- -
- 100%
- +
– Солнечный алтарь олицетворяет все светлые силы природы, направленные на рост, развитие и возрождение. Это рабочий стол творца. Но друиды не только хранители баланса, им также положено защищать этот мир. Лунный алтарь – это арсенал воина, что позволит тебе взывать к темным силам природы, несущим разрушения, страдания и гибель. Это топор палача.
Алеша поежился – он уже почти забыл историю, услышанную от учителя в их первую встречу. От кого там нужно защищаться? Кажется, Иных….
– Ты написал темное заклинание? – требовательно спросил друид. Мальчик виновато потупился. – Приступай.
Алеша взглянул на алтарь и попытался представить его противоположность. Удивительно, но очень быстро нужные слова будто сами пришли на ум. И мальчику они совсем не нравились.
– Вижу, ты готов, – колебания подростка не остались незамеченными. – Поспеши, потребовал учитель и, не скрывая своего интереса, остановил на Алеше пристальный взгляд зеленых глаз.
Вокруг вновь заклубился туман – видимо, наставник решил перестраховаться на случай очередного светопреставления. Видимо, ждать дальше бессмысленно. Вздохнув и подавив противную дрожь во всем теле, мальчик подошел к алтарю. Набравшись мужества и в тайне надеясь на провал этой мрачной затеи, он быстро пропел неприятные слова:
Бледный лик луны, горький плачь утрат,
Черных мыслей яд не ставит тьме преград.
Боль познай сполна, прах души развей,
Всем грехам подряд мой зов откроет дверь.
Земля под ногами мальчика дрогнула. Взбешенный ветер взвыл лютым волком, принеся с собой тошнотворный запах гниющей воды и разложения. Деревья, скрытые туманом, тревожно шелестели стремительно желтеющей листвой, предрекая беду. Вдруг яркая фиолетовая молния ударила в центр круглого алтаря. Алеша в ужасе отскочил назад, потрясенно глядя на расползающиеся от земли всепоглощающе черные щупальца трещин. В одно мгновение камень потемнел, а на его поверхности с жутким скрежетом, будто выцарапанные когтистой лапой, появлялись мерцающие холодным серебряным блеском непонятные знаки. Вдруг откуда-то раздался оглушительный пугающий крик, сменившийся громоподобным зловещим хохотом, и неожиданно резко все стихло.
Болезненно бледный, дрожащий, словно в лихорадке, Алеша медленно подошел к алтарю. С виду – огромный, исцарапанный черный валун. Но отчего-то становилось не по себе, стоя рядом с ним. Казалось, от камня исходит угроза. На мгновение мальчику показалось, что некоторые царапины кровоточат, но стоило моргнуть, как наваждение исчезло.
– Прекрасно, – разбил напряженную тишину спокойный и уверенный голос наставника. –Принцип тебе знаком. Осталось лишь пройти посвящение, и ты станешь полноправным учеником друида.
Опять условия…. Морально Алеша был совершенно вымотан, но говорить был по-прежнему в состоянии, а потому, бросив косой взгляд на жуткую каменную глыбу, спросил:
– Это будет так же?
Учитель, казалось, был искренне удивлен вопросом.
– Посвящение, по своей сути – лишь обещание жить по законам мироздания, уважать его устройство и служить какой-либо высшей цели, выбранной тобой. Ты сам решаешь, в какой форме это будет проходить, сам определяешь, что и как сказать. Ничего сложного.
– Ясно, это официальное заявление, почти как присяга или клятва, – подытожил мальчик.
– Верно, – с некоторым сомнением ответил друид. – Продолжим, когда будешь готов. Он исчез настолько быстро, что Алеша даже не успел сообразить, о чем еще следовало бы узнать.
– Ладно, – махнул рукой мальчик. – Все равно сегодня уже поздно заниматься чем-либо еще. – Опасливо покосившись на зловещий алтарь, он быстро зашагал к дому. Сегодня воскресенье – последний день длинных выходных. Значит, пора возвращаться в город.
Глава 6
Посвящение
Минск снова оказался в плену воды, и хлесткие потоки ливня искажали свет уличных фонарей, делая их похожими на призрачные огни. Мрачная атмосфера, но ничего удивительного – древние города хранят немало жутких тайн. К тому же к современной столице история была немилосердна.
Последние запоздалые прохожие давно скрылись в подъездах многоэтажных домов, и редко в какой квартире по-прежнему горел свет. Маленькая стрелка часов остановилась на одиннадцати. На подоконнике у приоткрытого окна, в погруженной во мрак квартире на девятом этаже сидел подросток, глядя на рискующую выйти из берегов широкую реку. Стихия бушевала, но люди были вне досягаемости холодных нитей дождя и пронизывающего ветра, что, казалось, еще больше распаляло капризную непогоду. Свислочь – единственная река в черте города – напоминала море, охваченное штормом. Но не это привлекло внимание мальчика. Он ведь уже засыпал, вдыхая запах апрельской грозы, когда в редких раскатах грома услышал явно посторонние звуки. Эхо странной, потусторонней мелодии будоражило уставший разум, навевая мысли о подводных глубинах, мягком илистом дне, сияющих в лунном свете брызгах волн и белоснежной пене. Бес сомнения, где-то звучала песня, слишком волшебная для повседневности.
Алеша смотрел в папин военный бинокль, выискивая источник чарующих звуков. Но улицы были совершенно пусты. Вдруг что-то светлое промелькнуло в бурных водах реки. Мальчик пригляделся: в стремительных потоках, легко избегая накатывающих волн беззаботно плескалась человеческая фигура. Сейчас, в грозу и холод? Это было настолько невероятно, что Алеша усомнился в своих глазах – может, не до конца проснулся? Помотав головой и несколько раз резко зажмурившись, он снова поднес к глазам бинокль… и едва не свалился с подоконника – женщина с поразительно белой кожей и невероятно длинными, светлыми волосами стояла по пояс в воде и пристально смотрела, казалось, прямо на него. Но ведь это было совершенно невозможно – их разделяли сотни метров!
Лицо незнакомки излучало коварство и затаенную злобу, но вдруг она улыбнулась, неожиданно приветливо. Казалось, в ее абсолютно черных бездонных глазах промелькнуло узнавание. Слегка прогнувшись назад и набрав полную грудь воздуха, незнакомка вновь запела. Ее голос зачаровывал и пугал одновременно: завлекая и обманывая, умоляя и утешая, смеясь и плача звуки чистейших эмоций проникали в сознание, преобразовываясь в слова:
Рада встрече вновь, помнит все вода,
Бурных рек дитя, чья проклята душа.
Голосом чужим плачу о судьбе,
Жизни свет угас, в плен попав на дне.
В мягком плеске волн, в свете злой луны,
Вижу я знамения крадущейся беды.
На речных песках, в ивовых ветвях,
Больше нет спасения – всюду правит страх.
Ты – всему решение, злодей или герой,
Огромное значение, но выбор за тобой.
Я вижу боль предательства – укор или обман,
Знай, зло больше не прячется – поставлен уж капкан.
Мелодия, казалось, отравляла душу. Но вдруг часы пробили полночь, и наваждение пропало. Вздрогнув, Алеша вскочил, захлопнул окно, прыгнул в постель и с головой накрылся одеялом. Тревожное предупреждение долго не давало покоя взвинченным нервам. Очень нескоро мальчик наконец забылся беспокойным сном. Там он погружался все глубже и глубже в бездну, а в ушах звенел полный боли и ярости оглушительный женский крик.
До звонка безжалостного будильника оставалось примерно два часа.
***
Утро было хмурым, как и настроение подростка. Среда – середина недели, что угнетает само по себе, а практически бессонная ночь еще больше усугубила скверное отношение к злосчастному дню. Думая о том, как в сущности противно жить, а в последнее время это стало и вовсе невыносимо, мальчик вышел из серого подъезда в такой же бесцветный мир. Весенняя хандра, вызванная плохой погодой, обострилась. Уроки прошли до того буднично, что школьник сонно брел домой, абсолютно уверенный в бессмысленности потраченного времени и подчеркнуто безразличный ко всему происходящему вокруг.
Проспект Независимости был на удивление безлюдным, что вряд ли можно объяснить непогодой. Взгляд серых глаз скользнул вверх к большим часам, венчающим старый дом – почти четыре часа дня. Странно, еще довольно рано. Вдруг в одном из окон мальчик увидел темный силуэт – это была молодая девушка, никак не старше двадцати. Она стояла на подоконнике, нисколько не боясь высоты и вид ее был такой несчастный, что сомнений быть не могло – она собралась прыгать. Алеша остолбенел и по спине пробежал холодок. Оглянувшись вокруг, отчаянно надеясь получить помощь кого-нибудь и взрослых, он видел лишь до абсурда пустынные улицы всегда такого оживленного города. Махнув на все рукой, мальчик со всех ног помчался к зданию.
– Стой, подожди, – прокричал он, стараясь привлечь внимание хоть кого-нибудь.
Смелый поступок, как и положено, завершился суровым ударом судьбы. Посмотрев на мальчика равнодушным взглядом, девушка холодно улыбнулась и шагнула в пустоту. Ошарашенный Алеша, замерев от ужаса смотрел, как она стремительно несется к земле, но всего в паре миллиметров от мокрого асфальта самоубийца вдруг… пропала. Будто ее и не было никогда. Мальчик попятился – внутри медленно шевелился холодный липкий страх, а в том месте, где должно было лежать тело, медленно расплывалось кровавое пятно. Вокруг по-прежнему не было ни души. Вдруг прямо за спиной у мальчика прозвучал оглушительно громкий автомобильный сигнал и проносившийся мимо автобус окатил его водой из грязной лужи. Школьник, вскрикнув от неожиданности, отскочил подальше от края проезжей части, не понимая, как он вообще там оказался. К нему уже спешил неизвестно откуда взявшийся запыхавшийся дворник.
– Куда тебя понесло, скажи на милость? Чуть с жизнью не распрощался! – причитал благодушный с виду пожилой мужчина.
Алеша не ответил, широко открытыми глазами глядя на жуткую лужу крови. Она так никуда и не исчезла. Проследив за взглядом мальчика, дворник удивленно, но ничуть не испуганно воскликнул:
– Неужели опять?! И даже сейчас, в дождь?
– Что опять? – спросил заинтригованный школьник.
– Да вот это пятно. Ничем его не выведешь, как ни старайся. Оно-то потом исчезнет, но пару дней будет мне тут весь презентабельный вид портить.
Алеша уже открыл было рот, чтобы высказать свое мнение касаемо окружающего их вида и слабой заметности проведенной уборки, но решил все же не обижать нового знакомого. В конце концов, тот так искренне за него переживал.
– А все из-за девчонки этой, – продолжал жаловаться старый дворник.
– Из-за кого? – севшим вдруг голосом спросил мальчик.
– Ох, так ты и не знаешь? Все вы такие, молодежь – всю жизнь рядом живете, а истории родных мест не знаете. Ну да ладно, слушай, раз спросил. Занятный в общем-то рассказец. – примостившись на мокрой лавочке, дворник начал рассказ:
– Году так в 1908 один эсер угодил в минский острог. Ерохов, кажется, была его фамилия. А в этом самом доме жила его невеста. Она хотела спасти жениха и вместе с друзьями заключенного планировала побег. Но затея провалилась. Не дожидаясь, когда за ней придут, бедная девочка выбросилась из окна. Ей тогда всего девятнадцать лет было.
Чем дольше Алеша слушал, тем больше жалел, что задал этот вопрос. История была печальная, мрачная, а главное – объясняла жуткое видение. И от этого становилось только хуже.
– Так вот иногда тут само-собой появляется такое невыводимое кроваво-красное пятно, которое потом через пару дней само же и исчезает. Правда, раньше такое случалось только в ясную погоду….
Дальше слушать не хотелось совершенно. Неуклюже попрощавшись, мальчик поспешил домой, опасливо поглядывая по сторонам. Ему всюду мерещились безжалостные остекленевшие глаза, смотрящие из тени, и в шелесте листьев угадывался леденящий душу смех.
Впереди ждала еще одна беспокойная ночь….
***
Время меняет память, стирая пережитые эмоции и притупляя остроту некогда столь сильных ощущений. Машина спешила навстречу закату, и теплый вечер пятницы изо всех сил опровергал возможность существования тех ужасов, что пережил Алеша за неделю проливных дождей в столице. Мысли о призраках и утопленницах выветрились из светлой головы и воображение занимали лишь планы предстоящей церемонии – обряд посвящения, подумать только! Сколько времени прошло с тех пор как он впервые встретил своего наставника? Кажется, всего пара недель…. И вот он уже близок к тому, чтобы стать настоящим друидом. Ну или учеником друида, что в общем-то тоже совсем не плохо, для начала.
Завтра, в субботу 20 марта – день весеннего равноденствия. Все случится именно тогда, вот только сперва нужно подготовиться. Все необходимые атрибуты для собственного ритуала мальчик раздобыл давным-давно. Оставалось только написать слова клятвы – это, быть может, самая важная часть всего действа. Но сосредоточиться было непросто. Предвкушая невероятные приключения, ярко представляя фантастические возможности, что вскоре откроются ему, Алеша грезил о славе и величии, не обращая внимания на происходящее в реальности. А между тем, это могло бы его заинтересовать.
Высокая фигура в зеленых одеждах стояла в тени плакучей ивы. Темные волосы, заплетенные в длинную тяжелую косу, переливались, будто перья иссиня-черной птицы. Молодой с виду мужчина провожал проезжающий по мосту автомобиль взглядом поразительно зеленых глаз. Губы его искривились в неприятной усмешке.
– Скоро, мой юный ученик, очень скоро, – произнес бесцветный голос друида. Где-то высоко в ветвях раздалось хриплое карканье, подозрительно напоминающее злобный смех.
***
Долгожданный вечер настал. Время близилось к полуночи – пора приступать. Алеша выскользнул из дома, накинув готичного вида мантию и прихватив с собой весь необходимый реквизит. Ночная Роща встретила мальчика приветливым шелестом листвы и тонким ароматом цветущих трав. Но зловещий алтарь был, казалось, чернее пустоты, будто поглощая и без того слабый свет далеких звезд. Это в планы мальчика не входило. Пропев нужное заклинание, он на мгновение зажмурился – белое пламя, охватившее камень, казалось ослепительным. Но вскоре трансформация завершилась. Вокруг мерцали и искрились крошечные зеленоватые огоньки – сотни светлячков слетелись неизвестно откуда, разогнав ночной мрак. Очень красиво, но пора приступать.
Тринадцать свечей в разноцветных стеклянных светильниках – по одной на каждый известный ему элемент магии – образовали круг. Их следовало зажечь в определенном порядке: синяя – вода, красная – огонь, зеленая – земля, желтая – воздух, фиолетовая – дух, голубая – сны, розовая – эмоции, белая – свет, черная – мгла, оранжевая – обман, коричневая – хаос, оливковая – скверна, серая – смерть. Казалось, что пламя каждой свечи тоже имеет свой собственный цвет. Впрочем, нельзя отвлекаться, нужно быстрее продолжать – скоро полночь.
Так, медная плошка с родниковой водой здесь, пиала с солью тоже, от курильницы с ладаном струится легкий ароматный дымок… в руке блеснул стальным лезвием папин охотничий нож. Пора.
Заклинаю духов живого огня, что разжигают души и избавляют от зла.
Призываю верно мне служить, защищать и благоволить.
Даруйте мне выдержку, волю и силу, могущество, власть, что будут нерушимы.
Я вам обещаю времени не терять, а действовать – разрушать и созидать.
Пламя свечей встрепенулось, поднялось ввысь, сомкнувшись в огненное кольцо, и вдруг с грозным треском резко упало, после чего тринадцать огоньков вернулись к вполне привычному им состоянию. Хорошо, можно продолжать.
Духи темных вод, придите на мой зов.
Спокоен омут вновь – вы охладите кровь.
Даруйте мне терпение невозмутимых волн.
Я дам вам обещание, что впредь не буду зол.
Капля крови упала в родниковую воду. Взглянув на отражение водной глади, Алеша отпрянул – на него смотрели бездонные черные глаза. Светловолосая девушка улыбнулась и подмигнула. Ее облик тут же расплылся и словно утонул в медном блеске. Наверное, добрый знак…. Что там дальше?
Сырая земля – древняя твердыня.
Твой дух так велик – могучая сила.
Отдай мне свой дар – сражаться уверенно и стойко.
Пусть мужество служит союзу достойно.
С размаху вонзив нож в землю, мальчик покачнулся – почва под ногами пришла в движение, словно ее переворачивало наизнанку. Быстрым движением он рассыпал соль вокруг себя. Неожиданно резкий толчок поднял подростка – странное ощущение, будто горячая бурлящая река поднимается от подошв до макушки. На мгновение Алеша почувствовал себя цельным монолитом, словно сам был вытесан из камня. Вскоре оцепенение пропало, оставив лишь абсолютную уверенность в собственной неуязвимости. Прекрасно, осталось совсем немного….
Духи священных всесильных ветров, явитесь сейчас же на мой зов.
Даруйте мне силу все видеть и знать, останьтесь мои тайны оберегать.
Прошу у вас мудрости, чтобы преграды обойти.
Взамен обещаю не сбиться с пути.
Налетевший ветер принес сорванные в порыве гнева листья и цветы. Закручиваясь вокруг подростка, он рисковал перерасти в смертоносный вихрь, но легкий дымок тлеющего ладана, затянутый восходящим потоком, казалось, надломил злую волю стихии. Все стихло.
Алеша произнес слова благодарности духам природы, решив, что так будет правильно. Свечи мигнули и наконец погасли. Ритуал был завершен.
– Прекрасно, – раздался откуда-то сзади знакомый безразличный голос.
Учитель стоял на границе теперь уже по настоящему священной рощи и выжидающе смотрел на мальчика. Трудно было догадаться, о чем он думает и рад ли он за своего ученика. Но подросток слишком устал, чтобы проявлять подозрительность.
– Завтра прибудет Белый Круг, – объявил наставник тоном, будто речь шла о самом значительном событии со времен основания мира. – В полном составе, – добавил он, не сумев замаскировать кислое выражение лица.
– Что еще за круг? – устало спросил Алеша.
– Завтра, все завтра, – отмахнулся друид. – Сейчас тебе необходимо отдохнуть.
Не став спорить, мальчик побрел к дому. Учитель смотрел вслед удаляющемуся подростку и взгляд его был холоден, словно сталь. Никто не заметил, что, скрываясь в густой поросли сирени, за всем происходящим внимательно следит мохнатый обладатель золотисто-карих глаз.
Глава 7
Белый Круг
Лес дремал в тишине, убаюканный мерцанием далеких звезд и слабым плеском мирной реки. Ни крики ночных птиц, ни звуки охоты диких хищников не нарушали его покой. Среди деревьев мелькала зловещая темная тень, стремительно скользя к печально известному месту на мелководье. Две могучие старые осины тревожно шелестели серебристой листвой, а их силуэты на кромке воды сливались воедино, образуя мост в таинственный потусторонний мир. Зловещая фигура вышла на открытое пространство – длинный черный плащ с большим капюшоном мешали понять, кто этот человек, но незнакомец излучал явную угрозу. Резко вскинув руки, он начал мерным речитативом произносить неблагозвучные и совершенно непонятные слова. Откуда ни возьмись набежали тучи и, повинуясь злой воле, закручивались в воронку над головой колдуна. Глухой рокот грома разлетелся по лесу, прогоняя безмятежное спокойствие прочь. Две синие молнии одновременно ударили сразу в обе осины – раздался треск и вековые деревья охватило пламя. Воды реки вспенились и ночной мрак наполнился воплем сотен стенающих, неприкаянных душ, черными тенями разлетавшихся во все стороны. Колдун громко смеялся, празднуя победу, и вскоре исчез во тьме ночи. Две крупные горящие ветви рухнули в воду и, подхваченные течением, сплелись и застряли на изгибе реки, образовав затор. Неподалеку по водной глади расползалась рябь и вдруг со дна реки выплыло на поверхность белое тело утопленницы. Ее длинные русые волосы извивались в слабых потоках, но в остальном течение, казалось, было над ней не властно. Вдруг она резко открыла глаза.
– Они идут, – произнесли мертвые губы.
Алеша дернулся и свалился с кровати. Стрелки старых настенных часов с кукушкой приближались к цифре пять. Кошмарный сон наконец отпустил свою жертву.
– Свет несет утешение, – скорее интуитивно произнес мальчик Слова Силы, однажды выцарапанные им на одном из камней в Священной Роще. Страх отступил мгновенно, сменившись чувством спокойствия и умиротворения, подарив приятное ощущение безопасности. Жаркое летнее солнце согревало древние валуны, раскидистые деревья заботливо укрывали мальчика в прохладной тени, а воздух наполнял сладкий аромат нарцисса и жасмина. Кукушка громко прокуковала пять раз, развеяв приятные грезы. Пожалуй, еще слишком рано начинать это день. Но стоило только решить, что можно поспать и до десяти, как вдруг раздался настойчивый стук в плотно закрытое окно. И это на втором этаже? Мальчик подошел ближе – за стеклом виднелся чуть размытый черный силуэт, смотрящий внимательным взглядом зловеще мерцающих желтых глаз. Ворон….
Наспех одевшись, Алеша тайком выбрался на улицу. Наставник ждал его у Священной Рощи, причем вид друида сегодня был на редкость благодушный. И, трудно поверить, немного даже взволнованный. Они прошли к двум камням, достаточно близко стоящим друг к другу, чтобы можно было присесть и свободно поговорить. Узнать мальчику предстояло многое.
– Думаю, стоит продолжить историю, что я рассказал тебе в нашу первую встречу, – начал учитель. – Человечество росло и развивалось, народы воевали друг с другом, образовывались новые страны, создавались и рушились империи, но друиды по-прежнему жили неподалеку, исправно исполняя свой долг и оставаясь незамеченными на протяжении почти трех тысяч лет. При необходимости они могли сделать свои владения неприступными, окружив Священные Рощи болотами, туманами или же натравив на излишне любопытных странников опасных диких зверей. В то же время они защищали людей, нередко спасая цивилизации от упадка и целые народы от уничтожения. Впрочем, делалось это не слишком… хм, гуманно. Извержение вулкана Санторин, нашествие саранчи в Древнем Египте, туман, спасший Англию от Испанского флота – все это действия друидов. Нести разрушения ради высших целей, приносить жертвы ради спасения большинства – таков был метод прошлых служителей земли.
Взгляд учителя пылал от восторга, он упивался рассказом о силе и власти избранников природы. Со стороны это бахвальство могло бы выглядеть комично, но фанатичный блеск в глазах молодого друида настораживал.
– Увы, люди изобретали все новые и новые способы познания мира. Повсюду появлялись их летательные аппараты, стали составляться довольно точные карты, а главное – появилось оружие колоссальной разрушительной мощи. Скрываться становилось все труднее. В итоге друидам пришлось приспособиться и жить среди простых людей. Со временем картина мира обрела довольно четкие границы. Появились государства достаточно сильные, чтобы просуществовать сотни лет. А поскольку друиды были привязаны к земле, о которой заботились, в каждой стране сформировался своего рода совет хранителей ее территорий. Пусть даже политические границы не играют для нас особой роли.
– Значит, у каждой страны есть свои хранители, – подытожил Алеша, стоило наставнику замолчать, чтобы перевести дух.
– Ты почти угадал, – ответил учитель. – Хранителем называют самого сильного и, как правило, самого старого и опытного друида. Это одновременно глава совета, называемого Кругом.
– Значит, Белый Круг – это совет нашей страны? – снова вклинился Алеша.
– И всех земель, которые мы храним, – поправил друид. – Помни, что политические границы для нас очень условны. Но давай продолжим. Во всем мире сейчас тринадцать советов. А всех друидов едва ли наберется сотня. Это очень редкий дар и только избранный самой природой может вступить в наши ряды.
Учитель почти сиял от удовольствия и гордости от собственной значимости. А вот Алеша помрачнел – печально осознавать, что у мира так мало защитников.
– Впрочем, не все друиды готовы были довольствоваться одной лишь своей исключительностью, – выражение лица наставника вдруг стало очень жестким. – Некоторые были амбициозны настолько, что решили, будто готовы самостоятельно управлять всем миром. Обычно друиды подстраиваются под природу, дающую нам жизненные силы и власть над стихиями, и словно живут с ней в одном ритме. Эти взаимоотношения священны. Возомнить себя вправе повелевать самой природой – ужасное преступление. Но из любого правила найдутся исключения. Некоторые из нас предали свой священный долг.
– Почему? – спросил мальчик с дрожью в голосе. – Чего хотели эти люди? – Наставник рассмеялся.
– Человек не знает, чего хочет, пока не увидит это в чужих руках. Так и случилось. Их целью была власть, которой обладали короли, военачальники и самые успешные политики. И тогда друиды отреклись от священного долга и образовали собственный так называемый Великий Круг. Они решили использовать простых людей, чтобы развязать глобальную войну, разрушить святилища остальных Хранителей и остаться править на руинах истерзанного мира. Нетрудно догадаться, о чем я говорю, это случилось совсем недавно.