Легенда об Альхарии и Улутруке

Сегодня будет вводный урок, а потом мы практически всю браану будем работать над реальными историями, которые предварительно будет рассказывать вам Солен, но как именно — увидите позже.

Для начала поговорим о связи между естественным и искусственным ходом событий. Запишите определения в ваши тетради.

Естественный ход событий — это только что произошедшая, неописанная история. Искусственный ход событий — это описанная, изобретённая история. — Солин продиктовал определения и продолжил: — Историография находится на стыке этих двух понятий. Она всегда имеет объект влияния. Давайте я поясню. Если вы придёте домой и запишете в своём дневнике «Я сегодня был на уроке по историографии. Это такая чушь, что на неё даже время тратить не стоит» или «Я сегодня был на уроке по историографии, и я знаю, что ещё по ней можно придумать и обязательно это сделаю», — это будет только история. А вот если вы придёте в класс и скажете: «Историография затуманивает наши мозги — давайте вместе её бойкотировать» или «Я знаю, что ещё можно придумать по историографии, давайте проработаем идею и отправим её Контури Лассон», — это уже будет историография.

Так вот, запишите следующее определение. Историография изучает построение историй в зависимости от того, что, как и зачем хочет сказать говорящий. — Солин продиктовал третье определение. — Это касается и реальных, и выдуманных историй. Поэтому мы много внимания будем уделять как раз этим «что», «как» и «зачем».

Но поговорим предметно. При выявлении отличий между естественным и искусственным ходом событий первое, на что обращаешь внимание, — на то, что естественный ход никто не контролирует. При выявлении сходств многие участники дискуссии натыкаются на такие неудобные темы, как предопределённость бытия или невозможность выдумать то, чего не может дать Вселенная. Но эти вопросы оставим философам.

А если мы посмотрим на истории как на особую материю, то поймём, что определение их сути лежит не совсем в плоскости их реализации — то есть не в настоящей жизни и не в голове у автора. И мы увидим, что большинство историй из обеих сфер — это сумма факторов. Это значит, что истории — это взаимодействие различных сил друг с другом. То есть если мы имеем объект влияния, нам надо знать несколько параметров: что на него может влиять, как, в каком количестве и в каком направлении. Грамотный писатель, например, может создать такое соотношение факторов, что естественность их появления в самой истории не вызовет сомнений. И таким образом выдуманная и настоящая истории на самом деле отличаются тем, что изобретённая имеет направленный характер, но суть их остаётся в другом. А если мы говорим о сферах применения самой историографии, то такая направленность может иметь место и в реальной жизни. Ведь государство помогает нам в наших делах с помощью именно этого инструмента.

Всё, что я здесь рассказал, вы сможете найти в учебнике в первой главе, а следующая тема будет… — Пауза обозначает то, что нежелающие знать спойлеры должны закрыть уши. И Торас с Налуи входят в это число. — По поводу домашнего задания. Я не буду вас просить описать ваш день так, чтобы… нет, я не буду заставлять вас заниматься самообманом. Домашнее задание я просто раздам. Его необязательно доводить до результата, но я должен видеть ваши усилия. У вас есть целая криэна.

Налуи посмотрела на свой учебник. Он неярко-оранжевого цвета, называется «Историография общего образования. Основные мотивы и средства передачи историй», автор Ци́аци́а. Неликлинка вспомнила ту самую книгу, которую видела у Торас и которую впоследствии приобрела и прочитала. Но, как вспоминает девочка, её содержание в корне отличается от школьной программы. «Возможно, из-за того, что её писал физик».

Сама же Налуи хочет выяснить, можно ли найти то, что хотят рассказать сами истории, то есть именно к ним отнестись как к рассказчикам. Но это не про голое изложение фактов, это скорее про то, что можно прочитать между строк.

Школьница посмотрела на домашнее задание, которое ей досталось. Оно гласит: «Сделай так, чтобы я сказал „Спасибо!“». Оно ей не очень понравилось. «Прямой подход. Ну это уже слишком!» Но решила, что про ту книгу спросит, и дождалась запаха нектара.

— Соль… Сол-аса, — Налуи ещё сама не успела представиться, а уже запуталась в именах. — Налуи моё имя. Я читала книгу «Основы историографии» Риахрита, но там совсем про другое. Почему так?

— Риахрит физик, и он так пытался рассказать, что все взаимодействующие силы — не более чем наши отражения. То есть на самом деле, по его мнению, мы влияем либо друг на друга, либо на себя, но не более. И это тоже историография, кстати. В книге ещё есть нечто близкое к понятию вольного гена в атмосферности, но с этим вопросом тебе лучше к Таликли обратиться.

— Вольный ген?

— Да. Но мне больше интересно красочное разнообразие вариаций, нежели смотреть на чью-то копию или заниматься чисто изложением фактов. Поэтому мы со вторым Солом, — на этом моменте Налуи еле сдержала смех, — решили, что он остаётся в истории, а я иду в историографию.

— Хорошо, спасибо.

— Налуи, а ты ещё не думала, в какую академию будешь поступать?

— Ещё нет.

— Хорошо.

Разговор этот Налуи не удовлетворил. В перерыве она прочитала введение к учебнику, вложив домашнее задание в антиспойлерную закладку. С каждым подобным разом она всё сильнее хмурится, но в то же время очень ждёт историю, потому что её порыву нужна точка приложения. И это, конечно, заметила Торас.

— Ты чего? — поинтересовалась подруга.

— Я верю, что историография — это интересный предмет, но пока что только верю. Не хочу, чтобы всё закончилось на каких-то старых моделях или заезженных дорожках.

— Ты можешь пойти к четвёртой браане, спросить, что они проходят. Это хоть и спойлер, но…

— Да нет…

— Или освежиться под дождичком.

— Потом.

— От магии тоже не стоит ожидать ничего многообещающего. Мы в основном будем проходить свойства носителей. Но это интересней, чем читать инструкции к утюгу, пользоваться принтером и направлять расщеп чётко на мусор.

— Да, наверное.

— Пошли, история скоро начнётся.

Кабинет истории находится по адресу И1 ветки историй. Это соседний с историографией кабинет, ближе к границе этажа. Когда все почувствовали запах школьной тетради, Солен начал урок:

— Всем привет! Моя имя — Солен, но это вы, наверное, и так уже все знаете. Меня интересует вот что. Солин пытался выставить меня грубым фактовколачивателем?

— Нет, — все ответили хором.

— И не говорил, что обычные истории — это как перья на скелете курицы?

— Нет, — все снова ответили хором, переглянулись, а Налуи от смеха спряталась под стол.

— Отлично. Тогда начнём урок. Мы с вами будем проходить историю Неликлина, это вы тоже знаете, но сказал я это для того, чтобы просто знать, что сказал. Кстати, вы, наверное, ждёте, что я скажу, что история — не такая, как историография, но нет. Мне на самом деле всё равно. Итак, для того, чтобы что-то родилось, нужно сначала очистить пространство. Можно, конечно, попробовать родить ребёнка в пустом поле, но вряд ли это хорошая затея. Впрочем, вы потом поймёте, зачем я это сказал. О той самой зачистке вы прочитаете в первой главе учебника, потом обсудим. С этим, я надеюсь, справитесь без моей помощи. Одного анкика, я думаю, будет достаточно.

Налуи, пытаясь отойти от смеха и успокоиться, взяла учебник голубого цвета. Он называется незамысловато: «История Неликлина. Вторая браана», автор Астафинэ́. Ученица открыла книгу, увидела, что первая глава называется «Легенда о гибели Ахнафта́ра58» и принялась за чтение.

Легенда о гибели Ахнафтара

Одной из самых великих планет Атара́ркры59 был Ахнафта́р. Благодаря людям, которые на нём жили, появились эфирки, заселились многие планеты, в том числе Йигха́на60. Но наряду с большой пользой эти деяния привносили множество волнений. Кто-то завидовал такому величию и успеху, кто-то считал это захватом, а кто-то — нарушением божьей воли. Вскоре так стали думать и сами ахнафтарцы. Но не все. У тех, кто был с этим не согласен, кто чувствовал, что Бог создал их такими же, как и он сам, — творцами, кто считал, что всё в этой Вселенной рождается не для того, чтобы оно потом тихо пряталось в уголочке, — у тех тоска откладывалась в душе тяжёлым свинцом. Спустя некоторое время этот свинец, копившийся в душах ахнафтарцев, притянул подобный себе, но гораздо больше — свинцовый шар размером с саму планету, но двигавшийся на огромной скорости — как вокруг своей оси, так и в пространстве. Металлический гигант мог совершить один оборот за две пта и пролететь через всю Атараркру за клинук с небольшим. Ахнафтарцы очень поздно его обнаружили и ничего против него не смогли сделать — не успели, он слишком быстро приближался. Пролетая, свинцовый шар задел Ахнафтар так, что остановил его движение, ведь монстр вращался в противоположную сторону. От столкновения планета раскололась горизонтально по полушариям, а после нагрелась и взорвалась.

Впоследствии обломки планеты превратились в Кольцо Урока61, распределившись по всей орбите.

От этой катастрофы из ближайших планет больше всего пострадал Öнклин62. Два крупных осколка Ахнафтара врезались в него, уничтожив на нём всё живое, и образовали там Долину Новой Шкалы63. Часть выживших öнклинцев ушла под почву и начала новую жизнь.

Другая же часть отправилась на А́сху64 и сейчас живёт в южной части северного Горизонтального Континента65.

Казалось, что столкнувшиеся с Öнклином осколки приобрели осознанность, потому что они как будто среагировали на то, что натворили, ведь планета приковала их к себе. Итафа́у66 в ужасе от произошедшего всё время убегал от Долины Новой Шкалы, чтобы не видеть её, но в итоге всегда к ней возвращался. Когда Итафау потерял силы от постоянного бега, Öнклин смог ещё приблизить его к себе, но в этот момент он раскололся на кусочки67. Нун68 же остаётся спутником планеты, но ему удаётся забыть произошедшее — ведь он от неё отдаляется.

Свинцовый гигант, как и Итафау, не избежал печальной участи. Покинув пределы Атараркры, он попал в пасть Эндоакла́ула69 — монстра, который внутри себя разрывал металлический шар со всех сторон. Так он очень быстро стал жидким и через мембрану этого монстра разбросался по всему космическому пространству.

После гибели Ахнафтара Бог создал в Кольце Урока несколько планет, обитаемая из которых — наша — Неликлин. Одна из разбросавшихся свинцовых клякс вскоре остыла и вернулась в Атараркру. И сейчас она экспонат в Государственном музее Неликлина. Наша планета после заселения стала праздновать День свинца — день, в который можно отправить по почте кусок свинца любому неликлинцу под контролем государства, если у адресанта есть то, что отяжеляет его душу, — для разрешения противоречий и сбрасывания груза.

Когда Налуи всё это читала, она отдельно выписывала для себя нужные моменты. Потом, уже после прочтения, неликлинка произнесла:

— Мгхм70… — Дождалась реакции Солена, потом на правой руке показала три пальца, а на левой — два.

Это обычная процедура постановки в очередь в неликлинских школах. Показанные пальцы на правой руке означают порядковый номер, на левой — количество вопросов, которые ученик хочет задать. Следовательно, Налуи третья в очереди и до неё уже двое человек произнесли «мгхм». Затем девочка дождалась момента истечения времени на чтение, после — своей очереди, потом представилась и сказала:

— Налуи. Солен-аса, ты сказал, что для рождения нового нужно очистить пространство. А разве не нашлось более щадящего способа?

— Это и есть жизненный цикл.

— Но подача могла бы быть и помягче.

— Понятно, значит, Солин уже втёр тебе в мозги свою ауру.

— И второй вопрос. — Налуи даже не знает, краснеть ей после этих слов или смеяться. Но она попыталась сконцентрироваться на вопросе: — А тебя самого в этой истории ничего не смущает? Ведь другая часть ахнафтарцев, которые были не согласны с основной повесткой, они ведь почему-то ничего не сделали, чтобы противостоять тем, кто её привнёс…

— А это и есть суть гибели народа. Неспособность или нежелание противостоять угрозе собственному естеству. К слову, Кольцо Урока именно поэтому так и называется. Открытым вопрос остаётся лишь в том, какая форма гибели естественна. Самосворачивание, как по сути в этой легенде, или какая-то иная. Но ты, Налуи, молодец, хорошо сегодня поработала. Следующий!

После этих слов Налуи сильнее всего за сегодняшний день нахмурилась. Если она и хочет на уроке получить какую-то похвалу, то уж точно не такую, чтобы её называли молодцом. Она ведь приходит на занятие, чтобы приобрести новые знания и развить своё мышление, но уж точно не для того, чтобы играть в попадачку. Для неё наивысшая похвала была бы такой, если бы ей сказали: «Это очень интересно, продолжай развивать свою мысль и расскажи потом, что из этого получилось», но, видимо, сейчас ей остаётся об этом только мечтать. Тем не менее ученица постаралась вслушаться в оставшуюся часть дискуссии и периодически делала себе пометки до конца урока.

А после Налуи с Торас разговорились о дальнейшем времяпрепровождении:

— Странные немного эти Солы…

— Так ты того специально так назвала?

— Нет конечно. Просто сейчас уже не страшно.

— Я, наверно, в водяную кабину схожу, потом на открытом воздухе посижу. Ты со мной?

— Нет, я в спальный зал.

— Спать хочешь?

— Подумать надо.

— Ты так долго ждала эти уроки, но, я смотрю, тебе чего-то не хватило. Я права?

— Должна быть возможность одновременно жить тем, кто развивает Атараркру, и тем, кто развивает материю.

— Ну, допустим, ты найдёшь эти условия. А дальше что? Это ведь очень далёкое прошлое.

— Нет, ты не понимаешь. Это важно для настоящего. Это как с техникой. Если холодильник перестанет давать холод, он перестанет быть холодильником, а если в смартфоне отключится камера, смартфон останется смартфоном, понимаешь?

— Не совсем… Ну хорошо, твоя правда. Удачи в поиске.

— Спасибо. Встретимся.

Налуи сначала поднялась в домашний класс, переоделась для сна и накинула на себя наружный плащ. Потом спустилась на третий этаж и завернула в спальный зал. Это помещение в полумраке, окна завешены тёмными шторами, кровати тоже тёмные. Неликлинка нашла свою и установила встроенный в изголовье будильник на двадцать три анкика. Девочка легла и почувствовала, как прохлада от кровати через кожу проникает в её тело. Она расслабляется. «Можно, конечно, воспользоваться одним из способов, которые анонсировал первый Сол и один из которых я, наверно, узнаю на следующем уроке… С его помощью можно будет переписать легенду, и это будет кайфово, наверняка полезно в будущем… но для меня бесцельно… Я думаю, мне не стоит волноваться, ведь я в каждой истории найду то, что важно именно мне, а историография вряд ли мне будет в этом противиться…» Вскоре Налуи уснула. Проснулась, когда будильник обрызгал её водой с запахом школьной тетради. Девочка уселась на кровати, протёрла глаза, немного подумала и решила, что теперь точно знает, как именно выполнит домашнее задание по историографии.

Школьница переоделась обратно в форму в домашнем классе и спустилась на урок по внешней истории. Этот кабинет также находится на ветке историй, но по адресу И3. Это второй класс от центральной лестницы слева сзади.

После внешней истории была магия. Её кабинет находится на ветке общих знаний о мире по адресу М4. От центральной лестницы это слева спереди сразу. Как и говорила Торас, ей от этого предмета нечего ждать, но, как она позже отметила, это было весьма расслабляющее занятие по сравнению со всеми предыдущими за этот день, и это для неё большой плюс.

По окончании учебного клинука, прежде чем лететь домой, Налуи решила воспользоваться своим дождиком в личной кабине. Она сначала долила до полной тару с водой, закреплённую на верхнем зональном блоке, разделась до купальника и запустила оборудование. Мелкие нехлёсткие капельки начали касаться её тела, и неликлинка почувствовала, как снимается напряжение. А спустя несколько мгновений всеми «рецепторами71» души ощутила, как эти капельки создают смысловое логическое завершение прошедшего учебного клинука.

На следующей криэне в плейтаклин Налуи поймала Солина на третьем этаже. Она не умеет их отличать, поэтому спросила:

— Сол-аса?

— Первый, — подтвердил он и улыбнулся.

— А у меня для тебя приятность! — Она выказала из-за спины самодельный цветок и подарила Солину.

— Ух ты, спасибо большое, Налуи!

Это пластиковый цветок с восемью лепестками в форме конусов зелёного и красного цветов. Лепестки по ним чередуются. В зелёных находятся природные мигающие светлячки синего цвета. В красных — обычные светодиоды, поодиночке заряжающиеся светом от оболочки, тоже мигающие, — но они жёлтого цвета. Зелёные лепестки-конусы с синими светлячками и красные с жёлтыми загораются поочерёдно. Получилась такая милая комбинированная инсталляция.

Налуи, когда задумывала выполнение этого домашнего задания, воспользовалась своими мыслями после первого занятия о том, что неплохо было бы, чтобы две (а в идеале и более) глобальные или не очень вещи или системы жили бы одновременно. А когда определялась с тем, что это будет именно такой цветок, за основу брала противостояние любителей и нелюбителей магии в Неликлине. И получилось красивое сочетание волшебного и обычного в небольшом предмете — наглядно.

Когда школьница решала подарить его Солину, этим прежде всего она задумала дать ему знать, что всегда будет ожидать от историографии чего-то своего и чтобы он этому не удивлялся. Хотя цветок — это далеко не то, что бы он сам хотел получить в подарок, да и живые цветы в Неликлине по закону срезать запрещено. Но учитель поблагодарил действительно искренне, прежде всего потому, что такие подарки от учеников всё равно обозначают благодарность за данные знания, вне зависимости от того, как дети изначально реагируют на материал.

Таким образом Налуи поняла для себя, что подобные альтернативы в историях (в любых, не обязательно в реальных, сколько бы их ни было) могут открывать такие плоскости, с помощью которых можно создавать красоту, которой, в свою очередь, можно любоваться вечно. Так неликлинка не только выполнила домашнее задание, но и открыла для себя много нового.

Искренняя благодарность Солина показывает ещё и то, что неликлинцы всегда чувствуют, если что-то очень важно для других людей, потому что у них самих есть своё важное. И это то, почему Неликлин — лучшее место во Вселенной.

Глава №8. Легенда об Альхарии и Улутруке

Учёба во второй браане продолжается. Несмотря на то что Налуи хочет побыстрее оказаться в финальной точке изучения школьной программы по историографии, в которой сама даже не знает, что её ждёт, хынеарра и сейчас дарит ей интересные моменты. Как, собственно, и Торас, но ни одна из них не признаётся другой, что именно на каждом из уроков зацепило. Построить мир, в который никто не сможет влезть, — распространённая детская мечта неликлинцев. Ведь так, как им кажется, он будет целее. Но однажды настаёт момент, когда человек понимает, что его мир — это корабль, который ведёт его по очень интересному собственному пути. Просто главное — научиться им управлять. И особенно чётко это понимают те из них, кто испытывает кайф от процесса перемещения в пространстве.

Сегодня десятое хынеарры, и день ветки историй — то есть аркруин — обещает быть не менее интересным, чем прошлый. Тех, кто не вхож в комнату спойлеров, впечатления от узнаваемой темы по историографии ожидают весьма приятные. Солин начал рассказ.

— Всем привет! С сегодняшнего дня мы начнём говорить о вещах, от которых следует отталкиваться, для пересказа истории. Он осуществляется исходя либо из её типа, либо из мотива. Мотив, в свою очередь, определяет метод. Можно выбрать несколько методов на один мотив по определённой схеме, составить по каждому из них очень краткий пересказ, сравнить эффекты и окончательно выбрать метод. Но это позже.

Сегодня же мы рассмотрим различные варианты пересказа истории исходя из её типа, ведь легенду о гибели Ахнафтара вы уже прошли. В истории, как вы уже знаете, рассказывается о конкретном событии глобального цикла — о гибели. Тем, кому интересны сами эти циклы, придётся подождать, потому что в истории, которую вы прошли, о них ничего не сказано. Поэтому да, содержание накладывает некоторые ограничения.

Итак, когда речь идёт о гибели чего-то масштабного, возникает вопрос: а что же к этому приводит. Когда Солен рассказывал вам эту историю… Кстати, он, скорее всего, сам толком не определился, считает ли он такую форму гибели естественной. Но в любом случае, если мы хотим ответить на вопросы о смерти, нам нужно рассматривать противоположное — саму жизнь — и иметь в виду импульсы, которые её поддерживают. И пересказ стоит начинать только тогда, когда мы разобрались в теме.

Как один человек в отдельности, так и цивилизация в целом — все они проходят свой путь осознанно. Это значит, что одной только программы самосохранения, которая есть у животных, для самого выживания недостаточно. Необходимы дополнительные импульсы. Ими, как всем вам, наверно, известно, является смысл жизни. Его, в свою очередь, формируют ценности. Поэтому сегодня я расскажу вам про ценностный круг.

На этом моменте Солин открыл доску с изображением этого круга. Он состоит из центра и периферии. Центр разделён на четыре части, периферия — на двенадцать. Все блоки подписаны. Солин взял указку как вспомогательный инструмент для рассказа и продолжил:

— Есть четыре основных жизненных ценностей — это сама жизнь, достоинство, свобода и справедливость. Они обеспечивают гармоничное, осознанное и осмысленное проживание своего пути. По каждой из них круг предлагает следующие вопросы.

У жизни — бессмертие за и против и цикличность. Сейчас хочу предупредить, что буду говорить прежде всего о своих предпочтениях. Поэтому на мои дальнейшие комментарии стоит обращать внимание только в том случае, если какая-то конкретная тема вам интересна. Так вот, цикличность, на мой взгляд, довольно заезжена. Но если вам удастся привнести в неё что-то новенькое, буду рад. В бессмертии за и против можно провести параллель, например, с Контури Лассон или с любым другим нашим арлидахом, если вам хорошо известна его биография. Можно вписать в истории как за, так и против.

У достоинства предлагается рассмотреть, равно оно или не равно самой жизни. То есть если мы берём конкретно Ахнафтар, то можно попытаться ответить на вопрос: а могла ли потеря достоинства стать причиной гибели народа, — ну и доказать это. Также подмена или зависимость. Здесь имеется в виду крепление к достоинству каких-то сопровождающих факторов. Например, успех — чувствовали ли себя неуспешные ахнафтарцы недостойными? Тоже очень интересная тема.

У свободы — это несвобода, вседозволенность и истинная свобода. Первое, второе — понятно, к чему приводит, а вот у истинной свободы довольно много вариаций. Тоже очень интересная, но сложная тема.

У справедливости предлагается рассмотреть возмездие, равновесие и самовершение. Ну возмездие — это просто, в равновесии можно проработать такие темы, как, например, способно ли оно обеспечить устойчивое развитие либо оно приводит к стагнации и вымиранию. Наш Неликлин успешно представляет первый вариант. Второй можно разобрать в истории Ахнафтара, но нужно учитывать, какие факторы могли на это повлиять. Самовершение — для меня самая интересная тема, она о возможности справедливости вершиться без посторонней помощи. То есть, иначе говоря, встроена ли эта программа в материю самой Вселенной, как встроен инстинкт самосохранения в жизнь отдельных индивидов. Меня же самовершение привлекает тем, что в нём есть самая большая вероятность, по сравнению с остальными темами круга, описать нечто безмятежное. Если кому-то из вас это удастся, я буду очень рад. На оценку это никак не повлияет, а выбирать следует из своих предпочтений.