток.
Учитель развернулся и стал подниматься на холм. Да, по всей видимости ждать его никто не собирается, а помогать тем более. Хриплое карканье ворона напоминало издевательский смех. Ну вот еще, чтобы какая-то птица считала его беспомощным…. Не бывать этому!
Алеша подошел к воде и опустил руку в струящуюся прохладу, тут же резко отдернув – тысячи бриллиантовых игл вонзились в кожу, и такое покалывание отнюдь не было приятным. На противоположном берегу уже никого не было, да и дома все должно быть проснулись…. Так, всему свое время. Нужно сосредоточиться на текущей задаче. Что вообще он знает об этой реке?
Старожилы рассказывали, что раньше Свислочь была полноводной, с очень чистой водой – дно было видно даже на глубине. Зимой она промерзала насквозь, и переходя по льду на другой берег, можно было увидеть застывших рыбок, что оказались запертыми в холодном плену до весны. А летом на ее белых песчаных берегах загорали люди со всех окрестных деревень. Но это было давно, лет семьдесят назад. Потом где-то выше по течению построили картонажную фабрику, что сливала отработанную воду в реку, и экосистема изменилась навсегда. Пусть даже тот завод давно закрыли. Сейчас река обмелела, окрестности превратились в болото и поросли ивами, а русло стало черным. Конечно, если зачерпнуть воды в реке, она будет на вид чистая, но все же…. Совсем не то, что раньше.
Сейчас темная зеркальная гладь воды выглядела безопасной. Но Алеша знал, что это впечатление обманчиво. Здесь повсюду встречались воронки – маленькие водовороты, затягивающие купальщиков на глубину. Много людей тут утонуло, очень много. Особенно во время войны. Истории о призраках, рассказанные соседским мальчишкой, Алеша старался не вспоминать. Говорили, тела несчастных обычно оказывались в лесу на мелководье, даже если преступления или роковые трагедии случались ниже по течению. Загадка….
Вдруг взгляд Алеши прояснился и в глазах вспыхнул огонек торжества. Конечно, мелководье, это место всем известно. Там, где река изгибается, а на обоих берегах, друг напротив друга, растут старые осины. Это же совсем недалеко! И там можно безопасно перейти! Ну, наверное…. Времени на размышления не было, и Алеша бросился туда. Над головой вился, издавая неопределенные звуки, не ожидавший такой прыти и раздосадованный необходимостью покинуть насиженную ветку ворон. Но вот, нужное место было найдено. Еще издали Алеша заметил – что-то было не так. И точно, обе осины оказались расколоты молнией. Но прежде чем мальчик успел задуматься о том, какой же сильной должна была быть гроза, и почему соседские дети, что живут тут круглый год, ничего о таком выдающемся событии не рассказали, он приметил еще одну деталь. Две огромные толстые ветви, плывя по течению, сплелись и застряли в месте изгиба реки, образовав небольшой затор. По этому природой созданному мосту можно было перебраться на другую сторону! Только бы найти достаточно крепкую палку для опоры. Надоедливый ворон, усевшись на обгоревшем стволе одной из осин, опять загалдел что-то явно нелестное. Но Алеша уже начал переход.
Импровизированный настил, что послужил для переправы, был шатким, рыхлым и наверняка ненадежным. Соблюдать равновесие было трудно, не промокнуть – невозможно. К тому же постоянно отвлекали странные всплески воды, будто вокруг плавала, периодически выныривая, огромная рыба. Но это вряд ли могло быть правдой – тут не водится никого крупнее карасей, это Алеша знал со слов папы, а сомневаться в его осведомленности причин не было. Вдруг какой-то особенно усердный поток качнул все конструкцию, на которой стоял мальчик и, спасаясь от падения в холодную воду, он резко вонзил палку куда-то слева от себя, стремясь сохранить равновесие. Пространство вокруг разорвал оглушительно громкий, обиженно-злобный женский крик, который шел как будто из-под воды. Алеша побледнел и замер. Встревоженный ворон сорвался с ветки и принялся летать вокруг, едва не касаясь воды когтистыми лапами и грозно каркая. Мальчик встрепенулся и ускорил продвижение. Страх – безупречный мотиватор, последние пятнадцать метров Алеша преодолел, быть может, за несколько секунд и обессиленно упал на влажную траву.
Ворон кружил неподалеку и теперь уставшему мальчику казалось, что в его хриплом карканье слышится одобрение и может быть даже уважение. Да уж, удивительное приключение. Но больше никогда….
– Итак, чему научил тебя первый урок? – послышался за спиной невозмутимый голос учителя.
Еще в развороте Алеша придумал массу нелестных высказываний и своему наставнику, и его методике, и друидам вообще, и одному настырному ворону в частности. Но встретив спокойный взгляд учителя оторопел. На него смотрели невероятно насыщенные зеленые глаза, словно листья кувшинки. Смотрели внимательно и выжидающе – учитель терпеливо ждал ответа. И мальчик задумался: чему он сегодня научился? Прыгать по веткам через реку? Нет, это получалось ужасно, лучше даже не упоминать. Да и учитель наверняка ожидает более серьезный, глубокий, быть может чуть-чуть философский ответ. Надо собраться, в конце концов он прочитал столько книг и вполне способен сформулировать что-нибудь умное.
– Тому, что для получения знаний необходимо приложить усилия? – спокойно и уверенно спросил Алеша?
Учитель помолчал немного и кивнул. Это приободрило мальчика и даже пробудило вдохновение.
– Это верно, ну а еще….
– Не имея возможности использовать известный способ, нужно искать альтернативу! – радостно перебил подросток. Его наставник нахмурился, но продолжил:
– Главное правило….
– Никогда не сдаваться. – Алеша так и светился от удовольствия. А вот учитель помрачнел и в глазах его промелькнуло явное недовольство. Даже ворон каркнул неодобрительно. Мальчик стушевался и замолчал, приготовившись слушать.
– Ты должен уяснить, – бесстрастно начал друид, – что ни одно желание не дается тебе отдельно от силы, позволяющей его осуществить.
– Разумно, – по инерции высказал Алеша, пытаясь осмыслить услышанное, но усталость давала о себе знать. Мысли разбегались сразу в нескольких направлениях и в ушах по-прежнему звенел отзвук ужасного крика. А ведь ему еще нужно было возвращаться домой! Учитель протянул ему забытую где-то корзину с деревцами.
– В следующий раз я сам приду к тебе, – просто сказал он.
– Когда? – машинально спросил Алеша.
– Когда придет время, – ухмыльнулся учитель и слился с тенями леса.
Над головой кружил, призывно каркая, ворон. Мальчик, казалось, уже понимал его с полувзмаха крыла.
– Ты выведешь меня к дому? – спросил он скорее утвердительно. – Хорошо, пойдем.
Глава 4
Слова Силы
Молодая поросль блестела от капелек росы и туман постепенно отступал под горячим напором солнечного света. Маленькая рощица, что недавно появилась на месте занятого крапивой и одуванчиками пустыря, росла удивительно быстро. Чахлые деревца прижились все до единого и быстро обросли новой сочной листвой. Мало того, они стремились ввысь с невероятным упорством, так что спустя пару дней в тени некоторых из них даже можно было укрыться от палящего солнца. Впрочем, именно этим сейчас и занимался огромный бурый лис, свернувшийся среди корней гибкой стройной рябины. Этот зверь оставался с Алешей с того самого дня, когда встретил его из леса. Кстати, умное животное оказало мальчику неоценимую помощь в обустройстве возводимого с нуля святилища.
Своеобразным обозначением границ Рощи и указателями тропинок к импровизированному алтарю должны были служить камни, достаточно крупные для того чтобы быть заметными. Именно лис показывал мальчику дорогу к подходящим булыжникам, значительно облегчая поиски. Более того, неожиданно сильный зверь сам тянул некоторое подобие санок из подручных материалов, на которые Алеша с трудом закатывал выкопанные камни, к месту назначения, сжимая в зубах прочную канатную веревку. Теперь, спустя три дня походов и поисков свои места на участке заняли двенадцать разноцветных булыжников: шесть для обозначения алтаря и шесть для охраны границ. Теперь предстояла работа не такая тяжелая, но куда более значимая – пробудить их.
Нет, ходить или говорить камни не будут, во всяком случае не должны. Идея заключалась в том, что на каждом нужно изобразить какой-нибудь символ или руну, а может написать слово, которое будет играть роль активатора. Сам Алеша понимал это как своего рода эквивалент компьютерной программы, что начнет работу сама собой после загрузки. В общем, оставалось определиться, что же он будет рисовать. И вот уже второй час решение находилось на стадии рассмотрения.
– Для одинокого символа камни слишком большие, но и много слов не вместят, – рассуждал Алеша, обращаясь то ли к дремлющему лису, то ли к вездесущим неугомонным птицам, что кричали на все лады, не давая сосредоточиться. – Можно, кстати, написать рунической письменностью, но тогда я сам буду расшифровывать все это раз за разом…. Так, остановись и подумай, с чего начать, – раздосадовано топнув ногой, потребовал мальчик от самого себя.
– Начни с цели, – произнес мягкий голос как будто бы у него в голове.
Алеша растерянно огляделся: вроде бы все по-прежнему, никакой высокой фигуры в зеленой одежде, никаких теней или расплывчатых туманных фигур. «Наверное, показалось,» – успокоился мальчик. Но идея неплохая. И какова же цель создания, вернее активации камней?
– Я хочу, чтобы они служили хранителями рощи, своего рода аккумуляторами, восстанавливающими энергию, и могли бы скрывать меня от любопытных глаз….
Алеше вдруг показалось, что это слишком трудновыполнимые задачи, особенно для нескольких булыжников. Но прежде чем он успел подумать о строительстве забора или еще более глобальной модернизации, голос продолжил:
– Значит, они служат исключительно тебе и твоим целям….
Вновь быстро оглянувшись, Алеша заметил, что лис уже не лежит, укрывшись хвостом, а сидит величественно, будто сфинкс, и внимательно смотрит на него. – Ведь так? – закончил фразу зверь.
Это уже было слишком. Не совладав с собой, Алеша ахнул и вдруг осознал, что сидит на земле с открытым ртом и ошарашено таращится на… хм, животное?
Бурый зверь невозмутимо поднялся, вальяжно прошел мимо потрясенного мальчика и улегся возле крапчатого валуна.
– Выбери слова, которые вызывают отклик в твоем сознании. Сущность которых ты понимаешь. Что-то, связывающее тебя и твое желание учиться, постигать тайны мироздания.
Трясущимися руками Алеша коснулся лба – может, перегрелся на солнце. Нет, похоже он в порядке. Значит, все происходило на самом деле? Уж лучше солнечный удар….
Но сидеть и удивляться дальше было совершенно бессмысленно. Поэтому подросток постарался сосредоточиться на неглупом, в общем-то, совете. На ум пришло сразу несколько слов: природа, пламя, свет, жизнь, земля…. Сосредоточиться на чем-то одном не получалось. Но кажется, в этом не было необходимости. Каким-то образом Алеша уже знал, что нужно делать.
Красный крапчатый валун с виду не выделялся ничем особенным – безжизненная каменная глыба. Но мальчику казалось, что он слышит мысли холодной породы, сохранившиеся с тех времен, когда это была текучая алая лава. В одной руке оказался карандаш, в другой гвоздь и старательно выведенные и выцарапанные печатные буквы составили фразу: Огонь очистит все.
– Неплохо, – одобрил лис. – Разрушительно по своей сути, зато мощно. Продолжай, не теряй вдохновение.
Но Алеша больше не слушал. Он уже направлялся к зеленоватой глыбе змеевика, где выводил слова: Природа слушает тебя. Дальше, к следующему камню. Черный валун с редкими белыми росчерками приобрел мрачное послание: Мои враги падут. Белый камень в противоположном конце рощи обещал: Мир воцарится снова. Огромная глыба песчаника шептала: Свет несет утешение. Желтовато-бурый валун нес послание: Земля хранит свои секреты. Камень за камнем, слово за словом каждая безжизненная глыба приобретала индивидуальность. Теперь все двенадцать валунов имели цель, которой должны были служить. Работа была сделана…. Алеша стоял в центре круга, предназначенного для алтаря и счастливо улыбался, любуясь результатами своего труда. Вдруг что-то теплое я мягкое легонько коснулось его руки.
– Им потребуется время, чтобы настроиться и начать изменять пространство вокруг себя, – сказал лис. – Но вскоре они сольются с живой энергией деревьев, и твоя роща станет самостоятельным живым существом. И твоей крепостью.
В умных глазах животного читалась какая-то покровительственная снисходительность. Впрочем, хитрым лисам это, пожалуй, простительно.
– То, что ты записал на камнях – не просто набор слов. Это формулы жизни, устройство твоего существа, мощные заклинания, подсказанные тебе природой и благословленные душой этого места. Выучи их и используй в трудный момент. Где бы ты ни находился, они достигнут цели и силы Священной Рощи придут на помощь. Друиды называют их Словами Силы, и неспроста. Со временем ты сможешь подчинять себе стихии, общаться с духами и возможно, однажды они воскресят тебя из мертвых. Отнесись к этому серьезно.
Алеша поежился – как-то много возможностей сулит ему хитрый зверь. А любые привелегии влекут за собой обязательства. Но думать о таких трудных вещах сейчас не хотелось.
– А другие не могут ими воспользоваться? – спросил мальчик как бы между прочим.
– Нет, – спокойной ответил лис. – Это слова, понятные только твоей душе. Используй их мудро.
Зверь грациозно извернулся и бурой тенью растаял среди деревьев. Легкий ветерок вдруг принес тепло и сладкий запах цветущих яблонь. Заходящее солнце окрасило небо кроваво-красным. На камнях серебрились железной пылью выцарапанные слова.
– Слова Силы, – повторил Алеша, и вдруг счастливо улыбнулся.
Глава 5
Алтарь
Последний день длинных выходных радовал прекрасной погодой и оттого на душе становилось еще противнее. Завтра вновь начнется учеба с обычной для конца года суетой: экзамены, выпускной, а потом опять экзамены, на этот раз вступительные. Обо всем этом думать не хотелось. Нервные клетки не восстанавливаются, ведь так? Жаль, родители Алеши об этом не знали.
С самого утра мальчик работал в своей Роще, спасаясь от причитаний мамы, напутствий папы и откровенных издевательств младшего брата, который чересчур беззаботно наслаждался жизнью. Мысленно пожелав им всем терпения и взаимопонимания, Алеша взял припасенные с осени семена кое-каких цветов и отправился творить волшебство. Если только можно так назвать копание земли.
Вербена, мандрагора, чемерица, гвоздика, аконит, василисник, сон-трава…. Сколько времени им понадобиться, чтобы прорасти? Как будто бы в ответ на невысказанный вопрос из-под взрыхленной земли начали активно вылезать молодые ростки. Уже научившись ничему не удивляться, Алеша резво крутанулся вокруг своей оси и едва не налетел на высокую фигуру в зеленых одеждах. Восходящий поток воздуха подхватил его и, плавно развернув, поставил на ноги рядом с улыбающимся учителем.
– Итак, вижу, ты справляешься, – с неожиданной теплотой в голосе сказал друид. – Позволь мне немного помочь.
Воздух наполнился невыносимо приторным ароматом разнотравья – все посаженные растения уже цвели, причем одновременно. Вместе с запахом появился звук – гул множества пчел, взявшихся неизвестно откуда, казался нестерпимо громким. Вдруг перед самым носом мальчика с низким гудением пролетел довольно крупный шмель. Алеша отшатнулся.
– Они не кусают людей, – по-прежнему улыбаясь сказал учитель. – Шмели нас просто игнорируют.
– В некотором смысле это даже больнее, – съязвил раздосадованный Алеша.
Нервное напряжение последних дней все же дало о себе знать и мальчик обиженно пробубнил:
– Чем обязан?
Учитель не обратил внимания на выпад и ответил очень даже приветливо:
– Близится время твоего посвящения, я это чувствую. Но эта Роща не станет настоящим святилищем, пока здесь не будет стоять алтарь. Я здесь, чтобы сотворить его для тебя.
От плохого настроения Алеши не осталось и следа. Глаза горели от восторга, да и сам он едва не приплясывал от предвкушения чего-то невероятного. Подумать только, сейчас он увидит настоящего друида за работой! Что они вообще делают? Кажется, управляют стихиями, духами, ветрами…. Все мысли перепутались, но отмахнувшись от беспорядка в собственной голове, мальчик повел учителя к заранее выбранному месту в самом центре молодой Рощи.
– Я думал разместить три больших камня рядом, а на них положить плоскую плиту, – взахлеб рассказывал он. – А на ней вырезать астрологическую печать Солнца и Луны….
Наставник шел рядом, иногда молча кивая, и было не совсем понятно, слушает он или думает о чем-то своем.
– Пришли, – наконец сказал мальчик.
Друид вышел на середину пустой полянки и, делая плавный вдох, развел руки в стороны. Алеша отошел назад, боясь помешать и готовясь увидеть нечто потрясающее. Очень быстро пространство вокруг них заволокло вязким, клубящимся туманом, так что происходящего в назначенном месте посторонним совершенно невозможно было бы разглядеть. «Друиды бережно хранят свои тайны» – с уважением подумал мальчик. В следующий миг учитель резко выбросил руки вперед и плавно развернул их ладонями вниз. Послышался скрип и треск разрываемых корней и вдруг с протяжным стоном земля перед ним обвалилась, образовав круглый колодец диаметром около двух метров. Алеша неосознанно попятился.
Теперь наставник делал широкие жесты, будто приказывая чему-то вылезти из образовавшейся пустоты, а его пальцы скрючились, словно когти хищной птицы. Из-под земли доносился странный гул, похожий на невнятное бормотание или грозное шипение. Алеша даже не успел испугаться, как вдруг почувствовал, что воздух вокруг раскалился до невозможной в здешних краях температуры. В следующую секунду мальчику едва удалось подавить крик. Из колодца поднимался столб мерцающей раскаленной лавы.
На высоте чуть более метра смертоносная субстанция остановилась, и друид медленно поднял руки к небу. Будто в ответ на немой призыв тотчас хлынул ливень: вода и пламя встретились с яростным шипением и громадное облако горячего пара превратило день в ночь. На удивление быстро влажный воздух словно втянулся в кольцо тумана и таинственное действо продолжилось.
Теперь друид говорил какие-то слова, но расслышать их из-за набирающего силу воя ветра было невозможно. В одно мгновение вокруг огромного куска застывшей лавы завертелся настоящий вихрь, подняв ввысь тучи пыли и пепла. Вскоре учитель резко взмахнул рукой, усмиряя взбунтовавшуюся стихию. Ветер стих и туман наконец рассеялся.
Теперь в центре полянки стоял идеально круглый и будто бы отшлифованный темный камень высотой чуть более метра с гладкой плоской поверхностью. Друид повернулся к ученику.
– Подойди же, – мягко сказал он.
Алеша осознал, что не чувствует собственного тела. Ноги не слушались, а легкие отяжелели настолько, что невозможно было издать хотя бы звук.
– Ближе, – с легким нажимом произнес наставник.
Невероятным усилием воли мальчик сделал шаг, потом еще и еще и наконец прикоснулся к заветному алтарю – поверхность камня и сейчас оставалась теплой.
– Теперь тебе предстоит благословить его, – торжественно провозгласил друид. Проигнорировав ошарашенный взгляд Алеши, он продолжил:
– Твоя идея с Солнцем и Луной мне понравилась: день и ночь, жизнь и смерть. Это подойдет, – мальчик поежился, сомневаясь, что имел в виду именно это. Но учитель как будто ничего не заметил:
– Теперь ты должен написать два заклинания: светлое и темное, каждое из которых оставит на алтаре печать. После этого независимо от того, какой путь ты изберешь, он всегда будет служить тебе.
– Но как мне придумать эти… заклинания? – робко спросил Алеша.
– Вижу, найти Слова Силы тебе не составило труда, – наставник обвел рукой каменные глыбы. – Принцип тот же: прислушайся к себе.
Такого мальчик не ожидал. Слишком много потрясений для одного дня, слишком большие опасности пришлось пережить, и вдруг еще одно задание, да еще такое трудное!
– Потребуется время, – пытался отсрочить неизбежное подросток. – Нужно потренироваться, подумать….
– Все думают, что придет время, а время только уходит, – безапелляционно заявил друид. – Приступай, сейчас.
Мальчик вздохнул и плечи его обреченно поникли. Делать нечего, придется найти в себе поэта. Красивых слов он знал много, но вот связать их воедино никак не получалось. А ведь все должно быть осмысленно и к тому же рифмоваться. Таких условий никто не ставил, но Алеша почему-то не сомневался, что необходимо писать именно так. Впрочем, дело по-прежнему не ладилось. Тогда мальчик решил подойти к решению проблемы с другой стороны.
«Нужно придумать какой-то план, – лихорадочно искал выход Алеша. – Воззвать к духам, например, попросить чего-то, поблагодарить… Хотя я же не шаман. Теперь ясно почему они ели мухоморы…. Так, сосредоточься, – одернул он сам себя». Идеи сменяли одна другую, рифмы подбирались и распадались, а количество исписанных страниц росло все быстрее. Наконец, едва ли не целую вечность спустя, мальчик смотрел на вполне устроившее его коротенькое четверостишие. Уставший, но довольный собой Алеша с гордостью протянул листок друиду. Тот лишь покачал головой.
– Не мне нужны эти слова, – сказал он. – Ты сам должен благословить алтарь. Прочти заклинание, ощущая суть каждого слова, их силу и смысл. Если ты выбрал верный источник вдохновения – все получится.
Алеша очень старался: он декламировал громко, четко, выразительно, будто артист на премьере спектакля. Но все было не так – слова звучали неискренне, и не находили отклика ни в сердце мальчика, ни тем более у холодного камня алтаря. Умолкнув, подросток прислушался к себе. Что он делал не так? Мальчик чувствовал, что слова правильные, но в его исполнении звучат излишне напыщенно, даже смехотворно. И совсем не так мелодично, как он представлял. Впрочем, кто сказал, что заклинания непременно нужно читать? Глубоко вдохнув, мальчик вдруг… пропел:
Солнца теплый свет, блеск холодных звезд,
Сил придай в борьбе, выжги тень невзгод,
Землю исцели, жизнь щитом укрой,
Путь мне укажи, даруй душе покой.
На удивление сильный, но все же приятный голос заставил умолкнуть птичий гвалт и назойливое жужжание пчел. Нарастая и крепнув, он поднимался все выше, унося слова в пространства еще непознанные. Удары сердца отсчитали несколько секунд, когда искрящийся столб нестерпимо яркого света упал с неба, охватив серый камень ослепительно-белым пламенем. Поверхность булыжника приобрела светлый и мягкий медовый оттенок, а его поверхность рассекли золотистые прожилки, слившиеся в связный и сложный рисунок из непонятных знаков и узоров. Вдруг свечение погасло, будто впитавшись в камень, и Алеша увидел, что на поверхности по контуру алтаря блестят в свете солнца заветные слова…. Его собственное первое заклинание.
Довольный собой, мальчик повернулся к учителю и оторопел. Друид, что недавно поднял поток лавы из земных глубин, тот, кто призывает дожди и заклинает ураганные ветры, повелевает дикими животными и плетет туманы, сейчас стоял, словно громом пораженный и удивленно округлившимися глазами смотрел на своего ученика.
– Пение, – онемевшими губами едва вымолвил потрясенный наставник. – Сколько лет прошло с тех пор, когда дух последнего друида, способного на такое, навсегда растворился в природе. Настолько сильным душам подвластно многое….
Алеша открыл было рот, чтобы расспросить подробнее, но учитель быстро совладал с собой и продолжил с напускной торжественностью:
– Теперь твой алтарь будет преданно служить тебе и твоим делам на благо процветания жизни! Пришло время тебе узнать свое имя, ученик!
– Что? – не понял мальчик.
– Друиды не используют имена, данные им при рождении. Это небезопасно и к тому же не совсем верно. В процессе обучения природа сама дает имя своему последователю – это ее благословение и своего рода знак покровительства стихий, ну или какого-либо природного элемента. И сегодня ты получил его – иди же, узнай свою судьбу.
Алеша подошел к алтарю – странные символы будто изображали какую-то картину, понять смысл которой вряд ли было возможно. Вдруг мальчику показалось, что загадочные рисунки пошевелились: словно алтарь пульсировал, как будто был живым. Коснувшись теплой поверхности камня подросток замер: перед его глазами колыхался, играючи, ослепительно белый и как будто разумный огонь. Школьник вздрогнул и ведение пропало, оставив лишь тихое шипение в ушах. Или же это был шепот….
– Пылающий Свет, – громко произнес Алеша, не понимая причин собственной уверенности.
– Прекрасно, – лицо учителя ничего не выражало. – А теперь продолжим.
Мальчик поднял взгляд удивленных серых глаз.