Маковка
- -
- 100%
- +
– Ответь. Я не могу нормально спать и есть. Отпусти уже меня, наконец.
Старуха, наконец, вышла из своего транса, подняла голову и устало посмотрела серыми глазами на парня.
– Я потеряла своего отца, – тихо заскрипела она. – Ты отведешь меня к нему.
– Какого отца? О чем ты говоришь? – Дима злился все больше и больше, понемногу подходя к истощенной старухе.
– Он там. Он зовет меня к себе. Сама не смогу, – отрывисто скандировала она, словно не слыша обращений. Из-за соседних деревьев выбежала девочка в белом платьице, заметила Диму и остановилась, как вкопанная, рассматривая его маленькими пульсирующими зрачками. В руках она держала увядший букет полевых цветов, грустно свисающих на надломанных стебельках. Дима удивленно рассматривал ее, злость сменялась удивлением.
– Я тоже потеряла отца, – девочка выронила букет из руки, неотрывно глядя на Диму. – Если ты не хочешь помочь моей маме, то помоги мне найти его, прошу тебя.
Сердце защемила смутная тоска. Ему хотелось бросить все это, развернуться и уйти прочь, в гущу странного темного молчащего леса. Девочка продолжала пульсировать черными зрачками, нахмуренные брови поползли вверх. По щекам заискрились и побежали слезы, срываясь и падая на белое платьице, оставляя округлые темные пятна.
Дима упер руки в бока, поджал губы и посмотрел по сторонам. Старуха сидела, не шевелясь, продолжала перебирать свои выбеленные четки. Девочка бросила на нее беглый взгляд и медленно, шаг за шагом, направилась в сторону парня. Подойдя к нему вплотную, она протянула маленькую ладошку. Дима долго сомневался, но все же взял ее за руку. Старуха резко дернула головой, стрельнула взглядом на девочку и парня. Послышался скрипучий противный низкий смех с последующим заливистым кашлем.
Дима осторожно потянул руку на себя, но вдруг осознал, что девочка держит руку крепко. Схватив ее ладошку второй рукой, он попытался, что есть силы, выдернуть свою ладонь из холодных сжимающих детских пальцев, но у него это никак не получалось. Девочка, на лице которой не выражалось никаких эмоций, смотрела прямо в глаза. Жуткий неприятный смех старухи сопровождал нелепую сцену.
– Я же сказала, что ты меня отведешь к отцу, – одновременно проговорили девочка и старая женщина.
* * *
Утро выдалось на удивление спокойным. Лева даже немного воодушевился новой краткой экспедицией, предложенной другом, и уже собирал вещи в свой походный рюкзак. Увидев заспанного Диму, он улыбнулся.
– Ну, ты, конечно, горазд поспать. Завтрак я на тебя не готовил, все равно откажешься. Собирай вещи, я уже купил билеты на автобус до тех мест.
Дима спросонья ничего не понимал. Кивнув другу, он направился в ванную комнату. Из-за слабой тусклой лампочки там царил полумрак, выхватывая прокуренный желтый потолок и плитку со следами черной плесени. По зеркалу над старым грязным умывальником проходила трещина, завершающаяся отколотым уголком сверху. В своем отражении Дима увидел вместо молодого и привлекательного, по его мнению, для девушек молодого парня он увидел измученного, изрядно похудевшего бледного парня. На висках, как ему показалось, проблескивала первая, еле заметная, седина. Залысина на лбу будто продвинулась немного ближе к темечку. Кожа на шее стала сухой, шелушилась при любом прикосновении. Взяв в руки походную зубную пасту и щетку, он обнаружил, что правая рука, за которую во сне его сжимала девочка, была намного бледней и холодней, нежели чем левая. Потрогав ледяные пальцы, Дима вновь постарался развеять морок и решил, что он просто отлежал эту руку, пока пытался найти удобное положение под ночной шум соседей.
С водными процедурами было покончено, рюкзак вновь округлил бока. Друзья, зарядив гаджеты, оделись и поспешно вышли на утреннюю прогулку до нужной остановки.
– Так, – Лева заглядывал в телефон и сверялся с проложенным маршрутом, периодически поглядывая себе под ноги, чтобы не врезаться в урну или заборчик. – Нам нужен вот этот номер автобуса, он довезет нас до вот этой остановки, – он показал название Диме. – Оттуда нам надо перейти через поле около полукилометра, тропы вроде есть. Как раз выйдем на нужную трассу, по ней дойдем вниз, а дальше уже укажешь дорогу.
Дима нервничал, периодически покачивая головой в знак согласия. Рука жгла ледяным холодом в кармане шорт, несмотря на стоящую жару и палящее солнце. Он судорожно вспоминал свой сон, боялся лишний раз даже подумать, что он мог стать реальностью. Мистики же не существует, верно?
Через некоторое время на остановке их встретил грохочущий старый ПАЗ, длительно ведущий борьбу с рыжими укусами по бокам от наступающей коррозии, натужно загремели шестеренки внутри кожуха, и дверь с шипением отодвинулась в сторону, впуская и выпуская пассажиров. Заняв порванные кожзамовские сидения в задней части автобуса, друзья отправились в путь. Рюкзаки мерно побрякивали, проезжая лежачих полицейских и неровности на старом асфальте.
Всю дорогу их провожали участившиеся золотистые степи, сменяющиеся засеянными ровными полями, по которым, неспеша и вальяжно, прогуливались желтые огромные комбайны. Леса наступили гораздо позже, почти на подъезде к остановке, когда уже миновала пара-тройка часов от начала движения. Ветра почти не было, солнечные лучи, понемногу готовящиеся сбавлять обороты перед закатом, старались напоследок ужалить оголенную часть шеи. Лева еще раз сверился с маршрутом, и они двинулись через раскинувшиеся степи по обнаруженной колее, перепрыгивая через рытвины, укрытые засохшей грязью. Пыли на такой дороге было предостаточно, и чистые с утра кроссовки быстро покрылись серо-коричневой пленкой.
Постепенно эта дорога вывела их на пустую трассу, бегущую в обе стороны к горизонту. Машин на ней, к удивлению, практически не было, хотя состояние асфальта явно позволяло ехать с ветерком, не боясь за подвеску.
– Нам в ту сторону, – вновь сверился с маршрутом Лева и указал в сторону медленно опускающегося красноватого солнца. – Успеть бы нам до темноты, не хочется ноги переломать. Там точно поселение маленькое?
Дима понимал, что он даже не знает, о чем тут можно еще соврать. Голоса в голове понемногу приглушали нарастающую тревожность и волнение. Кисть продолжало жечь холодом.
– Да… Да, маленькое. Скоро уже подойдем, – спешно ответил он.
– Дима, как оно хоть называется? Я ведь даже не успел поинтересоваться, – с подозрением спросил друг. Он сделал паузу, лихорадочно придумывая название для того места, куда они должны были идти. Лева воспользовался заминкой.
– Ты ведь ведешь меня в те самые Малые Рудники, верно? – с недоверием спросил он. – Ты же вчера особо ничего не искал, а после этого Мишкина ведешь себя очень странно.
Дима хотел было ответить что-то нелицеприятное и гневное, но услышал оклик с другой стороны дороги.
– Эй, парни! – позвал их громкий мужской голос.
Они повернулись. На другой стороне дороги стоял мужчина в темной футболке, джинсах, старомодной выцветшей кепке и блестящих солнцезащитных очках, и махал двумя руками. Друзья переглянулись, Лева крикнул в ответ:
– Чего тебе?
– У меня там машина недалеко отсюда в кювет улетела, вроде не перевернулась. Я один не смогу ее вытащить, помощь нужна! На этой чертовой дороге никого не найти!
Друзья нехотя перешли дорогу. По мере приближения Дима отмечал некие странности во внешности зовущего – одежда была совершенно чистой, никаких следов и царапин на нем не было. Возможно, ему просто повезло, и он отделался легким испугом от аварии.
– Далеко отсюда? Нам тоже надо успеть кое-какие дела сделать, – с неудовольствием произнес Лева. Брови мужчины поднялись вверх, и он виновато развел руки в стороны.
– Ребята, только помочь, мне больше ничего не нужно. Я сам тут проездом, машина старая, занесло с дороги. Метров пятьсот отсюда, я вас потом подвезу, куда нужно будет.
Друзья еще раз переглянулись. Димина рука уже не просто жгла, а натурально горела, поднимаясь все выше. Он бесполезно разминал затекшие пальцы, что особо не помогало, словно чувствительность покинула кисть насовсем. Голова начала болеть, тревожность стала еще выше. Не хватало им еще задержаться с неаккуратным мужиком, да следом повторно улететь в кювет.
– Пошли, только побыстрее, – глядя на постепенно опускающееся солнце, произнес Лева. Мужчина несколько раз поблагодарил парней за отзывчивость, и они двинулись вглубь степей, подминая колосья кроссовками.
– Вас как звать-то? – Лева окликнул идущего впереди мужчину.
– Ваня я, – послышалось спереди. – Вы сами как тут оказались?
Парни представились в ответ и поведали, что разыскивают одно поселение. Название Дима предпочел не упоминать.
– Тут, ребята, поселений-то вроде и нет, – задумчиво ответил мужчина, представившийся Иваном. – Я пока ехал, даже ни одного указателя не нашел. Дорога полностью пустая.
Лева со злостью посмотрел на Диму, тот, в свою очередь, виновато отвел взгляд в сторону.
– Да, братец, завел ты меня непонятно куда, – тихо процедил Лева. – Домой вернемся, буду себе другого партнера-искателя подбирать. Не нужны мне такие путешествия.
Диму уколол подобный ответ.
Они двигались вглубь степей, золотые колосья вокруг становились все выше, становясь неприступной стеной. Репейник так и норовил изодрать штаны, запустить свои цепкие лапы поглубже в кроссовки.
Солнце садилось все ниже, ярко-голубое небо понемногу приобретало новые, более темные тона, начинала прослеживаться россыпь ярких мерцающих звезд. Еще молодая, не набравшая силу луна тихо сидела сбоку, наблюдая за своим наступающим ночным хозяйством. Впереди, над золотыми колосьями, виднелась стена темно-зеленого леса, убегающая в разные стороны. Лева с тревогой смотрел вокруг, одной рукой прощупал очертания походного фонаря в боковом кармане рюкзака.
– Далеко еще? – нервно спросил он у мужчины. Тот, не оборачиваясь, указал куда-то в бок и побежал, исчезая в зарослях. Друзья кинулись вслед за ним.
Трава и жесткие колосья лезли в лицо, заставляя активно работать руками. Тропа постоянно терялась, Лева и Дима боялись сбиться со следа. Странного мужчины нигде не было видно.
– Черт побери, куда он подевался? – нервно, задыхаясь, прокричал Лева. Сердце бешено стучало, так и норовя выскочить из груди, в боку неистово кололо.
Постепенно среди травы Дима с Левой наткнулись на поросшую сорняками проржавелую машину. При беглом осмотре парни поняли, что это была явно давно заброшенная белая «семерка». Лобовое стекло отсутствовало, прогнивший капот частично оголял грязные внутренности. По приоткрытым дверям вился засохший дикий плющ.
Парни переглянулись.
– Это ее нам нужно было помогать вытащить? – с сомнением спросил Лева. – Куда этот товарищ подевался?
Дима осмотрелся вокруг, заметил придавленный участок тропинки сбоку от машины.
– Туда, – указал он пальцем на появившуюся тропку.
Они двинулись дальше, взяв в руки фонарики. Вокруг смеркалось, поля озарились блеклым кроваво-красным закатом. Появившийся ветерок, качающий высокую траву и листья на приближающейся непроглядной лесной стене.
Глава 7.
Странного мужчину друзья так и не обнаружили, словно он растворился среди бескрайних полей.
Тропа вывела их на уже хорошо видневшуюся колейную дорогу, убегающую далеко вперед. Вокруг не было ни души, даже птицы не пели. Они прошли сквозь лесную стену, отметили, что деревья стройным плотным рядом начинают округляться и уходить вперед от них.
– Дима, давай по-честному, – повернувшись к другу, начал Лева. – Мы шли в Малые Рудники?
Кисть, которую Дима прятал в кармане, уже не чувствовалась. Жжение в правой руке поднималось на предплечье, достигая локтя. Взглянув на свою руку, он увидел, что кожа стала белой с мраморным оттенком, кончики пальцев заострились, ногти стали немного длиннее.
– Да, – не отрывая взгляда, произнес Дима.
– Зачем ты это сделал? Что мы здесь собираемся смотреть? На очередные трупы? – Не унимался Лева. – Почему ты не сказал мне сразу?
– Ты бы отказался, – с безразличием отметил Дима.
– Это так важно, попасть именно сюда? – Друг развел руками. – Мы же могли договориться, составить четкий план, съездить сюда попозже, если так сильно хотелось. А сейчас мы снова вляпались, по своей глупости решили помочь странному мужику, который, к тому же, потерялся. Не менее странно то, что его автомобиль здесь уже не один год разлагается.
– Это очень важно, Лева, – Дима отвлекся от руки и повернулся к другу. – Я думаю, сейчас это самое важное.
Голоса в его голове будто отрубило, оставив место под полную звенящую тишину. Боли также внезапно исчезли.
Они продвигались по пыльной вытоптанной тропе, постоянно осматривая местность вокруг.
– Смотри, там дома виднеются, – Лева кивнул вперед, указывая на выглядывающую крышу.
Действительно, спустя некоторое время, они раздвинули колючие кусты и попали на широкую проселочную дорогу, вдоль которой располагались заброшенные дома. Некоторые из них полностью пришли в негодность, разрушившись практически до основания. Возле каждого дома виднелись силуэты непонятных черных высоких крестов, зловеще возвышающихся над брошенными руинами. Они шли дальше, включив фонари и пытаясь высветить как можно больше деталей из окружающего пейзажа. Под ногами периодически попадались старые кости, человеческие и не только. Лева напряженно соображал, почему главная дорога еще сохранилась, не отдавшись во власть буйной дикой природы.
Постепенно в конце главной улицы впереди выросли очертания заброшенного элеватора, едва освещаемого заходящим солнцем.
– Смотри, – Дима указал вперед.
– Это же шахтерская деревня, чему тут удивляться, – разглядывая открывшийся вид, произнес Лева.
Загадочных трупов, о которых Дима прочитал в потертом кожаном журнале, нигде не было, его внимание привлекали лишь разрозненно лежащие белые косточки, частично припорошенные выгоревшей породой и грунтом.
Шахта впереди полностью открыла свои владения. Два небольших кирпичных корпуса, просвечивая черными неприятными дырами в стенах, располагались между старым высоким заброшенным элеватором, оканчивающимся огромным металлическим колесом с натянутыми на нем тросами. При дуновении ветра от конструкции доносились скрежет и скрипы, будто башня давно собиралась на заслуженный покой.
Солнце скрылось за горизонтом, отдав полную власть яркой бледной луне и звездам. Друзья остановились, глядя на конструкции.
– Попали, конечно, мы с тобой знатно, благодаря тебе, – Лева с укоризной посмотрел на друга. – Куда нам теперь идти? Тьма такая, что хоть глаз выколи. По степи сейчас обратно не выйдем.
Дима жестом остановил разговор и вновь указал в сторону шахты.
– Смотри, там какое-то движение, – с интересом произнес он.
Лева напряженно всматривался в окрестности шахты. Действительно, лунный свет периодически выхватывал еле заметные тени, двигающиеся между разрушенными корпусами. Внезапно Дима вскрикнул, выдернул правую руку из кармана и упал на колени, хватаясь за нее и сдержанно кряхтя. В соседнем доме неподалеку скрипнула дверь, на входе показался маленький силуэт.
Следом скрипнула калитка, в ней показалась маленькая девочка в белом ситцевом платье. Одной рукой она придерживала открытую старую покосившуюся калитку, в другой держала странный грязный сверток.
– Спасибо тебе, что привел меня к отцу, – она неотрывно смотрела на сидящего Диму, крепко сжимая содержимое второй руки.
Лева поймал взгляд ее, казалось, пульсирующих светящихся зрачков.
– Это ты сбежала от нас перед Маковкой! – он указал пальцем на девочку, попутно тормоша упавшего друга. – Дима, смотри, это же она! Как ты здесь оказалась?!
Лева, начинающий понимать, что тут происходит, отпустил Димино плечо и начал пятиться.
– Подожди, в смысле, ты ей помог? – Он пораженно смотрел на друга. – Она шла за нами? Что происходит? Куда ты меня привел?
Тени от шахты начали приближаться к ним, и Дима, поднявший голову, начал замечать их шаркающую походку и грязные одежды. Окружающие дома, словно, тоже оживали, сбрасывали с себя опустошенную маску, заколоченные двери словно исчезали, и в их проемах появлялись странные сутулые силуэты.
– Отец уже близко, – холодно процедила девочка. – Ты получишь свою награду.
Морок исчез, и в калитке, на месте девочки в ситцевом платье, появилась старуха из кошмарных Диминых снов. Длинные волосы, сбившиеся в колтуны, свисали, частично закрывая старое обрюзгшее лицо. Старое рваное грязное платье, некогда бывшее белоснежно чистым, трепалось на легком ветру. В руках лунным светом озарялись старые четки.
– Ты еще кто такая? – с ужасом произнес Лева, кидая бешеный взгляд на приближающиеся силуэты грязных людей.
Старуха стояла неподвижно и молча, буравила его взглядом. Зрачки неистово пульсировали. Лева замолчал, почувствовав, что руки и ноги будто не слушаются его. Дима сидел на коленях, осматривая омертвевшую до локтя черную высохшую руку.
Странные люди окружили их, также молча неподвижно осматривая новых молодых гостей. Из толпы вышли двое – мужчина в солнцезащитных очках и сгорбившийся старичок в светло-сером пиджачке, постоянно разглаживающий седую бороду.
– А, новые пришли, – старик махнул рукой и подтолкнул в бок до боли знакомого мужчину, которому пару часов назад нужна была помощь с автомобилем. – Ваня, а ты молодец, давненько свежей плоти не было.
Мужчина снял очки и посмотрел серыми глазами на своего собеседника.
– Евгений Петрович, перестаньте. Местность такая, что особо не поживиться. Зато вон тот, худой, привел Миру, как и планировалось.
Старуха вышла из ступора, бросила быстрый взгляд на старика.
– Отец, я пришла по твоему зову.
Старик, названный Евгением Петровичем, улыбнулся и пошел ей навстречу, погладил седые запутанные волосы.
– Мира, солнышко, сколько лет прошло, – с упоением разглядывая ее, ответил он. – Я знаю, ты справилась со своим заданием. Твое колдовство было сильным.
Старуха внезапно изменилась в лице, отдернула его руку от себя, глаза налились яростью.
– Я призывала тебя, Глот, – с остервенением разглядывая его лицо, хрипло ответила она. – Они вычислили меня, связали и долго мучили. Я устала лежать в том кургане. Мое проклятье похоронило их всех, но никто не пришел мне на помощь! Ни Стервяга, ни Ольшан, никто, слышишь! Я просила, алкала, Глот, почему меня никто не слышал!
Ее напряженный крик разнесся по бескрайним тихим полям. Стена леса вокруг зашумела, деревья от резкого напора ветра начали пригибаться, теряя огромные старые ветви.
Старик молчал, поджимая губы.
– Слава богу, что этот паренек смог выйти на мой Яр, – гневно продолжила старуха. – И смог отозваться на мою боль. Иначе я бы так и лежала там.
Дима с Левой замерли, слушая странную речь двух стариков.
Евгений Петрович заложил руки за спину.
– Теперь ты здесь, прекрасная Мира. Присоединяйся к нам, могила Великой почти раскопана, жертвенный костер в процессе создания. Как неловко, что обычные люди начали строить здесь свою шахту. Я ходил, предупреждал их, чтобы они перестали заниматься строительством. Никто не послушал! И такая же участь потом постигла и меня. Убить председателя прямо на месте Покоя Матери! Но зря они так поступили, Мира. Очень зря. На моем Яре ни один не выжил.
Старик злорадно расхохотался.
– Глот, ты колдун, а я ведьма, – не унималась старуха. – Вы, колдуны, всегда были сильнее нас. Иначе Русь пошла бы по другому развитию.
Старик пропустил эту тираду, лишь отмахнувшись от Миры.
– То было в прошлом, дорогая моя, – примирительно произнес он. – Теперь мы все заодно. Десять лет назад мы заполучили еще одного колдуна, с ним у нас все получится.
Мира опустила четки, задумчиво осмотрелась.
– Я требую хороший дом. И мне не по нраву, что у вас нет нормальной чистой воды, – глядя исподлобья, произнесла она.
Старик Глот похлопал в ладоши и улыбнулся беззубой улыбкой. Мрачная толпа одобрительно зашуршала.
– Отец, разреши мне, – робко произнес мужчина Иван. – Я есть хочу.
– А, а, а, дорогой мой Ванечка, – Глот развернулся к нему, поклонившись. – Только кудрявого. Худой еще пригодится.
Толпа начала медленно сжиматься кольцом вокруг друзей. Лева с опаской бросал быстрые взгляды на мертвенно-бледные изуродованные лица, вглядываясь в пустоту ввалившихся глазниц. Дима поднялся с колен, придерживая черную сухую конечность.
– А ну, отошли! – Выхватывая фонарь, он встал, закрывая Леву спиной. – Я вас всех порешаю!
Иван, выдвинувшись немного вперед остальных, подошел к Диме вплотную, вглядываясь своими серыми зрачками в полные ужаса глаза парня. Схватив его за оба плеча, он с медвежьей силой отбросил его в сторону. Дима перестал контролировать тело, подлетел, и с силой грохнулся о ранящую тело, обдирающую ветровку и голову острую гальку. В голове резко зашумело, звуки приглушились, в глазах потемнело. Жмурясь от боли, он уже не понимал, что происходит. Вокруг медленно шаркали чьи-то полуразвалившиеся ботинки, спотыкаясь о дорожные неровности. Через несколько мгновений окружающие звуки стали более ясными, глаза начали видеть смутные расплывающиеся силуэты. Внезапно, среди звуков возни послышался душераздирающий вопль Левы и звуки борьбы. Через какой-то промежуток времени все стихло.
Поднявшись с земли, Дима рассмотрел окружающую картину. Неподалеку от него толпились те самые грязные люди, что-то выхватывая из центра их столпотворения. Оттуда же доносились чавкающие влажные звуки, периодически сменяющиеся странным треском. Земля под ногами собравшихся стала очень темной.
– Да, не повезло парню, столько времени мой народ голодал, – с ноткой жалости послышался скрипучий голос позади. – Времена нынче другие, Мира, для Черного Яра раньше голод был несвойственен.
– Глот, вдвоем справимся быстрее, – послышался второй хрипящий голос. – Естественно, я согласна на объединение, расширим наш Яр, люди стекутся. Справимся, отец.
Дима повернул голову на звук и увидел обнимающихся стариков.
– Скоро мы откопаем Мать, – прижимая к себе старуху, низко промолвил Глот. – Наша власть вернется, вот увидишь.
Полная луна над их головами, казалось, стала светить намного ярче.