Новая история старой планеты

Несколько добрых слов сказал Горазд на правах старшего. Речи произнесли все рабочие, знавшие погибшего. Стараясь не оставаться безучастным, пару слов сказал и Беримир.

В общей сложности, около пятнадцати рабочих потеряла первая рабочая экспедиция на Земле за 3 600 лет. Смерти были очень редкими, и потому для всех они становились потрясением каждый раз, когда происходил несчастный случай.

После прощания с товарищем рабочие приступили к работе, а Беримир и его команда отправились дальше, в Ламбаек. Вместе с ними туда поспешил и Горазд, приезжавший на этот рудник лишь для того, чтобы организовать взрыв скалы.

База Ламбаек, как и прежде, находилась недалеко от главного месторождения золота на планете. Деревянные бараки вмещали в себя по пятьдесят рабочих, а корпус для руководящего состава представлял собой здание несколько большее по размеру. Высокие каменные стены базы были неподвластны стихиям природы — они по-прежнему стояли на своих местах. Редко сюда прилетало больше пяти руководителей. Как правило, они командовали из Междуречья, а здесь, на базе, практически всегда жили Горазд, так как это была пока единственная территория, на которой велись работы, и Воислав, следящий за порядком и готовый в любой момент подавить недовольств о. Вместе с каждым из руководителей жили заместители, знающие свое дело и выполняющие обязанности начальства в момент его отсутствия. Недалеко от корпуса находился небольшой, но вооруженный по последним технологиям отряд военных.

Проведя несколько дней с товарищами, биологи погрузились на космический корабль вместе со всем своим оборудованием и отправились в путь. В Междуречье их уже ждали: Беримир заранее предупредил о сборе всех необходимых образцов и о скором прилете.

Корабль набрал высоту и взял курс на Эриду. Сверху было видно, как сочно-зеленый массив джунглей был окрашен буро-коричневыми расщелинами, появившимися в результате совершенного насилия над земной корой. Для группы биологов зрелище это было и пугающим, и печальным. Попытка сделать добро для одной планеты причиняла боль другой. С тоскою в сердце они смотрели, как звезда по имени Солнце садилась на востоке, освещая последними лучами тропические леса. Каждые 12 960 лет Солнце меняет свой маршрут, двигаясь то с запада на восток, то с востока на запад. Путь его целиком и полностью зависим от природных явлений, а не от собственного волеизъявления. В правые иллюминаторы были видны яркие золотистые цвета, оставленные солнцем: красный плавно перетекал в оранжевый, потом оранжевый в желтый. В левые — только темно-синее небо.

Когда корабль приземлился близ Эриды, на улице была глубокая ночь, но на освещенной посадочной полосе стояло несколько существ. Это Богдан, Казимир и Гостемил встречали возвращающихся из длительной экспедиции товарищей. Остальные уже легли отдыхать, чтобы набраться сил к предстоящей дискуссии, обещавшей затянуться на длительное время.

— С возвращением! — крикнул Казимир вышедшим на трап товарищам, стараясь перекричать рев двигателей.

В ответ биологи помахали руками и спустились вниз. Рев двигателей резко прекратился, и вновь природная тишина пронеслась над землей. Где-то в лесу укали еще неизвестные птицы, тихонько стрекотали насекомые, шумела река.

— Как прошла ваша исследовательская экспедиция? — поинтересовался Богдан.

— Отлично, — ответил Гранислав, один из участников экспедиции.

— А главное, продуктивно, — добавил его руководитель. — Мы собрали массу интересных образцов, которые сможем отправить на Родину для более тщательного изучения и дальнейшего консервирования. Ты даже не представляешь, насколько разнообразна эта планета! У меня порой складывается впечатление, что мы никогда не соберем всех образцов и не изучим Землю в должной мере.

— Мы еще долго будем добывать здесь золото, так что не волнуйся — соберем все, что можно собрать, — улыбнулся Богдан. — А для чего консервировать собранные образцы? Я не слышал, чтобы у нас была такая задача.

— Это распоряжение Ану. Он дал его мне лично, перед самым отлетом. Скорее всего, хочет собрать коллекцию, или что-то вроде того.

— Ану мудрейший нефилим и не стал бы делать это просто так.

— Я тоже думал об этом, и мне в голову приходят только два варианта. Первое — это то, что он хочет сохранить все виды существующих растений и не дать многим из них исчезнуть после смещения полюсов, а второе — это какая-то другая цель, непостижимая нашим сознанием. Так или иначе, он мудрейший, и я ему полностью доверяю.

— Ты прав, — согласился Богдан. — Завтра нам предстоит трудный день, и остальные руководители уже легли отдыхать. Предлагаю и тебе немного отдохнуть, а потом соберемся на консилиум. Нам многое нужно обсудить.

— Как продвигались у вас исследования в этой области? Делали запросы к жрецам? — продолжал задавать вопросы Беримир, распираемый любопытством.

— Да, у нас все прошло по плану, но об этом — после отдыха. Я уже так привык к земному времени, что приходится регулярно отдыхать по ночам.

— Конечно, я все понял, — ответил биолог, поняв что Богдан устал.

— Тогда располагайтесь, отдыхайте, а позже увидимся.

Уставшие члены экспедиции зашли в барак и устроились на приготовленных им местах. Предстоящая беседа должна была забрать много сил, поэтому Беримир без промедления лег на постель и, закрыв глаза, расслабился. Несмотря на важность предстоящей дискуссии, его не беспокоило волнение и эмоциональный фон был ровен. Скорее всего, какая-то часть сознания понимала, что в успешном исходе диалога заинтересован не только он, но и каждый из нефилимов, а соответственно, не нужно было уговаривать собратьев сделать то, что они не хотели.

Ночь прошла быстро, и вновь день разбудил собравшихся птичьими песнями. Минуло много веков с тех пор, как произошла последняя общая встреча, на которой присутствовали все руководители. За это время каждый из них сходил в длительные экспедиции, все в разное время побывали в Ламбаек. Сейчас вместо Горазда в африканских рудниках остался Милован руководить добычей золота. Следить за порядком вместо Воислава начал Некрас, его первый заместитель. Неизвестно, сколько времени должен был продлиться совет, прежде чем нефилимы придут к единому мнению.

За большим круглым столом из цельного камня собралось все руководство нефилимов. Стол был точной копией того, что находился во дворце Ану и напоминал о родном доме.

— Хорошо, что тебе удалось быстро справиться с задачей, — сказал Богдан.

На это Беримир развел руки в стороны и улыбнулся: — Старался, как мог.

— Рад вас всех видеть здесь в полном здравии и хорошем расположении духа, — начал вступительную речь Богдан. — Сегодня мы все собрались для решения одной важной задачи, которая поможет нам жить на этой планете и вести более интересную жизнь. Здесь присутствуют все руководители экспедиции, и, должен заметить сразу, от решения каждого из вас зависит результат собрания. Переходя к сути, скажу, что выдвинутая на обсуждение идея принадлежит не мне, а Беримиру. Это именно он хочет украсить наше существование, за что ему спасибо.

Я думаю, что многие из вас знают, какая идея была им выдвинута, поэтому скажу вкратце. Наши костюмы, созданные на Родине, несовершенны, так как имеют свойство рваться и создают много неудобств, поэтому есть предложение пойти дальше — создать костюмы для наших душ, — на этом Богдан замолчал, осматривая собратьев и вглядываясь в их реакцию на последние слова. — Сейчас мне хотелось бы предоставить слово Лучезару.

— Я считаю идею Беримира вполне разумной, — сказал Лучезар, один из старейших жрецов Родины. — Меня не может не радовать тот факт, что существа нашей расы по-прежнему помнят о бессмертии души. Сейчас, видя в глазах многих из вас сомнение, я не буду стараться вас переубедить. Скажу только, что я знаю: каждый из нас бессмертен. Более того, уважая Ану и зная его мудрость, вы понимаете, что я не был бы его первым советником, если бы не знал того, о чем говорю.

— Лучезар прав, — согласился Градак. — Я не вижу повода для беспокойства. Но что именно ты хочешь предложить сделать? — обратился он к биологу.

— Я хочу создать новые физические тела, подходящие под климат этой планеты. Они будут обладать более плотной кожей, лишены непригодных частей тела, таких как верхние руки и когти, а челюсти будут приспособлены для приема более жесткой пищи. Я собрал все необходимые образцы, из которых мы сможем создать подходящий материал. Соединив лучшее, мы создадим идеальную форму для жизни на планете.

— То есть ты хочешь из всех уже обитающих видов искусственно создать один, нарушив естественный эволюционный процесс? — поинтересовался Гостемил, которого, как врача, должна была заинтересовать такая работа.

— Не совсем. Созданный вид не будет развиваться сам по себе и вмешиваться в жизнь земных существ. Мы лишь создадим пустую оболочку для выполнения наших работ.

— Наука для того и создана, чтобы помогать развитию, — сказал Горазд, посмотрев на врача. — Лично я не был бы против, если бы мы создали идеальное животное.

— Я тоже за! Просто хотел до конца понять, как видит ситуацию Беримир. Так сказать, поставить все точки над i прежде, чем мы начнем работу, — ответил Гостемил.

— Да, я её вижу только так, — ответил биолог и, переведя взгляд на Горазда, добавил: — Только вот боюсь, что создать идеальный вид у нас не получится, так как строительный материал весьма далек от идеального. Мы сможем создать только неуклюжее тело, обладающее большой физической силой. Мне кажется, что за основу нужно взять гоминида, который наиболее приспособлен к работе на рудниках, чем остальные виды. Этот вид идет своей эволюционной тропой и в конечном итоге тоже когда-нибудь может стать подходящим работником, но пока до этого далеко, можно создать только тело, похожее на гоминида.

— А этих качеств будет достаточно для выполнения поставленной задачи? — поинтересовался Воислав.

— Я полагаю, вполне.

— А как ты предлагаешь отличать нас, руководителей, от простых рабочих? — вновь поинтересовался Воислав, видимо продумывая способы преобразования армии или то, какими должны быть опознавательные знаки для солдат и простых рабочих в случае бунта. — Сейчас на наших костюмах есть опознавательные знаки, а потом их не будет.

— Можно создать тела разных цветов, — подключился к разговору Гудислав. На Родине он был известным искусствоведом, и его отправили на Землю для познания новых форм искусства.

— А что, это идея. Тела рабочих могут быть темного цвета ведь они постоянно трудятся под открытым солнцем, а наши тела будут светлее, — закивал головой Воислав.

— Если объединить то, к чему мы пришли сейчас, и то, что было решено некоторое время назад по рации, тогда с физическим обликом все примерно ясно. А как быть с внутренней составляющей? Наши физические тела за время жизни полностью слились с духовными. А если потребуется время, чтобы в новых телах приспособиться к телепатическому общению? — спросил Горазд.

— Этого не произойдет, ведь главное — душа, а физическое тело полностью подстраивается под неё, — вмешался Лучезар.

— Тогда нам нужно обязательно сохранить наш метаболизм и сильную иммунную систему.

— Это бесспорно. Без крепкой иммунной системы нам здесь не выжить, — ответил Гостемил.

— Тогда нужно уже сейчас создавать пробную модель. Это необходимо сделать хотя бы на компьютере, чтобы знать, в какому результату стремиться, — сказал Горазд.

— Не надо ничего создавать. Все уже создано, — счастливо улыбаясь ответил Беримир. — За время экспедиции мы с командой уже разработали компьютерные модели этих тел, и сейчас я покажу вам, что получилось.

Он открыл портативный компьютер и подключил к большому монитору, висевшему на стене зала. На экране появилась картинка странного существа, очень похожего на упомянутого гоминида, с которым нефилимы столкнулись в первые же дни после своего приземления. Руководители помнили, как эти слаборазвитые существа атаковали их корабль примитивными копьями и камнями. Защищаясь, пойманные врасплох рабочие-нефилимы открыли огонь из автоматического оружия и убили несколько десятков гоминидов, а остальных отогнали на большое расстояние. С тех пор встречи представителей двух планет происходили крайне редко. Гоминиды прятались от страшных пришельцев, боясь расправы, и лишь примитивным способом фиксировали их изображения на стенах пещер, оставляя тем самым предупредительные знаки потомкам: — увидев подобное существо в скафандре, как их рисовали первобытные художники австралопитеки, последующие поколения гоминидов должны были держаться от них на расстоянии.

— Перед вами наиболее подходящая форма для обитания на этой планете, — пояснил Беримир, показывая на экран. — Как видите, у него две руки, две ноги, мощный плечевой пояс, для физического труда руками, сильные ноги. Это существо прямоходящее, что не дает быстроты, но очень подходит для работы. Вообще, такие тела лишены скорости, маневренности, но обладают невероятной физической силой, что наиболее востребовано в нашей ситуации. Этот вид обладает прочной кожей, способной принимать на себя прямые солнечные лучи, — Беримир увеличил на экране изображение кожи, показав её в разрезе. — Она содержит в себе множество рецепторов, которые помогут испытывать тактильные ощущения. На руках и ногах по пять пальцев, — он приблизил кисти рук. — На руках пальцы растут наиболее подходящим образом для работы на рудниках. Пальцы ног может и не так практичны, но давайте оставим такое количество для симметрии.

Нефилимы слегка рассмеялись и после небольшого отвлечения от темы попросили биолога продолжить.

— Особое внимание следует уделить голове, — и Беримир приблизил на своем компьютере изображение головы, которое тут же спроецировалось на большом экране. — Как видите, отсутствует мешок под челюстью — я считаю, что в командировке он нам не нужен. Вместо резцов будет удобнее использовать обычные костные отростки, идеально подходящие по своим качествам для перемалывания земной пищи.

— В принципе, Беримир, все уже готово, как я вижу, — прервал Горазд.

— Да, все касающееся физического облика готово. Осталось только доработать с Гостемилом кое-что из внутреннего строения.

— Тогда, я полагаю, наше присутствие здесь уже лишнее?

— Нам сейчас главное — решить, стоит ли продолжать работу по созданию новых физических тел дальше или нет. А потом уже, по мере необходимости, Беримир и Гостемил будут подключать каждого из вас, — сказал Богдан.

Нефилимы одобрительно закивали головами и послали друг другу положительные образы. Это означало, что работа команды биологов не прошла даром и теперь можно с головой посвятить себя созданию нового тела, что было безгранично почетно и интересно.

В течение нескольких следующих лет Беримир, совместно с Гостемилом и Лучезаром, трудился над реализацией проекта. Все это время рабочие продолжали добывать золото, а на Родине готовилась новая экспедиция. По истечении этих нескольких лет кропотливой работы эксперимент был закончен, и в один из солнечных дней ученые вновь собрали всех руководителей в Междуречье и представили новую форму для земных экспедиций. Прежде чем принять этот образец, было проведено множество экспериментов с ДНК и митохондриальной ДНК, в результате которых появлялись и недееспособные существа. Нефилимы скрещивали ДНК самых разных животных, пойманных на Земле, и испытывали их тела на пригодность. В результате скрещивания летучей мыши и обезьяны получилось страшное, поросшее черной шерстью животное, умеющее летать, но не способное передвигаться по земле. Смешав гены гоминида и быка, появился на свет гоминид с бычьей головой — минотавр. Гоминиды больше других «страдали» от осуществляемых нефилимами опытов, поскольку представители именно их вида чаще всего становились подопытными. В результате экспериментов появлялось множество тел, но структура лишь немногих из них была приспособлена к выживанию. Однако нефилимов это не останавливало. Если в результате скрещивания гоминида и шакала получалось неудобное тело, ученые продолжали ставить опыты на этих же животных, выводя более подходящее. И, хотя наилучшая модель костюма для души была давно определена, нефилимы не останавливались на достигнутом и эксперименты не прекращались. В результате опытов появлялись гоминиды с головой птицы, крокодила, аиста, слона и других животных, орлы с двумя головами, неимоверно большие львы с толстой шкурой, русалки. В качестве развлечения были созданы быстроходные тела — кентавры, в которых нижняя часть тела была как у лошади, а верхняя — как у гоминида. Некоторые опыты были столь удачными, что ученым удавалось вывести новый вид, состоящий из элементов трех видов. Подобным образом была получена химера — туловище козла, голова льва, хвост в виде змеи. Все наилучшие экземпляры, не имеющие дефектов, были отобраны и «законсервированы» в специальных камерах.

В стеклянной лаборатории, где повсюду стояли совмещающиеся пробирки и аппаратура, собралось все руководство. В центре комнаты находилось два каменных подиума, напоминающих кровати. Один из них накрывала ткань. Второй был гладкий, отполированный. С нескрываемым волнением нефилимы ждали вступительного слова Беримира. Им было любопытно поскорее увидеть свои новые тела, в которых придется работать в последующих экспедициях. Первым к собравшимся вышел Гостемил. Внешне он был спокоен, но внутри кипело нетерпение. Ему, как и биологу, хотелось представить на суд своих собратьев плод кропотливой работы последних лет. Гостемил был уверен в успехе проекта, и поэтому ничто его не беспокоило. Проведя тысячи экспериментов и создав несколько пробных образцов, разработчики остановили свой научно доказанный выбор именно на этом экземпляре. Следом за Гостемилом вышел идейный вдохновитель эксперимента и без вступительной речи сразу перешел к сути.

— Все мы долго ждали этого момента, поэтому не смею держать всех вас в томительном ожидании. Скажу только одно. Всем было интересно узнать, как продвигаются успехи в эксперименте, и все вы активно помогали в его реализации. Каждый из вас внес весомый вклад в создание этого шедевра, — и Беримир указал рукой на накрытый тканью стол. — И то, что вы сейчас увидите — результат работы каждого из вас. — Он посмотрел на Гостемила, и тот, поняв что пришло его время сыграть главную роль, торжественно откинул ткань со стола.

Собравшиеся восторженно зааплодировали, и по этим аплодисментам создатели костюма поняли, что работа их заслужила одобрение и похвалу.

— Перед вами, братья, наш новый облик, — с еще большей торжественностью произнес Беримир и перевел взгляд на Лучезара, еще одного нефилима, внесшего большой вклад в создание тела.

— Позвольте вам продемонстрировать, как оно работает, и я надеюсь, что это развеет все ваши сомнения в существовании души, — сказал Лучезар. — Перед вами пустое тело, лишенное своего хозяина, то есть вас. Оно не может существовать самостоятельно, как и наши защитные костюмы, которые мы носим уже много лет, не могут ходить сами по себе. Как видите, тело лежит на одной из совмещенных между собой каменных платформ. Это специальное приспособление, переносящее своим примитивизмом в будущее, когда у большинства из нас уснет сознание, и мы не сможем даже ненадолго покинуть свое физическое тело. Такие столы займут свое место на всех базах, куда начнут прибывать корабли с Родины. Они специально созданы из гранита, чтобы их не разрушили ни время, ни Переход, поскольку этот камень является одним из самых прочных материалов, существующих на Земле. На один стол будет ложиться прилетевший нефилим, — и Лучезар указал рукой на свободную платформу. — И, совершив выход из тела, сразу будет перемещаться в другое физическое тело, — он повернулся в сторону второй платформы, на которой лежало новое тело, — свою родную оболочку оставив на столе. Приспособление, которое вы видите у изголовья столов, будет задавать направление движения души. Это сделано для того, чтобы, выйдя из тела, вас не бросало из стороны в сторону, поскольку многие забудут, как передвигаться в астрале. Приспособление будет прямиком перенаправлять вас в нужное тело.

— А что будет с нашими телами, данными нам от рождения? — спросил Горазд.

— Мы переместим их в хранилище, где они будут находиться в первозданном виде, — ответил Гостемил.

— А сейчас позвольте вам продемонстрировать работу нового тела в действии, — сказал Лучезар и лег на пустую платформу под восторженные комментарии собратьев.

Лучезар был непревзойденным магом и подобные поступки были для него естественны. Он лег на стол и начал расслабляться. Нефилимы резко замолчали и стали наблюдать. Прошло совсем немного времени, и опытный маг с легкостью оставил свое тело и вошел в новое. Рука неведомого прежде тела зашевелилась — собравшиеся затаили дыхание, и скоро аудитория взорвалась громом аплодисментов, когда это тело приподнялось на столе и свесило ноги.

— Вот видите, — послал Лучезар телепатический вопрос собратьям, — как все просто? Кстати, я вас очень хорошо слышу и понимаю, так что можете говорить как обычно. Но я еще не овладел полностью новым телом и не смогу ответить вам словами. Потребуется время, чтобы научиться управлять им, и я уже разработал комплекс упражнений, способных сократить адаптационный период.

Лучезар поднялся на ноги и сделал несколько движений. Движения получились резкие и неуклюжие.

— Сколько таких тел вы планируете создать? — продолжая аплодировать, спросил Богдан.

— Это занятие довольно трудоемкое, но мы, посовещавшись, решили предложить вам на рассмотрение цифру 612. Такое тело необходимо любому рабочему, потому каждый из них должен получить его. Также необходимо создать двенадцать тел для руководящего состава. Вновь прибывшая экспедиция будет брать тела команды, собирающейся к отбытию, — ответил Беримир.

— Более того, в ходе экспериментов мы пришли к выводу, что это физическое тело способно сохранять в себе информацию, полученную при использовании. Поэтому тот, кто следующим прилетит на Землю и будет выполнять мои функции, может смело брать тело, в котором жил я. Тот, кто прилетит на замену Богдану, останется Богданом для рабочих. Это очень удобно! — добавил Гостемил.

— Гениально! — воскликнул Горазд. — Я полностью согласен с предложением наших ученых.

Нефилимам понравился образец созданного тела, и они с радостью приняли его. Это изобретение должно было внести новые ощущения в жизнь инопланетных гостей на Земле. Сделать её радужнее, а самое главное — безопаснее.

Глубоко под землей было оборудовано специальное хранилище для тел нефилимов, где они хранились в течение всей экспедиции. Там соблюдались необходимые условия для того, чтобы тела не меняли первозданного вида. Каждая оболочка была защищена отдельным энергетическим колпаком, для открытия которого требовалось набрать соответствующий паттерн. Только тот нефилим, чье тело лежало под колпаком, знал личный код-паттерн заключающий в себе определенный набор чувств и эмоций, которые было необходимо вызвать в себе, прежде чем подойти к находящемуся под защитой телу. В случае неправильного набора приблизившаяся сущность моментально вспыхивала огнем, даже не успев понять, что с ней произошло. Внешне эти защитные поля были не видны, но имели страшную силу воздействия.

В предвкушении земной жизни Энлиль провел последние месяцы, воскрешая в голове воспоминания о былой поездке. Жаль, что в то время запрещалось покидать водную стихию, и наблюдать за загадочной сушей приходилось только на расстоянии. Круговорот мыслей возвращал в город дельфинов, к Дгуну, Игруну, Большому Сэму. Эти существа дали много тепла и доброты, научили по-новому смотреть на некоторые вещи, например относиться к неудачам с улыбкой, а самое главное, более широко раскрыли понятие Любви. Вся жизнь обитателей Земли была пропитана Любовью, терпением и состраданием. Не было в ней места злости и эгоизму. Жить, посвящая свою жизнь собратьям — было одним из девизов океанского братства. При первом же намеке на угрозу дельфины и киты бросались на помощь товарищам, позабыв о собственной безопасности. Породившие ностальгию мысли долго не покидали беспокойную голову Энлиля.

Было решено, что во время смен экспедиционного состава прилетевшие нефилимы станут занимать тела собратьев, выполняющих их же функции. То есть тело Горазда брал следующий инженер, Беримира — главный биолог, а Воислава — тот, в чьи обязанности входило поддерживать порядок на рудниках. Это было очень удобно, так как тела сохраняли память, и взявший тело нефилим сразу узнавал всю информацию, полученную предшественником.

Задолго до назначенного времени Энлиль прибыл на космодром и с нетерпением ждал остальной экипаж. Он уже слышал о новом изобретении предыдущей экспедиции — «скафандре» для души. По словам Беримира, это было лучшее из всего придуманного нефилимами на Земле начиная с первого прибытия на планету. Оно позволяло в полной мере радоваться физическим ощущениям в новом мире — от приятного прикосновения воды, ветра, солнечных лучей и всего растительного мира. Слова Беримира еще больше подогрели и без того раскаленный интерес Энлиля к давно покинутой планете, и ему хотелось на себе испытать описанные биологом чувства.