Сашка

Глава 8

Саша училась в школе, здание которой было построено из старого красного кирпича ещё при царе. Раньше там располагалась мужская гимназия, но на рассвете Советского Союза разрешили учиться и девочкам. Программа отличалась от остальных школ углубленным изучением иностранных языков. В самом центре располагалась огромная величественная лестница, с широкими мраморными перилами и причудливыми мраморными балясинами. На потолках занимала своими узорами лепнина, а старый паркет на полу, устало скрипел от каждого шага. Больше всего Сашка любила спускаться в подвал. Там располагалась столовая, где всегда сладко пахло свежими булочками. Не смотря на то, что это было подвальное помещение, оно нисколько не уступало величественной красоте всего здания. Белые потолки были настолько высоко, что лампочки на них едва доставали своим светом, поэтому на стенах висели дополнительные светильники. Колонны с красивыми узорами крепко держали потолок. Саша всегда спускалась медленно, проводя пальцем по завиткам резных колонн и стен. Поэтому в очереди оказалась последняя. Увидев, с какой скоростью с подносов исчезают булочки и появляются в руках детей, пришедших раньше, девочка расстроилась, подумав, что ей точно ничего не останется. Как вдруг из глубины подвала, откуда-то из темноты вышли две поварихи, которые несли новую свежую партию.

- Бежим, бежим! Всем хватит! – кричала розовощёкая повариха – там ещё четыре подноса.

На душе стало теплее, то ли от понимания, что Сашке достанется, то ли от пара горячих булок, которые пронесли прямо мимо неё.

- Откуда она их вынесла? Там что, есть ещё подвал? – спросила одноклассница Светка, которая стояла спереди.

- Наверное, он под всей школой, и там кухня – отозвалась Наташа – интересно было бы посмотреть.

- Туда, наверное, не пустят – сказала Саша – а может, есть вход с боковых лестниц?

По бокам здания и правда были ещё две лестницы, они не отличались такой красотой как центральная, но прекрасно служили для быстрого перемещения по кабинетам в левом и правом крыле. Девочки договорились на следующей перемене исследовать их, ведь они учатся тут уже полгода, а кроме своего класса, кабинетов по иностранным языкам, раздевалки и столовой ничего не знают. А им тут ещё учиться долго, необходимо исследовать всё!

Решили пойти с левого крыла. Лестница от первого этажа действительно вела вниз, но была закрыта решёткой, в которой был врезан замок. Там Сашку стало знобить, видимо, из подвала тянуло прохладой. Значит, кухня с другой стороны, иначе было бы теплее. Девочки уже поняли, что ничего интересного они не увидят за железной решёткой, и стали подниматься обратно.

- Helfen Sie – вдруг послышался уставший мужской голос откуда-то снизу.

- Тихо! – Сашка прижала указательный пальчик к своим губам и стала прислушиваться.

Девочки замолчали, вслушиваясь в тишину. Отдалённо сверху были слышны крики и топот детей.

- Helfen Sie – повторил голос из глубины подвала.

- Кто здесь? – крикнула Сашка в темноту за решёткой.

Девочки с удивлением посмотрели на неё.

- Ты что-то слышишь? – вкрадчиво спросила Наташа.

- Да, там кто-то зовёт на помощь. «Хельфен зи» ведь «помогите» на немецком? – вглядываясь в темноту, ответила Саша.

- Нужно позвать взрослых – поднимаясь по лестнице, сказала Света, но её за рукав схватила Наташа и дёрнула обратно вниз.

- Мы не знаем, почему он там закрыт, взрослые наверняка в курсе, ещё и поругают нас за то, что лазаем, где не надо.

- Извините, кто Вы? И почему закрыты? – Сашка не могла унять своё любопытство, и пыталась понять кто же там, и почему просит помощи.

- Helfen Sie – жалобно стонал голос из глубины подвала.

- Он на немецком просит о помощи – Сашка повернулась к девочкам.

- Ну! У тебя же хорошо с немецким! Спроси его – Наташка внимательно разглядывала Сашу и не могла понять, кого она слышит.

- Warum sitzen Sie hier? (Почему Вы здесь сидите?) – крикнула Сашка.

- Ich gab auf – устало ответил голос.

- Он сдался – перевела Сашка остальным, таращившим на неё глаза девочкам – wie heißen Sie?

- Stefan.

- Его зовут Штефан, и он сдался – тихо сказала Сашка, поворачиваясь к девочкам.

- А никого не смущает, что его слышит только она? – глаза Светы были большими от природы, но сейчас они выглядели ещё больше – кто-нибудь ещё слышит хоть что-то оттуда?

- Может, это какой-то призрак? – задумчиво проговорила Наташа.

- А может, это голоса в её голове? Потому что она шизик? – заулыбалась Светка, прищуривая свои большие глаза.

- Никакой я не шизик – обиженно проворчала Саша.

- Если ты слышишь голоса в голове – значит, шизик! – констатировала Наташка.

Саше стало обидно, она хотела что-то ещё сказать, что бы защитить себя, но тут прозвенел звонок, и все рванули на урок. Учитель поругала их за опоздание и велела быстро занять свои места. Саша сидела на четвёртой парте, размышляя о том, что произошло на перемене, как увидела, что по классу передаётся какая-то записка, а те, кто прочитал её, сразу смотрели на Сашку. Кто-то хихикал, кто-то разглядывал с удивлением, кто-то шептал что-то соседу по парте. Захотелось исчезнуть. Стать невидимкой. Она всем телом ощущала уколы мелких иголок. На лбу выступила испарина, но девочка даже не могла поднять рук, что бы вытереть её. Руки просто не слушались. Глаза застилала пелена из жгучих слёз, а где-то глубоко в грудной клетке сжимался колючий ёжик. В ушах появился звон, он был настолько громким, что учителя было не слышно. В голове метались мысли «как же я буду делать домашку? Я же ничего не слышу!». Звон в ушах перебил школьный звонок, пронзительно прострелив тело от макушки до пяток. Как только учитель вышел из кабинета, Игорь, главный задира в классе, в два прыжка подскочил к Сашкиной парте и закричал:

- А Сашка шизиик! Уууууууу, смотри, тут приведееения летают! Ууууу – противным голосом вопил Игорь, подняв руки вверх и тряся пальцами над Сашей. Несколько человек стали смеяться, подходя ближе.

Ёжик в грудной клетке становился больше, колючей, горячее. Он поднимался к горлу, выдавливая слёзы из глаз, которые девочка старательно удерживала. Но жгучие капельки предательски потекли по щекам. Сашка вскочила с места, со всей силы толкнув Игоря, побежала в коридор, но обидчик побежал за ней, хохоча и выкрикивая обидные слова. Спрятаться удалось только в женском туалете. Ледяная вода из раковины обжигала лицо, но слёзы не останавливались. Девочки разных возрастов заходили и выходили. Кто-то даже не смотрел на умывающуюся Сашку, кто-то разглядывал, несколько спросили, чем могут помочь. Саша молчала, пытаясь успокоиться самостоятельно, не отвечая даже взглядом тем, кто пытался с ней поговорить. Она смотрела только в стену над раковиной, пытаясь сфокусировать взгляд на трещинах на старой плитке, которые рисовали разные узоры.

Громкий звонок снова ударил по ушам девочки, пробежав дрожью по всему телу. Хотелось исчезнуть из этой школы, и никогда больше не видеть одноклассников, но нужно идти на урок. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Саша решилась. Сжав кулачки, она направилась по уже пустому коридору в кабинет. Паркет устало скрипел под её кедами, отзываясь гулким эхом, казалось, что от её решительных шагов он вот-вот сломается. Подходя к кабинету, она услышала гул голосов. Дверь распахнулась и оттуда вышла Лариса Николаевна, учитель, а за ней медленно появлялись одноклассники.

- Опаздываешь – поправляя очки, грозно сказала Лариса Николаевна – ну да ладно, становись в строй, у нас урок в музее школы – и она направилась прямо по коридору в крыло, которое Сашка ещё не исследовала.

Одноклассники продолжали шептаться и коситься, но Саша решила изо всех сил не обращать на них внимания. Музей располагался на втором этаже, он был достаточно большой, там были витрины с формой царских гимназистов, много предметов тех времён. А ещё были стеллажи с формой и предметами с Великой Отечественной Войны.

- Здание, в котором вы учитесь, служило госпиталем на время войны. Тут никто не учился в то время. Тут лечили солдат Советской армии, в кабинетах были операционные и палаты, где и лежали госпитализированные с фронта. А в подвале лежали пленные немцы, которым нужна была медицинская помощь – монотонно рассказывала Лариса Николаевна – да да, всем, кому это было необходимо, врачи оказывали помощь, даже пленным. Когда они выздоравливали, их отправляли работать в тылу, они же и построили нам дорогу, по которой каждый из вас катается.

- А почему их лечили в подвале? – спросил кто-то из одноклассников.

- Что бы ни возникало драк на территории. На этажах были наши, в подвалах немцы. Там лечили только тех, кто сам сдался в плен. Добровольно.

Наташка радостно закричала:

- Значит, Штефан, которого слышит Сашка, тот самый пленный немец!

- Это было пятьдесят лет назад, Наташ, сейчас тут уже давно школа, и никаких пленных немцев в подвалах больше нет, как и раненых солдат в кабинетах – с улыбкой ответила Лариса Николаевна.

- А в этом здании умирали люди? – не унималась Наташка.

- Конечно, не всех удавалось спасти, к сожалению – ответила учительница.

- Значит, Сашка слышит призрака… Она шизофреник? – громко спросила Наташа. В музее тяжестью повисла тишина. Казалось, даже воздух стал более плотным, настолько, что его сложно было вдохнуть. Все уставились на Сашу, на их лицах были разные эмоции, от интереса до попыток сдержать смех. Лариса Николаевна также удивилась, и, сдвинув очки на кончик носа, стала разглядывать девочку, огромные глаза которой снова застилали слёзы.

- Дура ты, Наташка! Видеть тебя не хочу! Месяц! – крикнула Сашка и выбежала из музея. Решив, что сегодня ей хватит насмешек, она побежала сначала в пустой кабинет, быстро запихнула свои вещи с парты в рюкзак. Замок не поддавался, не понятно из-за чего, толи из-за того, что Саша торопилась его застегнуть, толи или из-за того, что вещи были неаккуратно сложены. Замок еле-еле дошёл до середины, дальше упорно стоял на месте, махнув на него рукой, Сашка закинула рюкзак на плечо и побежала в раздевалку. Там сидела бабМаня, добрая вахтёрша и неторопливо вязала.

- Ты куда? Урок ещё идёт! – удивилась она, увидев приближающуюся девочку.

- Драсьте, бабМань! Меня отпустили, мне к врачу надо по записи – на ходу придумывала Сашка – у меня сердце больное, там мама уже подходит к школе – не останавливалась она.

- Раз так, сейчас открою тебе раздевалку – пытаясь спешить, вахтёрша достала ключ, и направилась к двери. Но всё равно получалось медленно.

Сашка то и дело оглядывалась, вдруг учительница идёт за ней? И тогда её враньё раскроется, и ей придётся вернуться на урок. Она нервно поправляла лямку рюкзака, переминаясь с ноги на ногу. Как только дверь была открыта, девочка скользнула под руками бабМани, что та даже охнула и откинулась назад, поймав стену свободной рукой.

Куртка тоже отказывалась застёгиваться. Неожиданно Сашка услышала гул, доносящийся с основной части школы. Решив, что это точно за ней, она выбежала из раздевалки, держа пакет с сапогами в руке, куртка застёгнута на середине, другая рука даже не показалась из рукава, ей мешала шапка. Быстро осмотревшись, она увидела большую деревянную дверь.

- Это запасной выход? – спросила девочка.

- Да, во двор ведёт, но ты иди где надо! – неожиданно строго сказала всегда добрая бабМаня.

Сашка толкнула дверь спиной и она открылась, холод ударил по ногам.

- До свидания! – крикнула девочка, пятясь спиной на улицу.

- Обулась бы хоть! Сумасшедшая! – всплеснула руками вахтёрша.

Морозный воздух окутывал с головы до ног, Сашка достала сапоги из пакета, бросила их на снег, развязывая кеды одной рукой, она проталкивала шапку из рукава. Оступившись, встала в одном носочке на холодный и мокрый снег, быстро засунув ногу в сапог, она почувствовала тепло. Оно согревало сразу. Поднимаясь снизу вверх. Переобувшись, девочка выдернула шапку из рукава и быстро напялила её на растрёпанные волосы. Гул становился всё ближе. Идти через парадный выход нельзя, там её могут увидеть, поэтому она приняла решение перелезть через забор. Подбежав к чёрным решёткам, Сашка сначала перекинула рюкзак с пакетом, а потом перелезла сама. Быстро собрав выпавшие кеды, она побежала просто прямо. Сейчас главное - уйти дальше от школы, дорогу домой она найдёт потом.

На следующий день родители собирались как обычно, Саша ничего им не рассказала, поэтому они не понимали, почему девочка медлит. А в школу идти совсем не хотелось. Там все одноклассники, которые снова будут смеяться над ней, обзывать шизиком. Учительница наверняка будет ругаться из-за того, что Сашка сбежала с последних уроков, и так вела себя в музее. Но выбора у неё не было. Будь, что будет. В школу девочка зашла одновременно со звонком, прячась до него за огромной колонной на входе. Она зашла кабинет, извинилась за опоздание и села на своё место. Наташи в классе не было. Остальные одноклассники косились на Сашку, но молчали. Учительница что-то проверяла в журнале. В кабинете висела звенящая тишина, нарушаемая лишь редким шуршанием одежды, поворачивающихся детей и скрипом их стульев.

- Так – наконец-то Лариса Николаевна встала из-за стола – Наташа у нас на больничном, вчера она поскользнулась и сломала ногу. Целый месяц не сможет посещать школу. Я прошу вас, как её товарищей, навещать и относить ей домашнее задание, чтобы она не отставала в программе – тут учительница перевела взгляд на Сашу – а ты пригласи завтра родителей ко мне, обсудим с ними твой вчерашний прогул. Записываем тему урока – и белый мел заскрипел по старой коричневой доске.

Светка повернулась к Саше и быстрым шёпотом начала бормотать:

- Это ты виновата! Ты вчера Наташку прокляла. Все слышали. Это из-за тебя она ногу сломала!

- Я её на лёд не толкала – спокойно ответила Саша, сама удивляясь своему спокойствию.