Предвестники

Она выскочила из кухни и поднялась в спальню. Пока Ди не вернулась, нужно срочно собрать вещи. А завтра утром стащить свои документы и ехать на базу к Лексу.

Так Кей и сделала. Много вещей ей не было нужно, сумку она спрятала под кроватью. Утром, пока Ди была в ванной, а мама готовила завтрак, она тихонько проскользнула в комнату родителей (она до сих пор её так называла) и из пластиковой коробки, в которой мать хранила документы, достала своё удостоверение личности. К счастью, разрешение от родителей для поступления в ученики нужно было только до 15 лет, так что Кей настрочила маме и Ди записку и сбежала из дома, чтобы стать ученицей Лекса и пройти испытание в Орден Посвящённых. Конечно, Кей не собиралась в Парламент, но мамины слова прочно засели в голове, и мысль об этом постоянно мелькала, беспокоила её, но чаще всего растворялась в череде занятий и тренировок.

Подготовка учеников проходила по-разному. Когда-то она занимала от силы пару месяцев, со временем же то ли сам Продромус стал строже, то ли наставники перестраховывались, но теперь на подготовку уходило года два-три. Обычно она включала в себя обучение духовным практикам, основы психологии и поведение в чрезвычайных ситуациях, но последние пару лет ввели ещё зенрайский язык и боевую подготовку. Иногда времени уходило больше, иногда меньше, всё зависело от уровня учеников. Текущая группа Лекса была неоднородной как по возрасту, так и по способностям, а в сложившихся политических условиях руководство Предвестников приняло решение усилить подготовку учеников, чтобы бóльшая часть из них смогла стать Посвящёнными – обычно этот показатель был на уровне шестидесяти процентов, но Совет надеялся поднять его до максимально возможного. Всё дело было в том, что над ними нависала угроза войны с Зенрой, в которой Посвящённым отводилась немаловажная роль. По словам Лекса, сейчас в группе испытание готовы пройти только трое-четверо, остальным не хватало знаний или психологической устойчивости и физической формы.

До переворота в Зенре их подготовка больше походила на обучение в школе. Все они и ещё четыре группы учеников каждое утро направлялись из общежития в здание, которое между собой называли учебкой, а на самом деле имевшее статус «Высший Центр подготовки Ордена Посвящённых». Принадлежало оно не Посвящённым, а Предвестникам, хотя некоторые члены Ордена тоже вели здесь занятия. Так, в первой половине дня три раза в неделю Посвящённый по имени Вейне – невысокий мужчина средних лет – показывал им, как нужно слушать Продромуса. Он демонстрировал им специальные дыхательные практики, учил очищать свой разум от посторонних мыслей посредством медитации. Также до обеда проходили лекционные и практические занятия по психологии. Два раза в неделю они все ездили в Центр зенрайского языка, где на весь день погружались в его изучение. В остальные дни после обеда у них проходили тренировки, направленные на развитие силы и выносливости, а также основы самообороны.

Сейчас все занятия проводил сам Лекс. С зенрайским помогали Дан и Алиса, а с физической подготовкой – Тейре. Лекс в отличие от наставников в Центре, никого не торопил и позволял каждому двигаться в своём ритме. Регулярно он проводил странные тесты, результаты которых им не говорил. Много времени у них теперь занимали бытовые проблемы, как, например, отопление дома, в котором они жили.

Пока Дарград разбирался с дверцей рета, а Лев перетаскивал поклажу из кабины, Октавио и Кей пошли за дровами. Из того лежняка, что Лексу удалось найти этим утром, рубить дрова было и в самом деле непросто, но Октавио справился с этой задачей быстрее, чем Лев и Дарград. Он был выше всех как минимум на голову, да и в плечах был повнушительнее, что выдавало в нём нечистокровного тиврийца, которые редко бывали высокими и плечистыми. Из Тиврии была только его мать, его отец был из восточной Эрии, как и Лекс с сыновьями. Мать Октавио была из какого-то древнего рода, что-то вроде принцессы, как Алиса. Отец Октавио выкрал её из дома, потому что родственники матери знать не хотели молодого эриянца. Обо всём этом он неоднократно рассказывал всем, в том числе и Кей, гордясь своим происхождением.

– Ну что, как у вас тут дела? – поинтересовался Октавио, набирая охапку дров. – Что нового?

– Издеваешься? – возмутилась Кей. – Что здесь может быть нового? Это лучше ты что-нибудь расскажи. Почему прилетел, что-то случилось?

– Да так, об этом потом, вот сейчас соберёмся все, – пообещал Октавио. – Ты сама как? Как Ива? Никто не обижает вас?

Кей улыбнулась – понятно, чем он интересуется.

Взяв по охапке нарубленных дров, они пошли к дому по следам, которые совсем недавно оставила Кей.

– Да нормально всё, – сказала она. – Устали только здесь сидеть, и неизвестно, когда всё это закончится.

– А я как раз… Впрочем, потом. Да, я понимаю, что ты имеешь в виду. Я помню, как однажды застрял в таком же забытом Покровителями месте, в Цэйфуто – семь месяцев там сидел. Думал, свихнусь от скуки, вы тут ещё все вместе, а я тогда один был. И тоже ждал – друг меня должен был выручить. Вот если бы я знал день, хоть числа зачёркивал, а так… Как я был рад его видеть, когда он, наконец, появился!

– Что это ты там делал? – с подозрением спросила Кей. – Какие-то тёмные делишки проворачивал?

– Ой, да нет, – засмеялся Октавио. – Работал там за друга. После этого я на такое больше не подписываюсь!

Кей сложно было представить, кем Октавио мог работать, но спросить она не успела – они уже зашли в дом, где их сразу встретила Ива. Пока все весело болтали, Кей, несмотря на царившее оживление из-за появления Октавио, была встревожена и ни с кем не разговаривала – села в уголок со своей чашкой и наблюдала за остальными. Время от времени Кей ловила на себе обеспокоенный взгляд Ивы, из чего могла заключить, что та тоже почувствовала неладное – Октавио не отвечал на вопросы, почему он прилетел так внезапно, и ничего хорошего это не предвещало. К тому же вновь случилось это странное видение: прямо здесь, на кухне, она внезапно услышала тихий шёпот, который постепенно перерос в скрипящий старушечий голос: «Кей, я жду тебя! Где ты, Кей? Поспеши…». И хотя это с ней случилось не в первый раз, она всё равно испугалась, украдкой оглядываясь в напрасной надежде увидеть, что ещё кто-нибудь услышал эти слова. Но, без сомнения, они были только у неё в голове.

Октавио привёз Льву письмо от родителей, а также всем разные мелочи, список которых ему передали ещё в прошлый раз – магазинов здесь не было, и к такой жизни они не привыкли. Но это было не самое важное – больше всего все жаждали новостей. Жизнь здесь лишала их сети, можно было слушать лишь несколько передач по радио, поэтому сейчас все наперебой расспрашивали Октавио об общих знакомых, что слышно в Ордене и какие новости в мире. Он по своему обыкновению каждый рассказ превращал в целую историю, наполненную смешными и драматическими моментами, поэтому время до прихода Лекса пролетело незаметно.

Как только Лекс вернулся, они с Октавио уединились и долго о чём-то разговаривали, что насторожило уже не только Кей и Иву, но и всех остальных. Всеобщая радость сменилась гнетущим молчанием. Все они расселись в гостиной, где обычно проводили свободное от занятий время, так как это была самая большая и тёплая комната в доме. Судя по всему, когда-то давно она выглядела неплохо, но сейчас всё в ней обветшало и выцвело. В комнате был высокий стеллаж с бумажными книгами, которые уже давно стали редкостью, два больших дивана, стоящих у окна и несколько кресел, в беспорядке рассыпанных по комнате. Они были покрыты мягкой тканью, похожей на кожу, цвета тёмного малахита, с набивными узорами в форме затейливых листьев, и такого же оттенка были портьеры на окне, только из лёгкой и струящейся ткани. Всё это выглядело бы красиво, если бы обивка у мебели не была засалена, покрыта различными пятнами, а в некоторых местах даже порвана. Когда они въехали, Ива попыталась всё здесь почистить, но это не особо помогло.

По стенам висели небольшие светильники в форме колокольчиков, половина из которых была разбита, причём некоторые из них пострадали совсем недавно благодаря Ронни и Тейре, которые играли с мячом прямо в гостиной. Несмотря на все недостатки, Кей здесь нравилось. Но сегодня дремотный полумрак, царивший обычно в гостиной, перестал казаться спокойным и уютным, наполнившись тревожными и даже зловещими предчувствиями.

Когда Лекс и Октавио вернулись, Лекс выглядел напряжённым, отчего сразу стало понятно, что дела по-настоящему плохи. Он тяжело вздохнул и начал:

– Ну что же … Даже не знаю, как вам сказать…

– Буры напали на Эрию? – перебил его Лев.

В его тоне не чувствовалось никакого страха, лишь нескрываемая агрессия. Лев уже много раз говорил о том, что ждать нападения Буров – это глупо, нужно самим начинать действовать и освободить Зенру от диктатуры.

Лекс отрицательно покачал головой:

– К счастью, пока нет. Но они выдвинули ультиматум: если Эрия не сдаст всех Посвящённых, нас ждёт война.

На мгновение все затихли. Лекс тоже ничего не говорил, ожидая, пока значение сказанного станет понятным всем.

– Что за бред! – возмутился Лев. – В каком смысле – сдать Посвящённых?

– Как это? – спросил Ронни. – Как они себе это представляют?

– Что тут непонятного, – отозвалась Ди. – Войны никто не хочет, даже Буры. Им нужны все те, через кого действует Продромус, к остальным претензий нет.

– Но ведь правительство на это не пойдёт? – явно испугался Ронни.

– Я бы не особо надеялся, – заметил Тейре.

Не позволяя страху и возмущению распространяться дальше, Лекс вновь взял слово:

– Никто не будет сдавать Посвящённых, об этом даже речи не идёт. Наоборот – сейчас, как никогда, каждый Посвящённый на счету. Учитывая, что Продромус не являлся к нам уже давно, единственная встреча с ним за последний год была у группы Ке́рдона после испытания, можно смело утверждать, что он опасается принимать материальный облик, потому что в нём он уязвим. Буры заявляют, что их Покровитель постоянно общается с ними, что правительство в Зенре захвачено по его приказу, значит, он, напротив, ничего не боится. Несложно догадаться, что наши Покровители что-то не поделили между собой. И теперь в их проблемы вольно или невольно вовлечены мы, люди. Поэтому я в этом заявлении не вижу ничего неожиданного. Как Посвящённые, так и наделённые даром Предвестия, опасны для Буров, потому что в них заключена сила Продромуса.

Все невольно посмотрели в сторону Кей и Ивы, а Ронни даже решился пошутить:

– Ну вот, я всегда с Тейре летаю, в надежде, что он меня защитит. Всё, в следующий раз я сажусь в рет с вами, девочки.

– Это ты зря, – отозвалась Алиса. – Их первых захотят убить, раз они такие важные.

Кей недовольно поморщилась – как всегда, Алиса показала свою зависть глупыми замечаниями. Их отношения сразу не сложились, и меньше всего на свете она хотела попасть с ней в одну группу. Ива же, казалось, не заметила этих слов и спросила у Лекса:

– Ты имеешь в виду источник силы Продромуса?

– Именно, – ответил Лекс. – Легенды всегда на чём-то основываются, и все помнят историю о Великой битве, когда Посвящённые смогли поставить огненный щит над Эрией. Неизвестно, как всё было на самом деле, но то, что многие из наделённых даром Предвестия и Посвящённые могут черпать силу из источника Продромуса, это правда. Я видел собственными глазами нечто подобное.

– И на что это похоже? И где? – сразу заинтересовался Тейре.

– Об этом мы ещё поговорим, – отмахнулся Лекс. – Сейчас главное другое. В совете Предвестников опасаются, что Продромус совсем перестанет приходить к нам, и тогда никто уже не сможет стать Посвящённым. Поэтому было принято решение, что все ученики должны в течение месяца пройти испытание.

– И это после того, как стало ясно, что Посвящённые будут главной целью Буров? – с явным вызовом спросила Ива.

– Чтобы было кем откупаться, если что, – мрачно заметил Тейре.

Лекс бросил на него осуждающий взгляд.

– Вы знали, на что шли.

– Нет, не знали! – взорвался Тейре. – Ты не говорил, что если что-то пойдёт не так, мы станем главной мишенью для армии Буров!

– Никто не знал, что Буры объявят нам войну. Но ты знал, что вступление в Орден – это серьёзно, – безапелляционно произнёс Лекс.

– Да, нас предупреждали, что Орден Посвящённых – это не увеселительный клуб, – вставила Ива. – Но Буры и война – это слишком.

– Мы просто ещё не готовы, ты сам это говорил, – осторожно заметила Алиса.

– Что за чушь! – возразил ей Лев. – Я уже давно готов. Набрали кучу ни на что не годных девчонок…

– Я бы ещё посмотрела, кто тут годный, а кто нет! – возмутилась Ива, и Лев сразу притих. – Последи за своими выражениями. Я знаю, что я говорю – испытание не так просто пройти. Спроси вон у Октавио.

Все посмотрели на Октавио, который стоял в проёме двери, прислонившись к косяку. Каждому было известно, что когда-то он не смог стать Посвящённым, но это ничуть не смущало его, и Октавио с улыбкой заявил:

– Вот если бы я только мог рассказать вам хотя бы немного… Поверьте, эта перспектива испугала бы вас больше, чем возможная война с Бурами. Но, к сожалению, если я скажу хоть слово, у меня вывалятся зубы или ещё что-то в этом роде, поэтому я молчу. Лекс меня предупреждал, что я самоуверенный тип и поплачусь за это, но я не верил ему, молодой был, глупый. А вот Тод, когда готовился…

– Так, Октавио, достаточно. Мы все с удовольствием послушаем твои истории, но несколько позже, – прервал его Лекс. – И не надо пугать ребят, им ничего не угрожает, кроме возможного провала. Да, я понимаю, что эта новость вас шокирует, я ведь и сам говорил, что в нынешних условиях вы будете готовы только через год, не раньше.

Лекс обвёл глазами свою группу, в которую он вложил столько сил и времени, с которой связывал большие надежды, и продолжил:

– Совет Предвестников, да и я сам, прекрасно знаем, что многие из вас могут не справиться. Это обидно для нас всех, но иного выхода нет, вы должны это понять. Сейчас нужно думать не о собственных страхах и желаниях, а об интересах страны. Кто-то из вас всё равно пройдёт, а, значит, станет Посвящённым. А Посвящённые нужны для защиты нашей Родины.

– Только вот какой ценой, – тихо сказала Ива.

Её, казалось, никто не услышал, а Лекс продолжал:

– Я не имею права вас заставлять, понимаю, что после такой новости о Бурах вы могли испугаться. Заметьте, я ничего от вас не скрываю и предельно откровенен. Но я напоминаю, что, если кто-то решит отказаться, никто из группы не сможет принять участие, искать сейчас замену времени нет. Я не собираюсь давить на вас или осуждать в случае отказа – я пойму…

– Ну как же, поймёшь, я помню, как ты согласился со мной, когда я отказался участвовать в этой безнадёге, – произнёс Тейре, всем своим видом давая понять, что всё было как раз наоборот.

– Тейре, оставим эти пререкания, они ни к чему не приведут. Если ты не хочешь – я не настаиваю, – заметил Лекс. – Но из-за тебя не смогут пройти те, кто хочет это сделать.

– Да как будто я о себе пекусь! – возмутился Тейре. – Вон, Алиса, например, как она это сделает?

При этих словах Алиса смущённо улыбнулась, согласно кивая. Ива, которая обычно высказывала Тейре за вечные перепалки с отцом, на этот раз встала на его сторону.

– И я об этом, Лекс. Это безумие какое-то – отправляться на испытание сейчас. Мы даже не говорили, как оно проходит!

Лекс вздохнул, развёл руками и ответил:

– В конце концов, это не моя прихоть. Так решили сверху, обсуждать тут нечего. Сейчас нам нужно как следует подготовиться за оставшийся месяц, вот что важно.

Он замолчал, и тут же со всех сторон посыпались реплики учеников: воодушевлённые, испуганные, нерешительные и категоричные. Как обычно, начался балаган, в котором сложно что-то понять, но в целом было ясно, что большинство не только согласны на досрочное испытание, но и уверены в его успешности.

Ива отозвала Кей в сторону и спросила:

– Они что, все с ума сошли? Мы с Ронни точно его провалим. И Алиса тоже, вот увидишь

– Почему ты не включаешь меня в этот список? – удивилась Кей. – Или ты во мне так уверена?

– Я уверена в твоём тайном друге, который поможет тебе, – подмигнула Ива. – А если честно, я на самом деле думаю, что ты вполне готова. А вот я – нет. И ещё меня тревожит, что происходящее не укладывается в общую картину, как будто у нас не хватает важных элементов.

– Какую ещё общую картину? – переспросила Кей. Такие слова из уст Ивы звучали непривычно, и она сразу поняла, чьи мысли она высказывает. – Это Ронни тебе опять что-то наговорил?

Ива оглянулась, словно боялась, что их подслушивают, но рядом никого не было. Лев, Тейре и Дарград наперебой обсуждали с Лексом вероятность войны, Ди что-то объясняла Алисе и Дану, а Ронни показывал Октавио найденную в библиотеке книгу, с которой он уже всем изрядно надоел – в ней были какие-то сложные математические формулы, понятные только ему. Ива продолжила:

– Кей, посуди сама. Если собрать вместе все странные события, которые случились за последние годы, что получается? Наши отцы проводили исследования и обнаружили данные, которые их насторожили, хотя мы с тобой так и не смогли разобраться, что в них было такого, из-за чего нужно было их убивать, и как вообще всё это связано – исчезновение тьянов и младенческая смертность. Немного погодя Продромус перестал являться людям, а вот Бур, напротив, активизировался. В Зенре произошёл правительственный переворот. В Тивре только всё нормально, но надолго ли? А твои видения, которые не похожи на Предвестия? И пепелищ столько, что страшно становится. Я никак не могу свести эти события в единую систему, и Ронни не может.

О том, что она слышит голоса, Кей рассказала только Иве, в надежде, что с той происходит то же самое и что это часть их дара. Обычно это случалось по ночам, ближе к рассвету – Кей резко просыпалась, и было такое чувство, как будто её кто-то звал по имени. Постепенно она различала глухой и далёкий голос, который всегда повторял одно и то же: «Кей, зáмок ждёт тебя. Приходи, я уже устала. Поспеши, Кей…». Голос был ей незнаком, по ощущениям он принадлежал какой-то старухе, и был неприятен, как скрежет зубов. И потом, когда этот голос звучал всё громче и громче, перед глазами Кей возникал зыбкий образ древнего замка из белого камня, после чего наваждение пропадало. И если Предвестия всегда происходили только во сне, то эти видения случались наяву, и в них Кей оставалась собой, а не перемещалась мысленно в человека из Предвестия. Два последних раза это происходило с ней днём, когда рядом были другие люди, отчего Кей чувствовала себя ещё хуже, боясь, что она может чем-то выдать происходящее с ней, и все будут считать её окончательно спятившей.

– А с чего Ронни взял, что должна быть какая-то взаимосвязь? В мире творится много всяких вещей. И мы с тобой обязательно ещё разберёмся, что к чему. Сейчас главное – пройти испытание и стать Посвящёнными, так? Значит, надо радоваться, что не придётся сидеть в этом лесу ещё целый год. У нас получится, я в этом уверена!

Но не было похоже на то, что она смогла убедить подругу. Что-то беспокоило Иву, а, может, она знала несколько больше, чем говорила. Кей обняла её и сказала:

– Не переживай! С нами ничего не случится, это даже интересно. Сейчас это вправду нужно, Лекс не дал бы своего согласия, если была хоть какая-то альтернатива.

Ива вздохнула и больше ничего не сказала. Хотела она этого, или нет, но решение было принято. Их всех ждало испытание, и теперь оставалось только надеяться на благополучный исход.