Зуботолог по обмену, или Шире рот, Клыкастик

За день мои постирушки высохли, и я уже сегодня могу спать в чистой постели. Какое счастье!

После плотного ужина проверила входную дверь, снова подперла ее скамейкой и с чувством глубокого удовлетворения легла спать. Вот он, настоящий кайф!

И больше не забивала голову кучей проблем, как говорила одна небезызвестная особа, подумаю об остальном завтра, мгновенно отрубилась.

Посреди ночи меня разбудило какое-то шуршание в кабинете, тонкие стены которого хорошо пропускали звуки.

Резко открыв веки, внимательно прислушалась. Может, показалось? Но нет, шорох повторился, а за ним и звук падающей крышки от ведра для биологических отходов.

Крысы? Скорее всего, они. В таком старом, прогнившем насквозь здании, может завестись кто угодно, и крысы в том числе. Я не боюсь никакой живности, кроме кровососущих паразитов и тараканов, и то это, скорее, не страх, а брезгливость.

Крыс мне тут еще не хватает для полного счастья!. На них живут блохи, а блохи – переносчики всякой дряни. Если мой кабинет станет эпицентром вспышки чумы, проблем не оберешься. Этот первый лорд точно прикроет местную зуботологию, а я отправлюсь на каменоломни,  если, конечно, не стану нулевым пациентом и не помру от заразы.

Осторожно встав с кровати, так, чтобы она не скрипела, вооружилась метлой и, стараясь не выдать себя шагами, босиком пошла по грязному полу. Вымыть я его так и не успела.

Шуршание усилилось, на мгновение мне показалось, что в кабинете кто-то разговаривает. Аккуратно приоткрыв дверь, напряженно всмотрелась в темноту, стараясь разглядеть источник шума.

Как я и думала, подозрительный шум шел прямо из ведра, а вот разговор мне просто померещился, видимо, от страха разыгралось воображение.

– Фу, опять одно гнилье, – вдруг донеслось из ведра приглушенное ворчание. Значит, не показалось. – В этом жалком мире никто не знает о гигиене. Неужели так сложно отправить мне хотя бы одного нормального стоматолога. Как я должен развивать здесь добычу магии для фей, если самому едва хватает. И угораздило мне попасть именно сюда. Так и знал, что не стоило ухлестывать за дочкой советника.

Из густой темноты ведра показалось едва заметное розовое свечение. Шокированная тем, что крысы тут умеют разговаривать, я подняла металлическую крышку с пола и быстро закрыла емкость для отходов, придавив ее своим весом.

– Эй, что за… – недра помойки  начали извергать отборный мат. – Кто бы ты ни был, выпусти меня немедленно. Иначе я выберусь сам и повыдергиваю тебе все зубы! – продолжало ругаться неизвестное существо голосом закоренелого алкоголика.

Я, может быть, и выпустила бы несчастного, но страх не позволял сдвинуться с места.

Через пару минут буря в помойке утихла. Возможно, у кого-то закончился запас крепких словечек, а может, он решил отдышаться, чтобы обрушить на мою голову новый поток портовой брани.

Время шло, а в ведре тишина. Может, он там задохнулся?

Укол совести заставил меня встать. Если оно умеет разговаривать, значит, оно разумное. Правильно? Не хватало еще стать убийцей.

Трясясь от страха, осторожно приоткрыла импровизированную ловушку и тут же с криком отскочила назад.

– А-а-а-а-а! – вырвалось у меня совершенно непроизвольно. То, что сидело в ведре, даже близко не крыса. Оно крупнее, да еще и розовое, кудрявое и с большими мешками под глазами. Но меня напугало не это. Меня напугал злобный взгляд, как у лепрекона, маленького карлика – любителя золотых монет. А еще у этого существа имелись крылышки.

– Ты… Ты кто? – выдавила я, испуганно таращась на толстенького человечка.

– Я? – удивился он и сделал паузу, чтобы выбраться из ведра, затем взмахнул стрекозиными крылышками и невысоко взлетел над полом. – Разве не видно, что я зубная фея? – недовольно сморщился фей, а от крыльев в разные стороны вдруг стали разлетаться розовые блестки.

– Фея?! – скептически осмотрела его, потому что он больше похож на шмеля, такой же грузный и неповоротливый.  Да и фея мужского пола с розовыми крыльями, пивным пузом и мешками под глазами – то еще зрелище. Только шикарные кудри могли иметь отношение к чему-то фейскому. – Тогда почему фея роется в помойке?

– А что мне еще остается делать? В мире, где ты первопроходец, только так и можно выжить. Мне нужны зубы, чтобы пополнять источник фейской магии, а тут одно гнилье вместо зубов, – пожаловался он и грузно приземлился на пол, видимо, чтобы сэкономить ту самую магию.

– Да я сама в шоке от того, что тут творится, – призналась я, присев на железный стул.

– Погоди, ты же не Риса! А ну ка, а ну ка! Дай поглядеть на тебя поближе! – фей забавно протопал ко мне на своих коротеньких ножках, переваливаясь словно уточка.

– Риса я! Откуда ты меня знаешь? – я запаниковала. Вдруг он меня сдаст местной власти, а как тут поступают с попаданками, неизвестно.

– У меня каждый зуботолог этого мира записан в блокноте, и их помощники тоже, – он взлетел и завис на уровне моего лица. – Ну точно не Риса. Тело ее, а душа нет, – фей задумчиво почесал кудрявую макушку, лицо озарила догадка, а затем и счастливая улыбка. – Наконец-то мне прислали стоматолога, тьфу, зуботолога. Ай, да какая разница! Ты же умеешь зубы лечить?!

– Умею, – кивнула неуверенно.

Он просиял на мой ответ и от радости сделал в воздухе мертвую петлю, разбрызгивая в разные стороны розовую пыльцу. Она издавала тихий мелодичный перезвон и медленно оседала на пол, а затем исчезала.

– По какому поводу веселье? – я слегка отодвинулась, мало ли что взбредет ему в голову. Вдруг он бешеный, ещё не дай бог укусит.

– Ты представляешь, как мы теперь заживем?! – фей подлетел ко мне и схватил за грудки, глядя в мои глаза своими выпученными буркалами.

– Как? – я испуганно отшатнулась.

– У меня теперь будет много магии! Больше не придется копаться в помойках и экономить! – он энергично махал коротенькими ручками. Казалось, от радости его сияние стало ярче.

– Ну так это ты заживешь. А я тут причем? – не разделяла его радости, да и вообще не понимала, какой мне от него прок.

– Как ты не понимаешь? Ты будешь лечить зубы, приучишь людей к гигиене. А выпавшие молочные зубы не будут такими испорченными. И те, что ты выдернешь у взрослых, не будут рассыпаться в труху.

– Рассыпаться в труху? – не поняла я, как удаленные зубы могут рассыпаться.

– Именно! Я не знаю, что тут происходит, но зубы буквально рассыпаются, и я не всегда успеваю их забрать. Раньше такого не было, – фей задумчиво почесал затылок.

– Странно, никогда раньше о таком не слышала.

Его слова заставили меня задуматься.

– А ты давно в этом мире тусуешься? – нужно разузнать, вдруг в этом мире просто костная система у нелюдей особенная.

Мало ли, я же еще не специалист местного разлива, статистики на руках не имеется. Исследования, опять же, провести не мешало бы.

– Дык уже год, – закатил глаза, стуча пальцами по своей черепушке.

– И что за год не разобрался, как тут всё устроено?

– Да как тут разберешь, когда магии едва на жизнь хватает. Я как последний нищий, копаюсь на помойках, чтобы хоть как-то выжить, – фей горестно вздохнул.

– Да ладно тебе, разберемся. Мне как раз помощник нужен. Как тебя зовут? – стало жалко бедолагу. Решила взять его под крылышко, хотя сомневалась, что от него будет хоть какая-то польза. Ну чем он может быть полезным? С такими маленькими ручонками даже работу по дому не сделать. Приглядевшись к нему внимательно, насчитала на руках только по четыре пальца, так же, как и на босых ногах. Зато поверх голого тела была надета кожаная безрукавка и алый бант на шее. Мило.

– Дэнис, можно просто – Дэн, – фей забавно тряхнул кудрями и, подлетев ко мне, протянул маленькую ручку. Осторожно, чтобы не раздавить, пожала ее двумя пальчиками.

– Очень приятно – Раиса, можно просто – Рая, – я с трудом сдержалась, чтобы не схватить его, как плюшевую игрушку и как следует не разглядеть.

Дэн, видимо, почувствовал что-то неладное и отлетел в сторону, настороженно поглядывая на меня.

– Слушай, Дэн, у меня сегодня был тяжелый день. Давай все дела отложим на утро. Ты можешь остаться в клинике и занять любую свободную комнату, – я широко зевнула, прикрыв рот ладонью.

– Ладно, ты иди, а я еще в мусорке посмотрю, осталось ли там чего-нибудь годного, – фей махнул рукой и полетел к ведру.

– Не стоит, там ничего нет. Ты лучше бы сходил помылся, – я скривилась брезгливо.

– Сходил?! Ты сказала – сходил?! – он недовольно уставился на меня. – Мы никогда не ходим пешком. Мы летаем, запомни это!

– Но ты же вот только что топал своими коротенькими ножками. Я сама видела! – немного опешила от его напора.

– И ничего они не короткие, – Дэн осмотрел свои ноги, чтобы убедиться в своей правоте. – А ходил я, чтобы магию экономить, это временно.

– Как скажешь, – не стала спорить и улыбнулась, он такой забавный, когда сердится. – Но на твоем месте я бы все-таки помылась. От тебя несет, как из ведра. Если хочешь остаться здесь, соблюдай чистоту.

– Ладно, – согласился нехотя. На том и разошлись.

Я вернулась в постель и пыталась уснуть, но из ванной доносился грохот и отборный мат Дэна. Видимо, он все же пытался помыться, а вода-то холодная.

Когда шум утих, я начала проваливаться в сон, пока мне на живот не плюхнулось что-то мокрое.

– А-а-а-а! – закричала от неожиданности и открыла глаза.

– Чего орешь, припадочная?! – злой и мокрый Дэн смотрел на меня, как на ненормальную.

– Фу, напугал! – выдохнула я, пытаясь успокоить сердцебиение. Пригрела на свою голову. – Чего приперся? Я же сказала, можешь занять любую свободную комнату на втором этаже.

– Эээ, нет! Сама меня отправила мыться в холодной воде, теперь грей давай, я замерз! – он попытался залезть ко мне под одеяло.

– А ну брысь! Мужика мне еще не хватало под одеялом! – машинально отмахнулась от него.

– А что? Я мужчина хоть куда. Не женатый, а теперь еще и чистый. Вот понюхай, елочкой пахнет, – фей протянул ко мне руки, чтобы я сама убедилась в его чистоплотности. Видимо, тоже нашел шампунь Корнезуба.

– Не буду я тебя нюхать, и не проси. Вон мужские вещи в углу валяются, из них и сооруди себе постель. А будешь домогаться, прихлопну как муху, – спихнула Дэна с кровати и плотнее укуталась в одеяло, чтобы под него нельзя было забраться.

– Ну и ладно, бессердечная девчонка, – насупился он и пожужжал к одежде Корнезуба, пару минут повозился, бурча себе под нос, и притих.

“Наконец-то можно поспать”, – обрадовалась я и прикрыла глаза, даже не подозревая, что утро будет веселым.