Держись от них подальше. Часть первая

Автор: Анна Ванина.

Предисловие автора.

Мои герои и их приключения появились давно. У меня не было цели писать об этом. Я не видела себя в роли автора. Персонажи оказались настойчивыми. Так появилось наше общее творчество. Герои творят свою жизнь, я лишь записываю.

У персонажей нет прообразов, все они уникальны. Приключения нередко построены на реальных событиях (темы использованы исключительно с разрешения рассказчиков). В тексте встречаются упоминания исторических фактов. Но все факты добросовестно пропущены через бурную фантазию автора. Результат очевиден – каждого может накрыть белым пятном истории.

Благодарности

Самые добрые слова благодарности заслуживают мои родные за помощь и поддержку, которую они оказывают мне в ходе работы над романом.

Хочу выразить искреннюю признательность и благодарность моим замечательным, терпеливым и внимательным бета-ридерам за время, которое они уделили мне и моей книге:

Ирине Васильевне Ивановой (учитель, поселок Плюсса Псковской области), Дарье Владимировне Крыловой (юрисконсульт, Санкт-Петербург). Их критика помогла сделать книгу лучше.

Благодарю бета-ридеров из группы ВКонтакте “Бета-ридеры – помощники сочинителей”:

Сергея Берегового – за искрометные, полные жгучего юмора, замечания по первой главе;

Татьяну Лучникову – за ценные замечания и советы.

Считаю, что мне бесконечно повезло встретить бета-ридера Тадухепу Тушраттовну. Она оказалась чрезвычайно внимательным читателем. Такого серьезного отношения к моему тексту, настолько полного разбора с пояснениями и замечаниями к отдельным сценам прежде я не встречала.

Аннотация

Главная героиня – свободолюбивая, независимая девушка Александра Ларина, невезучий сотрудник полиции с большой мечтой. Жизнь кажется ей скучной. Но стоит на ее балконе появиться незнакомцу, как все переворачивается с ног на голову. Вместо карьеры следователя ее отправляют в архив. Умирает бабушка – единственный родной человек Александры. Объявляется давно погибший отец. Чужая ошибка впутывает Александру в поиски таинственного артефакта рода Романовых. У нее открываются необычные способности. По ее следу идут безликие охотники. Соблазнительный стажер дарит ей черный гробик. Злобный Тюлень обвиняет в убийстве. Красавчик Амур приглашает на татами. После всех передряг Александру мучает вопрос: “Что творится со мной и вокруг?”. Не успевает она оправиться от очередного покушения, как заявляется побежденный Амур. Как теперь изменится жизнь Александры? Да и оставят ли ее в живых?

Глава 1

За открытым окном, под тяжелым, свинцовым небом, просыпался большой город. Темная, лохматая туча медленно наплывала на крыши домов. Зацепилась за небоскребы и улеглась на них грудью. Блеснул зигзаг молнии. Сухой треск расколол небесную твердь. Потоки дождевой воды обрушились на пыльные улицы.

Александра открыла глаза. Вдохнула свежесть дождя. Прохладный, влажный ветер врывался в открытое окно, обнюхивал комнату и мчался на свободу. Легкая занавеска металась, готовясь улететь. Крупные капли забрызгали подоконник. Порыв ветра подхватил горсть небесной воды и бросил Александре в лицо. Она вздрогнула от неожиданности. Провела ладонью по щеке, смахивая капли. Поднялась и прикрыла окно. За стеной дождя во дворе старая черемуха размахивала зелеными ветками с бахромой белых цветов.

– Наше счастье – дождь да ненастье, – со вздохом пробормотала Александра, кутаясь в тонкое одеяло. Она лежала и смотрела на потоки воды, скользящие по стеклу. За окном монотонно шумела непогода. Мысли делались медленными и ленивыми. Сегодня шум дождя казался приятным, успокаивал. Не надо спешить на работу, прыгать через лужи, пытаться удержать зонт.

Дремота отступала. Сонные мысли плавно сменились неприятными воспоминаниями. Александра тут же отогнала накатившую хандру.

“Выходные – это здорово. – Она потянулась, наслаждаясь покоем и расслабленностью. – Не видно самодовольной рожи нового начальника”. – С его появлением в районном отделе дознания работа для Александры превратилась в кошмар.

Оглушительный раскат грома дробью проскакал по крышам. Зазвонил телефон, нарушая утреннее уединение. Александра взглянула на яркие, синие цифры электронных часов, светящиеся в сумраке комнаты. Поморщилась, нехотя опустила руку в огромную, нежно-зеленую меховую тапку у дивана. Достала из нее телефон. Мазнула пальцем по экрану и под очередной громовой бабах буркнула в микрофон хриплым голосом:

– Питомник носорогов на проводе.

Пара секунд тишины, а потом до безобразия бодрый и радостный голос Ленки огорошил:

– Вы вчера забыли клетку главного носорога закрыть. – Она подпустила в голос язвительности. Давясь от смеха, выдала: – И он всех… того… осеменил.

– Не успел. Я сдала его на колбасу, – зевая, произнесла Александра.

– Жестокая! – Возмутилась Ленка. – Ты еще спишь?

От энергичного голоса подруги желание спать и нежиться стремительно отступало.

– Да он затра… Забодал он меня. У него каждый день новая гадость готова. Стоило ему появиться в нашем отделе и у меня все прахом пошло. Всегда находит повод боднуть. Вчера обгадил все выходные. На совещании опять на меня орал. Да еще Мишка добавил. Сзади в ухо мне шепнул, серьезно так: “Да, Сашка, это любовь”. Народ услышал. Ржали до конца совещания.

– Ну так подсыпь своему носорогу в чай слабительное.

– Он чай не пьет.

– Может ему дверь дегтем намазать?

– Ага. Уже готовлю стратегический план, как от него избавиться.

– Бросай это грязное дело. У тебя скоро о-о-отпуск, – жизнерадостно растянула слово подруга. – Хорошо в отпуске. Лежишь на пляже. Песочек тепленький. Морем пахнет.

– Татьяна в отпуске. Не отпустит он меня. – Александра замолчала. Солнечное настроение подруги разбавило ее раздражение, но досада осталась. – Не работа, а ремесло. Серость какая-то. Все ничтожные дела мне отписывает. Последнее – о краже трусов и лифчиков.

– Красота кругом, солнышко светит. Татьяна твоя скоро вернется, и пойдешь ты в отпуск. И будет тебе счастье. Солнце, пляж… – Ленка засмеялась.

– У нас гром и молнии, дождь льет. Потоп у нас… В-о-о-от, теперь конец света наступил, – со вздохом произнесла Александра, глядя на погасший экран электронных часов. – Вы еще долго загорать собираетесь?

– Не чахни. Мы с Иваном скоро возвращаемся. Решили к тебе в гости нагрянуть. Готовься, скоро припремся, – подруга жизнеутверждающе пропела последнюю фразу и отключилась.

Александра вернула телефон в пушистую тапку. Повернулась к окну, глядя на нервно дергающуюся от ветра, мокрую занавеску. Гром затих, дождь сеял мелкие капли в стекло. Благодушие сменилось глухим раздражением. Откинув одеяло, Александра поднялась и пошлепала босиком в ванную. Вредный стул бросился под ноги, стол подставил угол.

– Да, чтоб вас всех… – чертыхнулась она, растирая будущие синяки.

Душ взбодрил. Александре хотелось погрызть кого-нибудь. Яркая картина собственного конфуза на пятничном совещании настойчиво лезла в голову.

Перед мысленным взором всплыл образ начальника – широкого и невысокого с крупным, щекастым лицом. Прямолинейный и нахрапистый, он гордился своей прямотой, вещая гадости подчиненным. Именно вещая, просто говорить с сотрудниками у него не получалось. Александру выводила из себя его презрительная усмешка. Но самым невыносимым оказалось внутреннее ощущение от общения с ним. Он говорил, а в душе у нее словно наждачная бумага скребла.

Она сразу обозвала его носорогом шершавым. Прозвище тут же приклеилось.

Глядя в окно, Александра замечталась:

“Вот раскрою крупную кражу, или убийство, тогда… И что тогда? – Осадила она себя. – В отдел дознания поступают заявления о мелких нарушениях. А перевод в следственный комитет завис. Новый начальник напишет такую характеристику, даже в дворники не возьмут”.

Дождь затих. Она вышла на балкон, наслаждаясь чистотой умытых улиц. Мир посветлел. Ветер разогнал серую хмарь. Вернулся шум большого города и птичьи голоса. Воздух сделался чистым, влажным, свежим и теплым. Небольшой обустроенный двор, полный зелени, сейчас имел особое очарование. Пятиэтажки стояли в виде каре. Почти соприкасаясь углами, они ограждали уют от городской суеты.

В бескрайней, безоблачной синеве распахнулись цветные ворота радуги. Над ними, чуть бледнее, еще дуга. А за ней – третья небесная подкова.

“Радуга – это улыбка судьбы. Тройная радуга к счастливым переменам, – вспомнила Александра бабушкины слова. – Странная у судьбы улыбка. Больше на гримасу похожа”. – Она усмехнулась сомнительной примете.

На балкон соседнего дома вышла невысокая темноволосая девушка. Она улыбалась, продолжая разговор с кем-то в комнате. Через открытую дверь доносились громкие мужские голоса. Тут же их заглушила музыка.

“Новые соседи проснулись. Похоже, день будет шумным”. – Александра улыбнулась соседке и вернулась в комнату.

Окинув критическим взглядом свои малогабаритные хоромы, она поморщилась. Предстояла генеральная уборка, то есть очищение окружающего пространства и восстановление жизненного равновесия, как говорит Ленка.

С детства Александра терпеть не могла мыть пол, но еще больше не любила гладить белье. Но бабушка учила: “Трудности закаляют характер”. Трудовой порыв, с перерывами на интернет и чай, занял весь день.

Квартира дышала чистотой. За большим, отмытым до скрипа, окном сгустились сумерки. Александра щелкнула клавишей на стене. Вокруг разлился мягкий, яркий свет. Чистое, но голое окно делало комнату неуютной.

– Усталая, но довольная, она отправилась вешать новые портьеры, – мурлыкала себе под нос Александра, уговаривая себя на финальный рывок. Древняя стремянка сопротивлялась, не желая стоять ровно. Портьеры – большие, из плотного, тяжелого, мягкого белого шелка, давно ждали своего часа.

Музыка в соседнем доме стихла. Только громкие мужские голоса о чем-то спорили в комнате за открытым окном. Слышались отдельные слова. Александра усмехнулась, отчетливо расслышав: “Сам дурак”.

– Ничто нас в жизни не может вышибить из седла… – шипела Александра сквозь зубы, изгибаясь на верхней ступеньке стремянки-долгожителя. Мерзкие петельки не желали цепляться за мелкие крючочки. Вдохновение от мыслей о шикарной драпировке белоснежного шелка на окне сменилось раздражением.

– Ваше здоровье, – внезапно услышала она у самого своего уха.

Вздрогнув от неожиданности, развернулась на голос. Верная стремянка, пронзительно скрипнув, разъехалась. Александра схватилась за карниз и вместе с ним рухнула на пол. К грохоту стремянки и карниза добавился звук разбитой бутылки.

– Твою ж контузию! Так убить можно, – возмущенно прохрипело под ней что-то большое, пытаясь выбраться из ловушки.

Александра, путаясь в шелковых портьерах, барахталась на чем-то живом и мягком. На ощупь оно опознавалось, как тело. Шевелилось и кряхтело. Откинув ткань, она вскочила и осмотрелась. У раскрытой балконной двери на полу сидел незнакомый мужчина. В комнате разливался сладкий аромат алкоголя.

Пригвоздив незнакомца к месту сердитым взглядом, она молча сгребла в кучу уже совсем не белый шелк. С досадой посмотрела на мокрые розовые пятна на ткани. Стиснув зубы, Александра положила портьеры на карниз, упокоенный под окном у стены. Пригладила руками растрепавшиеся волосы и с неприязнью уставилась на незваного гостя. Тот так и сидел на полу.

Он был большой. Стоя рядом, она выглядела ненамного выше. Лицо его показалось знакомым, особенно мягкая, располагающая улыбка и смеющиеся глаза. Где-то она уже их видела.

“Не важно. Мало ли похожих людей”, – упрекнула себя Александра. Хотела возмутиться и спросить: “Что Вы себе позволяете?”, но неожиданно у нее вырвалось:

– Оф-ф-фонарел?

Потирая правое плечо, он улыбался.

– Вы там живы? – послышался взволнованный девичий голос с соседнего балкона.

– Значит, говоришь, счастье само на меня свалится, – улыбаясь еще шире и разминая шею, ответил своей знакомой мужчина. Он так и не отводил задумчивого взгляда от Александры.

Она посмотрела на девушку. Та виновато улыбнулась и беспомощно развела руками. Вернув внимание на белобрысого незнакомца, Александра произнесла строгим голосом:

– Выход там. – Она хотела махнуть рукой на пожарную лестницу, но передумала. Все-таки пятый этаж. Указала рукой на входную дверь.

Глупая улыбка сползла с его лица.

– Даже чаю не предложите? – произнес он с обидой.

– Что? – с изумлением спросила Александра придушенным голосом. – “Он еще и тупой”, – С усталым раздражением подумала она, взглянув на учиненный разгром.

– Я помогу. – Проследив за ее взглядом, незнакомец дернулся. Поднимаясь, толкнул ногой карниз. Тот отъехал Александре под ноги. Незнакомец замер в нелепой позе.

От возмущения Александра чуть не задохнулась. Ее глаза, опасно блеснув, потемнели.

– Татарин, – процедила она сквозь зубы и прищурилась.

– Почему татарин? – возмутился незнакомец.

– Потому, что вломился незваным, – с неприязнью произнесла она. Ее возмущала бесцеремонность проходимца. Отступив на шаг, она ткнула указательным пальцем в сторону двери и повторила: – На выход. Быстро.

На соседнем балконе девушка с сочувствием наблюдала за происходящим.

– Вот ведь… – не закончив фразу незваный гость не спеша поднялся. Он стоял перед Александрой огромный, чужой, нетрезвый и решительный.

Она сразу пожалела о смелости. Но отступать поздно, да и некуда. Если только самой выскочить на балкон. Но пятый этаж… Не поможет старая пожарная лестница на стене. До нее еще надо допрыгнуть.

Чужак вдохнул, намереваясь возразить, и замер. Резко выдохнул, развернулся и двинулся к двери. Выйдя на лестничную площадку, оглянулся, посмотрел на Александру пристально и шагнул прочь.

Дверь закрылась. Алекс остался один. Постоял и пошел к лестнице. Спустился на несколько ступеней, остановился и сел. Уперся локтями в колени, обхватил голову руками и простонал:

– Идиот. Допился.

Он сидел на ступенях и мысленно обзывал себя крепкими, не печатными словами. А еще ему стало досадно: “Подумать только, так просто попался. Надо же поспорить с Костей. Он ведь просто “на слабо” взял. Друг называется. Развел как мальчишку. Истинный Бес”.

Вспоминая недавний спор с другом, Алекс усмехнулся. Ведь даже Костя не ожидал от него такого финта.

“Пожарная лестница – самый короткий путь”, – решил Алекс, гордясь своей спецподготовкой. Карабкаясь по металлической лестнице, замер напротив балкона на пятом этаже, мысленно досадуя на себя: “Выгляжу идиотом. Но никто не тянул за язык. Сам поспорил, что с легкостью познакомлюсь с этой красоткой. Маринка еще масла подлила: “Жениться тебе надо. Или ждешь, когда счастье само на тебя свалится?”.

Он провел ладонью по лицу, смахивая воспоминания, и вздохнул. – “Вот и свалилось. И что теперь делать? Как подойти к этой птичке? Точно пигалица, такая же маленькая и шустрая”.

Алекс страдал, сидя на бетонной ступеньке. Мысли, одна безрадостнее другой, кружили стукнутую карнизом голову. Чувствуя себя дураком, он удивился тому, с каким удовольствием и теплотой вспоминает эту отважную птичку. Вспомнил обиду, промелькнувшую в ее глазах. А потом она посуровела, рассердилась. Как она его выставила за дверь: “Выход там!” Просто прелесть.

Потом он вспомнил барахтанье под занавеской, большой и белой, как купол парашюта. Ему стало нехорошо, вернее хорошо, даже очень хорошо.

“С этим надо что-то делать”, – думал он, мечтательно улыбаясь.

Глава 2

Закрыв дверь, Александра вернулась в комнату. Постояла, собираясь с мыслями. Обвела горестным взглядом учиненный разгром.

– Ну, вот. – Она вздохнула с досадой.

Жалкие портьеры покоились бесформенной кучей на полу у окна. Рядом раскинулись останки старой стремянки. Под ними осколки темного стекла от разбитой бутылки в розовой, ароматной луже.

“Вот же придурок. Только все убрала”. – Александра собрала осколки, вытерла лужу. Попыталась реанимировать стремянку. Поняв тщетность стараний, отнесла ее в прихожую. Решила утром отправить останки в последний путь.

Отцепила многострадальные портьеры от карниза. Сгребла ткань в кучу и понесла ее в ванную. Вспомнила: балконная дверь по-прежнему открыта. Бросилась к ней, закрыла и выключила свет в комнате, скрываясь за приветливыми ночными сумерками.

Без занавески ночное окно выглядело одиноким и неуютным. Александра пыталась уснуть, ворочаясь на диване. Лежала, закрыв глаза, качаясь на грани яви и сна, засыпая…

Перед мысленным взором Александры распахнулась солнечная дверь, открывая безграничный простор. Там, подсвеченный золотыми лучами, стоял благородный, могучий старик. Простая одежда – белая рубашка из холста и шаровары. Светло-русые с проседью волосы, седая, волнистая борода. В полной тишине он приблизился, посмотрел на Александру печальными серыми глазами. Перевел взгляд куда-то ей за спину и улыбнулся.

С любопытством и удивлением Александра рассматривала открывшуюся картину. Особенно поразила камея в руках старца.

На восьмилучевой путеводной звезде из кроваво-красной яшмы, обрамленной кружевом тончайших золотых нитей, будто живая, сидела сказочная птица с головой дракона. Длинные, тонкие перья цвета алого пламени струились, словно шелковые. Радужно сияла царственная корона на ее голове. Распахнув широкие крылья, готовая сорваться и взлететь, птица внимательно смотрела на Александру золотыми драконьими глазами.

– Вручаю тебе Силу Небесную. Прими ее по праву крови рода своего. Приручи ее, и она отзовется благодарностью. Это наша с тобой тайна, – услышала Александра тихий, но внушительный голос в голове. Удивилась, поняв, что чудной старик не шевелит губами. А еще, старик явно смотрел сквозь нее, будто она ему не интересна.

Внезапно птица встрепенулась и, обращаясь в живой, стремительный поток яркого света, понеслась к Александре. Вспышка стрелой пронзила ее. Она вздрогнула и… резко села на диване. Испуганно огляделась. В комнате серел рассвет. Ночная прохлада бодрила, проникая через приоткрытое окно. Александра закуталась в одеяло и замерла, вспоминая необычное видение.

“Давно не видела таких ярких снов… – Додумать она не успела, услышав негромкий стук по стеклу. – Птички?” – удивилась она, поворачиваясь к приоткрытому окну. Замерла, увидев большой силуэт в белом на балконе.

Сердце отчаянно застучало у самого горла. Прижав одеяло к груди, Александра боялась пошевелиться. Осторожный стук повторился. Она окинула взглядом комнату в поисках чего-нибудь тяжелого. На столе фарфоровая ваза.

Пересилив страх, Александра медленно опустила ноги с дивана. Промахнулась мимо тапок. Босиком встала на пол. Придерживая одеяло одной рукой, другой схватила вазу. С опаской шагнула к балкону.

Там, за закрытой балконной дверью, был ОН. Вчерашний незнакомец. С огромным букетом белых роз. Он смотрел на нее серьезно и немного грустно.

– Извини, у тебя домофон не работает. Мы плохо начали наше знакомство. Давай исправим это, – произнес непонятный субъект, сдерживая несмелую улыбку.

– Ты их в дверь, они в окно, – проворчала Александра, вздыхая и опуская вазу на подоконник. Прислушалась к эмоциям незваного гостя. Бабушкина наука не раз выручала. Угроза от незнакомца не ощущалась, а разбираться в мешанине его чувств не хотелось. Не скрывая раздражения, Александра возмутилась: – Я ничего не начинала. И я Вас не звала.

– Я надеялся помириться. – Он смотрел на нее умоляюще и протягивал белые розы.

“На вора не похож. Не иначе мошенник”. Не слушая его оправданий, она развернулась и пошла прочь из комнаты. Закрылась в ванной, достала из шкафчика баллончик с лаком для волос, на всякий случай. Поставила его на полочку у двери и включила воду.

Бессонная ночь, ранняя побудка не добавили ей оптимизма. Двигаясь на кухню, она видела: непонятный тип так и стоит на балконе. В квартире царил сумрак, но она не хотела включать свет. Голое окно, карниз на полу, чистые портьеры разложены на сушилке в центре комнаты.

Александра включила чайник и поняла: она не сможет пить чай, пока ЭТОТ стоит на ее балконе. Тяжело вздохнув, она вернулась в комнату и убедилась: ОН не сдвинулся с места.

“На психа не похож. Если не криминал и не псих, то что ему надо?” – В ней ворохнулось предчувствие неприятностей.

– Я позвоню в полицию и у Вас будут проблемы, – подпустив строгости в голос, сказала она незнакомцу.

– Я помогу повесить карниз, – ответил он, глядя на нее умоляюще. Сунул руку в карман и достал отвертку.

Простое движение странного типа насторожило Александру. Она внимательно проследила за его рукой с длинной отверткой, сверкнувшей белыми металлом. Молча отошла к дивану. Медленно, будто опасаясь резких движений, присела, пошарила рукой в меховой тапке. Достала телефон и, не сводя с незнакомца взгляда, отступила из комнаты. Опомнилась лишь на кухне и рассердилась на себя.

“Вот же, глупость. Для нормального человека отвертка и есть отвертка, а меня сразу наводит на мысль об орудии преступления. Но самое скверное, звонить я никуда не буду. Начальник проведает и снова начнет орать: “У Вас, Ларина, потрясающая способность провоцировать нормальных людей на неадекватные поступки”. А он точно узнает, ведь сводку читает ежедневно. Совсем меня заклюет. Что делать с этим придурком на балконе? Стоит. С цветами. Все ему нипочем. Просто цирк бесплатный”.

И тут ее пронзила леденящая мысль: “Сейчас кто-нибудь сделает ма-а-а-а-аленькое такое видео, выложит в сеть и напишет какую-нибудь гадость. Ох и прославишься же ты Санечка на радость начальнику. Уж он не упустит возможность высказаться о происшествии на очередном совещании”. От представленных неприятностей у нее даже дух захватило. Приняв решение, она двинулась к балкону.

– Вы должны уйти, забыть этот балкон и адрес, – произнесла Александра твердым голосом, открывая балконную дверь. При этом старалась выглядеть официально, насколько возможно это сделать в длинном махровом халате.

– Сначала карниз. – Он улыбнулся. Мягко отстранив Александру, просочился в комнату. Сунул ей в руки огромный букет. – Они пить хотят, будьте милосердны.

Она выразительно поморщилась, держа цветы в вытянутых руках. Отвернулась и внезапно чихнула от густого, сладкого запаха. Вынесла цветы на балкон и пихнула в ведро с водой.

– Ну, вот. А я старался, – пожав плечами и разводя руками, разочарованно произнес незнакомец.

– Я тоже, – поддержала его она. Качнула головой, указывая подбородком на свежевыстиранные портьеры. Те уже почти высохли, разложенные на сушилке в центре комнаты.

Он примиряюще выставил руки ладонями вперед.

– Я Александр, – представился он, наблюдая за девушкой с удивлением.

Она, закусив нижнюю губу, с тревогой рассматривала его руки. Крепкие, чистые, ухоженные, с длинными сильными пальцами. Только что виденные во сне. Помолчав, она произнесла, с растерянностью в голосе:

– Я тоже.

Он с недоумением посмотрел на свои ладони. Не заметив там ничего необычного, перевел взгляд на Александру и спросил с шутливой улыбкой:

– Вы увлекаетесь хиромантией?

– Предпочитаю дактилоскопию, – ответила она осторожно и перешла в наступление. – Вы хотели заняться карнизом. Если передумали, знаете, где выход. – И махнула рукой в сторону двери.

Он вешал карниз. Она наблюдала. В комнате царило безмолвие. Встав на жалобно скрипнувшую табуретку, большой мужчина упирался светлой макушкой в потолок. Мощный рельеф напряженных мышц проступал сквозь белую футболку. Сильные, длинные пальцы ловко вытаскивали старые саморезы из стены.

Через пятнадцать минут карниз занял прежнее место у потолка. Легонько щелкнув пальцами по карнизу, Алекс посмотрел на строгую хозяйку с мягкой, какой-то домашней улыбкой.

– Готово. – Подняв табуретку, он уверенно двинулся на кухню. Там уселся и предложил: – Давай пиццу закажем.

Александра сверлила его сердитым взглядом. Подаваясь вперед, приготовилась дать отпор.

– Не шуми, птичка. Я голодный, а друзья еще спят, – произнес он, стараясь ее успокоить. Деловито достал телефон из кармана.

“Все намного серьезнее. С вором, мошенником, психом понятно, что делать. Но этот что задумал?” – проскочила у нее мысль. Она поморщилась и проворчала, демонстрируя недовольство:

– Уже на “ты”? “Птичка”?

– Так удобнее. Зачем нам условности? А тебя мама с папой как назвали? – спросил он с легкой улыбкой и удивился ее вновь помрачневшему взгляду.

Помолчав, она сощурилась и спросила с неприязнью в голосе: