Глаза ужаса Z. Часть 2

Новый дом

Андрей, пытаясь приподнять свою черную кофту вверх, защурился от боли. Свернувшаяся кровь играла роль клея. Ему пришлось отрывать ее от себя, оголяя девственную рану. Кровь все еще, нехотя, вытекала из пулевого ранения. Молодой человек был потерян во времени и пространстве. Сколько прошло? Часы? Дни? Может уже неделя? Его единственный сух паёк почти истощился, а это значит, скоро истощаться начнет и он. Благо, воду он экономил. Без еды он сможет протянуть пару недель, но без воды его жизнь закончится за считанные дни. За дверью его кладовой было тихо: ни шороха, ни шепота мертвецов. Одинокая лампочка продолжала упрямо испускать бледный свет. Андрей считал, если она перестанет светиться, у него не останется выбора и ему придется столкнуться с тем, что его ждет в коридоре. Смертью, с глазу на глаз. Он ловко ее избегал, но сейчас не тот случай. Какова вероятность, что фортуна окажется на его стороне, если его козырь в виде иммунитета под вопросом? Он не хотел об этом думать, но в глубине души прорастало семя сомнения. Андрей, подошел к выключателю и, глубоко выдохнув, выключил свет. Синхронно со светом он закрыл глаза. Сделав пару глубоких вдохов, он их открыл. Силуэт помещения начал медленно прорисовываться. Зрения, которым он обладал в темноте раньше, сейчас не было. Он наощупь добрался до своей стены и присел. Оттолкнув от себя блокнот, Андрей прилег на пол.

Горящие повсюду здания и машины. Густой темный дым перекрыл горизонт, закрывая взор. Запах гари был до ужаса тошнотворным. Земля была высушена настолько, что напоминала пустыню. Со всех сторон света доносились отчаянные мольбы о помощи. Земля была обсыпана обломками прошлой, некогда великой, цивилизации, начиная с листовок с объявлениями и заканчивая хламом от разрушенных зданий. Данный сад хаоса был украшен гильзами, кровавыми пятнами и разорванной одеждой. Посреди всей разрухи бродили ненасытные мертвецы. Их глаза горели резким оттенком красного. Изо рта обильно текли слюни, перемешанные с черной желчью. Вытянув руки вперед, армия зомби направлялась в сторону единственного выжившего. Свет солнца пытался пробиться сквозь густой дым, дабы осветить место боя, но все его попытки были тщетны. Против зомби выступал человек в темно-черной куртке и потрепанных джинсах. Вся одежда была пропитана кровью. На лице была тканевая черная маска, а взгляд прищурен. Он держал автомат, а руки дрожали. В его голове шепотом прорезался голос: “Ты справишься. В скором времени, тебе не потребуется оружие. Ты и есть оружие. Против армии смерти ты выступишь один”.

Андрей молниеносно открыл глаза из-за громкого рычания за дверью. Силуэт комнаты все еще прорисовывался. Рычание затихло и реальность снова погрязла в тишине. Когда заживет рана, когда появится некогда ночное зрение он снова будет в своей тарелке. Всех виновников ждет расплата. Она будет исполнена не самым гуманным способом. Молодой человек снова подошел к выключателю, нагло выбивая темноту из комнаты, снова включил лампу.

Прошло пару недель, как мы были у Белова. Вертолет так и не прибыл. На базе случилось ЧП, по крайней мере, нам так сказали. Другой вид транспорта нам также не отправляли. Последняя группа выживших, отправленных на автомобилях, без вести пропала. Нам ничего не оставалось, как обживаться в новой среде обитания. Жене оказали квалифицированную помощь. Она пропила курс антибиотиков и обезболивающих препаратов, рана не беспокоит, культя без признаков воспаления. Доктор периодически осматривал рану и проводил ревизию. Даже спустя время, хоть и небольшое, на душе легче не становилось. Я вспоминаю взгляд девочки, лежащей на земле вытянув руку для остановки заражения. Помню крик. Я до сих пор ощущаю ее боль. Мы оказались теми еще мясниками несмотря на то, что ее спасли. Это наше настоящее, новая ветвь в истории. Новый пунктик. Прямохождение, добыча огня, социальное развитие, постройка цивилизации…А теперь регресс. Медицина не так сильна и лучшим решением остается ампутация. Нет органа нет проблем. Еще немного, и чтобы не создавать шума, начнем разговаривать жестами. Позже будем радоваться огню. Последним этапом станет то, что мы обрастем шерстью и начнем жить на деревьях. Наши предки сумели противостоять суровому миру и начать эволюцию согласно Дарвину. А какие шансы у нас? Буквально, весь мир против нас. Если мне удастся добраться до конечной точки, тогда появится шанс. На днях, я разговаривал со здешним солдатом про блокпост. Он рассказал, как в прошлом, это место буквально было блокпостом, но со временем расширяясь и набирая огневую мощь превратилось в военную базу. У нас будут большие шансы, если мы доберемся.

Влад, насколько возможно, пришел в себя. Стал спать более спокойно. Много гуляет по окрестности и разговаривает со всеми, узнавая их прошлое. Дэни также приняла прошлое, начала ценить то, что есть сейчас. Мы с ней большую часть времени проводили с Максом и Лилей. Они не давали уходить в свои мысли и переживания, не давали отчаиваться. Лиля была беззаботной и очень ветряной, но именно это нам сейчас было нужно, чтобы смириться с настоящим и забыть прошлое хотя бы на время. Макс рядом с ней пытался быть таким же, но находясь с собой наедине его взгляд обращался назад. Мы с ними часто крутились рядом с Беловым, пытаясь выпросить любую работу. Ответ всегда был неизменным – нет. Помимо солдат, здесь были ученые, повара, инженеры и конечно выжившие. Сколько всего здесь было людей я не знаю. Много. Весь периметр был обнесен забором под напряжением. В центре базы была крупная постройка, бывшее здание дома культуры. Оно играло роль казармы, оружейной и пункта связи. В него нас не пускали. Отдельное некрупное здание, находившееся по соседству с казармой, было кладовой. Здание для выживших, бывший крупный двухэтажный супермаркет. Он умело был перестроен под людей. Матрасы, раскладушки. Поначалу было тяжело засыпать, когда в метре от тебя храпел незнакомец, но к началу 3-го дня я адаптировался. Бывший склад супермаркета перестроен под столовую. Также стояла длинная фура – бывшее медицинское приспособление, чтобы доставлять специалистов по районам и оказывать медицинские услуги. В нем было множество небольших кабинок. Оснащен он хорошо и при необходимости медики могли сделать узи и провести исследования. Затем шла импровизированная душевая. Отдельная кабинка в углу базы, к которой были проведены трубы с водой. Подытожим, есть все необходимое для того, чтобы продолжать чувствовать себя цивилизованным. Вокруг нас было спокойно. Ежедневно бойцы Белова делали вылазки пополняя запасы продовольствия и очищая территорию. Вход в эту базу был единственный. Его охраняло пара десятков человек. Как Белов и говорил, здесь мы были в безопасности, ощущение преследования ушло на нет. Мы чувствовали себя максимально бесполезными.

Обычный день. Почти такой же, как и предыдущие, за исключением дождя. Буквально вчера моросил холодный дождь, от чего мы все попрятались в свои гнезда, а сегодня уже светит солнце. Мы сидели на скамейке с Максом, наблюдая за тем, как дети играют на улице, а с ними пыталась найти общий язык Женя. Лиля и Дэни гуляли по территории, разговаривая о своем. А Влад стоял недалеко от главного входа и разговаривал с одним из бойцов.

– Андрей, тебя не напрягает чувство обеспокоенности? – обратился друг, взглянув на меня вопросительным взглядом.

– Ты, о чем, Макс? – ответил я, прислоняясь к спинке скамейки и готовясь к диалогу.

– Все так гладко и хорошо, будто нет той опасности, которая была буквально недавно.

– Тревоги нет, ощущения преследования нет. Я как-то спокоен. Мы в хороших руках.

– Верно. Здесь действительно все надежно, и мы под защитой. Но за нами, черт возьми, гналась армия, под предводителем хитрого, умного, военного зомби. Он наверняка знает, где мы.

– Вот ты заговорил о нем, и мне стало не по себе. Ну зачем ты так, Макс?

– А я что? Это же правда.

– Мне кажется, если будет нападение, здешние бойцы дадут отпор.

– Думаешь отобьют?

– Их здесь сколько? Человек 100? 150? Все вооружены, все профессионалы. Электрический забор. Уверен, они смогут. Плюсом, выжившим тоже могут выдать оружие и тогда количество защищающихся вырастит вдвое.

– Все равно страшно.

– Еще бы. Мы чудом спаслись, но думаю, самое страшное позади, – сказал я.

– А мне кажется, что это только начало. Мир только меняется. Все придет к тому, что на одного выжившего будет по 10 мертвецов, если не больше.

– Давай жить здесь и сейчас. На данный момент все хорошо и думать о плохом не будем. Если же что-то случится. мы быстро приспособимся к ситуации.

– Да, ты прав. Не буду думать о плохом.

– Расскажи о себе. Я лишь знаю, что вы с Лилей с детдома и, что впервые встретили зомби мальчика на аттракционах.

– А что рассказать?

– Ты видел когда-нибудь родителей?

– О… Это отдельная история, – нахмурившись ответил Макс.

– А ты куда-то торопишься?

– Ха, ну тогда слушай, – начал Макс, – Детство я помню лишь с детдома. Какой там контингент думаю ты знаешь, но это не важно. Когда мы вышли с детдома, я не мог найти себе место. Я хотел найти родителей, но Лиля не такая. Она давно уже о них перестала думать. Я же оправдывал их, видимо были причины меня бросить. Около месяца я их искал и нашел! К этой встречи мы готовились, морально. Купили вино и торт, красиво оделись и направились знакомиться.

– И как все прошло? – пристально вглядываясь в грустные глаза Макса, спросил я.

– Мы звонили в звонок около 5 минут. Из квартиры доносился смех, пьяные разговоры. Я осмелился и толкнул дверь. Она оказалась незапертой. Запах был ужасный, перегар и курево. Все грязно, – поморщился Макс, – На кухне я увидел их: маму и папу. Пьяные, с глупым взглядом. На столе водка, кусок хлеба и пепельница. В углу комнаты использованный шприц. Внутри стало так тошно. Говорю: “Привет, я ваш Сын”. Они замолкли, ухмыльнулись и пригласили за стол. Я открыл вино. Мы посидели, немного выпили и поговорили. Нормального разговора не вышло. До них будто не доходило, кто перед ними. В течение следующей недели я ежедневно ходил к ним. Пытался наладить контакт.

– Так?

– Все изменилось в одну ночь. Мы с Лилей сидели у себя дома и смотрели телевизор, как в нашу квартиру вломилось двое мужиков. В черных кожанках, с такими бандитскими мордами. Тот, кто покрупнее, меня схватил и прижал к полу, а второй ударил Лилю и стал к ней приставать. Оказалось, что мои родители продали меня этим дилерам за дозу. Они и пришли по их наводке к нам. Услышав это, я обезумел, вышел из себя. Сумел вырваться и схватив молоток, я разбил головы этим бандитам и прибежал к родителям. Я хотел сделать тоже самое с ними, но они смотрели на меня и не понимали, кто я. В итоге я просто разнес их хату и ушел. Похоронив их у себя в голове окончательно.

– Жестко. Сочувствую тебе, – выдавил я из себя.

– Да. Выходит, они кинули меня дважды, а я оказался слишком наивным.

– Мда…

– Плевать на них. Своим детям я создам лучшую, насколько смогу, жизнь, – сказал Макс.

– Да, ты точно не будешь копией своих родителей, – ответил я.

– А вы думали о детях? – спросил Макс.

– Нет, не думали. Дэни должна была сначала закончить ВУЗ.

– Тяжело смотреть на Женю? – поинтересовался Макс.

– Ты не представляешь как. Она такая жизнерадостная и храбрая, столько всего уже увидела.

– Это точно. Вы ее спасли, пусть даже таким способом.

– Если бы можно было вернуть время назад…– задумался я.

– Не было бы той жизни, которая у нас сейчас. Ты чувствуешь ответственность за нее? – спросил Макс вглядываясь в мои глаза.

– Да, я должен ее оберегать.

– Отцовский инстинкт.

– Вроде того.

– Тебя врач к себе не вызывал? – спросил Макс.

– Больше нет. Несколько раз брал анализы и на этом все.

– Понятно, наверняка еще обратится.

– Скорее всего. Если мы раньше отсюда не свалим, – сказал я.

– Белов не говорил, когда вертолет прибудет?

– Нет, сказал лишь то, что из-за непредвиденных обстоятельств придется подождать.

– Мы, и так, понимаем, что это за обстоятельства – зомби.

– Представь, прилетит вертолет, а пилот зомби, – улыбаясь сказал я.

– Знаешь, Андрей, это не смешно! По твоим словам, тот снайпер был зомби, нельзя исключать ничего.

– Когда он был рядом, я ощущал злость и жестокость. Всегда, даже, когда он только к нам направлялся.

– Это как? У тебя развился нюх?

– Что-то типа того.

– А сейчас? Что-то чувствуешь? – поинтересовался Макс.

– Неа, поэтому и чувствую себя спокойно.

– Хорошо.

На улице было безветренно. Солнце лениво находилось в зените, пытаясь согреть землю последними теплыми лучами. Все солдаты ответственно находились на своих постах, не отвлекаясь ни на что. Дети играли в догонялки, а их родители стояли в стороне и светло улыбались. Сказочное время… В прошлом, на это никто не обратил бы внимание, но сейчас это что-то чудесное, что-то невероятное.

– Дядя Андрей, вы мне поможете? – подбежав ко мне, обратилась Женя.

Она показывала на куртку, которая расстегнулась. Ее синюю куртку по приходу выкинули и ей выдали новую, более теплую, серого цвета. Я улыбнулся и опустил взгляд в землю. Тяжело смотреть на нее.

– Все. Ты аккуратнее, не упади, – спокойным голосом сказал я.

– Хорошо, дядя Андрей! – ответила Женя и вновь побежала к своим сверстникам.

– Как она? – спросила Дэни, подойдя к нам и присаживаясь рядом со мной.

– Она хорошо, – ответил я.

– А как ты?

– Я нормально.

– Точно?

– Да, дорогая.

– Ладно. Люблю тебя.

– А я тебя люблю, – сказал я, после чего поцеловал Дэни в щеку.

– Андрей, мы тут поговорили с Дэни и хотим вновь попроситься подежурить. Владислав тоже не против. Давайте в этот раз все вместе подойдем, возьмем численностью. Рано или поздно, он согласится, – сказала Лиля, резко присев на Макса, от чего он охнул.

– Дэни, ты этого хочешь? – поинтересовался я.

– Да, хочу быть полезной. Тем более, хоть какой-то опыт у нас уже есть, – ответила моя любимая.

– Хорошо, я не против. Давайте подойдем к Белову, – подытожил я.

Позвав Влада с собой, мы направились к основному зданию. Серое, двухэтажное здание, широкая, светлая, деревянная дверь в античном стиле. У входа стояло двое солдат, пристально наблюдающих за нами.

– Чего вам? – спросил один из бойцов, опустив маску.

– Мы к Белову, – ответил я.

– Зачем он вам? Что-то случилось? – продолжал солдат.

– Мы здесь уже достаточно долго, хотим помочь, – ворвалась в диалог Лиля.

– Каким образом? В вас нужды нет. Наша задача защищать вас, а не рисковать.

– Мы хотим попроситься на ночное дежурство. Все, впятером, – сказала Дэни.

– Вы знаете, что ответит майор, – упрямился солдат.

– Мы не уйдем, – ответила Лиля, скрещивая руки на груди, – Позовите его.

– Нет, – ответил солдат.

– Пожалуйста! Позвольте помочь, – синхронно сказали девушки.

– Ладно, я его позову, но вы лишь потратите его время, – согласился солдат, после чего зашел в здание.

Мы продолжали упорно и молчаливо стоять, оглядываясь по сторонам. Наши с Дэни взгляды пересекались, и мы всякий раз улыбались друг другу. Ее яркие зеленые глаза уже не источали энергию и жизнерадостность. Взгляд все еще был любимым и заботливым, но все произошедшее с ней оставило на них отпечаток. Было грустно видеть, как они медленно тухли.

– Снова вы? Что у вас? – глубоко выдохнув, спросил Белов, выйдя из здания.

Он стоял с ровной осанкой, держа руки за спиной. Был все также в черной камуфляжной форме.

– Мы хотим предложить вам помощь и готовы дежурить ночью, – сказал я, вглядываясь в уверенный взгляд майора.

– Я же уже вам говорил. Наша задача вас оберегать, а вы упорно пытаетесь найти себе приключения.

– Ночные дежурства безопасны. Мы же находимся на территории и патрулируем периметр, в случае опасности сразу доложить. С такой работой мы справимся! – говорила Лиля.

– Если вы отвлечетесь или будете не на посту, вы ставите под удар существование всех на этой территории, – продолжал Белов, бегая взглядом по всем нам.

– Этого не случится. Мы достаточно повстречались с мертвецами и больше многих знаем, какую опасность они несут. Ответственно подойти к этой задаче в наших же интересах, – сказала Дэни, делая шаг вперед, – Доверьтесь нам.

– Соглашусь со всем сказанным. Мы ответственно отнесемся к дежурствам. Я пригляжу, чтобы все были на своих постах, – сказал Влад, также делая шаг вперед.

– Хорошо, так и быть. Посмотрим на это. Подойдете к 22.00, вам выдадут оружие, рации и одежду. Я дам инструктаж, – ответил майор, почесав затылок.

– Так точно, мы не подведем! – почти синхронно отозвалась наша компания.

– Свободны. Андрей, ты задержись, поговорим, – сказал Белов.

Дэни улыбнулась и сжала мою руку, после чего ушла.

– Есть какие-то новости? – поинтересовался я.

– Вертолет пока все еще ждем. На базу было нападение.

– А в мире?

– Вирус обнаружен на каждом континенте, – ответил майор.

– Все плохо?

– Даже очень. Армия пытается остановить заразу, идут столкновения.

– Ясно, – с грустью ответил я.

– А теперь по поводу обследования. Сколько раз у тебя брали кровь? Три?

– Пять раз. Что-то интересное? Опыты? Повторно анализ?

– Понятия не имею. Ты заинтересовал нашего врача, он считает, что ты действительно являешься ключом к решению проблемы. Подойди к нему. А по поводу вертолета, как станет что-то известно, я тут же сообщу. Надо поскорее тебя направить на блокпост.

– Хорошо.

– И еще, Андрей. Будь осторожен, на дежурстве будь на чеку.

– Обязательно.

Мир продолжал жить, как ни в чем не бывало. Выжившие гуляли и громко, бурно разговаривали. Дети играли и улыбались. Лиля и Дэни стояли рядом друг с другом и увлечено о чем-то разговаривали. Влад смотрел, как игралась Женя и улыбался. Лишь Макс был хмурым, либо он готовится к самому худшему, либо разговор о родителях испортил ему настроение. Глубоко во мне тоже росло семя сомнения в том, что не может быть все так гладко. Для того чтобы получить подобную жизнь есть 2 способа. Первый – заплатить высокую цену. Мы многое уже потеряли, но я понимал, что этого недостаточно, надо больше. Второй способ – умереть и попасть в рай, если он существует. Сейчас, сидя здесь в кладовой, я стараюсь верить в то, что после смерти есть другая жизнь. Не просто пустота, иной мир, где все счастливы. Гарантий нет, только вера.

Я поднялся по узкой лестнице вверх и открыл небольшую, но крепкую дверь, войдя в медпункт. На вид фура была метров 18. Светлые стены и двери, перед входом была небольшая стойка, за которой должен был находиться медработник, который и встречает пациентов.

– Ау? – еле крикнул я.

– Да, да, проходи! – крикнул врач с конца коридора.

Мужчина врач, лет 40. Высокий и худощавый, русые волосы с островками седины и горящий взгляд. Он пристально просматривал записи в блокноте.

– Вызывали? – спросил я.

– Да. То, что у вас, это что-то невероятное! – заговорил доктор.

– Уже знаю. Только пока пользы от этого нет.

– Она будет! Я связался со своим коллегой с блокпоста. Он очень вас ждет.

– Да я бы рад, хоть сейчас. Транспорта ведь нет, – пожимая плечами, ответил я.

– Коллега должен ускорить процесс. У вас есть какие-либо жалобы? – спросил врач, глубоко вглядываясь в мои глаза.

– Жалоб нет, все в порядке.

– А ваши раны? Укусы? Поврежденные мышцы и сухожилия?

– Что с ними? – не понимал я.

– Они вас беспокоят? Нарушены функции? Температура?

– Нет доктор. Говорю же, все хорошо.

– Вирус отчасти вас убивает и в тоже время спасает.

– Это как? – спросил я, после чего сел на рядом стоящий стул.

– Проникая в ваши клетки он начинает размножаться, разрушая их.

– Но я же все еще жив.

– Да, это суть вирусов. Интересно, что в большей части крови вирус находится в клетках. Чем ближе я брал кровь к вашим укусам, тем больше вирус находился вне клеток, – рассказывал мужчина.

– Не понимаю. Таким образом он готовился к передаче?

– Возможно, либо защита от дикого вируса. Плюс у вас усиленная регенерация!

– Симбиоз, – подытожил я.

– Да, я уверен, что вирус в каждом вашем органе. Он везде.

– А вы врач? Ученый? – спросил я.

– Практикующий. Я заметил, что у вас огромный всплеск молекул АТФ при первом заборе крови, в последующих количество выровнялось.

– Вы о чем?

– Другими словами – энергия. Вы стали больше есть? – продолжил врач.

– Нет, в плане питания ничего не изменилось.

– Хм, интересно, – задумался врач, – А какие-то изменения ощущаете?

– Буду честен, изменения есть.

– Так, я слушаю, – сев поудобнее, сказал доктор.

– Возможно, будет звучать немного дико, но скажу, как есть. Я стал лучше видеть в темноте, ощущаю прилив сил и выносливости. При контакте с мертвецами я ощущаю агрессию и могу разорвать их на части, – рассказал я.

– Голыми руками?

– Да.

– Это не шутка?

– Нет. Когда они рядом, я чувствую дикое желание убивать.

– Видоизмененный вирус, который в вас, пытается защитить своего носителя. Возможно, что желание убивать появляется ради контакта с диким вирусом. Если вдруг вас снова укусят, вы можете тут же обратиться ко мне, чтобы я взял анализы непосредственно с вашей раны? – спросил врач.

– Рекомендации у вас, конечно, странные, но хорошо. А вы не можете создать лекарство от вируса здесь?

– Я?! О, нет. Для этого нужны знания и возможности. Процедура будет длительной, и она должна пройти испытания. Даже возможно, нужна будет определенная группа крови, или определенный набор генома и еще куча всего.

– И как много времени это займет?

– Месяцы? Годы? Я не знаю. Мой максимум здесь, оценить ваш состав крови и напрямую взглянуть на клетки вашей крови.

– А анализы в порядке?

– Все показатели на верхних границах нормы, кроме глюкозы, она у вас 9.6.

– Это много?

– Да, показатель повышен. В роду нет никого, кто бы страдал сахарным диабетом?

– Никого.

– Завтра утром подойдите. Повторно возьмем анализы, последим за динамикой, – сказал доктор, после чего сделал пометку в блокноте.

– Я сегодня дежурю ночью, после него могу?

– Нет, тогда через день подойдете.

– Хорошо, я свободен?

– Да, если будут любые изменения, даже незначительные, то сразу ко мне!

– Принято.

Вечером того же дня мы уже стояли у центрального здания и ждали инструктажа. Небо было обсыпано звездами, дул легкий и прохладный ветер. Впервые за проведенное здесь время мы сделаем что-то полезное. Моя компания с нетерпением ждала Белова. Мы с Дэни стояли впереди и держались за руки. Она нежно положила свою голову мне на плечо и глубоко выдохнула. Лиля и Макс стояли позади, споря о том, что нам выдадут – очки ночного виденья или же фонарики: Лиля была за очки, Макс соответственно за фонарь. Влад стоял в сторонке, беседуя с одним из бойцов. С ним же он разговаривал днем. Вскоре вышел Белов и жестом руки указал следовать за ним. Мы вошли в здание. Холл был не освещен, но мое зрение шустро стало вырисовывать территорию. Ничего интересного. Множество дверей, пару столов посередине. Мы прошли в первую дверь справа. На столе электрический фонарь, освещая все вокруг холодным светом. Шкафы, забитые костюмами и противогазами, на некоторых полках находились перчатки, ножи, веревки и маски. В другом конце находились 2 шкафа забитые оружием и патронами. В центре комнаты стоял стол, на котором уже лежала одежда для нас. Боец, находящийся в комнате, указал на одежду и вместе с Беловым они вышли из комнаты. Лиля обрадовалась и схватила штаны прижимая к себе, показывая всем видом, что ей черный камуфляж точно подойдет. Мы переоделись и выглядели, как все здешние солдаты. Дэни в черном камуфляже смотрелась шикарно, а на ее лице была черная маска, закрывая все, кроме двух зеленых огонечков. Ее взгляд был очень сексуальным, уверенным и целеустремленным. Будто одежда придавала ей сил и значимости.

– Готовы? – обратился Белов, осматривая нас.

– Да, – ответил за всех я.

– Хорошо. Вам выдадут оружие: к автомату и пистолету по 2 обоймы, нож, рация, а также приборы ночного видения.

– Есть! Выполняешь желание, – резко среагировала Лиля, толкая в плечо Максима.

– Не отвлекаемся. Патрулируете западную сторону. Шаг каждого 20 метров. Если опасность единичная, избавиться самостоятельно. Если группа зомби, доложить по рации. Вы сегодня первый раз, ничего страшного, если вы будете докладывать даже при единичных случаях. В 06.00 вас сменят. Пост не покидаем. Повторюсь. Не отвлекаемся! Следим за территорией, – говорил майор, – Если вопросов нет, приступайте.