Маковка

Глава 4.

Несколько раз по дороге Дима слабел и падал в кусты, оступаясь при каждом пересечении неровностей. За время обратной дороги он заметно ослабел, мешки под глазами и бледность кожи стала заметней. На небольшом привале он вновь отказался от пищи, чем заметно раздосадовал сердобольного Леву. От предложенной помощи он также отказался, ссылаясь на какую-то простудную инфекцию. Сам Дима, честно говоря, и не знал, что с ним происходит. После похода в деревню, помимо периодически мелькающих образов со старых фотографий, ему всюду мерещились пульсирующие зрачки, окруженные серой радужкой той странной девочки, иногда он слышал бормочущие едва слышные голоса, будто просящие его о чем-то, требующие непонятно чего. Он часто отвлекался, стал рассеянным, не сразу понимал, о чем с ним хочет поговорить друг.

Как они добрались в город, он не особо запомнил. Все деньги, благо, находились у Левы, который щепетильно распределял финансовые операции. Вернувшись обратно, они решили на следующий день поутру незамедлительно отправиться в полицию и рассказать, что обнаружили в загадочной деревне. Ночь Дима провел в горячке, постоянно вскрикивая и просыпаясь. Ему снилась странная старая полуголая женщина с длинными седыми растрепанными волосами, сидевшая возле костра посреди выжженной лесной поляны, неотрывно глядящая на него серыми полутемными зрачками. В руках у нее были четки, мелкие косточки и непонятные жетоны с мелкими рисунками, значение которых Диме было неизвестно. Она все смотрела и смотрела, мерно покачиваясь из стороны в сторону, бормотала беззубым стянутым ртом непонятные слова. Голос ее был груб, низок, отдавался расщепляющей хрипотцой. После прочтения странного монолога старуха неоднократно предлагала Диме присесть на траву рядом с ней, но он раз за разом отказывался. Женщина огорчалась, злилась, но в конце махала на него рукой и, буравя взглядом немигающих серых глаз, продолжала нашептывать ему свои непонятные тексты. Один раз он увидел, как к старухе подбегала та самая девочка в белом платьице с плетеной корзинкой, что-то сказала на ухо, та одобрительно кивнула, и девочка вновь испарилась.

Наутро сны перестали являться Диме, и он смог крепко и беспробудно погрузиться в спокойствие. В полдень его телефон уже разрывался от пропущенных звонков и сообщений беспокойного друга. С большим нежеланием оторвав голову от подушки, он схватил неугомонный прямоугольник и ответил на очередной входящий вызов.

– Алло?

– Дима, добрый день! Как ты себя чувствуешь? Живой?

Дима спросонья не понял, о чем идет речь.

– А должен быть каким? – с явным непониманием спросил он.

– Ты вчера еле до дома дошел, уже валился с ног, – пояснил Лева. – кое-как дотащил тебя. Ты что-то мне пытался сказать, но я ни черта не понял. Сейчас как самочувствие?

Дима потрогал холодный потный лоб, пригладил растрепанную бородку.

– Лучше, Лева, видимо, болезнь прогрессировала. Температура ночью была, весь промок. Сейчас уже хорошо, спасибо за заботу.

– Ты со мной пойдешь сегодня в участок? Я один не хочу туда идти.

Дима вдруг вспомнил, что вчера происходило, от чего его резко передернуло. Он вспомнил и трупы, и посещение старого заброшенного мрачного дома, и ту девчонку, и зовущий холм.

– Да. Да, конечно, Лева. Я сейчас оденусь, зайду к тебе, и выдвинемся. Не забудь все с собой взять карты и записи, – стряхивая с себя наваждение, ответил Дима.

* * *

В дежурной части полицейского участка было немноголюдно. Возле огромного длинного толстого стекла с сидящими полицейскими за ним толпилось несколько человек, явно разгоряченных какой-то произошедшей несправедливостью. Дима с Левой терпеливо ожидали своей очереди, не желая приближаться к активно жестикулирующим мужчинам и неугомонной пьяной женщине. Как только страсти поутихли, все заявления были приняты, шумная толпа с явным удовлетворением на лицах покинула дежурную часть. Друзья подошли к освободившемуся окошку.

– Слушаю, – уставшим голосом проговорил человек в форме по ту сторону толстенного стекла.

– Здравствуйте, у нас есть информация по заброшенной деревне Маковка, что на севере области, – робко проговорил Лева.

Полицейский удивленно переглянулся с соседом, затем вновь повернулся к говорящим.

– Маковка? Впервые слышу. Проверим. Что за информация?

– Массовое убийство, – Лева сглотнул слюну и подавил появившееся дрожание в голосе. – Мы были там вчера, видели множество старых трупов. Возможно, орудовал какой-то маньяк.

Дежурный явно воодушевился. Он долго рассматривал предоставленные документы, фотографии и видеозаписи с телефонов молодых людей, делал себе пометки, после чего помог написать заявление.

– Вам позвонят в течение трех рабочих дней, – предупредил он друзей. – Вот, возьмите свою ксерокопию, ждите звонка от следователя.

Как только они вышли на свежий воздух, Лева похлопал друга по плечу.

– Да, вляпались мы с тобой, – невесело улыбнулся он. – Лето хорошее вышло.

Дима мельком улыбнулся, но улыбка вышла неискренней и быстро исчезла с его лица.

– Да, наткнуться на мертвое поселение, в самом прямом смысле. Заболеть так не вовремя. Теперь еще и с полицией дела иметь. Не так я представлял наши искательские приключения, – с досадой произнес он, потирая бородку.

Лева походил из стороны в сторону, явно что-то обдумывая. Остановившись прямо перед лицом Димы, он развернулся к нему и заговорщически произнес:

– Давай-ка ты у меня несколько дней переночуешь. Здоровье тебе поправить надо, заодно разберемся, что выкладывать в нашу группу, а что нет. История-то хоть и жуткая, но и интересная. Да и вдвоем дождемся, что нам по делу скажут. А, как думаешь?

Дима, порядком измотанный за последние несколько дней, согласился. Ему надо было сменить обстановку, пообщаться хоть с кем-то о том, что происходит в его голове последние дни. По дороге к Левиному дому они прикупили различных снеков, вкусных напитков, килограмм мяса и несколько упаковок гречки, дабы разбавить посиделки горячим провиантом.

* * *

Дома у Левы на этот раз было относительно прохладно. Солнце уже больше не слепило глаза, занавески покоились по своим краям, уличные звуки от снующих машин и кричащих рабочих на другой стороне дороги доносились в приоткрытое окно. Диме явно пошла на пользу смена обстановки – друг постоянно подбадривал его, увлеченно составлял последовательный повествовательный план истории для их аудитории.

– Как думаешь, – вопрошал он у друга, – нам, наверное, не стоит писать про найденные трупы, это будущие уголовные материалы, если заявление все-таки примут.

Дима активно пытался забыть про увиденное и услышанное с тех мест, потому кратко кивнул головой в знак согласия. Он хорошо составлял тексты и придумывал отличные истории, способные увлечь даже самого привередливого читателя, потому прекрасно понимал, как приукрасить и додумать то, о чем говорить напрямую не стоило. Они сидели друг напротив друга, смеялись, показывали друг другу небольшие карандашные зарисовки на тему различных мистических монстров, которые будут в их истории прогуливаться между старых кривых ужасающих домов, шевеля маленькими щупальцами и желая отведать человеческой плоти. Позже, конечно, они поумерили пыл и просто решили исключить смерти из своего рассказа, но путь к их поисковому месту намеренно изменили. Также не забыли указать и странную девчонку у берега речки.

За окном наступал затихший летний вечер, озаряя редкие облака кроваво-алым закатом с нотками рыжих оттенков, проползающих по их брюшку. Из окна сквозил легкий прохладный ветерок с едва уловимым запахом свежести. Парни уже составили приблизительную историю ужасов маленькой заброшенной деревни, подготовили фотоколлаж и обработали видео. Их веселое обсуждение прервало дребезжание мобильного телефона.

– Неизвестный номер какой-то, – нахмурившись, Лева рассматривал экран. Внутренне он понимал, кто желал с ними общения.

– Здравствуйте, – послышался хрипящий голос из динамика на включенной громкой связи. – следователь, лейтенант полиции Порохин Юрий Андреевич. Лев Константинович, верно?

Лева сглотнул слюну.

– Да, – робко ответил он. – Мы оставляли заявление сегодня днем.

– Все верно. Я рассмотрел его. Сейчас я не на работе, дело пока не возбудили. Просто хотел сам разузнать у вас, что там произошло. Материалы дела просмотрел.

– Понимаете, – начал Лева, переглядываясь с Димой. – У нас есть хобби – путешествуем в свободное время по заброшенным участкам и… – он нервно посмотрел на полку с запечатанными ворованными трофеями, – …и исследуем их, делаем фотографии, собираем интересные истории о них. Тут, недавно, я наткнулся на одно поселение под названием Маковка, что на севере области, мы съездили туда и наткнулись на вот такую ужасную картину.

В трубке после терпеливого молчания вновь послышался хриплый голос.

– Когда вы были там?

– Позавчера, с часов двух дня до пяти вечера.

– Почему не сообщили вчера?

Лева замялся.

– Другу стало плохо, и мы решили перенести обращение.

– Понятно, – Юрий Андреевич закашлялся. – Я смотрел ваши карты, притом очень внимательно, но я не увидел на своих картах никакой деревни в том районе. Вы точно уверены, что были именно там?

Лева еще больше смутился, он чувствовал исходящее профессиональное давление, с которым было тяжеловато бороться.

– Интернет в тех краях не ловил, я не могу сказать с совершенной уверенностью, но маршрут я изучал детально. Других поселений я и не нашел, честно говоря. Искали заброшку – нашли заброшку.

– Лев Константинович, – голос в трубке стал еще суровее и тяжелее, – дело светит очень серьезное, столько найденных трупов, пусть и очень давно существующих, вызовут огромный резонанс. Не рассказывайте об этом лишним людям.

Лева понимающе кивнул, хоть и внутренне понимал, что собеседник его не видит.

– Мой друг-следователь из К*****й области расследовал похожее дело, в которой фигурировала заброшенная деревня, – голос в трубке стал заговорщически тихим. – Там пропали молодые люди, судя по описанию, искатели. Ни тел, ни чего-либо подобного так и не смогли найти. Деревню, о которой все тогда говорили, тоже не нашли, хотя перерыли, буквально, каждый квадратный метр тех земель. Будьте осторожнее в своих походах, нам еще одни исчезнувшие не нужны.

Лева заметно оживился. Дима внимательно слушал.

– Расскажите, что там произошло, – с легкой тенью надежды спросил Лева.

– Нет уж, ребята, – в голосе из телефона послышался смешок, – это следственная тайна. Единственное, что я могу вам подсказать – это их местный псевдонаучный расследователь, Мишкин Илья Степанович. Много информации насобирал, хотя я считаю, что вовсе неверной, пропагандировал вмешательства каких-то потусторонних сил. Я скину в смс его контакт, он нам часто звонил, у него можете узнать все. Но доверять я бы не советовал.

Наступила пауза. Друзья задумчиво смотрели на экран телефона.

– Лев Константинович, если дело возбудим, мне придется вызывать вас и вашего друга к себе на допросы. Номер будет другой, этот, с которого звоню, мой личный. Будет еще какая информация, пишите или звоните. Всего доброго.

Вызов сбросился.

Глава 5.

– Может, это вовсе и не следователь был, – не унимался Дима. – Я тоже могу позвонить и начать рассказывать какие-то небылицы.

Лева отрицательно покачал головой. Он тщетно пытался разложить полученную информацию по полочкам. Да, появление девочки было похоже на какую-то мистику и чертовщину, но причем тут паранормальщина? Заброшенная деревня, вокруг глушь, трупы древние, мало ли какой одичалый маньяк мог использовать такое место для своих извращенных утех? Столько версий произошедшего на поверхности, пользуйся – не хочу. В телефоне друзей оповестил громкий звук пришедшего смс-сообщения.

– Стоит ли звонить этому Мишкину? – спросил он у Димы, показывая номер из сообщения.

– Ну, позвоним мы ему, и что он нам скажет? Может, это вовсе розыгрыш? – Дима был менее скептичен, но все же настроен на критику.

Парни бурно обсуждали полученную информацию, неловко посмеиваясь, но в то же время с подозрением перечитывали полученное сообщение. Идея все-таки перебороть себя и позвонить по указанному номеру пришла к Диме первому, и он все же уговорил друга встать на свою сторону.

Вновь включив телефон на громкую связь, он набрал указанный номер и начал ждать ответа. Гудки тянулись противной жвачкой один за другим, пока не завершились быстрым сбросом.

– Я же говорил, что розыгрыш, – расстроенно подытожил Дима. Лева лишь развел руками.

Внезапная трель телефона заставила парней вздрогнуть от неожиданности.

– Кто это? – без какого-либо приветствия прозвучал не терпящий компромиссов грубый голос. Дима опешил от такого вопроса в лоб.

– Дима… Точнее, Дмитрий Валерьевич. Я говорю с Ильей Степановичем?

– Дмитрий Валерьевич, если Вас действительно так зовут, Вы говорите с человеком, которому сами набирали несколько секунд назад. Что Вы хотели?

Лева и Дима удивленно переглянулись.

– Ваш номер нам дал Юрий Андреевич, следователь из города С*****а. Сказал, что вы можете рассказать нам кое-что о пропавших людях возле какой-то заброшенной деревни.

Голос в трубке сначала молчал, затем грубо ответил:

– Знаете, Дмитрий Валерьевич, я не даю никаких комментариев незнакомым лицам. Приезжайте ко мне, если Вам так сильно нужна информация, тогда и поговорим по делу. Я не доверяю телефонам, знаете ли. Если готовы, то запишите мой адрес, я продиктую. Больше говорить на эту тему я не буду.

Лева записал продиктованный адрес, и телефонный звонок оборвался. Он с большим сомнением пересмотрел клочок бумаги, после чего передал его Диме.

– Поедем?

Дима не хотел связываться с непонятными мутными личностями вроде загадочного конспиролога. В какую-либо мистику от происходящего верить он не хотел, однако, то, что происходило с ним тогда, он с натяжкой смог списать на больную фантазию, активизировавшуюся вследствие болезни. Он всегда со здравым смыслом подходил к решению различных сложных и с виду загадочных тем, но с таким он сталкивался впервые. Что, если даже малая толика из этого окажется правдой? Может, в том случае с другими ребятами-искателями было тоже самое?

– Дима, вижу, что тебе хочется, но если там ополоумевший дед встретит нас? Мы же не знаем, следователь ли нам вообще звонил, не знаем, что за человека он нам посоветовал. Как думаешь, часто ли вообще полицейские раздают номера всяких заговорщиков и гадалок? – не унимался Лева.

– Давай посмотрим в интернете, что к чему. И этого кренделя, и про саму историю с пропажей, – после небольшого размышления ответил Дима.

Главная страница браузера озарила уже темнеющую из-за позднего заката комнату. Друзья наперебой предлагали новые варианты написания запроса, постоянно перепрыгивали с одной страницы на другую. Собрав информацию по маленьким клочкам, они начали делать для себя выводы.

– Смотри, вот этот Мишкин, ученый-конспиролог, уфолог, демонолог и черт его знает кто еще. Столько званий и неизвестных наград у героев войны, наверное, не было, – с улыбкой произнес Лева.

С экрана на них смотрел серьезный подтянутый мужчина с уже седеющими висками, черной, с легким налетом седины коротко стриженой бородой. Строгий костюм придавал некоторой официозности фотографии, словно они смотрели на лауреата всех известных научных премий. Довершал образ интересный розово-белый цветок, выглядывающий из нагрудного кармана черного пиджака.

– Ну а история, действительно, чем-то похожа на Маковку, – заключил Дима, перелистывая страницы сайтов. – Вот, пятеро парней в две тысячи десятом году действительно пропали на северо-востоке К*****й области, ездили, по уверению некоторых пользователей, в какие-то Малые Рудники, очередную заброшенную военную деревню. Малых Рудников, похоже, и вовсе не существует. Официальная версия следствия – парни ушли разведывать лесополосу, где на тот момент могли находиться дикие звери. Пропали там без вести. Дело, кстати, взяли и закрыли за неимением улик. Интересно, что тут скажешь.

– Малых Рудников ведь и вправду нет на карте, – тихо произнес Лева, отбирая компьютерную мышку и переключаясь на вкладку карт со спутника. – Куда тогда они поехали? У них был свой сайт, но его отключили по неуплате домена. В соцсетях они ничего не публиковали.

– Теперь становится ясно, откуда вокруг этой темы собираются странные личности, – произнес Дима.

Они до ночи перебирали информацию из различных источников, понемногу добавляя к своей версии новые, порой противоречивые обстоятельства событий. Так и не договорившись, решили продолжить обсуждение утром и разошлись каждый по своим диванам.

Ночью Диме опять снилась странная истощенная старуха, сидящая возле потухшего костра. Света вокруг практически не было, и тлеющие переливающиеся жаром угли высвечивали фрагментами жуткий старый острый подбородок и ноздри. Глаза ее, казалось, не нуждались в дополнительном освещении, горели, словно кошачьи. Дима осторожно прохаживался, приминая тихую траву и прячась за ближайшими стволами исполинских древних деревьев, крону которых в совершенной тьме рассмотреть было невозможно. Кроме безостановочного шептания старухи, Диме казалось, что где-то позади трещат пересохшие мертвые сучки, вздыхающие и охающие стоны, а, может, это играл слабый ветер, шелестя опавшими жухлыми листьями. Старуха, казалось, совершенно не замечает ничего вокруг. Она считала бусины на выбеленных четках одной рукой, второй же перекладывала загадочные резные жетоны из одной кучки в другую, попутно отбрасывая некоторые в тлеющее нутро угасающего костра. Каждый глухой удар о раскаленную поверхность создавал целый сноп искр, уносящихся вверх и рассеивающихся в окружающем стоячем воздухе. Затем старуха замерла, перестала шептать и одним ухом повернулась в сторону Димы.