- -
- 100%
- +
Глава 1.
– Разрешите, Ваше Святейшество?
Долговязый рогатый черт, помахивая остроконечным хвостом, аккуратно заглянул в дверной проем. Черные смоляные глаза полыхали тысячью огней преисподней, отражающихся от стен. Он явно нервничал, перебирая невидимые бусинки в когтистых лапах.
– Чего тебе?
В обитом потускневшей от времени кожей величественном кресле с высокой спинкой сидел Повелитель Ужаса, Утренний Светоч, Падший Ангел… Тысячи имен и названий придумывали ему жители бренного мира, воспевали и хаяли, молились и проклинали, его фигура всегда горячо обсуждалась в обществе. Люцифер, покровитель просвещения, когда-то низвергнутый из небесной канцелярии, восседал на троне в своем личном кабинете в одном из верхних кругов Ада. Свет от десятка свечей, нужных, вероятно, только для интерьера, бросался на стены и сползал под дубовый древний стол. Казалось, будто в комнате не было места даже самой маленькой тени, настолько там было светло. Из окна просторного кабинета Преисподняя была как на ладони – грешники толкались на приемном пункте. Будучи закованными в массивные кандалы, они неизвестным образом успевали толкаться, тыкать друг друга пальцами и переругиваться. Сразу за грешниками шло несколько камер с демонами младшего порядка, которые имели неплохой арсенал для покаяния плоти.
Сейчас Повелитель Ужаса сидел статно, его кожа лоснилась красновато-бордовым оттенком с переливами адского огня. Весь образ портила ярко-белая манишка и старомодный пиджак в зеленую полоску с заплатками на рукавах. На кончике носа висели, казалось, на одной Его воле узкие квадратные очки. Заостренные скулы с поигрывающими желваками добавляли некоторой жути, но совершенно круглый голый скальп с двумя маленькими рожками разбавлял строгость. В когтистой лапе лежала с виду внушительная перьевая ручка с позолоченным пером, на массивном дубовом столе лежала кипа манускриптов.
– Повелитель, бухгалтерия требует отчет по грешникам разных категорий, говорят, они не успеют закрыть квартал, – немного ужавшись в плечах, проскрипел черт.
Желваки заиграли сильнее.
– Я же предоставил отчеты и по грешникам, и по адской псарне, и по отбору некрещенных младенцев! Какого, простите, ангела они там делают?!
– Повелитель, программисты, подобранные Вами, справляются плохо, и, между нами, они часто пользуются компьютером не по назначению…
Усталость, похоже, брала верх. Повелитель опустил ручку в чернильницу, снял очки и принялся тщательно массировать переносицу.
– Хорошо. Передай бухгалтерии, что все будет. И не сметь меня больше тревожить!
Черт мотнул головой и закрыл за собой дверь.
Работа явно не спорилась. Повелитель отложил стопку пергамента в сторону, откинулся в кресле. Выдвинув верхний ящик стола, порылся среди драгоценных камней и выудил резную деревянную трубку. Следом из ящика появился бархатный кисет красивого темно-фиолетового цвета с переливающимися тесемками. Призадумавшись на мгновение, Повелитель развязал мешочек и насыпал странной мелкой зеленой травы в трубку, слегка утрамбовав смесь. Чиркнув пальцем об стол, разжег небольшой дрожащий огонек и глубоко втянул дым.
– И чем таким славится эта дурман-трава у людей, – с непониманием поморщился Повелитель, подставил поближе к креслу витиеватую чугунную урну и высыпал тлеющее нутро из чаши, предварительно обстучав по стенкам.
В окне небольшого кабинета виднелись всполохи огня и реки жидкой магмы, периодически доносились душераздирающие крики заточенных страдальцев.
В дверь вновь постучались. Не дождавшись разрешения, она распахнулась, чуть не проломила прилегающую стену. В дверях стоял с виду молодой, астеничный, дерзкий чернокудрый тип в шляпе-цилиндре и в черном костюме-тройке. Довершала образ так приевшаяся Повелителю маленькая козлиная бородка.
– Дружище, приветствую! Я извиняюсь, что так нагло, но меня уже замучали!
Повелитель прошелся к окну и обратно.
– Белиал, они снова душат меня отчетами. Я совсем не успеваю все подготовить, а еще ремонт на Третьем Кругу висит, подрядчик опять срывает все сроки. У тебя в отделе Пыток как?
Тип, которого звали Белиал, захлопнул входную дверь и проследовал к неприметному кожаному дивану. Завалился и закинул нога на ногу.
– Я, знаешь, что думаю? Вот мы с тобой уже не одну тысячу лет живем в этом Аду. Филиал, честно, не ахти, пыточные раньше были куда интереснее. Люди стали подкованными! Вот бьешь его плеткой или «ржавой звездой», а он адвоката требует и на телефон снимает! Черти с посылками из министерства скоро мне весь паркет сотрут, каждый день по несколько жалоб! Белиал больно бьет, время пыток слишком длинное, почему я должен ждать прижигание сосков одним из последних! Где наше прекрасное время, Люцифер? Одни только рокеры еще неплохо о нас отзываются, но, как ни послушаешь их песни, так сплошная попсятина!
Люцифер сложил руки на груди и одобрительно покачал головой.
– Я же не ношу шипастые браслеты и не заключаю сделки, у нас нотариус таким занимается, – сказал он с небольшой усмешкой.
– Ну и еще церковь Сатаны, – Белиал откинулся на диване, теребя краешек лоскутков кожи, свисающих по боковой поверхности дивана – кошачьих демонов Люцифер, что ли, разводит? – В начале этот милый парень Лавей казался мне интересным человеком, может, мы бы протолкнули его здесь в начальники, но потом… Сплошная политика, Люцифер. Их давно не пугает наша истинная суть! Инквизиция и та была намного интереснее!
Люцифер продолжал играть желваками. Кажется, даже рожки на его идеально гладком скальпе шевелились в такт мускулам.
– Белиал, ну что ты, в самом деле. Люди уже не те, мир уже не тот. Они сами научились наказывать себя. В былые времена отчетность нашего Ада была сверхплановой, все любили заключать договор в договорных домах. Отдавали своих детей за просто так! А Верховный все хорошо продумал, договор выполнен так, что и комар носа не подточит. В райские условия мало кто мог попасть, а мы строились и развивались! А теперь финансирование все ниже, клетки ржавеют, прутья ломаются, потолки сыпятся, зарплата мизерная. Вспомни, что случилось с языческим филиалом Верховного!
Белиал горько усмехнулся.
– Да, насчет языческих ты прав. Оптимизация, множество божков уволены за ненадобностью. На оставшихся свалили все полномочия других, а плата все та же. Неудивительно, что люди от них отвернулись.
Люцифер еще раз прошелся от окна к своему креслу. Нервно почесал локоть.
– Грешники начали меняться, Белиал. В адских печах после сожжения теперь чаще встречаются золотые браслетики, чем серебряные крестики. Нет, не спорю, людей всегда интересовало золото, но не в таких же количествах! Неужели они начинают отказываться от договорных домов? Золотой Телец запустил этот грешок тысячи лет назад и оставил свое наследство перед смертью. Люди были умнее и не старались гнаться за этим, нашли, наконец, своего истинного бога вместо рогатой твари!
Послышался усталый вздох.
– Пойдем, что ли, Белиал, к людям прогуляемся, давно там не был, с девяностых годов по их летоисчислению. Интересно, что сейчас у них происходит?
– Отлично, дружище, – Белиал подскочил с дивана, поправил шляпу и достал пятигранный кулон. – За мой счет, хорошо?
Глава 2.
Переход сквозь горы, существовавший с древних времен, разверзся среди величественных холодных фьордов. Отточенные ветром и водой скалы вздымались исполинской стеной вдоль моря, в слепой ярости бившегося где-то внизу. Хвойные деревья, понуро опустившие ветки, пугливо раздвинулись в разные стороны, открывая дорогу Люциферу и Белиалу.
Вокруг безостановочно выл ледяной ветер.
– Ах, красота, – Белиал подставлял впалые щеки под пронзающий холод, придерживая цилиндр одной рукой, – Настоящий курорт после той жары!
Люцифер не разделял радости со своим другом. Ему казалось, что Солнце в этих краях особенно мрачно и не любит выходить из-под прикрытия. Низкие тучи почему-то удручали его гораздо больше, чем каменный потолок их места работы.
Белиал остановился у обрыва, взял несколько камней и зашвырнул их в пучину вод, далеко вниз.
– А, что скажешь? Я слышал, здесь в старые времена развлекался Левиафан, бился об берег своей тушей, и сдвинул берега до таких вот скал!
– Белиал, ты как маленький, – снисходительно ответил Люцифер. Но все же едва заметно улыбнулся. – Да, он большой, но нельзя же столько времени подшучивать над его лишним весом!
Они оба замолчали, многозначительно переглянулись.
– Ладно, – сдался Белиал. – Здесь неподалеку есть портал к Асгарду.
Окрыленные желанием попасть на аудиенцию к Одину, они полетели сквозь мутные молочно-серые облака ввысь. Острый глаз Люцифера видел и вспоминал те греющие душу мгновения, когда люди звали его сюда на свои пиршества и сжигания договорных домов. Ему импонировала местная фауна, загадочные диковинные древние звери, прячущиеся среди острых камней и скал, туманные фигуры среди худощавых чахлых деревьев. Местные духи были очень стары и не умели общаться с более поздними божествами.
Портал в Асгард было очень сложно найти, видимо, Белиал гораздо чаще путешествовал по миру, нежели Люцифер. Среди серого молочного мрака начали появляться редкие оглушающие молнии. Наконец, пространство расступилось, открыло небольшой кусочек света, которому несказанно порадовался Повелитель Ужаса.
После нескольких вспышек молнии, ослепленные ярким светом, друзья почувствовали твердь под ногами. Окрыление начало спадать, болезненно ударяя в спину и прячась до следующего полета.
Перед ними была старая каменная лестница, поросшая мхом. Колонны вдоль нее уже просились на реставрацию. Плющ, огибающий исполинные балясины, местами усох и тоскливо свисал, теряясь далеко внизу.
– Приветствую в Асгарде, молодые.
Голос послышался, казалось, отовсюду, но через мгновение к Люциферу и Белиалу по ступеням спустилась старуха в старом поржавелом шлеме. На поясе болтался длинный меч, эфес требовал как минимум чистки. Как и обветшалые ножны замены.
– Валькирия, доброе утро Вашему краю, – Белиал отставил одну ногу назад, снял шляпу и поклонился. – Я, если помните, Белиал. Пришел с другом. Один на месте?
Валькирия поправила лохматые полы когда-то белоснежного легкого платья, и, как показалось Люциферу, с легкой неприязнью посмотрела на Белиала.
– На месте, демон, – Валькирия не выбирала выражения. – Ты опять пришел донимать Отца?
Белиал виновато улыбнулся.
– Мы с Одином иногда встречаемся, рассказывает много всяких сказок. Давно, правда, не был у него, – объяснился он Люциферу. – Да, валькирия. Но мы ненадолго, только переброситься парой слов. Я знаю, что вашему папе нездоровится.
Валькирия бросила подозрительный взгляд на Люцифера, но ничего не сказала. Развернулась и бросила жест идти за ней.
Ступени показались Люциферу непомерно огромными, он с трудом забирался на них. Он знал о скандинавском филиале Верховного, но никто не говорил, что здесь ко всему подходили с массивом.
– Белиал, валькирии же были такими молодыми, – Люцифер дернул за рукав друга. – Это какая-то из их матерей?
– Люцифер, это самые младшие из оставшихся, – вдруг посерьезнел Белиал. – Им же по нескольку тысяч лет.
Старуха, казалось, слышала разговор, но виду не подала. В отличии от чуть ли не запрыгивающих на ступени гостей, шла легкой и уверенной походкой.
Вскоре взору начали открываться величественные квадратные шпили крепости. Точнее, то, что от них осталось. Они шли и шли вдоль гигантских стен, огромных бойниц с почти сросшимися с местной флорой скелетами людей. Скелеты, причем, были намного больше стандартных человеческих. Во внутреннем дворе крепости картина менялась мало – унылый разрушенный пейзаж некогда древнего и могучего оплота человечества. У многих зданий частично отсутствовала крыша, конюшни также пустовали явно не одну сотню лет.
– Проходите, демоны, – старуха подвела гостей к высокой центральной башне, открыла массивную деревянную дверь.
Винтовую лестницу одолеть казалось намного проще, ступени были уже обычных размеров.
В небольшой комнате на вершине башни располагалось ложе с хаотично накиданной некогда дорогой и красивой тканью. Где-то среди лохмотьев происходило вялое движение.
– Один, дорогой! – воскликнул Белиал. – Тысячу лет тебя не видел! Как ты?
Подойдя поближе, Люцифер обнаружил среди ткани дряхлого бледного старика. Однако, что-то выдавало в нем старого воина – множественные шрамы на лице, плечах, груди. Старик открыл единственный зрячий глаз, отбросил седые волосы назад.
– Кто здесь? Фригг? – скрипучий голос с каждой буквой будто наливался неведомой силой. Спертый воздух едва заметно подрагивал вокруг ложа.
– Это Белиал, Один. Старый знакомый.
Старик задержался, глаз сначала раскрылся в ожидании чего-то радостного, но затем веки вновь опустились. Было видно, что такая новость его расстроила.
– А, молодой, – тем же скрипучим голосом произнес Один. – Помню тебя. Ты мне пытался рассказывать про своего отца и новых людей. Ну и что, у вас получилось?
Белиал вздохнул, поправил свой цилиндр и присел на край кровати. В воздух поднялась древняя пыль. Люцифер остался стоять в стороне.
– Да, Один. Новые люди оказались не такие, о каких ты рассказывал. Они стали намного меньше и хитрее. Как крысы. Ты не верил, но это так и есть – они отказываются любить воевать. Им стало по душе писать манускрипты, они начали изобретать всякие штуковины для упрощения жизни. А еще ты не верил, что им уже не нужны ваши допотопные руны – они научились нормальной письменности. У них появилась своя магия – электричество. Ну, это, конечно, гораздо позднее, но они смогли освоиться, и им понадобились мы.
Один внимательно слушал. Пошамкал губами, будто пытаясь собрать остатки влаги с давно высохших губ. Тяжело вздохнул.
– Да, Белиал. Ты молод. Я ведь был таким же, как и ты. Только я был Отцом. У меня была семья. Люди моего времени считали, что силой можно создавать жизнь, управлять собой и государством. Я смотрел на них, впитывал их желание борьбы. Я построил Асгард. Воины попадали сюда, чтобы получить свою награду за доблесть и отвагу. Мы пили с ними мед, регулярно праздновали победы, новые завоеванные территории. Я не понимаю, в какой момент эти люди перестали приходить к нам. Просто их становилось все меньше и меньше, пока я не пришел к тому, что нижний плотской мир стал таким, каким стал. Мне не для кого больше держать империю. Они променяли войны на то… на то, о чем ты мне говоришь. Помяни мои слова, молодой. Сейчас вы им нужны. Но наступит то страшное время, когда и вас забудут. Тогда будет плохо, Белиал.
Люцифер задумчиво осматривал старого Одина. Он знал, как велико было его могущество и влияние, он правил тогда, когда и в проекте не было ни Белиала, ни Люцифера, ни прочих Порожденных. Древние боги начинают исчезать?
Белиал с тоской погладил Одина по седой голове.
– Знаешь, Один, наши люди меня считают плохим. И его тоже, – Белиал махнул головой в сторону Люцифера. – А мы всего лишь исполняем ту часть договора, которую люди нарушают. Да, в твое время люди были более крепкие, чтили свое слово и действие. Интересно было бы на них посмотреть.
Один лишь отмахнул руку Белиала, стал подбирать лохмотья с ложа и натягивать на себя.
– Скоро я уйду, демоны, – устало проскрипел он. – Чтите память о своем царстве.
Один отвернулся и больше не разговаривал с ними. Люцифер поправил пиджак, откашлялся и потянул за собой Белиала на выход.
– Слушай, Белиал, наша прогулка задалась на славу. Зачем мы пришли сюда?
Белиал молчал. Он явно не ожидал увидеть вместо могущественного воина дряхлого старика.
– Боги тоже умирают, – лишь произнес он.
На подступах к выходу из Асгарда гостей вновь ждала старая валькирия.
– Получили ответы на свои вопросы?
– Лучше бы не получали, великая валькирия, – произнес Люцифер.
Спина вновь отозвалась болезненным окрылением. Яркий свет, так понравившийся Люциферу, вновь менялся на молочно-серую муть.
– Эх, Люцифер, полетели-ка на юг, я знаю один городок, где можно отдохнуть, – вдохновленно прокричал Белиал.
Глава 3.
Люцифер пребывал в задумчивом состоянии.
Летели они около часа или даже двух по земному времени. Несколько раз им встречались огромные белые яркие самолеты. Люцифер лишь морщился от сильного шума. Внизу проплывали дороги, сновали машины, с такой высоты будто ползущие по мелким тропкам муравьи, местами в небо били прожекторы. Непонятно, зачем они нужны людям, но свет был завораживающим.
Постепенно темнело. Белиал порекомендовал снижать скорость и приземляться на незаметный переулок среди высоких бетонных домов.
По приземлению на плотный асфальт окрыление вновь закончилось, ноги за время полета несколько затекли. Всюду горели яркие неоновые и галогеновые вывески, уличные светодиодные фонари, что приводило Люцифера в восторг. Они так напоминали солнечный свет, но какой-то иной. Дома вокруг были маленькие, покрыты многочисленными трещинами, словно обветшали не один десяток лет назад. Некрашеные фасады в темноте выглядели, вероятно, более прилично, чем при солнечном свете. Отовсюду на них смотрели пустые черные проемы окон, нигде не горели лампы. Белиал лишь снисходительно осматривал людей, собирающихся в шумные нетрезвые компании вдоль улиц и странных грязных заведений. Среди них большинство были молодые люди, некоторым лишь недавно исполнилось восемнадцать. Одеты они были, в отличие от Белиала и Люцифера, неопрятно, в основном, в потрепанные джинсы и цветастые толстовки с различными вставками.
– Ты только посмотри, Люцифер, – восторженно произнес Белиал. – Это же сколько нам работы впереди! Они, конечно, молодые, но на некоторых вижу скорую печать перехода. Они собираются умереть этой ночью. Эх, жаль, что мое подразделение понемногу сокращают. Среди них есть и некрещеные.
Люцифер обратил внимание на таких людей, они вели себя несколько по-другому, нежели те, кто был скреплен договором с филиалом Верховного. Они не боятся того, что будет с ними после смерти?
Начал моросить дождь. Белиал и Люцифер, опасаясь за промокшую одежду, поспешно принялись искать укрытие. В маленьких барах было многолюдно и тесно, и друзья решили зайти в самый крупный из них, что зазывал огромной неоновой вывеской «Гнездо Соблазна».
Внутри было душно, очень громко играла непонятная музыка, люди угощали друг друга… Амброзией? Нет, это походило на какой-то местный суррогат. Были и те, кто вел себя очень странно, громко кричал и пытался устроить драку. Воин? Не похож. Белиал вслух отметил, что этот господин также не скреплен с их конторой договором.
Всюду танцевали люди, многие одурманенные местными травами, порошками, снадобьями, царил полный хаос и безвкусица. Люцифер чувствовал себя неуютно, он любил лишний раз посидеть с манускриптами в полной тишине при ярком свете лампы. Помещение казалось снаружи очень огромным, но внутри было гораздо меньше. Стены отделаны пластиком, стилизованным под дерево, полы укрыты ламинатом не самого хорошего качества, местами отсутствовавшим. Мусор валялся в каждом углу – пивные банки, окурки, семечковая шелуха. Место возле бара, находившегося под лестницей на второй этаж, было отделано намного лучше – столбы из резных пород красного дерева, украшенные золотыми шарами, ярко светящейся гирляндой, разделяли нескольких барменов, поспешно справлявшихся с множеством заказов от нетрезвых веселых клиентов. Позади них на стене с различными алкогольными напитками и пачками сигарет виднелся ярко красный неоновый логотип заведения.
– Ух, какие смокинги! Вы точно по адресу зашли, уважаемые?
Белиал и Люцифер резко обернулись. Перед ними стоял молодой паренек не слишком худой наружности. Футболка была разукрашена в яркие цвета, местами с пятнами то ли краски, то ли чего-то еще. Джинсы на бедрах сидели плотно, но ниже были свободны, в ткани виднелись дыры. Прическа была встопорщена, всюду торчали жесткие вихры. Улыбающийся взгляд сноровисто бегал по лицам посетителей. На руках висели массивные золотые браслеты, шею украшала увесистая цепочка.
– Мои гости – мои друзья! – воскликнул парень. – Проходите, я укажу вам мой лучший столик.
Белиал и Люцифер с неохотой проследовали за ним. Чем дальше они заходили в заведение, тем больше подробностей местной жизни им открывалось. За баром, рядом со входом на лестницу, находились кабинки туалетов, из которых несло продуктами жизнедеятельности с нотками дурман-травы, которую пытался попробовать Люцифер. Возле дверей слились в страстном поцелуе молодые парень с девушкой, быстрыми движениями дотрагивающихся друг до друга. На руках у каждого были маленькие золотые браслетики, перекатывающиеся по предплечьям. Белиал опустил голову и покачал головой, он видел печать перехода на девушке. У парня явно были скверные мысли.
Лестница недружелюбно встретила гостей и странного парня, натужно скрипела и продавливалась под их весом. Перила были покрыты жирным черным налетом, блестевшим в свете немногочисленных диодных ламп. На втором этаже располагалось меньше столиков, люди здесь сидели повзрослее и немного поприличнее, чем на первом этаже. Столик, к которому они направлялись, находился в укромном уголке, где звук распределялся более равномерно, музыка не долбила по ушам, привыкшим больше к крикам грешников, чем к новомодной музыке. Люциферу показалось, что здесь располагаются более серьезные гости – стол был начищен до блеска, дешевый ламинат сменился на дорогую мозаичную плитку, стены украшали настоящие золотые витиеватые канделябры с оплавившимися высокими восковыми свечами, источавшими тусклый свет. Пластиковые панели сменились золотисто-зелеными обоями с лепниной. Стена позади стола была завешана плотной темной ширмой.
Все расселись по своим местам.
– Меня зовут Булл, – парень поочередно поздоровался со своими гостями. – Как вам мое заведение?
– Несколько… шумновато, – с натянутой улыбкой произнес Белиал.
– Темно и не особо уютно, – коротко ответил Люцифер.
Парень громко и задорно рассмеялся, хлопая в ладоши. Браслеты в такт его движениям зазвенели друг о друга, издавая неприятный металлический глухой звон.
– Вы, будто, из другого мира пришли! Бар, который я открыл, пользуется огромной популярностью среди остальных.
– Неужели вашим посетителям нравится такая атмосфера? – Белиал снял цилиндр, обнажая пышную черную шевелюру, поставил головной убор на стол. – Я был раньше в барах, люди приходили пообщаться друг с другом в приятной тихой обстановке, захмелеть и получить хорошее настроение на следующий день. Но что происходит у вас?
Булл широко улыбнулся.
– Уважаемые, эти бары давно канули в лету. Народу не нужно тихое время, оно им надоело до чертиков! Они требовали новых эмоций и ощущений, я начал давать им это. Обратите внимание, как хорошо это работает!
Люцифер поморщился.
– Знаете, уважаемый Булл, это приведет к тотальному грехопадению общества.
– К грехопадению общества? – Булл откинулся на стуле и громко расхохотался. Золотые браслеты зазвенели в такт его смеху. – Вы проповедники? Сто лет таких не встречал!
– Мы, Булл, не любим проповедников. Они плохо горят, – осклабился Белиал.
Булл сложил полные руки на стол, массивные золотые браслеты в очередной раз гулко звякнули о лакированное дерево.
– Странные вы ребята, честное слово, – он придирчиво без улыбки осмотрел лица своих гостей, остановил взгляд на Люцифере. – А чего красный такой? Стыдишься чего-то?
У Люцифера аж дыхание перехватило от подобной наглости, желваки вновь заиграли на скулах, но он не отреагировал словами на подобную реплику.
– Не стыдитесь ли вы подобного заведения, Булл? Ваши посетители глупы, безнравственны, не имеют явной тяги к жизни, они готовы отдать все за ваши танцы, отравленную амброзию и дурманы, – низким голосом ответил Люцифер.
Булл развел руками в стороны.
– Уважаемые, так это развлечения! Это бизнес, деньги! Посмотрите вокруг, люди веселятся без остановки, им не нужен отдых, им нужна новая порция радости, смеха, имитация беззаботной жизни!
Люцифер удивленно осмотрелся по сторонам.
– Да, но это ведь имитация. Они на самом деле не счастливы. Мы, господин Булл, работаем в… сфере последствий подобных развлечений. Многие люди после подобной, но настоящей жизни во грехе раскаиваются, но это дает им своеобразный жизненный опыт, они учатся приспосабливать свое бренное тело под меняющиеся условия жизни. Но чему учатся эти молодые люди?
Булл вновь звонко рассмеялся, потряс золотыми браслетами, начинающими раздражать слух гостей.
– Чему им учиться, уважаемый? То, что их предки получали путем набивания шишек, получали информацию из окружающего мира с большим усилием и с не всегда полезными последствиями, эти ребята осваиваются ко всему гораздо быстрее с помощью иных технологий! Они не проводят опасный эксперимент, чтобы понять, насколько он опасный, они узнают это при помощи уже готовой информации без вреда себе! Но им из-за этого не хватает реальных эмоций. Адреналин, слышали о таком? Гормон, который может вызвать настоящую зависимость. Я даю им этот адреналин, но не просто так.