Мифы Олимпа. От пророчеств Прометея и чар Цирцеи до Элизиума и бездны Тартара

Информация от издательства

Научный редактор Михаил Апенко

Книга не пропагандирует употребление алкоголя. Употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Давыдова О. А., 2025

© Оформление. ООО «МИФ», 2025

Введение

Правда ли, что мифы – это сказки для взрослых? За внешним сходством скрывается фундаментальное различие. Если сказки изначально воспринимались как вымысел, занимательные истории, в правдивость которых не верили, то мифы считались подлинным изложением событий из очень далекого прошлого. Они рассказывали о сотворении мира, природы, людей и культуры, о том, как из первозданного хаоса возник упорядоченный космос и бытие – такое, каким оно сохраняется и по сей день. Как и сказка, миф часто предлагал образец поведения для подражания, но вместе с тем неразрывно был связан с религиозными культами, нормами и верованиями. Вот почему боги и богини – непременные действующие лица мифологических сюжетов – никогда не встречаются в сказках.

Граница между мифом и легендой менее отчетлива: эти понятия часто используются как синонимы, и строгое их разграничение встречается разве что в научных трудах. Как правило, легенды не объясняют мироустройство, а рассказывают о приключении героя, его эпических подвигах, чтобы прославить персонажа или значимое событие, а не объясняют мироустройство. Мифы отвечают на фундаментальные вопросы: «Как возник мир?», «Откуда появились люди?», «Почему сменяются времена года?» Они составляли ядро религиозных верований и ритуалов древних обществ. Хотя мифы также включают сюжеты о героях: Геракле, Тесее, Дедале, – их неотъемлемыми персонажами остаются боги и титаны: бог подземного мира Аид, богиня любви Афродита или же хитрый и жестокий титан Кронос. Эти могущественные существа олицетворяли природные стихии и фундаментальные силы бытия, их деяния и воля определяли судьбу мира.

Итак, мифы всеобъемлющи и грандиозны, и особое место среди них занимают мифы Древней Греции. Мы знакомимся с ними не только в школе на уроках истории и литературы, но и смотрим фильмы, играем в компьютерные игры по мотивам знаменитых сюжетов, встречаем названия кафе и магазинов, отсылающие к ним. Вот почему неудивительно, что в какой-то момент просыпается желание узнать больше о греческих богах и героях. Однако первое, с чем сталкивается каждый интересующийся, – это невероятный объем дошедших до нас персонажей и сюжетов. Греки обожествляли силы природы, отсюда грозный Зевс, повелевающий молниями, Деметра, дарующая плодородие, лучезарный Гелиос, чья колесница несется по небу. Наряду с этим божественный статус получали и ключевые проявления культуры: мудрость, искусство, ремесло, воплощенные в образах Афины, Аполлона и Гефеста. Наконец, греки обожествляли абстрактные понятия: Фаму – богиню молвы и слухов, Ату – богиню заблуждения, Бию – неумолимую богиню силы и принуждения. Именно взаимодействие этих могущественных существ друг с другом и с героями порождало необычайно увлекательные сюжеты.

Начиная с VIII в. до н. э. древнегреческие поэты Гомер и Гесиод заложили основы древнегреческой мифологии, создав эпические сказания о происхождении богов, их войнах, любовных страстях, поражениях, победах, спорах и примирениях. Сюжеты, описанные у них и других ранних поэтов, получили свое развитие затем в V в. до н. э. на сцене древнегреческого театра. Великие трагики: Эсхил, Софокл, Еврипид – углубили и расширили мифологию многих героев и богов. Они рассказали, что стало с Тесеем после победы над Минотавром, как сложилась судьба Ясона, когда он добыл золотое руно, чем занялся Геракл, совершив свои знаменитые подвиги. Даже образы богов в трагедиях обрели новые грани. Последующие поколения авторов продолжили эту работу: они систематизировали мифы, дополняли их и комментировали уже созданные тексты. Ценный вклад внесли и античные историки с географами – Геродот, Диодор Сицилийский, Страбон, Плутарх, Павсаний. Они зафиксировали множество мифологических преданий и особенно их локальных версий. И хотя на первый взгляд развитие мифов кажется линейным, на самом деле оно шло хаотично, в разных уголках Греции и в разное время. Именно поэтому до нас дошли многочисленные варианты одних и тех же мифов, где меняются персонажи, места действия или ключевые детали сюжета.

Внушительный массив письменных источников дополняет богатейшая иконография: изображения на керамике, рельефы храмов, великолепно детализированные статуи – все они вдохновлены мифами. Это колоссальное наследие открывает простор для различных интерпретаций, и неудивительно, что столь обширному и многогранному материалу соответствует огромное количество книг, посвященных древнегреческим мифам. Авторы выстраивают хронологические линии, группируют сюжеты по темам, стремясь упорядочить их, при этом каждый предлагает свой взгляд на пересказ древнегреческих мифов, расставляет уникальные акценты. Существуют фундаментальные мифологические словари, где даны основные сведения о всех богах и героях, есть и увлекательные художественные пересказы, адаптированные для современного читателя.

В этой книге мы обратим внимание на особую группу древнегреческих мифов. Они отражают интерес людей к сверхъестественному и необъяснимому. Могущественные чары, опасные зелья, таинственные пророчества, невероятные существа и непознанные тайны иного мира – вот что ждет читателя на страницах книги. Мы познакомимся со знаменитыми колдуньями, узнаем, какие боги были связаны с предсказаниями и магией, увидим, как греки оживляли различные явления природы, придавая им чудной облик, и совершим невероятное путешествие от вершин Олимпа, обиталища богов, до ужасающей бездны Тартара, где томятся в плену самые страшные создания вечности.

Глава 1. Рок и судьба

Человеку свойственно ошибаться – так гласит латинское выражение. Наверное, поэтому людям так хочется узнать о будущем: чтобы не совершить ошибок и получить шанс изменить свою жизнь в лучшую сторону. Но возможно ли это? Читая греческие мифы, мы понимаем: человек не в силах противостоять могуществу судьбы, его путь предрешен и не изменится, несмотря ни на что. Напрасно отцы отсылали сыновей, надеясь отсрочить свою смерть от их руки, а девушки спасались бегством от грозящей опасностью влюбленности лишь затем, чтобы все равно обрести ее, в другом городе или стране. Сила провидения не помогала изменить предначертанное, и все-таки люди испокон веков верили в пророчества, гадания и надеялись хоть одним глазком заглянуть в туманное будущее и повлиять на него.

Древним грекам было известно понятие судьбы, неминуемого рока. Это нашло отражение в мифах, где сразу несколько богов следили за исполнением судеб и даровали предсказания. Сама же карта греческих полисов пестрит метками различных храмов, священных рощ и пещер, где жили провидцы, наделенные даром богов. Люди приходили к ним, чтобы узнать о своей судьбе и о будущем своих детей, о том, что ждет полис, или об исходе войны. Всякий, кто решал отправиться в опасное путешествие к чужим берегам, чтобы основать новое поселение, неизменно появлялся на пороге у пророка, стремясь убедиться, что его задумка увенчается успехом.

Итак, познакомимся поближе с таинственным миром туманных фраз и теми, кто их произносит. Всегда ли пророчества сулили беду и горе? Кто из олимпийских богов был блюстителем провидцев? И удалось ли хоть одному герою обмануть судьбу?

Кадм сражается с драконом. Каликс-кратер, терракота, краснофигурная техника, ок. 450 г. до н. э.

The Metropolitan Museum of Art

Слава греческих оракулов вышла далеко за пределы полисов, и к ним за советом обращались не только обычные люди, но и даже иноземные цари. Одну интересную историю об этом передает историк Геродот.

Богатой и процветающей страной Лидией правил Крес, но его беспокоила агрессия соседней Персии, которая под управлением царя Кира расширялась и становилась все более опасной. Тогда Крес решил узнать, что готовит судьба, и обратился к оракулу за предсказанием. Чтобы понять, какой из них даст самое точное пророчество, Крес послал гонцов в знаменитые Дельфы, в святилище Аполлона в Абах, что в Фокиде, к оракулу Зевса в Додону, к оракулу Амфиарая, жившему в храме на границе Аттики и Беотии, к оракулу Трофония в Беотии, в Бранхиды близ Милета и даже в Ливию к оракулу Зевса-Аммона. Всем им Крес приказал задать один и тот же вопрос: «Что теперь делает царь лидийцев Крес, сын Алиатта?» Лишь Пифия из дельфийского храма и оракул Амфиарая дали верные ответы, но Пифия, видимо, произвела на царя большее впечатление. Он приказал спросить ее, что случится, если напасть на Персию. Ответ Пифии прозвучал, как всегда, многозначно: если Крес пойдет войной на персов, то сокрушит великое царство. Воодушевившись, он неверно истолковал послание, и в жестокой войне Лидия пала под натиском врага.

Эта история еще раз убеждает в том, насколько серьезно относились к предсказаниям оракулов как греки, так и их соседи. Туманные слова порой решали судьбы целых городов, становились поводом снарядить экспедицию, объявить войну или принять закон[1].

Крес отправил свой вопрос не во все святилища, где получали пророчества, а только в наиболее известные. Среди них выделялась Пифия, жившая при храме в Дельфах, близ горы Парнас. Там, согласно мифам, обитали музы, дарующие вдохновение не только поэтам и музыкантам, но и пророкам. Недалеко от величественного святилища Аполлона протекал Кастальский источник, где Пифия омывалась, прежде чем давать ответы: его священные воды усиливали ее пророческие способности. Позже он также стал важным местом для поэтов, которым даровал вдохновение. Искупавшись в Кастальском источнике, Пифия входила в храм и, бросая в священный огонь листья лавра и ячменную муку, совершала воскурение, а затем удалялась в самый конец храма, в особую комнату – Омфалос. Там она восседала на треножнике, впадала в транс и изрекала пространные речи. Слова Пифии записывали жрецы и составляли из них предсказание в стихотворной форме[2].

Уважением, несомненно, пользовался и оракул Зевса в Додоне, что располагалась в гористой местности Эпир в Греции. Археологи нашли здесь множество свинцовых табличек, на которых паломники записывали частные вопросы, надеясь получить пророчество. Еще Ахилл в «Илиаде» взывал с мольбой к Зевсу Додонскому и упоминал его пророков, что не моют ног и спят на голой земле. Около святилища Додоны находилась дубовая роща, посвященная Зевсу, где рос огромный старый дуб. Пророки, находясь в особом состоянии вдохновения, могли разобрать предзнаменования в шелесте его листьев. Очевидно, как и Дельфийский оракул, они не слышали божественный голос без ритуальной подготовки.

В необыкновенный трепет греков приводили два прорицателя: жуткий оракул мертвых в Эпире и оракул Трофония в Левадии, что находится в Беотии, Центральной Греции. В Эпире на вершине холма, там, где сливаются три реки, было особое место, через которое, как считалось, человек мог попасть в подземный мир[3]. Даже реки там назывались Ахеронт и Кокит – в честь тех, что текут в царстве Аида. Желающий получить здесь предсказание или увидеться с мертвыми проходил через специальные обряды и жертвоприношения в течение нескольких дней, а затем углублялся в лабиринт монументального святилища, где в темной крипте якобы видел тени умерших. Таинственная многодневная подготовка в сочетании с мрачным лабиринтом и потусторонней атмосферой не оставляла равнодушным ни одного грека, побывавшего там.

Святилище Асклепия в Эпидавре. Архитектурная реконструкция. Альфонс Дефрасс, 1902

Wellcome Collection

Похожая обстановка встречала всякого, кто решался отправиться в Левадию к оракулу Трофония. Пройдя сложные приготовления и жертвоприношения, человек поздней ночью проходил внутрь святилища и там, среди мелькающих теней и давящих стен, получал предсказание. Говорят, что следующие несколько дней никто не мог даже посмеяться, настолько угнетающим было посещение этого оракула.

Однако в других святилищах все проходило в более спокойной и мирной атмосфере. Пришедшему в храм Геракла в Буре (север Пелопоннеса) предсказывали по брошенным игральным костям. В ахейском городе Фарах желающий мог узнать будущее у Гермеса. Для этого следовало приблизиться к статуе бога, стоявшей на агоре, задать вопрос прямо ей в ухо и уйти, заткнув уши. Ответом бога на вопрос являлась первая фраза, услышанная человеком, как только тот отнимал руки от ушей. Там же, в Ахее, но в другом полисе – Патрах, у храма Деметры находился особый источник. Обращавшиеся к нему люди спрашивали в основном о здоровье своих близких, и, чтобы узнать, поправится ли человек, нужно было опустить в источник зеркало. В нем видели отражение больного: либо живого, либо мертвого[4].

Там, где росли священные рощи, текли особые источники или располагались храмы, можно было услышать голос бога и спросить о своей судьбе таинственного оракула или сведущих жрецов. При этом оракулы служили различным богам: Зевсу, Деметре, Гере или Асклепию. Были даже храмы, посвященные героям-провидцам. Уповая на них, древние греки пытались угадать свое будущее.

Судьбу древние греки вверяли богам, а с помощью предсказаний и гаданий надеялись получить намеки на то, что ждет их в будущем. Несмотря на то что в Греции существовали оракулы различных богов, одни из них были более тесно связаны с искусством предсказаний, чем другие. Первой даром прорицания овладела Фемида – богиня правосудия, титанида, дочь Урана и Геи. По одной из версий, именно она получила видение о сыне Зевса, кому суждено будет свергнуть отца, и этим предсказанием поделилась со своим племянником Прометеем. Знаменитый Дельфийский оракул, как некоторые считали, тоже наследовала именно Фемида от своей матери Геи, позже передала его своей сестре Фебе, а та – внуку Аполлону. Впрочем, более всего Фемиду с судьбой и пророчествами связывает то, что она была матерью трех мойр.

Знаменитые и таинственные богини мойры представали обычно в образе старух, которые беспрестанно пряли нити судьбы. Первая из них, Клото, олицетворяла начало жизни, именно она пряла витиеватые и сложные нити, предрекая одному человеку славу, а другому – страдания. Вторая сестра, Лахесис, случайными движениями переплетала их между собой, соединяя жизни людей и определяя, кто останется вместе до самой смерти, а кому суждено расстаться. И последняя мойра, Атропос, самая страшная. Именно она перерезала нити, одним взмахом обрывая судьбы людей. Мойры – очень могущественные божества: даже олимпийские боги не знали судеб, что были уготованы им этой троицей. По той версии мифа, где они происходили от Фемиды, их отцом был Зевс, а потому иногда встречается его эпитет Морий или Мойрагет (то есть тот, кто предводительствует мойрами). Однако и ему самому неведомо то, что уготовили три богини. По другой версии, их родила сама Нюкта, воплощение ночи и тьмы, и тогда братья мойр – это Танатос (смерть) и Гипнос (сон), а сестры – вечно злая Эрида, богиня спора и раздоров, и ужасные эринии – демоны мести.

В греческой иконографии очень мало изображений мойр, возможно, потому, что представления о них развивались не сразу. Вначале они воспринимались некой темной силой, чем-то за гранью понимания, и были связаны с архаическими религиозными представлениями. Именно поэтому в мифах порой встречаются довольно странные альтернативы богиням и судьба человека может зависеть вовсе не от их воли, а, скажем, от определенного предмета. Например, судьба героя Мелеагра была связана с поленом. Но с развитием религии и устойчивым представлением об антропоморфных (то есть имеющих человеческий облик) богах мойры тоже «очеловечились». Впрочем, от этого они не потеряли своего могущества и на протяжении всей греческой истории были очень почитаемы. Только после завоеваний Александра Македонского и наступления эпохи эллинизма, когда греческая культура распространилась почти по всем странам Средиземноморья, образ мойр и их функции плавно перешли к другой богине. Почему? Ответить сложно, однако в период нестабильности и волнений, стремительных изменений в доселе знакомом мире люди ищут доброго покровительства и защиты, а мойры по природе своей слишком непредсказуемы, суровы и даже жестоки.

В период эллинизма место трех прядущих богинь заняла Тюхэ – богиня жребия, удачи и процветания. В отличие от мойр, она не олицетворяла неотвратимость судьбы, а скорее отражала неустойчивость жизни и ее постоянную изменчивость. Тюхэ – богиня удачи и благоприятного шанса, она давала надежду на лучший исход дел. Ее образ был настолько распространен и почитаем, что древнеегипетские царицы династии Птолемеев изображались со священным атрибутом Тюхэ – рогом изобилия, чтобы показать, что и они хотят процветания и благополучия для своего народа.

Тюхэ-Фортуна с портретной головой женщины. Мраморная статуя. Римская работа, I–II вв.

The Metropolitan Museum of Art

Была у Фемиды и Зевса еще одна дочь – Дикэ, блюстительница справедливости, закон равновесия во плоти. Она тоже могла напрямую влиять на судьбу человека и лично спускалась с Олимпа, чтобы покарать нечестивцев. Дикэ внимательно следила за людьми и, если замечала непорядок или обман, тут же сообщала об этом верховному судье – Зевсу. Вместе с Эйреной, богиней мира, и Эвномией, богиней правильных и честных законов, Дикэ сторожила вход на Олимп.

По функциям очень близка к ней Немезида, дочь Нюкты, – воплощение справедливого возмездия, божественной мести. Она также наблюдала за тем, чтобы в мире царил порядок, и, когда узнавала о свершившемся преступлении, обрушивала всю свою мощь на нарушителей, восстанавливая правильное течение судеб.

И неотвратимая Немезида, и праведная Дикэ были антиподами другой своей сестры – Апатэ. В греческой мифологии она олицетворяет ложь. Эта богиня плела ужасные интриги и заставляла обманывать и людей, и богов. Однажды Зевс так рассердился на нее, что сам сбросил Апатэ с Олимпа. С тех пор она ходит по земле, сея вокруг семена лжи и сбивая людей с их истинного пути, предначертанного мойрами.

Рядом с ней неизменно вьется стремительная Ата – богиня бед и несчастий. Из-за нее люди и боги совершали необдуманные поступки, она призывала напасти и проклятия. Однажды по воле Геры Ата завладела разумом самого Зевса, и тот, не зная, что делает, наделил Эврисфея талантом и судьбой великого правителя. Гера поступила так намеренно, чтобы под его властью в будущем оказался нелюбимый ею Геракл. Но как только Зевс понял, что его волю подчинила Ата, он разозлился и сбросил ее с Олимпа, строго-настрого запретив возвращаться. Поэтому Ата с тех пор портила судьбы смертным и героям.

Был ли хоть небольшой шанс у обычного человека обойти влияние Аты или Апатэ? Люди, конечно, не знали ответ на свой вопрос и приходили за советом к оракулам. А судьбы самих оракулов, в свою очередь, оберегал златокудрый Аполлон, сын Зевса и титаниды Лето.

Аполлон убивает Пифона. Гравюра из серии по «Метаморфозам» Овидия. Антонио Темпеста, ок. 1606 г.

The Cleveland Museum of Art

Аполлон родился на острове Делос, но наибольший почет обрел в городе Дельфы, победив там Дельфиния, или Пифона, ужасного змея, который разорял всю область. Именно здесь Аполлон то ли получил в наследство оракул, то ли возвел новое святилище на месте более древнего, и слава об этом месте вышла далеко за пределы Греции. Ему приписывают основание и многих других оракулов в городах Малой Азии. Он, как и Зевс, получил прозвище Мойрагет. Аполлон наделял смертных пророческим даром и сам стал отцом могущественных прорицателей. У Аполлона еще множество других ипостасей: он же – Мусагет, то есть повелитель муз, он связан с силами плодородия, с культом солнца, с целительством и заступничеством. Он – Алексикакос, то есть отвратитель всего плохого, Пеан, избавитель от болезней, Акесий, целитель. Культ Аполлона получил широкое распространение в Греции, где его знали в этих разных ипостасях. И все же наиболее важным был центр почитания в Дельфах, где в его святилище жрица Пифия предсказывала будущее. Вот почему все провидцы и пророки считали Аполлона своим главным покровителем.

Люди, наделенные даром предвидения, встречаются во многих культурах. К ним относились с почтением, а их загадочные послания переживали века. Немало героев совершали подвиги, внимая совету мудрого провидца, или же, наоборот, восставали против мрачных пророчеств и пытались изменить судьбу. В греческой мифологии провидцы – вовсе не старые нелюдимые отшельники: у них есть жены, дети, которые часто наследуют пророческий дар. Кроме того, они иногда наделены и другими талантами: например, Мусей, ученик музыканта Орфея, умел так же хорошо предсказывать судьбу, как и летать. Провидцы неотделимы от историй, которые сами же предрекают, и поэтому достойны отдельного упоминания. Главный покровитель прорицателей, Аполлон, приходился многим из них отцом. Так, сыновья Аполлона и Фемисто, царевны гипербореев, Галеот и Тельмисс считались первыми пророками. Они путешествовали и воздвигали храмы в честь отца, руководствуясь особым знамением: если орел прилетал на оставленное ими жертвенное мясо и хватал его, то на этом месте они воздвигали храм Аполлона. Братья путешествовали отдельно: Галеот – по острову Сицилия, а Тельмисс – в Карии, на юго-западе Малой Азии.

На острове Делос жил другой сын Аполлона, Аний. Бог самолично обучил его искусству прорицаний, и Аний стал царем Делоса. Три его дочери были тесно связаны с магией, ведь бог Дионис наделил их особым даром получать из обычной земли вино и масло[5].

Другим известным сыном Аполлона считался Аристей, родившийся у нимфы Кирены. Он получил блестящее образование, обучившись у муз искусствам прорицания, врачевания и прочим премудростям. В особенности он почитался как хранитель пчеловодов и охотников. Он дважды спасал людей от ужасных природных катастроф: от мора, поразившего всю Грецию, и от гибельной жары на острове Кеос, которым правил. Вот как это было.

Жил в Греции, недалеко от Афин, человек по имени Икарий, обычный крестьянин с доброй душой. Однажды так случилось, что сам Дионис оказался у него в гостях. Икарий, не подозревая, что перед ним могущественный бог, как полагается, встретил Диониса и приютил у себя. В ответ на проявленную доброту тот сказал:

– Спасибо тебе, Икарий, за дружескую беседу и угощение. Хочу отблагодарить тебя равно твоему гостеприимству, поэтому открою тебе великий секрет. Я расскажу, как приготовить чудеснейший напиток, усладу богов.

И подарил Дионис Икарию вино и виноградную лозу, и обучил мастерству виноделия. Обрадовался Икарий и по своей доброй натуре решил сразу же поделиться чудесным напитком со всеми. Стал он путешествовать по Аттике[6] и угощать пастухов вином. Однако непривычные к новому питью люди, не зная еще о его свойствах, опьянели. От слабости повалились они на землю и стали странно двигать руками и ногами.

– Смотрите! – закричали их друзья, не пробовавшие вина. – Икарий отравил их! Злодей, пусть ответит за свои преступления!

Ослепленные местью, они убили Икария и закопали его, не дав ему опомниться. Но тут заметили горе-мстители, что их друзья, протрезвев, встали.

– Ну и напиток, ну и чудеса, подавай-ка нам еще, милый Икарий! – сказали они и стали искать винодела.

Ужаснулись тогда убийцы содеянному и бросились прочь из Аттики. Бежали они на остров Кеос, которым правил мудрый Аристей, и местные жители, не зная об их грехах, радушно пригласили странников к себе. В то же время ужасная жара обрушилась на Кеос. Пожухла трава, погорели поля, и люди изнемогали от жажды. Аристей, видя несчастья своего народа, обратился к отцу:

– О великий Аполлон, отвратитель зла и великий спаситель! Дай же знать мне причину бед, что обрушились на Кеос.

И открыл Аполлон Аристею, что, не ведая правды, он дал приют убийцам доброго человека, любимца Диониса, поэтому разгневались боги. Тогда Аристей принес обильные жертвы и много дней умолял Зевса Тучегонителя ниспослать живительный дождь. Исполнил тот просьбу Аристея: подули сильные ветры и не стихали целых сорок дней.