Кошмар нашей настоящей жизни

© Анна Олеговна Князева, 2023

ISBN 978-5-0050-8679-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

4 мая 1626 года индейцы продали

голландским колонистам остров Манхэттен

за пуговицы, бусы и прочую бижутерию

на общую сумму в 24 доллара.

Современный анекдот

Темное небо ночного города отдавало чем-то таинственным, невзрачным и незаметным. Многие мужчины отлично проводили время в клубе, общаясь с красивыми женщинами и девушками, а кто-то ловил адреналин от ночных забав; будь то гонки на машинах по шоссе или ночные пешие квесты. Все развлекались и наслаждались жизнью в ночном мраке, а прохлада и свежесть проясняли человеческие думы. Ночные здания возвышались высоко, практически достигая неба, но звёзд на фоне огней, горящих в многоэтажных зданиях, видно не было совсем.

Возле реки по мосту Антон наклонился завязать развязавшийся шнурок своего кроссовка и продолжал размышлять о нахлынувших на него жизненных проблемах. Он работал изобретателем: разрабатывал различные компьютерные устройства и аксессуары, немного участвуя в нанотехнологических исследованиях, но сильно не блистал на этом поприще. Прогуливаясь по мосту, он вспоминал о недавно произошедших с ним событиях. Его обманул его друг и в этот же день бросила девушка. Из-за девушки Антон даже не расстроился, так как постоянно это происходит. Молодые пары расстаются, молодые пары вновь находят друг друга. Сегодня мы друг друга любим, а уже завтра жизнь толкает нас на предательство и измену.

Антон продолжал думать: «А что такое предательство? Ведь жизнь многограннее идеала. Если в историях и сказках люди всегда предают намеренно, являясь идеалом чего-то нехорошего, то так ли оно в реальной жизни?» Он помнил ответы на свои вопросы, но всё равно сам себе из задавал, чтобы не забыть. Плиту дома он отключил, воду в ванной закрыл, а детей у него нет, как и семьи. Он одинок в страхе предательства.

Антон, будучи студентом в 24 года, сам случайно предавал товарища: просто случайно так вышло, что он не смог помочь ему на экзамене, а по ситуации случилось, что он его подставил и из-за него его друг и завалил. С тех пор они по сей день не общались, но Антон часто вспоминал о нём. Это не единственный пример предательства. Есть предательство во благо – это ситуация, когда кажется, что тебя предали, а на самом деле тебе помогли по-настоящему, но выставив себя в данном случае никчёмным предателем. Сам Антон не сталкивался с подобными случаями, но любил читать азиатские и русские истории об этом. Одна из таких историй предательства во благо – это банально история всем нам известного Штирлица: он предавал фашистов во благо собственной родины и многими подвигами помог соотечественникам. Антон читал подобную историю в его любимой книге, где описывалась история правителя государства, который был тираном и казнил всех бесполезных людей без разбора, потому что ему было жалко на них тратить ресурсы. Он был одним из величайших садистов и многие пытки бесполезных людей перепробовал: сжигал заживо на кострах, разрывал на мясо специальными пыточными механизмами, использовал специальные камеры, где не было окон и замуровывал там людей заживо. Практиковалось это и просто замуровываем в бетонные стены; так же он сажал на людей кол. Прочие проявления садизма у него сопровождались даже творческим вдохновением. Его помощник долго наблюдал за этим: терпел и надеялся, что они построят праведный мир, что это прекратится в результате, но так и не дождался. В один прекрасный день он взял кинжал и зарезал его в спину. В этот момент он испытал чувства, которые прекраснее любого блаженства – это освобождение от мук собственной совести. Он выполнил долг перед всеми убитыми этим человеком и остановил его. Все закончилось: больше нет победителей и проигравших, а только память об убитых людях. Неомрачённый происшествиями миг приятного бездействия и думы Антона подходил к концу.

Однако эти мысли ни к чему кроме грусти Антона не привели, – он уже подходил к концу моста. Антон шёл домой сквозь беззвёздную ночь, мчался туда, как квазер к галактике, преодолевая на своём пути лишь пустоту и пересекая её, представляя в воображении любые фантазии, лишь бы преодолеть нахлынувшую скуку. «Неужели все закончится, так и не начавшись?» – подумал он. Да и что же есть начало? Что же есть конец? Не относительные ли это понятия? Антон как-то раз пробовал читать книгу начиная не с начала, а с конца, и был очень сильно удивлён результатом: ему открылся иной смысл книги. Он так же пробовал читать некоторые отрывки Библии и тоже был удивлён, что смысл тоже открылся иной: так или иначе разницы он не видел, потому что любая книга – это книга. Все-таки ему было интересно, почему если читать сначала книги – один смысл, а если наоборот, то он не противоположный, но другой? Думая над этим вопросом он, тем не менее, уже проходил улицу рядом с ярко горящими огнями небоскрёбов, где ему на встречу шла кудрявая блондинка с растрёпанными на вид волосами: женщина явно статная, богато одетая в ярко-золотистое пончо, что было достаточно модно, а под пончо жёлтое классическое платье – весьма неброское, – туфли на каблуке и золотые украшения. Все как положено, все как принято, но что-то в ней вызывало у Антона неприязнь. Смотрелась эта особа несколько странно на чёрном фоне улицы…

Антону показалось это необычным, но он решил быстренько рассмотреть это соотношение в абстрактной ретроспективе. Итак:

Желтая женщина

На тёмной улице.

Аптека, фонарь,

А птицы молчат.

Где же ты свет?

И где же ты тень?

И нужно работать,

А женщине лень…

Антон невольно рассмеялся над получившимся результатом ретроспективного просмотра данного события. Ведь, действительно, иронию данных обстоятельств не заметить тяжело.

– Куда вы идёте? – Спросила у него женщина.

Антон только мельком посмотрел на неё и прошёл молча мимо, даже не ответив ей ничего. Да и что уж там… завтра на работе куча дел, трудов и впечатлений его ожидает, а он все домой отдохнуть попасть не может. До женщины ли ему?

Антон прошёл улицу, проигнорировав женщину и продолжил свою думу: «Какие программные средства ему использовать завтра на работе для первичного кодирования электронного чипа разрабатываемой в России первой модели современного компьютера?». Естественно, хоть они фактически уже и были построены и разработаны, они не могли сравниться с американскими, японскими, а тем паче, корейскими и китайскими компьютерами. Ведь у нас этого делать не умеют хорошо, а нам бы хоть плохо сделать для начала. Все же Антон снова вернулся к вопросу о начале и конце. Это похоже на логическую задачку: вот у нас палка, а на ней два конца, а какой начало? Ведь хоть оттуда, хоть отсюда – середина у палки одна, а, значит, результат с обоих сторон тоже один. Затем, Антон понял почему он видит разный смысл. Смысл – это способ достижения результата, являемый как разновидность постижения нами информации, а, значит, при прочтении одной книги разными способами мы можем осуществить то, что написано двумя способами, но результат должен быть один. Ему об этом было рассуждать приятнее и проще, чем о том, как завтра решать вопрос кодирования электронного чипа. Да, в принципе, так всегда. Так сложно эту элементарную вещь ему было в уме правильно сформулировать, но он смог. Холодное выражение лица не сошло с его головы даже после этого.

Антон уже был близко к родному дому. Его посетила мысль: «А знает ли он все это сам? Или он среагировал на что-то?» Да и что вообще есть это «сам»? Антон не раз задумывался относительно этого слова: «сам». Ведь, по существу, у нас даже процесс рождения на белый свет не является самостоятельным. Так что же такое «сам»? Сам – это просто плацебо, иллюзия, набор приятных для действия ощущений и не более с его точки зрения, так как он верил в то, что в реальной среде вообще ничего просто так не случается. Перестав размышлять о столь элементарной вещи, он, наконец, увидел здание своего дома: огромный небоскрёб достаточно интересной формы. Снизу здание было построено в виде вертикально поставленного параллелепипеда, а затем, ближе к верхним этажам (хоть это и опасно с точки зрения техники безопасности строительства), было конусообразное сужение формы здания. Крыша напоминала что-то наподобие архитектуры будущего: все это здание было усыпано светом из окон квартир. Он дома.

Дома постепенно заканчивались и деньги и продукты питания, а техника изживалась и ломалась, словно умирающий инвалид. На работе Антона скорее использовали и шантажировали, чем уважали и держались за него. Кроме сборки компьютеров и кодирования некоторых запчастей Антон больше ничего не умел, а востребованность его труда уменьшалась из-за появления аналоговых технологий человеческому труду. Его желания уничтожали сами себя на фоне постоянной нужды в деньгах, на фоне общения только платного между людьми. Здесь ничего не оставалось, а только оставались деньги. Нужда в деньгах лишь увеличивалась в безвозвратно уходящими днями, часами и даже секундами, так как люди уже не понимали чего желают без них…

Глава 1

Манипуляция деревень и городов, где города полнились умирающими на квартирах одинокими людьми, а деревни желающими переехать в города, как символ стабильности и безопасности. На Земле в этот день жизнь шла своим чередом – все собираются на работу, протирая утром глаза, собирая в кулак волю или просто волоча самих себя куда уж смогут – лишь бы что-то делать и не быть бесполезными.

Антон встал утром с другим настроением, с утра изучая свои мысли. Он записал данные в свой специальный дневник, а также выписал в отдельный блокнот пришедшие на ум технологии различных устройств, которые больше относились к информационно-сохраняющим, ближе к компьютерным технологиям. Он всегда с утра имел такое обыкновение – записывать, даже обладая хорошей памятью, потому что он все же считал, что память человека несовершенна, как и его восприятие. Умывшись, одевшись в классический костюм и сделав себе кофе он присел за барный столик прямо на кухне. Его труд в одиночестве был похож на труд деревенских. Многие технологии заготовления даже бересты были на этот день утеряны обществом. Белые тумбы и кухонный гарнитур ближе к классическому оформлению, светлый паркет из блеклого дерева, белый ковёр посередине, серые шторы со стандартными, предельно обычными занавесками и это дополняется лёгким разнообразием тёмно-синей мягкой мебели – не броско и со вкусом. Антон любил такие интерьеры. Перед работой он лазил в интернете и искал информацию, которая представляла бы для него интерес, но все было обыденно: там религия и прочие философские вопросы о том, кому кланяться и кому служить, а сям о местах технологических достижений или ещё пуще – где война, а где мир; где теракты, а где собачка потерялась – везде при разнообразии обыденность, но имеющая интересное стечение событий.

Волей-неволей Антон задумался, и продолжал записывать: по какой причине любое человеческое мировоззрение, кроме анархизма и в некотором смысле марксизма предполагает раболепие человека перед человеком, которое в конечном результате в 58% случаев перетекает в тиранию, а в остальных случаях заканчивается кровопролитной или не очень революцией? Причину Антон видел просто в том, что люди словно в определённых ситуациях становятся не собой; словно какое-то плацебо заставляет их ходить по кругу, не позволяя преодолеть один и тот же сценарий собственного поведения, не говоря уже о развитии событий. Антон видел в этом некий феномен. Учёные назвали это законом повторения истории, но почему же тогда история пошла по замкнутому кругу? Что это за замкнутый круг? Словно какая-то пробка замыкает движение вперёд, не давая истории получить истинное развитие и движение. Он давно задумывался о том, что может помочь ему преодолеть этот замкнутый круг и пришёл к выводу, что здесь может помочь лишь такое стечение внешних обстоятельств, которое толкнёт человека сквозь все эти барьеры плацебо, словно электрон вылетевших из общего потока за пределы гравитационного течения. Назад в этом случае путь будет закрыт.

Антон понимал, что весь этот замкнутый круг нашей обыденной жизни формируется программой, а сама наша планета – это просто инкубатор энергетического мяса для других людей, считающих себя высшими существами. Лишь преодоление этих плацебо поможет быть не мясом для них, а прожить жизнь хотя бы не просто так, а что-то по-настоящему сделав для общества, даже если это просто пустяки. Почему? Преодоление плацебо есть преодоление программы, осознание в реальности её, как просто информации о том, что должно быть исполнено структурами реальности, включая человека, просто алгоритм, задающий движение как невидимым нами слоям материального, так и видимым вплоть до тела человека. Почему и что нарушает этот алгоритм помимо воли самого человека Антон просто не знал, так как не имел возможности изучить это, но он предполагал, что ветру направление если бы была возможность задать, то ветер тогда лишь в малой части его структуры подчинился бы алгоритму. В целом течение его хаотично в своей закономерности. Если это понять, то алгоритмы перестают работать. Программа – это просто замкнутый цикл действительности, связанный с процессом формирования рефлекторных движений человека и с его головным мозгом. Он может проявиться по-разному: от психологической болезни человека до страха перед каким-либо действием.

Антон был уверен, что это есть бич для всех людей, включая его самого и поэтому часто сознательно играл с этими плацебо. Например, он как-то читал в новостях, что вредное молоко марки «Коровка» содержит примеси химикатов, вызывающие рак и, посмеявшись, купил четыре пачки этого молока. Спустя два года он так и не заболел. Тем не менее он зафиксировал этот случай, так как для него это было чем-то вроде хобби и одного из любимых развлечений. Он испытывал зачастую искреннее удовольствие от того, что нарушал этот алгоритм обыденности – сворачивал за угол без причины, просто так смотрел на небо или, переходя дорогу делал это вопреки, хоть свет и был зелёным. В чём Антон видел вред этих программ? Да в том, что они разрушают психику и душу человека, гоняя по замкнутому алгоритму как хомячка в колесе, не давая вырваться.

Внезапно Антону померещилось, что в коридоре стоит какая-то девушка с длинными чёрными волосами и в чёрном платье. Он немедленно вышел посмотреть повнимательней, но в коридоре никого не было. «Значит, мне показалось» – подумал он и вернулся обратно на кухню. Однако образ этой девушки не выходил у него из головы. Он даже задумался: «Вдруг она действительно там была? Если была, то кто она?» Он решил не задаваться этим вопросом. Мало ли… и пошёл спокойно на работу собранный и уверенный в собственном превосходстве.

Увольнение с белыми слезами. Никакой романтики от того, что его работу просто уже сделал другой сотрудник. Его ждали в этот день только об этом сообщить. Чем ему теперь заниматься в городе? Растениями? Мелкими белыми цветиками, что так согревают одинокие, умирающие от голода на квартирах сердца? А может ему заняться незнакомыми растениями? А где их взять? Ничего никто не получал, не получив от кого-то по культивации взаймы. Человеческий труд уже не ценят и культивация новых отраслей намеренно затруднена. Теперь его сестра и он в очень затруднительном положении. Денег у них немного, а работы у Антона теперь нет.

Антон перерыл все объявление о найме, но работу найти не смог. Он лежал один дома не трогая ни крошки еды, оставляя сестре последнее. Что делать? Как быть? Ответа никто ему не давал и не даст.

На следующий день он попробовал общение с людьми, чтобы хотя бы попросить помощи в его ситуации, но всем без денег он казался ненормальным. Люди в наши дни смотрели почти во всех случаях только на кошелёк, так как это сделали показателем адекватности человека в обществе, чтобы обеспечить регулятор социальной казни одного толпой. Ничего не получалось. Никто не видел смысла нанимать на работу брошенного всеми человека и Антон один со своей сестрой коротал дни голодной смерти всеми покинутый на квартире с ней.

Новый день. Его сестра Августа не пошла в школу, страшась одноклассников, что издевались над их нынешним положением. Никаких сведений, никаких новостей о новом дне. Всё платное. Антон не может пошевелиться от ужаса увиденной жестокости этой стороны людей. Он понимает, что его положение формально и просто окружающие ждали момент над ними поиздеваться. В данном случае они выбрали игнор их в одинокую кончину. Теперь в этот день они жили так, словно недавно переехали в этот город. По жилью Антону продолжали звонить и требовать срочное выселение ввиду отсутствия работы на рынке труда. Из-за этого Антон чувствовал себя здесь словно умирающий медленной смертью. С ними теперь никто не разговаривал, так как помогать нищим не престижно. Они с сестрой просто сидели и чего-то ждали. То ли смерти, то ли своей дальнейшей жизни, но не происходило просто ничего. Все в новинку. Остаток дня Антон пытался связаться с родственниками, которых мало знал, но никто не отвечал на его сообщения. Сестра от голода пила воду из под крана и просто молчала, терпя это от безысходности. Дом наполнился странным ароматом. Старые знакомые в родном городе и Антон с сестрой дома совсем одни. Антон бы всё отдал ради побега отсюда. Ночь и они, обнявшись, легли спать.

Утро. Еды нет, а воду отключили. Антон пытался просить воды у соседей. Никто ему не открыл дверей. Он спешно разместил объявление о продаже вещей, но никому не были нужны поношенные вещи. Антон собрал вещи и с сестрой покинул квартиру. Они гуляли среди незнакомых небоскрёбов одного из престижнейших районов, не имея за душой ничего. Августа и Антон осматривали достопримечательности и памятники, вспоминая дни, когда он ещё работал. Всё, что приключилось с ними три месяца назад. Обыденность новых ожиданий и повседневные дела. Антон пристроился на скамейке около куста с белыми цветами, которые так хотелось пристроить в горшок, но на него не было денег. Цветок бы быстро пустил корешки, давая новую жизнь, но ради этого нужно трудиться бесплатно. Как поживают люди, которых они с Августой так давно встречали? Они намеренно игнорировали их существование, так как Антон и Августа нуждались в помощи. Антон не был в курсе что делать дальше и просто смотрел на кустарник с белыми цветами при слезах своей единственной сестры.

День пролетел быстро и под ночь они аккуратно пристроились спать под автомобильным мостом. Антон вспоминал шок сестры под домашним одеялом от того, что они будут ночевать на улице. Полицейский смотрел в их сторону, но ничего не стал делать. Им оставалось держать путь за пределы города.

Антон с маленькой сестрой быстро покидали город пешком, так как уехать тоже не было денег. Он осматривался по сторонам, а предмет городских смотрителей, которые имели право их застрелить, имитируя нападение на граждан. Они прошли к выезду из города достаточно тихо, и никто их не тревожил. Путь по трассе мимо леса, где нет прохода ноге человеческой. Антон и Августа шли и молчали, ища хоть какую-то помощь. Не доходя до деревни, они увидели выброшенное явно из кузова грузовика или автомобиля женское тело, что должны были найти и объявить самоубийцей. Антон побрёл в один из магазинов и купил на остаток денег лопату. Если бы ему не хватило, то он бы зарывал тело руками, но сейчас он закапывал её усердно всё же лопатой. Была бы эта женщина жива, она бы рассказала ему о своих переживаниях, но ей этого убийцы не позволили. Заткнуть голодный рот иногда важнее, чтобы не раскрыли откат. Антон пересилил нахлынувшие чувства, заканчивая закапывать тело, и обнял сестру.

Они дошли до деревни. Это был маленький подвиг для них обоих. Они осознали тогда, что эти обстоятельства странные и что они должны во что бы то ни стало поддерживать друг друга. На одном из окон домов росли розы. Эти розы пожелала вырастить распущенная на вид до нельзя супруга хозяина дома, которая поливала их, смотря из окна на Антона и его сестрёнку. Туманные отношения со своими друзьями ей оказались важнее помощи Антону и Августе, и она проигнорировала с ночи мёрзнущих мужчину и девочку. Антон и Августа пристроились в леске за деревней и почувствовали всё равно облегчение от чего-то, что было в городе. Что-то там побуждало убивать. Мало ли, когда все это будет их провоцировать таким же образом убить друг друга.

Что-то словно преследовало их, не давая людям повода предложить им ночлег. Антон и августа не знали, что это, но понимали, что им жить дальше лишь в борьбе с этим чем-то, что являет им эти обстоятельства. Антон понимал, что эти обстоятельства им создают люди, но что побуждает людей? Люди почти всё делают от своих побуждений и свершают во имя своих побуждений. Кто или что подвигло людей их игнорировать на смерть? Антон похудел от голода и у него кружилась голова, а Августа в лесу ела листочки деревьев. Не эти бы события Антон бы женился и уже бы на работе обеспечивал и жену и августу школой и кровом. Однако у него ничего не было. У самого Антона ничего не было свершить это и всё было лишь его мечтами. Что бы он не доказал кому-либо не было никакого имущества, чтобы жить спокойно. А будь всё иначе? Жена бы сказала ему: «Я буду жить с тобой, но не требуй от меня больше, чем я могу сделать». Они бы каждый день ругались по этому поводу, совершенствуя в расширении возможности друг друга и росли бы вместе, а так теперь он один с сестрёнкой умирает на улице от голода при роскоши и путешествиях чиновников и хозяев социальных фондов. Тем не менее, подобно Алисе, Антон, в отличие от своей сестры не боялся обстоятельств, с которыми не имел возможности бороться. Он играл с ними, находя из них выход, словно в лабиринте, используя все, что может быть полезно в этом преодолении, потому сейчас он собирал сухие ветки и учился разводить огонь без зажигалки. Сами обстоятельства могут быть просто провокацией с целью поиздеваться, но при невозможности устранения источника этой провокации. Выход только один – психологически уничтожить этот источник даже не видя его при этом. Так с Антоном и случилось. От голода он начало видеть разрушение окружающего и не понимал, что с ним. Смерть начала затягивать его, и он в один прекрасный день от голода потерял сознание и лежал в лихорадке. Сестра ухаживала за них, перемалывая ему местные травы и листья и кормила как могла. В один из дней он встал и осознал, что пока умирал, зацепил своей смертью кого-то из деревни, но никто этого не заметил, так как смерть видят лишь умирающие или смерть оседлавшие, что были умирающими и смогли воскреснуть. Видение смерти не отпустило Антона. Новыми глазами он ощущал связь с разрушающим вокруг объекты и людей. Есть ему уже не хотелось. Он посмотрел на дерево: он видел и красоту дерева, и его постепенное разрушение чётче обычного человека, словно что-то ему это заботливо отмечает. Он решил проверить правду ли он видит и надавил на линию разрушения на ветке. Она легко сломалась. Он начал видеть изъяны как ремесленник. Дерево существует, и он им любуясь ещё существует.

Антон и Августа продолжили путь по Земле. Они уже уходили далеко от деревни, погружённые в мечты и изучении местной обстановки. Иногда за пределами деревни они срывали чистую траву, готовясь к зиме. Корзинки из травы они плести не умели, а где тому учат и не знавали. В деревнях не любят нынче чужаков и их они обходили стороной, ища лишь источники воды. От лишних мыслей они отвлекались. Антон и Августа продолжали мимо леса по полю бесконечную прогулку в зоне, где уже не было дорог.

– Брат, ты требовал вчера найти воды. Я нашла. – Сказала испачканная землёй Августа.

– Да, я требовал, – устало сказал Антон, – пошли мыться.

Антон и Августа отправились мыться и стирать грязные вещи, так как помощи ждать не приходилось. Антон во всю вкалывал, соскабливая землю с одежды без порошка и мыла, пользуясь лишь травами. Его коллеги в городе во всю экспериментировали с новым программным авто-сборщиком, составляя блок-схемы. Менялись генеральные директора на предприятиях, а Антон и Августа в ссылке навсегда. Людей рядом с ними не было.

– Вот бы новости посмотреть, – горевал Антон.

– Да, – грустно горевала Августа, – я раньше всегда следила за новостями.

– Помню, – сказал Антон, – а новости всё равно каждый день одинаковые составляли, описывая одинаковые события.

– Ещё наша соседка постоянно о новостях говорила, – вспоминала Августа.

– Да, – соглашался Антон, – она, бывало, даже не выдерживала и плакала.

– Её слёзы капали, капали, а ты уже и не стремился таких утешать.

– Да, – ностальгировал Антон, – раньше…

– Это твоё мужское «я» жаждало утверждаться! – важничала Августа.

– Я эту одинокую женщину даже ревновал к другим, – печалился Антон, – она всегда отвечала двойными намёками.