Он тушил об меня сигареты…

В тени воспоминаний

Тихий дом, как поле боя,

Где любовь и страх живут.

Папа днём – герой из сказки,

Ночью – демоны ползут.

Звон бутылки – сердце в пятки,

Прячусь я в своём углу.

Крики, грохот, звон осколков -

Ад врывается в семью.

Нож сверкает в пьяной хватке,

Мама плачет, я дрожу.

Утром – ласковые руки,

Вечером – опять реву.

Годы шли, отец уж умер,

Но кошмар живёт во мне.

Просыпаюсь среди ночи,

Вся в холодном, липком сне.

Детства призрачные тени

Не отпустят, не уйдут.

Страх пропитывает кожу,

Как незримый, тяжкий груз.

Он тушил об меня сигареты,

А я молча смотрел в глаза.

За любую провинность – запреты.

Плакать? Нет, плакать было нельзя.

На горох или гречку поставить

Мог за мелочь, за ерунду.

Я не мог даже ногу поправить,

Повернуться, прервать тишину.

Я за всё получал, без разбора.

Я во всём был всегда виноват.

Позвонили домой со школы?

Значит мне прилетит кулак.

Я боялся мечтать о побеге,

Но порой в тишине мечтал…

Мои сверстники – малые дети.

Я же детства совсем не знал.

Вот мне двадцать. Я выжил чудом.

И не знаю, как смог сбежать.

Но, увы, никогда не забуду,

Как голодным ложился спать.

Как смотрел на детей дворовых,

Как завидовал их свободе,

Как мечтал о кроссовках новых,

Одеваться как все – по моде.

Да, я взрослый, но страх остался,

Что однажды он в дом ворвётся,

И с оскалом, с звериным рёвом

За все годы на мне оторвется.

Был нежен он, дарил цветы, внимал,

Казалось, счастье будет бесконечным.

Но брак – как будто занавес упал,

И стал кошмар реальностью извечной.

Удар, другой – и синяки цветут,

Как злые розы на дрожащем теле.

Слова-ножи всё глубже в душу бьют,

Стирая ту, какой я быть хотела.

Семья, подруги – всё теперь табу,

Замкнулся мир в печальных серых стенах.

Боюсь шагнуть, нарушить тишину,

Живу, как тень, в своих пустых сомненьях.

"Ты никому не нужна, кроме меня",

Твердит он, разрушая веру в чудо.

И я молчу, свою судьбу кляня,

Боясь признать, что выхода не будет.

А сколько нас, таких же, за дверьми,

Глотающих слезу украдкой в ванной?

Мы заперты в безмолвии любви,

Что стала вдруг жестокой и обманной.

Но есть надежда, тонкий лучик света,

Что шепчет: "Ты достойна лучшей доли".

Не бойся попросить о помощи, ведь где-то

Есть те, кто вырвет из объятий вечной боли.

У серой плиты я стою в тишине,

Отец, ты ушёл, но живёшь ты во мне.

Два чувства борются: любовь и презренье,

Как волны, накатывает сожаленье.

Ты младшего брата всегда выделял,

А я лишь пощёчины молча глотал.

"Урод", "неудачник" – слова, как кинжалы,

В душе оставляли глубокие шрамы.

Хотелось быть нужным, любимым, твоим,

Но был я лишь тенью, прозрачным, немым.

Искал одобренья, надеялся, верил,

А ты лишь захлопывал чертовы двери.

Теперь я отец, и клянусь над тобой:

Не стану таким же, не стану козлом.

Мой сын будет знать, что любим безусловно,

Не буду я ранить его грубым словом.

И как же мне быть? Ты мне нужен и днесь,

Хоть ярость и боль в моём сердце, как смесь.

Прости и прощай – вот слова на прощанье,

Я рву эту цепь, завершаю страданья.

Я вырос другим, не таким, как хотел,

Но всё же я выжил, окреп, уцелел.

И пусть твоя тень не покинет могилу,

Я в будущем черпаю новые силы.

Так близко, но словно за тысячу миль,

Живёт моя мать, как безмолвная быль.

Мы в комнатах рядом, но пропасть меж нами,

Заполнена лишь тишиной и годами.

Я жажду объятий, тепла её рук,

Но холод в глазах её – преданный друг.

"Я рядом", – твердит, но душой так далёко,

Как будто за дверью – незрячее око.

Ей проще одной, в своём мире без чувств,

Где нет ни восторгов, ни боли, ни грусти.

Я знаю, её тоже в детстве не грели,

И чувства в душе её закоренели.

Пытаюсь пробиться сквозь тучи, дойти,

Но стены всё выше на этом пути.

"Я здесь", – говорю, "Посмотри же на дочь!"

Но взгляд её вновь устремляется прочь.

И я задыхаюсь в объятьях тоски,

Ищу я любви материнской ростки.

Но как их найти, если почва бесплодна,

И сердце от холода стало свободным?

Мне хочется крикнуть: "Ну, мама, очнись!

Ведь я – твоя кровь, твоя плоть, твоя жизнь!"

Но эхом лишь снова вернётся молчанье,

И вновь захлебнусь я в своём ожиданьи.

Быть может, однажды растает тот лёд,

И чувство, как птица, на волю вспорхнёт.

А я буду ждать, и надеяться буду,

Что мама однажды подарит мне чудо.

В зеркале вижу я прежнюю тень,

Ту, что мной была когда-то.

Умная, яркая – солнечный день,

Нынче же – сумерек вата.

Он говорит мне: "Ты – ничто без меня",

И я внемлю, хоть сердце не верит.

Душит меня эта странная связь,

Словно в клетке я дикого зверя.

Слышу: "Уродина, дура, никчёмность",

Эхом слова эти в сердце стучат.

А ведь была же во мне непокорность,

Гордость была, да истлела в ночах.

Знаю, что где-то есть прежняя я,

Та, что не знала сомнений.

Но заглушил её голос змея,

Яд его полон видений.

Страшно мне в мир за порог выходить,

Вдруг я одна там останусь?

Лучше уж здесь свою боль схоронить,

Чем в пустоте той растаять.

Шепчет мне кто-то: "Беги же, беги!

Ты достойна любви и свободы!"

Только оковы, увы, так крепки,

Страх все сильней год от года.

Может быть, завтра найду я в себе

Силы разрушить оковы,

Вспомню, кем быть я хотела когда-то,

И начну свою жизнь снова.

Ведь я красива, умна и сильна,

Просто забыла об этом.

Время пришло пробудиться от сна,

И засиять ярким светом.

В тени чужих шагов росла девчонка,

Отца лишившись в ранние года.

Менялись лица, голоса негромко,

Но мать была всё так же холодна.

Отчимы приходили чередою:

Кто палкой воспитать пытался дочь,

Кто взглядом раздевал, томим мечтою,

А кто-то просто гнал девчонку прочь.

А мать… Она жила в своих желаньях,

Мужчинам угождая день и ночь.

Не слыша детских слёз и причитаний,

Старалась дочь из мыслей выгнать прочь.

Девчонка выросла с душевной раной,

С вопросом вечным: "Как меня любить?"

Ведь в доме, где царил закон обмана,

Ей не дано было любимой быть.

Теперь она сама в преддверье чуда:

Под сердцем носит новую судьбу.

И твёрдо знает – никогда не будет

Той матерью, что предала мечту.

Она клянётся маленькой душе:

"Ты будешь центром маленькой вселенной.

Я подарю тебе любовь и свет,

Которых не дала мне жизнь надменно".

"Я буду рядом в радости, в печали,

Твоей опорой, другом и щитом.

Чтоб никогда тебя не покидали

Тепло, забота в нашем доме том".

"Ты никогда не будешь одинокой,

Как я была в безрадостные дни.

Я стану для тебя живым истоком

Безмерной, чистой, искренней любви".

Так девушка, изранена годами,

Нашла в себе силы прервать тот круг.

Любовь, что не дарили ей когда-то,

Теперь польётся из материнских рук.

И пусть её прошедшее печально,

Но будущее светится теплом.

Она разрушит цепь судьбы случайно,

Построив для ребёнка светлый дом.

Где будет место нежности и ласке,

Где и обнимут, и поддержат, и поймут.

И детство будет доброй, светлой сказкой,

А не дорогой горестных минут.

Путь к себе

Путь к себе

I

В начале пути я была лишь росток,

Неведомый миру, хрупкий цветок.

Родители – почва, но холод в ней жил,

И корни мои этот холод студил.

Я тянулась к теплу, отрицала обман,

Искала любви, но встречала туман.

Отец был далёк, словно призрачный свет,

А мать, хоть и рядом, но ласки в ней нет.

II

Шли годы, я крепла, но чувства внутри

Метались, как птицы в железной груди.

Я знала – достойна и света, и грёз,

Но голос твердил: "Ты не стоишь и слёз".

Однажды явился он, вроде бы принц,

Но маску срывая, предстал как злой сфинкс.

Ронял он слова, будто острый кинжал,

И душу мою на куски разрывал.

III

"Ты – ничто", – он шептал, и я верила, да,

Забыв, что внутри есть живая вода.

Источник той силы, что движет миры,

Я предала, струсив, забыв до поры.

Но где-то в глубинах, на самом краю,

Теплился огонь, согревая зарю.

И в час, когда тьма поглотила весь свет,

Тот огонь прошептал: "Ты сильнее, чем нет".

IV

И я пробудилась от долгого сна,

Как будто весною очнулась сосна.

Стряхнула оковы, расправила стан,

И поняла – жизнь моя не обман.

Я вспомнила детство, и боль, и печаль,

Но не для того, чтоб себя мне жалеть.

А чтобы понять – этот путь был не зря,

Он сделал меня той, кем я хочу быть.

V

Теперь я шагаю по жизни легко,

Хоть память о прошлом ещё глубоко.

Я знаю – достойна любви и тепла,

И эту любовь я в себе обрела.

Я вижу в других то, что раньше не зрела:

В глазах незнакомцев – надежду и веру.

В улыбке ребёнка – безмерную радость,

В морщинках у старца – житейскую сладость.

VI

Мир полон чудес, стоит только взглянуть

Открытой душою на жизненный путь.

И там, где другие лишь камни найдут,

Я вижу цветы, что сквозь камни растут.

Я больше не пленница прошлых обид,

Свободна, как ветер, что в поле шумит.

И если вдруг встречу я тех, кто в пути,

Я руку подам им, чтоб вместе идти.

VII

Ведь каждый достоин любви и добра,

Хоть мир наш порою жесток, как игра.

Но мы выбираем, как нам поступать:

Любить или рушить, творить иль ломать.

Я выбрала свет, пусть и труден был путь,

И тем, кто во тьме, я хочу подмигнуть:

"Не бойтесь, друзья, ведь внутри вас живёт

Та сила, что к счастью однажды ведёт".

VIII

Так пусть же мой голос летит сквозь года,

Напомнив кому-то: ты не одинок никогда.

Внутри тебя мудрость веков и миров,

Ты – чудо природы, ты – жизни любовь.

Иди же вперёд, спотыкайся, вставай,

Но главное – сердце своё открывай.

Ведь в нём есть ответы на все "почему",

И сила, чтоб выбраться к свету из тьмы.

IX

Я знаю, что будут ещё на пути

И горы, и реки, что надо пройти.

Но я не боюсь, ведь теперь я сильна,

И знаю, что жизнь – это я, не она.

Так пусть же звучит мой уверенный шаг,

Пусть эхом несётся сквозь время и мрак.

Я – женщина, воин, творец и дитя,

Я – всё, чем могу и хочу быть всегда.

X

И вам я желаю найти этот путь,

Дорогу к себе, чтобы глубже взглянуть.

Увидеть ту искру, что в сердце горит,

И дать ей разжечься в пожар, что творит.

Творит чудеса, зажигает сердца,

Меняет миры и людей без конца.

Ведь в каждом из нас есть та сила внутри,

Что может зажечь даже сотни зари.

В тени любви таилась злоба,

Что разгоралась день за днем.

Казалось, счастье было рядом,

Но обернулось все огнем.

Он клялся в верности безмерной,

Дарил цветы, шептал: "Люблю".

Но ревность черная проснулась,

И он шагнул за ту черту.

Миг гнева, вспышка, крик безумный -

И вот уже не возвратить

Ту жизнь, что оборвалась грубо,

Того, что мог бы сохранить.

Теперь решетка, мрак и горе,

И осознание вины.

А мир скорбит о той, что больше

Не встретит завтрашней весны.

Как часто близкие нам люди

Не доброты, а зла сосуд.

Из ревности, из чувства мести

Творят непоправимый суд.

Абьюз и деспотизм скрываясь,

Порой таятся до поры.

Но вырвавшись наружу гневом,

Крушат надежды и миры.

Пора уже раскрыть глаза,

Чтоб вовремя беду узреть.

Поддержка, помощь и забота

Способны многое согреть.

Но если чувствуешь опасность,

Не медли, помощи ищи.

Есть те, кто смогут дать защиту,

Кто скажет "Только не молчи".

Любовь не совместима с болью,

Не должен страх в ней управлять.

Мы все достойны уважения,

И не обязаны страдать.

В тени бутылок я расту,

Познав и холод, и нужду.

Мой дом – не крепость, а тюрьма,

Где вечно царствует зима.

Пустой живот урчит с утра,

А в школу мне идти пора.

Одежда старая, в дырах,

И в детских искренних глазах

Я вижу отвращенье, страх.

"Он грязный", шепчут за спиной,

Не зная, что я не изгой,

А просто мальчик, чья судьба

Так рано стала нелегка.

Родители в хмельном бреду

Не видят детскую беду.

Мечтаю я о теплоте,

О маминой к щеке руке,

О папе, трезвом и родном,

О настоящем, добром доме.

Но день за днем – всё та же боль,

И одиночества юдоль.

Я в зеркале едва узнал

Себя – так рано взрослым стал.

Друзей нет рядом, нет тепла,

Лишь тени горя у стола.

И люди, глядя свысока,

Не видят в сердце маяка,

Что так отчаянно горит,

О помощи в тиши кричит.

Я не виновен в том, что есть,

Что жизнь моя – сплошная жесть.

Но кто поймёт, кто разглядит

За грязной курткой детский вид?

Кто руку помощи подаст,

Когда весь мир так глух и слеп?

Я верю, где-то есть добро,

Что мне подарит вновь тепло.

Что кто-то сможет разглядеть

Ребёнка, а не грязи сеть.

Ведь я – не худшее, что есть,

Я просто жертва злобы здесь.

И всё, что нужно мне сейчас -

Участья добрый, тёплый глаз.

Я не верила

У койки дочери сижу, немея,

Ожоги, боль – как в страшном сне живу.

"Родная, почему ты не бежала?" —

Шепчу сквозь слёзы, руку ей держу.

Она в бинтах, но всё ещё в сознании,

С трудом слова роняет, чуть дыша:

"Я думала, к нему пришло раскаяние,

Он умолял прийти, и я пришла.

Когда бензином он меня облил,

Казалось, это шутка, глупая игра.

За час до этого он у меня прощения просил.

Не верила я, мам, что буду сожжена."

О, сколько их, не веривших в угрозу,

Не слышавших тревоги тихий звон.

Как научить их видеть и «вытаскивать занозу»,

Пока не стал кошмарной явью страшный сон.

«Прости меня за то, что не уберегла,

Не распознала дьявола в твоем бывшем супруге.

Теперь бы сделать всё, чтоб ты жила»…

Молчит. Глаза застыли и ослабли руки.

В лесной глуши, где тени прячут боль,

Она лежит, израненная птица.

Жестокость ревности сыграла злую роль,

И кровь на снег багряная сочится.

Запястья, что ласкали малышей,

Теперь обрублены безжалостной рукою.

"Попробуй обними-ка их теперь", -

Шипел он, упиваясь властью злою.

Но в сердце матери – несломленная сталь,

Любовь сильнее боли и увечий.

Она сумеет пережить тот ад и снова встать,

Чтоб малышей прижать к себе при встрече.

Пусть руки не протянутся к родным,

Объятья – это больше, чем касанье.

Любовь не измеряется земным,

Она – в душе, в дыханье, в созерцанье.

Насилье не убьёт ее, не сделает ничьей,

Не вырвет из груди святую нить.

Она вернётся, чтоб своих детей

Теплом и нежностью незримо окружить.

Пусть этот крик души услышат люди:

Нет оправданья ревности слепой.

Любовь – не клетка, не капкан, не путы,

А вера, что поддержит в час любой.

В зеркале – отражение чужое,

Шрамы на теле, в душе – пустота.

Эхом звучат слова злого покоя:

"Ты виновата. Ты просто беда."

Мама за что? За какие грехи

Били меня твои злые руки?

Детство прошло в бесконечной тоске,

В страхе, боли и вечной разлуке.

Ты за решёткой, а я на свободе,

Только свобода – она не внутри.

Как мне поверить, что я не уродина?

Как залечить эти раны души?

Шепчет психолог: "Ты не виновата.

Мама больна была, ты здесь ни при чём.

Ты заслужила любви и объятий,

Ты драгоценна, прекрасна во всём."

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.