Захватчики. Закоулки прошлого

Метавселенные фэнтези

Иллюстрации

Анны Шевелевой

© Заугольная О. О., 2023

© Шевелева А. В., иллюстрации, 2023

© Копченов П. Н., карта на форзаце, 2023

© Оформление серии. АО «Издательство «Детская литература», 2023

Глава первая, в которой Тедди и Димка узнают историю Матильды

Тедди думала, что они и за неделю не управятся, рассказывая Матильде о том, что с ними случилось в Неблагой долине. Как они с Димкой туда попали – это можно было и не говорить: Матильда своими глазами видела, как Алисо, тогда еще с виду совсем Александр Мусов, отец Тедди и муж самой Матильды, отправил дочь и пасынка «к бабушке в деревню». Но как описать их ужас, когда они узнали, что бабушка Тедди – это… мышиная королева? А ее подданные, ростом с самих Димку и Тедди, едва не сожравшие их при первой встрече?.. Да если бы не Голос Тедди, то съели бы!

И это Димка и Тедди еще не знали, что известно его матери о самом Голосе. Знала ли она, что им можно управлять кем угодно, даже удивительными движущимися деревьями Неблагой долины? А знакомство с Солом и Тинатин, принцем и принцессой удивительных летунов, так похожими на гигантских сов и не похожими в то же время, со своими руками и крыльями, да к тому же двумя сердцами!

Тедди схватилась за грудь и прислушалась. Оба сердца бились в унисон, но их точно было два.

– Все еще два сердца, после того, как ты недавно превращалась в летуна? – понимающе спросила Матильда и тряхнула кудряшками. – У Са… у Алисо было сильное желание превратить тебя… Да еще и твой Голос… Удивительно, что ты вообще сумела его остановить!

Тедди покраснела от удовольствия. Все-таки ее так редко хвалили! Отец же то считал дочь никчемной, то хвалил так, что Тедди хотелось немедленно сделать наоборот. Ничего хорошего от его похвал она не ждала.

Но нужно было еще рассказать про принцессу Дару и жутковатого короля летунов, Многоликого, про то, что за горы никак нельзя пройти, и, наконец, объяснить, как вышло так, что Димка стал ненаследным принцем и мышью! Тедди было стыдно признаться, что это она его превратила лишь для того, чтобы сбежать из мышиного лабиринта. И как это все вложить в слова? Оказалось, куда быстрее, чем Тедди могла вообразить.

Когда она перевела дух, Матильда с серьезным лицом кивнула и вдруг обняла ее, прижимая к себе, как недавно прижимала своего серого и хвостатого сына.

– Мы справимся, – шепнула Матильда.

– Справимся? – шмыгнула носом Тедди.

Теперь, когда рядом была мачеха, она могла позволить снова почувствовать себя слабой и обычной четырнадцати летней девочкой, а не могущественной принцессой. И как же это было хорошо!

– Обязательно, – все так же серьезно произнесла Матильда. – Если ты не забыла, я – дракон. И в этом мире я не знаю ничего, с чем не мог бы справиться дракон.

Тедди недоверчиво оглядела хрупкую фигурку Матильды. Прям-таки и ничего? Но спорить не стала. А вот Димка был куда внимательнее.

– В этом, мама, – нервно дернув хвостом, произнес он. – Но мы не остаемся в этом мире, верно? Мы идем в Неблагую долину, и если войска Тедди просто должны идти в обратную сторону по своим следам и им достаточно приказать не попадаться на глаза и вернуться, то что до остального? Есть ли там что-то или кто-то, с кем ты не можешь справиться?

Он воинственно встопорщил усы, но тотчас его пыл угас и усы повисли.

– Я боюсь за тебя, мама, – прошептал он еле слышно. – Мне так было страшно, когда я не знал, где ты! Когда только-только узнал, что ты где-то в долине…

– Тогда ты не знал, что я дракон, милый, – улыбнулась Матильда. – Не думаю, что мне могут всерьез повредить Теддины мышки или летуны. Дракону может повредить только другой дракон.

– Или охотник на драконов, – пробурчал Димка, ничуть не успокоенный.

– Нет, родной, охотники на драконов – это как раз сказки, – снова улыбнулась Матильда, но сразу погрустнела. – Другое дело принцы. Вот эта пакость похуже драконьей чумы.

– Ты… – Димка, похоже, заразился дурной привычкой у их подружки Нинки, потому как схватил хвост и прикусил его зубами. От волнения или смущения. Но все-таки справился с собой и прямо спросил: – Ты о моем папе?

Матильда помрачнела.

– Тедди, как там твои подданные? – спросила она.

Тедди посмотрела вниз. С Волчихи, так и не разбудившей свой крепко спящий внутри вулкан, открывался прекрасный вид. Тедди видела, как серые волны спускаются вниз и растворяются в лесу, прячутся в кустах и медленно двигаются в обратную сторону. Они должны были идти теми же дорогами, так же тщательно обходя городок, деревни и людей. К сожалению Тедди, она не владела тем фокусом, что позволил ее отцу Алисо провести все огромное войско так быстро. Но медленно, зато верно – тоже неплохой вариант.

– Прекрасно, движутся по плану, мама, – ответила она, всем своим видом показывая, что не двинется с места, пока вместе с Димкой не услышит историю.

«Мама» вырвалось рефлекторно. После того как Тедди прочитала эсэмэски Матильды, где она писала «Мама скоро придет» и «Я иду», она не могла избавиться от мысли, что обращалась Матильда не к ним обоим, у Димки был свой телефон, в конце концов.

– Хорошо, – сдалась Матильда, хотя по тому, как сверкнули ее глаза и заалели щеки, Тедди поняла, что была услышана. Понять бы, что об этом думает Димка, но усы и хвост его были просто в беспрестанном движении, а глаза-пуговки на серой мордочке ничего не выражали. – Я вам расскажу.

Правда, рассказывать она при этом не начала, а провела руками над Тедди, высушивая ее одежду. Тедди почувствовала, что даже начинающее першить горло прошло словно по волшебству.

– Любой дракон может так в любом мире, – пояснила Матильда. – В нас много магии, иначе мы не могли бы летать.

– Мама! – возмутился Димка, полагавший, что она просто уводит разговор в сторону.

И тут Матильда наконец начала рассказывать, без всяких предисловий и отступлений.

В мире драконов все было создано для драконов. Лесов там почти не было, зато были луга, на которых паслись стада живности, не имеющей других врагов, кроме драконов. Может, раньше там были хищники или они попадали через многочисленные кротовины – этого Матильда не знала и никогда этим не интересовалась. Слишком давно к ним начали проваливаться принцы и принцессы, рыцари и пастухи. Последние прикипали к огромным бесхозным стадам и жили припеваючи, но разговор был не о них.

Матильде было стыдно признаться, но она не знала, всегда ли драконы могли становиться людьми, или такая особенность появилась из-за людей. Или это люди стали такими из-за драконов? Разве это важно? Но людям с их хрупкими костями, тонкой кожей и неуемной энергией требовалось нечто большее, чем пещеры, пастбища со стадами и быстрые реки. А владеющие магией драконы были рады создавать для своих слабых смертных возлюбленных величественные замки и золотые украшения.

– Постой, мама, а откуда известно, что в кротовины попадали именно принцы и принцессы? – вмешался в рассказ Димка.

Матильда усмехнулась.

– Сам посуди, времена были сложные, и, если где-то начинали пропадать люди, туда другие простые люди не лезли. Разве что за заблудившейся козой. И только принцы с принцессами считали себя достаточно могущественными и умными, чтобы лезть проверять, что там.

А потом попавшие туда наши соплеменники, потерявшие память, продолжали таскать этих аристократов и впихивать в кротовины, хоть убей – не знаю почему. Словно что-то брезжило в их памяти. О них нашему племени рассказывали попавшие таким способом принцессы, и мы все знали назубок, что попасть в кротовину в истинном обличье значило застрять в нем на века. Впрочем, и в человеческом обличье никому не приходило подходить к кротовинам близко.

– Но ты все-таки подошла, – заметил Димка и потер усы.

– Подошла, – согласилась Матильда, в ее глазах блеснули слезы. – И тому есть причина.

Я росла в таком же замке, каких было много раскидано в долине самой крупной реки нашего мира, Эриле. Мой отец был уже немолодым драконом, сыном дракона и драконицы. Одно-два поколения таких браков – и мы ничем бы не отличались от наших предков, не видящих никакого смысла в превращении в человека. Нет ничего плохого в том, чтобы в мире драконов быть просто драконом, но вместе с возросшей магией возрастала и внутренняя ярость, питающая наш живой огонь. А это значило возвращение в горы и жизнь среди таких же диких чудовищ. Такой жизни родители мне не желали, а потому искали чистокровного человека или хотя бы полукровку. Я же не хотела замуж вовсе, но хотела ребенка. Я была юна, взбалмошна и больше всего любила летать или биться с другими драконами.

Тедди, у которой в голове вертелось какое-то смутное воспоминание про живой огонь, отвлеклась и поцокала языком, представляя Матильду-воительницу.

– А еще я была болтлива. – Матильда поморщилась. – И мой отец узнал о моих планах. К тому моменту он нашел мне пару. Эрик был полукровкой, да не простым, его мать была даже не принцессой, а королевой. Где-то неподалеку от замка, где они жили с мужем Эром, была кротовина в ее родной мир, и она то и дело исчезала в нем. Ее родители умерли, как и старшие братья, и я только сейчас начинаю понимать, что, возможно, там было вовсе не трагическое стечение обстоятельств. Королева правила в своем мире и жила в нашем, а Эрик был самым настоящим наследным принцем. Эр же клялся, что супруга воспитала сына драконом, а значит, наш с ним сын сумеет оборачиваться и летать. Обычно дети дракона и человека или дракона и полукровки не летают, крылья даются через поколение. Но у дракона с драконом или с полукровкой, выращенным как настоящий дракон, родится настоящий дракон.

Лгал ли нам Эр, или сам верил в то, что говорил, я не знаю. Но за возможность выйти замуж за принца с меня взяли то, что помешало бы мне расстаться с мужем после появления ребенка. Мой отец настоял на том, чтобы «поступить честно».

Матильда, все время разговора отводившая глаза, подняла взгляд.

– Во время свадебного обряда меня принудили отдать Эрику мое сердце. – И она коснулась своей груди слева, там, где у обычных людей и, похоже, драконов было сердце.

Глава вторая, в которой оказывается, что у Матильды нет сердца

– Сердце? – не поняла Тедди и споткнулась, едва не скатившись к подножию горы, ладно хоть Матильда успела поймать ее за руку. А хватка у мачехи, несмотря на невысокий рост и внешнюю хрупкость, оказалась просто… драконьей! – В смысле, тебя заставили в него влюбиться?

– Нет. – Матильда едва заметно улыбнулась, но глаза ее были грустными. – Драконы не верят в любовь, как, в общем-то, и принцы. Но зато они верят, что человек или дракон не может жить далеко от своего сердца. Только люди от этого просто умирают, а драконам куда хуже.

Тедди прикусила язык, чтобы не спросить, что же может быть хуже смерти.

– Мое сердце и сейчас хранится в хрустальном шаре в замке Эрика, если он, конечно, не расколотил его, когда мы сбежали, – пояснила Матильда. – В человеческом мире мне удается сделать подобие сердца из чистой магии и заполнить им пустой контур, чтобы не вызывать ненужных вопросов у докторов, но и только.

– У тебя нет сердца? – только сейчас понял Димка и замотал головой. – Не верю! Как по мне, ты самая сердечная из всех известных мне людей!

И Тедди энергично закивала, готовая подтвердить сказанное братом.

– Просто я люблю вас обоих, – мягко ответила Матильда. – Не знаю, где хранится эта любовь, может, как раз в пустующей дыре, но я испытываю чувства. Только еще больше я чувствую пустоту. Все время, особенно ночью. Когда же я превращаюсь в дракона, дыра становится только больше. Но даже это не заставит меня вернуться назад.

Тедди чуть не расплакалась. Она хотела помочь мачехе, но понятия не имела как.

– А если на Эрика воздействовать магией Голоса? – спросил Димка после короткой заминки, так и не решив назвать незнакомого ему принца отцом.

А Тедди неожиданно поняла, что ее брат, получается, дважды принц! Ненаследный мышиный принц и наследный… где он там наследный?

– К тому же он, получается, не дракон. Ни в каком из смыслов!

– Не знаю. – Матильда пожала плечами. – Я не хочу рисковать вами. В некотором роде он все-таки дракон. Жадный до золота и власти, гневливый, как дикий дракон, завистливый и злобный. К счастью, дрянному дракону небо крыльев не дало. К несчастью, из-за него и ты, Дима, лишен их. И только твои дети смогут летать.

– А если бы ты… родила Алисо ребенка, он бы стал драконом? – полюбопытствовала Тедди и испуганно прикрыла рот рукой. Вот зачем она бередит раны? Матильда с таким трудом избавилась от одного ужасного мужа, чтобы попасться к такому же!

– Не знаю. – Матильда не расстроилась, лишь пожала плечами. – Я не знаю, достаточно ли тут магии для рождения дракона. Да я и сама не помнила себя. Когда Эрик обнаружил, что Митрий не оборачивается, он был в ярости. Всем же растрезвонили, что Эрик – настоящий носитель драконьей крови. Теперь он опасался насмешек от знакомых драконов. Да и моего отца, полагаю, опасался тоже. К счастью, пустота в груди сделала меня осторожной и внимательной, и я успела, когда он пытался выкинуть тебя с башни. Прости.

Она отвернулась.

– Мы подслушивали, – дрожащим голосом произнесла Тедди. – Ты сказала, что твой муж ударил сына, а не…

– Ну не могла же я сказать, что он пытался его убить, – вздохнула Матильда, машинально потирая локоть.

Тедди внезапно как наяву представила, как бросается Матильда-человек и летит вниз с башни, на ходу превращаясь в дракона, сдирая толстую кожу и чешую о крепкие стены, ударяясь о каменный настил, успевая подставить крылья под падающего малыша. Как рвет когтями и зубами башню, где спрятался трусливый супруг, прожигает живым пламенем, уничтожая что-то важное для Эрика. Как он хватает хрустальный шар, в котором бьется небольшое, такое человеческое сердце, и пытается в ярости сунуть под огонь.

И ярость самой Матильды стихает. Завернув сына в плащ, как в крылья, она берет какие-то вещи, скатывает в тугой узел и бежит прочь. Не к той кротовине, где привольно чувствует себя ее свекровь, не к родителям, которые отдали ее Эрику. Прочь. Куда угодно.

Видела ли она кротовину прежде, чем провалиться туда? Этого Тедди так и не узнала.

– Не стоит смотреть так глубоко, – мягко произнесла Матильда, кладя руку на плечо Тедди и возвращая ее из мира прошлого. – Ты еще слишком юна, а твой дар силен. Не сожги его.

– Вот оно! – Тедди возбужденно подпрыгнула на месте. – Я поняла! Живой огонь – это и драконий тоже! Если им опалить Алисо, он полностью лишится магии и короны, что делает его неуязвимым! Мама, ты лишила так магии Эрика, значит, можешь лишить и Алисо!

– Только для этого неплохо бы его сначала найти, – охладил радость Тедди Димка. – А нам бы все эти тысячи мышей довести до долины… А насколько мы знаем Алисо, он давно затерялся между этими серыми и рванул вперед с помощью магии.

– Жаль, что я не знаю, как он вел с помощью Голоса, – вздохнула Тедди. – Дим, ты случайно это не понял, когда шел с армией сюда?

Димка сокрушенно покачал головой и потянул было хвост к усатой морде, но вовремя спохватился и отдернул лапы. Похоже, он решил бороться с дурной привычкой. А Тедди вспомнила о Нинке. Скоро ли она доберется сюда, или попадет по дороге навстречу армии и поймет, что нападение на людей отменилось? Лишь бы ее не затоптали в спешке, с которой торопились домой бравые воины армии Алисо.

– А зачем обязательно возвращаться? – прервала ее метания Матильда. – Я недолго наблюдала за жизнью долины, но даже этого времени хватило, чтобы понять: в долине не хватает еды на всех. Даже на мышей, а есть еще летуны и люди.

– А что тогда, оставить их тут? – растерялась Тедди.

Перед ее глазами возникла сюрреалистическая картина, как область вдруг наполняется загадочными толстыми рыбаками в перчатках и масках Гая Фокса, а по деревням с новыми силами начинают ходить рассказы о шишигах и бесах. Не, долго это так не продержится.

– Зачем же тут, – хихикнула Матильда, видимо представив нечто подобное. – Найти еще одну кротовину, наверняка поблизости есть что-то похожее, кротовины часто располагаются кучно. И даже если рядом ничего не найдем, то лучше пройти дольше и получить мир получше.

Идти неизвестно куда Тедди совершенно не хотелось. Да и переходы между мирами не показались ей чем-то таким, что можно найти за пару минут. Светящихся указателей или карт с крестиками на месте кротовин ей до сих пор не попадалось.

– А если мир будет только хуже, вроде родного мышиного? – Помощь пришла со стороны Димки, он потер мордочку лапами. – Мама, ты сама говоришь, что в этом мире мало магии, а мыши – существа магические, они питаются с помощью магии, живут, развиваются. А что, если другой мир отнимет все это? Как переход из твоего родного мира отнимал у драконов память?

Матильда нахмурилась.

– Об этом я не подумала, – честно призналась она. – Просто тот мир ужасен. Все эти склоки между мышами, летунами и людьми, нехватка ресурсов заметны даже с высоты.

– Но долина – это ведь не весь мир, – с жаром произнесла Тедди. Следующая мысль поразила ее внезапно: – А ты летала за пределы долины? Что там?

– Не летала. – Матильда заметно смутилась. – Горы меня пугали, да и оставлять вас слишком далеко не хотелось. Я и без того могла только иногда с высоты видеть перемещения тебя, Тедди, а сына не видела вовсе. Что, если бы я не успела?

Тедди вспомнила свое видение про маленького Димку, брошенного с башни, и понимающе кивнула. Такой страх просто так не проходит. Похоже, она была и впрямь неслабо околдована Алисо, раз отпустила сына с Тедди к неизвестно какой бабушке неизвестно куда и одних.

– Может, и хорошо, что не летала. Там какое-то заклятие. – Тедди попыталась утешить мачеху. – Я сама не дошла до его границ, но и летуны, и мыши утверждают, что выйти из долины невозможно. Вот они и вынуждены терпеть друг друга.

Некоторое время они шли молча. Тедди убедилась, что армия успешно прячется, и наконец вздохнула спокойно. Они остановились перекусить, и Тедди Голосом приказала армии сделать то же самое. По мнению Матильды, раз никто не знает, как проходить насквозь, то стоит идти только ночью. Зато она сходила в попавшуюся им на пути деревню и купила еще продуктов. А кроме нормальной еды для детей она купила несколько пакетов с крупами. Тедди смотрела, как ее довольные подданные рекой стекаются к Матильде, получают по горсти сырой крупы и тут же магией увеличивают ее, и едва не застонала от досады. Она могла придумать это сама!

– Не ревнуй, – шепнул Димка, который не позарился на крупу, а трескал бутерброды. – У мамы просто опыта больше. Ты тоже очень умная, вон сколько всего сообразила в пути сделать!

И Тедди успокоилась. Она даже умудрилась сбегать искупаться на речку, пока мыши прятались от полуденного солнца. А когда к ней присоединилась Матильда в таком обычном человеческом купальнике, Тедди почувствовала, что у нее идет самое обычное лето. Каникулы же! И в воду не надо лезть с рюкзаком на спине, чтобы скрыться от преследования, а ягоды можно есть, потому что хочется, а не потому что больше нечего!

Вечером Матильда снова обернулась драконом, едва не переломав подлесок, и полетела вперед, разведывая путь для армии. А Тедди решила поэкспериментировать с Голосом.

– Хочу, чтобы мы все, включая Матильду и Нинку, оказались как можно ближе к переходу в нашу долину! – произнесла она, задействуя весь свой полуторный Голос.

И оглянулась. Ничего не изменилось.

– Не думаю, что это так работает, – заметил Димка, опять что-то жевавший рядом. – Хотение ничего не меняет. Надо действие. И по отдельности, не пытайся воздействовать на маму, она сплошная магия.

Тедди кивнула и отогнала тень обиды. Надо пробовать еще, подуться она успеет.

– Путь Нинки выведет ее на поляну, чтобы я увидела, – произнесла она очень суровым «принцессиным» голосом и ахнула, когда на поляну кубарем выкатился серый комок.

Развернувшись, комок оказался мышью со слегка пожеванным хвостом и яркими фальшивыми перышками на щеках.

– Нинка! – ахнула Тедди и повернулась к Димке. – У меня получилось!

– Или получилось у Нинки, – философски заметил Димка, за что был несильно дернут за правый ус.

– Принцесса Тедди! – пискнула Нинка. Ну, хоть в обморок не свалилась, и то хорошо! – Я вас нашла!

Она огляделась, хвост ее задрожал.

– Где это мы? – спросила Нинка и все-таки плюхнулась в обморок.

– Вот и ответ, – самодовольно произнесла Тедди, на всякий случай оглядевшись: мало ли, вдруг она и впрямь закинула всех неизвестно куда. Но вокруг все было как прежде – помятый Матильдой подлесок, поляна и выглядывающие из кустов серые воины. – Я ее позвала, а не она нас нашла. Только чего она так испугалась?

– Дракона, кого же еще, – флегматично ответил Димка, приглаживая помятый ус. – Как думаешь, мы должны эти следы убрать или оставим на радость туристам?

Глава третья, в которой Тедди становится королевой, а Нинка обретает золотой хвост

Следующие полчаса Нинка и Дима занимались тем, что зачищали следы от дракона и прохождения армии мышей. Там, где они лились сплошной рекой, была просто грязная канава среди травы, и с ней успешно справлялась Тедди, заставляя траву расти заново. Но там, где были одиночные шаги оторвавшихся отщепенцев, нужно было работать вручную, а лучше лапами.

Когда вернулась Матильда, снова сведя на нет всю работу, она уверила их, что прямой путь армии не помешает снова встретиться у Перехода.

– Я сына где угодно найду по чувству крови, – просто пояснила она. – А уж он сестру не потеряет. Настоящий дракон!

Тедди сумела сдержать улыбку, глядя на раздувшегося от важности серого мохнатого «настоящего дракона». Что и говорить, Матильда была права в своей уверенности в сыне.

Так они и договорились. Матильда должна была лететь вперед и превратиться у самого Перехода, а заодно не дать его уничтожить Алисо с любой из сторон. Если же он вдруг прибудет даже раньше крылатой бывшей супруги, то надеяться оставалось лишь на оставленных там проверяющих. И на Болотную ведьму.

Тедди очень боялась, что склонный к разрушениям отец так и поступит, и потому торопила сытую и послушную армию как могла. Едва дракон скрылся в небе, еще некоторое время заметный по размаху крыльев, как она приготовилась повелевать.

– Я вижу прямую дорогу. – Интересно, а так можно требовать? – Никаких сёл, никаких людей. Дорога прямо к границе с нашей долиной. И все мои подданные видят этот путь, он ложится им под лапы, он ведет их безопасно и быстро. Этим путем следуем и мы с братом, и подруга наша Нинка.

– Что ты творишь? – прошептал Димка, ничуточки не восхищенный ее принцессиным тоном. – А что с теми, кто не считает себя твоим подданным? Кто добровольно пошел за Алисо?

Тедди могла бы сказать, что вряд ли таких было много – большинство слишком хорошо знали на собственной шкуре или по рассказам старших родичей, что из себя представляет ненаследный король, – но спорить не стала. Димка мог оказаться прав.

– А остальные жители Неблагой долины вернутся домой прежним путем, идти будут так, чтобы их не заметили люди и машины, тихо и аккуратно, – закончила она.

– Иногда я тебя боюсь, – пробормотал Димка.

– Так и должно быть, – заступилась за нее Нинка, прежде чем Тедди успела начать оправдываться. – Теодора – настоящая мышиная королева, она не может быть мягкой, она должна быть справедливой!

– Ужас какой – справедливая королева Теодора! – фыркнул в усы Димка.

Но Тедди уже не было никакого дела до его насмешек.

– Нинка, почему ты назвала меня королевой? – холодея от нехороших предчувствий, спросила она. – Я же всего лишь наследная принцесса!

– Простите, королева Теодора! – пискнула Нинка и с такой силой вцепилась зубами в свой хвост, что выступили капли крови.

– Ты чего?! – совсем испугалась Тедди. – Мы же подруги!