В темноте городских кварталов

© Дмитрий Иванов, 2017

ISBN 978-5-4483-2882-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Внимание ненормативная лексика. (18+)

Год назад

Глаза открылись, но ничего не видят, кругом мрак, ночная тьма городских помещений, лишенных света. Спустя время из непроглядной черноты появляются сначала еле уловимые контуры стен и предметов, окружающих взор. Звенящая тишина вокруг, слегка давит на уши, не дает сориентироваться, лишь осязание, пока нет зрения – снова это. Так реально и четко.

– Я точно болен.

Мысли звучат в голове, как будто кто-то, рядом говорит отчетливым шепотом.

– Надо вставать, надо встать. Записать, нет еще минуту. А к черту все. Сейчас ночь да кому это надо вообще. Нет, нет, все встаю. Утром, будет поздно.

Рука шарит по тумбочке, стоящей рядом с кроватью. Вот он выключатель настольной лампы, слегка затертый и расшатанный. Щелчок, небольшая спальня озарилась светом маленькой лампочки светильника в голубом абажуре. Яркий свет холодного оттенка больно разрезал глаза, заставляя еще не привыкшие к свету зрачки моментально сокращаться, и жмуриться, кривясь в недовольной гримасе.

– Так, все менять на хрен лампу надо. Это же не выносимо уже не первую ночь. Ладно надо все записать.

Щелчок открывающегося ноутбука, свет монитора, стук пальцев по клавиатуре, клики и шорох мышки, гул вентилятора и хруст не размятых суставов. Тишина прервалась, уступив место этим звукам.

Год назад он начал видеть это, прерывисто и непонятно. Сны расплывались, но постепенно они становились все четче и четче, превращаясь в бесплатное кино каждую ночь. Неделю назад он стал записывать происходящее в своих снах. События имена места.

– Я состряпаю из этого неплохой рассказик, хоть какая-то польза от бессонных ночей.

Глава 1. Intro

Ветер, кружась в невидимом вальсе, доносил обрывки прерывистого эха. Звук был глухой, но в то же время глубокий. По узенькому закоулку квартала, всего, так и дышащего влагой, распространялась мелкая, еле заметная рябь. Одинокие капли воды, смирившись с безразличием к их присутствию всего окружающего мира, срывались с крыш домов, редких углов, мусорных баков и прочей незатейливой обстановки, наполняли тонким ритмом. Кап. Кап. Кап, кап. Если долго стоять в таком месте, то невольно начинаешь ощущать эту простую, еле ощутимую ритмику. Казалось, что в этом типичном коридоре между домами ничего не было. Проходя мимо такого места, даже свой взгляд на нем долго задерживать, не станешь. Полутьма, скупо освещаемая светом далеких фонарей и рекламных вывесок, нехотя показывала свое содержимое. Ничего не было: ни звука, ни движения хотя бы отдаленно напоминающего о живом. Лишь темный, еле заметный силуэт человека в длинном плаще придавал загадку этому месту. Кто он? Что делает здесь? Ни шороха от складок одежды, ни шума от движений, ни колебаний от дыхания. Незнакомец стоял как истукан, высеченный из темного камня. Бледное лицо было неподвижно, лишь глаза выдавали жизнь. В них читалась четкая концентрация на чем-то таком, что не видно и не слышно, но оно существует, и сомнений этому нет. Это бесспорно для тех, кто знает больше других, и полная безысходность тех, кто даже не догадывается.

С крыши сорвалась струйка воды и, нарушив ритмичную тишь, устремилась к земле. Всплеск и еле слышный скрежет, где-то наверху. Плащ зашевелился, поддаваясь движениям своего хозяина, спина напряглась, колени слегка пригнулись, пальцы рук, с неестественно длинными ногтями, приняли угрожающую форму. Теперь все в виде незнакомца говорило о нарастающем напряжении внутри. Скрип сверху усилился, превращаясь в резкий скрежет, в этот же миг что-то большое метнулось с крыши прямо вниз на незнакомца. В такие моменты зрение не успевает сфокусироваться, и видишь только смутные образы, размытые и не четкие. Так и здесь, одно точно – незнакомца уже нет там, где он был секунду назад. Он стоит в нескольких метрах от этого места, куда с высоты что-то обрушилось. Плащ слегка шевелиться, предательски выдавая движение, которое обычный глаз даже не в состоянии увидеть. Есть две точки: где он был и где он есть, а путь – лишь мгновение. Лицо изменилось в жуткую угрожающую гримасу: губы разошлись в оскале, обнажая острые клыки, звериные, совсем не свойственные человеку; глаза приобрели неестественные оттенки и сияли в глубине. Жуткая картина; человек ли он?

Глухой удар и треск разлетающейся плоти асфальта. Упав с крыши, существо устремило свой взор в сторону, куда переместился незнакомец. Горящий взгляд, огромное мускулистое тело, покрытое шерстью, лицо скорее напоминающее волчье, нежели человеческое. В ночном переулке возникло существо из людских мифов – оборотень. Звериный оскал еле сдерживал внутреннюю ярость. Из легких этого гиганта еле слышно вырывалось бурлящее рычание, с каждой секундой становясь, все более угрожающим и громким.

– Ты глупец, Алуд! Я не юнец-упыренок. Мой стаж сотни лет! Ты же не настолько туп, чтобы думать справится со мной в одиночку?

В словах незнакомца чувствовались не скрываемые нотки презрения.

– Брук-та-ман, твой возраст для меня ничто! – прорычало существо, – Я в состоянии разорвать тебя в любой момент, ты это прекрасно осознаешь. Я, не подзаборный пес, – слова дышали силой и уверенностью в собственной состоятельности.

– Ну, хорошо, Алуд ты прав надо признать, оба наших рода сильны и неизвестно кто выйдет живым, если мы встретимся в открытом бою. Что привело тебя? Мохнатое существо зарычало.

– Если твари из твоего клана еще раз посмеют завалить одного из братьев. На нашей территории. – Оба создания во время беседы двигались по кругу медленно и плавно. Так акулы плывут вокруг своей жертвы, постепенно приближаясь к добыче.

– Я лично освобожу твой больной разум из физической оболочки, чтобы он рассыпался на атомы. Я не предупреждаю, я тебя порву, – гулкий рык прокатился звуковой волной по стенам. В движениях оборотня чувствовалась чудовищная сила в любой момент готовая вырваться наружу. По лицу вампира на секунду пробежало легкое недоумение, тут же сменившееся на оскал

– Эй, мохнатый. Ты стучишься не в те ворота. Мы не трогали ваших псин, у моего клана и без вас полно забот. Тем более нарушать договор не по нашей части. Так что прибереги угрозы на действительно серьезный случай. – Вампир двигался необычайно легко, казалось, что законы физики существуют для всех, кроме него. Плащ послушно подчинялся движениям хозяина. Обычный человек даже часть движений не сможет сделать без специальных тренировок. Вампир же двигался легко и изящно, без напряжения. Алуд с подозрением посмотрел на Брук-та-мана. В глазах забегали тени сомнения, слегка погасив огонь гнева.

– Послушай, ты меня никогда не обманывал, я это уважаю, но, черт побери, если ты лжешь мне, я харкну на нашу «терпимость друг к другу». – говорит оборотень.

– Алуд, я знаю все, что происходит у меня в клане, ваших соплеменников мы не трогали. У нас было пара стычек недавно с нечистыми, но ваших мы не трогали, клянусь кровью.

Огромное воскоподобное существо немного расслабилось, стойка стала менее угрожающей. Взгляд стал по-детски растерянным.

– Я, я не понимаю, кроме вас нам никто не может навредить. Если бы это были люди, мы бы узнали.

– Твое недоумение мне понятно. Я сам в растерянности наши старцы, – голос понизился, принимая угрожающие оттенки, – только своим ни слова, это только между нами. Они озабочены возмущениями в «темной среде» магические потоки колеблются.

Оборотень зарычал, с разворота ударив по стене когтистой лапой. Гулкое эхо, многократно отразилось от стен и быстро угасло. Глубокие вмятины в стене сопровождались обильными трещинами и осыпающейся штукатуркой.

– Какое мне дело до ваших возмущений! Меня волнует мой род и те, кто похерил пару крепких ребят. Я, бля, взбешен! А ты меня лечишь вашей ебанутой магией!

Быстрыми скачками оборотень приблизился к вампиру и резким движением схватил за горло, прижав все его тело к стене. Вампир особых попыток выбраться не осуществлял.

Оборотень гулко рычал.

– Ты успокойся мохнатый, я лишь о том, что в городе новенькие. сам посуди.

Вампир ловко откинул от себя мохнатое тело и с дикой скоростью обхватил шею оборотня сзади.

– Магические потоки просто так не колеблются, подумай об этом, Алуд, в городе кто-то чужой.

Мощным рывком оборотень сбросил с себя ношу чужого тела с такой силой, что казалось, смерть неминуема. Вампир, с легкостью перегруппировавшись, отпрыгнул от стены, в которую был направлен и встал на ноги. По лицу расползлась самодовольная ухмылка, собирая бледную кожу в четкие симметричные складки. Оборотень посмотрел исподлобья на вампира, слегка потрясывая гривой.

– Значит, хочешь устремить мой взор в неизвестность. Очень удобно. Я знаю вашу породу не первое столетье, у вас нет чести и доблести, свойственной истинным оборотням. Вы преследуете, какие-то свои цели, до конца мне не понятные. Столько раз вы изворачивались, скрывая истинные намеренья, что я уже перестал доверять даже лучшим представителям.

– О, ты прав, безусловно. Вампир поменял угрожающую позу на легкую неспешную походку, как будто, ничего и не было. – Мы своенравны и наша философия существования многим непонятна. Но ты древний, как и я, а, следовательно, я не буду врать тебе. Старые клятвы живы и беспрекословно исполняются, все древние связаны ими. Даже хаосу нужен порядок. Самодовольная ухмылка вновь расползлась по бледному лицу.

– Ну смотри Брук-та-ман, если это все вата, и ты меня решил наебать, то я плюну на древнейший закон1* и все и табу. Начну беспределить по-черному, ты меня знаешь. В глазах оборотня бегали огоньки гнева. Без слов было ясно, что эти существа слов на ветер не бросают и каждое слово взвешивается, и подтверждается внутренней состоятельностью собственной реализации.

– Хм, серьезное заявление, но я спокоен, я не врал и даже не лукавил. Кстати, мне тоже нужны эти выродки, не из-за ваших убиенных братьев конечно. Плащ колыхался на легком ветерке, часто меняя направление.

– Они вошли в город и никому не доложились, ни вам, ни нам, ни другим кланам, даже тени не в курсе, либо скрывают.

– Мм тени, ты был у них? Значит и правда не все так просто. – По мохнатой шкуре медленно стекали капли тихо, падающие с крыши. Вода, впитывалась в шерсть, обволакивая ее, образуя мелкие острые колючки.

– Темный дар приносил немало сюрпризов на моем веку. Хорошо Брук-та-ман. Голос на сей раз, звучал без ноток гнева и презрения, он приобрел необычайную глубину и спокойствие.

– Нейтралитет по-прежнему сохранен крови между нами пока не будет, я сказал. Оборотни держат данную ими клятву.

– О Алуд, ты как всегда мудр, жаль, не все мои сородичи видят это, с моей стороны, я, виконт Брук-та-ман прямой потомок Валномака, говорю, вампиры не видят повода или причины разрушать данное обязательство и тем самым подтверждаю – нейтралитет сохранен.

– Ну, бля, мог бы просто согласиться. Все я пошел. Громадное тело с легкостью кошки мощными скачками вскарабкалось на стену, распространяя вокруг себя миллионы мелких брызг. Вампир постоял еще немного, слушая неповторимую музыку момента приземления капель на холодный асфальт. Закрыв глаза, он наслаждался этим коротким мигом природной симфонии. Вампиры сложные существа, а не тупые хищники, но пусть все думают наоборот, это выгодно и смешно. Думал он про себя, начиная неспешное движение в направлении больших улиц. Постепенно растворяясь, переходя в форму тумана.

Глава 2. Черная птица с блестящими глазами

Происходящее в стороне,

может выйти на первый

план.

Сквозь серые облака нехотя пробивался лунный свет, слегка освещая крыши домов. Ветер создавал легкий шум, ударяясь об мохнатое тело, просачиваясь сквозь развивающиеся пряди шерсти, устремлялся дальше – ветер вообще сложно чем-то удивить. Легкими скачками Алуд бежал по крышам домов, не обращая внимания на препятствия, ловко перепрыгивая чердаки, голуби в которых даже не успевали испугаться. Динамика присутствовала не только в движениях, но и в мыслях.

– Что же это? Где все то, что когда-то было? Понаделали городов, прячься теперь от этих ущербных людишек. Еще эти вампиры, сосуны мать их! – оборотень настолько погрузился в свои мысли, что иногда просто сносил препятствия, не замечая их на пути, тут покосилась кирпичная кладка, а здесь придется заново возводить строительные леса.

– Совсем охренели, надо найти этих гадов, если Брук-та-ман сказал, что они не местные, значит они тусят в нейтральной зоне, вот поймаю одного. – Алуд резко остановился на краю крыши, его взгляд устремился вниз.

– О, кого я вижу, бомжара, я как раз голоден. Глаза слегка налились кровью, нос жадно впитывал окружающий запах.

Черный ворон, в отдалении, внимательно смотрел на оборотня, следя за каждым его движением своими холодными глазами, ловящими блики от скупого света луны. Алуд исчез, спрыгнув со здания вниз. Ворон посмотрел еще пару мгновений в ту сторону, а затем расправил блестящие крылья, и вот он уже летит над домами, ловя потоки ветра и городские звуки. Несколько черных перьев медленно спланировали на то место, где он только что сидел. Здесь они и будут лежать неподвижно и скучно, до первого порыва ветра, и кто знает какая судьба их ждет.

Пролетев высотные кварталы города, птица устремилась в сторону заброшенной стройки на окраине. Серое, ничем не выделяющееся строение, таких зданий немало в подобном городе. Потрескавшиеся стены, давно потерявшие свою целостность, сплошь скрылись под слоем наступающей растительности и граффити подростков, когда-то здесь побывавших. Здание давно забросили, и оно мало кого интересовало, помимо крыс и бродячих собак, изредка забредавших сюда, прячась от дождя. Там, на обломках плиты, сидел человек. Это был мужчина, на вид лет тридцати. Его вид навевал, внутреннюю тревогу. Черная одежда подчеркивала мрачный образ. Темные волосы, падающие на плечи, еле колыхались на ветру, который сквозил из всех щелей. Лицо было абсолютно белое, оно ярким пятном выделялось из общего окружения. Со лба спускались две темные вертикальные полоски, черного цвета, заканчивающиеся на щеках, губы тоже имели продолжение в виде горизонтальных полосок, выходящих из черных губ. На вытянутую руку быстро и суетливо приземлился ворон, ничуть не стесняясь, впился когтями в рукав. Неказистой походкой забрался на плечо, впивая свои острые коготки еще сильнее, чтобы удержаться.

– Это он и есть? Предводитель клана – Алуд? – Спросил мужчина у ворона. Птица молча кивнула.

– Отлично. Что другие? Нашли свои цели? – Ворон в смятении покачал головой, выждал пару секунд и издал тихий булькающий звук, абсолютно некрасивый, но глубокий и разнообразный.

– Понятно. Значит, не так просто, говоришь. Ладно все, лети и скажи где тот вампир остальным. Я за оборотнем. – Ворон понимающе кивнул, и тяжело махая крыльями, устремился, куда-то прочь со стройки. Мужчина встал, расправил плечи и посмотрев в сторону пустым взглядом, откуда прилетела птица, сказал:

– Да начнется охота во имя наших проклятых душ.

Глава 3. Все так просто

Многое не известно и непонятно,

а что-то не то чем кажется,

хотя какое Ему до этого дело.

Рядом с мусорным баком в рваном пиджаке и вязаной шапке, потерявшей свой былой вид, мирно посапывал мужчина, бормоча себе что-то под нос. Потрепанное и грязное лицо, давно обросшее спутанными волосами, украшал синяк под правым глазом. Пара царапин на носу дополняли общую картину не совсем удавшейся жизни. Старенький плед и пара газет прикрывала его, в руках крепко сжатая бутылка с недопитым спиртным. Над спящим склонилось огромное тело Алуда, он с интересом наблюдал за будущей жертвой. Воздух со свистом вырывался из могучих легких, неся с собой небольшие клубы пара, в слегка открытой пасти скапливалась вязкая слюна, зрачки сузились. Интересно, что он скажет, если узнает, что сейчас умрет и будет съеден? Подумал оборотень. Любопытство слегка притупило голод. Оборотень присел на корточки чтобы быть поближе к бездомному, когтистая рука, покрытая густой шерстью слегка пихнула его. Бездомный забормотал что-то невнятное, нехотя ворочаясь и медленно открывая глаза. Мозг минут двадцать не может прийти в норму в обычной ситуации. Здесь же, открыв глаза, грязный мужчина обнаружил перед собой огромное пятно, глаза сфокусировались, чернота постепенно превратилась в огромную человекоподобную собаку. Мозг ищет самое простое в первое мгновенье:

– Это сон, я слишком много выпил вчера. Ну вот, ответ найден, можно дальше спать.

– Эй ты. Просыпайся уже. Я тут прописываться не собираюсь. – Прозвучал грубый звероподобный голос. Четкое ощущение реальности мгновенно прочистило разум спящего, он открыл глаза, но на этот раз взгляд уже не был затуманен остатками сна. Мгновенный ужас мелкой дрожью пробежал по телу, мурашки как морской прилив прокатились по спине. Мысли ураганом пронеслись в голове, оставляя за собой лишь вопросы и животный страх. Все тело оцепенело, лишь язык смог выдавить два слова:

– Ты кто? – Первый вопрос, чтобы хотя бы немного прогнать нарастающий страх – неизвестность «люди боятся того, чего не понимают». Оборотень слегка ухмыльнулся. Немного приблизив морду, для большей выразительности, он выдержал мучительную паузу и произнес очень спокойно и медленно.

– Человек, теперь все не важно, ты должен знать только одно, ты сейчас умрешь, я голоден, а ты моя еда. Мне интересно, что ты на это скажешь?

Тишина, разрывающая уши пульсирующим звоном и гул в голове медленно нагнетающий сильное головокружение. Мысли завертелись, вся жизнь перед глазами промелькнула, как старая кинопленка. Мужчина понимал одно очень четко, что перед ним какое-то зло, которое хочет лишить его жизни, это зло абсолютно и, по его мнению, не правильно. На язык рвались просьбы оставить жизнь, куча обоснованных аргументов в пользу своей правоты. С губ, потрескавшихся от ветра, сорвалось:

– Не убивай меня я всего лишь бродяга. – Слова дрожали – Я, я никому плохого не сделал я, я…

В глазах оборотня читалось явное разочарование. От мощного удара мусорный бак окропила свежая кровь, голова, слетевшая с плеч, покатилась по грязному асфальту, оставляя за собой кровавый след не ровный и прерывистый. На лице застыла посмертное выражение ужаса. Оборотень презрительно фыркнул и с жадностью набросился на осевшее под собственным весом тело. Жадное чавканье и звук ломающихся костей наполнил этот безлюдный закоулок.

– Еще один нытик. Подумал Алуд, когда в очередной раз погружался окровавленной мордой в мертвое тело.

Глава 4. Неясные помыслы

Бывает, что некоторые вещи

нельзя понять в силу причин,

которых ты не осознаешь.

Над ночным городом стоял устойчивый туман, своей пеленой закрывая все вокруг. Свет неоновых реклам терял свою яркость, проходя сквозь массы испаряющейся воды. Люди нехотя выходили на улицу передвигались по возможности быстро, боясь попасть под дождь. В этот поздний час все еще проезжали машины, прорезая своими фонарями сгустки тумана, оставляя за собой лишь шлейфы от колес и обильные капли, грозящие обрызгать зазевавшегося прохожего. В такую погоду легко передвигаться в виде тумана, тебя не заметят в любом случае. В обычную ночь нужно следить, подстраиваться под окружающую обстановку, чтобы не вызвать подозрений. Брук-та-ман любил пасмурную погоду, она дарила массу впечатлений. Он шел по центральной улице, постоянно меняя очертания, полностью слившись с окружающим туманом и лишь очень внимательный человек увидит в клубах городского смога охваченного туманом вампира. Немного побродив по улицам, вампир решил осмотреться и мгновенно воспарил на крышу ближайшего из домов. Быстрое движение немного выдавало контуры вампира, но в такую ночь это не важно, все равно никто не заметит. На крыше вампир плавно материализовался в свою обычную форму. Туман плавно сгущался, приобретая контуры тела, с каждой секундой наполняясь деталями. Вампир раскинул руки в разные стороны и быстро, с необычайной плавностью прокрутился несколько раз вокруг своей оси, быстро садясь на корточки. Хватает руками край дома.

– Хм, неплохой вид, – подумал вампир. Здание было достаточно высоким и открывало дивную панораму на окрестности города, охваченные россыпью блестящих огней. Вдали виднелись потоки машин, которые даже в эту ночь не особо ослабевали. Машины двигались в общей системе, мелкими огоньками, очерчивая линии улиц. Город представлялся единым организмом поглощающего всех в себя и делая любого частью своей системы. Глаза, видящие мудрость веков, окидывали просторы, построенные человеком.

– Наивные существа, думают, что они хозяева этого мира, они кичатся своим «могуществом». На лице скользнула ироническая усмешка.

– Глупцы, полагающие, что они высшее благо. Мда, еда, которая думает, это всегда забавно. Брук-та-ман оглядывал, что происходит вокруг, не пропуская ни единой детали. Вампиры видят практически все вокруг себя, даже то, что большинству существ не доступно. Он считал, сколько капель упало на сырой асфальт от проехавшейся машины, видел порвавшийся шов на одежде проходящего человека, слышал топот крысы бегущей, где-то в подворотнях. Блики на каплях воды осевших на фонаре также не остались без внимания. Его взгляд путешествовал вокруг то приближаясь подобно хорошему телескопу, то резко удаляясь, фокусируясь на другой объект наблюдения, охватывая панорамный вид. Темные потоки энергии пульсировали вокруг, где-то насыщенные и глубокие, напоминающие бурлящую воду, а где-то еле видные, местами даже пропадающие. Брук-та-ман сидел как раз на пути одного из потоков, что давало ему возможность черпать энергию без особых усилий, при этом пользоваться своими врожденными способностями вампира. Немного сосредоточившись, он стал ощущать потоки мыслей, сначала слабые и хаотичные, постепенно переходящие в конкретные фразы:

– Так, ну на мобильный я ему скинул, и где он?

– Как он меня достал?

– Ох, что-то мне херово, зря мешал. водку с пивом

– Ну и туман ничего не видно, не сбить бы кого

– Эй куда прешь!?? Не видишь, красный горит! Скотина пьяная. Когда же он пойдет дальше?

– Борис дождется, что я его грохну- человеческие мысли можно подслушать, когда они хаотичны. Это требовало большой концентрации, но доставляло массу удовольствия.

– Если бы я мог так же легко читать мысли темных, о да, -вампир от удовольствия прищурил глаза. – Но нет, всем способностям есть предел, выхватываешь только эти глупые мыслишки ущербных созданий, и не жалко им терять время на эти пустяки, которые они называют своей жизнью. Хотя развиваются надо признать, строительство, техника, эта их привычка все научно обосновать и доказать. Хочешь не хочешь, а приходится вести игру в прятки с ними, открытый бой будет жесток, а нас и так осталось мало. Людей же все больше и больше. Да и к чему нам бойня и так все прекрасно, если бы еще не было клановых распрей. Из-за поворота послышался нарастающий звук сирены скорой помощи, прохожие нехотя реагировали, оторвавшись на долю секунды от своих дел. Недовольные взгляды в сторону шума – в такой поздний час, сирену то зачем включать. Резко вывернув из-за поворота, разрезая светом фар и сигнальных огней густой туман, появилась машина скорой помощи. Шум сирен заметно усилился. Редкие горожане проводили взглядом уже удаляющуюся машину, слегка потревожившую атмосферу. Туман тут же сомкнулся вязкими кусками за удаляющейся машиной, лишь красные огоньки и уносящийся звук напоминал о произошедшем событии. Вампир вышел из блаженного оцепенения

– Что-то я отвлекся, еще остались не решенные вопросы, еще есть время до рассвета, еще струится сила и мудрость.

Медленно и плавно поднялись плечи, а за ними голова, ноги уже потеряли свое очертания, превращаясь в туман, постепенно все тело, потеряв резкость контуров и насыщенность оттенков, ушло в бесформенное облако густого белого тумана, горящие глаза медленно слились с общей массой, уже парившей над домами.

Длинные волосы тихо шуршали во тьме темного коридора, слегка путаясь в порыве робких движений. Молодая женщина с изможденным лицом медленно пробиралась в полутьме своей квартиры, поправляя тонкую шелковую лямку лифчика. Она вышла на кухню, в полудреме натыкаясь на стоящие по дороге стулья и углы выступающей мебели, она хочет попить воды.