Мантры, подслушанные Тинкл. Книга 2

Фотограф Николай Давыдчук

© Олеся Полканова-Ярмина, 2026

© Николай Давыдчук, фотографии, 2026

ISBN 978-5-0069-6142-5 (т. 2)

ISBN 978-5-0069-6144-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

На улице стояло прохладное московское лето, припорошенное ощущением надвигающегося где-то вдалеке дождя. Тем не менее, было довольно приятно. А впрочем, как ни крути, тогда погодные условия не смогли бы вмешаться в мое настроение. Спустя четыре месяца разлуки мне предстояла встреча с любимым человеком…

Электричка начала медленно останавливаться, я пыталась понять, что творится за окном и разглядеть Игоря, совершенно пока еще не представляя, где на самом деле он будет меня ждать. Однако мне попадались только многочисленные ларьки. Тогда я закрыла глаза последний раз, выдохнула, улыбнулась и шагнула на перрон остановившегося поезда.

«Фрязево» – еще раз проговорил электронный голос за моей спиной, но я уже вприпрыжку мчалась, спускаясь вниз по переходу и чувствуя вибрирующий телефон в своей сумке.

– Ало, рыжая, спускаешься вниз и идешь направо, далее поднимайся из перехода и я тут стою у магазина «Связь», жду тебя, – четко инструктивно проговорил мне родной голос.

Я шла по названному маршруту и вскоре поднялась наверх, пытаясь разглядеть местность и вывески. Было так, что времени на эмоции не оставалось…

Внезапно повертев головой в разные стороны, я вдруг увидела Его. В оранжевой кофте и такой же шляпе, он смотрел на меня в упор, стоя в позе война – его глаза блестели, широкая спина словно была готова броситься в бой, руки зависли в немом ожидании. Я улыбнувшись просияла и вдруг показалось, что голову мою обсыпали блестяшки из конфетти, скатываясь вниз по плечам, устилая дорогу под ногами. В одно мгновение преодолев небольшое расстояние между нами, я бросилась ему на шею и крепко обняла одной рукой, придерживая другой свою сумку. Он подхватил меня обеими и мягко закружил.

– Ну, как дела, Рыжая? Рад тебя видеть! Смотри, мы с конем тебя уже ждем, – пошутил он и кивнул на свою припаркованную рядом машину, когда мы разомкнули объятия.

Немного растерявшись, я сглотнула и стеснительно опустила вниз глаза, когда он поставил меня на землю и провел рукой по голове. Мои щеки горели бордовым румянцем, все было как в школе…

Усевшись на переднее сидение рядом с ним, я почувствовала запах елочки, врезавшийся мне в нос. Она была абсолютно новая, химически-альдегидная и мне почему-то вдруг сделалось смешно – поди, от счастья.

– Ну, что, как добралась? все нормально? – забеспокоился он и начал вбивать в навигатор адрес. – Сейчас заедем с тобой по делам и поедем домой отдыхать.

Произнеся последнюю фразу особым хитрым, казалось, сексуальным тоном, он заговорщицки посмотрел на меня. Я улыбнулась и уставилась вперед, делая вид, что ничего не поняла, непонятно от чего до смерти стесняясь. То ли от того, что Россия не придавала мне столько авантюризма и смелости, как любимое Гоа, то ли потому, что давно не видела Его…

Игорь отлично вел машину, периодически смешно комментируя маневры других водителей на дороге – не злобно, без ругательств, но немного недовольно и ворча. Мне делалось смешно и забавно от этого и я понемногу начала расслабляться.

– А как твоя нога? – побеспокоилась я после того, как первые ощущения от встречи немного улеглись.

– Рыжая, ты еще сомневаешься?! Я всегда в форме, – уверенно ответил Игорь и улыбнулся хитрой хищной улыбкой, не отвлекаясь и смотря четко вперед.

Тогда я отдельно заметила, что он всегда был предельно внимателен, как при вождении мотоцикла, так и ведя машину. Никаких лишних разговоров не любил, предпочитая поболтать тогда, когда приедем, а если я забывалась и начинала что-то ему по-женски накидывать, спокойно выслушивал, но в довершении моей фразы завсегда произносил:

– Давай все-таки поговорим, когда доедем.

Это безусловно меня радовало, отмечая его человеком ответственным и серьезным.

Вот и тогда, вспомнив о том, что Игорь блюдет молчание за рулем, я больше не вопрошала лишнего, а просто сидела и смотрела по сторонам, томя в себе неловкость. Благо, рассмотреть было что – новый маленький городок в Подмосковье представлялся мне отдельным путешествием, которые я так любила. Пусть это и не было заграницей.

Мы проезжали мимо какой-то большой площади, в центре которой восходил монумент с неким местным героем, проносились мимо многоэтажных домов – вообщем-то все было здесь, как и в обычном городе. Чуть позже заехав в аптеку, из которой Игорь почему-то приволок огромный арбуз, видимо, зайдя по дороге в продуктовый, мы в концов концов поехали к его дому. Но чем дальше мы двигались, тем менее населенными места становились и дома начали превращаться либо в живописные коттеджи, либо в огороженные заборами раскинутые малоэтажные жилые комплексы. К одному из таких в конечном итоге подъехали и мы.

– Ну, все, прибыли, – заключил Игорь и начал прикладывать к лобовому стеклу изнутри специальную пленку, отражающую солнце. – Не люблю, когда в машине жарко…

Я вышла на улицу и сразу обратила внимание на потрясающую придомовую территорию – внутри зданий был аккуратно разбит небольшой мини-парк. Здесь можно было посидеть на красивых кованых скамеечках или покачаться на качели, но больше всего впечатляли великолепные высокие зеленые сосны. Они укрывали мини-парк, создавая прохладную тень, напоминая небольшой лесопарк в черте города. Не удивительно, что Игорь выбрал именно это место для жилья – вне всякого сомненья, здесь было круто.

– Рыжая, добро пожаловать в мои российские пенаты, – торжественно произнес он и развел руки в стороны, показывая по сторонам, словно это все было его.

Казалось, он был доволен тем, что имеет и остается все тем же, каким я знала его в Гоа. Такое же довольное лицо, такая же медленная походка, те же интонации, улыбки и даже та же уверенность в себе – Россия не сбавляла ему спеси, придавая еще больше обаяния и даже делая особенно оригинальным. Поддерживая свой воистину пиратский внешний вид с серьгами в ушах и банданой, он, видимо, понимал, что был здесь таким в меньшинстве, а потому сразу же бросался в глаза.

– Да, Игорь, богато! Я в тебе не сомневалась, – подтвердила я, положительно качая головой и продолжая осматривать местность.

Внезапно я увидела, что он достает множество пакетов из багажника и решила ему помочь – должно быть, купил по дороге, пока ехал за мной. Игорь усмехнулся и демонстративно вручил мне в руку пакетик с конфетами в ярких обертках и с выжиданием посмотрел на меня, словно намекая на что-то. Я хихикнула.

Медленно и привычно, слово влюбленная пара, только что приехавшая из отпуска, мы продвигались к подъезду дома. Пели птицы, мягко выглядывало солнце, и вокруг не было ни души. В какой-то момент мне показалось, что место это было тайным пристанищем тех, кто привык быть в тени. Впрочем, ему, скорее всего, было что скрывать…

Зайдя в квартиру, что была на первом этаже, я сразу с порога ощутила запах знакомых до боли благовоний. Казалось, жилище Игоря доверху и досыта им пропиталось. Помню, я подумала о том, что атмосфера и ощущение дома были в точности, как у меня. Жилище было очень просторное.

Прихожая открывала выход к большому помещению непонятной формы, с одной стороны которого располагалась кухня, а с другой – зона отдыха. Эдакий чилл-аут. На полу валялось множество мягких зелено-оранжевых пуфов вокруг многоугольного низкого столика, на стене висела непальская мандала. С кухни можно было попасть на балкон, из которого открывался прекрасный вид на тот самый сосновый дворик. А вот спальня была изолирована. Именно туда Игорь и повел меня сразу, как бы невзначай приглашая выспаться как следует с дороги…

Огромная кровать, застеленная дивным дорогим покрывалом с рисунками нежных розовых маленьких цветов в окружении зелени и вправду дико манило прилечь на него и уснуть. С двух сторон в стенах напротив были вставлены витражи – зеленые и оранжевые стекла с причудливыми узорами. Это было весьма необычно и, безусловно, подчеркивало творческую акцентированность хозяина, придерживающегося своего стиля и настроения. В углу на полке располагалась статуэтка чернокожей женщины – она была абсолютно нага и стояла в позе собаки, прогнувшись в районе спины так, как обычно любят мужчины.

Я мельком посмотрела на Игоря и желание внутри меня в доли секунд взрастилось. Но я его сдерживала. Сняв с себя одежду, и специально оставшись в одном белье, я прыгнула в кровать и стеснительно укрылась одеялом – сердце мое отзывалось словно метраном. Странные ощущения смеси сильного возбуждения с усталостью, вызванной малым количеством сна, охватили меня. Игорь спокойно расположился рядом со мной и протиснул руку так, что она оказалась под моей шеей. Я легла на его мощную грудь, прислушиваясь к звукам прыгающего сердца и вдруг обнаружила, что они опережают темп моего…

Внезапно он ловко повернулся и глубоко поцеловал меня в губы. Обняв его за шею, я посмотрела в глаза и поддалась безумному танцу любви, в который он приглашал. Неповторимая картина разноцветной реальности, которую мы за это время создали, начала одномоментно проявляться.

Предавшись удовольствию и разорвав на мне тонкие трусики, Игорь мирно уснул, я же, как ни старалась, сделать этого не смогла – возбуждение подняло во мне адреналин. Я лежала на его груди и пыталась умерить удары сердца, остановить в голове прокручивающиеся мыслеформы, но ничего сделать не могла. Тогда промаявшись я встала и вышла из комнаты. Тихая гостиная ответила мне особым теплом и приглашением расположиться. Я села за столик на полу и начала разглядывать журналы, которые лежали на столе. Это были какие-то автомобильные издания из различных салонов. Здесь же лежали какие-то записи, карандаши, благовония, карты и непонятный браслет. Внезапно взгляд мой на нем зафиксировался. Повертев его в руках, я не смогла понять чей он – мужской или женский. И встав из-за стола, решила сходить на балкон, расположившись на одном из двух барных стульев, что здесь стояли.

Немного прохладный для июля воздух пробрался через окно, заставив меня немного съежиться. Я огляделась вокруг – все здесь было пропитано его запахом, который я каким-то необъяснимым образом чувствовала в каждой вещи. Чтобы как-то разложить по полочкам мысли в своей голове, я достала свой дневник и принялась заполнять его пустые страницы, которые мягко подергивались от летнего ветерка. Спокойно вырисовывая слова в причудливые закорючки, мне в какой-то момент удалось и на душе создать атмосферу спокойной неги.

Прошло около получаса, как я покинула спальню. Немного проветрившись на свежем воздухе, я все-таки почувствовала, как усталость понемногу накатывает на меня и вернулась к Игорю, осознав, что безумно хочу спать, и крепко уснула, укрываемая его сильными объятиями, моментально отозвавшимися на мое возвращение. Мне наконец-то стало нестерпимо хорошо.

Я проснулась от того, что Игорь ходил по дому и довольно напевал себе под нос какую-то песню. Дверь в спальню он предусмотрительно закрыл. Посмотрев на часы, я поняла, что проспала два часа и уже вечерело. Сев на кровать, я сладко потянулась, подогреваемая мыслями о том, что все только начинается. Витражные стекла оранжевого и зеленого цвета на стене волшебно поблескивали и, казалось, активировали манипуру и анахату. Я вспомнила это же самое время в Гоа, шесть часов вечера, когда мы ходили на пляж, чтобы проводить уходящее солнце… И, несмотря на то, что были мы не в Индии, внутри себя я точно также как и там, благодарила небесное светило за то, что оно целый день где-то за стенами квартиры, освещало мой день светом и исполнило желания.

Энергетика Игоря чувствовалась и проглядывалась в каждой клеточке квартиры. Интерьер, аксессуары, текстиль – все здесь было, казалось, не случайно и не просто так. Черно-красная выложенная плиткой ванная с туалетом создавали особое настроение —уверенное, сексуальное. Такую комнату мог себе позволить, должно быть, очень властный мужчина. И Игорь таким и был.

Я вышла из комнаты голой, увидев, как он сидит за ноутбуком, вольготно расположившись на стуле и с какой-то странной улыбкой выискивая что-то на экране. Тихо, почти на цыпочках подойдя ближе, я с удивлением обнаружила, что он убивает монстров и подумала о том, какие же все мужчины-дети. Внезапно он обернулся на звук моих шагов.

– О, рыжая, ты проснулась! А я вот выспался и решил парочку злобных товарищей покрошить. Будешь чай? – спросил он и внимательно посмотрел на меня, смерив с головы до ног возбужденным взглядом.

– Буду, – радостно ответила я невинным голосом, словно так и было нужно.

Несмотря на полученный ответ и приглашение к чаю, следующие несколько минут мы улыбаясь друг на друга смотрели. Я пыталась уловить его настроение и отношение ко мне и моему приезду, он, видимо, тоже что-то про себя подмечал. Но готова поклясться, что тогда мы оба искренне неподдельно радовались. Радовались за то, что, наконец, встретились и ближайшие несколько дней будем вместе. Что бы это ни значило.

– Я очень рад, что ты приехала, Рыжая, – как бы в подтверждение внезапно сказал он и протянул ко мне руки.

Я подошла, села на его плотное колено и утонула в объятиях. Тех самых, которые так часто отзывались в моей памяти тогда, когда их не было рядом. Прильнув к нему, я почувствовала стук его сильного сердца и любимый запах.

– Ну, что, давай, сделаем тебе чаек, – в какой-то момент радостно скомандовал он и подскочил со стула, проведя рукой по моему стройному стану.

Движения Игоря были исключительными. Казалось, что он еще помолодел на десять лет – удивительные свойства удивительного человека. В мгновения ока он достал кружку, поставил чайник и вывалил из верхней полки на столешницу свертки из ассорти различных чаев.

– Есть ТэГэ, пуэр какой-то, просто зеленый чай, улун… – перечислял он, перекладывая пачки. – Что будешь?

Я быстро ответила, что выпила бы Ти Гуань Инь, и уселась за столиком, на полу разглядывая журналы. Все это время Игорь предусмотрительно кружился около меня и окружал заботой, казалось, он был безумно счастлив, что я посетила его дом. Включив какое-то кино, мы в обнимку легли на полу и приминая собой мягкие индийские подушки, разговаривали о жизни. Мы смеялись, ели фрукты и вкуснейшие кремовые пирожные и тогда мне казалось, что любовь наша не знает границ и локальность для нее неважна. Так я окончательно успокаивалась – он был со мной. И все было также.

Перед сном Игорь поведал мне, что утром нам нужно заехать к родителям и кое-что им отвезти. Я кивнула головой, толком не поняв, что это могло значить в силу осознания его обычной привычки говорить все то, что производилось в секунду времени в его уме. Но на следующее утро мне представилась возможность понять, что на самом деле это означало.

А началось все в восемь.

Помню, я резко проснулась от того, что он с кем-то громко разговаривал по телефону. Слегка раздраженный сдерживаемый тон в конце концов перетек в принятие и согласие, и внезапно после какой-то фразы разговор оборвался.

– Доброе утро! Ты уже проснулась…, – поприветствовал меня он, заглянув в комнату за штанами.

Сразу заметив, что он немного встревожен после общения по телефону и пытается быстро ретироваться, словно его что-то напрягало, я отозвалась, поприветствовала его и решила пока ничего не спрашивать. Я вышла в коридор, сладко потянулась и вдохнула свежий воздух, доносившийся с открытого балкона в холл. Запах свежезаваренного кофе врезался мне в нос, пробудив голод и вызвав слюноотделение. Хотя я и не очень-то любила этот напиток, обычно предпочитая ему чай. Быстро просочившись в ванную, я включила душ.

– Сейчас сгоняем к моим родителям… – сообщил мне Игорь, когда я закончила, на ходу наматывая на себя полотенце.

Немного опешив от такого заявления, я начала медленно вытираться, перебирая в голове смысл только что услышанного. Вдруг мне подумалось о том, что в машине я вряд ли останусь сидеть, покорно его дожидаясь. Неужели он хотел познакомить меня с родителями? Или нам действительно нужно было по каким-то важным делам?..

Но Игорь, как это часто и бывало, оборвав мои мысли, не долго дожидаясь быстро ответил на незаданный вопрос:

– Матери нужно отвезти немного денег и посмотреть, как цветет дерево, которое я посадил…

А я подумала о том, как хорошо, что человек чувствует вопросы, которые возникают в голове у собеседника и отвечает на них, лишая необходимости их произносить. Я улыбнулась Игорю в знак согласия и налила себе кофе, подключив к нему фрукты и черный хлеб с сыром, как вдруг услышала новый звонок:

– Да, мама, я возьму кости для собаки! я уже все положил! все, давай-давай, мне некогда, я собираюсь…

На этот раз я поняла, что не ошиблась – он был явно раздражен и встревожен, видно было, что с ней он ведет так себя всегда.

Я ходила молчком и старалась не лезть к нему и без того раздраженному, искоса поглядывая на него и пытаясь оценить динамику в его настроении. Игорь понемногу успокаивался и искал какие-то вещи. Но, в конце концов, мы собрались.

Помню, что перед уходом я еще долго стояла около зеркала, смотря на свое отражение и раздумывая вынуть ли из носа металлическое яркое кислотного цвета кольцо, или стоит его оставить. В конце концов, я решила, что рядом с человеком такой яркой и необычной внешности как Игорь, я вряд ли буду казаться сильным фриком. И подвязав на шею платок зеленого цвета (как бы в комплект), который он мне здесь вручил со словами «Это тебе из Тайланда», я окончательно удовлетворилась завершенным образом и вышла в коридор. Игорь оглядел меня с ног до головы и, покачав головой, мечтательно улыбнулся. Длинное голубое платье в пол должно было скрасить мою возможную фривольность в глазах его родителей. Я была довольна.

Дорога от дома Игоря до его родителей заняла у нас полчаса. В машине я поставила диск, который привезла с собой. И это был джаз в исполнении моей любимой подруги. Игорь всю дорогу был, как обычно, крайне сосредоточен, я же тихо напевала куда-то в окно. За окном было довольно прохладное лето и я, как обычно, встретившись в Москве с не самой прекрасной погодой, недоумевала над тем, почему все говорили, что именно в Питере с климатом беда: по улице ходили закутанные прохожие, солнце было где-то совсем-совсем далеко – градусов семнадцать, не больше.

Мы подъехали к высокому забору, за которым возвышался видный домин, и остановились. Игорь достал пульт, нажал кнопку и ворота аккуратно разъехались в разные стороны. Мы заехали внутрь огромного двора с садом и примечательным огромным цветником. Отличный двухэтажный дом располагался сбоку.

Как только мы подъехали, с цепи радостно сорвалась красивая молодая овчарка и начала прыгать на дверь машины, где сидел Игорь, заставив его обрадоваться и оживиться. Он аккуратно открыл дверь, так чтобы не задеть пса, вышел из машины и скрылся, присев на корточки с животным. С минуту я сидела внутри, не понимая, что мне стоит делать, но потом робко выползла, поправив платье и предусмотрительно оглядев себя со спины на вопрос складок.

Стеснительно и медленно пробираясь с одного крыла машины, я подошла к Игорю, сидящему около собаки. Он сильно прижался к ней и обнимал обеими руками, как вдруг я услышала, что он что-то шепчет ей:

«Люблю-люблю, больше всех тебя люблю…»

Наверное, таким я видела его впервые. Как будто бы он вмиг снял с себя все маски… Посматривая на них сбоку, я видела, что между ними было что-то особенно личное, то, во что никто не был посвящен.

Подняв глаза, я увидела, как на пороге дома показалась яркая красивая женщина лет семидесяти. Удивительно свежая и ухоженная, она представляла собой пример дамы в возрасте, на которую стоит и хочется ровняться. Ярко-красный плюшевый со стразами спортивный костюм отлично сидел на упитанной, но совсем не полной фигуре, короткие светлые волосы были уложены в модную прическу, на лицо был умело наложен яркий макияж. Повергнутая в легкий шок от того, насколько красивую женщину я увидела перед собой, сначала я подумала, что мама меня не увидела.

Она бросилась к сыну с объятьями, на ходу причитая о том, как давно его не видела. Я же скромно стояла в стороне и смотрела на сцену проявления искренних материнских чувств и небольшого раздражения, которое испытывал при этом Игорь. Видно было, что ему неудобно передо мной за излишнюю эмоциональность своей матери. Я же подумала о том, что для всех матерей дети равны. И неважно, сколько им лет.

– Мама, ну, хватит, все… – отмахивался он. – Познакомься… Это – Оля.

Игорь развернул маму в мою сторону, на этот раз лишив ее рассудка… Казалось, что увидев меня, она опешила еще больше, чем я, лицезревшая ее впервые на пороге своего красивого дома.

– Батюшки мои… – раскинула она руки в стороны и встала как вкопанная передо мной. – Здравствуйте… Лидия Петровна…

– Очень приятно! А я – Оля, – заразительно улыбаясь во все свои тридцать два зуба повторила ей я.

Такой женщине мне хотелось нравиться.

– Боже мой, какая ты… – начала было она. – Ну, давайте-давайте, заходите быстрее в дом!

Мама засеменила вперед нас, периодически оглядываясь и приглашая внутрь, тем временем, видимо, пытаясь уложить в голове то, что только что увидела.

Мы прошли в дом и я сразу же поразилась размерам площади, которая предо мною предстала – снаружи он казался менее огромным. Но внутри… внутри были, казалось, совершенно исполинские потолки.

– Боже мой, Игорь, почему ты не предупредил меня, что приедешь с такой прекрасной девушкой?! – продолжала причитать мама, заходя на кухню. – Оля, Оля, заходи сюда! Что ты там стоишь?

Я улыбаясь с неудобством посматривала на Игоря, но, казалось, он был уже вовсю увлечен какими-то другими делами, которые вели его в другую комнату. И мне ничего другого не оставалось, как последовать за мамой.

– Заходи, заходи сюда, присаживайся, – Лидия Петровна усадила меня за огромный на европейский манер прямоугольный деревянный стол, а сама начала убирать какие-то коробки с кухонного фартуха.

Бедная женщина была явно застана врасплох и отчаянно пыталась произвести впечатление.

– Господи…, – продолжала причитать она. – Оля, у нас тут так все не убрано. Обычно у нас чище. Ты, уж, прости нас… Послушай, а сколько же тебе лет?

Она внезапно задала вопрос, оторвалась от своих дел и пристально уперлась в меня взглядом.

– Мне двадцать шесть… – ответила я стеснительно.

– Батюшки… – она прищурила глаза, взгляд ее сделался хитрым и заговорщицки спросила. – А у тебя есть дети?

– Нет, у меня нет детей, Лидия Петровна, – честно открыто ответила ей я.

– Ой, а я так переживаю за Игоря… – вдруг запричитала она по другому поводу, словно не услышала ответа. – Все говорю – когда же ты пойдешь работать? У него ведь, Оля, такое прекрасное образование, а работать не хочет. Ну, что ты будешь делать?!..

Разведя руки в стороны и уставившись на какую-то тумбу, мама стала что-то с интересом рассматривать. В тот момент, я заметила, что настроения ее довольно быстро сменялись мыслями о каких-то делах, заставляя мигом переключаться. Я подумала о том, что это отличное качество и мне бы хотелось этому и не только у нее научиться – женщина представляла собой потрясающий пример того, как в ее годы можно прекрасно держаться.

Лидия Петровна продолжала свои расспросы:

– А где ты живешь?

– Я из Питера. Работаю в крупной фирме, занимаюсь рекламой. А с Игорем мы познакомились в Гоа… – охотно делилась я в манере ее сына предваряя вопросы.

– Ах, этот Гоа… Уезжает он туда, понимаешь, на полгода и живет там! а мы тут волнуемся, – снова пожаловалась она, немало удивив меня этим. – Ты, надеюсь, не такой большой срок там жила, как он?

– Нееет, я всего-лишь на две недельки, меня бы с работы не отпустили просто… – с облегчением призналась ей я в правде, которая, тем не менее, стремилась к скорым переменам, по моему же желанию.

– И слава Богу! нечего там делать! Надо же работать, семью создавать, делать что-то… А так… как так можно? – снова посмотрела она на меня умоляющим взглядом словно ища поддержки.