Оборотень на контракте
- -
- 100%
- +
— Это мои проблемы, — сказала Эвелин, чувствуя, как её волк внутри неё напрягается. — Мне не нужны твои советы.
— Я не даю тебе советы, — Амалия улыбнулась, но улыбка была холодной. — Я предупреждаю тебя. Ты — чужая здесь. И всегда будешь чужой. А я... я — одна из них. Я могу дать ему то, чего ты никогда не сможешь. Силу. Положение. Наследников, которые будут настоящими волками, а не полукровками.
Эвелин почувствовала, как её руки начинают дрожать. Она хотела ответить, хотела поставить эту женщину на место, но вместо этого она просто смотрела на неё, чувствуя, как её горло сжимается.
В этот момент к ним подошёл Доминик.
— Амалия, — сказал он, и его голос был ледяным. — Кажется, ты пытаешься оскорбить мою жену. Я советую тебе остановиться, пока я не попросил тебя покинуть мой дом.
Амалия отступила, и на её лице мелькнула тень раздражения.
— Я просто хотела поговорить с ней, — сказала она. — Женские разговоры, понимаешь?
— Я понимаю, — ответил Доминик, и в его серых глазах вспыхнул жёлтый свет. — И я говорю тебе: не приближайся к ней. Она — моя пара. И я не позволю никому ставить её под сомнение.
После того как гости уехали, Эвелин сидела в гостиной и смотрела на догорающие свечи. Она чувствовала себя опустошённой и одновременно наполненной — странным чувством, которое она не могла объяснить.
Доминик вошёл в комнату и закрыл за собой дверь.
— Ты в порядке? — спросил он, садясь рядом с ней.
— Да, — ответила она, не глядя на него. — Я просто устала.
— Эвелин, — сказал он, беря её за руку, — посмотри на меня.
Она подняла глаза. В его серых глазах была тревога, смешанная с нежностью.
— То, что сказала Амалия... — начал он.
— Это правда, да? — перебила она. — Ты просто используешь меня. Через год я уйду, и ты найдёшь другую. Волчицу. Которая будет сильной. Которая будет подходить тебе.
— Нет, — сказал он твёрдо. — Нет, Эвелин. Ты ошибаешься.
— Тогда почему ты не сказал ей, что я — твоя истинная пара? — спросила она. — Ты не сказал ей, что я — твоя судьба. Ты просто сказал, что я — твоя жена.
Он замолчал на мгновение, и его лицо стало серьёзным.
— Потому что я не хочу, чтобы она знала, — сказал он. — Если Маркус узнает, что ты — моя истинная пара, он сделает всё, чтобы уничтожить тебя. Он не может позволить мне быть счастливым.
— А ты счастлив? — спросила она.
Он улыбнулся — той самой тёплой улыбкой, от которой у неё таяло сердце.
— С тобой — да. Я счастлив, Эвелин. Я не знал, что это такое, пока не встретил тебя.
Она почувствовала, как по щекам текут слёзы.
— Тогда обещай мне, — сказала она. — Обещай, что не отпустишь меня. Что бы ни случилось. Обещай, что будешь бороться за нас.
Он прижал её к себе и прошептал в волосы:
— Обещаю. Я буду бороться за нас. Пока я дышу.
Они сидели в темноте, обнявшись, слушая, как за окном воет ветер. Эвелин чувствовала его сердцебиение, и это успокаивало её. Она знала, что впереди их ждут ещё большие испытания. Что Маркус не отступит, что Амалия будет пытаться встать между ними. Но сейчас, в этот момент, она чувствовала только одно — она не одна. У неё есть он.
— Доминик, — сказала она, поднимая голову, — я хочу знать всё о твоём прошлом. О твоей первой любви. О том, что с ней случилось.
Он замолчал на мгновение, затем глубоко вздохнул.
— Её звали Лидия, — начал он. — Она была человеком. Мы познакомились, когда мне было двадцать два. Она работала в приюте для оборотней, как и ты. Я влюбился в неё с первого взгляда. Она была смелой, доброй, искренней. Она не боялась меня.
— Что случилось? — спросила Эвелин.
— Мой отец узнал о нас, — сказал он, и его голос стал глухим. — Он сказал, что я — позор для клана. Что альфа не может быть с человеком. Он приказал ей уйти. Она отказалась. Тогда он... — он замолчал на мгновение, и Эвелин почувствовала, как его тело напряглось. — Он убил её. Прямо у меня на глазах.
— Боже, — прошептала она, чувствуя, как у неё перехватывает дыхание. — Доминик, мне так жаль.
— Не жалей, — сказал он, и в его голосе была горечь. — Я не спас её. Я был слабым. С тех пор я поклялся, что никогда больше не позволю себе полюбить. Что никогда не дам никому права использовать мои чувства против меня.
— Но ты позволил, — сказала она. — Ты позволил себе полюбить меня.
Он посмотрел на неё, и в его глазах была боль и надежда, смешанные вместе.
— Да, — сказал он. — Я не смог удержаться. Ты ворвалась в мою жизнь, как ураган, и разрушила все стены, которые я строил.
— Я не разрушу их, — сказала она, касаясь его щеки. — Я помогу тебе построить новые. Только лучше. Такие, которые будут защищать нас, а не изолировать.
Этой ночью Эвелин впервые осталась в его комнате. Они лежали в кровати, обнявшись, и она чувствовала, как его дыхание становится ровным, как его сердце бьётся в унисон с её. Её волк был спокоен, почти доволен, и она знала почему. Она была там, где должна была быть. С ним.
— Доминик? — прошептала она.
— М-м? — ответил он полусонно.
— Я хочу, чтобы ты знал. Я не боюсь твоего отца, Маркуса или кого-либо ещё. Я буду бороться за нас. Всегда.
Он открыл глаза и посмотрел на неё.
— Знаю, — сказал он. — Ты — самая сильная женщина, которую я встречал. И я никогда не отпущу тебя.
Она улыбнулась и прижалась к нему, чувствуя, как засыпает в его объятиях.
«Мы справимся, — думала она, проваливаясь в сон. — Мы справимся. Потому что наша любовь сильнее любой боли».
Утром Эвелин проснулась с чувством, что внутри неё что-то изменилось. Она не знала, что именно, но её тело было лёгким, почти парящим. Она открыла глаза и увидела, что Доминик уже не спит — он сидел на кровати, прислонившись спиной к изголовью, и смотрел на неё с тёплой улыбкой.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе утро, — ответила она, чувствуя, как смущение заливает щёки.
Он протянул руку и коснулся её лица.
— Я хотел спросить тебя кое о чём, — сказал он, и его голос стал серьёзным. — Как ты смотришь на то, чтобы съездить в мой старый дом? Там, где я вырос. Это далеко от города, в лесу. Я хочу, чтобы ты увидела, откуда я пришёл.
Она удивилась. Это было первое приглашение, которое он делал ей. Первый шаг к тому, чтобы открыть ей свою душу.
— Конечно, — ответила она. — Я хочу увидеть это.
Он улыбнулся, и его серые глаза засияли.
— Тогда собирайся. Мы поедем сегодня.
Дорога к старому дому заняла несколько часов. Они ехали через лес, который становился всё более густым и диким, и Эвелин чувствовала, как её волк внутри неё начинает беспокоиться. Лес пах жизнью, свободой и чем-то древним, что она не могла объяснить.
— Мы почти приехали, — сказал Доминик, когда они свернули на грунтовую дорогу. — Это место — моё убежище. Я приезжаю сюда, когда хочу побыть один.
Они остановились перед старым каменным домом, который был похож на средневековый замок. Он был окружён лесом, и его стены были покрыты плющом, который делал его почти невидимым.
— Он красивый, — сказала Эвелин, выходя из машины.
— Он мой, — ответил Доминик. — Единственное, что осталось от моего прошлого.
Внутри дом был старым, но уютным. Каменные стены, массивные деревянные двери, огромный камин, в котором трещал огонь. Эвелин чувствовала, как её волк внутри неё успокаивается, словно дом признавал её своей.
— Садись, — сказал Доминик, указывая на диван перед камином. — Я расскажу тебе всё. О моей семье. О моём прошлом. О том, что я скрывал от всех.
Она села на диван, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее. Она знала, что это был важный момент. Что он готов открыть ей свою душу. И она была готова слушать.
«Я здесь, — думала она, глядя на него. — Я здесь, и я не уйду. Что бы ни случилось».
ГЛАВА 4. ТАЙНЫ СТАРОГО ДОМА
Огонь в камине трещал и плясал, отбрасывая тени на каменные стены старого дома. Эвелин сидела на диване, поджав под себя ноги, и смотрела на Доминика, который стоял у камина, глядя на пламя. В его глазах отражался огонь, делая их почти золотыми, и она чувствовала, как внутри неё поднимается волна любви и нежности.
— Я не знаю, с чего начать, — сказал он, не оборачиваясь. — Это так сложно... рассказать о том, что я прятал всю свою жизнь.
— Начни с начала, — предложила она мягко. — С того момента, когда всё пошло не так.
Он глубоко вздохнул и повернулся к ней. Его лицо было серьёзным, почти мрачным, но в глазах горела решимость.
— Мой отец, Вольфганг Вульф, был не просто альфой, — начал он. — Он был тираном. Он правил кланом железной рукой и не терпел никаких возражений. Он считал, что сила — это единственное, что имеет значение, и что слабость должна быть наказана.
— А ты был слабым? — спросила Эвелин.
— Я был чувствительным, — ответил он с горькой усмешкой. — Я любил читать, изучать историю клана, разбираться в законах. Мой отец считал это недостойным альфы. Он хотел, чтобы я был воином, а я был дипломатом. Но потом я встретил Лидию... и всё изменилось. Я понял, что есть вещи важнее силы.
Он замолчал на мгновение, и Эвелин видела, как его лицо искажается от боли.
— Когда он убил её, — продолжил он, — я поклялся, что стану сильнее. Что я никогда больше не позволю никому управлять мной. Я изучал тёмную магию, которую мой отец скрывал от всех. Я нашёл способ снять проклятие, которое он наложил на меня. Но для этого мне нужна была женщина из древнего рода. Я искал её годы. И когда я нашёл тебя... я думал, что это просто совпадение.
— Но это не совпадение? — спросила она, чувствуя, как её сердце забилось быстрее.
Он подошёл к ней и сел рядом, взяв её руки в свои.
— Нет, — сказал он. — Ты — не совпадение. Ты — часть пророчества. Мой отец знал, что однажды появится женщина из рода Луны, которая сможет снять проклятие. Он боялся этого, потому что знал, что она освободит меня. Что я стану сильнее его.
— Пророчества? — переспросила она, чувствуя, как у неё перехватывает дыхание. — Я не понимаю. Я — обычный человек. Я не волшебница.
— Ты — не обычный человек, — сказал он, сжимая её руки. — Твой род ведёт происхождение от древней волчицы, которая была первой оборотней. В тебе течёт кровь Луны. И эта кровь может снять любое проклятие. Даже то, которое наложил мой отец.
Эвелин сидела в оцепенении, переваривая услышанное. Она всегда думала, что её род был обычным, незначительным. Её бабушка рассказывала ей сказки о луне, о волках, о древних временах, но она никогда не воспринимала их всерьёз.
— Но как это возможно? — спросила она. — Я никогда не чувствовала в себе ничего необычного. Я не знала, что я — часть какого-то пророчества.
— Ты не знала, потому что твоя семья скрывала это, — ответил Доминик. — Они боялись, что кто-то из кланов найдёт тебя и использует. Когда я нашёл тебя, я понял, что ты — та, кого я искал. Твоя кровь — ключ к моему освобождению.
— А если я не хочу быть ключом? — спросила она, и её голос дрогнул. — Что, если я просто хочу быть твоей женой, а не оружием в чьих-то руках?
Он посмотрел на неё с болью, которая отразилась в его серых глазах.
— Ты — не оружие, — сказал он. — Ты — моя пара. Моя истинная пара. И я никогда не использовал бы тебя против твоей воли. Но я должен был рассказать тебе правду. Потому что Маркус знает о пророчестве. Он будет пытаться использовать тебя, чтобы уничтожить меня.
— Тогда мы должны быть на шаг впереди, — сказала она, чувствуя, как в ней просыпается решимость. — Расскажи мне всё. Что именно нужно сделать, чтобы снять проклятие?
Он встал и подошёл к камину, где на стене висел старый гобелен. Он отодвинул его, и за ним оказалась потайная дверь, вырезанная в камне.
— Идём, — сказал он. — Я покажу тебе то, что никто не видел.
. Они спустились в подвал, который оказался гораздо более просторным, чем подвал в особняке Доминика. Здесь были каменные стены, выложенные старинными рунами, и в центре стоял алтарь, покрытый пылью и паутиной. На стенах висели древние свитки и книги, которые пахли временем и тайнами.
— Это библиотека моего отца, — сказал Доминик, зажигая свечи. — Он собирал эти знания всю свою жизнь, но никогда не использовал их во благо. Он использовал их, чтобы проклинать и убивать. Я нашёл эти записи после его смерти и понял, что наша семья была проклята задолго до того, как он наложил проклятие на меня.
Эвелин подошла к одной из полок и провела пальцем по кожаным корешкам книг. Они были холодными на ощупь, словно хранили в себе чужую боль.
— Что ты ищешь здесь? — спросила она.
— Способ снять проклятие, — ответил он, подходя к ней. — Я нашёл его, но он требует жертвы. Крови из рода Луны. Я не хочу причинять тебе боль, Эвелин. Но если мы не сделаем этого, Маркус найдёт способ использовать тебя против меня. Он убьёт тебя, чтобы получить твою кровь.
— Тогда мы сделаем это, — сказала она твёрдо. — Я готова.
Он повернулся к ней, и в его глазах была удивление, смешанное с благодарностью.
— Ты — невероятная, — сказал он. — Ты — единственная, кто не боится. Даже когда знает правду.
— Я боюсь, — призналась она. — Я боюсь потерять тебя. Я боюсь, что Маркус победит. Но я не могу позволить страху управлять мной. Мы справимся, Доминик. Мы справимся вместе.
Он взял с полки старый свиток, пожелтевший от времени, и развернул его на алтаре. На нём были начертаны руны, которые светились в свете свечей слабым серебристым светом.
— Это ритуал снятия проклятия, — сказал он. — Он требует, чтобы я принёс в жертву свою кровь и кровь женщины из рода Луны. После этого проклятие будет снято, и я снова смогу превращаться. Но есть одна проблема.
— Какая? — спросила она.
— Во время ритуала ты можешь почувствовать боль, — сказал он. — Твоя кровь будет смешана с моей, и это может вызвать необратимую связь. Ты станешь не просто моей парой. Ты станешь моей тенью. Навсегда.
Эвелин замерла. Она знала, что такое быть тенью. Это означало, что она будет чувствовать его боль, его страхи, его мысли. Она не сможет скрыть от него свои чувства. Она будет принадлежать ему так же, как он будет принадлежать ей.
— Я готова, — сказала она. — Я хочу быть с тобой. Навсегда.
Он посмотрел на неё с такой любовью, что у неё защемило сердце.
— Тогда мы сделаем это, — сказал он. — Но не сегодня. Сначала мы должны подготовиться. Я должен быть уверен, что ритуал пройдёт безопасно для тебя.
Они поднялись наверх, и Эвелин почувствовала, как её волк внутри неё успокаивается. Она была в безопасности. С ним. В этом доме, который пах его прошлым и его болью.
Они сидели у камина, и она чувствовала, как его рука обвивает её талию, притягивая ближе. Она закрыла глаза и позволила себе расслабиться, чувствуя тепло огня и тепло его тела.
— Доминик, — сказала она. — Что будет после того, как мы снимем проклятие? Ты станешь альфой, которого все боялись? Или ты останешься собой?
Он задумался на мгновение, затем ответил:
— Я не знаю. Я не знаю, каким я стану. Но я знаю, что я хочу быть с тобой. Я хочу, чтобы ты была рядом, что бы ни случилось.
Она улыбнулась и повернулась к нему, глядя в его серые глаза.
— Тогда я буду рядом. Всегда.
Они остались в старом доме на ночь. Эвелин лежала в кровати, которая пахла Домиником, и чувствовала, как его руки обнимают её, как его дыхание щекочет её шею. Она была счастлива. Но в глубине души знала, что это счастье может быть недолгим.
— Доминик? — прошептала она, когда он уже почти заснул.
— М-м?
— Что, если Маркус узнает о том, что мы здесь? Что, если он последует за нами?
Доминик открыл глаза, и в темноте она увидела, как они засветились жёлтым светом.
— Я не позволю ему причинить тебе боль, — сказал он твёрдо. — Я защищу тебя. Даже если мне придётся умереть.
— Не говори так, — сказала она, прижимаясь к нему. — Не говори о смерти. Мы будем жить. Вместе. Долго и счастливо.
Он улыбнулся и поцеловал её в лоб.
— Обещаю. Мы будем жить. Долго и счастливо.
На следующее утро Эвелин проснулась от звука шагов за дверью. Она села на кровати, прислушиваясь. Шаги были тяжёлыми, осторожными, словно кто-то крался по дому.
— Доминик, — прошептала она, толкая его в плечо. — Просыпайся. Кто-то здесь.
Он мгновенно открыл глаза и прислушался. Его тело напряглось, и она почувствовала, как он перешёл в боевой режим — его мышцы напряглись, а глаза засветились жёлтым светом.
— Оставайся здесь, — сказал он, вставая с кровати. — Не выходи из комнаты.
Он вышел в коридор, и Эвелин услышала, как он что-то говорит на языке оборотней, который она ещё не до конца понимала. Затем раздался шум борьбы, а затем — звук падающего тела.
Эвелин выскочила из комнаты, чтобы увидеть, что происходит. Доминик стоял над распростёртым на полу мужчиной, который был одет в чёрное. На полу рядом с ним лежал нож, покрытый серебром.
— Маркус отправил его, — сказал Доминик, его голос был холодным, как лёд. — Он знал, что мы здесь.
Эвелин почувствовала, как холодный страх овладел ею. Маркус знал. Он знал, где они находятся, и он отправил убийцу. Это означало, что война началась.
— Что нам делать? — спросила она, глядя на Доминика.
— Мы должны вернуться в особняк, — сказал он. — Там мы в безопасности. Здесь мы слишком уязвимы.
Они быстро собрались и вышли из дома. Но когда они подошли к машине, они увидели, что шины проколоты.
— Это ловушка, — сказал Доминик, оглядывая лес. — Он знал, что мы будем бежать.
Эвелин чувствовала, как её сердце бешено колотится. Лес вокруг казался враждебным, живым, полным глаз, которые следили за ними.
— Мы можем пойти пешком, — сказала она. — Лес — моя территория. Теперь я — часть его.
Доминик посмотрел на неё с удивлением, а затем улыбнулся.
— Ты права, — сказал он. — Ты — часть леса. И мы используем это.
Они шли через лес несколько часов. Эвелин чувствовала, как её волк внутри неё становится сильнее, как он ведёт их через густые заросли, через ручьи и овраги. Она чувствовала запах врагов, которые преследовали их, и знала, что они приближаются.
— Они близко, — сказала она, останавливаясь. — Я чувствую их запах. Серебро и страх.
Доминик встал рядом с ней, готовый к бою.
— Тогда мы встретим их, — сказал он. — Вместе.
Они стояли в лесу, готовые к битве, и Эвелин чувствовала, как её волк внутри неё рычит, готовый защищать свою пару. Она не знала, что их ждёт, но она знала одно: она не будет сдаваться. Она будет сражаться. За него. За них. За их будущее.
ГЛАВА 5. ПЕРВАЯ КРОВЬ
Лес дышал. Эвелин чувствовала это каждой клеткой своего тела — как ветер шевелит листву, как земля вибрирует под ногами преследователей, как воздух сгущается перед бурей. Её волк внутри неё был настороже, готовый к бою, и она впервые осознала, что не боится. Она была частью этого мира теперь. И мир признавал её.
— Их трое, — прошептал Доминик, стоя рядом с ней. Его глаза горели жёлтым, а тело было напряжено, как струна. — Я чувствую запах серебра. Они вооружены.
— Я тоже чувствую, — ответила она, и её голос звучал низко, почти зверино. — Один справа, двое слева. Они идут по дуге. Хотят взять нас в клещи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.